Анна Кирьянова.

Ведерко мороженого и другие истории о подлинном счастье



скачать книгу бесплатно

Человек заболевает,

если вынужден реагировать на стресс вопреки типу своей личности; если его реакции вынуждены. Один тип людей должен активно бороться и атаковать того, кто нападает и нарушает границы. Это лев, симпатический вид реакции. Другой тип при нападении замирает, молчит, сохраняет энергию, старается отстраниться, убежать – это парасимпатический тип реакции. Борьба или бегство, два типа. И психосоматические болезни возникают у львов, которые вынуждены проявлять излишнее дружелюбие и добродушие. Играть роль добряков, которая противоречит их природе. Сыграть можно, конечно. Но потом навалятся болезни. А «замирающая антилопа» может по роду деятельности проявлять агрессивность, нападать, проявлять мужественный гнев, но тоже здоровья ненадолго хватит. Льва нельзя кормить травой, а антилопу – мясом. Они погибнут. Поэтому так много споров о том, как правильно реагировать на нападение и нарушение границ. Смолчать и быть выше всего этого, улыбнуться и забыть. Или адекватно ответить – на том же языке, что и нарушитель границ. Пока наши реакции соответствуют нашей природе – мы вне опасности. Когда положение, должность, ожидания окружающих заставят нас реагировать неправильно – мы начнем разрушаться. Главное – понять свой тип реакции. Лев или антилопа. И выбрать, что важнее: соответствовать ожиданиям окружающих или оставаться здоровым.

Похлебкин написал:

если продукт не нравится, пользы от него не будет. Даже если он страшно полезный. Витамины и микроэлементы в нем просто кишат. И все вокруг настойчиво рекомендуют съесть этот полезный продукт. Брокколи или икру – а они вам не нравятся. Надо себя пересилить и съесть! И каждый день есть! Не надо. В лучшем случае стошнит. В худшем – не буду писать даже. И витамины не усвоятся, а цинк, железо и фосфор лягут горкой в животе. Организм умный. Он не хочет есть то, что не сможет усвоить. И не в продукте дело – дело исключительно в нас. С людьми то же самое. Человек прекрасный и образованный. Красивый. Умный. Но он не наш. Просто не наш – и все тут. Дело не в нем, дело в нас. И не надо себя мучить – ничего хорошего не выйдет. Сходим пару раз в кафе или начнем проект, а потом не сможем продолжать… И лучше не начинать. Объяснить очень трудно, почему нам не нравится. И что именно не нравится. Как с брокколи, хотя это обидное сравнение… Грустно это. Но еще грустнее вступить в отношения и мучиться. И надо помнить – мы тоже можем не нравиться кому-то. Причины выпытывать бесполезно; невозможно объяснить. Или человек перечислит причины под давлением – и станет еще хуже. Мы будем стараться: посыпать брокколи сахаром, охладить, подогреть, покрасить – можем массу времени и сил потратить. И все равно ничего не изменится. Нет любви. Не нравимся. Как нам кто-то не нравится. И лучше поблагодарить и отставить тарелку вежливо и осторожно. Так лучше, если не нравится. Честнее. Правильнее.

Вы начали избегать того, кто жалуется?

У кого тридцать три несчастья, кто вечно расстроен, раздражен, кто постоянно нуждается в сочувствии? Не корите себя.

Никто не может постоянно испытывать эмпатический стресс. Он точно такой же разрушительный и опасный, как реальный стресс, лично наш. И к своим собственным стрессам мы добавляем чужой, эмпатический. И в нашем организме вырабатывается кортизол – «гормон смерти», приближая нас к инфаркту или к другим опасным болезням. И чем больше мы сопереживаем, тем быстрее разрушается наше здоровье. Выработку смертельного гормона можно остановить. Два способа есть: немедленные и решительные действия для прекращения чужих страданий. Операцию сделать, гипс наложить, накормить, эвакуировать… Но обычно это невозможно. Не та ситуация. Или получение компенсации. Деньги. Именно поэтому психотерапевты и психологи не вымерли поголовно, хотя находятся в постоянном эмпатическом стрессе – они получают компенсацию. А компенсация – это дофамин, гормон жизни и счастья. Других способов нет. Только провести невидимую черту между собой и вечным страдальцем. Перестать сочувствовать. Но для эмпатов это невозможно, поэтому они и отстраняются. Они тоже жить хотят. И обвинять себя не надо – жалобщик прекрасно понимает, что делает. Крадет у вас дофамин и отдает свой кортизол. Лечится за ваш счет. И поэтому так злится, когда ему дают реальные советы переменить жизнь или требуют платы. Он всего лишь ждет сочувствия! Мы сочувствуем. Но и у нас есть чувства. Мы тоже живые. И иногда важнее избежать болезни и гибели, чем в три часа ночи слушать в сотый раз плаксивые и смертоносные жалобы и описания несчастий. Человек может дать лекарство. Но сам лекарством служить не должен. И незачем себя корить. И сдирать с себя кожу, чтобы потеплее укутать жалобщика…

Разбросанные носки,

непомытая кружка, книжки на полу в туалете – все это такие пустяки! Полностью согласна. Пустяки. Еще вот бывает тарелка – возьмешь ее, а она жирная и грязная с обратной стороны. То есть внутри ее помыли, а снаружи не помыли. Или чашка с недопитым чаем стоит на узком подлокотнике кресла. Из нее торчит ложка и хвостик чайного пакетика. А во время обеда кости от рыбы или от курицы кладутся на стол. Вот это все – пустяки. Главное – любовь и понимание. К чему скандалы, конфликты, вопли и слезы? А к тому, что все это повторяется изо дня в день. Несмотря на просьбы, мольбы, угрозы, замечания и серьезные разговоры. И со стороны все смешно выглядит – подумаешь, ерунда какая. Стоит ли ссориться? Главное – понимание! А вот понимание есть. Отлично человек понимает, что так делать не следует. И совсем нетрудно не ставить чашку на подлокотник. А тарелку помыть с обеих сторон. Кости положить в отдельное блюдечко или на салфетку… Это бытовая тайная агрессия. Спокойное издевательство. Ничего плохого человек не делает вроде, но упорно повторяет свои трюки, пока не выведет из себя близких. Потом происходят скандал и драма, и истеричкой выглядит тот, кто завелся из-за мелочи. Накричал на коллегу за то, что тот насвинячил на столе опять. Грязную чашку поставил. Или на мужа – за то, что на столе кости и объедки. И лужицы от чая. Или на жену – за сальную тарелку. Проклятые мещане, не так ли, те, кто кричит и ругается? А это их довели долгим и умышленным образом до скандала. А теперь делают обиженное лицо и уверяют, что к ним придираются. И снова делают то же самое, раз за разом. Крики потом пройдут. Скандалов больше не будет. А тот, над кем издевались, или в больницу попадет с сердечным приступом, или выйдет из отношений. Уйдет. Даже разведется. Ничего не объясняя – толку-то объяснять, миллион раз уже все объяснили и рассказали. Скрытая агрессия – дело такое, обоюдоострое. Эта игра до добра не доводит. Это разновидность «вампиризма», тревожный знак в отношениях. И за грязной чашкой всегда стоит что-то другое, не менее грязное и тайное…

«Золотая минута»

у каждого есть в жизни. Была и будет еще много-много раз. Просто человек так устроен – он запоминает плохие периоды и остерегается их. А хорошие периоды воспринимает как должное, да еще умудряется в них найти повод для переживаний. Надо вспомнить, в какие периоды, в какие времена происходило что-то хорошее. Самое лучшее. Самые счастливые события вашей жизни. Когда вам в любви признались, когда ребенок любимый родился, когда предложение получили по работе удивительно хорошее, когда деньги получили отличные. И вот эти события связаны с «золотой минутой» вашей жизни. Когда обстоятельства складываются очень удачно, когда встречаются самые нужные люди, когда вас замечают, благодарят, награждают, когда любовь взаимна, а солнце ярко светит золотыми лучами – даже если тучи на небе. Все сошлось в прекрасный узор в эту самую «золотую минуту». И все возможно: и исполнение мечты, и исцеление, и крутой поворот событий в вашу пользу… Многие счастливцы вспоминают про свою «золотую минуту». Но она у всех есть. Просто люди так привыкают сидеть и жалеть себя, что не слушают голос, который велит им одеться, привести себя в порядок и хотя бы пойти куда-нибудь – туда, где есть люди и шансы. Что-то шепчет в душе: «Иди! Попробуй! Рискни! Этот прилив сил нельзя пропустить! Недаром есть ощущение возможности, шанса!»; но человек так и сидит, понурив голову. И уверяет себя, что это все – несбыточные мечты, не стоит и стараться… Минута быстро проходит. Но мы все ее отлично чувствуем. Это решающая минута, когда можно ставить цели, совершать бросок, рывок, делать важный ход, высказывать идею, признаваться в чувствах… Но она проходит обычно. И человек вздыхает, снова впрягаясь в лямку будней. Он упустил свою «золотую минуту». Но она непременно будет еще! И поэтому надо жить в ожидании своей «золотой минуты». И стараться хорошо выглядеть; и быть готовым к решающему шагу – каждый день. В каждом дне есть эта «золотая минута»…

