Алина Углицкая.

Резервация Химнесс. Книга 2. Единственная для Барса



скачать книгу бесплатно

За соседними столиками сидели дамы и господа. По иному Лика их назвать не могла. Язык бы не повернулся.

Женщины в выходных платьях и шляпках с широкими полями, увешанные золотом и драгоценными камнями, как рождественские елки. Мужчины в дорогих туфлях, с дорогими часами, в костюмах «от кутюр». Рядом с ними Лика чувствовала себя гадким утенком в своих джинсовых шортиках и ярко-голубом топике, открывавшем краешек незагорелого живота.

Да и мужчина, пригласивший ее сюда, был далеко не ее круга. Принц, случайно столкнувшийся с замарашкой и пригласивший ее на бал. Ради приличия? Или чтобы посмеяться над ней?

Лика боялась, что ответ ей совсем не понравится.

Подошел официант, поставил перед Ликой креманку с мороженым. Девушка удивленно уставилась на белоснежное чудо, политое фисташковой пастой и украшенное дольками экзотических фруктов.

– Вам не говорили, что у вас очень милое лицо? – усмехнулся Кирилл, ловя ее недоуменный взгляд. – Особенно, когда вы удивляетесь.

– Я не заказывала мороженое, – Лика отодвинула креманку. – Боюсь, цены в этом кафе мне не по карману.

– Бросьте, – мужчина поморщился, – если я вас сюда пригласил, значит, я угощаю.

– Интересно, зачем? – она подняла на него внимательный взгляд.

– Разве я не могу пригласить в кафе понравившуюся мне девушку?

Она опять засмотрелась на него и пропустила последнюю фразу мимо ушей.

Кирилл словно нарочно выбрал столик в углу, и теперь тень, падавшая от мраморной колонны, скрывала его лицо. Но даже если бы не скрывала, расстояния между ними было достаточно, чтобы Лика со своим «минус три» не смогла прочитать его выражение. А подслеповато щуриться ей гордость не позволяла.

Хотя, конечно, можно было достать очки…

Лика представила, как просит Кирилла подождать пару секунд. Потом копается в сумочке, отыскивая очки, водружает их на нос и, старчески покряхтывая, говорит: «Так, посмотрим, что тут у нас…»

Нарисованная картина заставила ее прыснуть в кулак.

– Я сказал что-то смешное?

– Нет, что вы. Просто подумала о своём.

– Даже так? – он прищурился, и Лике показалось, будто в его глазах мелькнул странный огонь. – Интересно, и о чем же вы думали, так пристально разглядывая меня?

Она смутилась.

– Извините, не хотела глазеть на вас.

– Я привык, – он равнодушно пожал плечами. – Кстати, вы завтра свободны? Я бы с удовольствием показал вам местные развлечения.

Лика задумалась, ковыряя ложкой мороженое. С одной стороны – что ей терять? Не в лес же он ее приглашает. Они будут в городе, на виду, да и не создает он впечатление психопата. Но с другой…

– Завтра у меня первый рабочий день. А я еще не устроилась…

– И где вы остановились? В отеле?

– Да, но это только на один день. Я должна была прилететь завтра и явиться сразу к коменданту базы. Но решила устроить себе день отпуска. На базе для меня забронировано жилье.

– Тогда мне просто повезло, что я с вами столкнулся.

А знаете, что? – он подался вперед. – Оставьте мне свой телефон.

– Зачем?

Дурацкий вопрос.

Кирилл улыбнулся краешком рта, и Лика поняла, что сморозила глупость.

– У вас здесь есть родственники? Друзья? Знакомые? – он подождал, пока она отрицательно мотнет головой. – Одинокой девушке всегда нужен кто-то, кто поможет ей в непредвиденных ситуациях. Так пусть для вас таким человеком буду я.


***


Лика все-таки дала ему свой номер, хотя и не надеялась на звонок, да и вообще чувствовала себя глупо. Понимала, что они из разных вселенных, и вряд ли она всерьёз могла заинтересовать такого мужчину, как он.

