Ана Стриана.

Детский сад



скачать книгу бесплатно

© Ана Стриана, 2017


ISBN 978-5-4485-8158-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Поля и Оля

Как хорошо было бы вообще никогда не появляться в этом мире! Люди почему-то считают жизнь сокровищем, хотя она почти полностью состоит из страданий. Буддисты это понимают и посвящают всю жизнь борьбе со своими желаниями, ведь если нет желаний – нет и страданий. Но любой, кто когда-либо любил и был охвачен страстью, как безумством, со мной согласится – это желание невозможно убить, от него невозможно избавиться.

– Полина! Быстро в зал, Марго приехала! – голос Лены вырвал меня из привычного погружения в океан мыслей.

Пришлось тащиться в торговый зал магазина, чтобы старательно делать вид, что я тут работаю.

Марго – это начальство. По сути, ее главная обязанность сводится к тому, чтобы несколько раз в неделю без предупреждения сваливаться как снег на голову и трепать нервы нам, продавцам. И, надо отдать ей должное, Марго неплохо справляется со своими должностными обязанностями.

Несмотря на мой врожденный талант притворяться мебелью и оставаться незаметной в любой обстановке, я все равно то и дело попадаю под раздачу. То платье криво висит, то свет не так падает, то новая коллекция до сих пор не развешена, хотя было сказано развесить ее еще пять секунд назад. Ничего особенного, обычный рабочий процесс.

Такое «счастье» стоило мне нескольких серьезных разговоров с родителями. Разговоры велись на повышенных тонах, пару раз даже пришлось бить посуду. Правда, била ее мама. Но в итоге, я впервые добилась от них того, чего хотела – выбрала трудовые будни вместо учебы. Конечно, как и все остальные родители, они хотели, чтобы после окончания школы я пошла получать высшее образование. Не то чтобы их сильно беспокоило мое будущее. Скорее, они хотели получить возможность хвастаться перед друзьями – мол, наша-то не хуже ваших.

Хоть сами они в это и не верили. Потому что я – Поля, а не Оля.

Что-то пошло не так с самого начала. Нас должно было быть двое – Оля и Поля. Кажется, нашему дедушке показалось очень смешным и оригинальным назвать так двух девочек-близняшек. И тогда, когда все мое семейство готовилось отметить наше рождение, где-то наверху произошел сбой, и живой на свет появилась только я.

Несмотря на то огромное горе, которое пришлось пережить моим родным, я в то время была счастливейшим человеком. Ничего не понимала, ничего не запоминала, жила инстинктами и не строила логических умозаключений. К сожалению, золотое время быстро кончилось.

С тех пор, как я себя помню (а помню я себя лет с трех, что вообще удивительно), я была постоянным разочарованием для своих родителей. Каждый раз, стоило мне сделать что-то не так, отец начинал ворчать, а мать, не скрывая своего разочарования, говорила, что если бы осталась в живых ее вторая дочь, она бы себя так не вела. Надо ли говорить, что я очень быстро научилась быть незаметной и исчезать из виду, чтобы лишний раз не навлечь на себя шквал упреков?

Моя сестра умерла, даже толком не начав жить, но я с самого раннего детства, на каком-то интуитивно-фантазийном уровне, чувствовала ее присутствие рядом с собой, да и родители не давали о ней забыть.

Оля оставалась полноправным членом нашей семьи, несмотря на то, что ее не было. И ее окружала всеобщая любовь. Любовь родителей, любовь ее сестры.

Сестры, которая должна была умереть вместо нее.

Я уже точно не помню, когда в моей голове зародилась эта мысль. Мне кажется, она созревала там много лет, удобряемая упреками и недовольством родителей. В детстве я задавалась вопросом: где же справедливость, если я, Поля, Полина, приносящая столько проблем и неприятностей своим родителям, жива, а моя добрая, милая, скромная и послушная сестра Оля умерла? Почему произошло именно так? И наконец, где-то в подростковом возрасте эта мысль приняла окончательную форму.

Умереть должна была Полина, а Оля должна была жить.

Но несмотря на это, я не чувствовала ни капли ревности или злости по отношению к Оле. Я действительно всем сердцем ее любила и считала единственным близким человеком. Именно поэтому я на протяжении всей своей жизни (с тех пор, как научилась писать) писала ей письма.

