Анна Крейц.

Проект «Мессия». Заговор



скачать книгу бесплатно

Прогулялись по улицам, они наткнулись на размахивающую зонтом англичанку, сопровождаемую группой примерно из двадцати экскурсантов. Следуя за группой, они слушали гида, оказавшуюся невероятно хорошо осведомленной о городе.

Как маленькие дети, следовавшие за крысоловом из Хамлина, они шли за ней по улицам Парижа, пока не оказались внутри большой церкви с самым невероятным набором витражей, которые они когда-либо видели.

– Через двадцать минут я жду всех вас на улице, – крикнула гид своей группе туристов, – и запомните… фотографировать разрешено без вспышек!

– Ух ты, – восхитилась София, обоходя церковь и рассматривая фрески на окнах. – Это прекрасно!

Они вошли в небольшую темную часовню на первом этаже и поднялись по изогнутой лестнице, ведущей вверх узкой башни и выходящей в большую часовню, украшенную огромными витражами красивого цвета, каждый около сорока пяти футов высотой.

Солнечный свет проникал через окна и превращался во множество ярких цветов, отбрасывая на пол великолепные цветные тени. Это было восхитительно. Ни София, ни Роберт раньше не видели ничего подобного.

Восхищнный, Роберт схватил Софию за руку и жестом пригласил ее в присесть на лавку в углу часовни, чтобы еще немного посидеть и впитать красоту этого места.

– Вот, – сказала София, подбирая оставленный кем-то их туристов буклет с информацией о часовне Сент-Шапель.

Устав от чтения, София передала буклет Роберту и снова пошла бродить по часовне.

Когда она вернулась через пять минут, Роберт смотрел прямо на нее с возбужденным выражением на лице. Но София также уловила другую эмоцию, которая удивила ее.

Она увидела страх в его глазах.

– В чем дело. У тебя все нормально? – спросила она обеспокоенно.

– София, у меня только что возникла идея. Насчет моей докторской диссертации

– Так почему ты дрожишь? Ты должен быть счастлив! – спросила она, успокаивающе дотронувшись до его руки, и села рядом с ним.

– У меня только что была идея.. и если я прав, и она сработает, я не только получу докторскую степень… Мир уже никогда не будет прежним!

Глава 9

Что ты имеешь в виду? – спросила София, сжимая его ладонь.

Зрачки Роберта сжались до размера булавочных головок, на лбу выступили капли пота.

– Прочитай это… последний абзац, – ответил Роберт, вручая девушке туристический буклет.

Она взяла брошюрку и медленно прочла то место, на которое указал Роберт. Там описывалась, как давно, еще в тринадцатом веке, французская церковь узнала о существовании Тернового Венца, который был на голову Христа во время распятия. Во времена средневековья французская католическая церковь собрала огромную сумму денег, эквивалентную нескольким миллиардам евро, приобрела Венец и построила церковь Сент-Шапель, в которой реликвия хранилась и сегодня.

Не понимая значения слов, София вопросительно взглянула на Роберта:

– Ну и?.. я не понимаю…

– На прошлой неделе я встречался с профессором, и он рассказал мне о прогрессе, которого они достигли за последние несколько месяцев, развивая и совершенствуя процесс клонирования, – начал объяснять Роберт. – Хотя профессор прямо не сказал об этом, я полагаю, что, сочетая его последние работы с некоторыми недавними открытиями, сделанными одним из его коллег в Швеции, возможно, удастся взять образец древних остатков крови и очистить его от современных генных примесей, что позволит нам регенерировать свежие генетические образцы, содержащие оригинальный генетический код владельца крови… эффективно регенерируя оригинальную кровь, и из этого генетического материала мы могли бы клонировать человека, которому принадлежит кровь… даже если этот человек умер две тысячи лет назад!

Роберт внимательно взглянул в лицо Софии, чтобы убедиться, что ей понятен смысл его слов.

Но девушка все еще не понимала, куда клонит ее друг.

– И что нам это даст? Какая связь? – спросила она, злясь и расстраиваясь на себя за то, что не может понять его идею.

– Извините, может быть, я слишком тороплюсь, – сказал Роберт, обнимая девушку за плечи.

