Алексей Пшенов.

Собачье счастье



скачать книгу бесплатно

© Алексей Пшенов, 2018


ISBN 978-5-4490-2665-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Этот роман под названием «Западня» вышел в 2010 году в серии «Криминально-Интеллектуальное Чтиво» издательства «Эксмо». Книга была издана в недолговечном формате бумажного покетбука и к настоящему времени почти ни у кого не сохранилась. Теперь я хочу предложить своим читателям обновлённый вариант старого романа в «неубиваемом» электронном формате.

Каждому яблоку – место упасть

Каждому вору – возможность украсть,

Каждой собаке – палку и кость,

И каждому волку – зубы и злость!

В. Цой.

Глава 1. Батя

Седой, коротко стриженый мужчина с большой, потемневшей от времени плетеной корзиной в одной руке и длинной суковатой палкой в другой, одетый в черный, наглухо застегнутый бушлат, придававший ему сходство с беглым зеком, вышел из густого сумрачного ельника на просторную заросшую невысокой пожухлой травой поляну и, посмотрев на небо, недовольно нахмурился. Погода портилась буквально на глазах. Небо, бывшее еще каких-нибудь полчаса назад безмятежно-голубым, теперь стремительно исчезало за быстро бегущими темными лохматыми облаками, а острые верхушки елей взволнованно раскачивались и монотонно гудели под резкими порывами холодного северного ветра. Мужчина достал из корзины помятую армейскую фляжку, сделал несколько мелких неторопливых глотков, закурил и, бросив беглый взгляд на компас, одетый на левое запястье рядом с массивными золотыми часами, направился к южному краю поляны туда, где в лесную чащу уходила едва приметная, почти нехоженая тропинка. Не дойдя нескольких шагов до кромки леса, мужчина остановился. По тропинке навстречу ему по-хозяйски медленно шел разбойничьего вида небольшой пегий пес с загнутым бубликом хвостом и начисто оторванным левым ухом. Мужчина сделал шаг в сторону, уступая дорогу дерзкому псу, но тот остановился, хищно потянул носом воздух и, уставившись на человека пристальным немигающим взглядом, дважды негромко тявкнул. Мужчина уступил тропинку и, выставив на всякий случай в сторону пса свою палку, уже почти обошел его стороной, когда из-под тяжелых еловых лап выбрались две крупные лохматые собаки, прячущие глаза под волнистыми прядями черной смолянистой шерсти. Угрожающе рыча, они двинулись прямо на человека.

– Слушайте, собачки, давайте разойдемся по-мирному, вы пойдете своей дорогой, а я своей, – с неуверенно-наигранным дружелюбием произнес мужчина, возвращаясь обратно к тропинке.

Черные псы, пугающе скаля крупные желтые клыки, продолжали наступать.

– Эй, хозяева, собак своих заберите! Хозяева, ауу!!! – громко крикнул мужчина в молчаливый еловый сумрак, хотя по самоуверенному поведению псов он уже догадался, что никаких хозяев с ними нет.

Силы были явно неравные, и мужчине оставалось только капитулировать.

Он скептически посмотрел на свою палку и, демонстрируя лояльность, отбросил ее в сторону и поднял руки вверх.

– Слушайте, собачки, вы идёте на север, а я моя дорога лежит на юг, поэтому давайте не будем мешать друг другу, – натянуто улыбнулся мужчина, внимательно осматривая поляну и пытаясь сообразить, удастся ли ему быстрее своих оппонентов добежать до ближайшего дерева.

Одноухий пегий пес, зайдясь веселым лаем, резво припустил за брошенной палкой, а одна из черных собак, заметно хромающая на правую переднюю лапу, подошла к мужчине вплотную и, ухватившись зубами за широкую брючину, развернула его на сто восемьдесят градусов и немного протащила за собой.

– Вы что, меня в плен взяли? – растерянно спросил мужчина, тщетно пытаясь рассмотреть, есть ли на шее у пса ошейник.

