Амина Каримова.

Святые грешники



скачать книгу бесплатно

Дизайн обложки Дмитрий Павлюк

Редактор Лина Лунькова


© Амина Каримова, 2017


ISBN 978-5-4483-9629-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


Моей Гулико посвящаю

Глава 1

Один человек может навсегда изменить вашу жизнь. Его мировоззрение, иной взгляд на вещи, могут перевернуть вашу картину мира. Привычное откроется с новой, незнакомой вам прежде стороны, и вы начнёте познавать мир заново, вместе с человеком, открывшим вам его. Один день, проведённый с ним, может навсегда изменить вас.

В моей жизни был такой человек. Я хорошо помню то время. Помню взгляд, движения рук, запах волос, смех.

Началось всё весной. Уже перевалило за середину марта, и морозы сдались, так что тяжёлые ватные диски проливались на город дождём. Хмурое субботнее утро нагоняло одну тоску. Я решила не спускаться к завтраку и продолжить лежать в постели. Мне нравилось копошиться, как муравьи в муравейниках, в своих мыслях, думать обо всём на свете и вместе с тем ни о чём. О конкретных и абстрактных вещах; о жизни и своём месте в ней.

Однако нега была недолгой, и спуститься к завтраку всё же пришлось. Приехала моя старшая сестра Алиса с семьёй. Она старше меня всего лишь на два года, поэтому кукол мы делили лишь до тех пор, пока мне не исполнилось где-то лет семь, а затем стали играть вместе. С тех пор мы, что называется, не разлей вода.

Удивительно, но ни её замужество, ни рождение сына не стали препятствием для наших отношений. Скорее, наоборот: некоторая недоступность, что была между нами, и независимость друг от друга подогревали нашу любовь и укрепляли взаимоотношения, тем самым, делая нас ещё ближе.

Этой крепкой сестринской связью в каком-то смысле мы были обязаны Роме – мужу Алисы, который всячески способствовал тому, чтобы мы общались как можно чаще. Рома чрезвычайно милый и добрый интеллектуал, настолько добрый и настолько умный, что в голове не укладывается, как в одной личности может уживаться такое количество доброты и интеллекта. Он – единственный член нашей семьи, который мог завести в тупик папу, и притом сделать это так непосредственно, что у того не образовывалась ни единая складочка возмущения на лбу!

Когда Рома сделал предложение Алисе, я вполне серьёзно заявила, что если она не выйдет за него замуж, это сделаю я! Иногда мне думается, что сестра и не осознаёт в должной степени своего счастья, поскольку вряд ли даже подозревает о том, что может быть и по-другому. Выросшая в любви и комфорте, она вышла замуж за человека, который не только не лишил её этого, но и открыл ей мир семейной жизни с самой лучшей её стороны – полной заботы и беззаветной любви мужчины.

Эта среда была для неё естественной, она расцветала в ней ещё больше, наполняя её красотой и гармонией.

Даже просто сидя за столом, Алиса излучала безмятежность. С ней даже не всегда обязательно говорить, с ней достаточно сидеть рядом, чтобы успокоиться и вдохновиться на новую, лучшую жизнь.

– И чего вам дома-то не сиделось в такую серость? – спрашивала мама, которая не могла скрыть своего удивления столь раннему визиту, не лишённого, впрочем, известной радости по этому поводу.

Оказалось, что Тёма потребовал на завтрак «блиничики», а их ему готовила только мама. Нет, Алиса, конечно, умеет печь блины, но трёхлетний гурман ел исключительно бабушкины блины. И поскольку особых планов на день ни у Алисы, ни у Ромы запланировано не было, они решились на эту спонтанность.

Прошло не более часа с момента их приезда, как из кухни в столовую, где мы с Алисой сервировали стол, потянулся ванильный маслянистый аромат маминых блинов. Мама даже позволила открыть баночку малинового варенья. Чтобы вы понимали, это был не какой-нибудь джем из магазина, а настоящее варенье, сваренное в деревне.

За завтраком тон задавал, как всегда эмоциональный и живой, папа. Несмотря на то, что он много говорил, пытаясь вовлечь в разговор каждого из нас, и на то, что до моего слуха доносилось каждое его слово, что неудивительно, учитывая количество децибел в папином голосе, я не слышала ничего абсолютно.

Мама, в свою очередь, заботилась обо всех и следила, чтобы за столом никто ни в чём не нуждался. Вместе с тем она умудрялась внимательно слушать папу, вставляя реплики в его речь, и параллельно подкармливать Тёму блинами.

