Андрей Сутоцкий.

Шангостров. Сборник стихов



скачать книгу бесплатно

ИНТРОДУКЦИЯ


И вроде всё привычно и знакомо…

И мир вокруг не блещет новизной…

Так почему, забравшись на пригорок,

Я так растроган нынешней весной?

Быть может, свет, виной тому, особый?

Цветочный дух разбуженных полей?

Иль у колодца юный тёплый тополь,

Что устоял средь стылых долгих дней?

Не знаю я… Таинственное чувство.

И замирает сердце от красы

В двенадцать изб святого захолустья

Непостижимо-искренней Руси.



ТЕАТР ЗЕМЛИ


Бог знает сколько драм в одно и то же время

Проигрываем мы на крохотной земле…

Но нет средь их числа и доли совпаденья,

Как нет похожих звёзд в ночной небесной мгле.

Наш многоликий шар для всех даёт пространство:

Одним – весенний лес, где ходит ветерок,

Другим – в песках пустынь таинственное царство,

А третьим господам – бриллиантовый мирок.

Июльский шумный царь с царицей тьмы морозной

В один и тот же миг искусно делят трон.

Малыш родился жить, старик схватился… – поздно….

Святой испил Любви, солдат вложил патрон…

Я знаю островки на крохотной планете:

Там эхо дальних битв не трогает листву;

Там, словно семена, на свет стремятся дети…

Но лучше умолчать,… чтоб не вспугнуть мечту…

Мир – тесен. Каждый шаг становится подмостком

Для тысячи других невидимых шагов…

И всякий дряхлый пень венчается отростком,

Напрягшимся раскрыть ладошки лепестков.

Когда же мы поймём в войне за обладанье

Планетою Земля, что все мы здесь равны

В проекциях любви, защиты, состраданья

И чуждой нам вины, как собственной вины?

Крути-верти кино, рисуй, пиши и странствуй

Благословенный Дух и… демонов оспорь…

Но болен сей театр давно шекспирианством…

И где же тот лекАрь, что одолеет хворь?!..



В НАПОМИНАНИИ О КРЫЛЬЯХ


Высокий голос белой птицы.

Подняться ввысь за ним стремится

Душа поэта, – зрить и петь,

В рассветном Солнце пламенеть…

Но ум сомнениями полон.

Иду в распаханное поле

Глазеть на чёрных, на грачей,

Что вновь начнут орать – «Ты чей?

Уж не червей ли, часом, ищешь?

Их здесь немыслимые тыщи…

Ну, докатился! Ну, дошёл!..»

Я человек, а так смешон

В своих поступках непонятных…

Мне всё бежать куда-то надо:

В поля, в леса, во тьму ночей…

И там раздастся – «Друг, ты чей?»

Бегу, стыдясь ослабших крыльев,

Свернув их, чтобы все забыли

Мою природу. Что же я

Шагаю в чёрные поля,

Любуясь выжженною пашней?

Один из заживо пропавших

Я – мрака друг и грусти – сын…

Во мне давно уже «весы»

Одним плечом уткнулись в землю.

И Небу я почти не внемлю…

Но голос птицы в вышине

Всё не даёт покоя мне;

В рассветном зареве янтарном,

Он – силу! силу обретает! -

Зовёт и манит за собой!

Не умолкай! Буди и пой,

Пернатый друг! Однажды, вскинув

Свои крыла, я мрак покину!

Освобожусь и обрету

Простор, Огонь и Высоту!



ОСТРОВА НА БОЛОТАХ


Вроде малых планет иль диковинных стран

Острова на болотах.

Там высятся сосны.

Там колышут листву на осинах ветра,

Заплетая её в тонко свитые косы.

Там стою я, как царь, на ладошке Любви,

Возле ветхого пня, словно около трона.

А в ногах у меня мельтешат муравьи

Возводя из иголок свои бастионы.

Управлять этим царством – великая честь, -

Жаль не долго, ведь время не спросит – отнимет.

Если озеро клюквой способно зацвесть –

Значит, близится эра вторженья пустыни.

Острова на болотах… – оно по душе.

А душа, как известно – в союзе с бессмертьем.

И взмываю я ввысь, отрешённо блажен,

Где играет со мной, будто с бабочкой – ветер.

Острова на болотах: и радость и грусть;

После топи – привал – благо отдохновенья…

Но смотрю на часы… И куда тороплюсь?

Не полны ль одиночества эти творенья?

Там засохшие сосны скрипят молодым

О прохладных озёрах питающих корни.

