Анна Одувалова.

Личная помощница ректора



скачать книгу бесплатно

– Любит Арион над сотрудниками издеваться, – прошелестел лич, увидев, что я очнулась. – Причем к каждому находит свой, особенный подход. Меня вот программу заставляет разрабатывать, хотя знает, что я и при жизни не любил заниматься подобными неприятными вещами. Вас – ко мне отправил и убил сразу двух зайцев.

Лич отступил, кинул папку на стол и расположился в кресле возле погасшего камина.

Я, почувствовав, что опасность миновала, немного осмелела и поинтересовалась, пытаясь осмотреться и понять, куда попала:

– Каких?

Вокруг был сумрачно, промозгло, и я готова была спорить, что сейчас нахожусь в гостях у лича. Похоже, он снова меня перенес на руках. В этот раз, правда, не в мои апартаменты, а в свои. Вот же шушель, как неловко!

Дивана у лича не было, кровати – тоже, зато в наличии имелся каменный саркофаг с подушечкой и шелковыми простынями. Вот там я и лежала. Признаться, было удобнее и комфортнее, чем на каменном полу в коридоре, но сам факт заставлял сердце сжиматься, и мне было очень сложно контролировать себя. Я не орала и не бежала лишь потому, что чувствовала слабость, а из саркофага с высокими стенками так просто не выскочишь.

– Вас напугал и в неловкое положение поставил, и меня подловил, – медленно пояснил лич. – Его-то бы я сразу отправил куда подальше с программой, например, в министерство. Я тут, так сказать, на добровольных началах преподаю, денег не получаю, штатной единицей не числюсь, и зачем мне программы писать? А вас отправить к этому тирану без результата не могу, вам и так не посчастливилось у него работать.

– Так, может быть, вас того… – поинтересовалась я. Вид лича уже не вызывал оторопь. Я по-прежнему чувствовала себя не в своей тарелке, но уже не была близка к обмороку.

– Упокоить? – буднично поинтересовался лич.

– Нет-нет! – поспешила я поправиться. – Ни в коем случае! Я другое имела в виду. Трудоустроить.

– Трудоустроить? – Вот как раз это предложение профессора, похоже, поразило до глубины души. – Дорогая моя Мира, а зачем же мне нужны эти лишние телодвижения и хлопоты? Увольте от подобно счастья. Сейчас программы – моя добрая воля. Как только я буду работать официально, они превратятся в унылую обязанность. Нет уж. Мне нравится, как Арион за мной бегает. Согласитесь, у него премерзкий характер, кто-то же должен доставлять ему такие же неприятности, какие он привык доставлять другим. Вы со мной согласны?

– Наверное… – Я осторожно села, все же чувствуя себя очень неловко. Было стыдно, страшно и чуточку противно.

Руки дрожали, ноги – тоже, и, естественно, когда я начала вылезать из саркофага, то зацепилась носком туфли за бортик, рыбкой полетела вперед и вниз, лихорадочно замахала руками, сбила что-то на столе и вцепилась в первое, что попалось под руку, – рукав лича. Удержаться все равно не вышло И я, увлекая профессора за собой, рухнула на пол. Единственной мыслью было: «Лишь бы не сломать ценного и бесплатного сотрудника академии». К счастью, лич оказался на удивление прочным и даже умудрился изловчиться и не упасть на меня сверху, а устоять на ногах.

– П-п-ростите… – прошептала я с пола и взвыла в голос, когда заметила, что папка с документами, которую я принесла личу, выпала у него из рук на стол.

Я, пока падала, задела чернильницу, и теперь на бумагах расплывалось огромное чернильное пятно.

– Вот что за шушель?!

– Ну не совсем чтобы шушель. – Лич посмотрел на меня строго, и я снова едва не рухнула в обморок. Все было не просто плохо, все было ужасно.

– Это мое вечное невезение! – На глаза навернулись слезы.

– Правда, что ли? – уточнил лич, который брезгливо держал двумя пальцами листочки и задумчиво наблюдал, как на пол с них падают жирные чернильные кляксы. – И давно вам так не везет?

– С момента получения диплома! Что бы я ни делала, все получается…

– Как сегодня. Да?

– Обычно еще хуже, – покаялась я.

– Подойдите сюда! – скомандовал лич и выкинул пришедшие в негодность документы в мусорную корзину.

– Мы сможем это восстановить? – тихо простонала я.

– Мы? – На лице лича мелькнуло удивление. – Мы – нет. Это программа по курсу несмертельных проклятий на следующий год, которую ректор подсунул мне в качестве образца. Ее делал аспирант Ариона Демион фон Аррис. Он сможет.