Смущенная его пристальным взглядом, засобиралась. Сослалась на усталость после перелета и трудный день. Кирилл вроде поверил, и даже предложил подвезти до отеля, но она опять отказалась. Садиться к нему в машину казалось ещё большей глупостью, чем дать телефон.

Но когда он, не спрашивая, вызвал такси и сунул шофёру банкноту, она не стала сопротивляться. Слишком устала. Солнце Тайры с непривычки давило на плечи, воздух казался тяжелым и душным, несмотря на близость океана. Да и смена часовых поясов давала о себе знать.

Когда Кирилл захлопнул за ней дверцу такси, Лика откинула голову на спинку сиденья и прикрыла глаза. Она не видела, как лицо мужчины, только что мило улыбавшегося ей, превратилось в бесстрастную маску. Как холодно сверкнул его взгляд.

Глядя вслед удалявшемуся такси, Кирилл Стромов достал телефон и коротко отчеканил:

– В восемь вечера. У меня.


***


Вернувшись в отель, Лика первым делом приняла душ. А потом, как была в полотенце, так и примостилась со стаканом апельсинового фрэша на небольшой терраске, выходившей во внутренний дворик. Нужно было достать ноутбук, проверить почту… Но мысли о Кире и о том, что случилось, не выходили из головы. Особенно не давала покоя одна. Назойливая такая. Она вворачивалась в мозг раскаленным винтом.

Ну что такой мужчина, как Кир, нашёл в такой замухрышке, как Лика?

Да, в глубине души она тайно называла его этим именем, хотя они так и не перешли на "ты".

Не выдержав, Лика вернулась в комнату и встала напротив зеркала. Оно было достаточно большим, чтобы она увидела себя в нем от макушки до самых пяток. Немного поколебавшись, девушка скинула полотенце.

Зеркальная поверхность бесстрастно отразила её тоненькую фигуру девочки-подростка. Узенькие плечики, выступающие ключицы. Грудь, с трудом дотягивающую до первого размера…

Лика поморщилась, глядя на свою грудь в зеркало. Соски ей тоже не нравились. Бледно-розовые, крошечные, как вишневые косточки, почти без ареол. Не грудь, а насмешка.

Девушка опустила взгляд ниже. Чем она могла гордиться, так это талией, которую можно было обхватить двумя ладонями. Но в сочетании с узкими бедрами и плоской попой эта гордость казалась весьма сомнительной.

Повернувшись спиной к зеркалу, Лика критически глянула на свой зад. Да уж, на такое вряд ли кто-то позарится…

Расстроенная осмотром, она окончательно убедилась, что Кир вряд ли позвонит, а номер взял чисто из вежливости.

Приказав себе забыть о случайном знакомом, Лика вернулась к насущным делам. Накинула халатик, достала ноут, проверила электронную почту. Там уже было несколько писем. Часть, как всегда, реклама, и девушка, не колеблясь, отправила её в спам.

Ещё одно письмо было от человека, чьих посланий она принципиально читать не хотела.

Отец.

Её передернуло при мысли о нем.

Когда Лика была маленькой, мать врала, что он умер. Только в семнадцать лет девушка узнала, что ее отец жив и здоров. Просто все эти годы ему было абсолютно плевать на существование дочери. И вот, едва матери не стало, он объявился. Начал присылать подарки к праздникам, деньги, писать письма. Подарки Лика отдавала подругам, не разворачивая, хотя там всегда оказывалась очередная ценная безделушка, от которой девчонки визжали в восторге. Деньги отдавала в приют для животных, или как милостыню первому нищему, протянувшему руку. Считала, что так восстанавливает справедливость. А письма отправляла в корзину.

Не было ни малейшего желания читать то, что мог написать ей человек, называвший себя её отцом.

Лика не могла его ни понять, ни простить, и уж тем более не желала общаться. Все эти годы ей было безразлично, кто он, как зовут и зачем он ей пишет.

Вот и сейчас, раздражённо закусив губу, она отправила его очередное письмо в корзину.

