Ян Мортимер.

Средневековая Англия. Гид путешественника во времени



скачать книгу бесплатно

Цифра в 100 тысяч налогоплательщиков в тридцати крупнейших городах говорит нам о том, что примерно 170 тысяч человек – шесть или семь процентов населения королевства – городское население. В Англии есть еще около двухсот торговых городков с населением более четырехсот человек. В целом более двадцати процентов англичан живут в городах – пусть даже и в маленьких городках, где обитает не больше ста семей[2]2
  Если население Англии составляло 2,5 миллиона человек, из которых не менее 170 тысяч жило в перечисленных тридцати городах, а среднее население оставшихся 200 городов составляло 650 человек, то доля городских жителей – 12 %. Другие авторы предполагали, что в XIV веке в городах жило всего 5 % населения (например, Platt, Medieval Town, р. 15, на основе работы Лоуренса Стоуна), но эти цифры основаны на предположении, что в городах жило всего 150 тысяч человек. Только в сорока крупнейших городах жило около 190 тысяч человек (по списку Хоскинса). Так что реалистичнее предположение, что в городе жил каждый седьмой англичанин (14,3 %), как указано в Dyer, Standards, р. 23, или даже каждый пятый (20 %), как предполагается в Dyer, Everyday Life, XV


[Закрыть]
. Из этого следует, что большинство живет в сельской местности и появляются в городах только по необходимости. Они приходят и уходят домой, унося с собой то, что купили, или пригоняя скот, который собираются продать. Именно эти постоянные приходы и уходы, это движение делает средневековый город таким энергичным и живым.

Городские дома

В городах живут самые разные люди – и, соответственно, дома, в которых они обитают, отличаются большим разнообразием. Самые красивые и престижные вы уже видели – они стоят на самых широких, больших и чистых улицах, которые практически всегда идут от главных ворот к центру города. Но не все горожане обитают в роскошных трехэтажных домах. Вы, безусловно, заметите и маленькие переулки, иногда всего шесть – семь футов шириной. Там темно, потому что балконы верхних этажей нависают над проезжей частью: между окнами третьих этажей домов, расположенных друг напротив друга, иной раз бывает всего три – четыре фута. В домах, стоящих в переулках, очень мало света, и, скорее всего, они не окружены даже самыми маленькими участками земли. Некоторые переулки больше напоминают грязные тропинки. Если слуг, чтобы убирать их, нет, а сами домовладельцы об этом не заботятся, то переулки очень быстро становятся мокрыми, вонючими и в целом не слишком приятными. Пройдитесь по такому переулку зимой в дождливый и туманный день, и ваше впечатление о богатстве и гражданской гордости развеется. Капли дождя падают в широкие грязные лужи, через которые вам придется как-то пробираться, а из-за почти полного отсутствия освещения (из-за туч, закрывших солнце, и нависающих над улицей домов) цветов вы практически не различите – все будет серым.

А затем вы увидите струйки воды, текущие между ведрами требухи и кухонного мусора, выставленными возле дома; они несут жидкости, выделяемые гниющей едой, на улицу. Когда вы пройдете здесь в следующий раз, уже по засохшей грязи, то в ваши ноздри сразу ворвется гнилостный запах.

