Андрей Казаков.

Аренда



скачать книгу бесплатно

И вот мне приснилось, что сердце мое не болит,

Оно – колокольчик фарфоровый в желтом Китае…

Николай Гумилев

Любое совпадение случайно.


Фотограф Андрей Казаков


© Андрей Казаков, 2018

© Андрей Казаков, фотографии, 2018


ISBN 978-5-4490-2914-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

I часть

Виктор Иванович не торопясь шел по заснеженным улицам города. В обеденный перерыв он отпускал своего водителя и прогуливался пешком, вдыхая свежий воздух и приводя свои мысли в порядок. Этот моцион занимал у него ровно пятнадцать минут: именно на таком расстоянии от городской Управы, где Виктор Иванович Костылин занимал пост заместителя Первой Головы, жила Нина – давняя его любовница. Дышал он правильно, глубоко и представлял, как она встретит его в коридоре, молодая, широкозадая, румяная блондинка, основательно прижмет к своей обширной груди и крепко, взасос, поцелует. Он закроет глаза и глубоко, с удовольствием вдохнет запах молодого девичьего тела, который незамедлительно ударит ему в голову. Потом они, «сплетясь, как пара змей»11
  М. Ю. Лермонтов.


[Закрыть]
, не отрываясь друг от друга, выпадут из коридора в зал и начнут срывать с себя одежду. После недолгой имитации борьбы Виктор Иванович овладеет ее парным телом прямо на полу. Несмотря на то, что в последнее время их любовные забавы сместились в несколько иную плоскость, видения такого характера периодически будоражили воображение чиновника.

Потом он представил, как она, немного утомленная их близостью, усадит его за обеденный стол, где удовлетворенный любовник опрокинет в себя рюмку запотевшей китайской водки и смачно закусит горячими наваристыми щами на говяжьем бульоне. Хозяйка подаст бигус, тефтели с картофелем и компот. Виктор Иванович будет есть обстоятельно и проникновенно, периодически утирая салфеткой свои пышные мулявинские усы – предмет его особой гордости и заботы. В процессе пережевывания пищи он расскажет ей все городские новости и то, как доблестно несет государственную службу, сопровождая свое повествование несколько театральными жестами. Она же, сидя напротив, подперев двойной подбородок широкой ладонью, будет швыркать чай с мармеладом, умиротворенно улыбаться и смотреть на него влюбленными глазами.

От таких картин Виктору Ивановичу стало радостно и легко, и он даже прибавил шагу, но тут же почувствовал, как в животе у него раскатисто заурчало. Он слегка сморщил лицо и громко, не стесняясь выпустил газы. Последнее время его пищеварительный тракт пошаливал.

Жестоко мучили приступы метеоризма, которые несколько раз ставили его в неловкое положение прямо на заседаниях Управы. Тогда он не выдерживал их нешуточного давления и пускал «шептуна», да такого задиристого, что его приходилось маскировать приступом внезапного кашля. Одновременно он склонял голову над столом и незаметно дул между ног, уменьшая концентрацию испорченного им воздуха. В связи с этой проблемой Виктор Иванович однажды оконфузился всерьез. В тот раз вместе с выпуском «дрянного ветра» он слегка припустил в штаны, и ему пришлось в срочном порядке ехать домой, менять исподнее, но выделение оказалось настолько обильным, что он переодел и брюки.

Фельдшер Управы посоветовала ему сесть на диету, ограничить себя в употреблении жирной и острой пищи и перейти на продукты, приготовленные на пару, но Виктор Иванович не мог на это решиться категорически. Во-первых, ему нравилась вся эта деревенская пища, которая потом так бурно, по-революционному, переваривалась в его желудке, а во-вторых, тогда нужно было отказаться от обедов, приготовленных заботливыми руками Ниночки. Но предложить ей сменить меню он не мог, боясь навлечь на себя ее гнев, который бы выражался примерно в следующих словах: «Тебе не нравится, как я готовлю? Тогда пошел вон отсюда!» Вон идти не хотелось, ведь за те пять лет, которые они встречались, Виктор Иванович Костылин, семидесятилетний мужчина, успел не на шутку прикипеть к ее сильному и жаркому двадцатипятилетнему телу.

Однако в последнее время его стали беспокоить неизвестно откуда взявшиеся мысли о том, что сделав Ниночку своей любовницей, он взял ее во временное пользование у кого-то другого, более молодого человека, уже, возможно, ждавшего ее где-то. И они порождали в нем чувство скорого разрыва с ней, которое мучило и терзало его и без того слабое сердце. Хотя внешне все оставалось по-прежнему: Ниночка радовала его своей красотой и непосредственностью, продолжая дарить ему незабываемые минуты близости. Но ощущение фатальной предопределенности не покидало Виктора Ивановича. Он пытался бороться с ним, устраивая совместные путешествия и осыпая подарками свою возлюбленную, отвлекаясь на некоторое время от горестных мыслей. Теперь каждую встречу с ней он старался переживать как последнюю и на этой почве даже погрузился в депрессию, окончательно потеряв и без того нестабильный сон.

Костылин ясно осознавал свой возраст, но несмотря на это, молодился, не ограничиваясь регулярными посещениями бассейна и тренажерного зала. В штате Управы находился врач-косметолог – китаец Сунь Куй, выписанный Первой Головой из Шанхая, который два раза в неделю подвергал ожесточенным пыткам в своем массажном кабинете дряхлеющее тело заместителя Первой Головы и снабжал его разнообразными специфическими лекарствами, изготовленными на основе древних китайских снадобий. Костылин героически переносил все процедуры нетрадиционной восточной медицины, но чувствовал, что и ее возможности не беспредельны. Еще пару месяцев назад он обходился одной таблеткой, обеспечивающей ему богатырский стояк, теперь же ему требовалось уже две пилюли. Этот же доктор предупреждал его о побочных эффектах употребляемого им афродизиака в виде нарушений пищеварения, но о связи метеоризма с таким нужным ему лекарством Виктор Иванович постарался скорее забыть.

В одну из недавних бессонных ночей он в очередной раз погрузился в размышления о характере своих отношений с любовницей и пришел к выводу, что время, проведенное с Ниночкой, считает лучшим в своей жизни. Столько эмоций он ни с кем и никогда не переживал, хотя дважды состоял в браке и вырастил сына и трех дочерей. Ниночка каким-то образом смогла стать для него единственной и неповторимой, той, которую, как ему казалось, он искал всю свою жизнь. Но чем дольше он размышлял над этим, тем глубже осознавал истинную причину своей любви и симпатии к ней. Она заключалась в том, что Виктор Иванович, находясь в достаточно серьезном возрасте, мог себе позволить иметь и удовлетворять такую молодую любовницу. Это льстило его мужскому самолюбию и питало его страсть. В свою очередь ему хотелось верить в искренность чувств Нины, в то, что она встречается с ним не из-за денег и того положения в городе, которое он занимал.

Тем не менее дальнейшие рассуждения заставляли его сомневаться в этом, ведь ему достаточно щедро приходилось платить за возможность обладать Ниной и эти затраты наносили его бюджету ощутимый урон. Но думать о том, как бы выглядели их отношения, не имей он такой возможности, ему не хотелось. Например, квартира, в которой она жила, обошлась Виктору Ивановичу недешево, и к тому же в приступе безумного сладострастия была оформлена на ее имя, о чем он пожалел уже на следующий день. И его не успокаивало то, что деньги на приобретение недвижимости он не заработал праведным трудом, а получил в качестве отката за выделение средств на ремонт городского театра «Благая Весть», который в настоящее время являлся одним из рупоров правоверного Хрислама в арендованной Китаем Сибири.

А китайцы теперь были повсюду. С тех пор как в 2036 году Московская Федерация сдала Омскую область в аренду Поднебесной империи, их приехало в город N около тридцати тысяч, что составляло больше половины всего населения.

Началось же все с того, что министры смогли убедить предыдущего президента в нежизнеспособности малых городов России, переставших выдерживать конкуренцию с мегаполисами и безнадежно терявших свое население, которое в течение ближайших 10—15 лет так или иначе сбилось бы вокруг городов-миллионников. И если такой процесс невозможно остановить, то его следует возглавить, чтобы извлечь из него максимальную пользу.

Получив одобрение на самом высоком уровне, они начали осуществлять утвержденный на государственном уровне план по уменьшению обжитого пространства страны, на первом этапе доказав, что вымирание малых городов и сел не представляет для государства никакой опасности. И наступление пустот или, как они говорили, дикого поля, не угроза, а одно из главных условий успешного развития страны. Естественно, широкую общественность в эти планы никто не посвящал, но те действия, которые осуществляло правительство, говорили сами за себя. Под видом оптимизации на этих территориях стали постепенно закрываться школы, больницы и другие социально значимые объекты, укрупняться и выводиться из районных центров государственные учреждения. Для федерального бюджета это оказалось крайне выгодно: отпала необходимость строить дороги, проводить в отдаленные села электричество и тратить деньги на социальное обеспечение граждан.

Процесс пошел настолько быстро, что уже к 2035 году больше половины всего населения страны вращалось на орбитах мегаполисов. Омская область стремительно пустела, на освободившейся территории стали стихийно возникать банды и другие преступные сообщества, прозванные дикарями, которые осуществляли нападение на близлежащие к Омску небольшие города, поселки и деревни. Ситуация чем-то напоминала лето 1953 года, когда, проводя перезагрузку ГУЛАГа, Лаврентий Берия выпустил на свободу опасных уголовников.

Под планом сжатия обжитого пространства страны подвел черту избранный в 2036 году президентом Магомет Отстоев, являвшийся в прошлом руководителем одной из кавказских республик. К тому времени нарастающая экспансия народов Средней Азии и Кавказа, а также демографическая катастрофа коренного населения привели к тому, что основные города на 70% состояли из мусульман, которые и проголосовали за нового политического и религиозного лидера государства. В своей предвыборной кампании он делал упор на укрепление суверенитета страны, но уже на следующий день после инаугурации подписал сразу два указа, противоречащие своим обещаниям. Первый о создании Московской Федерации, или Московии, включающей в себя прежнюю территорию России, за исключением земель, находящихся за Уральскими горами, и второй – о сдаче их в аренду, напомнив всем слова товарища Сухова: «Восток – дело тонкое».

Во многих городах активная часть электората вышла на улицы, чтобы воспротивиться этому решению, но все их выступления оказались жестоко подавленными силами правопорядка. К тому времени в большинстве своем они уже были укомплектованы выходцами с Северного Кавказа. Как в начале XX века Николай II в подавлении бунтов и восстаний опирался на казаков, так и новая власть в смутное время сделала ставку на эти преданные правительству подразделения.

Практически одновременно с его избранием на планете произошли глобальные изменения, в некоторой степени оправдавшие такую политику федерального центра. Взрыв Йеллоустоуна, долгое время дремавшего американского супервулкана, случившийся в 2036 году, обновил ландшафт планеты и коренным образом изменил политическую картину мира. В результате этого события и последовавших после него тектонических сдвигов земной коры часть Северной Америки, восточные провинции Китая, Великобритания, Япония и другие территории, а также большое количество городов ушли под воду. Многие ученые прогнозировали, что пылевые облака после такого извержения должны покрыть все Северное полушарие, принеся с собой неурожаи и, как следствие, голод, но этого не случилось. Пеплом засыпало лишь территорию США и северную часть Западной Европы. Климат также изменился. Например, температура воздуха в Сибири зимой теперь не опускалась ниже минус десяти градусов по Цельсию.

На этом фоне мировое сообщество обратилось к Московии с просьбой принять к себе беженцев со всего мира, и новый президент благосклонно согласился. Чукотку, Камчатку и Сахалин заселили японцы. Их огромные корабли-города прибыли в Анадырь, Петропавловск-Камчатский и Южно-Сахалинск в тот самый момент, когда свинцовые волны океана сомкнулись над вершиной Фудзиямы. В панике бежавшие со своего континента, оставшиеся в живых жители Соединенных Штатов Америки заселили необозримые просторы Якутии. Столица Республики Саха теперь являлась главным их городом, переименованным в Як-Йорск. На Дальний Восток переселились корейцы, чьи некогда разорванные национальные связи наконец-то обрели свое единение на арендованных территориях. Самый лакомый кусочек достался европейцам. Их правительства за баснословные суммы арендовали привлекательнейшее место Сибири – Алтайский край. Еще до катаклизма эта территория называлась «Русской Швейцарией». Покрытые снегом горные вершины, чистейшие озера и реки, живописные водопады всегда интересовали иностранцев. Заселив эти территории, жители Великобритании, Германии, Франции, Бельгии, Нидерландов, Испании и других стран перенесли на них идеи Евросоюза, переименовав город Барнаул в Барнюссель. Остальная территория отошла Китаю.

После многих лет существования в условиях экономических санкций Кремлю было лестно выступить в роли спасителя человечества. В то время многие заговорили о том, что во взрыве вулкана замешаны русские спецслужбы, но такие высказывания мировая общественность не поддержала. На этапе переселения никто не хотел портить отношения со вновь образованной Московской Федерацией.

Иной картина стала выглядеть после того, как мигранты освоились на своей новой Родине. Они обратились к арендодателю с предложением о возможном снижении ренты, сославшись на то, что предоставленные им земли находятся в удручающем состоянии и что их приходится заново осваивать, создавая всю инфраструктуру, способную обеспечить жизнедеятельность переселенцев. Но Москва ответила категорическим отказом, и тогда в среде мигрантов заговорили о том, что Россия всегда необоснованно владела такими обширными территориями и сейчас должна пойти навстречу попавшим в беду народам и предоставить заселенные ими земли в бесплатное и бессрочное пользование. Эти требования со стороны официальных политиков в настоящий момент пока не выдвигались, а лишь озвучивались общественными деятелями и журналистами. Недопонимание между сторонами увеличивалось. На арендованных территориях постепенно накалялись взаимоотношения между коренным населением, в основной своей массе живущим на пособие, выплачиваемое им из средств, поступивших от аренды земли, и мигрантами, вынужденными восстанавливать пришедшее в упадок хозяйство.

Доходы от ренты, получаемые Кремлем, исчислялись в цифрах с девятью нулями, но в городах, оставшихся под управлением Москвы, жизнь не стала лучше. Учреждения социального обеспечения и инфраструктура не поспевали за стремительно растущим населением. Приметами времени стали: переполненные больницы, детские сады и школы, многокилометровые автомобильные пробки и набитые до отказа вагоны метро. А благодаря тому, что новый президент исповедовал шариат, в стране запустился процесс исламизации общества.

Формально вся территория бывшей России продолжала находиться под управлением нового государственного образования, так как условия аренды были достаточно жесткими. Москва продолжала контролировать такие крупные мегаполисы, как Новосибирск, Омск, Красноярск, Иркутск, Хабаровск, Владивосток. Через них новое руководство страны оказывало свое влияние на арендованные земли. Мигрантами они официально не заселялись, хотя число незарегистрированных переселенцев там неуклонно росло. В более мелких населенных пунктах, среди которых находился и город N, мигранты уже обладали равными правами с местными жителями. Но многие переселенцы предпочитали основывать в диком поле новые колонии, воссоздавая в них атмосферу своей погибшей родины.

Внешне все выглядело вполне презентабельно. Пропаганда не переставая говорила о благородстве Московской Федерации, протянувшей руку братской помощи попавшим в беду народам и спасшей их от неминуемой гибели. Но так мог судить только накаченный телевизионными новостями обыватель. Те процессы, которые запустились на арендованных территориях, говорили об их необратимости. Спустя десять лет уже можно было твердо заявить о том, что держава, когда-то занимавшая одну девятую земной суши, постепенно уходила с политической сцены. Новые правители Кремля по-своему поняли слова Михайло Ломоносова: «Могущество Российское прирастать Сибирью будет». За аренду земли они собирали баснословные суммы, бросив на произвол судьбы ту часть своего населения, которая осталась на этих территориях.

Все выглядело так, что ответственность за развал России несет Магомет Отстоев, однако многие эксперты уже в то время считали авторами идеи по расчленению страны прежнее ее руководство. Глубокий кризис всех систем управления, тотальная коррупция и воровство навели их на мысль, что для сохранения своего состояния, нажитого в основном незаконными методами, есть только один способ: избавиться от страны. Тогда и претензии предъявлять будет некому. Приведя к власти Магомета Отстоева, в свое время завербованного Федеральным Разведывательным Управлением, они легко решили эту проблему, избежав возмездия за разорение страны.

С одной стороны, город N от притока китайцев только выиграл. Стали строиться новые дома, храмы, дороги, развиваться инфраструктура, с другой – проиграл. Местному населению предложили покинуть дикое поле и переселиться в город. Тех, кто согласился на условия нового руководства, – обеспечили жильем и пособием, а те, кто воспротивился им, – оказались вне закона. Новая власть оттолкнула их от себя, пополнив таким образом ряды дикарей.

Несмотря на жесткие условия аренды, где оговаривалось, что во главе таких городов могут стоять только коренные жители, китайцы проникли во все сферы общественной и политической жизни. Это случилось благодаря взяткам, на которые местные чиновники оказались падки в той же мере, что и их предшественники. В лексиконе местного населения даже закрепилось такое устойчивое выражение, как «дать в Голову» (решить вопрос при помощи взятки). И в прошлом 2045 году Третьей Головой городской Управы стал известный китайский бизнесмен Вынь Су Хим, получивший статус коренного жителя, женившись на вдове бывшего командира стрелецкого полка, расквартированного в городе для поддержания общественного порядка.

То, что Вынь Су Хим дал в Голову, горожане догадывались, ведь по закону только Первая Голова избиралась всенародно, другие должности Управы уже ей назначались. С момента учреждения Управой руководила небезызвестная в городе Марфа Исааковна Аракчеева. После заключения с Китаем договора аренды ее единогласно выдвинули кандидатом на этот пост члены городского совета. Но во власть она пришла не со стороны.

Восхождение по карьерной лестнице она начала еще в 80-е годы XX века. Будучи студенткой кулинарного техникума, она получила приглашение работать в райкоме комсомола. Там она сменила несколько должностей: заведовала отделом, занимала должность секретаря и первого секретаря райкома. Эффектная шатенка с серыми глазами, предпочитавшая яркий макияж и носившая мини-юбки одна короче другой, всегда привлекала к себе внимание мужчин, поэтому спустя пять лет оказалась в областном комитете ВЛКСМ.

Комсомольцы всегда считали себя ударной силой советской власти, они строили великую страну, но к осени 1991 года стало ясно, что существованию СССР совсем скоро придет конец. Через месяц после августовского путча, когда Коммунистическая партия оказалась под запретом, союз молодежи принял решение о самороспуске. К тому времени комсомол давно уже отрекся от марксистско-ленинских идеалов и превратился в организацию для конформистов. Он являлся стартовой площадкой для будущих аппаратчиков, которые в годы перестройки оказались главными демократами и воспользовались ею для создания своих собственных коммерческих организаций. К тому времени им уже было совершенно не важно, как называется власть и к чему она призывает. Главным для них считалось оставаться ее частью под любыми знаменами и лозунгами.

Обладающая не только силой духа, но и умом, а также благодаря своей неувядающей женской красоте, Марфа Исааковна не осталась в стороне от этих процессов и уверенно прошла сначала через 90-е, а потом и через 2000-е годы. Начав с организации видеосалонов, она через несколько лет уже управляла сетью гостиниц, а потом организовала свой коммерческий банк. Правильно усвоив уроки старших товарищей по партии и комсомолу, она четко ориентировалась в тех процессах, которые протекали в общественной и политической жизни страны, поэтому всегда оставалась на плаву, находясь в рядах так называемой «партии власти».

И на каждом этапе ее становления рядом с ней находились мужчины. Еще будучи работником райкома комсомола, она четко осознала, что чрезвычайно их интересует. И если в то далекое время она, глупая и доверчивая комсомолка, отдавалась первым и вторым секретарям из чувства долга, только потому, что если «партия сказала надо, комсомол ответит – есть», то спустя годы она стала продавать себя уже гораздо дороже. И мужчины платили и помогали ей, надеясь на ее благосклонность. Она же всегда считала их расходным материалом.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

Поделиться ссылкой на выделенное