Анатолий Изотов.

Взаимосвязан мир. Фантастическая поэзия и проза



скачать книгу бесплатно

Из дальнего Космоса за свои прегрешенья Демон был изгнан и стал летать над землей, то есть переместился в околоземное пространство. И вот оттуда изгнанник рая осматривает планету Земля. Лермонтов описывает то, что видит его герой, почти на современном уровне знаний: создается впечатление, будто Демон летит в космическом корабле, на котором имеются оптические приборы, способные сначала выбирать из общей панорамы, видимой с большой высоты, нужный объект, а потом, шаг за шагом, приближать его к себе и рассматривать все более подробные детали.

 
И над вершинами Кавказа
Изгнанник рая пролетал:
Под ним Казбек, как грань алмаза,
Снегами вечными сиял,
И, глубоко внизу чернея,
Как трещина, жилище змея,
Вился излучистый Дарьял;
И Терек, прыгая, как львица
С косматой гривой на хребте
Ревел, – и горный зверь и птица,
Кружась в лазурной высоте
Глаголу вод его внимали…
 

Итак, паря над землей, Демон выделяет сначала большую горную страну Кавказ, потом различает наиболее яркие и крупные объекты: сияющую, словно грань алмаза, вершину Казбека и черную извилину Дарьяльского ущелья, протянувшегося на сотни километров. Затем высвечиваются подробные детали малых предметов: бурлящий поток Терека, косматая грива волн и даже звери и птицы. Но «…природы блеск не возбудил в груди изгнанника бесплодной ни новых чувств, ни новых сил…», и он продолжает полет над горами. Вот Демон выбирает другой объект и снова сужает поле зрения сначала до небольшой страны Грузии:

 
И перед ним иной картины
Красы живые расцвели:
Роскошной Грузии долины
Ковром раскинулись вдали…
 

потом подробно рассматривает жилое строение:

 
Высокий дом, широкий двор
Седой Гудал себе построил…
 

потом замечает тени от дома, потом ступени, ведущие к Арагве, и, наконец, видит отдельного человека, молодую княжну Тамару:

 
С утра на скат соседних гор
От стен его ложатся тени.
В скале прорублены ступени;
Они от башни угловой
Ведут к реке, по ним мелькая,
Покрыта белою чадрой,
Княжна Тамара молодая
К Арагве ходит за водой…
 

Обобщая кратко то, о чем вспоминает, и то, что созерцает Демон с высоты своего полета, приходим к выводу, что автор поэмы строит пирамиду, в основании которой лежит Космос, в середине – планета с ее деталями, а на вершине – Человек. Иначе говоря, мировоззрение Лермонтова опирается на пирамиду, в которой четко выражена связь между Космосом и Человеком, а тому, кому известны тайны Космоса, известны тайны людей. О значимости Человека, его личности Лермонтов говорит словами Печорина, одного из самых ярких и загадочных своих героев, – что иногда история одного человека интереснее истории целого государства.

Космическое мировоззрение Лермонтова уникально: оно ведет к пониманию основного принципа теории относительности! Для тел, двигающихся относительно друг друга в пространстве с высокими скоростями, время течет по-разному.

Так, о жизни Демона вне рая поэт говорит следующими строчками:

 
Давно отверженный блуждал
В пустыне мира без приюта:
Вослед за веком век бежал,
Как за минутою минута…
 

Конечно, речь идет о быстротечности времени, которую замечают практически все. Например, Пушкин в поэме «Цыганы» говорит словами отца Земфиры: «Ах, быстро молодость моя звездой падучею мелькнула!» Но у Пушкина это относится к быстротечности жизни, сравнимой с мигом падения пришельца из неба – метеора. Лермонтов привязывает относительность течения времени к пространству и выносит это понятие в космос. Таким образом, у него улавливается определенная взаимосвязь пространства и времени. Иначе говоря, Лермонтов в поэтическом смысле вплотную подступает к теории относительности. Этот нюанс заметен и в стремлении Демона проследить движение весьма отдаленных объектов Вселенной относительно других, близких объектов, траектории которых известны, иначе говоря «сквозь вечные туманы».

И несколько слов о кометах. Вернемся к строкам:

 
Тех дней, когда в жилище света
Блистал он, чистый херувим,
Когда бегущая комета
Улыбкой ласковой привета
Любила поменяться с ним…
 

Как известно, приближаясь к Солнцу, кометы словно расцветают, причудливо сияя на небосводе, по Лермонтову – озаряются улыбкой. Читая эти красочные строки, понимаешь: поэт знал и таинство кратковременного свечения комет.