– Ну, во-первых, по сути, моя идея заключается в том, что, объединив два набора работ из Швеции и Оксфорда, я смогу разработать совершенно новый процесс создания клона из древних образцов крови.

Никто другой не делал этого раньше. Это была бы оригинальная работа, которая позволила бы мне защитить докторскую степень в Оксфорде! – Он сделал паузу, чтобы перевести дух. – Но дело не только в этом. Эта церковь была построена в средние века специально для размещения Тернового Венца. Терновый Венец был Венцом из колючих кустов, который был надет на голову Иисуса Христа в момент распятия. Подумай об этом! На всех картинах, изображающих распятие, из ран на голове Христа течет кровь. Терновые шипы пронзили его кожу и пропитались кровью, это ведь было неизбежно. И представь на мгновение, что Терновый Венец, который купила церковь Сент-Шапель, НАСТОЯЩИЙ, я имею в виду, именно тот, который был на голове Христа во время его распятия! Если этот так, то я мог бы найти следы крови настоящего Христа на шипах… и из них… -Роберт сделал паузу, и глядя прямо на изображение Христа на кресте, – из них я смог бы клонировать самого Иисуса Христа! Разве ты не понимаешь? Я мог бы помочь вернуть Иисуса Христа… Второе пришествие Иисуса Христа… возвращение вашего Мессии!

Глава 10

– Так где же он сейчас? – нервно спросил Роберт у гида, держа Софию за руку.

К счастью, они нашли ее вновь. Женщина за информационной стойкой у входа в часовню не говорила по-английски, и они выбежали на улицу, пытаясь найти и догнать туристическую группу, за которой они следовали до этого. Роберт надеялся, что гид что-нибудь знает о Терновом Венце.

Они нашли группу в нескольких кварталах от церкви, и Роберт нетерпеливо выслушал рассказ гида о французской революции и Лувре, прежде чем она позволила группе сделать тридцатиминутный перерыв на чай в кафе с видом на реку Сену.

– Я никогда не видела Венец лично, – сказала она, снимая коричневые очки в роговой оправе и разглядывая ресницами у молодого человека, стоящего перед ней, – но мне достоверно известно, что Терновый Венец сейчас выставлен под сводами собора Нотр-Дам в Париже. Это происходит один раз в год, когда религиозные реликвии выставляют в соборе напоказ для туристов и жителей города. Но вы пропустили это… выставка была в прошлом месяце. Боюсь, вам придется подождать еще год, чтобы увидеть это.

– Он на самом деле настоящий?

– Надеюсь, что настоящий. Французы заплатили целое состояние, чтобы купить его. Современный эквивалент миллиардов евро. Если это не настоящая вещь, то это будет величайшее мошенничество в истории! – она тихонько рассмеялась.

Сердце Роберта бешено стучало. Он должен был подумать. Сможет ли он действительно клонировать Иисуса Христа? Будет ли артефакт в Нотр-Даме настоящим Терновым Венцом, или же это просто изощренный обман? Какова вероятность того, что на шипах все еще могут оставаться незначительные следы крови? Как он сможет получить Венец для исследования и взять образцы с него? На самом ли деле реликвия находится на хранении в соборе Нотр-Дам?

Он сунул банкноту за двадцать евро в руку леди и обильно поблагодарил ее.

– Спасибо. Вы нам очень помогли!

Он повернулся к Софии, указывая в сторону ближайшей станции метро.

– Давайте вернемся в отель. Мне надо подумать.

Когда они вернулись в свой гостиничный номер, сердце Роберта все еще колотилось. Он не сказал ни слова Софии во время поездки на метро, но она понимала, что ему нужно время, чтобы успокоиться.

После душа и чашки чая Роберт немного расслабился.

Он лежал на кровати рядом с Софией. Какое-то время они хранили молчание, затем София заговорила:

– Роберт, я не понимаю, почему ты хочешь клонировать Иисуса Христа. Ты же еврей! Евреи не верят во Христа!

