Анна Азарнова.

Поединок с манипулятором. Защита от чужого влияния



скачать книгу бесплатно

– Хорошие дети всегда слушают своих родителей.

– Женщина, не имеющая детей, – неполноценна.

– Настоящий мужчина никогда не плачет.

– Люди старше 40 лет необучаемы в принципе.

Список можно продолжать бесконечно. Каждый из нас носит в себе большее или меньшее количество иррациональных представлений, которые мы отчасти усваиваем с родительскими наставлениями в детстве, отчасти получаем из окружающей нас социальной среды (общение с друзьями, коллегами, средства массовой информации и т. д.). Некоторые иррациональные идеи являются обобщением собственного опыта человека.

Иррациональные представления осложняют нашу жизнь и в определенном смысле являются зоной нашей уязвимости. С одной стороны, именно из-за них те или иные события мы воспринимаем не вполне адекватно. С другой – иррациональные представления дают манипулятору «зацепку» для достижения им своих целей.

Мишень 2. Чувства

Моя дочь в 7-летнем возрасте, говоря о манипуляции и пока не зная, как это называется, именовала манипулирование «игрой на чувствах», и в этом детском определении, на мой взгляд, есть немалая доля правды.

Чувства – это устойчивые эмоциональные переживания человека, которые выражают его отношение к себе самому, другим людям, ситуациям или объектам. Чувства относительно постоянны во времени, в отличие от эмоций, и даже могут им противоречить: например, мать сердится на ребенка, увидев замечание в его дневнике (это ситуативная эмоция), но при этом не перестает любить его (чувство). Чувства – это любовь и ревность, страх, ненависть, нежность, зависть, уважение, благоговение, привязанность, самовлюбленность, гордость… Чувства человека выражают его индивидуальность и вместе с тем делают его уязвимым для манипуляции. Потому что умелый манипулятор легко использует чувства человека как попутный ветер для достижения своих целей…

Констанция Бонасье в исполнении Ирины Алферовой умело манипулирует Д’Артаньяном (художественный фильм «Д’Артаньян и три мушкетера»), посылая его в Лондон за алмазными подвесками. Молодой гасконец очень самолюбив и, кроме того, влюблен в Констанцию – чтобы получить взаимность, он готов на все что угодно. Разберем этот пример.

К – Констанция

Д – ДАртаньян

К: «Ах, что будет мне порукой, если я доверю вам эту тайну?»

Д: «Моя любовь к вам!»

К: «Боже мой, боже мой, могу ли я вам доверить судьбу королевы и мою жизнь?»

Д: «Однажды ночью все это уже было в моих руках!»

К (подходит сзади и обнимает Д): «Вы должны отправиться к нему в Лондон…»

Д: «В Лондон, к Бэкингему!!!»

К (отходит): «Сумеете ли вы?»

Д: «Вы же видите, как я люблю вас!»

К: «Да, вы говорите…»

Д: «Я честный человек!»

К: «Надеюсь, это так…»

Д: «Я храбр!»

К: «О, в этом я убедилась!»

Д: «Тогда испытайте меня!»

К: «Туда и обратно вы должны успеть за десять дней…»

Д: «О! Десять дней – это целая вечность, когда ждешь встречи с любимой!»

К: «Ах, я буду очень волноваться за вас.

Это очень опасно…»

В приведенном примере Констанция умело играет на чувствах Д’Артаньяна, сначала сомневаясь в том, может ли она ему довериться (Боже мой, боже мой, могу ли я вам доверить судьбу королевы и мою жизнь?), потом – в том, что Д’Артаньян честный человек (Надеюсь, это так…) и любит ее (Да, вы говорите…). Д’Артаньян очень самолюбив и, кроме того, влюблен в Констанцию, которая очень искусно задевает обе эти струны в его сердце. Теперь в качестве доказательства любви и во имя подтверждения собственной чести Д’Артаньян отправится куда угодно, даже на край света.

Мишень 3. Желания, мотивация

Обратимся к определениям психологического словаря.

Мотив – это побуждение к деятельности, которое связано с удовлетворением потребностей человека.

Мотивация в широком смысле определяется как «побуждения, вызывающие активность организма и определяющие ее направленность».[4]4
  Психология: Словарь / Под ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского. – М.: Издательство политической литературы, 1990.


[Закрыть]

Мотивация – это наши желания, потребности, ценности, то, что важно и значимо для нас. То, к чему мы стремимся и ради чего мы совершаем те или иные поступки. Это и желание богатства, и стремление дать детям образование, и жажда признания и успеха, и амбиции больного самолюбия, и поползновения поесть «на халяву». Это стремление сохранить лицо и расквитаться с обидчиками.

Имея представление о ключевых ценностях и мотивах другого человека, манипулятор с легкостью находит к нему подход. Хотите быть всегда красивыми и молодыми (а кто же не хочет)? Покупайте нашу косметику из манны небесной! Хотите устранить соперницу, вернуть мужа в семью? Потомственная колдунья Дарья Иванова решит все ваши проблемы (полная сексуальная привязка!!! Гарантия 100 %!!!). Хорошие мамы покупают своим малышам памперсы Х и никакие другие (а вы хорошая мама своему малышу?).

Человек может хорошо представлять себе, что такое манипуляция, уметь защищаться от нее, но… потребности остаются потребностями, и, будучи сами по себе мощной движущей силой человеческого поведения, часто легко могут быть использованы другими людьми для достижения ими собственных целей и манипуляции в качестве «попутного ветра».

При этом манипулятор осуществляет целенаправленное воздействие на жертву, связывая в ее сознании образы тех или иных объектов, людей, ситуаций с возможностью или невозможностью реализации потребностей жертвы – возможностью реальной (объективной) или мнимой (существующей только в сознании жертвы).

Приведем примеры.

Работала на скорой, там случай был такой. Бабулька с завидной регулярностью вызывала неотложку несколько раз в день. В очередной раз главврач выслал специализированную реанимационную бригаду и строго-настрого наказал с бабкой разобраться: или госпитализировать, или предупредить, чтоб машины из-за ерунды не гоняла.

Бабка непростая была – ветеран всех войн. Запросто могла в горздрав нажаловаться. И имела нас всех в виду. Пытал ее доктор и так и этак – что болит? Уж полночь близится, а бабуля твердит: мол, ничего ей не надо, жить надоело, дайте яду – и все тут!

В конце концов доктор не выдержал пытки. Обратился к фельдшеру бодрым голосом:

– Марик, у нас есть яд?

Тот весело отвечает:

– Есть!

– Набирай!

Марик с невозмутимым видом набирает физраствор в двадцатикубовый шприц. Бабулька недоумевает:

– Что вы делаете, сволочи?

– Яд набираем. Вы ж хотели умереть. Отказываетесь от госпитализации, от неотложной помощи, все про яд и смерть твердите…

Бабка как заверещит:

– Вон отсюда, сволочи!

Доктор важно так спрашивает:

– Женщина, вы что, умирать уже не желаете? А мы из-за вас истратили последнюю ампулу яда! Имейте в виду: яду на городской cкорой уже нет! Если еще раз вызовете cкорую – придется штраф платить за яд!

И уехали на подстанцию. Всю дорогу тряслись, боялись, жалобу в горздрав напишет.

Зато уже три года cкорую не вызывает. В поликлинику обращается. А представляете, какие байки теперь ходят по городу?[5]5
  «Женщина, вы что, отказываетесь умирать?» // Моя семья. Июнь 2008 г. № 22


[Закрыть]

Другой пример.

Герой одноименного художественного фильма Джек Восьмеркин – молодой парень, вернувшийся из Америки в родную деревню после пятнадцати лет отсутствия. Время действия в фильме – конец двадцатых годов. Джек Восьмеркин сажает у себя на огороде табак сорта «Вирджиния», рассчитывая затем реализовать его как курево односельчанам. Его соседи крайне заинтригованы вопросом: что же это растет на огороде у Восьмеркиных? Сам Джек отмалчивается или отделывается ничего не значащими фразами. Измученные догадками и сомнениями, деревенские кулаки Скороходовы, отец и сын, крадут кустик табака с огорода Джека и долго рассматривают его, пытаясь определить: что же это все-таки такое? Ни внешний вид, ни запах не говорят им ничего. На зуб пробовать боязно, мало ли что, вдруг ядовитое, так и до летального исхода недалеко… Нужен кто-нибудь, кто попробует и скажет, на что это похоже. А ведь прямо не скажешь, что это и зачем его надо пробовать, – никто не хочет на себе испытывать, дураков нет… И Пал Палыч, и его сын Петр в растерянности.

Мимо проходит Маланья, дочь Пал Палыча, девица на выданье (только женихов у нее пока не густо).


М – Маланья

П – Пал Палыч

П: «Малаша, доченька!»

М: «Чего?»

П: «Иди!»

М: «Чего?»

П: «Папаня даст… Иди сюда! Ну, иди сюда, доченька, чего дам! На, жуй!»

М: «Чего это?»

П: «Жуй, тебе говорят!»

М: «Еще чего! Не буду!»

П: «Как это не будешь?»

М: «А чего это?»

П: «Зелье приворотное! Для женихов!»

М: «Глотать надо?!!»

П: «А как же? Замуж-то хочешь?»

М: «Хочу!!!»

П: «Ну вот, вот и жуй!»

Маланья жадно хватает листья табака и начинает их сосредоточенно жевать. Отец и брат наблюдают за ней с напряженным вниманием: а вдруг на месте скончается?

П: «Ну, как?!! Чего это?!! Чего молчишь, кобыла, когда спрашивают?!! Есть эффект?»

М: «Есть!»

П: «Какой? Какой эффект-то, тебя спрашивают?»

М: «Еще больше замуж хочется!»

Мишень 4. Состояния

Психическое состояние может быть определено как стойкое, но способное быстро меняться психическое явление, которое оказывает влияние на интенсивность жизнедеятельности человека в сложившейся ситуации. В психологии среди основных психических состояний изучают бодрость, эйфорию, тревогу, усталость, апатию, депрессию, утрату чувства реальности (деперсонализацию), стресс.

Известно, что под влиянием того или иного состояния весь строй душевной жизни человека несколько изменяется, делается своеобразным. Под влиянием состояния человек может совершить тот или иной поступок – в том числе и тот, который он не совершил бы в своем обычном, привычном состоянии.

Например, некоторые люди (чаще женщины), будучи в «подвешенном», тревожном, напряженном душевном состоянии, склонны совершать покупки, причем с легкостью приобретаются вещи не самые нужные, а также дорогие, те, на которые в обычном состоянии было бы жалко денег. Купленная вещь позволяет несколько снизить тревогу и беспокойство.

Человек, который прилагает серьезные усилия к тому, чтобы справиться с зависимостью (алкогольной или никотиновой), под влиянием острого тревожного состояния или тоски «срывается», несмотря на то что героически «держался» достаточно долгий срок.

Человек, переживающий душевный подъем из-за того, что события жизни складываются благоприятно (предстоят какие-либо позитивные события), заметно для окружающих «добреет», легко и с удовольствием дарит подарки, прощает долги, спокойнее воспринимает мелкие неприятности. И наоборот, когда нависает угроза над удовлетворением важнейших наших потребностей, мы становимся обидчивыми, мстительными и раздражительными, куда-то девается и желание прощать, и желание дарить…

Играя на душевных состояниях своей жертвы, манипулятор обычно применяет один из двух способов:

– используя уже имеющееся у жертвы душевное состояние;

– вводя жертву в нужное манипулятору состояние, целенаправленно создавая у нее нужные переживания и затем используя их в своих целях.

В первом случае манипулятор приближается к жертве, выбирая удобный момент. Например, обращается к нему с вопросом щекотливого характера – просьбой, в которой человек в обычное время, скорее всего, ему бы отказал. Однако манипулятор удачно выбирает момент, когда жертва находится в приподнятом настроении или, еще лучше, в особом состоянии «душевного размягчения» (по выражению Л.Н. Толстого), когда хочется всех прощать, всем что-то дарить или отдавать, когда хочется делать что-то для других.

Во втором случае манипулятор целенаправленно создает у жертвы определенное состояние, которое в дальнейшем использует в своих целях. Приведем подходящий пример из художественной литературы – обратимся к бессмертному произведению Марка Твена «Приключения Гекльберри Финна».

Том Сойер и Гекльберри Финн решили освободить сидящего в заточении беглого негра Джима. Разработанный план похищения предполагал использование ложки. Том и Гек жили у тети Салли, которая точно знала, что ложек в доме всего десять. Одну ложку, таким образом, нужно было украсть, сделав это так, чтобы пропажи не заметила хозяйка.

«Том очень беспокоился, как же нам быть с ложкой, сказал, что без ложки нам никак нельзя, и стал думать. Сообразил все как следует, а потом сказал мне, что делать. Вот мы все и вертелись около корзины с ложками, пока не увидели, что тетя Салли идет; тогда Том стал пересчитывать ложки и класть их рядом с корзинкой; я спрятал одну в рукав, а Том и говорит:

– Знаете, тетя Салли, а все-таки ложек только девять.

Она говорит:

– Ступай играть и не приставай ко мне! Мне лучше знать, я сама их считала.

– Я тоже два раза пересчитал, тетя, и все-таки получается девять.

Она, видно, из себя выходит, но, конечно, стала считать, да и всякий на ее месте стал бы.

– Бог знает, что такое! И правда, всего девять! – говорит она. – А, да пропади они совсем, придется считать еще раз!

Я подсунул ей ту ложку, что была у меня в рукаве, она пересчитала и говорит:

– Вот еще напасть – опять их десять!

А сама и сердится, и не знает, что делать. А Том и говорит:

– Нет, тетя, не может быть, чтобы их было десять.

– Что же ты, болван, не видел, как я считала?

– Видел, да только…

– Ну ладно, я еще раз сочту.

Я опять стянул одну, и опять получилось девять, как и в тот раз. Ну, она прямо рвала и метала, даже вся дрожит – до того взбеленилась. А сама все считает и считает и уж до того запуталась, что корзину стала считать вместе с ложками, и оттого три раза у нее получилось правильно, а другие три раза – неправильно. Тут она как схватит корзинку и шварк ее в угол – кошку чуть не убила; потом велела нам убираться и не мешать ей, а если мы до обеда еще раз попадемся ей на глаза, она нас выдерет. Мы взяли эту лишнюю ложку да и сунули ей в карман… Мы остались очень довольны, и Том сказал, что для такого дела стоило потрудиться, потому что ей теперь этих ложек ни за что не сосчитать, хоть убей, – все будет сбиваться; и правильно сочтет, да себе не поверит; а еще денька три посчитает – у нее и совсем голова кругом пойдет, тогда она бросит считать эти ложки да еще пристукнет на месте всякого, кто только попросит их сосчитать».[6]6
  Твен?М. Приключения Тома Сойера. Приключения Гекльберри Финна. – М.: Художественная литература, 1977. С. 352–353.


[Закрыть]

Мишень 5. Установки, стереотипы, привычные модели реагирования

Здесь речь пойдет об устойчивых во времени (относительно постоянных), привычных для человека моделях восприятия реальности и поведения, некоей накатанной колее, в рамках которой мы воспринимаем окружающий нас мир и действуем в нем. В первую очередь это установки, стереотипы и привычки.

Установкой в психологии называют готовность, предрасположенность субъекта к восприятию будущих событий и действиям в определенном направлении.[7]7
  Словарь психолога-практика / Сост. С. Ю. Головин. – Минск; М.: Харвест; АСТ, 2001. С. 877.


[Закрыть]

Примером могут служить социальные установки, то есть установки человека по отношению к социальным объектам: другим людям, социальным группам или процессам. Так, в настоящее время существуют социальные установки по отношению, например, к детям-сиротам. Они – несчастные, обделенные судьбой дети, оставшиеся без родительской любви и заботы, в детских домах вырастают слаборазвитыми, нередко агрессивными или неприспособленными. Эти дети вызывают чувства жалости и сострадания, а у некоторых – и желание держаться от них подальше. К каким действиям мы становимся склонны, готовы, услышав «дети-сироты»? Правильно: детям-сиротам надо помогать!

Как уже отмечалось, установка – это прежде всего готовность человека к действиям в определенном направлении. Манипулятор тоже, как правило (если манипуляция носит прагматический характер), стремится скрытым образом побудить нас к действиям в определенном направлении. Установка жертвы, о которой он знает, может сослужить ему в этом «хорошую службу».

– …Я знаю, вы добрая, сострадательная женщина, таких сейчас очень мало – поверьте, я знаю, о чем говорю, я сирота и воспитывался в детдоме, я с самых малых лет очень хорошо знаю, что такое человеческая жестокость. Я знаю, я вижу по вашим глазам, что вы поможете мне…

– Не оставляй меня, любимая! Ты не сможешь быть ко мне такой несправедливой, ты не сможешь быть такой жестокой! С самых ранних лет, еще с детдома, я не знал, что такое любовь! Я так мечтал о любви! А теперь ты отнимаешь ее у меня…

– Граждане, все собранные средства пойдут детям, в детский дом на Паляничной улице, на покупку для них хорошей одежды на зиму, холода обещают ужасные этой зимой. Поможем сиротам, граждане!

Используя установки, манипулятор добивается того, что жертва совершает нужные ему поступки, даже не замечая того, что ею скрыто управляют, ведь ситуация была такой естественной, а чувства жертвы – такими реальными!

Стереотип – нечто, повторяемое в неизменном виде; шаблон действия, поведения и пр., применяемый без раздумий, рефлексии, даже неосознанно. Характерная черта стереотипа – высокая устойчивость.[8]8
  Словарь психолога-практика / Сост. С. Ю. Головин. – Минск; М.: Харвест; АСТ, 2001. С. 786.


[Закрыть]

Для нас важен в первую очередь

Социальный стереотип – «относительно устойчивый и упрощенный образ социального объекта (группы, человека, события, явления и пр.), складывающийся в условиях дефицита информации как результат обобщения личного опыта и представлений, принятых в обществе (нередко предвзятых)».[9]9
  Там же. С. 786–787.


[Закрыть]

В качестве примера можно назвать стереотипы в отношении возрастных, профессиональных, этнических групп (лица пожилого возраста, учителя, военные, «лица кавказской национальности», евреи, чукчи и др.). Как уже упоминалось, стереотипы могут быть не только в отношении групп – может быть стереотип восприятия определенного человека («Этот Петров у нас тихий, незаметный, серенький, что с него возьмешь») или явления, события («Ясно, почему мой сын стал таким нервным, – это у него подростковый возраст, все подростки нервные»).

– Граждане, ну что вы Иванова слушаете, он все равно ничего серьезного не скажет, известно – прогульщик…

Иван Петрович о Мерабе Вахтанговиче (на совещании): «Конечно, я понимаю, что Мерабу Вахтанговичу кажется, что проект надо запускать возможно скорее. Он у нас вообще человек восточный, горячий, ему бы шашку – да и на коня. Но у нас тут не Кавказ».

Привычные модели поведения – это то, что мы обычно называем привычками. Кто-то привык пить пиво вечером по пятницам, кто-то – спать после обеда. Для кого-то привычно ходить дома в стареньком халате и бигудях, для кого-то ходить каждую неделю в кино (может быть, тоже в бигудях). Круг привычек составляет для нас часть привычного, предсказуемого мира, поэтому появление кого-то или чего-то, могущего нарушить привычный для нас ход жизни, нередко рассматривается как вторжение, покушение на его стабильность. Этим легко пользуется манипулятор. Манипулятор может использовать не только бытовые привычки жертвы, но и постоянные модели ее поведения, проявляющиеся в общении с другими людьми. Ведь привычки создают поле предсказуемости нашего поведения.

Наши естественные реакции на манипуляцию

Здесь мы подразумеваем те реакции на манипуляцию, которые для большинства из нас являются естественными, непосредственными и поэтому в жизни встречаются чаще всего. Рассмотрим их на примере рядовой ситуации.

Покупатель стоит перед витриной крупного универмага одного из городов российской глубинки и уже минут десять мучается с выбором утюга. Не разбираясь в тонкостях выставленных моделей, он обращается за помощью к продавщице.

– …Покажите мне, пожалуйста, вот тот утюг… Спасибо. А теперь вот этот… А чем они отличаются друг от друга?…

Продавщица вяло комментирует достоинства и недостатки выставленных моделей. Так продолжается несколько минут. Наконец, взгляд покупателя обращается на очередной образец.

– А теперь вот этот покажите, пожалуйста.

Продавщица, не спеша окинув покупателя оценивающим взглядом, ответствует:

– Я покажу, конечно, только вряд ли он вам подойдет… Он дорогой для вас…

Что бы вы ответили продавщице, окажись на месте покупателя? Как поступили?

Варианты реакции:

– «Да кто ты такая – здесь еще комментировать? Да ты молчи вообще, а то я на тебя живо управу найду! Уволят в два счета! Умная нашлась!» Активная самозащита посредством прямого выражения агрессии. Человек, которым манипулируют, чувствует это и хочет пресечь игру манипулятора, однако не знает, как это сделать. Он переживает сильные чувства боли, гнева, обиды, разочарования и методом «лобовой атаки» пытается победить манипулятора.

Чаще всего агрессия является неудачным вариантом реакции, который используется манипулятором для последующего нападения («Да вы у нас не только бедный, а еще и нервный? У нас не позволено оскорблять продавцов. Сейчас я позову охрану, она и разберется, кто из нас холоп»). Кроме того, часто разозлить и унизить «жертву» есть именно то, чего добивался манипулятор («Ловко я его! Ишь ты, как взвился!»). Иначе говоря, агрессия со стороны «жертвы» редко способна напугать или остановить манипулятора: как минимум он ею позабавится, как максимум – использует в своих целях.

– «М-м-м-да… Ну ладно, покажите тогда вон тот, он тоже симпатичный». Вариант, который обозначается как уход от противостояния (избегание). «Жертва», почувствовав дискомфорт в диалоге с манипулятором или в процессе пребывания в манипулятивной ситуации, сознательно или по привычке уходит от конфронтации («Зачем ввязываться? Только нервы портить»), «не замечает» нападения. Может быть, вообще уходит из ситуации (покупатель молча разворачивается и уходит в другой магазин). Причины у избегания могут быть самые разные – от житейски мудрой позиции не реагировать на мелочи до банального страха перед противостоянием, боязни проиграть.

Избранная сознательно, реакция ухода может вполне оправдывать себя, позволяя человеку сохранять собственное душевное равновесие (а часто и материальные ресурсы). Однако оправдывает она себя далеко не всегда: бывают манипуляторы, от которых «не убежишь», с ними постоянно приходится иметь дело на работе или дома. Не из всех ситуаций можно выйти. Оставаясь безнаказанным раз, другой, третий, манипулятор принимает это как свидетельство слабости «жертвы». Нередко у «жертвы» манипуляции, даже если она уходит от прямого столкновения, остается тяжелый осадок в душе: настроение испортили, остались негативные эмоции, которые никуда не деваются и вымещаются на близких или грузом лежат на душе. В значимой, важной ситуации уход может означать добровольное поражение, отказ от защиты собственной позиции, собственных интересов.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23