Яна Егорова.

Воспитатель



скачать книгу бесплатно

Глава 1

Зеленоград. Детский сад номер восемь. Планерка. Собрались все наши… работницы. Директриса сегодня в платье, как будто сейчас не первое декабря, а восьмое марта. Припудрила отвратительную бородавку на своем носу-картошке, губы намазала ярко-красной помадой.

На сцену выходит новый работник. В зале тишина. Никто не дышит. Мужчина в обычном свитере и джинсах. По залу мимолетно проскальзывает запах дорогих сигар. Все молчат. Зильберман гордо произносит:

– Знакомьтесь, Константин Белявский, наш новый воспитатель. Лучший детский воспитатель прошлого года. Получил награду из рук самого, – Ираида Альбертовна показывает указательным пальцем в потолок, намекая тем самым на того, выше кого в нашей стране только звезды, – ну, вы понимаете меня, – довольно резюмирует Зильберман. – Девочки, прошу любить и жаловать! Константин Викторович займется второй младшей группой, малышами от двух до пяти.

В зале аплодисменты. Все в счастье. Не бьюсь в щенячьем восторге, пожалуй, только я. Да! У меня сегодня отвратительное настроение! Выпал первый снег и по дороге на работу я сломала каблук. Это были новые сапоги! Плюс – не выспалась. Маленького Эдика из моей группы вчера забрали не в положенные полшестого, а только в десять вечера! Опять опоздала домой, к своим двоим. Сын жалуется, сколько можно на работе пропадать? Все о чужих забочусь, а о своих не помню. И как мне собственному сыну объяснить, что не могу, в первую очередь, морально не могу бросить двухлетнего мальчишку, у которого и без того проблем, так еще и мать о нем постоянно забывает. Не бросать же мне его на ночную няню! Ну, не могу я так.

Бесит. Что-то этот воспитатель совсем не похож на воспитателя. Разве воспитатели курят дорогие сигары? А я, поверьте, узнала этот запах. Шеф моего бывшего, наведывался к нам домой несколько раз. И курил что-то такое. Еще лекцию целую прочитал в первый же день, о дороговизне настоящих кубинских.

Ладно, это. Да и рожа у него… Наглая! И не надо крошить на то, что у меня ПМС. Нету! Был уже! А злюсь я из-за того, что мы с детьми, по требованию Зильберман, только успели приступить к репетиции танца зайчиков к новогоднему утреннику, а меня сорвали, почти в чем… В чем была! Представьте, кто тут самый главный заяц?! Естественно! И, хорошо бы, какой клоунский костюм подсунули, так нет – на мою пятую и весьма упитанную, с которой я никак не могу согнать лишние килограммы, пришлось натянуть короткие черные шортики! Под них, разумеется, натянула белые колготки – иначе совсем разврат получается. А верх – белая майка. Плюс шапка с ушами и мои очень выпуклые формы(чрезмерная выпуклость коих заставила моего бывшего бросить меня с двумя детьми) и – класс! Только перед таким мужиком и появляться!

Естественно, по счастливому стечению обстоятельств, незамужняя доченька директрисы, выглядит просто «шарман»! И почему мне так не везет?! В кои-то веки, в наш бабский коллектив занесло хищника, а не очередную газель, любительницу травы и булочек.

И как всегда, Катя в пролете! Да, ешки же поварешки!

– Смирнова! Это ты там недовольно пыхтишь?! – шикнула на меня Ираида Альбертовна, разумеется, «воспитатель года» мгновенно заметил зайца. И от меня не укрылось идиотское выражение его лица! Да он чуть было не расхохотался! Вот, же…

Нет, ну, неужели, только я заметила на его руке, на секунду выскользнувшие из-под рукава дорогие часы? Стоимостью как минимум в миллион рублей? Что это, блин, за воспитатель такой?! С нашей-то зарплатой? Кого он воспитывает с такими замашками и бицепсами?! И даже побриться не потрудился, тоже мне, в садик он пришел!