Там болотная травь у цветущей воды,

Как под гребенем седь: и бледна и покорна.

С незапамятных дней там живёт скрытный дух –

Представитель знакомых лесных чародеев.

Это он – страхоплёт у болот на посту

Ретуширует явное под запредельность.

А покажется Солнце – скукожится тень,

Закряхтит вороньё, как старик, без запала

И с колючих ветвей обнаружит гостей,

Средь которых и я. Ну, неправда ль, забавно?

Мимо этих красот ты, мой друг – не пройдёшь…

Встретит зверь на пути – огрызаться не станешь;

Дочитаешь мой стих и душой оживёшь.

А на утро и сам к островам пошагаешь.



РОДНЫЕ СТЕНЫ


Летит ветрам навстречу

Наш домик в три окна,

Печным дымком увенчан,

Не спящий допоздна…

А брёвна стен – живые, -

И пол, и потолок…

Когда ж в нём жить, скажи мне,

Чтоб жить он тоже мог?

То дождь с грозой ударит,

То ветер поднажмёт…

Ещё бы! – обитают

Они в нём круглый год…

Уставшими глазами

Он смотрит на людей,

Объеденный местами

До самых до «костей»…

Но, ничего, починим,

Топориком возьмём…

К чему впускать кручину

В наш старый добрый дом?

Пускай ещё потянет,

Полами поскрипит,

Не с нами, так с гостями

Закурит, задымит…

Недолго ждать осталось

Большим его глазам,

Когда мы, сняв усталость,

Придём его спасать.

К любым ключам доверчив,

Он встретит нас родной

На куценьком крылечке

Под яркою Луной.



ЗАТЯЖНОЙ ДОЖДЬ

(вариации на тему)


1.


Весна дождям открыла ворота.

Нетерпеливо хлынула вода…

И от дождя проснувшись в одночасье

Зауркал кот: когда, мол, нам в окно

Ударит свет и явится тепло,

А вместе с ним – моё кошачье счастье?..

Весь день гремит над миром деревень

Настырный дождь и тучи – набекрень:

Так тяжелы, унылы и ленивы…

А потому ещё охота спать,

И плачущему лирику внимать,

И в сновиденьях следовать мотиву…

И птицы ждут, оставив свой полёт,

Когда уборка влажная пройдёт

И всё глядят на дождь заворожённо…

А почему за печкой, на метле,

Молчит сверчок? Наверно заболел,

Охоты петь от влажности лишенный.

Пережидаем дождь? – но я и ты

Почти на сто процентов из воды…

И кто мы есть? – вопрос: границы стёрты…

И старый пёс у дома в конуре

Весь день гремит цепочкой, одурев,

Нажив в дожде мигрень от дискомфорта.



2.

' Ну, неужто дождь и сёдня льёт?'

Я гляжу в окно, привстав с кровати:

Незнакомый мир размытых пятен,

Заболел болотом огород,

Кот свернулся в шарик меховой,

Тяжелы турецкие гвоздики…

С водостока ходиками тикать

Будут капли в тазик бельевой

Целый день…

…и лодка у мостин

До краёв наполнилась, как ванна…

Не хочу сползать с постели рано, -

Поваляюсь этак до пяти…

Никого из окон не видать

Кто желал бы вымокнуть до нитки…

Правда, вон, ползёт один «эпитет», –

На ногах не может устоять…

Выжидают первого луча

Точки мух да овод большелобый,

Что скребётся в узкогорлой колбе

И никак не может замолчать.

Всё пройдёт и этот дождь пройдёт,

Серый день окрасится рассветом…

А пока я слышу голос деда:

"Ну, неужто дождь и сёдня льёт?"



СИЛА СТАРОСТИ


Губка мягкой древесины.

Мхом поросший частокол.

Возле дома три осины.

В доме древний старец – Фрол.

По широким половицам

Бродит старец босиком…

А на стенах: лица, лица… –

Родословие его.

Печь затопит наудачу,

Брови в кучу – сто морщин…

«Раньше всё былО иначе,

Без особых чертовщин…

Лука б надоть в огороде

Навтыкать… Да нету сил…

Потому, как ночью бродит

Смерть по дому… Ну-ка, ты,

Пустоглазая оскола,

Отпорхни за три версты!..

Даром, что не шибко молод…

Но да всё ещё в пути…»

Скособоченный домишко

Неподвластен временам…

Пусть ломОта, пусть одышка,

Но за окнами – весна!