– Верно. Я еврей. Моя мать родом из хорошей еврейской семьи в Англии, но мой отец был христианином, прихожанином англиканской церкви. Хотя сильно верующим он никогда не был. Скорее, он был агностиком или разочаровавшимся. Мама воспитывала меня как хорошего еврейского мальчика, заставляла меня ходить в синагогу два раза в неделю. Но с тех пор, как она ушла от нас, я разу там не был, и в школе я получил христианское религиозное образования. В любом случае, я вырос с обеих сторон спора. Христиане верят, что Иисус Христос был Мессией, и обвиняют евреев в его убийстве… А евреи считают, что он был одним из пророков. Мы не сомневаемся в существовании Христа, но мы не верим, что он был Мессией. Но подумай, какая это была бы возможность покончить с тысячелетними спорами. Мы могли бы его клонировать, вернуть обратно и посмотреть, Мессия он или нет! Но если все-таки да? Просто представьте себе это! После двух тысяч лет гонений, войн и ненависти евреи и христиане соберутся вместе и будут поклоняться одному и тому же Мессии! Это будет рассвет нового мира!

– А если ты не прав? – тихо спросила София.

– София, я имею в виду… даже если это не правда, и это невозможно, просто мысль о том, что это возможно, достаточно опасна сама по себе. Христиане верят, что Иисус Христос – Сын Божий, часть Святой Троицы… Бог Отец, Бог Сын и Бог Святой Дух. Для них Иисус Христос не просто Сын Божий – в некотором смысле, Он Бог… Представьте, что будет, если выяснится, что мы работаем над проектом клонирования Иисуса Христа, чтобы вернуть Мессию? Во всем мире возникнут протесты…

– Конечно, возникнут некоторые религиозные группы, которые будут полностью против этого, но другие с нетерпением будут ждать и поощрять… Представьте, что целые новые религиозные секты будут созданы в ожидании появления клонированного Христа! И это не говоря о том, что будут делать различные христианские сверхдержавы по всему миру!.. подумай об этом… они клонируют Иисуса Христа, воспитывают его в своей стране, делают его частью своей «команды», лидером своей страны или лидером своей армии. Представь, что ты сражаешься с Иисусом Христом на своей стороне! Ты не сможешь проиграть! Ты будешь непобедимым!

Роберт лежал на спине и рассуждал обо всем, что приходило ему в голову. София приподнялась на локте и смотрела на него, слушая, что он говорит. Оба были очень спокойны, но то, что он говорил, вызывало у них страх.

– Но если бы у на вашей стороне был клон Иисуса Христа, вы не могли бы заставить его делать все, что вам взбредет в голову… он был бы «Сыном Божьим» ради Бога. Он не встал бы на сторону зла! Он не поведет вас в бой и не поможет убить людей. Он принесет мир, а не войну… и он сделает все, что будет лучше для человечества! – попыталась спорить София.

– Да ладно, так могут рассуждать верующие люди, но если они объяснят это военному генералу… он просто увидит клона Христа как оружие войны! Вспомни крестовые походы в средние века, большинство войн на протяжении всей истории. Солдаты всегда шли в бой, неся религиозные реликвии во главе своей армии или молясь, чтобы Бог помог убить их врагов. Неважно, что другая сторона делает то же самое. Каждый хочет, чтобы Бог был на его стороне… Я знаю, как они рассуждают! Мой папа был в армии, и я провел четыре года, живя на военной базе.

– Но что, если невозможно сделать клона? Я имею в виду, я знаю, ты думаешь, что сможешь, но что, если это невозможно? Все будет хорошо, но ничего не получится? – спросила София почти невинно.

– Нет! В этом весь смысл! Почти не имеет значения, возможно это или нет. Как только другие генетики или правительственные чиновники услышат об этой идее, они все отреагируют одинаково. Они подумают про себя – ну что ж, интересно, возможно ли это? С самыми последними достижениями в области генетики это или уже возможно сейчас, или определенно станет возможным в самом ближайшем будущем. И генетики сделают все возможное, чтобы заполучить Терновый Венец, чтобы выяснить, есть ли остатки крови на нем или нет, и если они их найдут, то они будут хранить образцы крови до этого момента в будущем… сегодня или завтра, через десять, двадцать или пятьдесят лет… когда станет возможным сделать клон, используя генетический материал, который можно извлечь из этих образцов. Я поставлю миллион евро на то, что если бы идея появилась, американцы, англичане… мы все послали бы секретных агентов, пытающихся украсть Венец у французов… и если бы я был французом… я бы чертовски хорошо спрятал Венец, так, что никто никогда не найдет ее снова… но только после того, как мои ученые взяли бы образцы крови и начали работать над их клонированием.