– Неужели из-за меня кому-то придется переделывать работу? – Мне стало плохо. Я ужасная! Отвратительная личная помощница!

– Ему не привыкать. – Лич отмахнулся. – Вы представляете, что такое быть аспирантом у нашего ректора? Демион – смышленый молодой человек, должен был оставить себе копию. Если у него ее нет, он дурак. А дураков надо учить. Подойдите сюда, Мира. Я вас не укушу! Что вы, ей-богу, как студентка-первокурсница!

Я не посмела возражать и осторожно, бочком, приблизилась к личу. Он обошел сзади и положил пахнущие тленом руки мне на плечи. Признаюсь, я закрыла глаза и принялась молиться, чего не делала никогда.

– Перестаньте! – раздраженно отозвался он. – Вы мне мешаете своим навязчивым бормотанием!

– Так я про себя!

– Без разницы. Все равно раздражает.

Я послушно попыталась перестать, но тогда в голову начали лезть самые разные мысли, от которых самой стало тошно. Лич снова не выдержал и посоветовал:

– Уж лучше молитесь, фон не такой беспокойный, хотя и раздражает порядочно.

Решив, что, когда говорю, меньше думаю и, соответственно, меньше нервирую лича, я задала вопрос:

– А что вы, собственно, делаете?

– Ищу проклятие, – как ни в чем не бывало пояснил профессор и продолжил свои манипуляции.

– Проклятие? – удивилась я. – Какое проклятие?

– А это нам с вами расскажет Арион. Он же у нас в академии специалист во всем! – с издевкой резюмировал лич.

Я не поняла, сарказм относится ко мне и ситуации или к персоне ректора.

Профессор бесцеремонно схватил меня за руку и потащил к выходу. Я от этого действа в обморок не рухнула и поэтому возгордилась.

– И все же? – Я не отставала. Практически перешла на бег, чтобы успевать за профессором. – О каком проклятии вы говорите?

– О вашем. Или вы наивно считаете, будто невезучесть имеет естественные причины?

– Хотите сказать, меня прокляли?! – поразилась я настолько искреннее, что лич хмыкнул.

– Странно, что вам самой это в голову не пришло. Неужели всю жизнь не везло?

– Мне всегда очень даже везло, – призналась я. – Иногда даже слишком. Самый простой билет на экзаменах, научный руководитель, к которому хотела попасть. Я думала, мое невезение – это расплата за чрезмерную везучесть раньше.

– Ваше невезение – следствие чьей-то зависти и злобы, – возразил лич. – Признайтесь, много врагов было? Я так понимаю, ваши проблемы начались после выпуска? Кого вы из одногруппников бесили?

– Ну, многих. – Я пожала плечами. – Я легко поступила, легко училась и еще до написания диплома получила первое предложение работы. А у нас коллектив был преимущественно женский и завистливый.

– Что я вам могу сказать, Мира… – Лич развернулся и сверкнул глазами. – Вы влипли. Причем, похоже, очень давно.

– А как мне из этого вылипнуть? – несчастно уточнила я.

– Даже не знаю… найти того, кто наложил проклятие.

– А если это не представляется возможным?

– Ну, тогда вы долго не проживете. Однажды вам на голову упадет кирпич или вы поскользнетесь на вымытом полу. Смерть будет ранней и глупой. Стандартный исход для таких проклятий.

– Но я до сих пор жива…

В горле застрял ком. Перспективы вырисовывались нерадужные.

– И это чудо, я бы сказал. Наверное, это ваше врожденное феноменальное везение вступает в конфликт с проклятием.

– Что это значит?

– Это значит, что вы легко отделались.

Когда мы вошли в кабинет к ректору, то застали удивительную картину. Лич даже замер в проходе и жестом велел остановиться мне. Арион фон Расс стоял к нам спиной. Чего-то неразборчиво бормотал себе под нос и пытался скормить Васику простой карандаш. Я уже даже рот открыла, чтобы поинтересоваться, когда сообразила, чем именно занимается ректор.

У его ног на полу валялись изгрызенные остатки карандашей, а ректор бухтел:

– Ну вот что же ты творишь-то, погань прожорливая! Говорю же тебе, по чуть-чуть и по кругу. Вот так…

Ректор академии магии, умнейший человек, гнева которого боялись даже в министерстве, с помощью моего Васика пытался точить карандаши.

– Арион, – начал лич. – Тебе точилку, что ли, подарить на ближайший праздник? Что ты дурью маешься?