Человеку очень трудно одному. Особенно если с этим человеком никто особенно не общается даже в собственной семье. Плохо тебе или хорошо – рано или поздно это теряет значение, если этим не с кем поделиться. Любому человеку нужна хотя бы одна родственная душа, которой можно поведать абсолютно все. Совсем не обязательно это делать, но само ощущение того, что есть на свете хотя бы один человек, способный понять тебя и принять со всеми твоими мыслями и суждениями, какими бы странными они ни были, – похоже на счастье.

В своей умершей сестре я нашла идеального собеседника. Я могла рассказать ей абсолютно все, не опасаясь, что она меня не поймет или будет критиковать. Я писала ей обо всем, о чем думала, что было у меня на душе. А потом она даже начала мне отвечать…

– Полина, где ты ходишь? В магазине клиенты, я же предупреждала, что в подсобку можно заходить только тогда, когда никого нет и только по одному! И только на пару минут! – сегодня Марго была на удивление спокойна и явно в хорошем настроении.

– Я только на пару минут и зашла, а Лена была в зале. Все, иду работать, – я послушно кивнула в ответ на негодующий взгляд Марго и быстро самоустранилась, пристроившись рядом с клиенткой, которая перебирала висящие на вешалках юбки. Остальные претензии, видимо, будут адресованы Лене.

– Я могу вам чем-нибудь помочь? – Голосом робота и с улыбкой Моны Лизы произнесла я заученную фразу.

Женщина лет сорока повернулась ко мне, и я обмерла. В первую секунду мне показалось, что передо мной стоит Она. Но тут же я вздохнула с облегчением – показалось. Просто немного похожая женщина, но конечно же, такого просто быть не может, чтобы Она покупала себе одежду в этом скучном и нелепом магазинчике.

– Девушка, а у вас есть вот такая юбка сорокового размера? – спросила покупательница, как-то подозрительно глядя на меня. Я сообразила, что уже полминуты пялюсь на нее, а на моем лице наверняка отражаются все мысли, которые проносятся в моей голове.

– Эээ… да, я сейчас… посмотрю, – покраснев, я попятилась к спасительной подсобке, где можно было отсидеться под предлогом усиленных поисков заветной юбки минут пять, а если повезет – и все десять.

Меня всю трясло. Дрожащими руками я перебирала одежду, пытаясь найти юбку нужного фасона и размера, а заодно и успокоиться. У каждого в шкафу – свои скелеты. Но мои в последнее время упорно рвутся на волю, пугая меня до невозможности.

Я вдруг поняла, что стала видеть Ее слишком часто. Кажется, психоаналитики в таких случаях обычно начинают искать причины в детстве человека.

Детство

Мое детство было бы таким же обычным и незапоминающимся, как у тысяч (или даже миллионов) других людей – детский сад, обычная школа, музыкальная школа – если бы не одно но. Точнее, если бы не одна Она.

Она, кажется, пришла работать в детский сад сразу после окончания института. Молодая, красивая, улыбчивая и безумно милая. Впрочем, тогда Ее возраст и внешние данные для меня мало что значили. Но что меня сразу подкупило – Ее чувство справедливости и умение слушать и прислушиваться даже к маленьким людям, то есть к детям.

Тогда мне казалось, что сознание взрослых находится в каком-то другом, параллельном мире, и что попасть туда не так уж легко. А Она с легкостью строила для меня мостик, открывая дорогу в новый для меня мир.

Но это звучит уж слишком красиво. На самом деле, я больше чем уверена, Ольга Витальевна ничем меня не выделяла, просто любила детей и общалась с ними на равных. Она абсолютно правильно выбрала себе профессию, нашла свое призвание и, как бы пафосно это ни звучало, – навсегда изменила мою жизнь.

Те времена я помню смутно, но некоторые моменты прочно врезались в мою память. Меня интересует, как летают птицы – и Она рассказывает про то, как устроены их крылья. Мне интересно, где находятся люди до того, как рождаются. В моем воображении – бескрайний космос, тишина, спокойствие, вечность, «кладовая жизни». Она внимательно слушает, не перебивает и не отворачивается. Мне иногда хочется, чтобы я никогда не рождалась и осталась в том месте, говорю я. Она задумчиво улыбается и говорит, что самое хорошее у меня еще впереди. Я делаю вид, что верю. Меня уже давно не купить этими стандартными обещаниями и утешениями. Я иду вырезать из бумаги Маленького принца, а потом сажусь писать письмо сестре.

Сейчас странной мне кажется одна деталь – как я могла не замечать и даже не интересоваться, во что Она одета, с кем общается, как проводит свободное время, но всегда замечала, какое у Нее настроение, всегда чувствовала, если что-то случилось.