Следует отметить: в ранних редакциях (1829–1834 гг.) поэмы «Демон» упоминания о пространстве нет, есть просто материя, «слава Бога» и Демон, который сразу появляется с крыльями. Но автору что-то определенно не нравится, и он вновь и вновь переделывает «Демона» и особенно вступительную часть. Наконец к 1838 году появляются «в пространстве брошенные светила», а крылья у Демона в космосе исчезают, и «вырастают» только тогда, когда изгнанник опускается непосредственно на землю. Из чего можно предположить: виртуальное посещение Лермонтовым дальнего космоса и околоземного космического пространства состоялось между 1829 и 1838 годом. И, возможно, он «побывал» там не один раз, открыв для себя многое…

Первое открытие состоит в том, что светила кочуют по бесконечным просторам Вселенной, то есть, оперируя современными знаниями, можно говорить о том, что Лермонтов догадывался о подобии Большого взрыва, в результате которого звездная материя Вселенной двигается более сложно, чем предполагает закон всемирного тяготения.

Второе открытие: полет высоко над землей, где нет воздуха, то есть в околоземном космическом пространстве, возможен. Более того, летать может живое существо (в конце концов, Демон становится человеком, по крайней мере, поддается человеческим страстям, то есть это уже не дух).

Третье открытие: на околоземной орбите можно (и должно) двигаться с большой скоростью, которая позволяет проплывать над целыми странами в течение короткого времени. (Судя по описанию, Демон смог пролететь над Кавказом менее чем за световой день. Это миг, если представить, что в те времена путешествие из Петербурга в Москву занимало несколько недель.)

Четвертое открытие: оттуда (с орбиты) можно обозревать не только обширные пространства, но и отдельные объекты и даже отдельно взятого человека.

Пятое открытие: с этой орбиты можно спускаться на родную землю.

Таким образом, возможность выхода человека в околоземное космическое пространство и некоторые особенности видения земных объектов и пейзажей во время полета вокруг земли высказываются Лермонтовым задолго до того, как отец космонавтики Циолковский указал на реальность такого полета.

На основании каких наблюдений пришел к этим выводам поэт, остается загадкой.

О «космических полетах» Лермонтова можно судить и по другим его произведениям, в которых описываются впечатления «оттуда». Например, в стихотворении «Выхожу один я на дорогу…» (1841 год) есть следующие строчки:

 
В небесах торжественно и чудно!
Спит земля в сиянье голубом…
 

Подумайте: ведь первый раз слова: «Вижу Землю… Голубая!» были сказаны первым космонавтом только 120 лет спустя!

Но прежде чем созерцать Землю с космической орбиты, надо было на нее подняться. И вот в стихотворении «Спор» мы видим описание земных объектов в обратной перспективе – от ближних к дальним, которые открываются по мере подъема над землей. Вот как отвечает Казбек Шату (Эльбрусу) на его предупреждение бояться Востока:

 
Не боюся я Востока! —
Отвечал Казбек. —
Род людской там спит глубоко
Уж девятый век.
Посмотри: в тени чинары
Пену сладких вин
На узорные шальвары
Сонный льет грузин…
 

Итак, обзор Востока начинается с Грузии, затем взор поэта поднимается высоко над горизонтом и ему открывается Тегеран, отстоящий от Грузии за тысячу километров.

 
И, склоняясь в дыму кальяна
На цветной диван,
У жемчужного фонтана
Дремлет Тегеран.
 

Столь отдаленный объект можно увидеть только из космоса! Но поэт на этом не останавливается и поднимается еще выше, расширяя сектор обзора на девяносто градусов и рассматривая страну, удаленную от Грузии уже на полторы тысячи километров.

 
Вот у ног Ерусалима
Богом сожжена,
Безглагольна, недвижима
Мертвая страна.
 

Потом просматривается более обширное пространство – африканский континент, отстоящий от Грузии за две тысячи километров:

 
Дальше, вечно чуждый тени,
Моет желтый Нил
Раскаленные ступени
Царственных могил…
 

Кроме перспективы, дана яркая характеристика видения и с высоты небес и почти в упор каждого объекта: Тегеран с его жемчужными фонтанами просматривается сквозь дымку, Иудейская пустыня пугает безмолвием и суровостью, горячий Египет предстает чудесами света: желтым Нилом и гробницами фараонов. И в этом описании прослеживается часть «обратной пирамиды», выстроенной Лермонтовым в «Демоне»: человек – отдельный город – отдельное государство – отдельный континент… Вывод из приведенного стихотворения напрашивается сам: Лермонтов «проигрывал» в своем воображении подъем на околоземную орбиту.