Оба замолчали, обдумывая сказанное. Затем Роберт снова заговорил.

– Так что же мне делать? Возможно, я единственный человек, который когда-либо думал об этом… но если я ничего не сделаю сейчас, то, безусловно, это просто вопрос времени, когда еще у кого-то возникнет эта идея. Это может быть не Терновый Венец… возможно, существуют другие артефакты, на которвх также есть кровь Иисуса Христа, и как только мое открытие станет публичным, другие люди смогут сделать то же, что могу сделать я… Теперь у меня появилась идея, даже если я еврей, это значит, что я должен что-то с этим сделать… На самом деле, может быть, даже больше, потому что я еврей. Я должен разработать технологию и сделать это прежде, чем кто-либо еще делает! И нам нужно завладеть Терновым Венцом, прежде чем кто-либо еще сможет взять образцы любых остатков крови, которые Иисус Христос мог пролить на него, когда был распят!

Они лежали на кровати в темноте, за окном смеркалось, наступил вечер.

Они оба знали, что их жизнь изменилась в тот день. Произошло нечто, от чего они не могли уйти.

Роберт понимал, что дальнейшая его судьба теперь зависит только от него самого.

Глава 11

Профессор Таккер уставился на него с выражением неподдельного удивления на лице. Впервые с тех пор, как Роберт встретил его, пожилой профессор фактически потерял дар речи.

В течение нескольких минут профессор ничего не говорил. Он осторожно поднялся со своего места и медленно пошел к окну. Он посмотрел вниз в общественный парк в задней части института генетических исследований. Лаборатория находилась рядом с музеем Питт Риверс на Паркс Роуд в Оксфорде. Был полдень понедельника, дети качались на качелях, на другом берегу реки молодой отец с маленьким сыном запускали воздушного змея. Не поворачиваясь, профессор заговорил медленно и строго:

– Надеюсь, ты понимаешь, что об этой идее никому нельзя рассказывать? Я имею в виду, вообще никому. Ради Бога, Роберт, я предложил тебе подумать над идеей докторской диссертации. Но я не ожидал, что ты придешь ко мне с откровением, способным изменить мир!

Сначала Роберту показалось, что профессор злится, и он испугался, что профессор откажется от работы с ним. Даже если профессор сделает это, Роберту не за что будет его винить. Вернувшись в Оксфорд из Парижа двумя неделями ранее, он связался с коллегами профессора в Стокгольмском университете и включил их недавние находки в новую работу, выполненную профессором за последние несколько месяцев. Он работал до поздней ночи десять дней подряд, прежде чем пришел к выводу, что его идея правильна. За эти десять дней он наметил новый генетический процесс, который объединил стокгольмские исследования с исследованиями его лаборатории в Оксфорде, и все его расчеты, казалось, подтверждали его идеи. Он должен работать.

Затем через своих знакомых на кафедре богословия он выяснил, что Терновый Венец действительно все еще находится в хранилищах Нотр-Дама. Даже самые уважаемые богословы в Оксфорде считали, что есть все шансы, что «это» не подделка.

Единственной проблемой, которая осталась решить, было то, как достать реликвию. Это было камнем преткновения в течение последних нескольких дней, но, поскольку судьба иногда имеет привычку помогать тогда, когда этого совсем не ожидаешь, решение было возникло само собой.

Во вчерашнем экземпляре университетского журнала была опубликована фотография французского священника по имени кардинал Лорантин с надписью «Крайст-Черч приветствует студентов-фанатов». Через две недели в Крайст-Черч-Колледже состоится Конференция Мировых Религий, в которой примут участие религиозные лидеры со всего мира. Взволнованный, Роберт продолжал читать, что кардинал Лорентин, один из главных католических священников во Франции, ответственный за деятельность католической церкви в Париже, был бывшим студентом Крайст-Черч и будет собирается присутствовать на конференции через две недели.

Слова профессора Таккера прервали его мысли:

– Ты гений, мой мальчик! Ничего, кроме чистого гения. – Профессор медленно двинулся к нему, протянув руку. – Позвольте мне пожать вашу руку, молодой человек. Это лучшая идея, которую я слышал за последние годы!

