Анна Майничева.

Берёзово: историко-архитектурные очерки



скачать книгу бесплатно


Рис. 7. Старинное русское судно – коч. С гравюры XVII в.


Рис. 8. Ханты. Гравюра из книги И. Идеса. 1706 г.


В районе впадения р. Сосьвы в р. Обь было неспокойно – это была территория проживания вогулов и остяков (рис. 8), социально-политическая верхушка которых вела междуусобные войны, сопротивлялась присутствию русских, поднимала восстания.

Последствия «смутного времени», в Нижнем Приобье, длившиеся до середины XVII в., сказались и на Берёзове. Несколько раз город был осажден, но атаки были отбиты, а восстания подавлены. В грамоте царя Михаила Федоровича архиепископу Киприяну от 19 декабря 1621 г. говорилось: «… А березовские служилые люди литвин Копоско Григорьев да казаки Первушка Яковлев, Тренка Иванов в роспросе сказывали: В Сибире де Березов город и острог поставлены блаженные памяти при государе царе и великом князе Федоре Ивановиче всеа Руси, тому де двадцать восмь лет (1593 г. – А.М.). А поставлен тот город для того, что в том месте были многие остяки и самоедь, а нашего ясаку с себя не платили. И ис Тобольска де воеводы посылали к тем остяком и к самояди тоболских служилых людей для нашего ясаку. И те де остяки и самоядь тоболских служилых людей побивали… А которые де торговые люди езживали с Руси и ис Тоболска в Монгазею со всякими товары, а из Монгазеи к Руси и в Тоболеск, и те де остяки и самоядь торговых людей побивали же. И как де город и острог поставили, и березовские де остяки и самоядь к городу и острогу приступали и острог де выжгли, и многих наших служилых людей побили. …с Москвы прислан де был князь Петр Горчаков да Олександра Хрущов с служилыми людми… И тех остяков и самояд привели под нашу царскую высокую руку и ясак с них взяли… А в Березове де ныне служилых людей и ружников триста пять человек…» (Тобольский архиерейский дом в XVII веке, 1994, с. 184).

Острог позволил закрепиться на северных территориях, взять под государственный контроль поток вольнонародной колонизации по основной водной магистрали Мангазейского морского хода, а также беспрепятственно собирать ясак (миниатюры из летописи Ремезова иллюстрируют один из таких эпизодов, рис. 9). С 1600 г. в Берёзове действовала таможенная застава, которая контролировала южный путь от устья притока Оби Соби на Тобольск.

Берёзов становится речным городом со значительной судоверфью. Уже в 1601 г. в Берёзове были построены четыре бота и два коломета, на которых казаки спустились по р. Оби до ее устья, осмотрели Обскую и Тазовскую губы, собирая дань, а оттуда дошли до «Студеного моря» (Щеглов, 1993, с. 53) – Северного Ледовитого океана (строительство и починка судов были одним из важных дел для сибирских городов, стоящих на реках, рис. 10).

В Росписи сибирским городам и острогам указывалось, что «… из Березова … посылают ко государю к Москве государску ясачную казну и мяхкую рухлядь через камень, а ходу от Березова до Руси Обью рекою … в стругах до камени 4 дня, а от камени сухим путем волоками 2 недели, … Усою рекою вниз воды до Печоры реки 10 дней…», а «… к Березову водяным путем, как посылают из Тобольска на Березов государевы хлебные запасы с служивыми людми, в дощаниках и в лодьях.

Ходу Иртышом рекою вниз воды до Иртышского устья ходу 9 дней, а от устья Иртыша реки Обью рекою вниз воды ходу 10 дней; а от Оби реки Обскою протокою до Соби реки пол-днища, а Собью рекою вниз воды ходу пол-днища ж. А зимним путем от Тоболска к Березову лошадми езду до Иртышского устья неделя, а гоняют тоболские захребетные и ясачные татаровя от волости до волости. А от Иртышкого устья ходят нартами на собаках Сургуцкого уезду государевы ясачные остяки до Сотниковых юрт, 4 дни ходу; а от Сотниковых юрт до Березова нартами ж на собаках ходят князь Дмитриевы Остяки Алачева до Березова 5 дней» (цит. по: Титов, 1890, с. 17-20).


Рис. 9. Сбор ясака. Миниатюра из Ремезовской летописи


Рис. 10. Слева – починка лодки, гравюра XVII в.; справа – плаванье по сибирским рекам, миниатюра из Ремезовской летописи


В 1668 г. в Тобольске по указу царя Алексея Михайловича был выпонен Чертёж всей Сибири, в котором были сведения о путях к сибирским поселениям. В нем говорилось о трудностях пути в тех краях: «от Самаровского яму вниз по Иртышу и по Оби рекам мимо Коцкой монастырь и мимо устье реку Сосьвы до Березова водой ходят в 6 дней. От Березова мимо Обскую и Обдорскую застав до Мангазейского моря по Оби же реке вниз ходят в 12 день, а за море перебегают парусом до усть Тазу реки в четверы сутки: страстен и страшен всегда от ветров ход. А с усть Тазу реки до города Мангазейского вверх по Тазу реке перебегают парусом в четыре сутки, а бечевной ход нужен. А от Мангазейского города до Туруханского зимовья водным путем ходят в малых судах недели по три, по 4, а на половине промеж речек Волочанок волоку на версту через гору» (там же, с. 37).

В 1601 г. был построен новый острог. В 1605 г. за его пределами была возведена Воскресенская церковь, а в 1607 г. ее хотели включить в стены нового, большего, острога (Резун, Васильевский, 1989, с. 109). В грамоте воеводе Петру Черкасскому от 1 апреля 1607 г. говорится: «Да в прошлом в 113-м году березовские служилые люди воздвигли храм во имя Воскресенья Христова за острогом; да они ж поставили у того нового храму за острогом для острожной тесноты, 15 дворов. И бьют нам челом березовские служилые люди, чтоб … велети им для храму и для острожной тесноты острогу прибавить…, … и вы б на городовое и на острожное дело велели лесу выронити березовским служилым людям…. Да торговым тутошним жилецким и приезжим людям всяким и ярыжным казакам, а выроня лес, велели пригнать водою, да как лес на Березов пригонят, и вы б у города которые худые места велели поделати и острогу прибавити теми же людьми» (СПбО АРАН. Ф. 21. Оп. 4. Д. 16. Л. 138 об.).

Хотя уже в 1621 г. решался вопрос о смене и уменьшении берёзовского гарнизона: «С Березова города служивых людей свести в сибирские хлебные городы, разобрав, которые пригодятця х конскому сидению (рис. 11). Половина в Томский город… А досталным бы березовским служилым людям жить в Тоболску. А на Березов бы посылать вперед годовальщиков по сту человек, так же, как и в Монгазею. А впредь де Березов город мочно держати пятьюдесятью человеки» (Тобольский архиерейский двор, 1994, с. 182), угроза нападения остяков и вогулов оставалась острой: «будет в ясачных людях шатость и городом поруха … казне будет убыль великая» (там же, с. 184), поэтому с момента основания города до начала XVIII в. значительный по размерам гарнизон оставался в городе, а крепостные укрепления несколько раз перестраивались и расширялись, в целом оставаясь на «прежнем городовом месте».

В зависимости от количества жителей и размеров города различался состав построек. Однако если говорить о типичном хорошо развитом городе, то набор построек был регламентирован. Обычно там стояли церкви, съезжая изба, игравшая роль помещения для канцелярии и управления делами, воеводский двор, «казенный государев двор» с хлебными житницами и погребами, где хранились припасы («зелье, свинец в ядрах и брусках и сера горючая»), дома городских священников, дьяконов, дьячков и просвирниц, воротных и городовых сторожей, приказчика, который принимал и хранил казенные запасы, подьячих, стрельцов, пушкарей, бобылей, детей боярских, кельи для бедных вдов и сирот. Иногда города были окружены с двух или трех сторон еще одной стеной – «острогом», который защищал «посад», где жили обыватели.


Рис. 11. Казаки составляли значительную часть населения сибирских городов. Сибирские казаки. Гравюра XVIII в.


В остроге также устраивались башни. Остроги могли строить отдельно от города или пристраивать к нему, чтобы разместить как можно больше жителей. Посад разделялся на слободы, в которых кроме посадских людей и мещан жили служилые, были слободы казацкие и стрелецкие («жили бобыли, не платившие оброка, пушкари, казенные кузнецы и плотники, пивовары, площадные подьячие, крепостных дел писцы»), слободы земских посадских людей или земледельцев, ямские слободы, где жили ямщики.

Купцы, гости и зажиточные посадские люди селились ближе к городу, так как против городских больших ворот обычно находилась площадь с лавками, гостиным двором, кабаком, аманатским двором с избами, окруженными тыном. С открытой, «полевской», стороны острог и город были обведены рвом и валом, ограничивавшими посад. В крупных городах за острожным рвом находились веси, слободы и слободки, где жили мастеровые, ремесленники. От границ слобод начинался «пригородный стан с селами, деревнями, починками, пустошами, селищами, займищами» (Дмитриев-Мамонтов, Голодников, 1884, с. 73-74).

Численность населения Берёзова росла. В 1608 г. там проживало 323 человека, в 1645 г. одних только казаков насчитывалось 260 чел. В 1740-е гг. казаков было 167 чел., а людей «податного сословия» (мещан, разночинцев, крестьян, рис 12) числилось 397 человек мужского пола (Резун, Васильев-ский, 1989, с. 110). Изменялась и росла застройка поселения.


Рис. 12. Слева – посадские девицы, XVII в., на одной из девиц меховая шапка; справа – жители Сибири, с гравюры начала XVIII в.


В 1636 г. в Москву была направлена отписка тобольских воевод князей Михаила Темкина-Ростовского и Андрея Волынского с предложением по строительству Берёзовского острога (РГАДА. Ф. 214. Ст. 178. Лл. 21 – 42 об.; Первое столетие сибирских городов. XVII век, 1996, с. 72–78), в которой указывалось на многочисленные неполадки в конструкциях башен, городен и тына: «городовые четыре стены все згнили и завалились и башни огнили ж…», кроме того, «поделать-де и укрепить тех городовых стен и башен никоторыми мерами не мочно, и на башнях наряду быти нелзе», т.е. починить стены и башни невозможно, а на башнях нельзя разместить пушки. Вместо городовых стен поставлен более ненадежный «острог стоячей» – тын. Воеводский двор, стоящий в стене, подмыло водою, потому что он был поставлен близко к берегу, который осыпался в реку. Не было положенных по фортификационным правилам «крепостей… и слухов, и подкопных мест, и рву».

Чтобы установить объем предстоящей работы, требовалось «послати ис Тоболска на Березов, кого пригож и кому городовое сметное дело было заобычей, и велети того высмотрить и сметить гораздо, новой ли город и острог на Березове ставить или старой город и острог поделати мочно, и сколко какова лесу на новой город и на острог или на старой город и острог на поделку надобно, и сколь далечо тот лес от города будет, и какой лес, и колкими людми ево изготовить, и в сколко месяц новой город (и) (о)строг зделать или старой город и острог починити мочно». Благодаря тому, что тобольский сын боярский Павел Хмелевский провел необходимые расспросы и выполнил сметную роспись, можно реконструировать внешний вид и план Берёзова, каким он был на момент описания, т.е. около 1636 г.

Расспросы велись по следующей программе: «велено про Березовской город и острог роспросити и сыскати в Тоболску всякими людми всякими сыски накрепко, сколь давно, и в котором году, и какими людми на Березове город и острог ставлен, и однеми ль березовскими служилыми и всякими людми или и иных сибирских городов, и будет иных сибирских городов служилыми людми, и ис которых городов, и по сколку человек на Березов для городового дела служилых людей посылано было, и что тем служилым людем, которые для того городового и острожново дела посыланы были, государева жалованья на подмогу давано, и вперед на Березове старому городу и острогу без поделки быть мочно ль. И будет по сыску на Березове город и острог худ и вперед им бес поделки быть нелзя, и ис Тоболска велено послать для досмотру и городовой сметы на Березов, кого пригож, и того высмотрить и сметить, новой ли город и острог на Березове ставить или старой город и острог поделать мочно, и сколко какова лесу на новой город и острог или на старой город и острог на поделку надобно, и сколь далечо тот лес от города будет, и какой лес, и колкими людми ево изготовити, и в колко месяц новой город и острог зделати или старой город и острог починити мочно. Да ис той сметной росписи перечневую выписку велено прислати ко государю к Москве с ыными государевыми делы вместе». Выяснилось, что сведения в берёзовском городовом списке 1635 г. отличались от того, что рассказывали берёзовские служилые люди. Список: «…каков городовой список прислал в Тоболеск з Березова воевода Офонасей Талачанов, написано: ставили-де Березов-город и прежней острог воеводы Микифор Траханиотов, да князь Михайло Волконской, да голова Иван Змеев во 101-м году ратными людми з земель вятчаны, и пермичи, и вымичи, и усолцы, и служилыми людми всею ратью, а с ыных с которых городов служилые люди были ль, и тово в том городовом списке не написано». Служилые: «И тоболской конной казак Исачко Еремеев, стрелецкой десятник Васка Незнаха, сургуцкой казак Якушко Юрьев Вергун в роспросе сказали. Поставлен-де Березов-город блаженные памяти при государе царе и великом князе Федоре Ивановиче всеа Русии, а ставили ево воеводы Микифор Траханиотов да князь Михайло Волконской даточными людми, а даточные люди были с земель: с Вятки, с Перми, с Выми, от Соли Вычегоцкие да ратными людми, которые присланы были на Березов на житье. А в котором-де году Березов-город ставлен и сколко даточных людей з земель у тово городового дела было, тово они не ведают, потому что у того городового дела не были, Исачко да Васка в ту пору служили в Тоболску, а Якушко Вергун на Таре.

А березовской казак Трофимко Семенов сказал. В прошлых-де годех блаженные памяти при государе царе и великом князе Федоре Ивановиче всеа Русии посланы были с Москвы в Сибирь Березова-города ставить воеводы Микифор Траханиотов да князь Михайло Волконской да голова Иван Змеев, а с ними послано было на житье на Березов-город ратных людей триста человек, а прибираны те ратные люди на Москве, да на Коломне, да в Переславле-Резанском, да им же де велено взяти з земель даточных людей: с Вятки, с Перми, с Выми, от Соли Вычеготцкой полтораста человек. И воеводы-де Микифор Траханиотов да князь Михайло Волконской да голова Иван Змеев с ратными и з даточными людми пришли в Сибирь на Верхотурье через Лозву зимним путем, а Верхотурья-де и Туринсково острогу в ту пору не было. А весною де, пришед на то место, где ныне Березов, город и острог поставили одним летом, толко города покрыть не успели. И которые-де ратные люди присланы были на житье, те учали селитца дворами, а даточные-де люди, перезимовав зиму, роспущены по домам, а опричь-де трехсот человек ратных людей да полутораста человек з земель даточных людей, у того городового дела ни ис которых городов людей не было». Как бы то ни было, участие в строительстве выходцев с Русского Севера было установлено. Острог был поставлен за один летний сезон, были выполнены все строительные работы кроме покрытия кровель на городнях. Несмотря на возникшие неудобства в виде осыпающегося берега крепость своего местоположения не изменяла, вероятно, ввиду его стратегического преимущества.

По берёзовскому сыску П. Хмелевского «9 человек березовских казаков, которые служат на Березове исстари, 1 человек пушкарь, всего 10 человек» дали уточняющие сведения: «они ведают, что Березов-город и прежней острог поставлены при воеводах при Микифоре Траханиотове да при князе Михайле Волконском да при голове при Иване Змееве во 101-м году, а лес-де сечен на том месте на корени, а ставили-де ратные люди з земель: пермичи, соливычегоцкие вычегжаня, вымичи, сысоличи, а прислано-де было всех даточных и ратных людей 300 человек, а подмога им давана в тех городех: в Перми, у Соли Вычегоцкой, на Вычегде с миру, а сколко им на подъем из миру денег дано, тово-де они не ведают. А служилые-де люди Березова-города не ставили и лесу на городовое дело не ронили, а были в те поры на отвотных караулех от остяков и в розсылке на государевых службах. А иных-де сибирских городов служилых людей у того городового дела не было». Люди, появившиеся в Берёзове позже, говорили о том, что им более известно, а именно о новом остроге и Лесной башне: «А 2 человека детей боярских, 2 ж человека атаманов, 140 человек казаков, 1 человек пушкарь, 1 человек городовой воротник, 1 же человек острожных ворот воротник, 5 человек приезжих торговых людей, и всего всяких людей 152 человеки, сказали. Сколь-де давно, и в котором году, и какими людми на Березове город и острог ставлен, и колкими людми, про то они про все не ведают, потому что они приехали на Березов после того, как город и острог ставлен, а иные на Березове породилися после же городового ставленья. А то-де они ведают, что на Березове новой острог и башня Лесная поставлены в прошлом во 125-м году (1617 г. – А.М.) при воеводе при Беленице Зюзине да при Василье Нармацком, а ставили острог и башню они, березовские служилые люди и ружники, всем Березовским городом, а ставился-де им острожной жеребей, опричь башни, всякому человеку по дватцати алтын и болши, потому что лес от Березова удалел. А в то-де время было на Березове служилых людей, и ружников, и оброчников 330 человек, и ис тово-де числа по государеву указу переведено в Томской город на житье восемьдесят семей».