Словно отвечая на его вопрос, черная собака кивнула лохматой головой и уступила пленнику дорогу. Мужчина ошарашено посмотрел сначала на неё, а потом на компас:

– Ну что ж, ваша взяла. На север, так на север.

Не выпуская корзины, он обреченно заложил руки за спину и покорно пошел вслед за вернувшимся на тропинку одноухим псом, гордо несущим в зубах свой трофей – длинную суковатую палку. Черные собаки, разойдясь на пару корпусов в стороны, словно конвоиры, двинулись за своим пленником. Тропинка, едва заметная в траве, уйдя в ельник, вовсе потерялась на ржавом ковре опавшей хвои, но собаки уверенно держали направление и довольно быстро вывели мужчину на заброшенную, уже зарастающую молодым подлеском просеку, по которой проходила петляющая между ямами и кочками слабо наезженная колея. Выбежав на просеку, пегий пес повернул налево, а мужчина остановился и, в очередной раз сверившись с компасом, миролюбиво обратился к своим конвоирам:

– Ну, спасибо вам собачки, что вывели на дорогу. А дальше я уж как-нибудь и без вас доберусь.

Он достал из кармана мобильник и собрался повернуть направо, но черные псы, рыча и угрожающе скаля желтые клыки, преградили ему путь.

– Ну, что вы еще от меня хотите?! – зло выкрикнул мужчина, разочарованно глядя на безжизненный дисплей своего смартфона. Он уже не раз пожалел о том, что так малодушно и опрометчиво выбросил на поляне свою палку.

Хромой черный пес снова ухватил своего пленника за брючину и, жестко развернув, протащил его за собой несколько метров. Мужчина выматерился, закурил и медленно поплелся по просеке на север. Собаки пристроились по бокам и, подгоняя пленника, стали бесцеремонно тыкаться тяжелыми мохнатыми мордами в его ноги. Ветер, шумно раскачивавший верхушки елей затих так же внезапно, как и начался, и холодный осенний дождь ловко сшил небо и землю тонкими прозрачными нитями. Мужчина достал из корзинки джинсовую бейсболку с крупной красной надписью «Red Sox», натянул ее как можно глубже на голову, и высоко поднял ворот черного стеганого бушлата. Густой ельник по краям просеки постепенно сменился жидким гниловатым редколесьем, а где-то неподалёк послышался нестройный собачий лай. Пегий пес возбужденно завилял хвостом и, припустив со всех ног, скрылся за ближайшим поворотом. На смену ему из сбросившего листву чахлого ракитника выскочили две мелкие взъерошенные дворняги с обрубленными хвостами и, деловито обнюхав мужчину, побежали впереди.

– У вас здесь что, собачья республика? – обескуражено спросил мужчина.

Один из черных псов, словно в подтверждение, отрывисто гавкнул и, подгоняя пленника, с силой ткнулся своей грозной мохнатой мордой ему под колено.

Дойдя до поворота, мужчина остановился. Метров через тридцать просека выходила на огромную пустошь. На её дальнем высоком, словно холм, краю виднелись размытые мутной пеленой дождя постройки, и оттуда, заливисто лая, несся добрый десяток разномастных псов.

– Интересно, а люди в вашей собачьей республике водятся? – скрывая испуг, невесело усмехнулся мужчина и, демонстративно не обращая внимания на кружащих вокруг него псов, придерживаясь едва заметной автомобильной колеи, неспешно пошел вперед.

Колея, пересекая пустошь, утыкалась в настоящую усадьбу, состоявшую из добротного бревенчатого дома на высоком каменном фундаменте, похожего на старинный купеческий терем с узорчатыми наличниками и вычурным коньком, и хаотично разбросанных вокруг него разномастных надворных построек и просторных собачьих вольеров. Посреди двора, возле старого, картинно поросшего тонким зеленым мхом колодезного сруба, стояла невысокая симпатичная женщина лет пятидесяти с пышными светлыми волосами и добродушным улыбчивым лицом, одетая в яркий спортивный костюм и прозрачный клеенчатый дождевик. У ее ног, продолжая гордо сжимать в зубах суковатую палку, сидел пегий пес с оторванным ухом.

