Алексей Передельский.

Физическая культура и спорт в отражении философских и социологических наук. Социология спорта



скачать книгу бесплатно

Первая процедура – «первичная интерпретация основных понятий» – требует в данном случае построить четыре предварительные определения, причем определение понятия «спорт» должно выступать результатом совокупного определения трех определяющих понятий. Крайне важно понять, что на уровне первичной интерпретации понятия «вводятся» во многом интуитивно и аксиоматически. В их основе лежит некая очевидность, принимаемая как фактическая данность, исходящая из всей суммы предварительного знания и опыта по предмету исследования. Иными словами, подлежать исследованию может лишь то, на предмет чего уже заранее есть некая, отчасти аксиоматическая, отчасти гипотетическая конструкция (версия, концептуальное предположение, гипотеза).

Предварительная, первичная интерпретация трех определяющих понятий дает следующее.

Элемент – единичная, частная или общая составляющая некоего класса явлений (процессов).

Социальная культура (в отличие, например, от биологических культур) – интегративное качество социума, выступающее естественным антропоморфным источником, механизмом и критерием его единства и развития. Социальную культуру также можно представить как совокупность наиболее устойчивых обычаев и традиций, ритуалов и представлений, передающихся из поколения в поколение и обеспечивающих единство, преемственность, поступательность существования и изменения целостной общественной организации (формации).

Цивилизация – закономерный этап или стадия перерождения социальной культуры; системообразующее качество, выступающее механизмом и критерием уже не единства, мыслимого как однородность, а единства противоречивого многообразия, единства и развития внутри себя раздельного, поляризованного общества. Цивилизация – социальная стадия, приходящая на смену варварству и характеризующаяся зрелой формой социальных институтов экономической и политической власти.

На основе всего вышеизложенного спорт можно определить как специфический элементарный частный или общий интегративный механизм обеспечения преемственности и поступательности изменения формационного единства в направлении перерождения социальной культуры в цивилизацию. Иными словами, спорт мыслится, гипотетически рассматривается как элемент, во-первых, присущий и социальной культуре и цивилизации; во-вторых, выступающий интегративным механизмом и той и другой; в-третьих, несущий в себе двойственную природу, позволяющий обеспечивать (способность) закономерному переходу от однородного единства к разнородному единству социальной жизни; в-четвертых, элемент, имеющий некую уникальность, своеобразие, специфику.

Совершенно ясно, что на данном уровне общего и, главное, – гипотетического логического анализа ни о какой эмпирической, практической и даже частно-теоретической проверке указанной зародышевой, свернутой концептуальной конструкции речи быть не может. Для установления содержательной истинности, достоверности выдвигаемых тезисов (в которые легко можно превратить первичные определения) нужна их детализация, конкретизация, допускающая теоретическую, эмпирическую, практическую проверку.

Короче говоря, необходима операционализация четырех общих понятий, проводимая в форме их деления и поэтапной дедукции (перехода от общего ко все более частному виду). В этом и состоит назначение операционализации понятий – второй процедуры логики анализа основных понятий. Рассмотрим, как она осуществляется.

Обратимся к термину «социальная культура».

Операционализируя это понятие в соответствии с двумя различными основаниями деления, получим следующее (см. рис. 12).


Рис. 12. Операционализация термина «социальная культура» по основанию «сфера общественной жизни» и основанию «тип общественно-экономической формации»

Продолжим операционализацию понятия социальной культуры (см. рис. 13).


Рис. 13. Операционализация понятий, отражающих виды (уровни) социальной культуры

Теперь подвергнем операционализации понятие цивилизации (см. рис. 14).


Рис. 14. Операционализация понятия «цивилизация»

В случае необходимости процедуру операционализации можно проводить и дальше. Однако уже полученные операциональные понятия в их взаимосвязи и комбинациях дают необходимую и достаточную, то есть полную совокупность понятийных рядов и связок, способных послужить базой относительно самостоятельных, не противоречащих друг другу, не пересекающихся, четких и ясных аргументов для подтверждения или опровержения выдвигаемых тезисов-гипотез. Итак, операционализация терминов «социальная культура» и «цивилизация» позволяет построить необходимые и достаточные понятийные ряды и связки в качестве аргументации, доказывающей справедливость выдвигаемых гипотез. Распишем указанный момент максимально подробно.

1. Операциональные ряды и связки терминов, производных от понятий «социальная культура» и «спорт»:

– экономическая социальная культура капитализма и спорт;

– собственно социальная сфера социальной культуры капиталистической формации и спорт;

– политическая капиталистическая социальная культура и спорт;

– правовая социальная культура капитализма и спорт;

– религиозная капиталистическая социальная культура и спорт;

– философия спорта как элемент капиталистической социальной культуры;

– агонально-спортивная традиция в условиях религиозно-социальной культуры рабовладельческой формации;

– агонально-спортивная традиция в условиях религиозной социальной культуры раннего феодализма.


Пояснения к пункту 1:

• Несмотря на возникновение спортивной (точнее – агональной, или греческой; спортивной, или римской) традиции еще в рабовладельческом обществе и относительно небольшой по длительности период ее существования в раннефеодальной Византии, в общем и целом спорт как мировая традиция принадлежит капиталистической формации. Именно при капитализме агонально-спортивная традиция достигла своего наиболее полноценного, завершенного, расширенного воспроизводства как мировой феномен. Именно при капитализме спорт становится значимым фактором национальных и международных экономических, социальных, политических, правовых и формальных систем.

• Пожалуй, единственное исключение в данном случае составляет религиозная сфера общественной жизни. Для полноценного анализа связи спорта и религии требуется рассмотреть эту связь, во-первых, в рабовладельческой и раннефеодальной формациях, а уже только во-вторых – при капитализме.


2. Операциональные ряды связки производных от понятий «цивилизация» и «спорт»:

– спорт и экономические и социальные институты цивилизации;

– спорт и политические социальные институты цивилизации;

– спорт и правовые социальные институты цивилизации.


Пояснения к пунктам 1 и 2:

• Использование в вышеуказанных рядах и связках только операциональных терминов первого порядка не означает, что операциональные термины второго порядка формируются как избыточная и невостребованная структура. Операционализация второго порядка (более детальная и расширенная) определяет состав и структуру содержания материалов, приводимых в дальнейшем в качестве доказательных аргументов.

• Спорт в условиях социалистического общества в данной работе вообще не рассматривается в связи с неясностью и практической неподтвержденностью основных положений теории социализма, как то: утверждения об отсутствии частной собственности вообще или только на средства производства; утверждения об отмирании или ином принципе существования государства.


3. Исследовательские тезисы-гипотезы:

– существует (либо уже изначально заложенное либо выступающее результатом целенаправленной адаптации) принципиальное сходство (однородность) агонально-спортивной исторической традиции и капиталистической формации, превращающее спорт в многофункциональный интегративный социокультурный институт современного общества;

– одновременно спорт является специфическим многоуровневым социальным механизмом цивилизации;

– объединенная гипотеза: спорт есть адаптированный к капиталистической формации религиозно-политический социальный институт, выступающий специфическим интегративным (системообразующим) механизмом перерождения социальной культуры в цивилизацию.


Пояснения к пункту 3:

• Указание на многофункциональность, многоуровневость социального института спорта касается его роли в различных сферах общественной жизни (экономической, социальной, политической, прочее).

• Институциональная специфика спорта связана с храмово-святилищным оформлением его религиозно-политической природы (в сравнении с церковным оформлением мировых религий), а также с репрезентативным качеством спорта, по-видимому, позволяющим рассматривать спорт как зародыш обновленного социума, как формацию в формациях.


Задачи исследования на заданную тему отталкиваются от указанных гипотез и служат их же научно-философскому доказательству. А методы выбираются, исходя из понимания специфики решения поставленных задач. Но выбор методов исследования определяется не только этим обстоятельством. Научно-теоретические методы [(гипотетико-дедуктивный, интерпретации, логической формализации (первичная интерпретация плюс операционализация понятий)] определяются прежде всего научно-философским характером исследования, предписывающим избрать гипотетико-дедуктивный тип теории. Что касается научно-эмпирических методов (анализ документальных и научных материалов, социологическое наблюдение, социально-педагогический эксперимент, эксперт-опрос), то они действительно приурочены к позиционируемым исследовательским задачам.

Осталось сказать несколько слов о теоретико-методологической базе исследования. В качестве таковой используются:

– историческая модель Льюиса Генри Моргана, делящая эволюцию социальной культуры на три эпохи: дикости, варварства, цивилизации;

– формационная теория Карла Маркса и Фридриха Энгельса, основанная в том числе на культурно-цивилизационной модели Л. Г. Моргана;

– теория отчуждения К. Маркса, логически выступающая в том числе прямым следствием первых двух теоретико-методологических образований.

Часть II
История и методология социологии

Введение ко второй части

С 60-70-х годов ХХ в. восточно-европейскую науку в целом и российскую науку в частности буквально лихорадит от набирающего силу, казалось бы, внешне совершенно безобидного феномена «бинарного» философско-социологического познания общества. Суть его заключается в длительном сосуществовании и относительно параллельном развитии двух различных социально-философских познавательных стратегий, возможно ограничивающих, а возможно и устраняющих, исключающих друг друга. Отметим, что вопрос стоит не о разрешении проблемы демаркации, разделения философского и социологического знания, а о предпочтении той или иной социально-философской стратегии научного поиска, базирующегося на разных мировоззренческих и историко-философских традициях.

Масштабность проблемной ситуации по указанному вопросу вызвана фундаментальностью влияния социально-философской познавательной стратегии не только на науку, но и на образование, на институт высшей школы, а через эту часть идеологической надстройки – вообще на базисные социально-экономические процессы.

Не все ли равно, какая – философская или социологическая – дисциплина будет отвечать за познание общества? Очевидно, далеко не все равно. Причина столь категорического ответа в том, что рассматриваемая проблема имеет не только и не столько научно-академическое, гносеологическое значение. Здесь речь идет о широком спектре онтологических последствий того или иного стратегического выбора: экономических, социальных, политических, юридических, религиозных, моральных. Хотите пояснений и доказательств? Извольте, вот они!

В конце XVIII – начале XIX в. европейская философская и научная традиция предстает уже в разделенном и неоднородном виде. Основной раздел произошел в эпоху Просвещения. Английское и немецкое Просвещение тяготели друг к другу и противопоставлялись французскому Просвещению. Диалектико-идеалистические, синтезирующие в себе рациональные и иррациональные тенденции, социокультурные программы противопоставлялись механистическим материалистическим программным образованиям, построенным на поверхностно понимаемом, а потому излишне жестком и одностороннем рационализме.

Одновременно свойственный Просвещению романтизм через романтическую философию и историческую науку создал условия для равноправного диалога европейской и неевропейских национальных культур. Наконец, в колониальных и слаборазвитых (в производственно-экономическом отношении) странах, к тому же лишенных своих устойчивых историко-философских традиций, идеи Просвещения имели гораздо больше шансов для заимствования и распространения по второму или «французскому» варианту. Ведь они были связаны с революционными настроениями, с сугубо рационалистическим, объективистским, механистически материалистическим пониманием.

Короче говоря, в итоге сформировались две социокультурные программы, имеющие также свои специфические философские и иные основания науки: восточно-европейская и центрально-европейская, с одной стороны, западноевропейская и североамериканская – с другой. Первая базировалась на классической немецкой философии, марксизме, различных вариантах неклассической философии, тяготеющих к восточным философским моделям. Вторая основывалась на механистическом материализме, позитивизме, прагматизме. Конечно, здесь мы несколько упрощаем и идеализируем, типологизируем ситуацию.

Следует отметить, что западноевропейская и североамериканская программы в большей степени соответствовали духу и букве развивающегося монополистического капитализма, в то время как восточные и центрально-европейские регионы пошли по пути развития социалистических общественных моделей. Поэтому неудивительно, что с распадом социалистического лагеря стала третироваться и отодвигаться его философско-мировоззренческая основа.

В заключение приведенного краткого идеально-исторического конструирования нужно подчеркнуть, что социология как наука отнюдь не является вершиной мировой научно-философской традиции. В любой из своих многочисленных интерпретаций социология выступает, по существу, результирующей формой западноевропейской и североамериканской социокультурной программы, оформляющей и пропагандирующей государственно-монополистический капитализм.

Мы пока что не пытались аксиологически противопоставить две программы или свойственные им социальную философию и социологию. Мы всего лишь хотели показать, что они разные. Соответственно, различны и их подходы к научному осмыслению развития личности и общественных процессов. А раз так, то к вопросу интеграции социальной философии и социологии приходится подходить очень осторожно, помня, что каждая из этих дисциплин имеет тенденцию самостоятельно решать весь круг социальных вопросов.

В отечественной философии и науке на гносеологическом уровне, в свою очередь, за несколько десятилетий сформировалась очень взвешенная и продуманная, но несколько иная, отличная от вышеизложенной, точка зрения, позиция. В соответствии с ней философия и социология различаются как философское и научное видение общественных процессов, то есть по степени общности и абстрактности. В этом контексте очень интересна концепция заведующего кафедрой социальной философии МГУ им. М. В. Ломоносова К. Х. Момджяна, которую мы приводим ниже.

К. Х. Момджян обосновывает несколько смыслов определения понятия «общество». Под термином «общество», по его мнению, можно понимать и рассматривать следующее:

– реальные субъекты исторического процесса или конкретные самодостаточные социальные организмы, имеющие различную национальную, а следовательно, и социокультурную принадлежность;

– исторически-конкретные типы социальной организации: от первобытно-общинного до капиталистического;

– общество или социум вообще как идеальный тип надорганического сообщества, совмещающий в себе интегративные характеристики любого самодостаточного социального коллектива.

Основанием деления подходов у Момджяна выступает уровень абстракции, теоретического обобщения.

Помимо диалектики абстрактного и конкретного, общего и отдельного, Момджян акцентирует внимание также на системном подходе к обществу, позволяющем исследовать в контексте общего, но отдельно (то есть относительно самостоятельно, обособленно) состав, структуру, организацию, контрольные механизмы, интегративные факторы, системную и подсистемную автономность общественных явлений, процессов, сфер.

Указанная диалектика заставляет Момджяна рассматривать триумвират научных дисциплин (социальная философия, социология, история), способных лишь в совокупности, во взаимодополняющем и взаимообогащающем синтезе обеспечить относительно совершенное и завершенное знание об обществе. При этом, рассуждая о предмете теоретической социологии, Момджян ссылается на точку зрения П. А. Сорокина (1889–1968 гг.), изложенную в работе «Система социологии».

Питирим Сорокин выделяет три группы подходов к определению предмета социологии:

– представляющие социологию как совокупность всех общественных наук, изучающих мир социальных явлений;

– рассматривающие социологию в качестве определенного вида социального бытия, не изучаемого другими науками;

– признающие за социологией статус самостоятельной науки, изучающей общие родовые свойства явлений человеческого взаимодействия.

На сегодняшний день к указанным Сорокиным подходам можно добавить еще множество других. В результате проблема установления предметной локализации социологии как науки представляется крайне сложной и запутанной. Но есть одно очень важное обстоятельство, позволяющее, на наш взгляд, обойти бесконечные теоретические споры и выяснения. Сама история более чем двухвекового развития мировой социологической мысли в единстве ее эмпирического и теоретического уровней в соответствии с присущими ей философскими основаниями выработала свой собственный научный метод. Этот метод (совокупность социологических методов) исследования социальной реальности представляет собой некий инвариант, в общих чертах не имеющий непосредственной зависимости от той или иной теоретической конструкции. Поэтому мы предлагаем инвариантную науку социологию выводить из ее имманентного, присущего ей самой, выстраданного ее собственной историей метода.

Раздел I
Социология и социология спорта
Модуль 1. Социология: история, теория, методология
Лекция 1. Разноуровневая социология: концептуальный анализ

Социология, сформировавшись как научное знание и получив признание как самостоятельная научная дисциплина, традиционно имеет два основных направления развития: фундаментальное (в большей степени теоретическое) и прикладное (в некотором приближении и огрублении – эмпирическое).

Первое направление подразумевает осмысление развития и функционирования общества как единого, целостного, сложного системного организма в том проблемном и методологическом ключе, который задают социологии социально-философские основания. Особый интерес вызывает исследование единых закономерностей построения и развития социальных общностей, динамика социальных процессов; обобщение различных сторон общественной жизни, единых для всех или многих социальных структур. Социологические концепции, которые выдвигаются на этом уровне, отличаются высокой степенью абстракции и не предназначены для изучения конкретных социальных единиц, например, таких, как молодежная социальная группа или локальный миграционный социальный процесс. Такой уровень традиционно принято называть общесоциологическим, а теории, возникающие на этом уровне, общесоциологическими.

С другой стороны, социология как научное знание, которое возникло на волне позитивизма, всегда ориентируется на широкое применение эмпирических методов и приемов (опросов, наблюдений, анализа документов, экспериментов). Они активно использовались и используются до настоящего времени в исследовании практических вопросов общественной жизни, для получения конкретных данных об отдельных социальных фактах, их последующей обработки, в результате которой обобщаются первичные выводы о функционировании конкретных явлений социальной жизни.

Социология изначально основывалась на двухуровневом знании об изучаемом объекте, то есть на получении эмпирических данных последующей теоретической обработки, на методике логической дедукции и интерпретации, работающей совместно с индукцией и обобщением.

Эти два уровня социологии всегда были неразрывно связаны между собой; теоретические выкладки практически всегда имели четко обозначенную эмпирическую базу. Однако последнее время потребность в получении конкретных данных о функционировании социальных явлений в различных областях жизнедеятельности стала особенно актуальна. Мы хотим не только получить знание об общих закономерностях социальных процессов, но и надеемся, что нам предоставят конкретную информацию о практическом применении результатов социологического исследования, благодаря которым станет возможным создание более оптимальных моделей решения проблем в различных социальных сферах: экономической, политической, образовательной, организационно-управленческой. Социологические изыскания последних лет показывают, что простое приспособление общесоциологического методологического и методического аппаратов для прикладного использования невозможно. Как не удалось пока создать вечный универсальный двигатель, так не удается построить универсальный социологический аппарат вне контекста конкретных областей нашей жизни в силу значительных различий в природе этих объектов исследования.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31