Эти двух– и трехэтажные дома находятся еще далеко не на самом дне «иерархии» зданий. Пройдя по нескольким темным переулкам, вы увидите, что от них ответвляются еще более узкие дорожки. Самое густонаселенное место города – районы из маленьких улочек и тропинок, которые иной раз в ширину всего три – четыре фута. Именно там вы найдете самые бедные дома: низкие одноэтажные террасы старых деревянных зданий без нормального фундамента, разделенные на комнаты, которые сдаются внаем. Возраст этих домов легко определить по ставням на окнах, висящим вкривь и вкось, а то и вовсе отвалившимся. Кровельная щепа осыпается с крыш, заросших мхами и лишайниками и покрытых птичьим клеем. Тропинки и переулки, ведущие в эти трущобы, больше напоминают вонючие канавы – по сути, они одновременно служат еще и канализационной системой. Там стоят самые обветшалые дома в городе – но, поскольку они находятся не на главной улице и никак не угрожают «гражданской гордости» (потому что их не видят ни путешественники, ни богачи), городские власти не заставляют владельцев постоянно их ремонтировать. Если дверь открыта, то в полумраке вы, возможно, разглядите единственную комнату, разделенную на две неравные части: в маленькой спят дети, а в большой спят и готовят еду взрослые. Туалета часто нет – только ведро, которое выносят в Шитбрук. Жители этих домов практически все время проводят на работе; едят они на улице, а естественные нужды справляют где получится, в идеале – в муниципальных туалетах на городском мосту. Их дети тоже растут вне дома, играя на улице. Именно эти оборванцы окружили вас, когда вы только подошли к городским воротам.

Гуляя по улицам и переулкам средневекового города, вы неизбежно наткнетесь на высокую стену. Это не большая стена, окружающая все поселение, а какая-то из более мелких, стоящих вокруг монастыря или жилища богатого рыцаря, прелата или лорда. В большинстве городов территория собора тоже будет окружена стеной: в дневное время ворота открыты, но вот ночью внутрь не пускают никого. Старые монастыри, построенные еще в саксонские времена, обычно стоят в центре города. В любом городе есть хотя бы одно религиозное здание, окруженное стенами, а в некоторых городах их больше десятка. Из-за этого пространство в дефиците даже в сравнительно больших городах. Иногда для монастырей и огороженных религиозных территорий выделяют до трети площади города. Добавьте к этому десятую часть для королевского дворца, примерно столько же – для приходских церквей, и станет ясно, что почти всему населению приходится помещаться на половине площади города, причем лучшие места занимают большие дома богачей. Приезжие, соответственно, ютятся в маленьких хижинах, построенных либо на месте снесенных старых домов, либо вдоль церковного двора. Очень немногим обитателям этих трущоб удается скопить достаточно денег, чтобы перебраться в районы, где живут успешные торговцы и вольные горожане.

Вернитесь на рыночную площадь или главную торговую улицу города и оглядитесь вокруг. Обратите внимание: почти все дома узкие и высокие, редко шире пятнадцати – шестнадцати футов. Большинство из них трех– или четырехэтажные, со ставнями по обе стороны незастекленных окон. Раз дома узкие и высокие, значит, на рыночной площади их поместится больше, и, соответственно, на ней сможет работать больше торговцев и ремесленников. На первом этаже вы увидите большую дубовую дверь, ведущую внутрь. Рядом с дверью – витрина лавки. По ночам и в воскресенье ее закрывают, и больше всего она напоминает деревянную баррикаду на большом окне. Но вот в торговые часы нижнюю створку опускают, и она превращается в прилавок, а верхнюю – поднимают и закрепляют, чтобы она прикрывала товары от солнца и дождя. Внутри может располагаться мастерская – например, кожевника, ювелира, портного, сапожника или другого ремесленника. Другие торговцы – например, мясники или продавцы рыбы – обычно работают на улице, стоя перед витриной, а помещение лавки используют как склад. В любом случае торговец с семьей живет на верхних этажах того же дома. Только самые богатые купцы, специализирующиеся на торговле заморскими товарами, строят склады отдельно от жилищ. Благодаря такой тесной связи жилья и рабочих помещений многие лавки весьма богато отделаны: черепичные или шиферные крыши или торчащие резные балки. На некоторых домах даже вырезаны или нарисованы гербы или геральдические животные.

А потом вы зайдете за угол и увидите совсем другие дома – намного больше и стоящие боком к улице. Ваше внимание тут же привлечет остроконечное сторожевое здание с зубчатой башенкой или продолговатый деревянный дом с закрытыми балконами, нависающими над дорогой. Это дома самых богатых и важных горожан. Точно так же, как ремесленники группируются вместе – красильщики у водоема, торговцы тканью на Клот-стрит, мясники на Бутчерс-роу, – самые влиятельные жители города тоже живут поблизости друг от друга, на самых широких и длинных улицах. Там вы найдете дом крупного финансиста по соседству с жилищем рыцаря или архидьякона. В начале века эти дома были деревянными, но с течением времени их перестраивают, так что к 1400 году большинство богачей живут в красивых и надежных каменных зданиях с печными трубами и застекленными окнами. Именно поэтому, оказавшись на улице с богатыми домами, вы обязательно увидите рядом с несколькими из них строительные леса. Если приглядитесь поближе, то окажется, что леса сделаны из связанных друг с другом жердей из ольхи и ясеня, на которых лежат доски из тополя; на них с помощью системы лебедок поднимают камни и корзины с черепицей. Именно таким способом избавляются от обветшавших останков зданий XIII века, заменяя их новыми большими постройками.

Даже этими жилищами – от однокомнатных хижин в трущобах до высоких купеческих домов и широких каменных особняков, принадлежащих богачам, – не ограничивается разнообразие городских построек. Кроме них, есть, например, аккуратные дома каноников и других служащих из соборного квартала, где вы обязательно найдете не только жилые помещения, но и скрипторий, часовню и библиотеку. Если говорить конкретно об Эксетере, то там есть еще и королевский замок с древним сторожевым зданием (уже в 1372 году, когда замок посетил Черный принц, ему было больше трехсот лет). На главной улице стоит ратуша, рядом с собором – дворец епископа, а за стеной собора – колледж певчих (которые исполняют мессу в соборе). Лучшие гостиницы с вывесками над широкими сводчатыми воротами стоят на главных улицах. В башнях сторожевого здания живут некоторые гражданские служащие. Если же говорить о низах общества, то для приезжих иной раз выделяют спальные места в амбарах и конюшнях, щедро рассыпанных по всему городу. Многие дома сдают в субаренду, так что в трех старых купеческих домах запросто может размещаться с десяток бедных семей. Кроме того, существуют еще монастырские гостиницы, дома призрения и богадельни. А когда вы покинете город и выйдете в предместья, то не сможете отделаться от мысли, что, хотя людей в городах живет сравнительно мало, разнообразие построек намного больше, чем в любом современном городе – несмотря на то что население там в двадцать – тридцать раз больше.

И последнее. Прежде чем уйти, обернитесь и в последний раз окиньте взглядом главную улицу. Вы заметили, что дороги – чуть ли не единственные общественные места? Нет ни публичных парков, ни садов; большие открытые площади, не использующиеся в качестве рынков, для Англии тоже редкость. Улица – единственное место, доступное абсолютно всем. В ратуше могут собираться только вольные горожане, в приходской церкви – только прихожане. Когда люди собираются в больших количествах, обычное место встречи – именно улицы, зачастую – базарные площади или перекрестки. Именно там сообщают новости глашатаи, выступают жонглеры и проповедуют монахи. Но рыночная площадь – лишь центральная точка разветвленной сети разговоров. Слухи распускают люди, встречающиеся в переулках и на аллеях, в лавках, на самом рынке или у фонтанов с водой. Средневековый город – это не только здания, но и пространство между ними.

