Анна Мичи.

Мой брат – моя истинная пара



скачать книгу бесплатно

Глава 1

Поначалу я вообще не поняла, что происходит. Казалось, только что шла домой из университета, голодная, сонная, мечтающая завалиться в кровать с куриной ножкой в зубах и уснуть, дожёвывая. И вот уже стою в плохо освещённом помещении, в середине какого-то полыхающего фиолетовым пламенем узора и послушно выполняю команды мужика в балахоне, похожего то ли на странного экзорциста, то ли, наоборот, на последователя Велиала.

Я стою?

Ощущение было странным. Как будто я не я. Как будто я заняла маленький уголочек в сознании и смотрю на всё со стороны. Так иногда бывает, когда сильно закружится голова: все звуки слышны словно в отдалении, свой же голос кажется чужим, а тело двигается словно по собственному желанию. Но обычно это проходит очень быстро и полный контроль над телом и разумом ты всё же не теряешь – а сейчас я не могла сделать вообще ничего. Только наблюдать.

– Назови своё имя, – сказал мужчина.

Я хотела рассмотреть его, но та я, которая управляла моим телом, тупо уставилась в пространство, не поднимая взгляд. Монотонно произнесла:

– Эсуми Макирон Лилле, графиня Гайю.

Графиня Гайю? Я что, играю в ролевые игры? Когда успела записаться? И выучить назубок эту языколомную скороговорку?

К слову, о языке – он, по-моему, был совсем не русским. Смысл доходил до меня с опозданием, глуховато, как будто через толстую подушку. Может, это всё странный сон? Наверняка, так и есть – странный красочный сон, с ощущением полного присутствия. Сосредоточившись, я могла почувствовать своё тело: ноги чуть затекли, хочется пить и в туалет, ноздри щекочет запах свечного воска.

– Хорошо. Ты помнишь задание?

– Да, – ответил мой-чужой голос. Выходящий, совершенно точно, из моего рта, он звучал совсем непривычно: выше на полтона, нежнее, с какими-то капризными интонациями. Бр-р. – Попросить разрешения выбрать подарок из королевской сокро…

Она-я не успела докончить, маг (вот это слово подошло ему тютелька в тютельку) раздражённо взмахнул рукой:

– Молчи! Да, всё верно.

Королевская сокровищница? Звучит заманчиво, я бы не отказалась полюбоваться на груды золота. Ещё и подарок себе выбрать можно? Вообще супер.

– Итак… – мужчина прошёлся передо мной туда и обратно, заложив за спину руки в длинных широких рукавах. – Вживление прошло удачно, через несколько дней посмотрим, как пойдёт поглощение. Поначалу могут быть странные ощущения, головокружение, необычные сны, несвойственные тебе желания. Главное – не позволять этим ощущениям влиять на тебя.

Я мысленно ухмыльнулась. Он говорил с теми же интонациями, что мой препод по гистологии. Разве что термины были не латинские.

Мужчина отошёл в сторону. Я хотела было повернуть голову, но ничего не вышло, оставалось только вглядываться в застывшую перед глазами картинку и вслушиваться в шорохи. Кажется, он взял что-то со стола или передвинул. Идёт назад.

Снова оказавшись в поле зрения, он протянул мне флакон тёмного стекла:

– Если почувствуешь, что часть чужой души начинает брать верх – сразу выпей.

И как можно быстрее приходи.

– Хорошо, – деревянным голосом ответила она-я и приняла флакон. Ладонь ощутила прохладу стекла, его грани, неожиданную тяжесть.

– Можешь идти. Напоминаю, никому ни слова.

– Да, мессир.

Она сказала какое-то другое слово, но разум сам перевёл в более привычные реалии. Хотя само понятие мессиров и графинь, дам и господ было неизмеримо далеко от меня. Я обычная студентка обычного меда, ребята. Что я делаю в этом средневековом сне? Вроде бы недавно даже сериалов исторических не смотрела.

Пока я недоумевала, моя «носительница» спокойно вышла из комнаты. Пользуясь случаем, я с интересом рассматривала окружающее.

Я шла по настоящему дворцу, шаги гулко отдавались в просторном коридоре. На стенах синие обои с рисунком, с равными промежутками разделены лепниной. Много статуй – маленькие мальчики наподобие чуть повзрослевших амуров – с виноградом, с чашами, с какими-то пальмовыми листьями. Иногда встречались двери, уходящие в светлые, отделанные то золотом, то пурпуром, то сапфирово-синим комнаты, но девушка, в чьём разуме я сидела, шла не останавливаясь, так что возможности утолить любопытство не было.