Когда я в то утро смотрела на членов своей семьи, я подумала, что я здесь делаю? И хотя я не самый мнительный человек, мне вдруг показалось, что я недостойна этой семьи, что я не вписываюсь в неё. Может быть, я тот самый «урод»? Без него, как известно, не обходятся ни в одной семье. Во всяком случае, мы так думаем.

Но задумывались ли вы когда-нибудь о том, кто становится этим «крайним»? Кто конкретно решает, кто из нас кто, а затем последовательно и упорно навязывает нам это мнение?

В каждой семье неизбежны несчастья, трудности и конфликты. И, увы, так устроено сознание человека, что всегда проще обвинить во всех бедах кого-нибудь одного, нежели разобраться детально в истинных их причинах. Так, к примеру, сын двоечник и хулиган – классический пример такого «урода», который становится «камнем преткновения» всех бед семьи. Неважно, будь то увольнение отца с работы, пригоревший обед матери или расставание дочери с парнем, – всему этому найдут оправдание, а вот в двойках их сына и его вызывающем поведении виноватым, как правило, останется только он. Не недостаток любви и внимания родителей, не их недостаточное участие в его жизни, а именно его «эгоизм, безалаберность и безответственность», – вот причины их всех неудач и испорченной репутации.

Но ведь я… я никогда не была двоечницей, не воровала у родителей денег, и даже не курила в подъезде. Я, как и сестра, выросла в любви и заботе. Я ни в чём не имела нужды, и могла себе многое позволить не только в материальном, но и в духовном плане. Я была любознательна, и родители поощряли все мои стремления и увлечения. Я окончила школу, а затем и ВУЗ с отличием. У меня нет вредных привычек, я довольно сносно играю на фортепиано и хожу в церковь каждое воскресение. Я почти идеальна, у меня есть лишь один недостаток – я думаю. Всегда, обо всём и повсюду.

Мой мозг не отключается ни на секунду. Каждое мгновение вместо того, чтобы просто жить, я осмысливаю эту жизнь. И, должно быть, если бы не эта «заноза», я бы легко могла примерить на себя роль урода или белой вороны и жить, упиваясь простой саможалостью. Но нет, я думаю, думаю и начинаю сомневаться: «А вдруг всё наоборот? Вдруг я не гадкий утёнок, а прекрасный лебедь, который оказался в курятнике?!». Однако эта мысль не задерживается в моей голове надолго, иначе пришлось бы признать, что члены моей семьи заурядны, а это не так.

Но мысль эта не покидает меня вполне. Вопросы, сомнения и терзания множатся, и, как следствие, рождают страдания души. И, оказывается, что в семье полной любви и гармонии, ты глубоко несчастен. И вот ты думаешь: «А что ты здесь делаешь?». Ведь родись ты в семье, где много боли и страдания, ты, вероятно, был бы счастливее лишь потому, что отсутствует контраст. Да, в одиночку, да, по-разному, но несчастны все.

Но ход моих мыслей был внезапно оборван, раздавшимся громче обычного обращением: «Виктория!». Это значило лишь одно, что папа звал меня уже несколько раз, а я опять ушла в свои мысли настолько, что потеряла связь с реальностью.

– Что? – невозмутимо спросила я и, прочитав на его лице лёгкое возмущение тем, что завтрак почти остыл, а я не сделала даже глотка кофе, вернулась к еде. Когда с завтраком было покончено, Алиса, препоручив мужа отцу, а сына маме, поднялась ко мне.

Надо сказать, что неожиданному визиту сестры с племянником и её мужем я была рада не меньше моих родителей, однако во всём этом чувствовалось что-то такое, что не поддаётся объяснению его целей всего лишь простой причиной «блиничики». Как выяснится, интуиция меня совершенно не подводила.

Мы с сестрой прекрасно понимали друг друга и часто обходились без слов. Жесты, взгляды, вздохи, – многое выдаёт мысли человека. А чего только стоит одна безмятежная улыбка влюблённой девчушки, которая вместо сахара кладёт в чай соль и с упоением пьёт его! Именно она и выдала Алису. Её улыбка просто кричала о том, что у неё есть для меня новость, которой ей не терпится поделиться.

– Тори! – сказала она, всё так же многозначительно улыбаясь. Тут я внезапно поняла, с какой новостью приехала Алиса, и абсолютно перестала разделять её энтузиазм.

– Только не говори мне ничего о нём, – безапелляционно отрезала я.

– Он приехал! Ты и представить себе не можешь, какой он! Как он возмужал, какой он стал прекрасный человек.

«Словно раньше он был гадким типом», – мелькнула в моей голове мысль, но я не стала её озвучивать.

