Андрей Смирнов.

Болезни Белокамня



скачать книгу бесплатно

Выругавшись, Санса взяла свой кинжал наизготовку, велев дочери оставаться снаружи и не приближаться, после чего быстро заглянула через приоткрытое окно вовнутрь. Света внутри было мало, ставни были закрыты, поэтому сквозь щель много увидеть не удалось, и Вдова тихим шагом переместилась к распахнутой двери. Жестом мать затребовала у Белогривки её трофейный нож, доставшийся ей от покойного Чёрного Фреда, после чего быстро метнула его в невидимого для Нэт врага, врываясь следом безумным ураганом. Естественно, что когда внутри закричали, Нэт не смогла устоять, чтобы не заглянуть туда и не узнать, что же там, чёрт побери, происходит! А происходило там примерно следующее.

Каким-то макаром Копыто и его приятель опередили Вдову и её дочь, прибыв к их жилищу раньше, и теперь бесцеремонно переворачивали всё внутри вверх дном, то ли желая насолить за свой недавний проигрыш, то ли желая в отместку ограбить наглую бабу. Поскольку ушла Санса с дочерью в другом направлении, а Фред так и не явился к товарищам, те сунулись обратно во дворик, обнаружив труп своего лидера. За его смерть тотчас было решено отомстить, а делать это лучше всего было дома у наглой Вдовы, где её и хотели застать врасплох, а также ограбить вдали от её товарок по банде. Выдала разбойников их тупость, наглость и жадность, поскольку те оставили явные следы взлома и теперь шумели перебираемым и разбрасываемым всюду домашним скарбом, в надежде найти схрон Сансы, который у разбойницы наверняка имелся. Естественно, что Вдова была решительно против подобного вторжения в её частную жизнь, а посему она метнула вперёд трофейный нож покойного Чёрного Фреда, а потом ринулась вовнутрь, намереваясь расправиться с врагами, пока те не поняли, как безалаберно прошляпили появление грозной хозяйки.

К счастью лезвие улетевшего вперёд ножа впилось одному из громил в бедро, отчего он с рёвом повалился на пол, зажимая своими лапищами свежую рану, а Санса уже в это время рубанула своим вторым оружием, намереваясь добраться до горла второго разбойника, коим оказался приснопамятный Копыто. Однако враг уже успел сориентироваться, отпрянув назад, а потом зарядил бедной женщине в ответ, лягнув её своей ножищей. Удар пришёлся точно по животу, отчего охнувшая Вдова отлетела назад, грохнувшись на пол рядом с раненым бандитом, который к этому моменту уже выдернул из своей ноги окровавленный нож и попытался им атаковать соперницу. Однако и тут Санса оказалась первой, воткнув лезвие своего кинжала мерзавцу точно под подбородок, отчего тот моментально испустил дух, начиная заваливаться на пол, обильно орошая всё вокруг себя потоками крови. Радоваться женщине пришлось совсем недолго, ибо её тотчас с силой дёрнул за ноги Копыто, тем самым подтянув и подмяв Вдову под себя. Оружие женщины тотчас оказалось выбитым из рук, а потом она сразу же получила два удара по голове, и сразу же потеряла сознание, бессильно растянувшись на полу.

– Беннет! – позвал Копыто напарника, но делал это совершенно зря, ибо тот уже успел затихнуть, умерев от смертельного ранения и критической кровопотери. – Беннет, ты как?! Жив?! Бля, что я такое несу?! С него столько крови натекло, как он может быть жив! Ах ты ж маленькая сучка!

С этими словами он ещё раз ударил Сансу, в то время как её дочь дрожала снаружи, прижимаясь к стене дома, страшась войти внутрь и предстать перед рослым свирепым мужиком.

Однако её мать пока не собирались убивать, а посему Белогривка решила не торопить события, выжидая подходящего момента, и была вознаграждена за своё терпение, ибо в следующее мгновение Копыто связал Сансе руки ремнём за спиной, после чего бросил её на кровать, разрывая на бесчувственной женщине её одежды с явным намерением её изнасиловать. Однако не успел грабитель приступить к делу, выдав перед этим нечто пафосное, как Вдова очнулась, пытаясь высвободиться из под тяжёлой туши насильника, однако тот держал её крепко.

– Сейчас я засажу тебе, и отымею тебя в отместку за своё прошлое унижение! – прорычал женщине на ухо распалившийся Копыто. – А потом закончу то, что не доделал два года назад! Нужно было тогда тебе не в живот нож втыкать, а в глотку, паскудина!

– Ты уже вошёл или как?! – усмехнулась снизу Санса. – А то твой махонький стручочек не только у меня истерики в борделе вызывал, но и у всех девчонок! Ты хоть предупреди, когда закончишь, а то ведь я и не пойму!

– Ах ты шалава! – вызверился Копыто, снимая с себя портки. – Сейчас я тебе задам!

Однако задать он ничего не мог, ибо практически в то же мгновение ему в шею воткнулось лезвие кинжала, которым была вооружена Нэтали, дождавшаяся нужного момента. Пользуясь тем, что руки насильника заняты Сансой, а сам Копыто стреножен спущенными портками, девушка тихой лисой проскользнула в помещение, сумев дотянуться до рослого бандита. Хрипевший и кашляющий кровью бандит успел развернуться, и даже ударил в ответ, однако дотянуться до Белогривки ему помешали спущенные штаны, отчего он тут же завалился на пол, начиная биться на нём в агонии. Понимая, что оставлять живого, пусть и умирающего, человека за спиной опасно, Белогривка схватила с пола лежавший там табурет и изо всех сил ударила им разбойника по голове. После третьего удара Копыто шевелиться перестал, а предмет мебелировки обильно окрасился в красный цвет. Бросив табурет на тело помершего разбойника, девушка переступила через его труп, тяжело дыша от возбуждения, ибо первое убийство всегда даётся нелегко, только если человек не законченный садист и психопат с рождения.

– Доча, это ты?! – извернулась на постели связанная Санса, чтобы увидеть причину и последствия скоротечной драки. – Молодец, девочка! Возьми какой-нибудь нож и разрежь эти ремни на моих запястьях! Скорее!

Кивнув, Белогривка нагнулась за кинжалом, который Копыто успел вырвать из раны перед смертью, с отвращением подняв оружие и обтерев его лезвие об одежды несостоявшегося насильника. После этого она спешно освободила свою мать, и рухнула на кровать, ошарашенно глядя на два трупа, лежавшие в лужах крови посреди их лачуги.

– Какой кошмар! – подумала она. – И вот этим моя мама занимается помимо работы в борделе по ночам?! Ужас! И я ещё хотела присоединиться к ней и Вдовам! Да ни за что в жизни!

– Не переживай, Нэт! – успокоила девушку присевшая рядом с ней женщина. – Ты всё сделала правильно и спасла меня! Иначе, этот урод бы зарезал меня, после того, как изнасиловал. Копыто мог, он такой!

– Кто?! – встрепенулась Белогривка, не поняв, о чём говорит её мать.

– Этого урода звали Копытом, – пояснила Санса, кивнув в сторону разбойника. – Его однажды кобыла лягнула по бубенцам, так с тех пор за ним это прозвище и прикипело. Ну да ладно! Хватит тут рассиживать и плакать по двум подонкам, которые не стоят ни одной пролитой слезинки. Нужно срочно собираться, и бежать из города, пока не стало слишком поздно! Возьми из буфета съестных припасов в дорогу на первое время. То, что необходимо готовить – не бери. Лучше всего пойдут овощи и фрукты, потому как они и голод, и жажду утоляют.

– Хорошо, мама! – кивнула Нэт, вставая с постели.

Сама же женщина времени зря не теряла, ибо разорванное платье уже лежало на полу, а сама она красовалась в новом, накинув поверх плащ с капюшоном, и теперь уже склонившись над полом, где под половицей был обустроен небольшой тайник. Разряжать ловушку было попросту некогда, ибо сейчас на счету была каждая минута, а посему Санса отогнула доску, отклоняясь назад, поскольку когда пружина внизу распрямилась, вверх выстрелил острый дротик, с глухим стуком впившийся в потолочную балку. Рассчитана ловушка была таким образом, чтобы любопытному неосторожному воришке подарок прилетел в грудь или голову, и Вдова жалела сейчас о том, что Копыто или его приятель не обнаружили в своё время её заначку, ведь тогда бы ей пришлось иметь дело не с двумя, а всего лишь с одним разбойником. В самом тайнике хранились только драгоценности, которые бандитка в своё время заработала грабежами или развратом в борделе. Особенно дороги ей были серебряные серьги с топазами, которые она отрезала вместе с ушами своей соперницы по банде с именем Линда. Мало того, что эта завистливая потаскуха отбивала всех состоятельных клиентов в борделе, уводя их из под носа Сансы, так ещё и совратила Сержио, её единственного постоянного клиента, который, чего уж там греха таить, был влюблён в Сансу и даже несколько раз порывался сделать ей предложение. Те самые серьги предназначались девушке в качестве подарка, однако Линда обманула Сержио, заявив, что его избранница сейчас отсутствует, и совратила мужчину, затащив его в свою постель. В итоге серьги всё-таки вернулись к той, кому предназначались, попутно с этим лишив завистницу её ушей, которые Санса отрезала мерзавке в тёмном переулке после того, как узнала об обмане. Если подобное варварство вам может показаться безумием чистым воды, то тут следует сделать небольшое отступление, пояснив, что Линда вдобавок к этому несколько раз знатно подставляла Сансу, при этом один раз едва не подведя женщину под арест, а стукачей в бандах не любили, и относились к ним соответственно. Посему на эту месть разрешение было спущено сверху, и прозвучало даже не как милость, но, скорее, как строгий приказ. Никто не смеет ослушаться главу банды или тайно доносить шпикам!

Помимо памятных серёжек, в тайнике обнаружилась небольшая стопка золотых монет, мужской перстень с изумрудом (также боевой трофей), гребень из кости крупного животного (подарок довольного клиента), да немножко порошка чёрного лотоса, который считался мощным наркотическим средством и очень сильным компонентом множества зелий и рецептов для магических ритуалов. Санса знала, какова конечная участь наркоманов, а посему не увлекалась порошком сверх меры, используя его только в крайних случаях, когда нужно было заглушить боль от критических ран, чтобы не протянуть ног. Для удовольствия использовать чёрный лотос было крайне дорого и опасно, ибо во время наркотических видений человек себя контролирует слабо, и может представлять угрозу как для себя самого, так и для окружающих. Да и законченных нюхачек из Вдов вышибали очень быстро, причём делали это весьма и весьма кровожадно, попросту убивая торчков, чтобы те не растрепали секретов банды за понюшку зелья. Вообще наркоманы были бедой и головной болью для всех, кроме наркоторговцев, ибо только они наживались на этом людском горе, в то время как все остальные страдали от него очень сильно. Всего лишь месяц назад скончался Сизоносый Стивен, не рассчитавший дозы, а Бетти, которая голышом умчалась из борделя на крыльях наркотического прихода, обнаружилась потом в ближайшей подворотне. Мёртвая. Она ли напала на кого под кайфом, либо набросились на неё – неизвестно.

Когда со сборами было покончено, Санса велела своей дочери помочь ей с трупами двух грабителей, которых за ноги выволокли из дома, бросив посреди улицы под взорами изумлённых соседей и нескольких прихожих, после чего обе дамы направились прочь, опустив капюшоны на головы, не став запирать дома – смысла в этом никакого не было. Нэтали всё же предложила маме заколотить дверь и окна, на что та пожала плечами, заявив, что воровать внутри всё равно нечего, а возиться с инструментами времени не было. Да и крупных деревяшек всё равно было мало, да и вообще – того, кто захочет взломать заколоченное жилище, никакие преграды не задержат.

Путь до Восточных ворот вышел довольно быстрым и препятствий никаких не возникло, однако на подходе к городским стенам на дороге образовался огромных размеров затор. Прознавшие об опасности эпидемии жители стекались к выходу из города семьями, общинами и поодиночке. Кто-то был налегке, часть несли свои вещи на руках и в сумках, особо зажиточные обыватели могли похвастать навьюченными ишаками, тележками и даже лошадьми. Пёстрое людское и не очень море голов волновалось, шумело, выкрикивало какие-то проклятия, слышалась ругань, детский плач, переклички и залихватский собачий лай со ржанием перепуганных копытных.

– Может, попробуем развернуться и выбраться через другие ворота?! – спросила у матери Нэтали.

– Не глупи, Белогривка! – вздохнула та. – Никто не позволит нам покинуть города через иные дороги. Южные, Западные и Северные врата находятся на той стороне реки, а на мостах сейчас, скорее всего, выставлены заградительные заслоны и баррикады. Знать и зажиточные граждане точно не захотят пускать нас, голодранцев и воров, коими они считают почти всех жителей Дыры, а также нелюдей из их кварталов, считая нас низшими существами, не достойными даже выносить за ними их ночные горшки.

– Это так! – кивнул какой-то низушек, который сидел на краю телеги, возле которых и болтали мать с дочерью. – Мы с семьёй только что от верхнего моста. Там баррикада таких огромных размеров, что удивительно ещё, как это мост умудряется стоять. Там всех разворачивают прочь, отправляя к Восточным воротам или по домам.

– Оперативно, однако! – цокнул языком какой-то мужчина криминальной наружности, отиравшийся поблизости. – Как только стража так быстро прознала о чуме?! Неужто им донёс кто-то?!

– Что знают двое, знает и свинья! – философски изрёк половинчик, не отпуская вожжей, чтобы впряжённые в повозку пони не думали расслабляться. – А нас тут таких паникёров посмотри сколько собралось!

И правда, такого столпотворения Восточные врата не знали уже давненько, и даже в самые загруженные свои дни, когда караваны с тракта сменяли один другой без перерыва, тут отдалённо не было так шумно и людно. Помимо множества жителей трущоб в общем потоке обнаружились и спешившие покинуть город ремесленники с семьями, а также множество нелюдей, из числа тех, кто не мог позволить изолировать свои общины внутри города. Гномы и эльфы, вот, например, точно остались на своих местах, потому как каждый из двух кланов подгорных рудознатцев обладал мощной крепостью, способной пережить длительную осаду, а остроухие лесовики легко могли закрыться в своей чаще при помощи магии. Подобные случаи уже бывали и раньше, и тогда можно до посинения пытаться штурмовать их поселения, однако гномы смогут вам наподдать в ответ, пустив в ход баллисты, арбалеты, катапульты и иные смертельные приспособления, а к эльфам вы попросту не пробьётесь из-за града стрел и живой стены из деревьев, которые своими стволами и ветвями выстроятся в самую настоящую живую изгородь. Остальные общины не были защищены также хорошо, а посему в общей массе беженцев можно было узреть уже упомянутых половинчиков, орков, тёмных эльфов, одиноких кентавров и прочих существ, однако их было намного меньше, нежели чем людей по нескольким причинам. Во-первых, люди всё же преобладали в численном составе жителей, ну и, во-вторых, больше всего случаев выявления чумных больных произошло в Дыре, где нелюди встречались относительно редко. В ремесленном районе говорили о двух погибших, а в квартале иноземцев всего об одном, правда и скончался этот гад там крайне живописно, выбравшись на главную площадь района, где и стал биться в корчах, рыгая на мостовую кровью. Зато бежавшие из Дыры нищие и чернь твердили как минимум о пяти случаях контактов с заражёнными, и становилось понятно, что эпицентром заразы стали трущобы, откуда болезнь запустила свои алчные щупальца и в прочие места. Именно там был обнаружен первый больной, да и общее количество чумных в Дыре оказалось самым большим.

Информация, зачастую противоречивая и излишне искажённая, летала над волнующимся морем людских голов, пугая и подавляя волю сильнее, нежели вид самих больных, коих Нэт за прошедшую ночь видела аж целых два экземпляра – на пирсе и возле их дома. Вообще, если так подумать, ночка выдалась ещё та – заразные уроды, харкающие кровью, разбойное нападение, три мёртвых грабителя, едва не изнасилованная мать, брошенный дом!

На улицах становилось жарко из-за встающего солнца, а также большой кучности собравшихся у ворот беглецов, жаждавших вырваться из города, пока ещё не поздно. Однако поток двигался крайне медленно, подобно не то чтобы хромой и пьяной улитке, а, скорее, со скоростью мёртвого ленивца, уже не способного передвигаться иначе, чем в пасти у какого-либо хищника.

– Почему нас не выпускают из города?! – хмурился половинчик с тележки, где также обнаружилась и его родня – жена, сестра со своим мужем, да с дюжину ребятишек.

– Выпускают! – проворчал криминальной наружности мужчина, шмыгнув носом. – Только проверяют досконально всех и каждого, чтобы не пропустить заражённых. Говорят, там раздевают едва ли не до исподнего, выискивая на теле язвы и волдыри. И если таковые обнаружатся – стрелу в брюхо и тело на костёр!

– Если это действительно так, то мне нужно будет избавиться от лотоса перед досмотром, – вздохнула едва слышно Санса, однако дочь её всё же услышала.

– Вряд ли при текущих обстоятельствах стражу будут заботить наркотики, – тихонько сказала ей девушка. – А они дорогого стоят.

– Но и рисковать лишний раз тоже не стоит! – ответила Вдова. – Сейчас действуют законы военного времени, а посему с любыми нарушителями церемониться не будут вообще – казнят на месте без суда и следствия. Не то сейчас время, чтобы расследовать преступления, выискивая виновных.