Слово «держитесь»

в трудную минуту меня лично не раздражает. Не вызывает желания ответить: «Ах, вам-то хорошо говорить! А мне каково?!» Я в это слово вот какой смысл вкладываю. Профессор Яров писал о блокаде, изучал документальные свидетельства. И такая история его поразила: детей стали отправлять в эвакуацию по Ладоге, по Дороге жизни. Мест было очень мало, дорога была страшная и трудная, а дети были смертельно истощены. Они уже погибали. И надо было выбрать тех, кто сможет доехать. Выдержать дорогу. Спастись. Страшный, трагический выбор… И дистрофичные врачи шли на хитрость. Деткам говорили: «Видишь, пол грязный! Ты возьми веничек и подмети пол. Покажи, как ты умеешь!» И те дети, у которых оставались силы, брали веничек и начинали мести… Может быть, у них тоже не было сил. Но у них оставалась воля – это заменяет силы. Брали веничек и мели… И кто-то из проверяющих возмутился, какой-то чиновник. А врачи сказали: «Мы так выбираем тех, кто может выжить в дороге. Кто может перенести дорогу и спастись». Это страшная история, но в блокадном Ленинграде других не было. И я думаю иногда, что жизнь – это тоже комиссия. Комиссия говорит: «Возьми веничек. Подмети комнату!» И пока мы можем подмести, пока можем себя заставить – мы будем жить. Нас возьмут в трудный, опасный, но спасительный путь. Надо держаться. Изо всех сил надо держаться. Вот это мы друг другу говорим в трудную минуту, вот в чем смысл этого слова, хотя иногда оно кажется обидным и неуместным. Но что еще скажешь? Не будешь же всем про веничек рассказывать, как я вам рассказала. Держись – это возьми веничек и подмети. Покажи жизни, что ты еще жив и хочешь жить. И тогда шансов на спасение будет больше. Гораздо больше.

Туман в голове

может быть по многим причинам. Похмелье, давление, переутомление, недостаток сна… Выспись, не пей, полечись – и туман пройдет. А вот не всегда. Иногда совершенно человек здоров и трезв, а память ухудшается, трудно сосредоточиться и логически мыслить. Туман. Это потому, что человек втайне испытывает сильную тревогу. Его что-то очень мучает и пугает. Но он не может и не хочет осознать причину. А причина есть, как тот суслик, которого не видно, но он все равно есть. Подсознание все видит, все знает. А сознание – нет. И все силы, вся энергия, необходимая для мыслительной деятельности, поглощаются этой тревогой. Или есть в окружении опасный человек под видом друга. Лелеет коварные замыслы, обворовывает, клевещет тайно, вредит. Или, скажем, муж имеет связь на стороне и хочет уйти. Или ребенок-подросток странно себя ведет, может, употребляет что-то, но видеть этого не хочется. Что угодно может тревожить и пытаться «прорваться» в сознание. Но это такое плохое, что сознание информацию получать не хочет. Наш корабль не имеет пробоины, броня крепка, и танки наши быстры! И человек в разбитом и полусонном состоянии живет вплоть до того момента, о котором не хотел думать. Теперь суслик отлично виден! Но уже поздно обычно… Так что, если не видишь, надо того, кто лучше видит, спросить: «Что грозит? Где опасность?» – пока не поздно. Трудно брести в тумане одному.

«Дайте мне конфетку

за хорошее поведение!» – так говорил один рыженький мальчик, проснувшись. Очень правильно говорил; он же еще не успел ничего натворить. А хорошее поведение должно вознаграждаться. Это закон. Если некому дать вам конфетку – купите ее сами. Вели себя хорошо, достигли, добились, сделали много, поработали на славу – купите себе «конфетку». Сдержались, проявили упорство, преодолели себя, отказались от вредной привычки – скорее вознаградите себя. У каждого человека есть внутри маленький мальчик или девочка, которым нужен подарок, удовольствие – награда за хорошее поведение. И поведение будет еще более лучшим, как говорил один психолог. Хороший навык закрепляется наградой – «конфеткой». Это не обязательно съестное. Это все, что приносит удовольствие; просто так. Пусть даже это пустячок, мелочь, но нечто приятное. Новый шарфик, кошелечек, визит в спа-салон, помада или брелок – главное, угостить себя конфеткой сразу после хорошего поведения. Не откладывать. Вознаграждение должно быть немедленным! И хороший навык закрепится. Так вот работает мозг. А может, и хорошие события можно так «приманивать» – вознаграждать себя приятной мелочью. Произошло хорошее – и мы себе конфетку купили. Или вещицу, которая будет о хорошем напоминать. И будет символом успеха и удачи… Многие других вознаграждают, а о своем рыженьком мальчике позабыли давно. Дайте ему конфетку за хорошее поведение! Наш внутренний ребенок заулыбается – и нам будет веселее хорошо себя вести…

Когда мой дедушка был маленьким мальчиком,

он пошел за водой на речку. Был страшный мороз. Мама его лежала больная, а папа работал на руднике – на Северном Урале было дело. И были еще трое ребятишек, мал-мала меньше. Дедушке и самому было семь лет – крошечный мальчик в огромных валенках. Валенки были одни на всех. И огромное ведро. Он с этим ведром спустился к проруби и зачерпнул воды – из колодца он не смог бы достать, ворот тяжелый был, до ручки и не дотянуться. И поволок полведра домой по морозу. И ему было холодно, тяжело, страшно – вдруг мама умрет? И детишки пищат, просят кушать. А даже воды нет. А так можно тюрю сделать, черствый хлеб размочить кипятком. И кружочками поджарить картошку на печке. Вот и еда. И подбежали ряженые, в масках, в диких одеждах, пьяные и веселые. Стали кривляться, петь и плясать нелепо. Мальчик-дедушка испугался и ведро выронил от страха и неожиданности. И побежал домой, по пути валенок в снегу потерял. Он плакал. А ряженые – смеялись. Им весело было, у них праздник! Дедушка потом вернулся за валенком и за ведром. И все-таки принес воды. А я к неуместному веселью и диким поздравлениям с детства плохо отношусь. Все понимаю, но отношусь плохо. Мало ли, что кому-то весело и у кого-то праздник. Это хорошо! Это чудесно! Но не надо лезть к другим с песнями, плясками и диким весельем. Ночные письма и звонки отнесу сюда же. Знать не знают ряженые, что и у кого происходит, если человек незнаком. И не надо обижаться, если мальчик убежал. И сопровождать его бегство веселым улюлюканьем. Оставьте мальчика в покое, пусть несет свое ведро с водой – ему и так тяжело. Но ряженые эгоистичны. Им скучно. И в глубине души им хочется под видом веселья напугать и расстроить кого-то, кому и без того тяжело…

Одна девушка

поехала в Германию. Она в Сети встретила своего одноклассника, в которого была в школе влюблена. Прошло 20 лет. И вот они в Сети встретились. Эта девушка, Оля, так и не вышла замуж. Она ухаживала за больной мамой, жила в маленьком городе, очень мало зарабатывала. Бедная была, проще говоря. Из-за маминого здоровья ей была нужна работа поближе к дому; а деньги все уходили на лекарства, на питание – у бедных людей деньги быстро уходят. Потом мамы не стало… И вот такая встреча. У Арнольда в Германии был свой большой бизнес. Он был вдовец одинокий. И он стал писать Оле романтичные письма. И жаловаться на одиночество. Чувства вспыхнули вновь! Арнольд писал, что не может в Россию приехать, у него тут проблемы. А потом вообще написал, что попал в автокатастрофу, лежит в реанимации и теперь будет редко писать – рука его не слушается оставшаяся. Всякие ужасы написал. И перестал писать. И эта Оля вот что сделала: она насобирала денег у знакомых, взяла кредит, хотя боялась кредитов, как огня, продала оставшиеся от мамы зимние вещи и купила билеты в Германию. Хотя никогда не ездила дальше областного города. Она влезла в чудовищные долги. Еще же за паспорт надо было платить, за визу – расходов много. Она думала, что Арнольд там умирает в реанимации, вот и не пишет. А она привыкла за больными ухаживать, может помочь. Наивный и глупый поступок, продиктованный любовью. Она добралась до Германии. До городка, где жил Арнольд. И пошла в больницу – там его не оказалось. Она стала принимать меры, не зная языка, со скудными средствами; она же и адреса не знала! Только фотография с домом была. Она ходила по городку, у всех спрашивала, искала дом, представляла, как Арнольд лежит, бедный, и сломанной рукой пытается ей писать. Или нажимать на кнопку, звать медсестру, а никто не идет! Самое странное, что она нашла на третий день дом. А из дома вышел Арнольд в прекрасном состоянии. А с ним – его жена и трое ребятишек. Сели в машину и уехали, хохоча. Эта Оля не стала Арнольда окликать; зачем скандал? Она же не глупая была, просто наивная старая дева… Поправила свой рюкзачок и пошла, размазывая слезы. Думала про поездку, про деньги, про свою нищую и нелепую жизнь. Очень грустно это. Да, а потом она подумала, что раз в жизни оказалась в Европе. И надо бы хоть по сторонам посмотреть! В музеи дорого ходить, но можно гулять и покупать сосиски. И она оставшиеся два дня гуляла. Плакала, но на все смотрела и восхищалась. Короче говоря, она сейчас работает в Чехии экскурсоводом. И замуж вышла за полного такого чеха, доброго доктора. Нет худа без добра. Арнольд ее выманил из норы; иначе она бы никогда не рискнула. Все иногда к лучшему, друзья мои. И все это было на самом деле – и еще будет с кем-то. В плохом тоже бывает толчок к хорошему. И будем об этом помнить.

Про любовь я печальную историю знаю

Но не мрачную, не жестокую, а печальную и возвышенную. Когда один человек любит безмерно и преданно. А другой – не любит. Уважает, хорошо относится, благодарен – но не любит. И ничего поделать нельзя. Мужчина любил свою жену. Очень любил. Больше жизни. А жена его не любила. Она вышла замуж рано; она многого не понимала. И Цветаева проницательно однажды сказала одному юноше, который рассказывал: его мать ушла от отца! От приличного и доброго человека! Цветаева сказала: а может, ей было плохо с ним? С первого раза плохо по-женски, так бывает… Не подошли они друг другу. И она двадцать лет терпела и вот – ушла. Кто осудит?

И эта женщина ушла тоже от мужа. Просто ушла в никуда. Плакала, просила прощения – но нет любви. Нет – и все. А потом она заболела очень. Может быть, от чувства вины? От переживаний? И понадобились деньги на лечение за рубежом. И брошенный муж раздобыл эти деньги. Все продал, что было, в долги залез, кредит взял – и раздобыл. Чтобы она вылечилась. И чтобы не унижалась, собирая по знакомым, да и не набрать было такую сумму. Он достал деньги – и точка. И жену прооперировали; она выздоровела.

И эта женщина из благодарности предложила мужу снова жить вместе. И во всем винила себя, только себя. А он отпустил ее. Он не принял ее предложение, хотя страшно любил. Он помогал чем мог, но не принял ее дара. И через год она вышла замуж за другого человека. За любимого. Так сложилась жизнь – она же осталась в живых. И жизнь продолжилась. И они дружат с бывшим мужем. Тот живет один и платит долги. И ни словом не напоминает о том, как он спас любимую женщину. Он однолюб. Впрочем, я думаю, он еще встретит свое счастье. Свою награду за благородство, которого так мало в мире…

Никогда никому ничего не обещайте

Даже так: «я постараюсь», «я приложу усилия», «я сделаю все, что возможно!». Даже так говорить не надо. Эти слова подсознательно воспринимают как обещание. И, если не смогли – значит, не старались, плохо усилия прикладывали, не сделали все, что возможно! Надо мысленно прикинуть, что мы действительно можем сделать – и пойти, приложить усилия. Постараться. Если есть, конечно, такая возможность. Потому что, если пообещаете и не сможете выполнить обещание, – придется оправдываться. Объяснять, просить войти в положение, – и вы поменяетесь ролями с тем, кто сам просил. Если выполните, вы всего лишь отдали обещанный долг. Сделали то, что должны были сделать. И вас в лучшем случае вяло поблагодарят, как того, кто вовремя вернул долг. И не оценят ваши усилия и старания – вы же и так были должны. Так что обещать ничего никому не надо. Чтобы не превратиться в должника. Чтобы коллекторы звонить не начали: совесть, вина, ответственность, чувство долга. Можем – сделаем. И порадуем просившего. Не можем – не сделаем. Но извиняться и оправдываться не придется. Поэтому лучше всего так и сказать: «Я ничего не могу обещать!», ведь и нам никто ничего не обещает. Зато отношения сохранятся, если нормальный человек просил. Или распадутся, если манипулятор пытался вас использовать. Обещать, что это поможет, – не буду. Но это единственный правильный вариант.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6