– Он уже несколько раз ужинал у нас. Только представь, Тёма не отходил от него, а в последний раз и вовсе весь вечер просидел у него на коленях! Даже я была не в силах его увести. Похоже, им обоим это доставило немалое удовольствие, – радостно предположила она, выдохнув вслед за этим восторженное: – Какой мужчина! Образован, обладает отличным чувством юмора, любит детей. И самое главное – они с Ромой нашли общий язык, так что мы могли бы дружить семьями! Кстати, он очень хорош собой. Знаю, как важен для тебя этот пункт, поэтому с уверенностью заявляю: ты будешь покорена.

– Можешь нисколько не сомневаться, этот пункт является для меня самым главным, – не раздумывая ни секунды, подтвердила я. – И я не выйду замуж даже за самого ангела, спустившегося ко мне с небес, если он, на мой взгляд, будет недостаточно красив. Но, Алиса, милая, что за бред ты несёшь? Я не глупа, и, разумеется, заметила, что родители связывают с его приездом некие надежды, но ты…. Неужели и ты туда же?

– Сестрёнка, ты так говоришь, словно мы устроили заговор…

Не обращая никакого внимания на моё негодование, Алиса продолжила в том же непосредственно-мечтательном тоне:

– Согласись, в ожиданиях родителей нет ничего удивительного: мы все всегда знали, что однажды вы поженитесь. И хотя я уверена, что он тебе понравится (когда-то ведь он тебе нравился), я бы искренне советовала тебе не делать столь высоких ставок на внешность, гораздо важнее, каков человек внутренне. Ведь, как ты понимаешь, именно с личными качествами человека приходится жить в браке, и тогда внешность отходит на второй план. Это жизнь. Иногда то, что кажется таким важным сегодня, может завтра стать настолько незначительным, что мы искренне удивимся, как это могло когда-то хоть сколько-нибудь занимать нас.

– Согласна. Но есть вещи, которые неизменны, и на протяжении всей жизни их ценность лишь растёт. И любовь, безусловно, первая из них.

– Разумеется, любовь! Настоящая любовь. Но разве ты можешь положиться на свои чувства, вызванные хорошенькой внешностью человека и назвать их любовью? Ведь это всего лишь эмоции. Они не проверены ни обстоятельствами, ни столкновением характеров, – ничем. Ты не можешь говорить о любви, пока не узнаешь человека по-настоящему.

– Алиса, я понимаю, о чём ты. И можешь быть спокойна, я никогда не свяжу свою судьбу с человеком, которого не буду знать настолько, что смогу всецело довериться ему. Я лишь говорю, что одного прекрасного характера для меня недостаточно, если сам человек не заставляет моё сердце биться чаще.

– Ты неисправима! – почти возмутилась она, при этом добавив: – И всё же я осмелюсь просить тебя принять моё приглашение погостить у меня. К тому же в последнее время мне нездоровится, – Алиса ослабила тон, – и помощь была бы как нельзя кстати. М? – замурлыкала она, утвердительно кивая головой.

– Он часто бывает у нас. Тебе представится отличная возможность составить о нём собственное мнение.

– Я уже говорила тебе, что думаю по поводу таких «случайных» встреч.

– Помню-помню, ты ждёшь сказку, – с улыбкой сказала сестра.

– Не просто сказку, а самого настоящего чуда. Он придёт, когда я его совсем не буду ждать и самым необычным образом, – отвлеклась я и с глупой улыбкой на лице мечтала вслух.

– Боюсь, сестрёнка, на таких условиях он никогда не сможет к тебе прийти, поскольку я не припомню и минуты, когда ты не ждёшь свою любовь, – вернула меня обратно на землю Алиса.

– Как ты несправедлива!

Я запустила в сестру подушкой, и она ответила мне тем же, мы обе засмеялись, В эту минуту мы словно вернулись в детство и забыли о нашей такой взрослой реальности. О своих обязанностях, о социальных статусах, которым необходимо соответствовать, о плохой погоде, – обо всём. Мы просто были, и, несмотря на то, что мы так и не пришли к компромиссу, обе чувствовали удовлетворение. Но, к моему сожалению, за обедом Алиса продолжила уговаривать меня и разговор возобновился. Я сразу поняла, что она уже заручилась поддержкой мамы, хотя обе они усердно пытались скрыть это.

– Мама, я бы хотела, чтобы Тори побыла со мной пару-тройку дней, ты не против?

– Нет, разумеется, мы с отцом не против, – с энтузиазмом подхватила мама.

Папа, который был не в курсе дел, устремил вопросительный взгляд сначала на маму, а потом на нас с сестрой.

– Я чувствую усталость в последнее время и хотела бы, чтобы Виктория помогла мне с Тёмой, – ответила Алиса на взгляд отца.

– Что с тобой, ты больна? – забеспокоился тот.

– Нет, папа, я здорова. Думаю, мне просто нужно хорошенько отдохнуть. Но это не единственная причина. Мы с Ромой давно хотим сделать небольшой косметический ремонт на кухне, и помощь Тори была бы нам очень кстати.

– Не беспокойся, тебе не придётся ничего делать, – сказал Рома, очевидно, заметив назревающее недоумение на моём лице.

– Мы всё сделаем сами, нам лишь нужна помощь с Тёмой, – уточнил он.

Папа посмотрел на маму, она мило улыбнулась ему в ответ. Со стороны может показаться, что два человека просто встретились взглядами, – ничего подозрительного. Но это только со стороны. Я знаю этих двоих достаточно долго, чтобы понять смысл всего этого. Папа никогда не станет сомневаться в решениях мамы. Он полностью доверил ей и дом, и наше воспитание. Поэтому когда она улыбнулась и подмигнула ему еле уловимым взмахом ресниц, он поддержал её. Кончилось тем, что после обеда я отправилась собирать вещи.

Не то, чтобы я совсем не хотела ехать. Я бы с удовольствием провела денёк другой у Алисы, да, и любопытство, признаться, в глубине души одолевало меня. Но я была убежденна, что подстроенная встреча – это не судьба. Человек словно пытается взять ситуацию в свои руки. А сфера любви для меня была той сферой, в которой я меньше всего хотела бы что-либо контролировать. Я просто хотела довериться фатуму, который, по моему внутреннему убеждению, уже приготовил для меня нечто особенное где-нибудь там за «поворотом».

II

Никита Кравченко был единственным сыном близких друзей моих родителей. И, как это водится, как только папа услышал в родильном отделении «Девочка!», где-то в глубинах души я тут же была предназначена для сына его лучшего друга.

На радость родителей мы росли вместе и были очень дружны. Ходили в один детский сад, потом в одну школу, и всё своё свободное время проводили вместе. Я обожала Никиту. Он всегда рассказывал кучу небылиц, чем весьма веселил меня.

Помню, как мы возвращались со школы, и я была не в лучшем расположении духа из-за того, что схватила «неуд». Поскольку это был выпускной класс, «неуд» мог существенно подпортить мой аттестат, однако Никите удалось не только успокоить меня, но и как следует рассмешить. Не припомню, над чем именно я тогда так сильно смеялась, но даже сейчас я слышу свой истерический хохот. При желании он легко мог заставить меня смеяться.

Окончив школу, он поступил в лондонский университет и уехал, а я прошла вступительные экзамены в местном университете и благополучно осталась в своём родном городе. В отличие от Никиты, который обожал путешествия и всегда мечтал учиться именно в Лондоне, я никогда не знала, чему бы хотела посвятить свою жизнь, поэтому, выбирая наименьшее из зол, подала документы на факультет журналистики. «Там, по крайней мере, должно быть, весело учиться», – полагала я.

Какое-то время мы писали друг другу, но вскоре, вследствие загруженности и новых друзей, переписка стала всё реже, а затем и вовсе прекратилась. Когда мы виделись в последний раз, мне было семнадцать. С тех пор прошло пять лет, и у меня из памяти стёрлись почти все воспоминания о нём. Моё становление личности прошло без него.

III

Когда все необходимые вещи были собраны, ко мне зашла мама. Она не хотела отпускать меня так. Думаю, она испытывала некоторое чувство вины за то, что практически не оставила мне выбора. Мы поговорили и пришли к согласию. Мама успокоилась, а для меня это главное. Но потом пришла Алиса, и наша безобидная, полная любезностей и самоотдачи беседа приняла неожиданный поворот. Сестра, сама того не подозревая, выдала маме моё волнение.

– Но что тебя смущает, доченька? – участливо спросила мама, подсаживаясь ко мне.

И я сдалась:

– Меня смущает то, что мы намеренно подстраиваем эту встречу. Я словно на смотрины еду. Я хотела, чтобы это было естественно, без чьего-либо вмешательства. Ведь у Господа на всё есть свой план?

Признаюсь: тут я смошенничала. Я знала, что эта фраза подействует на маму подобно магическому заклинанию.

– Да… – мама замялась, – но нельзя перекладывать на Бога всю ответственность… К тому же, Никита ведь сам приехал, позволь ему просто увидеть тебя.

– Сестрёнка, ты не обязана строить с ним отношения, – попыталась меня успокоить Алиса. – Но вдруг он тебе понравится? Дай ему и себе шанс. Он очень хороший человек.

