Анатолий Грешневиков.

Информационная война. Внешний фронт. Зомбирование, мифы, цветные революции. Книга I



скачать книгу бесплатно

Еще большую популярность завоевало киноискусство в послевоенный период в России. Когда по телевидению шел телесериал «Семнадцать мгновений весны», то девяносто процентов населения страны (это можно с уверенностью сказать) сидело у телеэкранов. Более того, надо отдать должное тогдашним идеологам кинематографа и телевидения, в то время киноискусство не несло отрицательного и разрушительного заряда, наоборот, пронизано было патриотизмом, откровенно изобличало и так яге откровенно презирало зло. Вот почему после просмотра фильма о десантниках молодежь, шла в военкоматы и записывалась служить в воздушно-десантные войска. А после фильма о летчиках, мальчишки мечтали о небе.

Наряду с кинематографом, сильным информационным оружием оставались книги и газеты. Не зря в 70-80 годы Россию считали самой читающей страной. Лжи в этом не было. Страна выписывала много газет, книжный бум переходил в острые дискуссии и широкие гласные обсуждения… Профессия писателя, как никогда, стала почитаемой, святой. Книги Федора Абрамова, Валентина Распутина, Василия Белова, Василия Пушнина, Виктора Астафьева издавались массовыми, миллионными тиранами, и при жизни эти писатели получили не только государственные награды, но и народное признание, их считают совестью народа!

Свое прочное и законное место завоевало на информационном поле такое идеологическое оружие, как эстрада. Песня, например, на фронтах второй мировой войны – это отдельный, совсем малоизученный, аспект идеологической и информационной войны. Да, музыка и песни звучали во время боевых действий и раньше, – известна их важная роль в поднятии боевого духа… Но то, что сделали для победы две песни – «Вставай, страна огромная…» и «Землянка» (как, впрочем, и другие) – равносильно выпущенным снарядам и бомбам.

Советская песня в глубине своей, как и давняя русская песня, хранила нравственное начало. Потому информационно она не могла разрушать душу человека. Хотя среди жанров эстрады, кроме песни, были и другие, не все они выдерживали критику на созидание… Скажем, зарождающиеся и встающие сразу крепко на ноги «юмор» и «сатира» скорее разрушали душу, чем высмеивали ее пороки. Как известно, юмор может быть и черным.

Первыми, кто направил открыто против России свое информационное оружие, были писатели и журналисты. Еще до перестройки Горбачева они размежевались по периодическим изданиям: с одной стороны были славянофилы-государственники (журналы «Наш современник», «Молодая гвардия», газета «Литературная Россия» и т. д.), с другой стороны были демократы-западники (журналы «Огонек», «Знамя», «Литературная газета» и др.). После перестройки размежевание прошло и на эстраде, и в кинематографе, и в театре. Одни боролись за сохранение самобытности России, с выработкой собственной идеологии, национальной идеи. Другие предпочитали западные ценности. Если учесть тот факт, что последние, т. е. западники, привели в России к власти прозападно настроенных Президента и Правительство, то понятными становятся и смысл борьбы, и путь страны.

Теперь уже в руках прозападных журналистов, интеллигенции, политиков оказалось все мощное информационное оружие: кино, театр, газеты, телевидение, радио, эстрада.

Но это оружие уже не воспитывало русских как нацию, не культивировало патриотизм и национальные духовные ценности, а, наоборот, обернулось против России и ее традиционных ценностей. Западники построили свою политику на заведомой лжи, на осмеянии всего прошлого, на очернении истории и вождей, на лживых обещаниях и лживых идеях… Информационное оружие всех калибров било в главную мишень – в русскую душу и по национальным традициям России. Впервые произошла разительная и открытая подмена созидательной силы информационного оружия – на разрушительную. Информация стала основным носителем лиги, дезинформации, жажды наживы, насилия, разврата, лицемерия. Впервые информационная агрессивность стала подрывать основы государства, подменять одни ценности другими, высмеивать и очернять все полезное для народа. Ложь стала побеждать правду.

Разрушительными идеями заболело все общество. Потому-то власть досталась западникам-разрушителям и остается у них.

Наше общество легко поддалось на такие лжеидеи, которые изо дня в день вдалбливались средствами массовой информации, как – «Тоталитарное государство», «Россия – империя зла» или сугубо экономическая – «На ваучер – две «Волги».

В настоящее время Россия находится в информационном плену у западников и внутри страны, против собственного парода идет информационная война.

По ходу этой войны, после перестройки Горбачева, в страну хлынул поток компьютеров… Запад так быстро наводнил страну компьютерами собственного образца, что мы не успели развить свою соответствующую промышленность, и, главное, – не успели разработать информационный кодекс и механизмы информационной безопасности.

На Западе давно радиоэлектронное оружие обеспечивает ход информационной войны… Там научились не только преднамеренно и с глубоким умыслом искажать информацию, но и благодаря компьютерам разрушать информационные ресурсы других стран. Пример – все та же война США против Ирака.

Сегодня трудно дата единственно верное определение, что такое информационное оружие… Вчера оно было такое, сегодня – другое, а завтра – третье. Хотя некоторые предположения можно сделать: в XXI веке самым мощным после компьютерных сетей будет психотропное оружие.

Первые попытки дать определение информационному оружию сделали военные специалисты и гуманитарии. И это естественно, ибо и те, и другие понимают, что от него зависит стабильность психики целого народа. Только военные специалисты думают об информационной стратегии, о конфликтах, которые провоцируют СМИ, об информационном шпионаже. А у специалистов-гуманитариев – забота о сохранении особого российского менталитета.

Б. Николин дает следующее определение информационному оружию: это – «средства уничтожения, искажения или хищения информационных массивов, добывания из них необходимой информации после преодоления систем защиты, ограничения или воспрещения доступа к ним законных пользователей, дезорганизации работы технических средств, вывода из строя телекоммуникационных сетей, компьютерных систем, всего высокотехнологичного обеспечения жизни общества и функционирования государства» («Российская Федерация», 1996 г.).

Специалист-гуманитарий Татьяна Миронова дает свое определение информационному оружию, для нее и ее единомышленников это – «наиболее утонченное из всех видов вооружений, изобретенных человечеством: оно поражает душу человека, убивает совесть, стыд, национальную и родовую память, развращает душу соблазнами, развивает в человеке самые жестокие пороки – ложь, лицемерие, жажду наживы, эгоизм, безжалостность, цинизм.

Информационно пораженный человек превращается в двуногое животное, умеющее работать, есть, пить, веселиться, размножаться, но у такой особи напрочь убиты понятия веры, совести, стыда, долга, такая особь не способна подняться выше своих эгоистичных, корыстных желаний, у нее атрофированы понятия нации и Отечества, выжжены порывы творчества и способность к сопротивлению врагу – два высших свойства человека, которыми он служит Богу и своему народу. С помощью информационного оружия народ превращается в лето управляемую биомассу» («Советская Россия», 25 сентября 1997 г.).

Современное общество – это информационное общество. Таковы реалии жизни – без информации трудно представить существование человека. Почти вся его жизнь после работы в вечернее время проходит перед телевизором. Информационный вакуум днем заполняют радио, газеты, слухи и анекдоты.

Общество, боровшееся за признание права на свободу информации, сегодня уже задумывается об информационном терроризме. Но препятствовать ему трудно. На Западе еще в середине века ученые забили тревогу о сохранении личной жизни, о защите национальных интересов и о всесилии тоталитарной пропаганды. Именно тогда известный писатель Оруэлл написал свой роман-антиутопию «1984», в котором высказал опасения по поводу исключительной роли телевидения в информировании и влиянии его на умы людей. В его книге у каждого героя стоит невыключенный телевизор, диктующий и советующий им, как следует жить и поступать.

После разоблачений, подобных оруэлловскому, на Западе пропаганду стали воспринимать, как неотъемлемую функцию тоталитарного общества, сам термин приобрел негативный оттенок.

Россия, к сожалению, идет к преодолению информационного рабства своим трудным и кровавым путем.

Роль телевидения в информационной войне

Телевидение – самое действенное и разрушительное информационное оружие последних лет двадцатого столетия. Россия уже утратила статус самой читающей страны. Тиражи газет и журналов резко упали. И теперь не в каждой семье выписывают периодическое столичное или даже областное издание, но телевизор, безусловно, имеется в каждом доме.

В современной России, когда идет смена социально-политического курса и продолжается борьба западников с государственниками, роль телевидения значительно возросла.

Западники старательно решают, благодаря захвату и монополизации телевизионного эфира, свою проблему органического «вживления» нужных им идей в массовое сознание.

Телезрители в большинстве своем не догадываются о новом предназначении и роли современного телевидения и легко поддаются тому, что им каждый день вбивают в сознание и подсознание определенные стереотипы мышления, навязывают новые жизненные ценности, выводы, оценки. Телевидение в роли «доброго советчика и друга» подсказывает россиянину: что делать с ваучером, куда вкладывать деньги, какой фильм лучше посмотреть, каким политикам стоит доверять, с какими странами надо дружить… И в самый ответственный для страны момент телевидение уже не советует, а настойчиво рекомендует, прибегая порой к угрозам, за кого надо голосовать, а за кого ни в коем случае нельзя.

Проходит время, и обманутые вкладчики уже не видят на «голубом экране» удачливого Леню Голубкова. Миллионы людей, благодаря тому, что верят телевидению, были обворованы на крупные суммы. Потерпело фиаско и другое мошенничество – ни один гражданин не получил на выданный государством (в лице Л. Б. Чубайса) ваучер обещанные две автомашины «Волга». И бесконечный фильм «Санта-Барбара» оказался не таким уж интересным и безобидным. В нем не просто навязывались чуждые духовные ценности, а полностью размывались критерии между Добром и Злом. И усиленно рекомендуемый политик только на первый взгляд был созидателем, на деле же оказался разрушителем, демагогом и просто непорядочным человеком.

Почему телевидение так легко, без боя и сопротивления, взяло человека в информационный плен?! Человек может равнодушно относиться к воинствующему «мировоззрению» телевидения, которое безжалостно высмеивает и очерняет все почвенное, национальное. Не все должным образом изучали в школе исторический и духовный опыт страны, чтобы дать отпор инородному вторжению в сознание россиян. Однако человек не должен оставаться равнодушным и соглашаться с тем, что телевидение становится средством получения огромных доходов, оболванивания, зомбирования. Журналисты телевидения понимали, показывая Леню Голубкова, что это явное мошенничество. Телезритель тоже должен отличать заведомо ложную рекламу от добросовестной.

Если мы не в состоянии критически осмыслить деятельность телевидения, по достоинству оценить насмешки, коим подвергается русское национальное самосознание, если очевидное надувательство принимается за чистую монету, то телевидение, как информационное оружие, срабатывает безукоризненно. У человека свои законы, мораль, интуиция… У телевизионной империи – свои. И результат информационной войны заметен: народ уже страдает и материально, и духовно.

Роль телевидения в информационной войне крайне велика, потому так умело скрываются законы, по которым оно живет и по которым строятся передачи.

Телевидение в условиях информационной войны обязательно должно быть монопольным. И оно сегодня (основные каналы) принадлежит определенным политическим силам.

Монополизированное телевидение должно прикрываться самой высокой властью и быть в постоянной зависимости от тех, кто «кормит» журналистов. Тогда оно еще более опасно для общества – и, в силу этого, хладнокровно будет смешивать истинную демократию с псевдодемократией, Добро и Зло, пороки и добродетели, нравственную вседозволенность и свободу слова.

Телевидение в условиях информационной войны должно быть агрессивным и безысходно-пессимистическим. И оно сегодня сеет патологический страх, неверие в завтрашний день, недоверие к институтам государственной власти, тиражирует насилие, разврат, угрозы гражданской войны и голода.

Агрессивное телевидение необходимо реформаторам-западникам для того, чтобы отвлекать от социальных и политических проблем обманутый народ, чтобы запрограммировать демографический кризис и скрыть количество и причины самоубийств. Есть мудрое правило: приучая людей к мысли о бунте, вы готовите бунт. Агрессивное телевидение дня того и работает, чтобы в России не было бунта, а наоборот, чтобы царили правовая анархия, нигилизм, отсутствие воли к сопротивлению, безысходность, отчаяние, соглашательство. Выпуская в эфир поток черных новостей и пошлых фильмов, журналисты вызывают у людей чувство катастрофизма, причастность к тому, что происходит в стране. Гнетущее впечатление с каждым днем усиливается, стресс поддерживается… Отсюда доверие к журналистам, доверие к тому экономическому курсу, который они защищают. Кто усомнится в правильности проводимых реформ, если приходится преодолевать такие небывалые трудности, и правительство всякий раз говорит, что самое страшное уже пройдено?! Ощущение уставших и замученных людей объяснимо: с ними говорят, якобы, правдивым доверительным языком: смотрите, мол, какие трудности мы переживаем ради того, чтобы эти пережитки, страхи и невзгоды оставить в прошлом, чтобы экономика и ваше благосостояние завтра выросло. Попробуй тут не поверь, когда и оппозиционность к власти зримая, и жить по-собачьи надоело.

Телевидение в условиях информационной войны не должно быть патриотическим и национальным, оно обязано быть космополитическим. И оно сегодня таково.

Космополитическое телевидение боится показывать не только передачи о национальном самосознании русских, о их культуре, характере, вере, но это телевидение игнорирует башкирскую и якутскую, карельскую и чувашскую культуры. Не зря, видимо, в 1994 году на сахаровских чтениях Е. Боннэр подсказывала Президенту Ельцину, как обойтись без использования этнического имени русский. При этом тележурналисты демонстрируют развратные передачи и делают к ним лживые комментарии, будто соблюдение российских традиций есть проявление ханжества, возврат к лаптям. Речь же должна идти об элементарном уважении к устоявшимся духовным ценностям, таким, как верность, долг, честь, целомудрие, дружба. Для чего космополитическое телевидение делает из россиянина «гражданина мира»?! Только для того, чтобы прикрыть антинациональную политику в стране, чтобы инородцы и западники узаконили свою шаткую власть над страной и средствами массовой информации, чтобы в обществе насаждать общечеловеческие ценности и новый мировой порядок. Космополитическое телевидение никогда не покажет, к чему привело общепринятое атеистическое желание запихнуть эскимосов в европейскую систему экономических, бытовых и антирелигиозных ценностей. Эскимосы вне системы своих национальных координат – спиваются и вырождаются. Не будет настаивать телевидение и на том, чтобы кавказцы жили в юртах и носили оленьи шубы. Мешают и климат, и обычаи, и нравы. Разрушительные идеи о насаждении общечеловеческих ценностей может осуществлять только космополитическое телевидение. Оно в условиях информационной войны должно быть безнравственным и бескультурным. И вполне демонстрирует это.

Бескультурное телевидение должно преподносить людям легкость и упрощенность жизни, что жизнь – игра, что не труд и любовь, не культура и духовность, а простые, порой низменные желания человека, – вот смысл и ценность этой жизни. Иной раз и тележурналист покажет свою простоту: смотрите, мол, и я такой же, как вы! Вот почему на телевидении столь много серых и безнравственных фильмов, бессодержательных и убогих песен, никчемных развлекательных и игровых передач. Герои «голубого экрана» теперь не летчики и крестьяне, не романтики и физики, а воры, проститутки, киллеры, жулики и просто бездарные и бездуховные типы. У телевидения появляется даже свой узнаваемый язык общения с телезрителями – картавый, косноязычный, с применением криминальных жаргонов. Таким образом, телевидение, видимо, хочет быть еще ближе к обывателю, быстрее развязывается язык, но завязывается диалог и при этом снижается порог ответственности… К сожалению, бескультурное телевидение, занижающем: требование к морали и искусству, притягивает большинство обывателей и таким образом берет их в информационный плен.

Роль телевидения в условиях информационной войны высока лишь в информационном обществе и при отсутствии должной защиты, а также при потере человеком чувства национального самосознания.

Роль компьютера в информационной войне

Время танковых сражений проходит так же быстро, как прошло время меча и копья.

Появление в арсенале информационного оружия компьютера позволяет противнику начать войну внезапно, без переброски многочисленных дивизий и тяжелой техники. И если война начинается, то она начинается задолго до ее объявления, даже до развертывания такого мощного информационного оружия, как электронные средства массовой информации.

Телевидение, радио и газеты призваны обеспечить выигрыш в информационном противоборстве, добиться полной информационной блокады и психологически деморализовать личный состав противника. Компьютерное оружие в нынешний век информации используется в трех направлениях:

1) Компьютерный информационный шпионаж;

2) Компьютерное подавление и выведение из строя информационных сетей, систем и объектов противника;

3) Компьютерное информационное влияние на психику людей.

Появление компьютеров обеспечило быстрое управление войсками и техникой, сбор информации, качественное использование информационных ресурсов. Но компьютерные достоинства человек быстро научился превращать в недостатки. Чем шире становилась компьютерная сеть, тем чаще стали случаться компьютерные преступления. Вначале они носили чисто уголовный характер… У компьютерных преступников появились даже официальные имена: «хакеры», «информационные брокеры», «кибер-панки», «электронные взломщики», «бандиты на информационных супермагистралях». Первые компьютерные преступления зафиксированы были в начале 1980 года: в Италии в 1983 году из банков было украдено 20 миллиардов лир, а в США в 1998 году сумма украденного увеличилась уже до 500 миллионов долларов.

Самым громким судебным делом хакеров было дело Арманда Мура и его сообщников, которым удалось в 1989 году ограбить чикагский банк «Ферст нэшнл бэнк». Преступники проникли в электронную систему банка, подобрав нужный код, и перевели более 69 миллионов долларов из Чикаго в два банка Вены. Когда они переводили деньги на свои американские счета, их арестовали и осудили на 10 лет тюремного заключения.

Растет число компьютерных преступлений и в других странах. Так, в Германии ежегодно хакеры крадут из банков около 4 миллиардов марок. А всего хакеры взяли под свое влияние 25 стран.

В России подобные преступления зафиксированы в первые годы становления прозападно настроенной рыночной власти. Как только наши рынки были завалены зарубежными компьютерами, так уже в 1991 году из Внешэкономбанка было похищено 125 тысяч американских долларов. Особый натиск хакеров испытал Центральный банк России. В 1993 году здесь была пресечена попытка воровства 68 миллиардов рублей. А вообще с 1993 по 1995 годы этот крупнейший банк более 300 раз подвергался нападению и проникновению в компьютерную сеть.

В российских газетах все чаще стали публиковаться статьи о новом виде шпионажа и воровства. 25 декабря 1996 года «Московский комсомолец» опубликовал материал под заголовком «За ограбление банка впервые в России осужден хакер», в котором рассказывается о том, как сотрудник банка «Российский кредит» пытался через компьютер перечислить на собственный счет банковские средства. Газета «Сегодня» в том же 1996 году рассказала в материале «Скажи мне, какой у тебя банк…» о другой попытке внедриться в банковскую компьютерную систему Москвы. Из банка чуть не исчезли 375 миллиардов рублей и 80 миллионов долларов.

Первыми, как и положено, встревожились американцы… Здесь больше всего случается компьютерных преступлений. В 1994 году Объединенная комиссия США по вопросам национальной безопасности однозначно высказалась по поводу незаконных вторжений в компьютеры, – это «важнейшая угроза безопасности в этом десятилетии». Если учесть тот факт, что все крупные державы мира рассматривают Америку, как главного компьютерного шпиона, то становится понятным, откуда идет угроза не только внутренней, а и внешней безопасности.

Не меньшую угрозу представляет и компьютерное оружие, способное парализовать компьютерные центры, вывести из строя информационные сети и пульты управления. В 1996 году Борис Николин в журнале «Российская Федерация» подробно описал некоторые виды компьютерного информационного оружия, действующие в этом направлении:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50