Лондон

Путешествие в средневековую Англию не будет полным, если не посетить Лондон. Это не только крупнейший город Англии, но и самый богатый, энергичный, загрязненный, вонючий, сильный, разноцветный, жестокий и разнообразный. В течение большей части столетия в соседнем городе Вестминстере, соединенном с Лондоном длинной и богато украшенной улицей Стренд, постоянно заседает английское правительство. Если точнее, Вестминстер стал постоянным местом заседаний английского правительства. В 1300 году правительство все еще было «странствующим» – чиновники следовали за королем в его путешествиях. Но с 1337 года Эдуард III начал размещать гражданских служащих в одном месте – в Вестминстере. Его канцлер, казначей и другие государственные чиновники издают документы в конторах, для которых определены постоянные места. После последнего заседания в Йорке (1335) парламент тоже обычно собирается в Вестминстере. Ричард II устроил шесть из двадцати четырех заседаний парламента, прошедших при нем, в других местах (Глостере, Нортгемптоне, Солсбери, Кембридже, Винчестере и Шрусбери), но это лишь укрепило всех в мысли, что Вестминстер – лучшее место для заседаний парламента, к тому же тогда их легче будет посетить простолюдинам. Все эти новшества, а также связи Лондона с европейскими торговцами и банкирами лишь упрочили положение столицы. Ее важность как экономического и политического центра к концу века выше, чем у всех остальных английских городов, вместе взятых.

Гостей Лондона поражает увиденное: огромное количество домов, лавок, широких улиц (шире двадцати футов) и рынков. Они рассказывают о лебедях, изящно плывущих вверх по реке, и о белых арках Лондонского моста. Их завораживает вид сотен маленьких лодочек, снующих по Темзе. Днем на пристанях идет кипучая деятельность, связанная как с местной, так и с международной торговлей, – в порт заходят корабли водоизмещением до сотен тонн, везущие купцов и товары даже из Балтийского или Средиземного моря. Не меньшее внимание приезжих привлекают и огромные толпы. К 40 тысячам постоянных обитателей столицы присоединяются путешественники и деловые люди из всех уголков христианского мира. Очень многие из них одеты в роскошные бархатные, атласные и камчатные костюмы, так что вам остается лишь таращиться на их одежды, смотря, как они в сопровождении слуг выходят из одной лавки и заходят в другую.

Лондон – город огромных контрастов, как, собственно, и любой другой большой город. На улицах – даже на главных – там и сям стоят бочки с тухлой водой, якобы на случай пожара, но куда чаще в них кидают гниющий мусор. Несколько улиц, на которых осталось хотя бы подобие покрытия, настолько плохо вымощены, что булыжники способствуют скорее сохранению луж, чем безопасному проезду. На остальных улицах глубокая грязь сохраняется вообще круглый год. Лондонцы, несомненно, скажут вам, насколько зловонна эта грязь после прошедшего дождя (как будто вы сами этого не чувствуете). Тем не менее это еще далеко не худшие проблемы Лондона. Вонь от куч навоза, гнилых овощей, останков рыбы и внутренностей животных создает санитарные проблемы таких масштабов, которые невозможно представить в других английских городах. Постоянно в городе обитают 40 тысяч человек, а временами там бывает сразу 100 тысяч, и всем им требуется есть и опорожнять кишечник; ни один город, где нет централизованной системы канализации, не справился бы. Крыс вы увидите повсюду. Город просто кишит ими. Помоев столько, особенно в канавах, что в них постоянно живут собаки и свиньи. Избавиться от диких свиней пытаются часто, но каждая следующая попытка – лишь свидетельство провала предыдущей. Если даже от свиней не получается избавиться, что уж говорить о крысах?

Главная проблема – размеры. Лондон – окруженный стенами город, который начал поглощать пригороды. В нем более ста перенаселенных церковных приходов. Даже после Великой чумы 1348–1349 годов, когда умирало по двести лондонцев в день, им на смену постоянно приезжали новые люди из деревень. Соответственно, поток мусора, производимого человеком, просто не прекращается. Постоянно растет и спрос на новые товары. Лондон – крупный производственный центр, так что он, помимо всего прочего, потребляет тысячи туш и шкур животных. Самый простой метод их транспортировки – пригонять живьем, но это означает, что ежедневно прямо в жилых кварталах Лондона забивают, свежуют и разделывают тысячи туш. В начале века вы увидите, как дубильщики кожи (а от дубления запах идет сильнейший) работают прямо рядом с жилыми домами. Торговцы шкурами и сукновалы тоже сидят прямо на улицах, рядом с торговцами пряностями и аптекарями. Представьте, что парфюмерный отдел в магазине расположили рядом с рыбным, и поймете, насколько силен конфликт запахов. Правда, в Средние века было еще хуже, потому что запах гниющего мяса однозначно ассоциировался с болезнями, причем во многих случаях – справедливо. Понять, насколько все было ужасно, можно по одному закону 1355 года: власти Лондона приказали не бросать экскременты в ров вокруг Флитской тюрьмы, опасаясь за здоровье заключенных.

Впрочем, состояние Лондона постепенно улучшается. В основном – благодаря сменявшим друг друга мэрам и олдерменам, приложившим немалые усилия по организации уборки улиц. Первым шагом стало назначение официальных охотников на свиней, которые получали по 4 пенса за каждое убитое животное. В 1309 году стали накладывать штрафы на лондонцев, которые оставляли на улицах человеческие или животные экскременты: 40 пенсов за первое нарушение, 80 – за второе. В 1310 году портным и торговцам шкурами запретили скоблить кожи на главных улицах в дневные часы под угрозой тюремного заключения. На следующий год запретили снимать шкуры с мертвых лошадей в черте города. С 1357 года действуют правила, запрещающие оставлять навоз, коробки и пустые бочки у дверей домов, а также бросать мусор в Темзу и Флит – последняя к тому времени была почти полностью запружена. В 1371 году в городе полностью запретили забой любых крупных животных (в том числе овец); с тех самых пор их отводили на убой к Стратфорд-Боу или Найтсбриджу. Наконец, после принятия Кембриджского статута в 1388 году любой, кто бросает «навоз, мусор, внутренности и прочие нечистоты» в канавы, пруды, озера и реки, наказывался штрафом в 20 фунтов, уплачиваемым в казну короля. Благодаря этому законодательному акту наконец появилась идея парламентской ответственности за общественную гигиену, причем, особенно в случае с Лондоном, – как раз вовремя.

Теперь забудьте ненадолго (если, конечно, сможете) ужасные запахи и кучи мусора на улицах города и подумайте и о его достоинствах. Посмотрите, сколько здесь ювелиров, работающих с золотом и серебром, сколько лавок торгуют пряностями, сколько торговцев продают шелк. Некоторые люди скажут, что Лондон – великий город, потому что в нем можно найти лекарства от любой болезни. Здесь, безусловно, больше врачей, хирургов и аптекарей, чем в любом другом городе Англии. Вы найдете здесь даже систему трубопроводов общественного водоснабжения – хотя давление в трубах бывает очень низким из-за отводов в частные дома. В некоторых особых случаях в водопровод даже пускают вино – например, в 1357 году, когда в Лондон привезли пленного французского короля, или в 1399-м – в честь коронации Генриха IV


ДЕСЯТЬ МЕСТ, КОТОРЫЕ СТОИТ УВИДЕТЬ В ЛОНДОНЕ

1. Лондонский мост. Девятнадцать огромных арок над Темзой – чудо инженерной мысли королевства. В ширину он составляет 28 футов; здания занимают по 7 футов с каждой стороны. Они выдаются над рекой еще на 7 футов и закреплены консолями; на первых этажах располагаются лавки, войти в которые можно с моста, выше – дома торговцев. Посередине располагается часовня Св. Фомы, а ближе к южной оконечности – подвесной мост, обеспечивающий безопасность города. Остерегайтесь бурных потоков между арками, когда прилив сменяется отливом и наоборот; молодые смельчаки заключают друг с другом пари, что сумеют преодолеть их на весельных лодках.

2. Собор Св. Павла. Эта церковь, построенная еще в XII веке и недавно расширенная (реконструкция завершилась в 1314 году), – одна из самых впечатляющих во всей стране. Ее длина составляет 585 футов – третья во всем христианском мире. Ее 489-футовый шпиль – второй по высоте в Англии, намного выше, чем в Солсбери (404 фута), и уступает только Линкольнскому собору (535 футов). Но забудьте о статистике: достопримечательностью Лондона собор стал благодаря своей красоте – особенно окну-розе на восточной оконечности и зданию капитула.

3. Королевский дворец в Тауэре. Вы, конечно, знаете Белую башню, большое здание, построенное еще Вильгельмом Завоевателем, но большая часть замка – в том числе ров – на самом деле датируется XIII веком. Здесь вы найдете огромный королевский дворец: большую залу, королевский соляр (личная комната монарха) и множество покоев для лордов. Там же располагаются королевский монетный двор, библиотека и зоосад. В конце 30-х годов XIV века Эдуард III поселил там свою «коллекцию» львов, леопардов и других больших кошек, которая постоянно пополнялась новыми животными.

4. Лондонская стена. Все большие города окружены стеной, но стена Лондона уникальна. Она 18 футов высотой, и в ней целых семь больших ворот со сторожевыми зданиями: Ладгейт, Ньюгейт, Олдерсгейт, Крипплгейт, Бишопсгейт, Олдгейт и Бриджгейт (последние ведут к Лондонскому мосту). Они обеспечивают безопасность города по ночам, их огромные дубовые двери запираются на тяжелые засовы. Во время войны горожане могут оборонять свой город, словно огромный замок.

5. Смитфилд, располагающийся прямо за городскими стенами, – главный мясной рынок города. Не стоит и говорить, что именно здесь люди регулярно встречаются, приходя за покупками. Впрочем, еще больше народу собирается сюда на ежегодную трехдневную ярмарку, которая начинается в Варфоломеев день (24 августа). Поскольку Смитфилд («Кузнечное поле») вполне оправдывает свое название, это поле отлично подходит для рыцарских поединков и турниров.

6. Стренд идет от моста через Флит, что рядом с Ладгейтом, вдоль северного берега Темзы к Вестминстеру. Именно со Стренда средневековому путешественнику открываются лучшие виды Темзы; но, кроме этого, именно там расположены самые престижные дома. На этой улице стоят дворцы нескольких епископов. Самое впечатляющее здание из всех – Савой, королевский дворец, где в детстве жил Эдуард III. Позже Эдуард передал его в наследство сыну, Джону Гонту, который превратил Савой в самый удивительный городской дом во всем королевстве. Правда, во время восстания Уота Тайлера (1381) его сожгли дотла, и до конца века Савой оставался лишь выжженной оболочкой прежней роскоши.

7. Вестминстерский дворец. Древний зал, построенный еще в XI веке, видел множество знаменитых пиров. В последнее десятилетие XIV века Ричард II заменил старую крышу, которую поддерживали колонны, новой удивительной односкатной деревянной крышей, одним из самых поразительных достижений плотницкого искусства всех времен – в ее создании принял участие великий архитектор Генри Иевель. На другой стороне внутреннего дворика вы увидите колокольню Эдуарда III, построенную в 1367 году, – ее тоже проектировал Иевель. Колокол под названием «Эдуард», висящий в часовне, весит чуть больше 4 тонн – это прямой предшественник Биг-Бена. Здесь же расположены главные палаты правительства: Расписная палата, Маркольфова палата и Белая палата (там проводят заседания парламента), Министерство финансов, королевский судный двор и королевская часовня (Св. Стефана). Здесь же вы найдете личные покои королей, Дворец принца (резиденцию принца Уэльского), Дворец королевы Элеоноры и, что важнее всего, Личный дворец, где король проводит время с семьей и фаворитами. Эдуард II выделял здесь комнату для своего друга Пирса Гавестона, королева Изабелла – для Роджера Мортимера.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8