Последняя фраза меня «обожгла» так, что я даже вскочила с кровати.

– Это меня и пугает. «Он хороший!», – и этим всё решено. Теперь я могу с уверенностью и без зазрения совести отдать этому «хорошему» свою руку и сердце, вопреки своим чувствам и желаниям, ибо это разумно. Почему надо выходить замуж без любви? Неужели сегодня она ничего не значит? Зачем Бог создал любовь между мужчиной и женщиной, если люди так пренебрегают ей? Мама, ты была влюблена в папу, когда выходила за него?

Мама немного напряглась, но я не дала ей ответить.

– Нет, не была. Алиса вышла замуж за своего лучшего друга, который любил её всю свою жизнь. И я не отрицаю, что вы обе счастливы и любите своих мужей (полюбили со временем). Поэтому вы так жаждете того же и для меня? Ваш опыт говорит вам, что это верный путь. Но у меня свой путь. И на нём я не хочу подстраивать нашу встречу, не хочу, чтобы нас просто свели родители, не хочу, чтобы он был моим лучшим другом, с которым мы когда-то играли в одной песочнице. Я не хочу связывать свою жизнь с «хорошим парнем». Я хочу любить.

Моя позиция всегда была ясна и маме, и сестре, и они её совершенно не разделяли. Я ненавидела истории подобные истории любви моих родителей. Папа и мама вместе выросли, учились в одном классе и всегда дружили. В седьмом классе он впервые признался ей в любви, но она лишь посмеялась над ним, не восприняв его всерьёз. Но спустя девять лет, они поженились.

Недолюбливала я и Несравненную Джейн,11
  «Несравненной Джейн» называл писательницу Джейн Остин шотландский писатель Вальтер Скотт.


[Закрыть]
которая вытворила подобное с одной из моих любимых героинь. Такая личность как Марианна никак не могла выйти замуж за полковника Брэндона. Вероятно, Джейн боялась, что если позволит Уиллоби и Марианне быть вместе, то покажется читателю предсказуемой, и сотворила с ней такую жестокость. А ведь это очевидно, что Марианна увянет через неделю после свадьбы с этим мужчиной. Она непременно должна была остаться с Уиллоби, а тот должен был быть её героем, а не мерзавцем, каким его сделала Леди Д.22
  «Ра?зум и чу?вства» (англ. Sense and Sensibility) – роман английской писательницы Джейн Остин. Первое изданное произведение писательницы было опубликованно в 1811 году под псевдонимом Леди.


[Закрыть]


В общем, я высказала маме все свои опасения, однако поездку не отменила. Разумеется, лишь потому, что у сестры недомогания.

Так в моей жизни появился столь ненавистный мне «хороший» мужчина.

Глава 2

Наша встреча состоялась через пару дней. Никита был приглашён на ужин в дом моей сестры. Он знал, что встретится со мной там, и пришёл с цветами. Он принёс белые розы, которые я просто обожала пять лет назад. И несмотря на то, что я давно не люблю белые розы, к слову говоря, я не люблю никаких роз, мне было очень приятно. Приятно, что он об этом помнит. Он извинялся за то, что не привёз мне сувениров из Англии и шутил над собой по этому поводу, что было очень забавно и мило. Первые минуты даже казалось, что мы совсем не изменились, и всё было так же, как несколько лет назад.

Но это было не так. В течение вечера мы с Никитой смущались друг друга и избегали столкновения взглядов. Я старалась не быть чересчур заинтересованной, он, в свою очередь, был закрыт. Банальные вопросы, односложные ответы, – задушевной беседы не получилось.

Очевидно, в его доме царила та же атмосфера, что и в моём. Мы оба знали, что нас сводят, и это всё усложняло. Мне было искренне жаль, что два старых друга не смогли просто встретиться, просто поговорить, посмеяться, вспоминая о былых временах. Так, как это обычно бывает в подобных ситуациях.

В нашем случае, на мой взгляд, всё было довольно глупо и поэтому неприятно. Поскольку, сложись всё иначе, мы действительно могли бы быть вместе. Ведь как бы ненавистны мне не были подобные истории любви, я не могу отрицать тот факт, что друзья часто влюбляются друг в друга.

Когда вечер подошёл к концу, и Никита ушёл, Алиса стала мучить меня вопросами о том, что я о нём думаю.

– Неет! – замотала я головой. – И думать об этом забудь. Он хвалил твои кексы, словно вкуснее в жизни не ел ничего, а они сегодня, ты меня извини, явно не удались. Это похоже на желание угодить, я этого не переношу, – с жаром высказала я свой первый аргумент не в его пользу.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3