Значит снова сердцу биться

И трещать дровам… Пока

Страха нет… И пусть косится

Смерть-карга на старика;

И пущай она, злодейка,

За спиною ворожит…

Вон, сидит он, в телогрейке…

Значит, старый, будем жить!!!



БЕРЕЖОК


Три сосны на берегу

С ветром шепчутся протяжно,

Нас от солнца берегут,

Словно зонтики на пляже.

А под солнечной водой

Чуть катается песочек

И всё время золотой

Льётся птичий голосочек.

Брошусь в воду, поплыву,

Скользкой рыбою бесшумно…

Пробужусь и оживу…

Даже вороны-ашуны

Умудрились опоздать,

Мерно каркая с охрипом

И на спор пошли гадать:

Кто здесь – я, а кто здесь – рыба.

Бриллианты на волнах –

Ослепительное диво…

Поджидает их Луна

У пригорка терпеливо,

И глядит на бережок,

Где во всём – любовь и нега…

«Ты чего?.. Очнись, дружок, -

На дворе по шею снега…»



ПОЧТИ ПИСЬМО

(со слов одной женщины…)


Ты семь лет уж, дядька мой, Серёжа,

Не общался с мамою моей…

Может в мире вещи есть дороже,

Чем пороги близких нам людей?

Может быть, в гостях у нас, как узник

Ты мотаешь срок? – вопрос не прост.

Так не так, а знаешь – очень грустно

Через дни разлуки строить мост…

Хоть сейчас наговоришься вдоволь

Ты с женою брата своего,

Ведь мудрее женщин только вдовы,

Что хлебнули горького с лихвой.

Ты утешишь, ты её утешишь,

Остановишь искренностью боль,

Что два года с лишним маму держит…

Бог, помилуй – экая юдоль!..

Ты расскажешь, многое расскажешь

О нелёгком бремени погон…

Что с того, что шрам от пули зажил,

Если память бьёт тебя вдогон,

Если ты устал от одиночеств,

Что порой находят и во сне,

Если жизнь быстра, как «между прочим»,

По сравненью с той, что на войне

Доставала выстрелом бандитским

Молодые нервы щекоча…

Погляди, как кот к тебе ластится

Вдохновенным трактором урча.

Ты никак, прошёлся по участку,

Под цветущей вишней постоял?..

Ты у нас в деревне гость не частый…

И сейчас чуть было не проспал

Свой приезд, но мы подсуетились

И тебя доставили на «ять»,

Чтобы души вновь не заблудились

В трёх соснах. И хватит уж блуждать!

Может, в баньку сходишь, ненароком?

И потом,… тебя бы мне подстричь…

Посмотри-ка в зеркало, Серёга, -

Разлахудрил патлы, словно бич…

За сметану с молоком – спасибо,

Ну и за ведро коровяка…

На-ка, вон, возьми с собою рыбы…

Ну и что, что рядышком река…

Как тебе обрадовалась мама,

Будто двадцать долгих лет долой!..

Ну а ты такой же всё упрямый…

Разливай, чего уж там, герой…

Знай, нельзя на правду обижаться.

И послушай, мой тебе совет,

Чем в козла под рюмку обряжаться,

Проживи-ка свой остаток лет

По-людски, не списывая близких,

Что на пальцах можно перечесть…

Ты гляди, как тучи тянет низко…

Может и у туч здесь кто-то есть?..

Ты семь лет уж, дядька мой, Серёжа,

Не общался с мамою моей…

Неужели вещи есть дороже,

Чем пороги близких нам людей?



ЛЮБОПЫТСТВО

(из детского альбома)


Муся – кошечка-малютка,

Отдохни, хотя б минутку

И кузнечика не трожь,

Ведь зелёный нежнокож.

Пусть стрекочет в лопухах он

И жуёт траву без страха…

Только, где там:… цап-царап…

И… зелёненький – без лап.



ЗА МОЛОКОМ


Каждый вечер снаряжает

Мама Владика в дорогу,

И «молочную» бутылку

В сумку синюю кладёт,

И по-доброму внушает:

«Не кричать, овец не трогать…

Снова грязный, погляди-ка!

Ну-ка быстро вытри рот!»

И пацан уже на вёслах

(всё боится опоздать он)

С Расторгуевым на пару

Про фонарики поёт…

…а темнеет нынче поздно…

С темнотой придёт усталость…

Но усталость, почему то,

Влада вовсе не берёт.