Ректор вздрогнул, скривился, но не подал виду, что наше появлении застало его врасплох. Он с удовольствием обозрел очередной, на сей раз остро отточенный карандаш и заметил:

– А вы, профессор Сазейр, не острите. Не подарите вы мне точилку, так как не на окладе. Средств у вас необходимых не имеется.

– А вот эта милая девушка говорит, что меня надо трудоустроить, – даже не задумавшись, сдал меня лич.

Я сглотнула, поймав угрожающий взгляд ректора, и попятилась назад. Естественно, наткнулась на полку и обрушила бы все, что на ней стояло, если бы меня не удержал лич.

– Вот что с ней делать, а? Ходячая катастрофа! – простонал Арион фон Расс, задав профессору риторический вопрос, но лич совершенно серьезно ответил:

– Что-что? Либо отправлять куда подальше, чтобы грех на душу не брать. Либо избавлять от проклятия.

– Не нужно меня никуда отправлять! – пискнула я и спряталась за спину лича. Внезапно я поняла – он меня пугает значительно меньше, чем ректор.

Арион фон Расс смотрел на меня, словно на клопа, – явно решал, прихлопнуть на месте или не поганить ковер. Кажется, даже Васик его раздражал меньше.

– Вот как вы думаете, профессор Сазейр, – протянул ректор, демонстративно отвернувшись от меня. – В агентстве специально подсунули мне бракованную секретаршу или у них, как всегда, само так получилось?

– Арион, ты себе льстишь! – прошелестел профессор и шагнул в сторону, оставив меня беззащитной перед пронизывающим взглядом черных глаз ректора. – Решай, что будешь делать. Но так это оставлять точно нельзя. Она себя угробит и тебе академию спалит. А я еще не воспитал достойную смену.

– Все не теряешь надежды, что тебя кто-то упокоит? – хмыкнул ректор. – Вряд ли дождешься.

– А потому что набираете не пойми кого! Ты заявления на отделение некромантии видел? Через одно – сопливые девчонки!

– Не переживай, – с несвойственным ему флегматизмом отозвался Арион. – Половина из них отсеется на первом же этапе экзамена, который будешь принимать ты. Вон от твоего вида даже секретарши в обморок падают. Или вы думали, я не в курсе? – Ректор мерзко хихикнул, но тут же собрался и продолжил, сменив тему: – А среди оставшихся вдруг будет та самая жемчужина, ради которой не грех перелопатить кучу навоза?

– Сам-то себе веришь? – поинтересовался лич и удалился, а я осталась наедине с ректором ожидать приговора.

Почему-то я была на сто процентов уверена, что возиться он со мной не станет. Одно дело – невезучая секретарша, другое – секретарша проклятая. В учебном заведении такую бомбу замедленного действия держать чревато.

– Паковать чемоданы? – уныло уточнила я.

– Что же ты, Мирочка, так быстро хочешь от меня сбежать? – поинтересовался ректор тихим, вкрадчивым голосом.

Я ойкнула и отступила, пугаясь его напора.

– Потому что проклятие… а тут дети…

– Ну, во-первых, до детей у нас с тобой еще долгих полтора месяца, а во-вторых, эти дети сами кого хочешь проклянут. Поэтому я предлагаю тебе сейчас идти к себе в комнату и отдохнуть. Герань свою не забудь, она мне тут не нужна, а вечером ты составишь мне компанию за ужином. – Не успела я возмутиться, как ректор добавил: – Кстати, я цветуй твой слегка подпортил, – и как ни в чем не бывало отошел к столу.

Я взвыла и кинулась проверять Васика. На каждом его листочке был зверски выцарапан непонятный знак.

– Вы! – возмутилась я. – Вы! Как вы могли!

– Зато шушель не увидит. Так что спасибо скажите.

Спасибо я говорить не стала, сунула цветочный горшок под мышку и гордо удалилась.

Глава 4
Несмертельное проклятие

К себе я примчалась буквально через пять минут – так сильно торопилась. Едва не сбила в коридоре вахтершу со шваброй, налетела на стремянку и разлила банку с краской у рабочих, скомканно извинилась, услышала в свой адрес совсем неуместную в академии брань и наконец очутилась в относительной безопасности, в комнате.

Залезла на кровать с ногами, прижала к себе Васика и крепко задумалась о своей тяжелой судьбе и несложившейся карьере. Значит, проклятие? Вот никогда бы сама до этого не додумалась, если бы лич, который оказался совсем не страшным и очень полезным, не подсказал. После его слов ситуация стала ясна как божий день.

Я вспоминала свою жизнь до и после университета. Прикидывала, анализировала и пришла к выводу: кто бы ни проклял меня, сделано это было на церемонии вручения диплома. Так как первый казус произошел со мной именно там, когда я, пунцовая от смущения и гордости, спускалась по ступеням со сцены, прижимая к груди диплом. Меня хвалили, пророчили светлое будущее и блестящую карьеру, поэтому нет ничего неожиданного в том, что я зацепилась каблуком за ступеньку, полетела кубарем вниз и изорвала платье. Тогда я списала все на волнение.

А пока я ездила домой переодевалась, искала другой, менее пафосный, но все же пристойный наряд, все мои согруппники напились, и я застала своего жениха в объятиях первой красавицы курса. Вообще, тогда я подумала, что мне повезло. Впрочем, наверное, так и было. Об измене я могла узнать и после свадьбы. Ну а после этого случая неприятность стала моим вторым именем.

Как ни странно, мысли, обычно приводящие к дурному настроению, сегодня оставили меня безучастной. Все это было в прошлом, но вот думать, будто кто-то из пятнадцати человек, с которыми пять лет ты училась в одном месте, сидела рядом в аудиториях и сдавала массу зачетов и экзаменов, тебя проклял, было крайне неприятно. Это мне не давало покоя.

На самом деле у меня было несколько кандидатур. Мой бывший, который не хотел, чтобы я строила карьеру, а сам связался с Рокси – роковой брюнеткой. А мотив? Надеялся, что я прощу и вернусь? Рокси, которая долго пыталась отбить у меня Криса. Но зачем ей? Она ведь добилась своего. Насколько я знаю, у них уже есть ребенок. Еще близняшки Пелл и Мэлл, они меня не любили за ту легкость, с которой я училась. Ну и пара-тройка заучек, считавших, будто я получила красный диплом незаслуженно. В любом случае сейчас узнать, кто сделал мне такую гадость, нельзя. Может быть, ректор надо мной сжалится и уберет мое невезение? Вообще, это и в его интересах тоже.

Ободренная этой мыслью, я отправилась собираться на ужин. Это мероприятие тоже не вызывало ни малейшего восторга, но выбора у меня не было. Мое положение в академии и так было крайне шатким. А я очень хотела сохранить работу и избавиться от проклятия.

Васика пристроила на прикроватную тумбочку и повернулась к шкафу, когда заметила неясную тень на подоконнике – шушеля. Визжать не стала, но на всякий случай сняла тапку и, ухватив ее поудобнее, начала наблюдать за происходящим.

Твареныш по-свойски забрался на подоконник и закрутился на месте, словно что-то вынюхивая. Длинный носик дергался, шушешь исследовал подоконник и, не находя желаемого, нервничал сильнее. Сопение превратилось в повизгивание, и скоро демоненок зарыдал так громко и искренне, что даже у меня кольнуло сердце. Васик пошел клубничинами, потянул к шушелю листочки, но так и остался незамеченным – заклинание ректора работало. А мне стало до ужаса стыдно. Это ведь из-за меня зверь лишился последней игрушки и теперь страдает.

Пока шушель горестно завывал на подоконнике, я, окончательно размякнув сердцем, полезла в сумку, достала кусочек завалявшейся в углу печенюшки и протянула ее зверю. Он брал очень боязно и осторожно. Подбирался ко мне, тихонечко переступая лапками, преданно заглядывая в глаза и вызывая умиление. Аккуратно понюхал сначала печенку, потом руку, взял лакомство передними короткими лапками и, с наслаждением хрюкнув, тяпнул меня за палец. Я ойкнула, отскочила, а демоненыш мерзко захихикал, раскрошил печенье на ковер, смачно плюнул и, навалив огромную зловонную кучу на подоконник, скрылся в вечерней дымке.

– Вот ведь тварь! – выругалась я, зажимая кровоточащий палец, вдыхая непередаваемое амбре и проклиная себя за мягкотелость.

В этой ситуации хорошо было только одно. Я убедилась в том, что, пока не исчезли знаки, нарисованные ректором на листочках Васика, шушель мой цветочек не увидит, а значит, и напакостничать не сможет. Это успокаивало.

Я обработала кровоточащую ранку, заклеила палец зеленоватой субстанцией, которую целительница в лавке рекомендовала как чудодейственное заживляющее средство, и убрала все следы пребывания демоненыша в моей комнате. Взглянула на часы и поняла, что подготовиться как следует к ужину с Арионом фон Рассом не успеваю. Впрочем, это было неудивительно. У меня редко что-либо получалось сделать без форс-мажорных ситуаций.