Запиликал мобильник, оставленный на кровати.

Лика вздрогнула: кто мог звонить?

На экране высветился незнакомый номер.

Поколебавшись, девушка подняла трубку:

– Алло?..

Это был Кир.

Услышав его голос, она поняла, что рада. Рада, что он позвонил. Что отвлёк от предательских мыслей. Пусть хоть на пару минут, но она сможет забыть об отце, о том, как раздражает иностранная речь, доносящаяся сквозь открытые окна. О том, что рядом нет никого, кто бы мог поддержать…

И на секунду почудилось, будто этот случайный знакомый – именно тот, кто ей нужен. Рыцарь в сверкающих латах.

– Что-то случилось? – Он словно почувствовал, что с ней что-то не так. – Ты чем-то расстроена.

Это был не вопрос – утверждение.

И Лика, охваченная странным волнением, выложила все, как на духу.

Про отца. Про то, что бросил их с матерью. Про его назойливое внимание. Про то, что не может простить за то, что он сделал. И про то, что последние месяцы он начал буквально заваривать её письмами.

Кир выслушал молча, не перебивая. Дал высказаться. Потом глухо спросил:

– Ты его ненавидишь?

– Нет, – Лика не испытывала ненависти. – Сначала обижалась, пыталась понять, почему он так поступил. А теперь уже все равно.

– Но простить ты его не можешь.

Он снова угадал её чувства.

– Если бы он не отказался от нас, если бы был рядом… – Лика запнулась, чувствуя, как внутри клокочет обида. – Может быть, моя мама не умерла бы так нелепо…

Повисло молчание.

Лика прикрыла трубку рукой и поспешно сделала глоток сока. Нужно было успокоиться, взять себя в руки. Она взрослая и привыкла сама справляться со всем.

Справится и с этим.

– Я думаю, тебе стоит прочитать его письмо, – заговорил Кир после недолгой паузы. – Даже если ты не хочешь общаться с ним, просто узнай, что ему нужно.

– Зачем? – она задала закономерный вопрос.

– Если он так настойчив, возможно, там что-то важное.

Лика невольно взглянула на экран ноута. Там мигало новое входящее сообщение.

Опять от отца.

Девушка протянула руку, собираясь удалить письмо, но последние слова Кира вселили в неё неуверенность. Возможно, в чем-то он прав…

– Я подумаю, – пробормотала она и закрыла ноут.

– Кстати, не спросишь, почему я позвонил?

Странно, только сейчас Лика заметила, что они обращаются друг к другу на "ты". И это произошло так легко и непринужденно, будто они знакомы уже тысячу лет.

– Почему?

– Во сколько тебе нужно быть в части?

– К семи…

– Будь готова в половину седьмого.

– Зачем?

– Подвезу, – в его голосе снова мелькнула насмешка, но на этот раз не обидная, а снисходительная. Словно он говорил с несмышленым ребёнком.

И Лика не стала сопротивляться.

Попрощавшись, она снова села за ноут. Несколько минут смотрела в экран, не решаясь открыть злополучное письмо. Потом все же отважилась.

Глава 3


Когда Борис пришёл к Стромову, на улице уже царили вечерние сумерки. Здесь, в южной части Атлантики, солнце садилось быстро, и день почти за минуты превращался в глубокую ночь.

Войдя в гостиную, Борис моментально уловил резкий запах спиртного. Его человеческого зрения было недостаточно, чтобы разглядеть Кира, сидевшего в темноте.

Борис зашарил рукой по стене, ища выключатель. Гостиную озарил яркий свет.

– Мля! – злобный возглас Стромова раздался из дальнего угла помещения. – Выруби эту хрень!

Борис нажал выключатель. Но тех мгновений, пока горел свет, ему оказалось достаточно, чтобы увидеть главное.

Кир сидел, развалившись на кожаном диванчике, в дальнем углу гостиной. Помятый, всклокоченный, с блуждающим взглядом и опухшим лицом. Рядом валялись пустые бутылки из-под «Портера», ещё одну Стромов как раз приложил к губам, делая новый глоток.