Спустившись в самый низ по огромной мраморной лестнице, она-я вышла к широким дверям, у которых стояли, вытянувшись во фрунт, два высоченных парня в мундирах. Завидев меня, они синхронно поклонились и потянулись каждый к своей ручке двери. Она-я всё это время стояла, застыв, как статуя, пока двери не раскрылись полностью.

А я внутри чуть не завопила, увидев на гравийной дорожке перед входом настоящую карету! Белую, с затейливыми вензелями на дверце, с высокими колёсами, сиявшую на солнце, как игрушечка. Взгляд девушки метнулся вбок, давая мне возможность разглядеть запряжённых в карету… мамочки, это не лошади! По крайней мере не те, к которым я привыкла. Это скорее крокодилы – или какие-то ящерицы: длинные тела, короткие ноги, хвосты, уходящие под пол кареты. Янтарная чешуя блестела на солнце. Глаза с вертикальным зрачком равнодушно дёрнулись в мою сторону.

Я бы ещё долго рассматривала их, но такой возможности мне тоже не дали. Очередной парень в мундире (или это называется ливрея?) с поклоном распахнул передо мной дверцу кареты, и я забралась внутрь. Там было прохладно, пахло кожей, скорее всего, от красных кожаных сидений. Настоящая я сразу развалилась бы тут, но «я-во-сне» села прямо, как палка. Скомандовала:

– В академию.

Карета тут же качнулась, наверное, лакей вспрыгнул на запятки. Спереди раздался щелчок, гортанное «пошли-и!» кучера, и карета затряслась по гравию. Я бы с удовольствием пялилась в окно, но графиня Гайю, или как её там, достала откуда-то вышивку (мать её, вышивку!) и стала сноровисто работать иглой. Было видно, что не впервой, даже тряска (а трясло нещадно) ей не мешает.

Что ж, ладно, пока она развлекается, разложу-ка я всё по полочкам.

Слова того мага меня слегка насторожили. Часть чужой души. Именно так я себя и чувствовала – обрывком души в чьём-то теле. Попала по ошибке? Сплю и путешествую по параллельным мирам?

Но раньше таких объёмных красочных снов никогда не было. Может, конечно, я забывала их, проснувшись. На первом курсе сон вообще был роскошью. Могла и видеть странное от перенапряжения.

И что будет, если она выпьет это зелье? Я проснусь? Или что-то похуже?

* * *

Где-то примерно через полчасика по моим внутренним часам мы добрались до места. Выйдя из кареты, я увидела нечто вроде готического замка со множеством башенок, стремящихся ввысь. Он был светлый, бежевый, с синими крышами, весь какой-то диснеевский. Я снова с удовольствием вросла бы в землю, рассматривая его – но хозяйка моего тела, не медля, начала взбираться по широченной мраморной лестнице.

Какой классный сон. Какая жалость, что я не могу управлять своим телом, я бы рассмотрела тут всё, каждую деталь, каждый цветочек… каждую ездовую ящерицу, в конце концов. Но и без этого хватало ощущения «три дэ»: сладкие ароматы неизвестных цветов, ветерок, нежно гладивший кожу, трепавший волосы и подол юбки, напряжение в мышцах без устали двигавшихся ног…

Ещё меня интересовало слово «академия», небрежно брошенное моей «носительницей». Только не говорите, что это магическая академия. Или нет, скажите, скажите! Если уж и променять на что-либо любимый мед, то только на магию. Немедленно захотелось попробовать сотворить что-нибудь магическое.

Лестница была довольно длинной, я уже начала запыхаться. Она шла уступами, на каждом с обеих сторон были выходы, то ли в сад, то ли на какие-то огороженные площадки. Когда я была на середине пути, сбоку вдруг вывернула компания из нескольких парней.

Моя «носительница» почему-то запнулась. Взгляд унёсся в сторону парней, мельком поймал самого высокого, с янтарно-рыжеватой шевелюрой. Я внутренне завопила от восторга: этот парень тютелька в тютельку вписался в мой идеал. Я обожала таких – высоких, широкоплечих, с немного неправильными чертами лица, упрямым подбородком, чуть суженными, словно постоянно прищуренными тёмными глазами. Божечки, вот бы он посмотрел на меня!

В следующий миг он действительно посмотрел на меня – и на симпатичном лице появились отвращение и неприязнь. «Носительница» тут же отвернулась и продолжила невозмутимо подниматься. А я спиной чувствовала жгучий, полный злости взгляд.

Эй, так нечестно! Если уж видеть во сне свой любимый типаж, то хотелось бы, чтобы он был полюбезнее! Хотя бы заговорил… а может, и кое-что большее.