И ХВАТИТ УЖЕ ГЛАЗЕТЬ НА МОИ ТОЛСТЫЕ ЛЯЖКИ!!!

– Смирнова! – Зильберман от злости покраснела, словно закипевший чайник.

– Ираида Альбертовна, можно я пойду? – процедила сквозь зубы я, заметив краем глаза, как к единственному представителю мужского рода в нашем коллективе, активно подгребает ее свободная от каких-либо отношений доченька. – Меня дети ждут…

– Никуда ты не пойдешь, Смирнова, – уничтожила мои надежды на спасение старая черепаха. – Константин возьмет вторую группу, а твоя первая. Так что. Поможешь, введешь его в курс дела. Давай, давай. Вам еще подменять друг друга. Давай, отрывай свой заячий хвост от казенного стула.

Вот, гадина! Прямо при всех! И при этом! Так подло обратить всеобщее внимание на мою неприлично большую филейную часть! Ух… и подсыплю я ей как-нибудь слабительного в кофеек!

Глава 2

– Какой тебе отпуск, Белявский? Куда ты собрался? На Багамы? Решил на покой уйти, миллионы свои потратить? Это, скажи спасибо, что мы не нашли истинные источники твоих богатств, товарищ подполковник!

Дама в строгом черном костюме ткнула пальцем с красным ногтем в сторону своего собеседника.

– И прекрати эти свои наглые ухмылочки, Константин Викторович! – женщина разозлено стукнула приличных размеров кулаком по рабочему столу в кабинете директора Бюро Превентивного Удара. Офис бюро находился в самом сердце столицы, и полностью занимал одно из современных стеклянных зданий, в которое простому смертному вход был заказан. Поправив короткие белые волосы у себя на голове, Крылова продолжила:

– Зачем тебе этот отпуск?

– Отдохнуть хочу, – вальяжно развалившись на стуле напротив и все-таки ухмыльнувшись, ответил подполковник.

– Да, конечно, отдохнуть! Рассказывай эти сказки кому-то другому. Зачем тебе внедряться в детский сад? Детей пугать? Мы и без тебя можем этот анализ взять, мог бы просто попросить.

Константин с удивлением отметил ноты обиды в голосе директора бюро. Валентина Леонидовна никогда не отличалась сентиментальностью. Женщина-боец, она была грозна не только из-за своего роста и крепкого телосложения, но и потому, что в пятьдесят лет получила генерала, а также стала руководить БПУ. Крылова координировала десятки операций, которые он со своими бойцами успешно выполнял, жестко, хладнокровно. Будто бы это и не женщина была, а крутой мужик.

– Валентина Леонидовна…

– Белявский! Не перебивай меня! Зачем тебе в этот садик?! Ну, заявила твоя бывшая, что у тебя есть ребенок. А вот ты не знаешь, что твои «честные» миллионы не могут хоть кого-то заинтересовать! Все бюро в курсе, что ты у нас самец бесплодный! Зачем тебе ДНК мальчишки? Еще и лично его взять решил. Глупости!

– Валентина Леонидовна, – перебил он, наконец, начальницу, – вы совсем не можете допустить, что я могу верить в чудеса? – хмыкнул боец, посмотрев на Крылову с иронией.

– Кто? Ты?!! – расхохоталась та в свою очередь. – Ага, еще скажи, что в Деда Мороза веришь. Самая пора – первый снег выпал. Белявский. После тех рек крови, что ты после каждого задания оставляешь за собой, а нам приходится все это зачищать, ты еще скажи, что дома в машинки играешься!

– Может быть, и играюсь.