Профессор сделал паузу, и сердце Роберта почти остановилось.

– Это, несомненно, будет блестящей работой! Невероятно! И процесс, который ты обрисовал в общих чертах, является первоклассным материалом… фантастическим… мы должны немедленно запатентовать его… или скорее… ты должен запатентовать его немедленно! Новый процесс – твоя идея, парень, и он может просто сделать тебя знаменитым!

Профессор был взволнован и доволен. Он всегда знал, что у Роберта есть потенциал для великих дел, и теперь он это доказал.

Всего за месяц в аспирантуре Роберт придумал новый генетический процесс, о котором раньше никто не думал. Несомненно, кто-нибудь еще открыл бы его в течение следующего года или двух, но факт состоял в том, что Роберт сделал это. Все сам. Возможно, это открытие достойно Нобелевской премии!

А идея клонирования самого Иисуса Христа была гениальным ходом.

– Невероятно… – Профессор вновь покачал головой, направляясь к двери и проверяя, надежно ли она заперта. – Ты еще кому-нибудь об этом рассказывал? – спросил он, возвращаясь в свое кресло.

– Только Софии, – Роберт рассказывал Таккеру все о Софии перед своей поездкой в Париж, и в любом случае профессор уже слышал все о романтической связи между ними от своего хорошего друга и партнера доктора Саймонса. Он был рад за мальчика. Пришло время, и он нашел свою любовь.

– Хорошо… мы можем доверять ей. Хотя факт, парень, твоя идея взрывоопасна. Мы не должны никому говорить, что мы собираемся делать… – Профессор поднял руку, не давая Роберту возможности возразить, – Никто не должен знать об этом! Если кто-нибудь узнает, что мы собираемся сделать, будет ад, можешь мне поверить!

– Я знаю, сэр, я не думал ни о чем другом в течение последних двух недель… Я точно знаю, что могло бы произойти… Мы должны сделать это сами и убедиться, что клон, если нам удастся создать его, будет воспитан в демократическом обществе, свободном от влияния правительства. Он должен быть свободен от влияния христианской церкви или еврейской веры. Свободен быть тем, кем он есть на самом деле!

– Ты знаешь, что я был католиком, когда был моложе? Впрочем, я все еще верю в Бога. Я старался изо всех сил, чтобы быть хорошим христианином в течение многих лет. Никогда не думал, что буду играть важную роль во Втором пришествии, хотя… – профессора замолчал, задумавшись. – Ладно, обо всем по порядку… Ты придумал, как мы можем завладеть Венцом?»

– Понимаете, у меня есть идея… но мне нужна ваша помощь… – Роберт начал заранее приготовленную речь.

– Я сделаю все, что от тебя зависит, мой мальчик!… это твое детище, но я буду твоим напарником, если ты позволишь мне помочь тебе? – профессор склонил голову в вежливом поклоне, демонстрируя подчинение.

– Спасибо! Мне нужно ваше руководство. Вы эксперт. В любом случае, вы в хороших отношениях с деканом Церкви Христова… и на следующей неделе кардинал Лорантен, один из высокопоставленных католических священников Франции, приезжает в Церковь Христа на Конференцию по мировым религиям. Терновый Венец находится в хранилищах Нотр-Дама, находящемся под непосредственным покровительством Кардинала. Возможно, вы могли бы убедить декана представить вас ему… и затем вы могли бы добровольно координировать научную аутентификацию Тернового Венца во всех ведущих лабораториях Оксфорда, проводя множество тестов на его возраст, тип шипов, откуда они родом и тому подобное, а затем написать заключение, подчеркивающее важность реликвии и роль, которую Нотр-Дам сыграл в ее сохранении.

– Конечно, мы не скажем им, для чего нам это надо… и как только мы получим Венец, мы проверим его для на наличие образцов крови и возьмем любой генетический материал, который сможем обнаружить, для научного сохранения… и клонирования!

– Так когда же он приедет, этот твой кардинал?» – Профессор улыбнулся и сжал руки в предвкушении. – Я с удовольствием попрактикуюсь в разговорном французском!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4

сообщить о нарушении