Мне до чёртиков хотелось обернуться, а то и свернуть, притаиться в кустах, подождать, пока парни поднимутся – и жадно всмотреться в того красавчика снова. Одного взгляда совсем не хватило. Лицо незнакомого парня смазанным пятном запечатлелось на подкорке и продолжало волновать. Вот бы посмотреть на него ещё раз, хоть одним глазочком перед тем, как проснусь.

Моя «носительница» наконец одолела лестницу и с независимым видом пересекла широкий холл. В самой середине холла стояла огромная статуя с каким-то мужиком в мантии и короне. У его ног красовалась выбитая на металлической табличке надпись: «основатель Магической академии Асмеи его величество король Йанс», и я очень обрадовалась, обнаружив, что, во-первых, умею читать, а во-вторых – это и правда магическая академия. Какой крутой сон!

Потом была снова лестница, длинный тёмный коридор со множеством одинаковых дверей, и наконец моя «носительница» без стука, одним лишь пассом, оставившим в воздухе слабый голубой след, открыла одну из них. Я восторженно завопила внутри: магия!

И почти так же восторженно встретила комнату за дверью: роскошную, не побоюсь этого слова, гостиную в бело-голубых тонах.

* * *

К вечеру бесконечный сон начал меня немного напрягать. И невозможность контролировать своё-не-своё тело тоже. Я уже выяснила, что живёт «носительница» не одна, а с двумя другими девушками. Одна была высокой, с тёмно-рыжей туго заплетённой косой, в красивом тёмно-зелёном платье, а вторая – пониже и попухлее, с забавными ямочками на щеках и шустрыми чёрными глазками. Отношения у всей троицы оказались хорошими, они весело трындели, обсуждая сплетни, которые я не понимала и пропускала мимо ушей.

Комнат у «моей» оказалось довольно много: спальня, ванная комната, комната для занятий и общая с двумя другими девочками гостиная (вот это общага, всем бы так жить!). Но довольно рано «моя» пожаловалась на усталость и отправилась в постель.

Почему-то я разделяла её чувства: усталость накатила прямо-таки отупляющая, как на сессии. На первом курсе мы в таких случаях закидывались стимуляторами и зубрили до утра, но сейчас ничего стимулирующего я принять не могла. Пришлось вместе с «носительницей» завалиться спать.

Зато утром я почувствовала себя бодрой и живой, как никогда. Проснувшись, первым делом привычно потянулась в постели. Потом взгляд уткнулся в шикарную, совершенно незнакомую лепнину на потолке, и я вздрогнула.

Сон всё ещё длится. Что за чертовщина? Я спала во сне? Так не бывает!

Пока я удивлялась, хозяйка тела перехватила управление (или мне только показалось, что поначалу тело двигалось по моей воле?). Сдёрнув одеяло, она вскочила с кровати. Сделала несколько наклонов в стороны, потянулась, поприседала – утренняя гимнастика, что ли? Потом пошла в ванную комнату – и я обалдела от роскоши. Вчера была слишком усталой, чтобы увидеть всё это: белую эмаль, золотые ручки, перламутровую мыльницу. Само мыло пахло обалденным цветочным запахом и выглядело как крупная овальная жемчужина.

Моя «носительница» умылась и озабоченно уставилась в зеркало.

Божечки! Девочка была хорошенькая, как картиночка. На вид лет шестнадцати или чуть младше, янтарно-рыжие кудри, яркие голубые глаза – не очень большие, зато обрамлённые мохнатыми тёмными ресницами. Аккуратный носик, такие же аккуратные розовые губки.

Впрочем, у «носительницы» собственное отражение особых восторгов не вызывало, она, хмуря бровки, проверила что-то у себя на лбу, посмотрела в профиль, скосив глаза, потом в другую сторону. Достала какую-то баночку и намазала на лоб и щёки нежно-розовую мазь, которая тут же впиталась. Кожа там, где она намазала, как засияла изнутри, таким здоровым жизненным блеском. Ого! Вот это косметология.

В следующей баночке, по всей видимости, оказалась помада или что-то похожее – придавшее блеск и яркость губам, отчего они сразу стали выглядеть мило припухшими.

Интересно, для кого она так прихорашивается?

Ответ я получила почти сразу, когда мы спустились по широкой лестнице и вошли в столовую. Моя «носительница» сразу метнула прицельный взгляд в угол, где сидела троица парней на вид лет двадцати. У меня подпрыгнуло сердце, потому что я вообразила, что снова увижу того красавчика, мой идеал – но, увы, ничего подобного, просто трое темноволосых, неуловимо похожих парня.

Тот, который сидел в середине, заулыбался и помахал. Губы «моей» девочки дрогнули в улыбке.

Так-так-так. А у неё, значит, уже есть сердечный друг! И это совсем не тот, который так понравился мне. Обидно.

Впрочем, за завтраком я выкинула парней из головы. А всё потому, что мне снова удалось перехватить управление! Хозяйка тела о чём-то задумалась, а мне хотелось есть и, недолго думая, я потянулась к ложке, зачерпнула густой кремовый суп. Почти сразу обнаружились проблемы. Я же левша, а девочка оказалась правшой. Когда она управляла телом, всё шло отлично, а когда я привычно потянулась к ложке левой рукой, то рука задрожала и чуть не пролила суп. Девчонка сразу опомнилась, переложила ложку в правую. Покачала головой.

Я затаилась.

Так, а она ведь не замечает моего вмешательства, если это не слишком противоречит её обычному поведению. Значит, именно так и нужно действовать: осторожно и исподволь.

Снова я попробовала перехватить управление, когда мы покидали столовую. Моя девочка как раз опять о чём-то задумалась, и я под шумок заставила её сбиться с шагу.

И, как назло, столкнулась с каким-то слетевшим с лестницы парнем. Жёсткий удар в плечо, непривычный, но приятный запах, и сердце вдруг забилось, как сумасшедшее. Я даже глаз поднять не успела, как угадала, кто это. Высокий рыжеватый парень, который мне так понравился.

Жаль, но это чувство взаимным явно не было. Я вскинула взгляд, увидела искажённое злостью симпатичное лицо, и парень прошипел сквозь зубы:

– Сгинь с моих глаз!

Оттолкнул меня, размашистыми шагами направился в столовую. Шёл, как по линеечке, печатая шаг. Стильный красно-чёрный мундир (местная форма?) красиво обтягивал его широкие плечи.

Я озадаченно застыла, глядя вслед. Он как будто меня за что-то ненавидит. А меня вот к нему ужасно тянет. Просто как наваждение какое-то. Даже сейчас хотелось кинуться следом, схватить за руку… у него наверняка крупная тяжёлая ладонь, которую так и хочется потрогать.

– Ты чего встала? – поинтересовалась одна из подружек, пухленькая.

– Кто это? – вопрос соскользнул сам.

– В смысле кто? Райен?! Ты чего?

А чёрт. Я снова села в лужу. И хозяйка тела вдруг проснулась, я почувствовала, как она удивлена. Тут же все ниточки вернулись к ней.

– Что? А что я сказала? – она завертела головой. – Я что-то задумалась, прости.

– Ты спросила, кто такой Райен, – теперь подружки смеялись обе. – Не узнать собственного брата – вот это был бы номер! Ты чего, допоздна вчера за учебниками сидела?

Моя девочка тоже слегка деревянно засмеялась, а я… я была в шоке. Мой красавчик – её брат? Брат вот этого вот тела? Чёрт, надо же, чтобы так не повезло!

А почему они тогда на ножах? На обычную братско-сестринскую ссору не похоже.

Мы уже поднимались по лестнице, когда я услышала сзади громкие крики – а затем быстрый, как набат, частый колокольный звон.

– Немедленно прекратить! – раздался густой мужской голос, перекрывающий всё вокруг. – Студент Лилле!

Лилле?

Я совершенно рефлекторно обернулась: я где-то слышала это имя или фамилию. Обернулась, даже не сразу отдавая себе отчёт, что снова получила возможность управлять.

И обалдела, увидев, что мой брат-не-брат очутился в середине скандала. Вернее, по всей видимости, драки – потому что он один стоял в центре освободившегося пространства, как будто других студентов (а народу в холле было полно) отнесло от него мощной волной. Хотя нет, не один – у дверей столовой был припёрт к стенке другой парень, с искажённым от страха лицом. Его грудь обвивали золотые полосы. Такие же золотые круги вертелись в воздухе перед моим «братом». И ещё один парень валялся в сторонке под ногами зрителей.

Завидев пожилого мужчину с пышными усами, в серо-синей форме, «братик» опустил руку. Недобро фыркнул в ответ на лекцию, которую усатый начал читать (кажется, что-то на тему «драки запрещены»). И вдруг, словно почувствовав что-то, обернулся, полоснул меня взглядом. Шевельнул желваками, негодующе раздул ноздри.

Чёрт, он смотрел так, как будто это я подослала этих двух перцев. Я бросила взгляд на одного из них (он как раз вставал, опираясь на добровольного помощника из зрителей) и с содроганием души его узнала.

Именно они, неуловимо похожие, темноволосые, сидели за столом с тем парнем, который мне улыбался.

