Яна Гаврилова.

В объятиях Тумана



скачать книгу бесплатно

Течение настоящей любви

Никогда не бывает абсолютно ровным.

У. Шекспир


Пролог

Первая любовь? Чувство способное разрушать города? Маленькая драма, наполненная первыми разочарованиями и огорчениями, но которая совершенно точно остается с человеком до конца его дней. Одним это чувство приносит безграничное счастье, дарит способность парить и видеть мир в розовом цвете, а к другим вместе с этим чувством приходят лишь боль и страдания.

К сожалению или к счастью, но моя первая любовь была именно такой.

Мне было всего пятнадцать, когда я впервые полюбила. Конечно, на тот период времени мне казалось, что это навсегда. Была ли я счастлива? Да! По крайней мере, насколько об этом можно судить в столь юном возрасте. Он был для меня тем самым принцем, о которых пишут в наивных детских сказках или любовных романах с предсказуемым хэппи-эндом.

Мы познакомились случайно, впрочем, как и положено по закону жанра. Заглянув лишь один раз в горящие глаза янтарного цвета, я поняла, что пропала. Утонула, лишившись всякой возможности на спасение. Спасательным кругом служил голос моего разума, который упрямо твердил, что этот парень опасен, и нужно держаться от него как можно дальше, но и он не смог продержаться долго и затих под натиском влюбленного сердца.

На него просто невозможно было не обратить внимание. Привлекательный, высокий брюнет моментально покорил мою неискушенную девичью душу. Меня не пугало ни его тело, покрытое агрессивными татуировками, ни репутация заядлого бабника и неисправимого бунтаря, ни разница в возрасте составляющая четыре года. В его биографии не было ни одного светлого пятна: многочисленные приводы в полицию, алкоголь, наркотики. Но несмотря ни на что я полюбила его. Впервые и по – настоящему.

Тем не менее, рядом со мной он был другим.

«Ты заставляешь меня хотеть быть лучше».

– говорил он и я верила. Я верила в него, как ни верил никто. В него и в наше совместное будущее.

Мы гуляли по ночному городу, держась за руки, ели клубничное мороженое и разговаривали. Обо всем. Мы строили планы, смеялись, представляли наш общий дом, с бежевыми стенами, большим камином и золотистым лабрадором.

Но все это так и осталось несбывшимися мечтами. Он провожал меня домой и возвращался в свой привычный мир, в котором все наши мечты растворялись в бокале с дешевой выпивкой.

А я продолжала верить и надеяться.

Так прошел почти год. С каждым днем он становился все раздражительнее. Теперь он не пытался быть лучше даже ради меня. Не раз он приходил ко мне пьяным или накуренным, не стеснялся говорить о своих любовных похождениях и уже не прятал презервативы во внутренний карман куртки. Он просил прощения, клялся, что такого больше не повториться, что он измениться, и я верила.

Снова.

«Если ты уйдешь, я окончательно пропаду».

«Ты нужна мне. Не оставляй меня».

«Я безумно люблю тебя».

Но всякому терпению однажды приходит конец и чаша моего оказалась переполнена. Несмотря на всю любовь, я понимала, что того хорошего, что было между нами недостаточно и необходимость оборвать ту нить, что удерживала нас вместе намного сильнее тех чувств, что все еще теплились в моем сердце.

Спустя год бессмысленных терзаний, душевных переживаний, ссор и примирений, я, наконец, разорвала этот замкнутый круг.

«Я буду ждать. Когда-нибудь ты вернешься ко мне».

Это были его последние слова адресованные мне.

Но я больше не верила.

Глава 1
Лекс

Когда твоя жизнь висит на волоске, ты невольно начинаешь переосмысливать свои поступки. Почему ты поступал именно так? Правильно ли это? И где именно допустил ошибку? Я всю свою сознательную жизнь совершал ошибки и делал такие вещи о которых многие люди бояться даже думать. Теперь я тоже стараюсь о них не вспоминать, но увы человеческая память не чертова флешка, которую можно отформатировать одним нажатием кнопки. А это, мать вашу, хреново!

В моей жизни однажды тоже наступил тот момент, когда я понял, что пора все изменить. Нет, я не заболел смертельной болезнью и не побывал в заложниках у террористов на борту самолета. Я просто потерял. Лишился самого ценного и светлого, что было в моей никчемной жизни. И это одна из тех вещей, за которую я не смогу себя простить никогда.

Теперь, спустя десять лет, я не тот конченый придурок, для которого нет ничего дороже жмени улетной травки или стакана паленого портвейна. Я другой, и я вернулся исправлять ошибки.

Я вышел из здания аэропорта и в лицо тут же ударил поток свежего весеннего ветра. Вдохнув полной грудью, я перекинул спортивную сумку через плечо и, натянув на глаза «авиаторы» отправился ловить такси. Несмотря на ранний час, солнце нещадно припекало голову, а в воздухе чувствовался запах приближающегося лета.

Я подошел к желтой машине с «шашечками» и заглянул в приоткрытое окно:

– Hi, Guy! Are you free? (Привет, парень! Ты свободен?)

Перехватив недоуменный взгляд водителя, я понял, что говорю по-английски. Я довольно долго не пользовался родным языком. Это и не удивительно, учитывая тот факт, что последние восемь лет я проживал на родине Генри Форда и Марка Твена.

– Shit. Простите, вы свободны?

Водитель кивнул:

– Да, конечно. Куда тебе?

Я назвал адрес и, кинув сумку на заднее сиденье, устроился в салоне автомобиля, насквозь пропитанном запахом табака и лимонного освежителя.

– Ты не похож на иностранца, – бросил таксист, выруливая на главную дорогу.

Я улыбнулся.

– Так и есть. Просто долгое время жил и работал в штатах.

– Понятно. Ну и как оно там?

Я вынул из кармана пачку сигарет и вопросительно посмотрел на водителя. Курение единственная зависимость из прошлого, от которой я так и не смог избавиться. Дождавшись утвердительного кивка, я прикурил и с наслаждением затянулся. Крепкий дым заполнил легкие, после чего последовало легкое головокружение.

Выдыхая дым в открытое окно, я откинул голову и ответил:

– Дома лучше.

Дом. Такое простое слово из трех букв, но, сколько важного и ценного оно несет в себе. Именно сейчас сидя в прокуренном салоне автомобиля и слушая бессмысленную речь водителя, я, наконец, ощутил себя дома.

За те восемь лет, что я провел в другой стране, я так и не смог назвать ее домом. Потому что именно здесь я родился, выкурил свою первую сигарету и впервые влюбился. Все мои воспоминания остались в этом маленьком городе.

Здесь осталась она.

Смотря в окно, на проплывающий мимо городской пейзаж, я искренне удивлялся переменам, произошедшим за время моего отсутствия. Некогда тихий спокойный городок, стал похож на крупный мегаполис с изобилием торговых центров, выхлопных газов и вечно спешащих людей.

Я покинул этот город десять лет назад в надежде изменить свою жизнь. И я один из тех, кому это удалось.

Она могла бы мной гордиться.

Такси въехало в один из тех районов, которые принято называть «неблагополучными», остановилось около пятиэтажного панельного дома, в котором я провел девятнадцать лет своей жизни. Все те же серые стены, расписанные причудливыми рисунками и матерными выражениями, та же детская площадка со скрипучими качелями и деревянной песочницей, те же клумбы, усеянные пестрыми цветами.

Только я уже не тот.

Расплатившись, я покинул автомобиль и под озадаченный взгляд таксиста зашагал к подъезду. Видимо он откровенно не понимал, что такого, как я привело в это забытое богом место. Уверен, мужик был бы менее удивлен, зная меня прежнего.

Поднявшись по каменным ступеням, я замер у обшарпанной двери с номером «восемь». Вставил ключ в замочную скважину. Два оборота против часовой стрелки. Я шагнул в квартиру, словно сделав шаг в прошлое. Здесь все точно так же, как и в день моего отъезда. Занавески в голубой горошек, старенький телевизор и прожженный диван, застеленный коричневым покрывалом. А еще запах. Застарелый запах дешевых сигарет и сырости.

Когда – то в этой квартире жила счастливая семья. Отец, мать и их девятилетний сын. Отец водил сына на рыбалку и учил кататься на велосипеде. Мать вязала шерстяные носки, а по выходным пекла блины с черничным вареньем.

Все разрушилось в тот момент, когда отец потерял работу и от безысходности схватился за стакан. Поначалу мать пыталась бороться, а потом махнула рукой и они стали пить вместе. Фактически родителей у меня не стало уже тогда, а технически через два года после того, как я уехал. Я даже не могу точно сказать, что испытал, когда мне сообщили трагичную весть. Я пообещал приехать и выслать деньги на похороны. Деньги выслал, но приехать не смог. А может, просто не захотел.

Настойчивый звук мобильного разорвал тишину, развеяв навязчивый дым воспоминаний. С экрана на меня смотрело улыбающееся лицо моей девушки Лии.

– Привет, милая.

– Здравствуй, дорогой. Как ты? – нежный голос Лии действовал на меня, как самый лучший антидепрессант. Не понимаю, как у нее это получается? С первого дня нашей встречи она стала для меня подобием лекарства. Чудодейственной панацеей способной излечить от болезненных ощущений в сердце.

Таблетка от любви.

– Я в порядке. Как ты?

На той стороне провода послышался тяжелый вздох Лии.

– Скучаю по тебе. Возвращайся скорее.

– Я постараюсь.

– Хорошо. Люблю тебя. Пока.

– Пока, детка.

Я отключился, так и не ответив на ее признание. Мне определенно хорошо рядом с ней, комфортно, но те чувства, которые я испытываю к Лие нельзя назвать любовью.

Я смог полюбить только однажды.

С Лией Бруно мы познакомились около трех лет назад на одном из благотворительных вечеров. До сих пор не понимаю, что во мне нашла дочь итальянских аристократов, не знающая недостатка мужского внимания. Она словно ангел ворвалась в мою жизнь и спасла меня.

Я прошелся по квартире, открыл окна и балкон и сделал в голове заметку заполнить холодильник.

В моем телефоне храниться номер лишь одного человека из прошлого, с которым я поддерживал связь все эти годы. Я набрал номер и несколько секунд тишину нарушали монотонные гудки. И когда я уже готов был прервать звонок, на другом конце провода раздалось:

– Здорово, Туман…

Глава 2
Валерия

– Как вы считаете, лилии Кессельринга подойдут для свадебного букета?

Я сидела в своем кабинете, третий час подряд выслушивая сумасшедшие идеи очередной невесты доморощенного сноба. Моя голова будто налилась свинцом, и каждое движение причиняло невыносимую боль. Все о чем я мечтала, это принять огромную таблетку болеутоляющего и забраться в горячую ванну. Но эти клиенты платили двойную цену за срочность, поэтому мне просто было необходимо получить этот заказ. Я растирала пальцами пульсирующие виски и отчаянно пыталась сосредоточиться на лилиях Кессельринга и розах Флорибунда. Боже, моя голова готова разорваться только от одних названий, не говоря уже о том изобилии ярких красок, от которых рябит в глазах.

– Я думаю, для свадебного букета подойдут абсолютно любые цветы. Главное, чтобы вам нравилось.

Невеста задумалась, отбивая ритм длинными пальцами с безупречным французским маникюром по деревянной столешнице моего стола. Для моей головы этот звук был подобен звуку отбойного молотка, и я стиснула зубы с такой силой, что услышала их жалобный скрежет. Переведя взгляд на жениха – сноба, я нахмурилась. Он даже не пытался притвориться, что ему на самом деле есть дело до происходящего. За все время пребывания в моем кабинете, он оторвался от своего смартфона всего несколько раз и не произнес ничего красноречивее «Да» и «Не знаю. Решай сама».

– Придумала! – воскликнула невеста, и я подпрыгнула от испуга. Голову снова пронзила боль, и я едва не выругалась.

– Я хочу букет из вот этих цветных ромашек, – она ткнула пальцем на изображение герберы, – и чайных роз. Мне кажется, будет потрясающе! Что скажешь, милый?

«Милый» лениво поднял голову и буркнул:

– Не знаю. Решай сама.

Я решила брать ситуацию в свои руки и ни в коем случае не дать девице передумать. Не могу же я, в самом деле, провести в компании этой «идеальной пары» вечер пятницы.

– Вот и отлично! – хлопнув в ладоши начала я, – К понедельнику наши флористы подготовят для вас несколько вариантов, и вы сможете выбрать понравившийся букет.

– Думаю, это нам подходит.

Блондинка поднялась со своего места и потянула за собой своего будущего мужа.

– Тогда, мы заедем к вам в понедельник?

– Да, конечно. И подумайте, пожалуйста, над дизайном свадебного торта…

– Непременно! У меня уже есть несколько идей, но я…, -затараторила девушка и я подумала, что мне все-таки придется заночевать в офисе, но мне на выручку пришел жених, чем не мало удивил меня.

– Дорогая, нам пора. Если ты не забыла, у нас запланирован ужин с родителями. Ты прекрасно знаешь, как моя мать относиться к опозданиям, поэтому нам лучше поторопиться.

– Да, ты прав. Мы действительно засиделись. До свидания, Валерия.

– Всего доброго! – чересчур радостно прокричала я, но ради бога, кого это волнует?

Когда за клиентами закрылась дверь, я не смогла сдержать вздох облегчения. Неужели, этот сумасшедший день подходит к концу?

Я собрала бумаги и журналы, разбросанные по столу в папку, и убрала в сумку с намерением поработать дома. Выключив ноутбук и погасив свет, я заперла офис на ключ. Теперь домой. Буквально через пятнадцать минут я, наконец, исполню свою мечту о горячей ванне.

Медленно шагая по тротуару, я слушала размеренный стук собственных каблуков и наблюдала, как город постепенно погружается в сумерки. Вот пожилой седовласый грузин по имени Иракли закрывает свою фруктовую палатку, возле бара «Студент» собираются веселые компании молодых любителей ночных развлечений, а одноногая эмигрантка из Израиля Авива, сидит на своем привычном месте и просит милостыню. И как всегда, проходя мимо нее, я роюсь в кармане пальто в поисках мелочи и кладу в протянутую ладонь несколько монет.

– Храни тебя Господь, – произносит Авива и я, кивая головой, с улыбкой продолжаю путь, чувствуя, как она смотрит мне в след.

За несколько лет, все это стало настолько привычным, что теперь мне с трудом вериться, что когда-то все было иначе. Будто я всю жизнь ходила этой самой дорогой, улыбалась израильтянке и покупала свежие апельсины у Ираклия. Жизнь чертовски непредсказуема и я знаю, что однажды наступит тот день, когда я достану из кармана пальто копейки, но вместо морщинистой руки увижу пустоту. И это неизбежно.

Погрузившись в мысли, я не заметила, как добрела до дома. Квартира встретила меня звенящей тишиной. Мой муж востребованный архитектор. Совсем недавно он получил крупный заказ на строительство торгового центра и теперь буквально живет на работе. Вечера я обычно провожу в компании развлекательных телепередач, кулинарных шоу или захватывающего любовного приключения на страницах книги. Меня вполне устраивает моя жизнь и все, что в ней происходит. Я любима, желанна, у меня хорошая работа и нет, не единого шанса на то, что я позволю этому когда-нибудь измениться.

Скинув туфли и пальто, я блаженно растянулась на диване даже не потрудившись переодеться. Я слишком устала!

Знакомая мелодия внезапно разлетелась по квартире, заставив меня улыбнуться. Не меняя своего положения, я нащупала рукой сумку, которая продолжала вибрировать. Смотреть на экран не было никакой необходимости, потому что эта композиция принадлежала только одному человеку – моему мужу.

Проведя пальцем по сенсорному экрану, я ответила.

– Алло?

– Дорогая, ты уже закончила? – мягкий, бархатистый голос мужа доносился из динамика, приятно лаская слух.

– Да, я дома. Что-то случилось?

– Случилось, – в голосе Олега слышалась интригующая улыбка, когда он продолжил, – у меня в кои-то веки выдался свободный вечер, поэтому я подумал, может, ты хочешь сходить куда-нибудь? В театр, например? Проведем вечер вместе. Что скажешь?

Что я скажу? Скажу, что уже несколько месяцев мечтала услышать от него нечто подобное. Как я уже говорила, с тех пор, как Олег начал работу над своим выдающимся проектом торгового центра у него совсем нет времени на развлечения. Точнее у него нет времени на собственную жену, что бывает и впрямь очень досадно.

– Конечно! Было бы здорово! – я в буквальном смысле завизжала в трубку. Плевать, на лопнувшие барабанные перепонки Олега. Он сам виноват, что довел меня до подобного состояния, что при словах «театр» и «вечер вместе», я радуюсь, как ребенок в парке аттракционов.

– Отлично! Мне нужно закончить одно дело, так что у тебя будет время собраться. Надеюсь, пары часов будет достаточно?

– Да, конечно.

– Тогда, до скорой встречи. Целую тебя.

Олег отключился, а я радостно подскочив с дивана, подошла к зеркалу. На меня смотрело отражение привлекательной девушки двадцати шести лет, с каштановыми волосами длиной ниже плеч и зелеными глазами.

«Твои глаза похожи на два изумруда, переливающихся в лучах весеннего солнца».

«Мое сердце всегда будет принадлежать девушке с зелеными глазами».

У меня перехватило дыхание от внезапно нахлынувших воспоминаний, и я поспешила отвернуться от зеркала.

Что это такое было?

Мне срочно нужен душ.

Я слишком много работаю.

Глава 3
Лекс

Меня разбудил настойчивый стук в дверь. Я повернулся на другой бок в надежде, что если игнорировать незваного гостя он уйдет. Видимо не в этот раз. С каждой секундой стук становился все громче.

– Fuck! Кого там еще принесло?

Я встал с кровати и потащился открывать с желанием пересчитать зубы человеку, стоящему за порогом. Весь день я занимался делами, посетил местный супермаркет, где стойко выдержал флирт продавщицы из овощного отдела и даже прибрался в квартире. Раз уж мне пришлось остановиться в этом подобии дома нужно постараться сделать его хоть немного уютнее.

Я резко распахнул дверь.

– Какого черта?!

– Нормально ты старого друга встречаешь. Мог хотя бы притвориться, что рад меня видеть. Как был козлом Туманов, так и остался.

Увидев старого друга, желание выбивать зубы вмиг испарилось.

– Князь?! Князь! Привет, дружище! Ну конечно, я рад тебя видеть. Заходи.

Друг зашел в квартиру, и мы пожали друг другу руки. После чего я совсем расчувствовался и крепко обнял этого громилу.

Макс Князев мой единственный друг из прошлого. Все эти десять лет мы время от времени созванивались и общались по «скайпу». Он был той ниточкой, связывающей меня с родиной.

Когда-то ни одна драка не обходилась без участия Князя и Тумана, а наши имена знали в каждом отделении милиции. Он так же, как и я оставил все это дерьмо в прошлом. Теперь Макс Князев владеет сетью итальянских ресторанов, по выходным играет в большой теннис, а через пару месяцев станет мужем женщины, которая через полгода сделает его отцом. Невероятно!

– Я тоже рад тебя видеть, болван. Ты что спал? Ты время видел?

– Да какая разница? В стране, где я жил последние десять лет сейчас, – я посмотрел на часы – семь утра, так что все в порядке. Ну, давай проходи.

Мы прошли на крошечную кухню, и я включил чайник.

– Кофе будешь?

– Давай.

Макс огляделся, прикуривая сигарету.

– Слушай, а тут вообще ничего не изменилось. Прям как десять лет назад.

– Скучаешь по тому времени?

– Если честно иногда бывает. А ты?

Скучаю ли я по тому отрезку времени, когда моя жизнь была похожа на мусорную яму, и каждый день я рисковал оказаться за решеткой? Конечно, нет. Скучаю ли я по той, которая несмотря ни на что заставляла меня держаться на плаву? Определенно, да.

– По некоторой его части, – уклончиво ответил я, насыпая кофе по чашкам.

– А ты…, – начал Макс, но его прервал звонок телефона. Моего телефона. Звонили на рабочий номер, а значит проигнорировать звонок, было плохой идеей.

– Извини. Нужно ответить.

Друг махнул рукой, как бы говоря «валяй».

– Фог. Слушаю.

Да, когда я покинул страну, я изменил не только жизнь, но и имя. Теперь меня зовут Алекс Фог.

– Здравствуйте, мистер Фог. Это Саманта.

– Привет, Саманта. Что-то случилось?

– Извините, что беспокою. Это по поводу бельгийцев.

– А что с ними?

– Они подняли цену на поставку автозапчастей почти на десять процентов. Мы продолжаем с ними сотрудничать?

Чертовы, бельгийцы.

– Сэм, вышли мне на почту документы и копию договора. Я просмотрю и дам тебе знать. И будь добра напомни Стивену, что я все еще жду финансовый отчет, и если он не хочет остаться без работы ему лучше поторопиться.

– Да, сэр. Что-нибудь еще?

– Это все. Спасибо, Сэм.

– Всего хорошего, мистер Фог.

Я свернул разговор. Макс сидел, откинувшись на спинку стула, и с задумчивым видом барабанил зажигалкой по столу. Когда я посмотрел на него, друг произнес:

– Да, Туманов не думал я, что ты так высоко взлетишь.

Усмехнувшись, я ответил:

– Никто не думал друг. Даже я.

– Кстати давно хотел спросить, почему именно Фог?

Я недоверчиво уставился на друга.

– Ты шутишь? – он отрицательно качнул головой.

Я фыркнул.

– Потому что Фог переводится, как «туман», вот почему. Учи английский, дубина! – сказал я и несколько раз легонько стукнул кулаком по лбу Макса. Он возмущенно отмахнулся и снова закурил. Иногда мне кажется, что этот человек не расстается с сигаретой даже во сне. Кстати говоря, именно Макс научил меня курить сигареты. Это произошло, когда нам было по двенадцать лет. Он стащил у своего отца пачку «Опала» и мы направились к местному водохранилищу. До сих пор помню, как сильно мне понравились ощущения того, как едкий дым поглотил легкие и просочился в каждую пору. Я больше не смог отказаться от этих ощущений и после этого стал так же, как и друг таскать сигареты у отца. А все остальное мы научились курить уже вместе.

Какое-то время мы просидели в молчании, нарушаемое лишь стуком капель воды о металлическую поверхность раковины. Не знаю, о чем думал Макс, в то время как в моей голове крутился вопрос, который я так и не решался задать.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2