Однажды прямо за забором детского сада подрались двое мужчин. Один из них убежал, а второй остался лежать у забора – весь в крови и грязи. Тогда нас увели с прогулки раньше времени, подальше от этого ужаса. Но я все равно почти физически чувствовала, как напряжена и испугана Ольга Витальевна. Я старалась держаться к Ней поближе и мысленно забирала Ее волнение на себя. Тогда мне не обязательно было смотреть на Нее, чтобы видеть и чувствовать Ее состояние.

Это воспоминание отпечаталось в моей памяти так ярко, наверное, еще и потому, что впервые я стала свидетелем чего-то, что вывело взрослых и спокойных обычно людей из равновесия. Помню, многие мои тогдашние подружки ужасно перепугались, а мне было больше интересно, чем страшно. И мое воображение тут же рисовало мне картины того, как отважно я выхожу на улицу, готовая прогнать всех хулиганов и злодеев, посмевших испугать мою Ольгу Витальевну…

Смешно, конечно, теперь это вспоминать. Но чем больше я копаюсь в своей памяти, вспоминая события того времени, свои мысли и чувства, чем больше вчитываюсь в те письма, которые я писала своей сестре, – тем больше я убеждаюсь, что все это началось очень давно и безо всякого специального усилия с моей стороны, безо всякой видимой на то причины. Просто так, из ниоткуда. Разумеется, будучи ребенком, я не до конца осознавала, что именно со мной происходит. Но со временем мало что изменилось. Иногда мне кажется, что я просто застряла в детстве, оказалась закрытой в своем детском саду.

Сейчас для меня эти воспоминания – как путешествия в далекие плодородные земли моего прошлого, где все было так просто, так естественно, как сама жизнь. Теперь же у меня под ногами – выжженная пустыня, по которой ветер гоняет листы бумаги, на которых описана моя Земля обетованная…

Письма сестре

5 сентября, хххх года

Привет, сестренка!

Почему мне теперь снятся такие странные сны?

Сегодня мне приснился сон, что я превратилась в кузнечика и весь день прыгала. А потом пришел человек и затоптал меня за то, что я превратилась в кузнечика. Сначала мне снился сон, а потом я позеленела от этого сна. Поэтому теперь я – жаба.

Это колдунья захотела, чтобы все люди были зеленые. Я не смогла убежать из садика и превратилась в зеленого человека. Сейчас я не могу ни в кого превратиться, потому что колдунья хочет, чтобы я была жабой.

Меня Лиза толкнула в зеленую лужу, и я позеленела. Олечка, любимая моя сестренка, если бы ты не умерла, ты бы меня спасла.

13 сентября, хххх года

Привет, Олечка!

Сегодня к нам в садик пришла новая воспитательница. Ее зовут Ольга Витальевна. Ее уже все любят. Наверное, ты бы тоже ее полюбила. Как жаль, что тебя нет! Но я все равно тебя очень люблю, моя сестричка.

Ольга Витальевна меня спасла из лужи. Она очень красивая и спокойная, никогда не кричит. Она играет с нами в разные интересные игры. Еще она разговаривает с нами о разных интересных вещах. Мы ведь в следующем году пойдем в школу. А я не хочу в школу, Олечка. Если колдунья меня опять заколдует, в школе меня никто не спасет.

В садике мы играем в игру «заболеет – не заболеет». Кто заболеет, тот не придет в садик. Но я очень редко болею. А Саша и Андрей – очень часто.

Другая наша воспитательница очень злая. Она ставит в угол, когда не спят. Еще она ругается, когда не кушают. Ее зовут Людмила Васильевна. Первые буквы ее имени – Л и В означают «лютая ведьма». Лютая значит злая. Сегодня я всем это рассказала. Теперь почти никто с ней не разговаривает. Она выглядит кудрявой, как черт.

28 сентября, хххх года

Привет, Олюшка!

Сегодня был очень интересный день.

В садике на прогулке мы копали яму под забором. Если бы мы копали подольше, получилось бы метро, и по нему можно было бы уехать из садика. Мне очень хотелось его построить, но времени было мало.

Знаешь, где-то под землей есть разные тоннели, по ним ездят тележки, как на американских горках, и там есть разные комнаты. Комната отдыха, комната развлечений, комната для чтения. Однажды, когда я стану взрослой, мне подарят ключ от двери в подземелье, и я буду там жить. Эта дверь находится в подвале. Однажды мне приснился сон, и я ее увидела. И я увидела ключ от этой двери. Я только пока не знаю, где взять ключ от подвала. Недавно там был пожар, и дверь открыли. Я увидела, что там темно и страшно. Там очень много труб. Я их боюсь, потому что мне кажется, что они взорвутся, и я умру.