– Да, – фыркнув и мгновенно изменив настроение, парировала Валентина Леонидовна, – в настоящие. Новую Мазерати купил? Не хвастался еще! Нет, положительно, – увидев кислую мину своего своенравного подчиненного, директриса попыталась немного взбодрить последнего, – ты там, в своем доме от одиночества с ума еще не сошел? И зачем тебе двадцатиэтажное здание? Квартиры будешь продавать, ненормальный? Наши уже интересуются ценой. Нет, надо тебя куда-то подальше отправить. В Штаты полетишь? Есть у нас тут одно дело, не твой, конечно, уровень, но…

– Валентина Леонидовна, – подполковник поднялся со своего стула. Ему надоело это слушать, к тому же мыслями мужчина уже давно был на полпути в Зеленограде. – Валя. Я беру отпуск. Когда вернусь – не знаю. Не присылай за мной никого.

– Белявский! Не вздумай бед натворить! – крикнула Крылова вслед уже удалявшемуся подполковнику. – Убедишься в своей бездетности – возвращайся обратно. Ко мне приезжай, – уже тише добавила глава БПУ, обернувшемуся к ней Константину, – хлопнем коньяку по старой памяти. Дурак ты, Костя. Ну откуда у тебя дети? Судьба у нас такая. Заработал бабки, неважно каким путем, есть задания – радуйся. Иначе, такие одинокие волки, как мы с тобой, дуркой свою жизнь заканчивают. Смерть, это еще хорошо. Достойно. А вот дурка – это не наш вариант. Нет, и не будет у нас семей. Наше с тобой призвание – стране служить, людям. Так что, Костик, удостоверишься, и дуй обратно. Не засиживайся в отпусках. А я тебе пока дело подходящее подберу.

– Посмотрим, – глухо ответил подполковник, и привычно прикурив толстую сигару, вышел из кабинета начальницы.

– И воспиталок не вздумай топтать! – крикнула Крылова в спину этому дуболому. – Мачо недоделанный…

Валентина неодобрительно покачала головой и, открыв верхний ящик своего рабочего стола, достала пачку сигарет. Щелкнув отечественной зажигалкой, которую только сегодня утром заново заправила газом, с удовольствием прикурила. Отклонилась на спинку своего кресла и прикрыла веки.

Ну, вот. И Белявский туда же. Держался, держался и все равно понесло. Это нормально. Для них, для солдатов, защитников своей страны, это нормально. Если рано не убили – ты начинаешь все больше и больше погружаться в спасение человечества, жертвовать собой во всех смыслах. А потом вдруг, после очередного трупа, задумываешься. Был человек, и нет человека. И у большинства есть что-то за спиной. Не деньги или успехи. А семьи. Кто-то, кто придет к тебе в больницу и принесет, чертовы апельсины. Или куриный бульон. Кто-то, кто будет держать тебя за руку, когда ты будешь подыхать, в лучшем случае, в больничке. Кто-то, кто принесет задриппаный цветок к тебе на могилку.

Валентину Леонидовну Крылову особенно волновал именно куриный бульон. У них с Белявским похожие судьбы – волки-одиночки. Ее родных, как и его, убили. Давно, очень давно. У Белявского родителей и невесту, у нее только родителей – но этого было достаточно. Вполне достаточно для того, чтобы бросить сентиментальные глупости, забыть о семье и посвятить свою жизнь уничтожению террористов. Но рано или поздно, после сотен дел, выпустив, наконец, пар, ты вдруг оборачиваешься и вспоминаешь про куриный бульон.

Про то, как ты приходишь домой, а там тебя кто-то встречает. На улице зима, в доме тепло и пахнет горячей едой. Это то, ради чего стоит жить.

Или убивать.

Крылова затушила сигарету и совсем по-мужски хмыкнула. Ладно, пусть отдохнет Костик. А вдруг у него получится? Нет, то, что пацан не его – сто процентов. Но сменить обстановку – ему тоже не помешает. В конце концов, Белявский как никто другой заслужил этот отпуск и право на личной счастье.

Хотя… Крылова все равно решила, что в магазин сегодня за коньком заедет. День-два, и подполковник явится в гости. К гадалке не ходи.

Глава 3

– Смирнова! – практически гавкнула на меня директриса. – Иди сюда. Заодно решим вопрос с новогодним утренником. У нас теперь в коллективе появился мужчина! – просияла Зильберман. – Вам, дорогой наш, Константин Викторович, придется играть сразу две роли. Разумеется, Деда Мороза, в паре с очаровательной Софьей Марковной. Вы за Мороза, Софьюшка, как и каждый год, за Снегурочку, – Ираида Альбертовна буквально лопаясь от гордости, обратила внимание нового воспитателя на свою дочурку. Идеальную блондинку, потерявшуюся где-то в шестидесятых. Фигурка у нее, конечно, кукольная, ни в какое сравнение с моей. И личико, как у барби. Она, как знала, нарядилась в розовое платье-футляр, напудрилась, губы розовой помадой намазала, ресницы накладные налепила. Разумеется, новый заинтересуется такой красотой.

Нет! И почему меня волнует, кем он там заинтересуется?! Держу пари, он уже прикидывает, как «Софьюшка» будет шикарно смотреться в костюме снегурочки!

– Смирнова! Я что тебе сказала?! Иди сюда! – Ираида мне даже погрозила кулаком.

Пришлось подняться со стула и направиться к сцене, продемонстрировав присутствующим свою попу в узких черных шортиках с позорным пушистым хвостом, болтающимся на ней, как…

Я итак покраснела от стыда, а посмотрев в лицо этого…

Засранца, мерзавца, паршивца… Блуд… блудливого рыжего кота!!! Который только что, нагло скользнул уверенным взглядом мачо по моей фигуре, после чего хищно оскалился и, проведя большими пальцами по линии ремня, подчеркивающем его каменный, идеальный торс, упер руки в бока! Все равно, что облизнулся!

– Константин Викторович, а со Смирновой Екатериной и ее группой малышей вам придется сыграть серого волка.

Да к чему играть! Он и без того хищный, беспринципный волк!!! Лыбится тут…

– С удовольствием, Ираида Альбертовна, – улыбнулся негодяй, и подал мне свою руку! Вроде как помочь взобраться на сцену. Даже не взглянула в его сторону, и без него обойдусь.

– Костюмы у нас есть, Константин Викторович, правда, до вас у нас папы играли, и, боюсь… вы значительно крупнее последнего. Но ничего, мы перешьем, делов-то!

– Я с огромным удовольствием сыграю волка, – как будто не слыша, что говорит его новая начальница, извращенец все же поймал мою руку и, изображая из себя джентльмена, на которого он и близко не был похож, поднес ее к своим ужасным, отвратительным, безумно горячим, грубым, шершавым, наглым, своевольным… губам…

И все это на глазах у всех наших теток! Нет, блин! Ему очень повезло, что мы на работе. Иначе… иначе я бы ему врезала! По этой наглой… по этой… ай, ладно! Об этом я уже говорила.

В общем, обошлась тем, что резко выдернула свою руку из его хищных лап и от греха подальше сложила руки на груди. Спрятав ладони подмышки.

– Ираида Альбертовна, – стараясь не обращать внимания на отвратительного воспитателя, сказала я, – меня дети ждут, если можно, я уже пойду.

– Ой, да иди уже, Смирнова! – сморщилась старая карга. – Позже все обсудите насчет репетиций. Иди. А мы пока с Константином Викторовичем и Софьюшкой обсудим выступление Деда Мороза и Снегурочки.

– А как же волк? – услышала за своей спиной его насмешливый голос.

– Что? Волка вы и позже успеете обсудить. Успеется, успеется еще!

Уходя со сцены и направляясь к двери в коридор, прямо таки своей пятой точкой ощущала, как бессовестный взгляд паршивца сфокусировался на моем несчастном заячьем хвостике!

Глава 4

Какой очаровательный заячий хвостик! Вправо, влево, вправо, влево… Ммм… Я уже готов сказать Вере спасибо, что устроила для меня все это развлечение! И пухлые губки у девушки настолько аппетитные, что я почти забыл, зачем сюда приехал. Особенно понравились голубые глаза, столь активно секунду назад швырявшие в меня молниями!

Так мы будет работать рядом? Что ж, мой отпуск обещает быть интересным. Спасибо, Вера, спасибо!

Явившись ко мне с заявлением, что после единственной нашей ночи, у тебя теперь растет сын – ты меня порядком рассмешила. Давно знаю, что абсолютно бесплоден, здесь Валя права. Лет десять назад я бы лишь рассмеялся в ответ на подобное заявление, но не сегодня. Мне уже сорок один и, честно признаться, Валя права со своим куриным бульоном, о котором она всегда твердит в конце каждой нашей с ней посиделки. Надоело мне все это. До чертиков. Бабы. С телом, но без души. Как Вера. Глупые все, деньги унюхают и понеслась. Пока был молодым, еще надеялся найти единственную, как мой отец маму. Уверен, они бы и сейчас были бы вместе.

Если бы остались в живых.

Нет, все-таки надо проверить мальчишку, а вдруг… Вдруг…

– Константин Викторович, пойдемте с нами, Софочка заварит вам кофейку перед первым рабочим днем!

К своему удивлению, нехотя оторвал взгляд от заячьего хвостика и повернулся к директору детского сада. Софочка, говоришь…

* * *

– Зайки мои, теперь похлопаем и… пры-ы-жок! Еще раз, поверну-у-улись и… присели! Вот так вот! Молодцы!

Пять лет работаю здесь и никак не могу перестать относиться к своим зайчатам, как к собственным детям. Малыши с двух до пяти лет. Совсем крохи. Наша задача с Кариной Эдуардовной научить их первым и самым основным умениям. Одеваться, говорить, завязывать шнурки, быть в обществе, и прочее, и прочее, и прочее.

Но ведь они же все живые. Учеба – это одно, но малышам ежесекундно нужна забота и любовь. Ласка. И обнять, пожалеть, подбодрить, показать каждому, как правильно. Бывает только на то, чтобы собрать всех на улицу, завязать шнурки, шарфы, проверить все ли надето, только на это больше двадцати минут уходит. Кто-то один расстроится и вся группа подхватит. И так каждый день. А потом в конце смены обязательно придут недовольные родители и сделают выговор. А почему мой ребенок простыл? Вы его, наверное, плохо одеваете, плохо кормите, плохо воспитываете. Вот, как этот, например. Что заявился минуту назад к нам в группу, даже уличную одежду не снял и стоит, снимает на свой телефон танец ребенка. Хотя, я почему-то думаю, что его камера совсем не на ребенка направлена.

Это папа Лены Боярской, наглый тип. Вроде бы каким-то бизнесом занимается, но мне сомнительно, потому что на лице у него ни одной извилины не отражается. Если это, конечно, можно назвать лицом. Да и костюмчик его спортивный, весьма красноречиво говорит о том, что данный субъект является любителем семечек и заседания в позе на корточках.

– И еще раз подпрыгнули, и присели! Подпрыгнули и… присели! Мо-лод-цы!

– Молодой человек, зачем вы воспитателя снимаете на камеру? – услышала, как моя нянечка, Кариночка Эдуардовна, сделала замечание папе нашей воспитанницы.

– А че, бабка? – хрюкнул незваный гость. – Посмотри, какая жопа! Вот своим братанам покажу! А еще лучше, в сеть выложу! Во поржем!

– Молодой человек, если вы здесь не из-за детей, то покиньте, пожалуйста, помещение. У нас здесь нельзя в верхней одежде! – сорвалась моя бедная напарница.

Карина Эдуардовна в будущем году будет отмечать юбилей – пятьдесят лет. Женщина невысокая, но полненькая. Неравнодушна к выпечке так же сильно, как и к детям. Наш божий одуванчик, который никогда и никого не обидит, но за детей будет стоять горой.

– Старая, не мешай, – цыкнул на Кариночку негодяй и липко так, противно оскалился.

Я уже прикидывала в уме, как избавиться от хулигана, чтобы не напугать детей, в том числе и его же собственную дочь, как вдруг моя помощь не потребовалась. Мы все замерли с открытыми ртами, когда фактически из ниоткуда, в помещении материализовался наш новый воспитатель и, мгновенно оценив ситуацию, схватил за шкварник, словно нашкодившего щенка, нарушителя, после чего выволок последнего наружу.

– Ой, Катенька, – Кариночка попятилась назад и прикрыла ладонями рот, за ней тут же повторили это движение все остальные присутствующие обезьянки. – А это кто?

– Это? – поморщившись от резкого звука (похоже, там, за дверью, упало что-то впечатлительно тяжелое) ответила я. – Наш новый воспитатель. В группе, – сделала паузу, интуитивно на мгновение вжав голову в плечи, потому что там снова что-то об кого-то ударилось, – Антонины Серафимовны будет работать.

– А-а-а, – протянула нянечка, – ну… харизматичный мужчина…

Мы снова всей группой вжали головы в плечи, потому что за дверью стукнуло совсем громко. Через секунду вернулась в исходное положение и с подозрением посмотрела на Кариночку Эдуардовну. Интересно, когда это она успела оценить его харизматичность?

– А ты… – что-то хотела, по всей видимости, спросить няня, но не договорила.

Дверь в группу беззвучно открылась, и в комнату нетвердой походкой вернулся слегка помятый папа Лены Боярской. Жиденькие волосы на голове, очевидно, кто-то их предварительно заботливо пригладил, а вот телефон в его рту красноречиво говорил о… теме мужского разговора, только что «мирно» свершившегося в стенах нашего достойного детского сада, который, сегодня, похоже, и в самом деле обзавелся «харизматичным» воспитателем.

– Мовно рыона сапыру? – мужчина что-то попытался нам сказать, но, как вы понимаете, с электронной штуковиной во рту, это достаточно затруднительно сделать.

– Что, милый? – переспросила Кариночка, и даже наклонила голову в бок, чтобы лучше слышать посетителя.

– Офна ыонка ыпыру? – повторил тот.

– А? Ребенка заберешь? Нет, – нянечка мотнула головой и мягонько так помогая развернуться к выходу, сказала, – ты, милый, ступай домой. А за дочкой пусть мама приходит. Понятно тебе?

– Аду, асафта, – папа Леночки безуспешно попрощался, кивнул и скрылся за дверью. Нам лишь оставалось посмотреть ему в след.

Наш же новый воспитатель, поправляя свой ничуть не помявшийся свитер, подошел ко мне, чуть склонившись, а так же понизив голос, подмигнул и спросил:

– Может ли смелый рыцарь надеяться на сладкий поцелуй от спасенной им прекрасной барышни?

Подарила ему в ответ красноречивый взгляд, о том, чего этот самый рыцарь может дождаться, если продолжит свои нехитрые подкаты в том же ритме.

– Катя, Катя! – посмотрела вниз. Маленький Эдик подбежал ко мне и подергал за край шорт. Он всегда так делал – просился ко мне на руки, если чего-то боялся. Мальчишка по неизвестной причине плюс ко всем своим проблемам, до жути пугается взрослых мужчин.

Подхватила ребенка на руки, но нашего прыткого воспитателя, даже это не остановило.

– Так как насчет?

– Будет тебе поцелуй от барышень, – раздался за его спиной голос Кариночки Эдуардовны, – иди сюда, рыцарь!

Я не удержалась от улыбки, когда нянечка заставила здоровенного мужика, только что выставившего внушительного хулигана за дверь, наклониться и, обхватив его мускулистую шею, притянула к себе, а затем смачно чмокнула в щеку, оставив после своего поцелуя яркий след красной помады на его небритой щеке.

– Вот тебе! Спаситель наш! От всей души!!!

Я ожидала, что этот франт поморщится или как минимум состроит недовольное лицо, но он наоборот, просиял!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4