Космические мотивы улавливаются также в стихотворении «Ангел» – поэт слышит звуки небес, в стихотворении «Небо и звезды» – он завидует звездам прекрасным…

Лермонтов был наделен даром предвидения не только космических полетов, но и своей судьбы, судеб людей, России, Человечества.

Здесь уместно начать разговор о некоторых особенностях стихотворения «Сон».

 
В полдневный жар в долине Дагестана
С свинцом в груди лежал недвижим я;
Глубокая еще дымилась рана,
По капле кровь сочилася моя.
 
 
Лежал один я на песке долины;
Уступы скал теснилися кругом,
И солнце жгло их желтые вершины
И жгло меня – но спал я мертвым сном.
 
 
И снился мне сияющий огнями
Веселый пир в родимой стороне,
Меж юных жен, увенчанных цветами,
Шел разговор веселый обо мне.
 
 
Но в разговор веселый не вступая,
Сидела там задумчива одна,
И в грустный сон душа ее младая
Бог знает чем была погружена;
 
 
И снилась ей долина Дагестана,
Знакомый труп лежал в долине той;
В его груди, дымясь, чернела рана,
И кровь лилась хладеющей струей.
 

Стихотворение «Сон» совершенно необычное – так считают многие исследователи. Ираклий Андроников заметил в нем зеркальное отображение сна одного человека во сне другого. А вот слова философа Владимира Соловьева: «Это стихотворение достойно удивления. Лермонтов видел не только сон своего сна. Но и сон, который снился сну его сна, – сновидение в кубе! Поэт не только предчувствовал свою роковую смерть, но и прямо видел ее заранее. Удивительная фантасмагория, которою увековечено это видение в стихотворении «Сон», не имеет ничего подобного во всемирной поэзии».

Позволю себе сказать еще несколько слов.

В произведении речь идет прежде всего о телепатии – доныне неизведанном свойстве человеческой природы, суть которой заключается в способности передавать через пространство мысли, образы и реальные события одних людей и воспроизводить их – других. Как установлено исследованиями, чаще всего телепатическая связь проявляется между родственниками и близкими людьми в критических ситуациях, или, как сейчас говорят, в экстремальных условиях. И действительно, в приведенном выше стихотворении смертельно раненный на Кавказе человек видит в своем последнем «живом» сне близкую ему женщину, которая, находясь за тысячи верст на веселом пиру, словно засыпает и видит образ того, кому она снится, и то, что с ним происходит в данную минуту. Лермонтов не мог остаться равнодушным к телепатии, ибо он знал большее: это не простые случаи, а особое свойство человека. Человека, имеющего потрясающий мозг, удивительное сердце и неизведанные органы, которые могут подавать через необозримую пустоту совершенные сигналы, дающие реальные картины бедствия, радости, открытия, познания или иных эмоциональных всплесков у другого человека. Механизм этих передач Лермонтову неизвестен: он признается в этом словами: «И в грустный сон душа ее младая Бог знает чем была погружена», поэтому речь идет не только о неизученных органах чувств человека, но и о таинственных свойствах материи (на современном языке информационные каналы, биополя, параллельные миры и т. п.).

Яркое описание поэтом странного сна в данном стихотворении лишь прием, с помощью которого автор раскрывает более тонкие грани возможностей человеческого существа: предчувствия и предвидения, когда сигналы о неизбежности тех или иных событий улавливаются не в реальном времени от реального человека, а от судьбы, предначертанной кем-то еще до их свершения… Стихотворение «Сон» было написано в 1841 году, то есть в год смерти поэта, и он не просто предчувствовал, а предвидел свои последние мгновения. Поэт не говорит, погибнет ли он в сражении или на дуэли, но он точно знает, что произойдет это на Кавказе, и не кинжал или какое-то другое оружие смерти, а пуля пронзит его грудь. Предчувствие как будто порождает предвидение, и автор стихов не только знает, что произойдет, но и как это будет происходить. Известно, что после роковой дуэли Лермонтова с Мартыновым разразилась гроза, и смертельно раненный поэт пролежал несколько часов у подножья горы Машук, точь-в-точь как в вышеприведенном стихотворении:

 
С свинцом в груди лежал недвижим я;
Глубокая еще дымилась рана,
По капле кровь сочилася моя.
 

Нам известно про смерть поэта, настигшую его на Кавказе, – ее он точно описал в пяти четверостишьях, но пока остается неизвестным, какой сон снился поэту на его смертном одре, и состоялся ли сеанс телепатической связи, и, если да, то с какой женщиной? Заканчивая разговор о стихотворении «Сон», можно с грустью констатировать: своей трагической смертью Лермонтов доказал существование у себя дара ясновидения[1]1
  В представленном материале использована статья автора «Он уходил в надземный мир», напечатанная в журнале «Чудеса и приключения» (№ 7, июль 2008 г., с. 21–23).


[Закрыть]
.

Предчувствовать и предвидеть свою смерть, возможно, дано многим людям, а вот предсказать судьбу целого народа на сто лет вперед мог только настоящий гений. Обратимся к стихотворению «Предсказание», написанному в 1830 году, когда поэту было 16 лет!

 
Настанет год, России черный год.
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь;
Когда детей, когда невинных жен
Низвергнутый не защитит закон;
Когда чума от смрадных мертвых тел
Начнет бродить среди печальных сел,
Чтобы платком из хижин вызывать,
И станет глад сей бедный край терзать;
И зарево окрасит волны рек:
В тот день явится мощный человек,
И ты его узнаешь – и поймешь,
Зачем в руке его булатный нож:
И горе для тебя! – твой плач, твой стон
Ему тогда покажется смешон;
И будет все ужасно, мрачно в нем,
Как плащ его с возвышенным челом.
 

Точнее, чем Нострадамус, юноша описал судьбу России и русского народа, которая постигнет его тогда, «… когда царей корона упадет…». Истории известно, что беззаконие началось через год после падения короны, с казни в 1918 году без суда и следствия царя, отрекшегося от престола, царицы, их невинных детей и слуг, и продолжалось многие десятилетия. Мор и голод сопровождали страну, вспыхивая с особой силой трижды только за первые тридцать лет советской власти: в 1918–20, 1933, 1947 годах. И зарево от крови миллионов, погибших в Гражданской войне, убитых при подавлении народных бунтов, в Великой Отечественной войне и других бедах, окрашивало волны рек. Но апофеозом трагедии русского народа стало явление мощного человека с карающим ножом, перед жестокостью которого кажется смешным плач и стон россиянина XIX века. Думаю, вряд ли кто из современников Лермонтова верил пророческому содержанию этого стихотворения, но история все расставила по своим местам. Более того, нам, современникам XX-XXI века, известно, что трагедия русского народа проходила на фоне глобальных трагедий человечества: Первой мировой войны, пандемии гриппа «испанки», унесшей десятки миллионов жизней, кризиса тридцатых годов, Второй мировой войны. То есть, по сути, Лермонтов предугадал планетарные потрясения первой половины XX века.

Предвидел поэт и неизбежное противоречие Человека и Земли, или то, что мы называем сейчас глобальным нарушением экологического равновесия. Сегодня мир захлестнули проблемы, связанные с разрушением среды обитания людей самими людьми. Мы знаем о широкомасштабных загрязнениях воздуха, воды, почвы и даже ближнего космического пространства, о варварском отношении к лесам, заповедным зонам, редким и исчезающим видам животных и растений. Везде, где ступает «царь природы», неизбежно возникают экологические проблемы.

Тенденция людей вступать в противоречие с природой и предупреждение о гибельной опасности такого пути ярко освещена в уже упоминаемом нами стихотворении «Спор»:

 
Как-то раз перед толпою
Соплеменных гор
У Казбека с Шат-горою
Был великий спор.
«Берегись! – сказал Казбеку
Седовласый Шат. —
Покорился человеку
Ты недаром, брат!
Он настроит дымных келий
По уступам гор;
В глубине твоих ущелий
Загремит топор;
И железная лопата
В каменную грудь,
Добывая медь и злато
Врежет страшный путь…
 

«Страшный путь», врезанный в землю, – не это ли стало в наше время самой жуткой угрозой существованию человечества?! Погоня за золотом и страсть к обогащению являются главной причиной «страшного пути» нашей цивилизации, при которой жители планеты ради наживы готовы погубить ее. Своими «взглядами в будущее» Лермонтов как бы предупреждает человечество о грозящей ему опасности.

Откуда столь зрелая проницательность опять же у молодого (27 лет!) поэта? Мне кажется, что глубокое понимание Лермонтовым основ мироздания и ощущение связи Человека с Вселенной являются ключом к разгадке неисчерпаемости его литературного творчества.

Знал ли сам Лермонтов о своем космическом озарении? Судя по стихотворению К* «Я не унижусь пред тобою…», можно ответить: да.

Указанное произведение было написано в 1832 году, и посвящено оно расставанию с любимой женщиной, Натальей Федоровной Ивановой, ответившей на любовь поэта изменой. Стихотворение пронизано глубоким откровением, сожалением о потерянных годах, гордостью и болью. И в нем поэт осторожно признается в том, что его чудесный дар связан с небесными силами, которые могли бы принести ему бессмертье.

 
Быть может, мыслию небесной
И силой духа убежден,
Я дал бы миру дар чудесный,
А мне зато бессмертье он?
 

Таким образом, Лермонтов получал из Космоса не только творческое вдохновенье и видение будущего, но и информацию о самом Космосе, и она в той или иной степени отражена в произведениях поэта.

Искусный ход Троянским конем

Семь чудес света изумляли и приводили в восторг своим совершенством жителей античной эпохи. Из них, как известно, до нас дошли лишь египетские пирамиды. Между тем существовало в те далекие годы еще одно искуснейшее произведение человеческих рук, которое, на мой взгляд, было не менее дивным, чем статуя Колосса Родосского или, к примеру, Александрийский маяк. Безусловный шедевр инженерной мысли и ее идеальное воплощение в жизнь – статуя Троянского коня, с помощью которого была взята неприступная крепость.

Давайте вспомним, как это было… После долгих лет неудачных попыток одолеть древний Илион силой ахейцы переиграли врага хитростью: сделали вид, будто сняли осаду и все их войско уплыло на кораблях восвояси, а у стен Трои оставили деревянную скульптуру коня, внутри которого был спрятан вооруженный отряд. Восхищенные великолепным конем, троянцы ввели его в город. Ночью затворники вышли из своего укрытия, перебили стражу и открыли городские ворота. К этому времени корабли возвратились под Трою, и греческое войско свободно вошло в город…

Если следовать описаниям осады и взятия Трои, изложенным Гомером в «Илиаде» и «Одиссее», и логике событий, то можно понять, что необходима была личность, способная воплотить в жизнь проект Троянского коня, а деревянный конь должен был обладать уникальными по тем временам качествами, иначе греки не смогли бы осуществить свой хитроумный план. Прежде всего, вид коня должен был поразить все сословия Трои – от простого воина до царских особ и одновременно восхитить как символ победы над греками и обрадовать как чудо, которое хотелось бы видеть каждый день самому, показывать своим детям, гостям, друзьям. Следовательно, троянцы должны были захотеть поместить это чудо в своем городе, водрузив его на главной площади на всеобщее обозрение.

Что же могло поразить воображение человека Медного века?

Конечно, огромные размеры деревянной скульптуры. И непременно оригинальная внешность – близкая к реальной лошади, украшенная некими атрибутами Греции, и в то же время очаровательная. Такой проект должен был создать талантливый дизайнер.

Что касается «начинки» коня, то к ней предъявлялись весьма жесткие конструктивные требования.

Во-первых, внутри него должен быть создан обитаемый отсек с автономной системой жизнеобеспечения как минимум для пятерых воинов-диверсантов: Менелая, Одиссея, Антиклеса, Диомеда, сына царя Тидея, и Неоптолема, сына Ахиллеса. Этот отсек не просто жилой, но еще и достаточно комфортный: грекам требовалось просидеть в утробе коня почти неподвижно много часов, а может, и несколько суток. Поэтому каждый воин должен иметь удобное сиденье, и обязательно с поручнями, чтобы крепко держаться за них при движении коня (ведь троянцы, возможно, потащат его волоком!), во избежание получения травм еще до решительного боя. Между сиденьями должны располагаться проходы для быстрого выхода воинов из коня и просто возможности передвижения членов экипажа, если им понадобится общаться друг с другом. В отсеке необходимо иметь минимальный запас воды и пищи плюс средства личной гигиены (рыбьи или бычьи пузыри и т. п.).

Во-вторых, вход в устройство, в котором скрывались греческие диверсанты, требовал тщательной маскировки, чтобы при самом пристальном и критическом осмотре у неприятеля не возникло никаких подозрений, будто внутри могут сидеть враги или имеется люк, через который можно проникнуть внутрь коня и тем более – выйти из него. Пространство обитаемого отсека должно иметь идеальную звукоизоляцию представим себе на мгновение, как усиливает любой звук пустая бочка! Но, обив отсек овечьими шкурами (наиболее подходящий для этих целей материал тех времен), требовалось создать систему вентиляции, дабы люди не перегрелись. И что еще важно тем, кто притаился внутри коня, жизненно необходимо ориентироваться во времени и в пространстве и адекватно понимать и оценивать обстановку вне коня, иначе говоря, иметь замаскированную систему наблюдения. А уже открыв ворота Трои, воины должны оповестить об этом греческую армию, используя световой сигнал, установленный с внешней стороны ворот, – следовательно, в коня надо принести огниво и факел, пропитанный смолой или нефтью.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3