Пришлось бежать в душ, в котором минут через пять (едва я только успела намылиться) закончилась горячая вода. К таким вывертам я привыкла, поэтому, стуча зубами, окатилась ледяной и стала отогреваться, кутаясь в теплый халат. Одновременно пыталась спешно высушить волосы – на укладку уже не оставалось времени, а раз не получалось изображать из себя чопорную даму, платье я подобрала тоже менее строгое, чем обычно. Светло-голубое, с открытыми плечами, но скромным вырезом и струящимся шелковым подолом.

Отражение в зеркале мне понравилось – лучистые синие глаза, ямочки на щеках, волосы, рассыпавшиеся по плечам свободной волной и слегка вьющиеся на концах. Ресницы хорошо бы подчеркнуть тушью, но времени не осталось. Я сунула ноги в босоножки и помчалась по коридорам, надеясь, что не вляпаюсь по дороге в неприятности.

Самая главная неприятность ожидала меня в конце пути. Перед ней померкла и разодранная на лестнице коленка (хорошо хоть платье уцелело и ссадину скрывало), и сломанный при падении ноготь, и даже то, что я запуталась перед этим в шторах, которые вешали две немолодые и пока незнакомые мне женщины.

Их возмущение было искренним, я получила выговор и чувствительный магический заряд в зад, рассыпалась в извинениях и понеслась дальше. Еще три года назад я, наверное, задрала бы нос и обязательно донесла до всех вокруг, что я не просто мимо пробегающая встрепанная девчушка, а личная помощница. Нас учили, что это звучит гордо. Но сейчас мне было наплевать – только бы успеть, а с имиджем и значимостью можно разобраться позже. Все равно судить обо мне будут по делам, а не по статусу. Пока ничего полезного для академии я не сделала. И оправдывало меня лишь то, что прошел всего один рабочий день.

Знала бы я, куда тороплюсь. В кабинете ректора не было, зато изрядно смущающийся после утренних происшествий призрак-охранник указал мне дорогу. Хорошо хоть не дал, как в старых сказках, летящее перышко, за которым герою стоит следовать, чтобы попасть к месту назначения. Призрак-охранник с печальным вздохом потащился провожать меня сам. В соседнее крыло, через роскошные апартаменты (я не хотела думать, кому они принадлежат), на открытую площадку-балкон на одной из башен.

Отсюда открывался удивительный вид на простирающуюся внизу долину и кажущийся игрушечным город – один из крупнейших в империи. Он протянулся вдоль всего горизонта.

На балконе был накрыт стол на двоих – свечи, бутылка шампанского во льду, все как положено на свидании. Только вот я была настроена на деловой разговор. На свидание я не подписывалась. Как назло, призрак-предатель скрылся, а ректор, который до этого стоял ко мне спиной и наблюдал закат, повернулся и протянул руку со словами:

– Проходите, Мира.

Я двинулась осторожненько, бочком. На ректора косилась подозрительно и думала, а не сбежать ли мне, пока не поздно. Плохо, что я так и не смогла для себя решить куда. То ли к себе в комнату, то ли вообще из академии.

Хотелось вообще из академии, но я понимала: моих проблем это не решит и от проклятия не избавит. А вот ректор, сколь бы пугающим ни казался, вполне способен. Вместо того чтобы тоскливо завыть в полный голос, я улыбнулась, надеясь, что вышло не слишком натужно, и грациозно села за стол – так, как нас учили. И – о чудо! – даже бокалы не своротила. Как же я отвыкла чувствовать себя нормальной! Спустя три года жизни с проклятием даже такое простое действие казалось мне достижением. Но расслабилась я рано. Ректор стремительно подошел к стулу. Он все делал быстро и резко, но вместе с тем выверенно. Ни одного лишнего движения. Он сел напротив и посмотрел на меня так, что я вздрогнула, махнула рукой, и бутылка с шампанским и ведерко со льдом обязательно бы полетели на пол, если бы их не успел поймать Арион фон Расс.

– И как же вы, Мира, до своих лет-то дожили? – поинтересовался ректор, разливая по бокалам пенящийся напиток.

Он был сосредоточен. Между черных бровей пролегла складка. Сейчас Арион фон Расс выглядел неформально. Несколько верхних пуговиц на черной рубашке были расстегнуты, и мне очень хотелось их застегнуть, чтобы не смущали.

– До двадцати одного года я как-то не страдала от невезучести и рассчитывала на блестящую карьеру! – отозвалась я, с трудом отведя взгляд от сильной шеи. – А вместо этого сижу вот тут… – Дальше я продолжать не стала. Как в голове ни крутила, все одно – получалось не очень корректно по отношению к моему новому работодателю.

– А вместо этого пьете с ректором академии магии, а могли бы – с каким-нибудь герцогом или графом. Безусловно, герцог или граф – более выгодна партия.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21