– Добрый день, хозяйка! – с трудом сдерживая рвущуюся наружу злость, поздоровался мужчина. – Зачем твои кобели меня в плен взяли?

– Добрый день! – широко улыбнулась женщина и шагнула навстречу нежданному гостю. – За что же вы моих помощников так обижаете? Кобели в деревнях за суками бегают, а мои собаки людей не в плен берт, а из леса на дорогу выводят.

– Лучше бы они дома сидели и не мешали людям грибы собирать, – раздраженно проворчал мужчина. – А то мне теперь из-за них, как минимум, километра два лишних под дождем топать.

– Да какие сейчас грибы? Грибы уж все отошли, если только поздние опята, где остались. А мои собаки – они, хоть и ученые, а различить не могут, заблудился человек, или он грибы собирает. Вот они всех одиноких людей ко мне и ведут, – по-сельски простодушно затараторила хозяйка. – Лес, ведь, у нас большой, мобильники здесь не работают, заблудишься, так и не докричишься ни до кого. Вот мои собаки и подрабатывают спасателями. И многие им за это спасибо говорят.

– От встречи с такими спасателями у человека инфаркт может произойти.

– Они у меня умненькие, хорошему человеку зла никогда не сделают.

– Тогда скажите вашим умненьким собачкам, – угрюмо произнес мужчина, – чтобы они не мешали мне возвращаться домой.

– А вы, похоже, не очень любите собак? – нахмурилась женщина.

– А за что мне их любить?

В памяти мужчины всплыли заснеженная тайга, скрипящие от мороза деревья, периметр лесной делянки, выделенный кровавыми метками флажков и настороженные псы с умными безжалостными глазами.

– И то верно, – неодобрительно согласилась хозяйка. – Половина людей не понимает и боится собак и поэтому все время норовит сделать им какую-нибудь гадость. А зря. Собака самое доверчивое и самое беззащитное существо на свете.

– Хм, особенно черный русский терьер, – скептически хмыкнул мужчина.

В те времена, когда он валил лес в вологодской тайге, этих легендарных собак там уже не было, но страшные байки о безжалостных кровожадных псах были одной из классических тем в рассказах старых зеков, заставших сталинские лагеря.

– А что вы знаете о черном терьере?! – обиженно-резко вступилась за своих собак женщина. – Эту породу незаслуженно оболгали! На самом деле, черный терьер – самая умная и благородная порода сторожевых собак. Разве Дизель и Блейка сделали вам что-нибудь плохое?

– Я же говорю: мне из-за ваших умных и благородных собак теперь лишний час домой под дождем чапать.

– А зачем же вам пешком возвращаться? Если хотите, я вас на машине довезу, – сменив тон, примирительно улыбнулась женщина. – А вы, глядишь, тоже когда-нибудь бездомным собачкам чем-нибудь поможете. Я вот только суп им доварю, и мы сразу поедем.

– Спасибо, не надо беспокоиться. Вот вам на собачек, – мужчина достал из кармана несколько смятых сторублевок, – а я уж как-нибудь сам пешком дотопаю. Вы только псов своих придержите хотя бы полчасика.

Женщина презрительно посмотрела на протянутые ей купюры.

– Вы что же думаете, мы тут рэкетом занимаемся? Мы на самом деле людей спасаем. Про нас даже статью в районной газете написали, когда мои собаки с болота целую семью с детьми вывели.

– Ну, тогда вы меня извините, – заметно смутился мужчина. – Я местную прессу не читаю, в этот лес попал впервые и ничего про вашу благородную миссию не слышал.

