Андрей Альтанов.

Зона Посещения. Гайки, деньги и пила



скачать книгу бесплатно

Дальше было еще веселее: попрактиковавшись чуток в прыжках со скованными ногами, Васька со всех сил оттолкнулся и удачно перелетел широкий разлив «студня» в том месте, где ручеек раздваивался. Тем самым он сэкономил – сделал на один рискованный прыжок меньше. Вот только приземлился он не особо удачно – упал плашмя, мордой в каменную породу. Сквозь поломанные зубы брызнула красная юшка с ярко-синими вкраплениями атомного риса. Завывая от боли, сталкер встал на колени и неповрежденной рукой сгреб с камней вывалившийся рис с осколками зубов. Запихав всю эту жижу назад в рот, он попрыгал дальше.

А я просто наблюдал за всем этим действом и отчетливо ощущал, как хищная зверюга из темных закоулков моей души жадно насыщается увиденным. Не скажу, что очень приятно смотреть на мучения этого паскудного субъекта (он, конечно, все это заслужил), но у меня просто нет выбора. Имеется у меня одна сильная непреодолимая потребность – потребность глушить боль и видения куда более мерзкие и невыносимые. Если разобраться, я и выхожу в Зону, чтобы хоть как-то забить все эти долбаные озарения. Эти вспышки из прошлого, выедающие меня изнутри и приходящие с неописуемой болью, на какое-то время уходят, как только я скармливаю своему зверю очередной трофей…

В дальней части подземного зала мощно громыхнуло. Все темные уголки подземелья на секунду осветились яркой вспышкой, в которой можно было различить, как во все стороны разлетелись мелкие брызги коллоидного газа. Васька все же отыскал свой рюкзак, да только не обезвредил прижатую им гранату. И с одной стороны, наверное, подло, что я не предупредил о ней и о растяжке на самом выходе из пещеры, но ведь – если честно – я же не собирался отпускать его живым.

Довольный своей работой, я развернулся и потопал прочь, к лагерю. На душе было хорошо – пусто. А единственное, что сейчас вращалось в затухающем водовороте мыслей, – это странное погоняло упомянутого напарником сталкера. Чичероне. Где-то я уже слышал это прозвище…

Голод в райском саду

Вдруг сквозь весь хаос мыслей пробилось стойкое ощущение дежа вю. Мне показалось, что я уже здесь был и все это уже когда-то делал. Я опустил дымящуюся пусковую установку и замер. Но это странное чувство тут же растворилось в очередном всплеске острой, сводящей с ума боли.

Вспышка выстрела осветила мрачный участок подземелья, где заканчивался бетонный короб искусственного тоннеля и начинались естественные пещеры. Железные ворота вместе с постовыми укреплениями были вывернуты чуть ли не наизнанку и походили на безобразный выгоревший цветок. Возле разрушенной конструкции на бетонных плитах растянулись изувеченные тела военных МКЗП. Двое были все еще живы, и один из них сейчас в меня стрелял. Затвор его пистолета дернулся и, отведенный назад, застыл. Это был последний патрон.

Пуля ударила мне в живот, туда же, куда угодили и две предыдущие. Из глаз словно искры сыпанули. Боль сковала сознание, обмотала его колючей проволокой и подвесила где-то сверху над телом.

Управление перехватила слепая ярость.

Я рванул вперед и со звериным ревом прыгнул на раненого спецназовца, который разодранными руками пытался сменить магазин. Один взмах малого ампутационного ножа – и пистолет улетел куда-то в темноту. Брызнул пульсирующий фонтанчик крови. Практически полностью отсеченная кисть военного повисла на недорезанном кусочке мягкой ткани безвольным брелоком. Не останавливаясь, я принялся свежевать бойца заживо. Это было отвратительно и чуждо даже моей извращенной натуре, но откуда-то возникла железная уверенность, что я просто возвращаю этому человеку всю ту боль, которую он причинил мне.