В этот момент у ворот зашумели, закричали, и все беженцы стали подниматься на цыпочки, чтобы узреть, что же происходит у заветного створа, а там, судя по всему, выявили что-то нестандартное. Два стражника тащили за руки сопротивляющуюся женщину в сторону, во всеуслышание объявив, что та возможно заражена, что лишь заставило всех заволноваться ещё сильнее. В сторону служивых бросился муж несчастной, однако его грубо отпихнули прочь, а когда мужчина заартачился и решил прибегнуть к кулакам, в воздухе блеснуло лезвие алебарды, и смутьян свалился замертво, лишившись своей головы. Визги и крики резко набрали силу, переходя на ультразвук, кто-то крикнул, что стражники применили оружие против здоровых людей, прозвучал клич, звавший беженцев в атаку, в то время как сержанты командовали взять оружие наизготовку. В итоге в сторону правоохранителей полетел первый булыжник, потом ещё и ещё, в ответ же мелькнуло несколько стрел, и ещё один крестьянин сложился пополам, когда ему в живот угодил смертоносный снаряд. А потом началась давка, паника, и возник самый настоящий хаос, ибо прозвучала команда закрыть ворота, которые и так были едва приоткрыты, чтобы туда мог протиснуться бочком лишь один человек. С громким скрежетом огромные створки начали смыкаться, толпа завизжала, навалившись на стражников, которые вскинули свои алебарды. Вспыхнувшая драка быстро сходит на нет, ибо пусть служивых и меньше, чем перепуганных беженцев, однако охранники закованы в броню и вооружены, в отличие от простолюдинов. Одному человеку и двум юрким половинчикам удаётся миновать общую свалку, не насадившись на пики, шмыгнув скользкими угрями в быстро сужавшуюся щель. Двоим смельчакам повезло, зато вот третьему, полноватому низушку в пышных цветастых одеждах – нет. Бедолага застрял между створками, отчего он заорал от боли, однако механизм и привратников это не остановило, а посему его вопли быстро переходят в громкие визги, а потом и в хруст, и в итоге коротышка оказывается разрезан надвое, стекая окровавленными останками по дверям вниз, умерев в мгновение ока.

Сразу за этим у ворот раздаётся громкий взрыв – это военный чародей, дежуривший на стене, и входивший в обязательный комплект привратной стражи, решил прибегнуть к магии, чтобы помочь своим товарищам внизу. Пусть беженцы и не обладали оружием, не были облачены в доспехи, но их было много больше, нежели охранников, а ещё над ними довлело проклятие обречённости и страх перед чумой, гнавший их на копья, несмотря на то, что ворота уже были заперты. Если будет нужно – их будут грызть, царапать и пинать, лишь бы иметь возможность выбраться из западни, коей теперь стал правобережный Белокамень, который только что изолировали от всего мира, оставив всех его обитателей наедине с заразой. Кроме того, если одолеть стражу, то что сможет помешать разгневанной толпе добраться до барабанного ворота механизма, открывающего тяжёлые створки гигантских дверей?! Но чародей правильно расценил ситуацию, поняв, что если не устроить толкового отпора сейчас и дать слабину, беженцы будут драться до последнего. А посему маг активировал свой служебный жезл, не побоявшись направить его прямиком в толпу беженцев, вызвав посреди волновавшегося людского моря взрыв.

Закричали раненые, несколько тел взлетело в воздух, приземляясь затем на головы своих же товарищей или на алебарды стражников, в воздухе запахло кровью, палёным мясом и волосом. Испуганно ревели ишаки, вставшая на дыбы лошадь сбила какую-то женщину с ног, после чего начала на ней гарцевать, вбивая тело несчастной в мостовую. Плакали дети, орали озверевшие стражники, визжали перепуганные обыватели, которые теперь свернули обратно, норовя убежать от ворот как можно скорее. Белогривка с Вдовой поблагодарили Заступника, что оказались так далеко от места происшествия, опоздав к началу смотра, ибо сейчас могли оказаться в том самом взрыве либо на земле, поскольку обезумевшие от страха смутьяны рвались назад так резво, что сбивали с ног всех тех, кто им мешал, улепётывая затем прямо по трупам и раненым согражданам. А таких, кого сбили в общей давке с ног, оказалось немало. Благо, что Нэт и Санса были далеко от места побоища, и не имели при себе крупногабаритного груза – только ценности да узелок с едой. Посему им обоим легко удалось улизнуть с дороги, пока паника и людская волна не достигла их, и убежать прочь по переулку, пока туда не устремились прочие горожане.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11