– А вы сами, откуда будете?

– Садовое товарищество «Ручейки». Знаете такое?

– Ого! – удивленно подняла брови женщина. – Откуда вас принесло! Это если даже по прямой, через большой овраг, идти, и то три часа возвращаться придется!

– Если бы не ваши собаки, то я бы сейчас как раз через этот овраг перешел.

– Ничего, мы на УАЗе по старой просеке до ваших «Ручейков» за полчаса доедем.

Хозяйка, продолжая миролюбиво улыбаться, протянула гостю узкую, но не по-женски сильную руку.

– Меня зовут Нина Васильевна Бибикова. Я старший инспектор Семчевского лесхоза.

– Очень приятно, – уважительно кивнул головой мужчина, по достоинству оценив крепкое уверенное рукопожатие. – Дмитрий Тимофеевич Батырев – вышедший на пенсию коммерсант.

– Неужели, такое бывает? – наигранно удивилась Нина Васильевна.

– Как видите, бывает.

– Ну, тогда, пойдемте в дом. Выпьете чаю, обсохните, а через час я вас прямо до самых «Ручейков» довезу.

– Хорошо, – с напускным равнодушием согласился Батырев, который давно уже промок до нитки и на самом деле не имел никакого желания добираться до дома пешком.

Глава 2. Олег

– Телефон абонента выключен, или находится вне зоны действия сети, – неизвестно в какой раз повторил механический женский голос, и Олег Батырев, с досадой выключив трубку, продолжил внимательно изучать рассыпающуюся на отдельные листки, старую телефонную книжку.

– И что ты ищешь? – спросила его, только что принявшая душ и остановившаяся в дверях ванной комнаты жена Светлана.

– Телефон сторожей. С Батей уже почти неделю связи нет.

– А разве нам без него плохо? – Светлана уперлась руками в дверной косяк и, словно стриптизерша у шеста, вызывающе прогнулась.

– А ты думаешь, без него нам будет хорошо? – холодно парировал Олег.

– Да что с твоим Батей может случиться страшнее запоя? – беспечно ответила Светлана. – В первый раз что ли? Когда деньги кончаться, он сам объявится. А если ты так волнуешься, то чем его собутыльников искать, лучше тете Люсе позвони. Она всегда все знает: кто с кем пьет и кто кого…

– Уже звонил. Тетя Люся уехала с дачи еще в прошлую субботу и говорит, что Батя собирался пойти в дальний лес за грибами.

– Вот я и говорю: грибов свежих нажарил на закуску и запил. Пойдем лучше спать, – Светлана, демонстративно покачивая бедрами, продефилировала по коридору в сторону спальни. На пороге она остановилась и послала Олегу воздушный поцелуй:

– Я тебя жду.

Телефон сторожа нашелся на странице с буквой «Н». На третьей строчке сверху аккуратным почерком матери было написано: Николай Михайлович – сторож, дача. Олег посмотрел на часы и, немного поколебавшись, набрал номер. Через два десятка гудков в трубке раздался недовольный заспанный голос.

– Слушаю.

– Здравствуй, Михалыч, это Олег Батырев. Извини, что так поздно, я твой телефон никак найти не мог. Чем там мой Батя занимается? Я до него уже пять дней дозвониться не могу.

– А он что, разве не у вас?

По спине у Олега пробежал неприятный холодок, а ладони, наоборот, неожиданно вспотели.

– Нет.

– Странно, а я думал, что он в город вернулся. Его с прошлого воскресенья нет. Дом заперт, свет по вечерам не горит, и самого нигде не видно. Правда, машина на участке осталась, но я подумал, что он на электричке уехал…

– Я сейчас выезжаю, – Олег отбросил телефон так, словно он обжёг ему руку, и с глухим стуком отодвинул дверь встроенного шкафа.

– Ты чего?

Светлана вышла из спальни и недоуменно посмотрела на торопливо одевающегося мужа.