Вместо вёсел бы гитару,

Да к костру на остров дальний

Провожать закат бардовый,

Или с удочкой дремать,

Иль картошку с пылу, с жару

Аппетитно уплетая,

Не тревожиться о доме,

Где тебя устали ждать…

А грести то – метров сотню

До соседского чертога…

На наличниках узоры,

Да кудрявое крыльцо…

«Ну и что, что пальцы стёрты

И живот болит немного…

Мам, отлынивать – позорно!..»

Мальчик Владик молодцом!

Поболтает с тётей Зиной:

«Тётя Зина, ты здорова?»

«До заката недалече…»

«Ой, да много ли беды…»

Позабудет, что просила

Его мама… «Тут корова

Говорит по-человечьи,

Что грустит без лебеды… »

Хорошков (хозяин дома)

Приглядит ему игрушку:

«На те красную машинку…

Или может паровоз?»

Но слышны раскаты грома…

«А не веришь, так послушай…

Ну-ка, Владик, поспеши-ка…

Прыгай в лодочку, матрос…»

… и родными незамечен,

Появляется внезапно

Мальчик Влад – герой героем,

С полной банкой молока.

И темнеет синий вечер…

И грозой подсвечен запад…

«Всё нормально. Не промок я.

Вам привет от Хорошка»



ПОД ТРЕЩЁТКИ И ГУДКИ…

(из детского альбома)


Я мечтаю на лугу,

На пушистом на стогу.

Покрывает мне лицо

Ветер клеверной пыльцой.

Вьются мошки над травой,

Над травою луговой

И поют мне ноткой «ля»

Всё про Русские края.

Жёлтый, красный, голубой, -

Удивительно цветной

Мир вокруг меня кружит:

Всякой живностью кишит…

Эх, возьму да пробегусь,

Оттолкнусь и поднимусь

Ввысь до солнечной звезды,

Чтоб увидеть с высоты:

Жизнь окрестных деревень,

Грустноглазую сирень,

Скачь буланого коня,

Ветрогульные поля,

Бор, грустящий по дождю,

Рыбы полную бадью,

Да подковку озерца;

А ещё стихотворцА,

Что лежит среди травы,

Свив из трав

стихи

свои.



ПРИВОКЗАЛЬНЫЙ ЭТЮД


Утро. Тишь. Перрон. Гудков не слышно.

Не столичный, стало быть, масштаб.

В лёгком ветре ели чистят крыши,

Что уже блестят от хвойных лап.

Зябнут деревянные домишки,

Зябнут на перроне старики

Бормоча друг другу про делишки

Старости и хвори вопреки.

Ждут они свой пригородный поезд,

Что опять от дач их оторвёт,

В ожиданье том не беспокоясь

О весне, коль вдруг не подойдёт.

Чуть в сторонке носятся козлята,

Щиплют травку, блеют о своём…

«Мы своё – отпрыгали, ребята

И теперь лишь памятью живём…»

Вон, старик косматый на пенёчке

(сбита шапка, пальцы в табаке)

Знай себе, сморкается в платочек

И вздыхает шумно: «Э-хе-хе…»

Да уж, старикашка, вижу, древний…

Но бутылку с водкой у пенька

Довезёт он, вряд ли, до деревни,

Чтоб в пути не сделать и глотка.

Семь утра. Перрон. Дождишко брызжет.

Ждут гудка составы, ждать устав,

Как и старики, что будто ближе

Стали нам, с прошедшим на устах.



КВИПРОКВО


На болоте острова –

Необычное явленье.

Объяснишь ли в двух словах

Это несоединенье?

А на тех на островах

Белый гриб произрастает

От болота в двух шагах

И о том совсем не знает.

На болоте острова –

Многомачтовые судна,

Кои противостоять

Не смогли болоту. Трудно

Быть в отсутствии морей

Кораблём… И весь рангоут

Поглотил пурпУр-кипрей…

Мачты-сосны – полуголы:

Парусина – до махры…

Но и после превращенья

Нахожу я здесь миры

В отраженьях посещений

Дальних стран. И даже гриб

С бурым бантиком брусники

Представляется средь рыб

Мне кораллом. «Донырни-ка…», -

Будто дразнит он меня.

И ныряя между сучьев,

Я срезаю хвастуна,

Чтоб ещё найти получше…

Вот и рюмочки волнух,

Словно жёлтые медузы,

Что торопятся ко дну,

Но попав в корзины кузов

Затихают, надломясь,

Красной шляпкою теснимы…

Я брожу не торопясь

Кораблей уснувших мимо…

В топь и в вязь, в болотный дух,

Долгой чавкающей тропкой

Я… в Австралию иду…

Сам уже не знаю толком:

Акваланг или рюкзак

За уставшими плечами?