Вопил военный душераздирающе. Он продолжал орать и захлебываться кровью и после того, как я вскрыл его живот и вывернул кишки наружу. И все это время второй выживший солдат, которого потрепало намного сильнее, лежал и с ужасом наблюдал за всем этим, понимая, что и его ожидает подобная участь. И он не ошибся…

Когда я закончил, на развороченном входе в бункер остались такие же развороченные тела его охранников. Я вышел на свет, под единственную уцелевшую лампу в дырявом плафоне. Тусклый конус рассеянных лучей упал на мое израненное продырявленное тело. Я стоял практически голый, с веером окровавленных хирургических инструментов в руках. Несколько уцелевших лоскутов медицинского халата сползли по липким багровым потокам и упали под ноги. Раны начали затягиваться прямо на глазах, но оставшиеся в теле пули, словно ядовитые жала, источали все больше и больше боли. Их оставалось лишь вырезать. Дрожащие руки стали кромсать скальпелями уже сросшуюся плоть, выковыривая из нее десятки источников этой безумной боли. Мой дикий нарастающий вой хлынул в подземные пустоты…

* * *

В следующий миг я проснулся. Ужас от кровавого сновидения еще несколько минут штормил меня и перепутывал в голове мысли. И эта проклятая адская боль вновь переползла из фантазий в реальный мир. Хотя я лишь для успокоения называл такие свои сны фантазиями, нереальным дерьмом, игрой прохудившегося рассудка. Где-то в глубине души жило понимание, что это были вполне реальные воспоминания из моего «затертого» прошлого. В конце концов, конкретно этот кошмар я видел уже одиннадцатый раз. Ни одна мельчайшая деталь сновидения не поменялась, как не изменилось и количество переносимой и выносимой из него боли.

Тело все еще выгибалось дугой и билось в конвульсиях, пальцы впивались в ватный матрас, но я, сжав зубы, терпел и молчал. Я знал, что скоро эта пытка закончится. Так происходит всегда. Нужно потерпеть совсем немного – первые после длительного перерыва приступы видений мучают меня фантомными болями считаные минуты.

Наконец меня попустило, мышцы расслабились, тело обмякло. Я шумно втянул ноздрями сырой прохладный воздух. Пахло дешевой ночлежкой. Глаза забегали по сторонам. Так оно и есть. Я лежал на одном из матрасов, разбросанных по полу в небольшой проходной комнатушке с символическими дверцами, как в туалетных кабинках. В противоположном углу лицом к стене посапывал какой-то бродяга. На облезлом потолке горел тусклый диодный светильник. Я приподнялся и медленно переполз в сидячее положение. Только сейчас начали ощущаться пульсирующие удары под черепушкой и отвратительный вкус во рту. Но головная боль была настолько ничтожна в сравнении с той, через которую я только что прошел, что не сразу стало понятно, что меня пытается терзать жесточайшее похмелье.

– И сколько же я вчера выпил? – Руки невольно обхватили нездоровую башку.

– О, проснулся, алконавт?! – Через приоткрытую дверцу соседней комнаты выглянула улыбающаяся мордаха Серенького; старый приятель уже что-то хомячил за обе щеки. – Ну и гульнул ты вчера, дружище. Штук пять зеленых слил. Угощал всех направо-налево. Вон даже пару батончиков на завтрак мне перепало. Будешь? – Он протянул мне кусочек растаявшего обслюнявленного «Сникерса».

– Нет… сып-па-сиб… – Меня накрыл рвотный рефлекс, я сорвался с места и кинулся в угол к одиноко стоящему унитазу.

– Ну, как хошь. – Не обращая внимания на звуки моей рвоты, Серега затолкал шоколадку в рот и добавил: – Если вдруг не помнишь – вся снаряга осталась в твоем номере, где мы и начали. С собой ты взял вчера только бабки, фонарик да пояс с кольтом и, видимо, успешно все это прое… м-м… проехали.

– Одно меня в тебе поражает… – Я оторвался от белого друга, уткнулся в раковину умывальника и пустил струйку холодной воды на затылок. – Как ты после всех наших пьянок умудряешься быть таким?

– Каким?

– Бодрым. Иногда мне кажется, что ты и не человек вовсе… – Я сделал напор сильнее.

– А кто тогда?

– Ладно, забей. – Я встряхнул головой, разбрызгивая вокруг себя ледяные капли, и принялся растирать мокрыми ладонями лицо. – А знаешь, – продолжил я, – мне опять снился тот сон про пещеры. Я опять через себя все это пропустил, выгреб чайной ложкой весь этот забитый дерьмом клозет. И иногда мне даже кажется, что в один прекрасный момент я не выдержу и пущу себе пулю в висок. Как думаешь, это же лучше – помереть один раз по-настоящему, чем много раз подыхать вот так?..

– Ты с кем разговариваешь? – раздался хриплый голос из дальнего угла.

Я обернулся. Это спрашивал заспанный бродяга, который ночевал со мной в комнате. А Сереги уже и след простыл. Вот говнюк! Как выпить на шару, так он первый, а как кореша выслушать, так свои дела важнее. Но, несмотря на его идиотскую манеру неожиданно тихо появляться и исчезать, на Серенького я никогда не злился и только с ним делился всем тем дерьмом, которое порой меня накрывало.