Блин, ничего не понимаю!

Тут снова разлился колокольный звон, девчонки схватили меня под руки, запищали:

– Первый звонок! Бежим!

Хозяйка тела тут же очнулась, кивнула – и мы помчались, по всей видимости, в аудиторию.

На уроке я невольно заскучала. Моя девчоночка прилежно строчила в тетради, сшитой из толстых листов грубо обработанной бумаги, умело пользуясь каким-то странным гибридом пера и авторучки. Вместо чернильницы лежал небольшой чёрный камешек, к которому она подносила свою авторучку, как бы подзаряжая. Не больше пары раз за лекцию, видимо, заряда хватало надолго.

Пока она училась, я несколько раз пыталась проснуться. Меня начало напрягать, что сон ничуть не собирается заканчиваться. Хотелось вернуться домой, в привычную жизнь, рассказать маме, какая прикольная история мне привиделась, открыть учебник по анатомии и начать зубрить к завтрашнему коллоквиуму.

Но как бы я ни старалась, так и продолжала сидеть в аудитории под монотонный голос лектора, вещающий о каких-то потоках.

Осознание накрыло меня внезапно.

Блин, а если это не сон? Если меня и правда затянуло в какой-то чужой мир, чужое тело?.. И нет способа вернуться, я навсегда останусь жить вот так, в уголке чужого сознания, лишь изредка получая возможность управлять?

И то – лишь пока девчонка не засечёт меня и не выпьет зелье, которое ей дал тот маг.

А он говорил что-то о поглощении, о части чужой души. Это я и есть эта часть. Это меня подсадили в сознание девчонки, уж не знаю зачем.

Пальцы невольно легли на сумку, нащупали грани флакона.

Ну нет, я легко не сдамся. Ещё посмотрим, кто тут кого поглотит.

Глава 2

Оставшееся время лекции я употребила на попытки залезть своей «носительнице» в голову. Фигурально выражаясь, я и так сидела у неё в голове, но только как зрительница, не имея доступа к её чувствам и воспоминаниям. Но вот недавно, на лестнице, я почувствовала, как она удивилась. Значит, возможно, смогу почувствовать или заставить её почувствовать и что-то другое.

Первым делом в сознании всплыло лицо того чёртова красавчика, брат он ей или не брат. Это было банально сильнее меня, я реально на него «подсела», хоть и видела-то всего пару раз. Но раз уж он сам лезет на ум, то я попробовала транслировать его образ своей «носительнице».

И затаилась в ожидании ответа.

Как ни странно, получилось у меня с первого раза. Почти мгновенно пришёл отклик: глухая неприязнь, желание отомстить, застарелая обида. Я поднажала и выловила воспоминание: я-девчонка, сжав кулаки, кричит что-то в лицо старшему брату – а тот, высокомерно усмехаясь, захлопывает перед её носом дверь. Я мысленно пожала плечами: похоже на обычную ссору брата и сестры. Не поделили чего-то, бывает.

Попробовала закопаться глубже, в самое детство. Меня, если честно, интересовал очень шкурный вопрос: на самом ли деле они брат и сестра.

По картинкам, которые удалось выловить, выходило, что да. По крайней мере он присутствовал в её воспоминаниях с самого детства. И, надо сказать, поначалу они вроде не сильно враждовали. Он, кажется, учил её кататься на лошади и даже… фехтовать? Да, точно, фехтовать на длинных толстых палках. Девчоночка нападала на брата с безумным азартом, да и он парировал с не меньшим. На вид ему было не старше двенадцати-тринадцати лет. Сейчас он выглядит на двадцать два, двадцать три, значит, это было где-то лет десять назад.

Ладно, а кто такие те парни в столовой? Неужели это она натравила их на брата?

Осторожный запрос показал мне такое воспоминание: темноволосый парень сжимает мои руки и жарко шепчет на ухо: «Если мы устраним его, наследником станет кто-то из нас. Тогда, если мы поженимся, мы будем править Ивлантой. Вместе».

Ивланта… что это такое?

На прямой вопрос всплыло что-то вроде карты. Масштабы непонятны, но выглядит довольно крупной по сравнению с мелкими соседями. В середине витиеватыми здешними буквами: Ивланта. Название страны, стало быть.

Господи. Голова пошла кругом.

Я, точнее, моя «носительница» – наследница… чего, трона? По всей видимости, да. Ничего себе! А тот темноволосый в столовой – тоже наследник? Но второй очереди, видимо. А самый главный наследник – старший брат моей красавицы, ясен пень! Именно его и собираются устранить.

Похоже, меня угораздило попасть в самый центр заговора.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5