– Что происходит? – Оставив выключатель, Тихомиров на ощупь прошёл к столу и включил небольшой торшер. Теперь, по крайней мере, он мог разглядеть перекошенное гримасой лицо друга.

Очень пьяного друга.

– По какому поводу пьянка?

– Забей, – Стромов сделал ещё глоток. – К делу это не относится. Ты принёс, что я просил?

– Да, вот последний отчёт.

Борис протянул чёрную папку, не забыв окинуть Кира осуждающим взглядом.

Тот поболтал в руке пустую бутылку, заглянул внутрь и небрежным броском отправил её под диван, где лежало уже штук десять её собратьев.

Потом махнул рукой Тихомирову:

– Сам расскажи. Только коротко.

– Ну, если коротко, – Борис присел на соседнее кресло. – У нас на руках уже сорок процентов акций Химнесса. Все куплены через подставных лиц, так что тебя никто не заподозрит. Но Андрулеску зашевелился.

– Чует, старый ублюдок, что под него копают, – губы Стромова растянулись в жестокой усмешке.

– Да, он начал что-то подозревать. Но даже если и выйдет на нас, твое имя ему ни о чем не скажет.

– А я бы хотел, чтоб сказало.

– Рано ещё.

– Рано. Надо дождаться, пока в наших руках окажется контрольный пакет акций.

– И что будет, когда это произойдёт?

– Увидишь, – усмехнувшись, Стромов нашарил у ног непочатую бутылку. – Тебе понравится.

Борис с минуту наблюдал, как тот откупорил пробку и, приложившись к горлышку, начал жадно глотать темную шипучую жидкость. Потом произнёс:

– Кир, давай на чистоту. Я твой друг. Я хочу помочь. Что ты скрываешь?

– Ты о чем? – Стромов ответил невинным взглядом.

– Не придуривайся. Я вижу: что-то случилось. И дело не в Андрулеску, не в акциях и не в твоих планах… – внезапно его осенило. – Дело в этой девчонке, ведь так? Ты с ней сегодня встречался…

Стоило только Борису вспомнить о Лике, как Стромову словно сорвало стоп-кран.

С утробным рычанием он вскочил на ноги и запустил бутылкой в сторону друга. Стеклянный снаряд пронёсся через всю комнату, заставив Бориса отпрянуть, разбился о стену и осыпался вниз стеклянным дождём.

– Помочь? – прорычал Кир, сжимая кулаки. В его глазах, налитых кровью, вспыхнула ярость. – Ты хочешь помочь? И чем же, скажи на милость?

Процедив пару ругательств, он рухнул назад на диван.

Борис пару секунд смотрел на него, потом молча прошёл к бару, взял бутылку обычной воды и налил в стакан. Все так же молча вернулся к дивану. Сунул стакан в руки Стромова.

– На вот, выпей и не ори. Говори, что случилось.

Тот послушно сделал пару глотков. Всплеск ярости исчез так же быстро, как и возник, оставив после себя сосущую пустоту. И в тишине гостиной прозвучал пьяный смех Стромова, полный горечи:

– Ты серьезно уверен, что сможешь помочь?

Борис подошёл ближе. Опустил руки на плечи друга и заставил того поднять голову. Потом тихо заговорил, выделяя каждое слово:

– Мне было десять лет, когда мой отец привёл тебя в дом и сказал, что теперь ты мой названый брат. Ты был старше на год, но выглядел в два раза младше. Испуганный мальчишка с затравленным взглядом и изуродованным лицом. Ты боялся людей, боялся света, прятался по тёмным углам. Кричал по ночам. Шарахался от каждого звука. Я обещал о тебе позаботиться. А через пять лет мы скрепили наше братство кровью, помнишь? У меня на руке до сих пор шрам.

Он повернул левую руку ладонью вверх. На загорелой коже запястья белел тонкий рубец.

– Помню, – хмыкнул Кир, глядя на шрам, – как у тебя кровища хлестала, и рана долго заживать не хотела. А на мне все за пять минут заросло.