Олюшка, а тебе страшно было умирать?

17 октября, хххх года

Привет, сестричечка моя!

Я тебя очень люблю! Тебе снятся сны?

Мне сегодня приснился сон, что из города исчезли все взрослые, остались только дети. И было несколько человек (я и мои друзья), у которых было особенное задание. Поэтому мы ездили на белых пластмассовых мотоциклах. На них была одна особенная кнопочка. Если ее нажать, из мотоцикла вылетали мыльные пузыри. У девочек – в виде золотистых звездочек и луны, а у мальчиков – просто синие пузырьки. Ночью это было очень красиво. Поэтому мы ездили только ночью. Я уже не помню, что мы там делали, Олечка. Но я очень хочу себе такой мотоцикл, по-настоящему. Только не знаю, где его достать.

Может быть, когда-нибудь этот сон сбудется по-настоящему. Я бы хотела там жить, мне там очень понравилось. Олечка, а ты тоже живешь в таком вот сне? Интересно, как у тебя там все? Тебе там нравится?

Я иногда очень хочу остаться во сне, но мне надо просыпаться каждое утро и идти в садик.

29 октября, хххх года

Привет, Олюшка!

Знаешь, сегодня ночью к нам в садик прилетала ведьма. Когда мы вышли на прогулку, по всей земле были дырочки от ее каблуков. Но я не знаю, куда она потом улетела. Может быть, это была даже и Людмила Васильевна, потому что вчера ее не было.

Еще мы сегодня смотрели в люк. Он на улице, у самого забора. И там есть маленькая дырочка, чтобы в него смотреть. Сегодня мы слышали, как там воет волк, и глаза у него светятся красным. Если люк открыть, этот волк выпрыгнет и начнет всех кусать. Поэтому надо следить, чтобы он был всегда закрыт.

Но если ночью прилетит ведьма, она же может его открыть! Олюшка, а ты можешь всегда ночью следить, чтобы никто не открывал люк?

Еще у меня есть маленький стеклянный шарик, в котором видно другую планету. Это планета, на которой живет Маленький принц. Я видела его и змею, которая его укусила. Мне даже показалось, что я сама была на этой планете.

9 ноября, хххх года

Привет, сестренка!

Сегодня мне очень грустно. На улице дождь и холодно. В садике мне Алла Борисовна сделала книжку из альбома для рисования, и я в эту книжку теперь пишу стихи. Еще я записала туда одну считалку из книжки и стихотворение, которое сочинила Аня: «Дед Мороз не прилетал, мой фломастер не украл».

Еще сегодня в садике я сделала большого человечка из бумаги. Теперь он – мой друг. Вечером я читала ему «Маленького принца». Он все понимает. Мне кажется, он вот-вот оживет!

Я иногда думаю, что все это не по-настоящему. Что однажды все важные люди зайдут в мою комнату, и все будет по-другому. Как будто сейчас мы в кино. Все делаем понарошку. И Ольга Витальевна зайдет, и окажется, что она обо мне все-все знает. И о тебе, Олечка, тоже знает. Она тебя наверняка любит. Она всех любит.

Сегодня, когда мы с тобой разговаривали, она спросила, кто ты такая. Я ей рассказала, что ты моя сестра-близняшка, только тебя как будто бы нет, а я есть. Поэтому теперь она знает о тебе. Может быть, ты тоже сможешь с ней поговорить? Попробуй!

Сегодня Ольга Витальевна спросила нас о красоте. Как мы думаем, что красивое, а что – нет. Маша сказала, что красивая золотая рыбка, потому что она покрыта блестящим золотом. А мне кажется, что все красивое, даже пауки и лягушки. Но я никому не сказала, потому что все смеялись бы. Может, только Ольга Витальевна не смеялась бы. Она никогда надо мной не смеется, она очень хорошая. Иногда она сидит за своим столом, а я сижу за ее стулом на полу. Мне там очень хорошо.

Наверное, когда я вырасту, мне будет всегда хорошо…

Прощание с детским садом

Счастливое время под названием «детство», как это обычно бывает, закончилось быстро. Для меня переломным моментом стало прощание с детским садом. Точнее, не с самим заведением, конечно. Но я на тот момент отчетливо понимала – впереди другая жизнь, другие люди, и прийти сюда просто так, «пообщаться» я, конечно же, уже не смогу. Поэтому последний день в детском саду стал первым в моей жизни днем «траура», скорби и печали – я проревела весь день, чем ввела в заблуждение родителей.

