Андрей Белянин.

Богатыри не мы. Новеллы (сборник)



скачать книгу бесплатно

– Уверяю вас – во всем, касающемся вил, мой доклад предельно точен.

Пьетро говорил чистую правду. Столь же чистая правда была на листах доклада, но именно этого никто знать не хотел. Чем громче ты гласишь об истине, тем шире круг пустоты возле тебя. Пойдешь в газету – осмеют. Предложишь в академический журнал – попрощайся с добрым именем, запишут в мистики. Франко Де Лука с экипажем поплатились за неверие – кто будет следующим?

– Я позабочусь, чтобы отставку вам оформили без проволочек. И похлопочу о награждении. Вы плодотворно служили Италии – но годы, годы!.. Пора на покой, верно?

– Вы приглашены на день рождения дуче? – обернувшись, спросил Пьетро уже в дверях.

– Да, но какое отношение…

– Попробуйте повторить эти слова ему – насчет прожитых лет и «пора на покой». Он мой ровесник.

«А вдруг граф – нормальный?» – мелькнуло у шефа SIA.

Потом вспомнился доклад о горных вилах.

«Из немецких знакомств тебе недостает одного – с доктором Альцгеймером. Арриведерчи, дедушка».

Пару дней Пьетро отсиживался в римской квартире, писал письма. Сыну – в Триполи, откуда тот летал на «стреле» G.50 драться с британскими «харрикейнами». Дочке – в Малагу, где она песталась с двойняшками. Всем одно, хотя разными словами: «Под нелепым предлогом меня отправляют в отставку». Пожалуйста, перлюстрируйте!

Дав коллегам время ознакомиться с его перепиской, вышел прогуляться – надо же им и квартиру обшарить, вдруг там копия доклада под паркетом спрятана. Вышел – и пропал. Человеку, который мог исчезнуть посреди лысой глинобитной Аддис-Абебы, потеряться в лабиринте узких улочек Трастевере – раз плюнуть. А там через Тибр и в гетто, к Изакко-антикварию.

Прожженного Изакко трудно удивить, но даже он зашевелил бровями, когда гость надел резиновые перчатки и достал кропило – серебряный дырчатый шарик на ручке.

– Хочешь меня окрестить? Я староват для таких штучек.

– Для гешефта ты вечно молод, старина. И не настолько слеп, как притворяешься. Дай-ка блюдо.

На мейсенский фарфор посыпались цехины из мешочка. Очарованный золотым звоном Изакко заметил, что гость избегает касаться монет. Зная увлечения синьора делла Строцци и то, что он не шутит с древностью, антикварий на всякий случай попятился:

– Сомнительные деньги?

– Вот сейчас и проверим. Experimentum crucis[13]13
  Проба крестом (лат.), средневековый тест на присутствие нечистой силы.


[Закрыть]
никогда не помешает. Конфисковал у одной продажной бестии, но вот чье это золото – вопрос…

Пока Пьетро совершал обряд, Изакко жался в углу, бурча под нос:

– Ну, если до сих пор не рассыпалось… Ты слишком осторожен!

– Порядок.

Дело за тобой – обменять на доллары.

– Доллары!.. Кто знает, какой теперь курс у цехинов?..

– Музейный. К тебе ходят нумизматы, верно?

Жалобно кряхтя, Изакко выкладывал пачки зеленых купюр, а Пьетро, покуривая, считал их глазами.

– Хочешь купить дом? – допытывался антикварий.

– Поместье.

– Принеси еще три раза по столько – купишь виллу в Риме. Я помогу скинуть цену.

– Мне нужна усадьба там, где не будут бомбить.

– А что…

– Ничего. Слишком много побед. По закону луны и звезд это означает, что близко время поражений.


Плакат «Выявляй бандитов! За точные сведения о сенках награда 1000 дукатов» был надежно приклеен к столбу террасы и вдобавок покрыт лаком, чтобы не отодрали.

– Можно соскоблить, – посоветовал Григор владельцу кафаны. Тот, безмерно довольный, что к нему в знойный полдень пришла парочка (а раньше приезжие с пляжей ручьями текли!), суетился возле столика молодых супругов, что есть сил стараясь угодить.

– Неловко будет, господин. Зайдут веницы, увидят, начнутся неприятности…

– Я могу помочь, – предложила Дайра. – Принеси воды.

– Ох, госпожа моя, чем тут поможешь!.. – вздохнул хозяин, утирая пот.

Стоя рядом с золотоволосой молодкой, пузатый кафанщик чувствовал себя легко и бодро, как в парнях. Словно ни лысины на голове, ни брюха под фартуком, а ноги сами движутся, будто готовы в пляс.

Казалось бы, краше дня не придумать – море бирюзовое играет, блещет галечный пляж под изжелта-белым каменистым склоном, сосны у кромки бухты слегка колышутся… благодать! Но едва вошла в кафану синеокая – влилась волна ароматов, словно ветерок летел следом за нею, нес запахи розмарина и лаванды. Дышать не надышишься.

– Непочатой воды, – уточнила красавица.

– А?.. – Толстяк заморгал, потом встряхнулся. Тут не зевай, раз везенье само в руки идет! – Катица!.. Кайя, ты куда запропастилась?.. Непочатой воды госпоже! – Громко так; наверное, все в кафане слышали.

С кухоньки выглянула круглобокая – в отца, – сердитая девица, конопатое лицо, как воробьиное яйцо:

– Тата, да разве я вила, чтоб среди дня такую воду… Ай! – встретив синий взгляд гостьи, она в испуге сжалась, закусив край фартука.

– В подвале, где со стены каплет, – со знанием дела намекнула Дайра.

Григор зашептал ей, пока хозяйское семейство суетилось, с ног сбиваясь:

– Воздержалась бы.

– Внутри они хорошие и добрые. Живут без ласки, потому и хмурые. Пусть им посветлеет, как нам.

– Пусть. А вдруг опять всю деревню скличут?

Вспомнив, Дайра рассмеялась, прикрыла рот ладонью. Да, вот была сутолока!.. Гри едва пистолет не достал – в потолок стрелять, чтобы выход расчистили. А то вплотную встали на колени, малышей протягивая: «Госпожа золотая, окропи чадо! И моего! И мою!» Детки такие славные, разве кого-то можно обделить, если в тебе счастья через край?

Но Гри прав, в каждой кафане шум устраивать – не дело.

– И кто нас тут ждет? – искоса посматривал он по сторонам, управляясь с жареной на вертеле бараньей требухой.

Что Дайринка – мастерица наперед угадывать, он теперь твердо знал. Пусть не каждый шаг предвидела, но важное – могла. Но с зари идти по козьим тропам, чтобы к полудню сесть за стол в полупустом трактире и ждать какого-то свидания… это было внове.

Зато горного ветра хлебнули вдосталь и аппетит нагуляли! Вышли по холодку, в синей предрассветной тени, когда между деревьями и за камнями еще шуршат, шевелятся и тают ночные тени. Босая, Дайра скользила впереди, порою вспархивая над тропой, своим звонким пением пробуждая цветы – те раскрывали ей навстречу сонные глаза, распрямлялись и посылали госпоже воздушные поцелуи, полные запахом нектара. Тонкие ручьи журчали, сплетая для нее мелодию, их брызги старались долететь и увлажнить край ее платья. Шагавший следом Григор с ее сапогами, перекинутыми через плечо, старался ступать как можно тише, чтобы не нарушить музыку расцветающего утра. Наконец, на перевале Дайра воспарила, раскинув руки – и солнечный свет подхватил ее, понес над скалами, сияющую и поющую. Впору было перестать дышать, зажать сердце в горсти, чтоб беззвучно упиваться видом милой, реющей над землей – белая птица с золотыми крыльями на фоне лазурного пролива…

– Не знаю кто, – ответила она беспечно, отщипнув от лепешки с сардинами. – Не ждет – просто зайдет перекусить. Он объявится. Может, сидит внутри, где темно?

Терраса считалась местом для господ, отсюда открывалась восхитительная панорама моря и далеких солнечно-желтых берегов Далмации, а Дайра всегда безошибочно занимала лучшее место, как хозяйка. В результате они тут сидели одни, а редкие – по пальцам сосчитаешь, – полуденные посетители привычно гнездились в низкой тенистой комнате, именуемой «вульгарно зало». Их Григор походя осмотрел, бегло и цепко – ни одного сельского стражника. Единственный, кто одет по-городскому – похоже, местный лекарь или учитель, уткнувшийся в газету.

– Вот, – запыхавшаяся Катица в поклоне подала обеими руками чашу, налитую едва на треть. – Больше не накапало, бог мне свидетель…

– Веснушки мешают? – спросила Дайра, царским жестом омочив пальцы в чаше.

– Ага, – затрясла та головой. – Даже парень смеется. Рябунькой кличет…

– Избавляю от них. – Дайра провела рукой по ее лицу, потному от страха и волнения. – Теперь ступай и молчи. Эй! Куда? Оставь мне чашу!..

Посмеиваясь, она повернулась к Григору:

– Теперь ты.

– Мажь, – подставился он.

– Зачем тебе?.. Ты в озере омыт! Протри бумажку на столбе и напиши, что хочешь. Веницы и подлецы будут видеть свое, наши – свое.

– Ах, вон что… Хозяин! Карандаш мне.

Очистив плакат от призыва к предательству, он крупно, с нажимом, начертал из баллады:

 
Псы венецианские, пусть вдесятером вы –
Что вы супротив моей ненависти кровной?
Я гайдук, со мною меч и святая клятва –
Будет вам, грабителям, кровавая жатва!
 

– Еще чего-нибудь желаете? – вился вокруг ликующий кафанщик. – Все за счет заведения! Хоть барана целиком зажарю. Не собрать ли винца, мясца в дорогу?.. Да, вам господин из зала кланяться велел, – подал он визитку.

Григор принял, прочел – «Петар Меански, властель Меаны». Хм, герб и графская корона с девятью жемчужинами… Провел визиткой у носа – свежая, печатной краской пахнет.

– Что-то я таких не помню – из Меаны. Где это?

– Холм такой, там старые развалины, дубами поросли. Но вот – приехал один, вроде вениц, не то француз, велел ограду ставить… Крыши у него нет, живет на постое у синих монахов, в странноприимном доме. По-нашенски говорит верно, а все равно слышно – чужак.

– Я помню, – вмешалась Дайра. – Давно их тут не видела… Зови.

– Давно – с каких пор? – Григор привык, что годы Дайринка считала по-своему, без чисел, по герцогам и войнам.

– Ой, не помню! Когда из аркебуз стреляли.

Господин, напросившийся к ним за стол, пришел не сразу. Сперва счастливая Катица подала поднос с дарами – лепешки, атласные ленты, свежие махровые левкои. То же самое деревенские, подданные Дайры, оставляли ей у заветных камней. Затем тот, принятый Григором за провинциального доктора, приблизился, остановился за три шага и отвесил поклон по-старинному, коснувшись пола рукой. Его сухощавое лицо, казалось, застыло в напряжении, а глаза, окруженные лучиками морщин, блестели от сдерживаемых слез.

– Златая госпожа, примите мое восхищение… – Голос его сбивался. Подойдя ближе, он опустился на колено и с трепетом взял протянутую ладонь Дайры, чтобы запечатлеть на ней поцелуй.

– Встань, властель Меаны. Долго же вы скитались по чужбине.

– Пять веков, златая госпожа, как один день.

– Здесь твой дом. Вези сюда детей, вам будет благо. Раздели с нами трапезу.

– Но сначала прочти, что написано, – указал на плакат недоверчивый Григор.

– «Псы венецианские…»

– Простите, граф, что усомнился в вас. Позвольте в знак примирения звать вас дядюшкой.

– Пожалуйста, Григор.

– Вот как – вы меня знаете?..

– …или Авет, да?.. Я не обычный странник. – Граф впервые улыбнулся. – Надеюсь, ваши родные в безопасности?

– О, да, они живут в горах на Баре! – заговорила Дайра уже свойски. – Пишут нам. Хотят посмотреть, кого выбрал Гри, но море…

– Можно пересекать и соленые воды, – в Пьетро проснулся знаток обычаев.

– Я просила его – навестим свекров на летуне, а он – поплавки, поплавки…

Милостью Дайры всякое отчуждение между ними исчезло, едва возникнув. Подавая на стол новые блюда, хозяин дивился тому, как живо и свободно златая дева беседует с немолодым приезжим чужаком. Да и тот, даже соблюдая почтительность, ведет разговор вполне непринужденно. А уж какие между ними речи!.. Иных слов лучше б и не слышать.

– …будет тебе отнекиваться. Меанские издревле были пастырями теней. За что вас герцог Васа Драгутин и выгнал! Чем отпираться, шел бы к могилам и звал…

– Мои способности так малы, что говорить о них не стоит. Опять-таки, годы…

– Святые горы, мать-вода!.. Тебе новую жену брать впору, а ты годами прикрываешься. У моих вод старуха Илияна, в чем душа держится, но как песню заведет – надгробные камни шатаются.

Заглянув в вульгарно зало, кафанщик доверительно шепнул кому следует:

– Нанимайся к властелю смело, плотничай. Не прогадаешь.

– Да какой он властель? Из-за моря…

– Тебе говорю, а ты слушай, башка ослиная.

Григор же, вежливо уняв разговор милой и графа о запредельных предметах, перевел речь на свое:

– Дядюшка Петар, у вас по случаю нет карты Рима?

– Нет. Но я ее нарисую. День рождения Бенито, верно?..

– И два подарка, по сто фунтов каждый.


С утра вокруг виллы Торлония кипела суета. По периметру все было оцеплено агентами охраны, на въездах в парк машины тщательно досматривали – такой день, такие люди съедутся, безопасность должна быть на высочайшем уровне! На Муссолини покушались то с пистолетом, то с бомбой – последнее время все реже, но чем черт не шутит?

И вот, кольцо сплошной охраны замкнуто. Можно запускать внутрь высокопоставленных персон. Они подъезжали по списку, на лимузинах и брогамах, длинных, сверкающих и мощных, словно сухопутные линкоры. Князь Отто фон Бисмарк, внук «железного канцлера», с подарками от фюрера. Японский посол, румынский, венгерский, болгарский, представители королевских домов… чем дольше тянулась вереница гостей, тем персоны становились мельче и плюгавее – кто-то от маршала Петена, что-то от поглавника хорватских усташей, а дальше всякий политический мусор, приглашенный больше для массовки.

Король Виктор Эммануил, генералитет, высшее чиновничество и иные удостоенные лица прибывали через отдельный въезд с триумфальной аркой.

Праздник разгорался строго по сценарию, расписанному присяжными церемониймейстерами. Вдоль аллей, на фронтонах – знаки имперского величия. Гром оркестров, пение детских хоров и поздравление от папы римского, с благословением. За речами, тостами и подношениями время уходило незаметно, и вот уже солнце, снижаясь, коснулось креста на куполе базилики святого Петра. Как ни долог июльский день, но уже август на пороге, светлое время суток сжимается, с востока подступает ночь.

Там, за морем, готовился к полету Григор.

– Помните, что дворцы виллы Торлония ни в чем не виноваты, – тактично внушал ему Пьетро. – Их выстроили полтора века назад. Там даже бомбоубежище – памятник, это катакомбы времен Константина Великого… И не стремитесь убить, если сможете. Если дуче умрет, найдутся другие – тот же маршал Грациани; я служил с ним, этот будет пострашнее.

– Дядя Петар, скажите сейчас – почему вы пришли к нам?.. К Морее?

– Когда все маршируют, важно вовремя понять – не в пропасть ли. А я привык доверять интуиции; она не раз меня спасала. И еще… умирать красиво надо раньше, лет в сорок, крайний срок, в пятьдесят. Позже это похоже на выброс хлама из окон в новогоднюю ночь. Или прирежут, словно Полония, – как крысу за ковром. Не героическая смерть; это не смотрится. Те, что собрались на вилле Торлония, имеют один недостаток – они не умеют остановиться… Ну-с, позволите вам помочь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9