– Да так, сам с собой говорил… – ответил я сталкеру, промокнул лицо куском бумажного полотенца и потопал к выходу.

– Погоди, куда попер? – кинул вдогонку мужик. – На вот. – В мою сторону со звоном полетел жетон камеры хранения, который я сцапал на лету. – Там внизу твоя пушка и шмотки. Ты вчера в хлам был, и пацаны просили за тобой присмотреть. Я не знал, где ты обитаешь, и приволок в свою ночлежку. Теперь топай, а я еще посплю. И это, спасибо за вчерашний праздник. Помог ты мне устроить достойную днюху, никогда еще столько людей за мое здравие не пили.

– Всегда пожалуйста! – кивнул я и вышел вон.

М-да, похоже, самую интересную часть вчерашнего вечера я все-таки пропустил. В упор не помню этого кадра и того, о чем он говорил.

Вяло спустившись по ступеням вниз, я вышел в достаточно просторный холл сталкерской ночлежки. Стальная клетка камеры хранения была у выхода. Хмурый бритый охранник забрал мой жетон и вытащил из ячейки с соответствующим номером пластиковый ящик из-под овощей. Там я нашел самоохлаждающуюся баночку пива и свой толстый кожаный ремень, увешанный такими же кожаными разгрузочными кармашками. Кобура с армейским кольтом висела на месте, а вот лямки крепления моего любимого фонарика-дубинки с шокером были вырваны с мясом. Прав был Серенький – просрал я вчера не только бабки. Кстати, о нем…

– Слушай, друг, – обратился я к бритоголовому мужичку, – а Серега, ну, Серенький выходил или еще где-то тут тусит?

– Я что, похож на телефонный справочник? – буркнул тот. – Еще не хватало вас, голодранцев, по именам запоминать…

Ну, в общем-то он прав – это же не люксовая гостиница, где я обитаю, там каждого клиента по имени-отчеству величают и с разгона в зад целуют. А в подобные дешевые притоны сползается исключительно биомусор – неудачники, несостоявшиеся проводники, хреновые или дефективные бойцы всех мастей. И как же меня вчера угораздило попасть в этот спальный район?

Я вышел наружу и осмотрелся. Ночлежка стояла у западной границы «русского сектора» торговой зоны, слева за КПП уже тянулись характерные постройки китайских кварталов. Мне же нужно было направо, в скопление многоэтажек. Я резко провернул донышко пивной банки, последовал характерный хруст ломающихся емкостей с химией. Холод от реакции перемешанных элементов растекся по тонкому металлу. Я немного подождал и поддел пальцем ушко. Зашипел газ, а в горло хлынула живящая влага. Не отрываясь от банки, я высосал половину содержимого и только после этого зашагал по пустым пыльным улочкам.

Раннее утро. Все, кто сегодня собирался в ходку, покинули это место еще на рассвете, а остальные досматривали сны. В торговых рядах были открыты лишь круглосуточные лавочки, где работали хмурые заспанные реализаторы, не принимающие кредитки. Так что вторую баночку пива я смог приобрести лишь в скромной забегаловке, пристроенной к конторе охотников за головами.

Здесь можно было взять заказ на ликвидацию любого бедолаги, за которого кто-то вдруг решил отвалить достаточно крупную сумму. Сама контора была еще закрыта, да и лично я подобной фигней никогда не занимался, а потому появлялся здесь крайне редко. Иногда ради интереса я рассматривал наружную стену объявлений с «топовыми заказами» и интересовался, сколько сегодня стоят человеческие жизни. Вот и сейчас, попивая прохладный напиток, я прошелся вдоль наклеенных рядов фотографий. Мало ли, а вдруг здесь случайно и мою физиономию кто-то повесил.

Глаза бегали по стандартным фоткам с несимпатичными мордами, некоторые из них были прибиты гвоздиком прямо в лоб, а некоторые уже перечеркнуты красным маркером крест-накрест. Прямо под изображениями стояли идентификационные номера заказов и суммы вознаграждений. Ряд ничем не примечательных лиц и таких же неинтересных цифр нарушился крупной выцветшей фотографией. Крупной она была потому, что на ней не помещалась цифра зелененьких, обещанных за голову изображенного человека. К тому же эта цифра периодически перечеркивалась, а под ней дописывалась новая, измененная в большую сторону. Я улыбнулся и подмигнул знакомой физиономии.

– Привет, Чичероне, что-то тебя совсем не ценят в нашем секторе, всего два с половиной лимона дают. У немцев давно за пятерку перевалило. Ну, это оттого, что сейчас совсем уж обнищала наша отечественная гэбня (так я называю уродов из нашего национального отдела МКЗП).

Я отпил пива и отправился дальше. Неуловимый сталкер, личность которого меня заинтересовала месяц назад, оказался своего рода легендой. Сказки и страшилки про него ходили наравне с анекдотами. Говорят, он в свое время активно вычислял и мочил внедренных в сталкерскую среду агентов МКЗП. Бывало, мочил и чисто научные экспедиции, не связанные с гэбней. Но все это были лишь слухи. Как дела обстояли на самом деле, знал лишь сам Чичероне. Кто-то даже утверждал, что этот странный малый умеет на людей морок напускать. Может, в этих слухах и была доля правды, тогда неудивителен столь сильный интерес спецслужб «развитых стран» к его персоне.

А в том, что заказ на Чичероне выставили именно эмказепешники, сомнений не вызывало. Никто, кроме правительственных организаций, не мог себе позволить настолько большого вознаграждения. В сущности, только им и было интересно извести столь яростного чистильщика и борца с мировой системой контроля Зон Посещения. Возможно, потому никто из наших и не старался искать этого бродягу. Если выяснится, что кто-то из сталкеров сознательно сотрудничает со спецслужбами, линчевания ему не избежать.

Но и на этот случай коварные гэбисты придумали хитрый ход. Совсем недавно у данного заказа появилась новая графа. За живого Чичероне охотникам было обещано пятьдесят лимонов зеленью! Подобная сумма могла заставить даже заслуженного ветерана нарушить первый сталкерский закон. Собственно, Васька, которого я казнил в студневой пещере месяц назад, так и хотел поступить. Но меня этот загадочный субъект интересовал совсем не из-за обещанных за него денег.

Нет, деньги – это, конечно, хорошо. Куда же в этом мире без них? Мои навыки проводника позволили мне накопить за несколько лет значительную сумму на счетах различных банков плюс золото и ценные бумаги в хранилищах. Скажу больше – я очень люблю тратить зелененькие. Но не все в этом мире можно приобрести за бабки. А потому Чичероне мне больше интересен как клиент. Столь разыскиваемый человек просто обязан быть закоренелым, неисправимым грешником. И я непременно должен вытянуть из него признание и, разумеется, устроить самое изощренное наказание, самую искусную казнь…

* * *

Сталкерские новостройки закончились, дальше тянулись кварталы старого города. Тэджон, некогда считавшийся научно-техническим центром Южной Кореи, теперь стал самым что ни на есть центром сталкерской торговли. От него за долгие годы существования аномальных земель протоптали настоящую магистраль в Тэчхон – столицу морской контрабанды. А уже оттуда частными подлодками и быстроходными катерами через относительно безопасную часть Желтого моря аномальные сельскохозяйственные культуры Зоны Три-Восемь поступали на все черные рынки нашей испорченной планетки.

Вероятно, и до Посещения в Тэджоне было людно, но после того, как город отсекли от большого мира высокой стеной Периметра безопасности, жизнь здесь буквально забурлила. Размытая граница Зоны, за которой курсировали области измененного физического пространства, находилась всего в километре-двух от городской черты. И именно в Тэджон стремились многие сталкерские отряды, чтобы после всех пережитых кошмаров спешно скинуть груз в местные необъятные хранилища и тут же расслабиться, с головой окунувшись в домашний уют и неспешную атмосферу практически безопасной обыденности.

Даже самый простенький южнокорейский городок в сравнении с северокорейским значительно выигрывал по инфраструктуре и уровню комфорта, а Тэджон вообще стал самым настоящим раем, где любой успешный сталкер за деньги мог получить абсолютно все. Даже то, что нельзя достать в большом мире… Кто-то хотел лишь заработать в Зоне бабла и свалить на острова Океании или в какие-нибудь культурные центры цивилизованной Европы, а мне и здесь было хорошо, почти как в райском саду. Да и где, кроме Зоны, можно так легко и безнаказанно насыщать спящее во мне чудовище?

Старые улицы и кварталы патрулировали местные законники, большую часть которых я уже когда-то самолично спаивал элитным алкоголем, а потому хоть один человек из каждого встречного патруля отпускал мне радостное приветствие. Я отвечал доброжелательным кивком и жестами показывал, что сейчас совсем не в состоянии стояния, чем избавлял себя от ненужных разглагольствований на стандартные и приевшиеся темы.

Впереди замаячила многоэтажка с надписью «Lacky Boutique Hotel». Там, под крышей, располагалось мое логово. Эта некогда четырехзвездочная гостиница, с поправкой на ее соседство с Зоной Посещения, теперь считалась люксовым заведением. Совсем не ровня откровенным бомжатням торговой зоны Северной Кореи.

Поприветствовав на входе швейцара со «Страйкером»[3]3
  Striker – ружье 12-го калибра с барабанным магазином (Южно-Африканская Республика).


[Закрыть]
в руках, я потопал прямиком к холодильным витринам, стоящим в холле. В заведении работал принцип «all inclusive», и местным обитателям можно было хапать и тащить в номер все, что здесь было выставлено, даже тех приветливо улыбающихся красавиц, что расположились под кондиционером на кожаных креслах и диванах. Поначалу так я и делал, пока не понял, что проще все это заказывать по телефону непосредственно в номер. Но сейчас был другой случай – совсем не хотелось, чтобы ближайший час меня кто-либо беспокоил, тем более что в номере уже все было. Все, кроме этих прохладных запотевших бутылочек «Швепса». Выудив из холодильника парочку стекляшек, я отправился к лифту. И уже на выходе на свой этаж поймал знакомого пацана, развозящего еду и напитки по номерам, и выхватил с его тележки маленькое ведерко льда с каким-то модным шампанским.

– Дом, милый дом! – Я шагнул в прохладу уютного номера.

Дверь за спиной бесшумно закрылась. Пояс с пушкой грохнулся прямо на пол, по углам разлетелись кроссовки, джинсы, перепачканные бурной гулянкой, и рубашка-ковбойка. Шампанское осталось на журнальном столике у входа. С ведерком льда под мышкой и бутылками тоника в руке я двинул к бару. Здесь я вылил в ведро припасенный заранее джин, туда же спустил и две тары «Швепса». Небрежно разрубив надвое лайм и выжав половинку в нержавеющий сосуд, я понес эту «чашу Грааля» к джакузи.

По пути взгляд упал на обеденный столик, за которым мы с Серегой начинали вчерашнюю гулянку. Пустая бутылка элитного виски так и осталась стоять в окружении двух стаканов. Со стороны моего кресла стаканчик был пуст, а вот напротив Сережкиного стула стоял налитый до краев. За ночь эта хрень наверняка выдохлась. Ну и гад же он! Такой продукт переводит! Конечно, не за свой же счет он его брал. Я махнул рукой и улыбнулся в предвкушении водных процедур.

* * *

У самого края ванны имелось углубление, специально заделанное под ведерко для льда. Я осторожно опустил туда полную до краев чашу коктейля. Оставалось только выдернуть трубку из неиспользуемого кальяна и воткнуть ее в лед.

– Это ка-а-айф… – Я погрузился в расслабляющие потоки мелких пузырьков и «затянулся» холодным джин-тоником.

И хоть день начался паршиво, погружение в привычный комфорт все с лихвой компенсировало. Я ощутил истинное наслаждение, которое познаешь лишь на фоне серьезного контраста. А значит, ночная гулянка того стоила. Приятный напиток окончательно угомонил похмелье и затуманил сознание, из мыслей ушли все тревоги о предстоящей ходке. Хочешь не хочешь, а нужно опять искать подходящий отряд и выходить в Зону справлять свои неестественные потребности.

Я парил на пузырьках, словно в невесомости, посасывал джин-тоник и рассматривал потолок, разрисованный восточными узорами. Состояние полного расслабления накрыло меня всецело, и в какой-то момент я погрузился в дрему…

* * *

И вновь все вокруг окрасилось багрово-черными тонами. Вновь меня пронзила острая боль. Я бежал по темному подземелью. Босые ноги рассекали острые камни. Все тело словно огнем горело, горело и потрескивало. Липкие капли стекали со лба и заливали глаза. Где-то сзади разлетались крики и громыхали «калаши». За мной уже шли. Рука в запекшейся крови все крепче сжимала детонатор с короткой толстой антенной. Рано, еще слишком рано! Слева просвистела и ударила в каменную колонну пуля. Мне в лицо сыпанул град мелких осколков. Сейчас или никогда! Палец вдавил рычажок до упора. Земля под ногами и стены пещеры качнулись, в ушах зазвенело. Вместе с ударной волной из обваливающегося бункера вырвался и поток раздробленной взрывом породы. Он подхватил меня, словно пушинку, и понес за собой. В тело впились сотни каменных ножей, булыжники месили меня со всех сторон. Я ощущал, как лопается кожа, как хрустят кости. Мне открылись новые горизонты боли, за которыми не было ничего, кроме безумия…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7