И… акулии глаза

Грибника не замечают…



РОДИНА ЛЮБИМОЙ НАТАЛИ

(майский этюд)


Родина любимой Натали:

Бантики разбуженных акаций,

Ворчуны-скитальцы-корабли,

Огоньки теряющихся станций,

Безымянность солнечных дворов,

Хвойный дух плюс запах мандарина,

О любви скрипящее перо, -

Всё, как есть, без фальши и без грима;

Облаков послушные стада

Меж цветов в больших квадратных окнах,

А ещё заветная мечта,

Что поймать так хочется вне срока,

Голоса простуженных ветров,

Старый бор – опущенные веки,

Невода чешуйчатых даров,

Юных верб пушистые побеги.

Родина любимой Натали:

Джаз котов снующих одиноко,

Зов составов тающий вдали,

Эликсир берёзового сока,

Всплеск весла, туман седых озёр,

Посвященье в таинство рыбалки,

Дворовой извечный ля-минор

Под лихое бряцанье гитарки…

Родина любимой Натали:

Баловства невинная копилка,

Безыскусный жалкий первый блин,

Трудный выбор жизни на развилке,

Школьный бал, но всё ещё детей,

Где все чувства в стройности аккордов,

Свет свечей в волшебной темноте

Над глазурью праздничного торта…

Родина любимой Натали –

Радостью взлелеянное время,

Что назад уже не возвратить…

…и понятно: дерево – не семя.



ЭРУДИТ


Витя знает – очень много:

Эрудит он, так сказать…

От осьми до осьминога,

От козы до козерога

Рад урок нам преподать

Неуёмный в знаньях Витя…

Но – оказия-беда:

Только тем и знаменит он,

Что на трёп судьбы лимиты

Тратит он почти всегда.

Подтверждают знанья делом

Много умников в миру…

Да объято ленью тело

Эрудита. Уж неделю

Не блистал умом гуру.

То ли стыдно стало Вите,

Что трудиться не могЁт,

То ли смысла он не видит,

Что из Вити, что-то выйдет…

Или просто Витя врёт?

По-прошествии недели,

После дождичка в четверг,

Он опять учить нацелен, -

Дескать, знает панацею

От нашествия химер…

И вообще – любой болезни,

Вплоть до самой никакой…

«Если вам не интересно, -

Говорит он, – значит бесы

Рулят вашей головой».

Скоро лещ пойдёт на нерест.

На берёзе лист с пятак.

Но для Вити – это ересь…

Так–не так, по крайней мере

Знает Витя про места,

Где возможно взять на палец

Златогорбого леща…

«Так, пошли ж туда, засранец…

И… наждачкой станет глянец…

Что за зря о том трещать?»



СЕРЕБРО ЧЕШУИ

(из дневника натуралиста)


Завывающие нотки

Nord разносит по волнам.

В непослушной старой лодке

С полчаса качаться нам,

До рыбалки страстным бестиям:

Сашке, мне да Натали.

Сколько ждать!? – извёлся весь я,

А ж под ложечкой болит.

Саня чуть опередил нас,

Сев за вёсла… Ну а мы -

На корму, как два пингвина

Из заснеженной страны.

Злой циклон весну опутал,

Разошёлся донельзя…

Но страшна ль лихая удаль

Непогод, когда, друзья,

Мы за рыбой (ВОТ ТАКОЮ!!!)

К камню-берегу?.. А там -

Через бор до речки бойкой,

По проверенным местам…

Мимо нас ползут деревни,

Вековые острова

В перешуме сосен древних,

Чуть похожем на слова…

В лодке булькает водица,

Перламутром – чешуя

Под водицею искрится…

Ожидаем, не дыша,

Предстоящего улова,

Рыбьи танцы на крючке…

Что ж так Сашка многословен?..

У него на языке:

И трофеи, и русалки,

И враньё о медведях,

И нелепые рыбалки

В фантастических глыбях…

Камыши тонки и сухи

Нам преградою, но мы,

Как стремительные духи -

Неуступчиво прямы,

Носом лодки раздвигаем

Камышовый строй полков,

Сушим вёсла, замедляем,

Ударяемся легко

О лесной мохнатый берег,

Цепь за ель двойным узлом…

И… к реке!.. Глядите, звери,

Как за жабры мы возьмём…

Сколь не скоро, но сначала

Потоптать придётся лес,

Путь недолгий изучая

По количеству чудес.