– Потому что ты вер.

– Потому что я вер, – повторил Кир, как заведенный. – А ты человек.

– Я твой брат. И я всегда буду на твоей стороне, что бы ты ни затеял. Знаешь почему?

– Почему?

– Потому что так поступают братья. – Борис замолк на секунду, а потом, хлопнув Стромова по плечам, совсем другим голосом произнёс: – Так что хватит этих бабских истерик, давай выкладывай, что там случилось.

Кир медленно снял с плеч руки друга. Встал, пошатываясь, и с досадой чувствуя, как быстро выветривается хмель. Теперь он возвышался над Тихомировым на целую голову.

– Я столько лет пытался стать человеком, – начал Стромов, поморщившись. – Но ты верно заметил: я – вер. Это моя сущность и моё проклятье, и сегодня я это понял, как никогда.

Пошарив в кармане, он достал смятую салфетку, ту самую, на которой дочь Андрулеску записала свой телефон, и поднес её к носу. Шумно втянул в себя запах бумаги.

Она все ещё хранила чувственный аромат девушки, теребившей её в руках.

Пива, пусть и крепкого, оказалось совсем не достаточно, чтобы его заглушить.

Её запах.

Запах истинной пары, ставший одновременно и приговором, и палачом.

В тот же миг зрачки Стромова резко сузились, превращаясь в два тонких серпика. А внутри, глубоко в подсознании, заворочался Зверь, напоминая о своем существовании.

– Чёрт, только не говори, что я правильно понял… – прошептал Борис, изумленно глядя на друга.

– Если бы я мог это предугадать, – Кир невесело усмехнулся, – если бы мог изменить…

Стиснув в кулаке измочаленную салфетку, он с шумом втянул её запах.

– И… что теперь? Ты все отменишь?

– Нет! – в глазах Кира блеснула сталь. – Я столько лет шёл к этому. Ничто не помешает мне насладиться местью.

В словах Кирилла было столько холода, что Борис не стал спорить.

Пожав плечами, он принес из бара бутылку виски. Ни слова не говоря, разлил по стаканам и один протянул Кириллу. Тот залпом опрокинул в себя адскую смесь, и она скользнула внутрь жидким огнём, обжигая гортань.

– У тебя глаза изменились, ты знаешь? – произнёс Тихомиров, вглядываясь в лицо друга.

Стромов кивнул.

– Понял уже. Хорошо, что я никогда не выхожу из дома без линз. Иначе бы меня уже пристрелил какой-нибудь верофоб.

– Здесь, на Тайре, тебе нужно быть вдвойне осторожным. А теперь и втройне. Или наш план полетит к чертям.

Мрачно усмехнувшись, Кирилл налил себе ещё одну порцию виски.

– За это не переживай.


***


Финансовый отчёт за последние полгода уже лежал на столе, когда Антуан вернулся домой.

Хмурый и недовольный, глава Химнесса мрачной тенью прошёл мимо притихших слуг и, приказав никого не впускать, закрылся в своем кабинете.

Первым делом проверил почту. Но Лика так и не открыла письмо. Ни одно, ни второе, ни третье. Ни сотни тех, что он присылал ей раньше.

Такая же упертая, как её мать, чёрт бы побрал эту бабу!

Спрашивается, чего ей не хватает?

Антуан не скупился в средствах, надеясь наладить контакт с дочерью, которую когда-то так опрометчиво выслал из Химнесса. Теперь он убеждал себя в том, что так было лучше. Для Лики. Но внутренний голос коварно нашептывал: нет, он сделал это исключительно ради себя.

Все дети веров, родившиеся от человеческих женщин, несли в себе так называемый альфа-ген. Тот самый, который был искусственно внедрен в первое поколение. В младенчестве этот ген спал, и ребёнок до трёх лет ничем не отличался от человеческого малыша. Но стоило пересечь рубеж в три года, как все менялось. Альфа-ген просыпался. А вместе с ним и внутренний Зверь.

А у Лики альфа-ген не проснулся.

Из всех детей, рожденных в Химнессе, только она – дочь главы – оказалась ущербной. Это был удар ниже пояса. По самолюбию, по репутации Антуана. Он даже засомневался, его ли это дочь? Он не любил женщину, которая ее родила – так, испытывал небольшую привязанность. На большее его эгоизм был не способен. И потому он без малейших упреков совести отправил её с ребенком на материк.

С глаз долой.

И постарался о них забыть.

Правда, спустя семнадцать лет, уже перед смертью, Анна прислала ему результаты генетического анализа. Только тогда он поверил, что Лика все-таки его дочь. Да, самый сильный вер Химнесса оказался с небольшим браком: не смог передать своему единственному ребенку альфа-ген.

И вот теперь он пытался наладить с Ликой контакт. Незримо следил, опекал, помог устроиться в МГУ, подкупив нужных людей, помог получить пропуск на Тайру, желая, чтобы дочь была поближе к нему.

Лика об этом не знала, иначе бы вряд ли приехала. От денег и подарков она отказывалась, письма не открывала… Видимо, не могла простить. Но Антуан не был бы главой резервации, если бы не умел добиваться желаемого. Вот и сейчас он сделал все, чтобы дочь оказалась в нужном месте и в нужное время. Осталось только сломить ее глупое упрямство.

– Вот же, настырная девчонка, – процедил Антуан сквозь зубы. – Давай же! Открой хоть одно письмо!

Но Лика не торопилась.

Выругавшись, он плеснул в бокал немного любимого коньяка и рухнул в кресло.

Все, надо переключаться на другие проблемы.

С материка уже давно приходили тревожные вести. Кто-то примерно с полгода назад начал скупать акции "Химнесс Медикал Корпорейшн" – компании, которая являлась собственностью Химнесса и приносила жителям резервации стабильный доход. Финансовый директор уже не раз бил тревогу. Все данные указывали на то, что кто-то целенаправленно копает под Химнесс. Но прямых доказательств не было. И только сегодня Антуан наконец-то получил полный отчёт, развеявший последние сомнения.

Андрулеску нажал кнопку селектора:

– Алекс, зайди ко мне.

Новый приор, Алекс Крушевич, занявший место Каховского, вошёл через две минуты. Антуан жестом пригласил его сесть и указал на отчёт.

– Глянь. Что ты об этом думаешь?

Алекс прочитал пару страниц, потом поднял на главу внимательный взгляд.

– Мастер, кто-то объявил нам войну.

– Ты должен выяснить – кто. И как можно быстрее.

Оставшись один, Антуан вернулся к компьютеру. С бокалом коньяка в одной руке и дымящейся сигарой в другой. На душе скребли кошки, но глава Химнесса не привык сомневаться или, не дай бог, страдать от упреков совести. Он всегда видел цель и выбирал кратчайший путь к этой цели. Если нужно – шел по головам, и ему было абсолютно плевать, чьи это головы. Главное – результат.

Он как раз делал глоток, когда пиликнуло системное сообщение. Еще не веря в удачу, Андрулеску склонился над экраном. Но глаза его не обманывали, и ошибки быть не могло.

Лика открыла письмо!

А вместе с ним впустила в систему особый вирус – любимую разработку спецслужб.

Губы Андрулеску растянулись в довольной усмешке. Ну, наконец-то! За это можно и выпить.

На экране компьютера перед ним появилось лицо дочери: сосредоточенное, с хмуро насупленными бровками, между которыми залегла тоненькая морщинка. Лика напряженно вчитывалась в строчки письма, не замечая, что заработала вебкамера, а за ее плечами через большое окно отельного номера светила луна.

В груди что-то ёкнуло: так похожа на мать! Но Антуан тут же задавил в себе лишние сантименты. Ее мать была для него никто, просто одна из тех десятков женщин, что вереницей прошли через его постель. Но Лика – совсем другое. Она его дочь, и как бы там ни было, но часть его крови находится в ней.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6