– Батя пропал.

– Он не ребенок: сегодня пропал, завтра найдется. Ты что, прямо сейчас его искать собрался?

– Да, прямо сейчас! – раздраженно бросил Олег и, не прощаясь, стремительно выбежал из квартиры.

По пустынному ночному шоссе он мчался так, словно судьба отца могла зависеть исключительно от скорости его внедорожника. Шедший весь день затяжной осенний дождь окончился совсем недавно, и редкие водители встречных машин, увидев буквально летящий над мокрым асфальтом узкого однополосного шоссе сумасшедший болид, торопливо прижимались к обочине и, покрутив пальцем у виска, многоэтажно матерились. Садоводческое товарищество «Ручейки» находилось на самом краю Московской области, практически на границе с соседней губернией, поэтому, когда меньше чем через час после телефонного звонка Михалыч услышал резкий сигнал пронесшегося мимо его сторожки автомобиля, то произнес единственную фразу:

– Ну, и не хрена себе!

Накинув на плечи давно потерявший форму вылинявший пуховик, сторож торопливо потрусил на другой край поселка к участку Батыревых. Во всех окнах непрезентабельного дачного дома уже горел свет, а Олег курил, сидя прямо на влажных ступеньках широкого крыльца. Огонек тлеющей сигареты каждую секунду нервными фотовспышками выхватывал из темноты его мрачное посеревшее лицо.

– Ну, что? – одышливо дыша, спросил Михалыч.

– А ничего, – глухо ответил Олег. – Исчез Батя.

– Ну, слава тебе господи. Исчез – не умер, – перекрестился сторож. – А то я уж испугался, что он прямо в доме мертвый лежит.

– Я тоже.

Несколько минут оба молча курили.

– Ну, и куда же он мог деться? – прервал молчание Михалыч.

– А вот это я, как раз, хотел у тебя спросить. Ты же его последним видел.

– Сегодня у нас что? – задал сам себе риторический вопрос Михалыч и поднял сонно-затуманенные глаза к черному ночному небу, словно пытаясь отыскать там какой-то звездный календарь. – Считай, уже суббота. А я его видел утром в прошлое воскресенье. Он сказал, что собирается уезжать, но сначала хочет сходить за грибами. Я ему говорю, что в нашем лесу уже ничего нет, а Батя отвечает, что пойдет за овраг, в дальний лес. Мол, туда никто из наших не ходит, может там поздние опята еще и остались. А когда я вечером зашел, его уже… – сторож сделал паузу и задумался. – А может еще, не было. В общем, дом закрыт, света нет, а машина, – Михалыч указал на старенькую «Ниву» цвета недозрелого томата, – вот так и стоит с тех пор посреди двора. В тот день с обеда дождь начался, и похолодало сильно. Вот я и подумал, что он промок в лесу, дома выпил для согрева, да и уехал от греха подальше своим ходом на электричке.

– Люся тоже говорит, что Батя в дальний лес за грибами собирался. Получается, он туда ушел и исчез.

– Может, заблудился? – предположил Михалыч и сам едва не рассмеялся над своими словами.

– Батя и в тайге не заблудится, а уж в наших-то лесах… – хмуро ответил Олег. – А вот если с ним, не дай бог, какой-нибудь сердечный приступ случился.

– С чего бы? Он вроде на сердце никогда не жаловался.

– Это верно, здоровья у Бати еще на пятерых хватит, но все же семьдесят лет… и на кой черт ему понадобились эти грибы?

– Ты сейчас голову не ломай, а лучше ляг, поспи, – отеческим тоном посоветовал Михалыч. – А утром отправляйся в Семчево и подай в милицию заявление о пропаже человека. Может, менты чем-нибудь и помогут. Это их работа – людей искать.

– Спасибо за совет, – Олег поднялся со ступенек. – Спокойной ночи.

– Хочешь, у меня переночуй, – предложил сторож. – А то у тебя дом не топленый.

– Ерунда, у меня спальник есть.

– Ну, как знаешь, – Михалыч аккуратно загасил окурок о подошву башмака и бесшумно растаял в антрацитовой темноте безлунной октябрьской ночи.

Вернувшись в дом, Олег еще раз обошел скромно обставленные самосборной «икеевской» мебелью комнаты. Две побольше – внизу, и две поменьше – наверху. Ничто не говорило о том, что отец запил. Не было ни разбросанных вещей, ни грязной посуды, холодильник был забит едой, и только большая хрустальная пепельница ощетинилась десятком длинных темно-коричневых окурков. Шесть дней назад отец просто оделся, взял корзину и ушел в лес. Ушел и с тех пор сюда не возвращался.

– Эх, Батя, Батя, – сокрушенно пробормотал Олег, залезая в спальный мешок.

Глава 3. Батя

Младший сын полковника Тимофея Батырева – Дима с детства отличался отменным здоровьем и решительным, волевым характером. Кочуя вместе с родителями по гарнизонам, не по годам развитый мальчик на каждом новом месте быстро завоевывал у сверстников не только авторитет, но и уважительное прозвище Батя, которое так и прилипло к нему на всю жизнь. «А этот сможет стать генералом», – радовался, глядя на мужающего младшего сына, стареющий полковник. Учился Дима хорошо, хотя круглым отличником никогда не был, много времени проводил в спортзале, занимаясь гимнастикой и баскетболом, и с удивительной легкостью организовывал любые общественные мероприятия, от сбора металлолома до праздничных концертов. Поэтому не удивительно, что не только отец, но и остальные обитатели военного городка прочили юноше блестящую армейскую карьеру. Одна только мать, глядя на уходящего в школу младшего сына, думала с тоской и тревогой: «Неужели и ты всю свою жизнь будешь болтаться по казенным квартирам бесконечных гарнизонов? А если будет еще одна война?». Отец же, лелея собственные честолюбивые планы, решил отправить Диму, в отличие от его старших братьев, не просто в ближайшее общевойсковое училище, а в элитное Рязанское училище ВДВ. В семнадцать лет Дима Батырев, держа в руках коричневый фанерный чемоданчик, попрощался с родителями на перроне крохотного райцентра в Центральном Черноземье и отправился в свое первое самостоятельное путешествие. Путь в Рязань лежал через Москву. Выйдя из поезда на Павелецком вокзале, молодой человек, впервые оказавшийся в большом городе, был буквально раздавлен мощью и размахом столицы. Он долго стоял посреди шумной привокзальной площади, восхищенно глядя на монументальные сталинские дома, магазины с зеркальными витринами, прикрытыми полосатыми полотняными тентами, и бесконечный поток машин, стремительно мчащийся по Садовому кольцу. Особенно его поразило количество беспечных и, на первый взгляд, абсолютно праздных молодых людей, одетых вместо военной формы в обычную цивильную одежду. Кочевая гарнизонная служба, с ранних лет известная ему до самой неприглядной изнанки, никогда не привлекала Диму Батырева. Но только теперь, оказавшись в свободном одиночестве посреди огромной площади незнакомого, но такого заманчивого города, он окончательно понял, что никакая сила не заставит его добровольно обуть сапоги и отправиться на пропахшие потом и порохом Рязанские полигоны. Решение, о том, как жить дальше, пришло совершенно неожиданно. Вместо того чтобы спуститься в метро и проехать три остановки до Казанского вокзала, Дима решительно направился к дежурившему на перекрестке сотруднику ОРУДа:

– Товарищ старшина, подскажите, пожалуйста, как мне пройти к ближайшему институту?

– Молодой человек, а какой именно институт вы ищете? – удивленно посмотрел на странного абитуриента пожилой милиционер.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

Поделиться ссылкой на выделенное