Они подумали, что я не хочу расставаться со своими друзьями-одногруппниками, и даже записали меня в ту же школу, куда шло большинство из них. И уж конечно, истинная причина моего состояния не могла им и в голову прийти. Но к детскому психологу меня, на всякий случай, тоже сводили.

И наверное, в тот день вся эта история могла бы и закончиться. Мало того, я не могу сказать, что после этого я лично предпринимала какие-либо попытки что-то изменить и сопротивляться течению жизни, которое несло меня вперед.

Вся моя жизнь, в общем-то, и была движением по течению. В школе я училась средне, особого интереса учеба у меня не вызывала. Единственное, что меня увлекало – это литература. Все свободное время я проводила с книгами или с тетрадкой, в которой писала письма сестре и вообще все, что приходило в голову, что казалось важным и волнующим для меня в тот момент. Благодаря этому, сейчас я могу оглянуться назад, в свое прошлое, и увидеть в нем гораздо больше подробностей.

То, что когда-то казалось непонятным, странным и выходящим из ряда вон, сейчас выстраивается в одну общую картину. А может, мне только кажется, что я никак не могла повлиять на свое будущее и на то, что со мной происходило и происходит. Может быть, мне просто хочется в это верить.

После школы я не стала никуда поступать. Вместо этого я нашла себе работу. Работа продавца – конечно, не самая престижная, но зато не сложная. Главное – за нее платят. Деньги не большие, но на тот момент для меня главное было – свои. Больше всего мне хотелось наконец стать финансово независимой от родителей.

Так я стала продавцом в магазине женской одежды. Работала я под чутким руководством Марго – истеричной и самовлюбленной особы лет сорока. Выглядеть, правда, она пыталась на двадцать – следила за молодежной модой, старалась напялить на себя все, что «сейчас модно», да и вела себя порой как тупая малолетка. Но это не мешало ей постоянно всеми командовать. В том числе, и мной.

Так проходили лучшие годы моей жизни – в скучном торговом центре, под окрики Марго, среди женского тряпья и манекенов.

Манекен

Пока я искала юбку и приходила в себя, в подсобке появились Марго и Лена, продолжая начатую до этого жаркую дискуссию на вечную тему «все мужики – сволочи». Как я уже успела понять, данная тема была чуть ли не основой и фундаментом для любых разговоров между женщинами, которых я причисляла к разряду «самок».

Минимум интеллекта, максимум инстинктов, и вуаля – перед вами самая настоящая самка. И попробуйте с ней обсудить прочитанный недавно сборник стихов Бодлера или особенности философии декаденса, например. Будет смотреть как на психически больную, а потом вздохнет и скажет что-нибудь вроде: «Когда же ты себе уже мужика найдешь нормального?».

Отыскав нужную юбку, я поскорее вышла в зал, чтобы не быть вовлеченной в разговор, который не представлял для меня никакой ценности и значимости. Покупательницы, правда, в магазине уже не было. Магазин был пуст – конец рабочего дня, полчаса до закрытия, все работники торгового центра потихоньку собираются домой.

У меня в руках все еще была вешалка с юбкой. Я повесила ее рядом с другими, и вдруг мой взгляд упал на стоящий в витрине манекен. Что-то в позе и осанке этой пластмассовой фигуры напомнило мне мою далекую и недостижимую, как луна для мухи, мечту. Я пригляделась и поняла – на манекене было синее обтягивающее платье, безумно похожее на то, в котором я так часто видела Ольгу Витальевну в дни своего беззаботного детства, проходившего в детском саду.

Я подошла поближе и поняла, что внутри меня поднимается вихрь воспоминаний и чувств, который до этого момента я удачно скрывала, подавляла, и пыталась сделать вид, будто их никогда и не было. Но они были. И они вдруг вырвались наружу.

Манекен начал меняться. Кожа потеряла пластмассовый блеск и стала мягкой и бархатистой. Волосы чуть завились, на плечи легли мягкие темно-русые локоны. Передо мной, несомненно, стояла живая женщина. Живое воплощение моей мечты. Она стояла ко мне спиной в такой непринужденной позе, словно мы вместе гуляли по городу и остановились посмотреть уличное шоу. Она стоит ко мне спиной, но я знаю – стоит мне позвать Ее, и Она повернется.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное