Андрей Гоголев.

Занимательная история. Выпуск 4



скачать книгу бесплатно

Однако странно: иудаизм в низовья Волги просочился ещё в VII в., организовав там свой агрессивный форпост (Хазарию), заодно понаставив кучу синагог в Крыму; ислам на территорию Среднего и Нижнего Поволжья спустя всего лишь век от своего создания проник вообще без проблем, утвердившись в огромной Булгарии, а вот христианство сумело лишь в Крыму занять круговую оборону, да и то лишь в крепости Корсунь, до России так и не добравшись. Почему среди всех первых апостолов только пришедшим в Италию удалось организовать кружки культовых действий, хоть, как говорят, и подпольно, и где св. Пётр стал первым Папой Римским уже в 43 году от РХ, но отнюдь не подпольно? Как такое могло случиться?

Вывод один: получается, что Русь в течение аж одной тысячи лет просто потребности в этой религии не испытывала! Не так ли? А если так, то почему христианство стало востребовано на Руси вдруг и сразу, в том числе и в полном игнорировании закона сохранения целостности общества, аксиомы Достоевского – Ницше? Почему «эффективные управляющие», якобы импортированные из Швеции, быв истинными католиками, аж полтора века целью христианизации Руси не задавались, но в X в. вдруг взбодрились, и на территории Гардарики – Древней Руси, страны огромной площади с многомиллионным населением – мечом и крестом заместили язычество христианством чуть ли не за пару-тройку лет?

* * *

Каковы же задокументированные успехи Рима и Царьграда по организации религиозного переворота в славянском мире? Вот лишь несколько свидетельств об этих успехах, достигнутых, разумеется, не убеждением, но всегда либо грубой силой, либо шантажом и подлостью, и только спустя почти тысячу лет после Евангельских событий.


Галл Аноним

Польша

А Мешко, достигнув княжеской власти (около 960 г. – Прим. пер.), начал укреплять свои духовные и физические силы и стал чаще нападать на народы, живущие вокруг. Он всё ещё находился в столь великом заблуждении язычества, что по обычаю того времени имел семь жён.

Наконец, он потребовал себе в жёны правоверную христианку из Чехии (Bohemia) по имени Дубровка. Но она отказалась выйти за него замуж, – пока он не откажется от своего порочного обычая и не пообещает ей стать христианином. Когда же он объявил, что намерен отказаться от обычаев язычества и принять священное учение христианской веры, она въехала в Польшу с большим штатом светской и духовной свиты, но, однако, не сочеталась с ним браком до тех пор, пока он, постепенно и тщательно наблюдая за обычаями христианской религии и за деятельностью священного клира, не отказался от заблуждений язычества и не склонился к лону матери-церкви (в 966 г. – Прим. пер. По версии Барониуша – в 965 г. – А.Г.).


Гельмольд из Любека, †1177

(Западные славяне на землях Померании и о. Рюген)

Завершив надлежащим образом [эти] дела в Дании (её христианизацию. – А.Г.), доблестный король Оттон (†973) обратил [своё] войско на усмирение восставших славян (Лужицких сербов и бодричей), и их, которых отец его некогда покорил в одной [только] битве, он теперь со столь великой суровостью обуздал, что они ради сохранения жизни и отечества охотно обещали победителю и дань платить и обратиться в христианство (939 г.).

И весь [этот] языческий народ был окрещён. Тогда впервые были основаны церкви в Славянии.


Козьма Пражский

Гостивит был отцом Борживоя, а тот – первым князем, который был крещён достопочтенным Мефодием (†885), епископом моравским, во времена императора Арнульфа (немецкий король и римский император, 887–899. – А.Г.) и Святополка, короля Моравии (моравский князь, 871–894).

В лето от Рождества Христова 894. Был крещён Борживой, первый князь святой христианской веры. В том же году Святополк, как в просторечье его называют – король Моравии, исчез среди своего войска и больше нигде не показывался. Однако он поистине пришёл в себя, когда понял, что поступил несправедливо, подняв оружие против своего господина и кума – императора Арнульфа, как бы забыв об оказанном ему тем благодеянии, ибо [Арнульф] покорил для него не только Чехию, но и другие области до реки Одры, и оттуда в сторону Венгрии, вплоть до реки Грон (в Словакии). В раскаянии [Святополк] вскочил на коня и под покровом ночи, никем не узнанный, проехав через свой лагерь, бежал туда, где некогда три еремита (монаха-отшельника) с его помощью построили церковь на склоне горы Зобер, среди большого и неприступного для людей леса. Прибыв сюда, [Святополк] в укрытом месте, в лесу, убил коня, а свой меч закопал в землю; с наступлением рассвета он явился к отшельникам, и те не узнали его, потому что он был пострижен и одет подобно еремитам. И в течение всего времени, пока Святополк жил здесь, он оставался неузнанным. Лишь почувствовав приближение смерти, [он] открыл монахам своё имя и вскоре умер. Королевством короткое время владели его сыновья. Однако их правление было менее счастливым. Часть королевства была захвачена венграми, часть восточными тевтонцами, часть совершенно опустошили поляки [Чешская хроника].


Конечно же, Козьма Пражский явно что-то напутал, так как по его версии получается, что умерший в 885 году хорошо известный нам поп-филолог Мефодий крестил Борживоя… в 894 году, т. е. крестил уже вполне разложившийся труп! И да бог с ней, с этой хронологической абракадаброй – не впервой! Но лишний раз становится понятным более интересное: поскольку изначально Польша явилась в своём крещении страной католической, постольку Мефодий – креститель Польши – никак не мог нести на Русь идеи Православия!

Разумеется, мадьяры – это народ иной чем славяне, угро-финской языковой группы. Но народ очень близкий русским потому хотя бы, что много лет назад мы жили с венграми рука об руку на берегах Волги и Камы. Потому интересна и история с их обращением в новую веру.

По отечественной летописной версии венгры приняли христианство исключительно в оглядке на пример русских:

О Угрех. Видевши Пиони, граголемии Угри, яко приаша языци, сущии в Руси, святое крещение, и абие мановением Божиим подвигошася два князя Угорскаго, идоша в Царьград, и приаша святое крещение и с сущими подо областию их [6523 год от СМ. Патриаршая летопись]


То есть в 1015 году, сразу после смерти князя Владимира, которая стала почему-то для венгров спусковым моментом смены религии, два их князя решили всенепременно окреститься, но пошли «почему-то» плескаться не в купель стольного славянского града (перенимать практический опыт, которым и возбудились), а в Царьград. После крещения, лидеры венгерской нации занялись тотальным охристианиванием своих подданных, но почему-то не в православной версии, а по факту в иудохристианской, т. е. в католическом варианте веры. Если судить по результатам. Странно, однако.

На этом фоне всеобщего приступа славянской христианофилии будущие белорусы – если быть точным, западные славяне Восточной Европы – явно замешкались, хоть и в географическом центре Европы жили; они были, как говорят, частью (на своих северных землях) обращены в католичество якобы в 1006 году трудами римского миссионера Бруно Кверфутского, а частью (на остальной территории) в 988-м в православие, как считается, исключительно трудами опять-таки князя Владимира. Хотя доподлинно известно, что якобы православно-католические белорусы вместе с якобы католическими остатками разгромленных Владимиром ятвягов, но точно с ещё языческими литовцами (/жмудью) образовали в XIII в. однозначно языческую конфедерацию Великого княжества Литовского (ВКЛ), которую лейб-историки признают христианским государством только с конца XIV в. после крещения её Великого князя в 1386 году! То есть православных князей на территории Белоруссии до конца XIV в. не было вообще впомин! Тогда кого крестил среди западных славян князь Владимир, и кого обращал в католичество Бруно Кверфуртский? – Чудн?! Не так ли?

На этом фоне просто замечательно смотрится история от польского хрониста об обращении в христианство жителей столицы ВКЛ Вильны (теперь Вильнюс), население которой издавна состояло из белорусцев (как писали в XVII в.) и литовцев (/жмуди).

Ян Длугош, †1480

Год Господень 1386

Так как Владислав, король польский, при заключении им договора с Польским королевством и королевой Ядвигой обязался клятвой обратить литовский народ и страну из идолопоклонства и языческого суеверия к поклонению единому истинному богу и к исповеданию католической веры и так как король больше всех стремлений души горел желанием распространить католическую веру, то он направляется в Литву, взяв с собой из Польского королевства Бодзанту, архиепископа гнезненского…

Варвары, однако, оказывали сопротивление этому и заявляли, что с их стороны было бы нечестиво и дерзновенно, вопреки установлениям предков, изменить себе, покинуть и ниспровергнуть своих богов, главными из которых были следующие: огонь, его они считали вечным, он поддерживался жрецами, подкладывавшими дрова днём и ночью; леса, почитавшиеся ими священными; ужи и змеи, в которых, по верованию язычников, невидимо пребывают боги.

Этот огонь, почитавшийся варварами как вечный, и сохранявшийся в Вильно, главном городе и столице народа, где жрец, называвшийся на их языке «знич», берёг его и питал усердным подкладыванием дров (а также давал ответы молящимся, вопрошавшим божество о будущем ходе вещей, будто бы получая их от бога), король Владислав распорядился потушить на глазах у варваров.

Капище и жертвенник, на котором совершалось заклание жертв, король также приказал разрушить; сверх того, он повелел вырубить рощи в лесах, почитавшиеся священными, и сломать в них ограды; а ужей и гадов, которые имелись в каждом доме в качестве домашних богов, перебить и уничтожить. При этом варвары только плачем и стенаниями провожали ниспровержение и гибель своих ложных богов и божеств, не осмеливаясь роптать на повеление короля.

Когда же были сломаны и уничтожены идолы и литовцы воочию убедились в ложности своих богов и поняли, что были до того времени жертвами обмана, всё литовское племя и народ согласились, отрекшись от древнего заблуждения, охотно и с покорной преданностью принять христианскую веру [История Польши].


Выводы напрашиваются: во-первых, летописные сведения о якобы уже в X в. православных Польше, Белоруссии и Венгрии являются очевидными фантазиями московских попов XV–XVI вв.!

И, во-вторых, не существует (по крайней мере не приводятся нигде) каких-либо убедительных оснований для отставания Руси в принятии христианства по сравнению с иными этническими системами Европы; нет никаких объективных резонов для существования значительного лага между датами христианизации народов Западной и Восточной Европы.

Вывод. Если сведения Русской Национальной летописи в целом верны, то ложью являются датировки практически всех событий в Западной Европе. Не так ли?

В-третьих, суть верований народов Северного Ведического пояса удивительным образом созвучна учению Спитамы Заратуштры, которое было впервые загублено в Иране Александром Македонским якобы в IV в. до н. э. и окончательно похоронено воинами Аллаха якобы в VII в. н. э. – однако какая же была живучая религия культа Ахуры-Мазды! Тогда почему же считается, что Ведическая религия Руси оказалась не столь же живучей, не столь же стойко снёсшей атаки пришлой религии?


На всём этом «замечательном» фоне тотального подлога всеобщей истории нам теперь предстоит обратиться к истокам её национальной части. В версии РПЦ и Дома Романовых, конечно! Занимательность экскурса гарантирую!

Князь Владимир. Предания и аттракцион

После проведения скрупулёзных расчётов РПЦ определила исток истории Руси только 854 годом: «В лета 6362. Начало земли Русстей (или Русьской)» – это дежурная фраза во всех списках Национальной летописи. То есть до 854 года от РХ пра-Русь не существовала, и на вопрос «В каких землях лежат корни русской этнической системы?» нам надлежит отвечать «То неведомо!»

Значит, и европейцы и окаянные американцы правы, когда вместе с нашей (нашей ли?) РПЦ исходят водопадами словесной гнили о русских как о диких язычниках, порождениях сатаны, накрывавших в древности (а, вполне возможно, и сейчас) праздничные столы в компаниях с медведями, и от времён Адама закусывавших водку филейными шкварками заколотых младенцев?

Неужели ни у кого после прочтения первой же летописной фразы не возникло желания тут же сломать ситуацию и наконец поставить здравый смысл с головы на ноги? Попробуем вместе? – Только факты, документы, логика и никаких фэнтези! Но не без язвительных комментариев.


Путешествовать будем по Патриаршей (Никоновской) летописи [ПСРЛ, том 9, 1862], и поначалу всего-то по её 30 страницам, на которых описаны события с 969 по 1015-й год от РХ. Это примерно 0,3 % объёма Царь-книги, Лицевого летописного свода Ивана IV. При этом я постараюсь не увлекаться цитатами на старославянском, буду приводить лишь понятные фрагменты, а непонятные в своём переводе или изложении.

Начну со сведений об отце христианизатора Всея Руси.

Святослав – отец Владимира

В лето 6478 от СМ (969–970 РХ)

Годом ранее умерла мать Святослава, княгиня Ольга, и вот теперь 27-летний «Святослав посадил Ярополка в Киеве, Олега (Олга) в Деревех, а Владимира в Новегороде».

Замечу, что единственный сын княгини Ольги навыки правления получал уже с трёхлетнего возраста после того как в 945 г. древляне убили его отца, князя Игоря; тогда же мальчонка формально и сел на правление в Киеве; реальная же власть была у матери.

Повзрослев и, видимо, из собственного успешного опыта самообразования с пелёнок он и принял решение об отправке своих сыновей-малолеток практиковаться в управлении многосоттысячными коллективами людей: двоих куда подальше, а на «княжескую табуретку» в Киеве усадив старшенького, которому ещё и десяти лет от роду не было. Сам же отец семейства направился в рейдерскую ходку, на земли подконтрольные Царьграду.

При этом локализовать город, отданный Святославом под управление Олега – город Дерева – не получается, того не знает сегодня никто. Похоже, с одной стороны, что это была столица древлян, ранее разграбленная князем Игорем, но где та столица находилась – неведомо как неведомы и точные границы расселения древлян. Есть разные официальные версии: речь ведут о Коростене (156 км от Киева на северо-запад) или даже о Торжке (1058 км на север).

Но вот данность. В XII в. в состав Новгородской республики входили ряды (позднее – пятины): Вотьская, Обонежская и Бежецкая. Эти ряды имели и иное название – Шелонь и Дерева. Известен был в Обонежской пятине Деревяницкий погост. То есть речь со слов В.О. Ключевского идёт о некоем населённом пункте, который затерялся где-то на землях от Волхова и далее по обе стороны Онежского озера и вплоть до Белого моря. Понятно, что Дерева – это не Петрозаводск сегодня, но точно где-то около. Как я думаю.


Вопросы к учителю

Вечевые традиции Новгорода не подразумевали, что кто-то извне может посадить гражданам свободного города в управление князя! Даже веком ранее новгородцы исключительно общим голосованием призвали Рюрика, но кто правил в городе в 969 году – неведомо: посадник ли Святослава, выборный ли посадник или наёмный князь какой? Но в любом случае никакого Владимира, понаприехавшего к ним по назначению кого бы то ни было, принять молча горожане не могли! Эту «молчанку» они не признавали вплоть до карательной экспедиции Ивана IV в XVI в., ранее не раз и не два выгоняя из города не приглянувшихся им князей! Тем более странно их непротивление, притом что назначенцу стукнуло в 969 году только девять лет от роду! – Это, во-первых.

А во-вторых, я, наверное, чего-то не понимаю! В X в. Русь неспроста называлась на Западе Гардарикой, т. е. огромной Страной городов; дабы убедиться в логичности этого термина взгляните на карты найденных на сегодня археологами 1306 русских городищ и 262-х летописных поселений. И если претендующий на общеславянское лидерство Святослав ставил своего сына главой Новгорода, то ведь речь не велась об управлении им только нескольких тысяч жителей крепости и посада, но об управлении населением на огромных территориях, подконтрольных Новгороду.

Кроме того, чуть ли не основной функцией князя было ведение личной практики Верховного судьи; поток челобитных лично Президенту РФ вряд ли сегодня меньше, чем царю Ивану IV или во времена первых князей Руси – традиция! Не так ли? А если так, то остаётся лишь восхищаться устойчивостью системы государственного управления славян, которая стабильно продолжала работать даже при восседании сопливого мальчугана на «управленческой табуретке» Новгородской республики тех лет! Но если это так, то зачем новгородцам потребовался Рюрик, зачем этой отлаженной и весьма устойчивой управленческой системе потребовалось вдруг внешнее управление?

И попутно. Известно, что княгиня Ольга реально не допускала своего сына до власти вплоть до своей смерти, когда сыну уже под тридцать лет было! Тогда почему, приняв православие в Царьграде (причину оставлю в покое), старушка, пользуясь абсолютной властью, не распространила это православие хотя бы на своего единственного сына?

Если этот вопрос не вызывает недоумений, то и вопросов о религиозной принадлежности сыновей Владимира не будет. На Руси до поры до времени действительно царила свобода совести!

Выходит, что делегирование полномочий детям было первым в жизни Святослава самостоятельным управленческим решением. Не так ли? Тогда возникает вопрос: а откуда он набрался сложнейшего опыта руководства многотысячным армейским коллективом до того, до получения от матери бразд правления?

Кроме того, русская летописная последовательность и датировка событий в корне не соответствуют версии польского историка Яна Длугоша, который сделал записи под 970–971 годами:

970

Не довольствуясь отцовским княжеством, князь Руси Святослав объявляет войну болгарам, своим соседям, и, захватив восемьдесят их крепостей, которые расположены по течению Дуная, принуждает болгар к дани. В то время как князь Руси Святослав пребывал в болгарском походе, племя печенегов, подойдя к крепости Киев (в которой находилась мать Святослава Ольга, иначе Елена, с тремя сыновьями Святослава, своими внуками, а именно, Ярополком, Олегом и Владимиром), окружает её и штурмует. И последовала бы сдача крепости Киев из-за голода, терзавшего Ольгу и мужей, которые с ней были, если бы некоторые из русских, обманув врагов-печенегов, не нагнали на них страху, внушив им, что князь Святослав идёт с победоносным войском из Болгарии. Услышав это, печенеги, перепугавшись, снимают осаду и уходят с великим страхом; около этого времени мать Святослава Ольга умирает.

971

Святослав, князь Руси, боясь, что после его смерти между его сыновьями, когда его не станет, возникнет спор за княжескую власть на Руси, делит княжество Руси между сыновьями: при этом Ярополка, старшего по рождению, он поставил князем Киевским, Олега, второго сына, назначил князем древлян, а Владимира, третьего [сына], – новгородцев, обязав каждого великой клятвой довольствоваться своим уделом и воздерживаться от захвата другого»


Вряд ли какой-либо исторический текст можно брать за эталон, в частности, и работа Длугоша явно на эту роль не подходит; чего стоит только одно вздорное утверждение Яна о происхождении литовцев от римлян и сходстве их языков. Но количество неувязок по всему массиву внешней информации о семейке Рюриков, как и по количеству логических несуразностей в информации внутренней просто зашкаливает за все мыслимые границы логики и здравого смысла!

Иначе говоря, уже с первых строк летописи начинается аттракцион!

В лето 6479 (971)

Поначалу Святослав грабит болгарский город Переяславец. Услышав про то, греки, контролировавшие тогда Болгарию, предлагают финансовое решение проблемы через взятку: мол «дадим вам по числу на главы». Святослав просит дань на 20 тысяч голов своего воинства и дополнительно 50 % премиальных. Греки скупердяйничают, и тогда киевский князь начинает грабить и Фракию – также часть тогдашней Греции. Но нарывается (ну надо же!) на сопротивление: греки против него выставляют 100-тысячную армию, которую Святослав… чудесным образом побеждает, после чего «поиде к граду, воюя и грады разбиваа, иже стоят пусты и до сего дне». То есть обычную рейдерскую ходку князь превращает в карательную экспедицию выжженной земли!

Но кого Святослав грабил окрест Переяславца и кого на землях Фракии «разбиваа»? А болгар (славян), которые согласно Барониушу ещё в 678 году перебрались под бочок к Греции с берегов Волги, а потом, согласно Ксантенским анналам, приняли католичество, справляя вместе с Римом Рождество Христово и по сей день.


Вопросы к учителю

Первое.

Если греки сподобились выставить против Святослава аж 100-тысячное войско, то где оно пряталось ранее, во время набегов на Царьград отца и деда Святослава? А если десятилетия назад той армии у греков ещё не было, то откуда в разграбленном Игорем и Олегом городе взялись деньги на организацию, финансирование, материальное обеспечение и обучение огромной армии годами позже? В каких сражениях та армия набралась опыта настолько, что смогла достойно противостоять морпехам Киева? А если деньги нашлись, то не в Риме ли? А если там, то против каких уступок «римскому МВФ» со стороны Восточной части Римской империи со столицей в Царьграде?

Второе.

И всё-таки. А в какую веру были исходно крещены болгары? В католичество при Папе Римском Николае I (†867), или же в православие трудами царя Бориса I в 865 году по Византийскому обряду? – Просто интересно, кого лупил язычник Святослав: католиков или же православных?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10