П. Хмелевский очень подробно описал отдельно город и острог, причем, видимо, для того, чтобы можно было точно составить смету на починку, приведены размеры построек и сооружений. Все предложенные автором реконструкции учитывают особенности строения башен в XVII в. и их размеры. В росписи указано, что «…всего на Березове в городе 4 башни, 2 с вороты, а 2 ж глухие». Первая постройка, с которой начато описание, – проездная городовая Спасская башня (рис. 13): «у Березовсково города городовая первая Спаская башня четвероуголная с вороты, которыми въезд в город из острогу, с углами 4 сажен без четверти, а лес в стенах середней, в отрубе от вершины в 5 вершков бревно, а от земли вверх до абламов рублена по 35 рядов в стене, а над обламы до режу рублена по 15 рядов в стене, а реж рублен на 4 же угла по 16 рядов в стене. И та башня от земли подгнила, и в стенах бревна ветхи, и мосты подгнили ж, и кровля на ней згнила, вперед в новую башню те бревна не годятца, а пригодитца тое башни стенных и середнево мосту бревен в городовое дело в стене над городнями, под обламы, на мост, что невеликое».

Название башни – Спасская – говорит о том, что на ее стене была расположена икона с образом Спаса. Поскольку башня проездная, она имеет ворота. В плане она является четырехугольной с размерами сторон более 6,8 м, скорее всего, была срублена в «обло» с остатком. Сложена из нетолстых брёвен диаметром около 21 см, судя по дальнейшим описаниям это самая мощная и значительная башня как по всем трем размерам, так и по качеству леса. В башне устроены обламы, что характерно для традиционной русской острожной архитектуры. Высота стен до обламов около 7,4 м, высота обламов – 3,19 м. Упомянутый в росписи «реж» – вид бесстропильной надежной конструкции для установки кровли и смотровой вышки (рис. 14). Аналогами являются шатры таких построек Русского Севера, как Успенская церковь в Кондопоге, церковь в с. Саунино, Петропавловская церковь в с. Вирма.


Рис. 13. Первая Спасская башня города Берёзова. Реконструкция А.Ю. Майничевой


Рис. 14. Различные виды сторожевых вышек на башнях (см.: Крадин, 1988)


Реж выполняется из брёвен в виде пирамидальной конструкции с врубками не более одной трети бревна с их постепенным смещением к центру. Его высота более 3,4 м. Смотровая вышка в описании не упомянута, но, во-первых, задачей сметчика было не описание башен, а установление пригодности для дальнейшего использования их как в собранном виде, так и при разборке на бревна, во-вторых, именно использование конструкции «реж» говорит о наличии вышек. В-третьих, чертеж С. Ремезова 1701 г. косвенно свидетельствует о наличии вышек на всех башнях даже на рубеже XVIIXVIII вв., а уж в первой половине XVII в. в условиях беспокойной в военном отношении ситуации в Приобье они были просто необходимы.

От городовой Спасской башни «до другие городовые глухие башни, что словет Пермская, на углу от лесу городовые стены было 26 сажен с полусаженью, от земли в вышину по обламы тое городовые стены было пол 2 сажени, а в сажени 16 бревен, в отрубе в 4 вершка аршинных бревно, а вверх от обламов до кровли было тое стены сажень, а городен было в той городовой стене 16, и та городовая стена вся подгнила и завалилась, и го-родни подгнили же, и стенные бревна и перерубы в городнях згнили ж, ни в какое дело тот лес не годитца». Таким образом, до Пермской башни была устроена стена из 16 городен, имеющих обламы (рис. 15, 16), расположенные на высоте «пол второй сажени», т.е. 1,5 сажен, что составляло около 3,15 м. Высота обламов была 2,13 м. Пермская башня не имела ворот и «… мерою стенами и вверх рублена такова ж, что и первая башня, а бревна в стенах ветхи и от земли подгнили, в новую башню тот стенной лес не годитца, и мосты в той башне и на ней кровля згнили же, и что невеликое тое башни стенных бревен годитца в городовое дело над нижними городнями на мост» (рис. 17).

От Пермской башни до третьей глухой (т.е. не имевшей проезда), «что словет Вымская, которая стоит на углу», были расположены «городовые стены… 26 сажен без аршина, а городен в той стене нет ничего, все згнили, и сколко было городен, тово не знать. И меж Пермские и Вымские башен поставлен вместо городовые стены стоячей острог, в отрубе от вершины в 4 же вершка бревно, и тот острог годитца в острожное дело, а тое Вым-ские башни стенные и мостовые бревна и кровля погнили, ни в какое дело тот лес не годитца». Рядом со стеной был когда-то выкопан ров, обе стенки которого укреплялись тыном: «… и во рву по обе стороны был тын стоячей вострой, и тот ров осыпался, и во рву тын огнил, а от городовые стены до того рву сажень с аршином». В названия башен – Пермская, Вымская – отражены направления от Берёзова на Пермь и на Вымь.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3