Три ручья перемахнули,

Семь поваленных осин

Перелезли, повернули,…

Потеряв немало сил…

Вдруг бравированным шумом

Поздоровалась река…

И шутя, раздать спешу я

Всем по «нолику» пока.

Натали нашла местечко

На поваленной сосне,

Саня – вдоль пошёл по речке…

А куда деваться мне?

Выбрав самое теченье,

Уколовшись о крючок,

Я шагнул в пылу влеченья

И… вода пошла в сапог.

Здесь уже не до рыбалки

И, смотрю я на костёр,

Как пылают ёлки-палки,

Освещая мой позор.

Да, строга судьба к поэтам…

Даже в роли рыбака…

Подрасплавил незаметно

Голенище сапога,

Просушился бестолково

И опять бегу к реке.

Полведра уже улова

У рыбачки… Я в тоске.

Что ж, закидываю снова,

Но… срывается плотва…

Да, рыбак я бестолковый:

Не хватает мастерства.

Натали зовёт и гонит…

Лучше б выдала секрет…

Леска в ветках стрункой стонет,

А крючка на леске – нет:

Оторвался мой крючочек,

Зацепился за бревно…

Что ж я так рассредоточен?

Неужели не дано?..

Все места вокруг излазил -

Тишина на поплавке.

А везунья будто дразнит

(здешних мест абориген)

И снимает, и снимает

Окуней, лещей, плотву…

Неужель не замечает,

Что я в сучьях леску рву?..

Буйство зелени, прохлада,

Вздохи шумные реки…

Утешать меня не надо:

Сам закисну от тоски.

Не о мне ль шумите, ели,

Да на фоне рваных туч?

Сколько можно, в самом деле?..

Ну, чертовски невезуч!..

Что теперь об этом?.. Ладно.

Да и время истекло, -

В мутных водах безвозвратно

Хитрой рыбкой уплыло.

«Амба! Сматывай удило!»

«Как прикажешь… Хорошо…», -

И не споря с командиром,

Я за Сашкою пошёл.

Но исчез куда-то Саша, -

Нет его, как не ищи.

Только лес поёт протяжно,

Да комар-гундос пищит.

Тут захлопала в ладоши

Куропатка из кустов,

Чтоб без всякой нервной дрожи

Ко всему я был готов…

И вскричал я: ''Саня!!! Саня!!!''

Аж, до кашля, хрипоты…

И чего ж я так горланю?..

Испугался темноты?..

Сколь точны, на удивленье,

Пней бобровых конуса!..

…и скрипят, скрипят деревья,

Будто силятся сказать,

Перед тем, как пасть на землю

От оранжевых резцов,

Что спасеньем станет семя, -

Семя будущих лесов.

Чудо: ландыши – повсюду!.. -

Белым звоном по лесам,

От этюда до этюда…

Но… пора, пора назад…

Вдруг и Саня появился,

Весел, бодр и слов ручей:

«Ну, скажу вам, насладился:

Целых сорок сволочей…»

Я похвастался своею

Мелюзгой из трёх плотвух:

«Пусть хоть что-то, да имею…»

«Вот и правильно, Андрюх!..»

И усевшийся за вёсла,

Налегая, что есть сил,

Я стрелой погрёб на остров,

Волны, чтоб не отнесли…

Ну а там – по каботажу,

По дуге береговой…

… и… целую я Наташу,

Пренасытившись ухой.



ПРИСУЩНОСТИ ДОРОГ


Где властвуют сонные травы –

Есть память следов бесконечных.

О том ли туманною ранью

Строчит невидимка-кузнечик?

Привет тебе, друг-насекомый!

Куда мне шагать, не подскажешь?

Я знаю, должны быть знакомы

Тебе невидИмые стражи…

И я по забытому следу

Ступаю, бредя осторожно

Туда, где гуляют медведи,

Лесной тишины не тревожа;

Туда, где мерещатся всюду

Замшелые дряхлые духи,

Что сдавленным голосом «Лю-ю-ди-и!..»

Кричат… Но не вздрогнет и муха:

С листа не уронит росинки…

Лишь певчие, леса горнисты,

Крылатые души России,

Разносят свои пересвисты.

…и камни горячие греют

Подошвы босых моих ног…

Дороги лесов не стареют,

Раз молоды стражи дорог.





скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное