Алексей Козлов.

Джунгли Блефуску. Том 2. Джонни Кишки Наружу



скачать книгу бесплатно

«Образы, явившиеся внезапно, обрадовали меня, как в детстве радовали новые виды и люди, все казавшиеся святыми».

А потом всё растворилось.

Начало своей жизни в лесу я отметил несравненным празднеством. Закусон у меня был мировой – два куска чёрствого чёрного хлеба, полбанки кабачковой икры – пальчики оближешь, большой кусок розового свиного сала, украденного в лавке одного доброго армянина, который тут по уголовным делам шустрит и пару давленых чьими-то жопами конфет. Сало было такое, что я его рубил топором и глотал, не прожёвывая. Да, была ещё бутылка самодельного виноградного вина. Было от чего оттянуться! Пусть, думал я, миллиардеры умрут от зависти! Баб не было, так что затраты на гандоны были минимальны!

Когда я проснулся, вокруг меня было всё хорошо.

День мой начинается с пробуждения в кустах или на столе на полянке, где пикники все устраивают. Днём они пикники устраивают, а ночью уезжают, а я получаю поляну в свою безраздельную собственность. После этих гулянок остаётся много полезного и вкусного, и я уважаю этих хлебосольных людей. Иногда смотря сквозь кусты на их нехитрые развлечения, я начинаю прикидывать, каких они кровей и почти всегда ошибаюсь. Мутные тперь люди пошли, не врубишься, кто из них кто! Но в основном – это мелкие торгаши, менеджеры и продавцы из лавок. Неподалеку от меня тихие дачи, где почти никогда никого нет. До пляжа идти минут двадцать пять по тропирнке, усеянной мелкими камнями. Кругом лианы и чуть было не сказал, обезьяны. Обезьяны тут, конечно, есть, но они живут в домах.

Солнце заливало плавленым золотом черно-зелёные джунгли, овцы и козы мирно паслись на пятнистых склонах между камней, сосны и дубы были умиротворены и спокойны, и даже мшелые камни древнего кладбища излучали лучезарный оптимизм. Ветра не было вовсе. Всё бывшее перед глазами двигалось и было похоже на картину Тёрнера. И чувство восторга и ясности жизни охватило меня. Такое чувство только однажды было в раннем детстве, когда ясня глаза и чувства и человек ещё не испытал длительного груза печали и неприятностей. Наверно есть люди, способные пройти через свою жизнь с лёгким сердцем и наивной дущой, но я не из числа. Итак, о расписании моего дня, да простит меня мой читатель!

В этот день я пришёл на пляж раньше обычного. Наверно хотел погреться побольше, ведь сообщали, что скоро будет шторм, а тут если шторм, так это три-четыре дня коту под хвост – сиди дома, не показывайся. Дождь будет шпарить, пока не прекратится!

В конце пляжа, где я расположился, сначала ровным счётом никого не было, а потом появились трое отдыхающих дам – мать и две дочки. Мать их была настоящая курица, всё какие-то полиэтиленовые пакеты вертела, залезала в воду, как курица, а дочки были ничего, смазливые! Хотя они были смазливые, но какие нервные! У одной было нечто вроде тика! Они все оказались коцаными глистиансками. Пробы негде ставить! Стали связывать свои бедствия и отсуствие женихов с изменой их богу – Иисусу! Дышать темно от смеха! И само собой вместо того, чтобы бёдрами передо мной крутить и облизываться, как все девки умеют, стали нести какую-то подплинтусную ахинею про Гроб Господень, Иеруссалим этот г… ный, бога и всю эту дэвид-копперфильдовскую …ню, какую монашки в монастырях несут старухам между едой и мастурбациями! Я …ел! Я, честно говоря, проявлял несвойственное мне терпение, пару раз с ними беседовал с ними на богоугодные темы, хотел вправить им мозги, да только у меня не получилось! У них уже была неисправимая пуля в голове! Я с ними говорил, честное слово, всё в мирном тоне, а побеседовав, понял, что никакие доводы разума на этих монстров не действуют, и настоящего глистианина может исправить только могила.

Они все тупые и принимают тот мусор, какой у них в голове за свои убеждения! Умора! Такие страшные формы сумасшествия, как глистианство, пилюльками не вылечишь! Тут нужен танковый гранатомёт! Их нужно всех засунуть в андронный коллайдер и отправить на загадочную планету Пти-Пу-666!

«Когда Сьябуч изобрел Нанох.., энтузиасты покатили тележку с его трудами к зданию городской Думы, думая таким образом выклянчить у государства деньжат! Новая технология требовала новых подходов! На поветке дня были прыгающие как блохи нанотанки и ушлые в своих желаниях нанодевки».

Они сначала чурались меня, наверно потому что я самец, а потом вошли во вкус, стали хихикать, как дуры, общаться и свои грошовые философские взгляды мне излагать! В общей сложности, прежде чем я утомился и прекратил дозволенные речи, на всё про всё меня хватило минут на сорок их пустопорожней болтовни!

Я всегда удивлялся тому, что есть женщина, но если раньше я удивлялся в хорошем смысле, то теперь – в плохом! Они люди вообще? Совесть, справедливость – для них полные абстракции, вызывающие только улыбку, за слезинку ребёнка готова спалить весь мир, тупые, как пробки!

А последние додумались ещё свою природную тупость прикрывать феминизмом!

«И откуда может быть высокий ум у человеческой обезьяны, если бог не дал ей члена?» —думал я, – Людоеды мне как-то ближе глистианок! В них сильнее природное начало! Сильнейшее! Но кто знает?

А потом, невесть откуда появился и этот белобрысый клоун с собакой, дёрганый пацанчик, ёкалдыбалдонский архимандрит, я его несколько раз видел, то он рыбой, пивом торговал на пляже, а то просто полёживал пьяный. Рыбой такие торгуют от полной безысходности, когда уж край, и денег взять неоткуда! Выглядел он как настоящий хлюст! Ха! История моды на двух ногах! Одет он был в какие-то стоптанные белые тапки, френч типа «пожалейте польских охвицеров» и в коцаной соломенной шляпе на бритой голове. И всё время головой дёргал, как Буратино! Панк!

Этот козёл как-то незаметно подкрался и лёг рядом на камни. Краем глаза я заметил, как из-под майки метнулся быстрый крабёныш. Я его давно заметил, как он за камнем маялся, чтобы у меня пакет …дить! На мой последний кусок хлеба рот разевал, продрыга! А меня уже порядком разморило, я был никакой! Бутылка пива играла в животе. Глупые девки убили мой интеллект и сознание усыпили! Солнце било сквозь очки, и даже бейсболка на глазах не спасала. Лежу и думаю: «Вот солнце, море, вот я, и всё хорошо на свете, и море предо мной весёлое, синее! Жизнь у меня одна, другой не будет, сколько я времени попусту истратил, не видя ничего! И море – это ведь и есть настоящая соль земли, о которой пророки прокаркали в своих книжках. И самое …вое, что этот краб все мои мысли читает! Животные, вон даже о своей смерти заранее знают! У них интуиция развита здорово, не то, что у людей, которые все свои природные качества в этих долбаных городах растеряли.

Блаженны времена купания на море,

Когда волна, с другой волною споря,

За разом раз ласкает низкий брег,

И только этим счастлив человек.

А тот белобрысый, что с собакой поодаль баловался, подкрался ко мне и прямо в ухо говорит:

– Мистер Бултых, если не ошибаюсь!

«Ну и шуточки! Пионеры так щутят! Или пидорынеры!»

Вставать не хотелось.

– Не кощунствуй, отрок! – говорю, – Ибо…

Я поднял голову и обнаружил над собой встревоженное личико перестарка-подростка, с всклокоченной абсолютно белой шевелюрой и голубыми, как море, ясными глазами. В глазах не было никакой мысли, только телячий восторг! Ничего себе подарочек! Послал господь собеседника! Я бы такой образ назвал распутным, если бы не знал, как можно ошибаться в людских достоинствах и пороках, судя только по виду человека. То, что передо мной далеко не ангел, я понял сразу.

– Фрич! – представился он. Ни больше, ни меньше.

– Я Фрицев люблю! А недоношенных фрицев – нет! – говорю.

Тут то фрицы, то шприцы! Не знаю уж, что страшнее! Да уж! Лучше бы ты преставился на худой конец каким-нибудь Ибн Аль Салям Мулла Субхабана Мокенжанат или Аберхаллуддин Дафна Хасбалла Шестнадцатый! Лучше бы прозвучало! Или просто Ганди!»

Я на него посмотрел долгим взглядом, таким, от которого эти закомплексованные козлы смущаются. Шевелюра белая, очочки на глазках, интеллигент недобитый! Кухонная душка!

Он меня заинтересовал. НА Ганди вообще похож! Такой же худой и очки такие же дурацкие на носу – круглы! Интеллигентские очочки такие! Такие очки, которые хочется сразу снять с лица косым хуком и растоптать разношенными кирзовыми сапогами! А потом с мягкой, ласковой улыбочкой отдать хозяину, чтобы так больше не поступал!

– Алекс! – говорю, хотя все меня зовут Ади, – Министр внешних половых сношений Фиглелэнда! Точнее Алекс Моргенштерн! Советник Чаки по чисто военным вопросам! Чисто! У тебя случайно нет лишних очков! Я люблю их топтать!

– Я мэр горрода Нарчо Пукколе Квирру Нарчувайзенн! – говорит он голосом чисто горячих прибальтийских парней.

– Вы мэр города Нарчо Пукколе Квиру Нарчувайзенн? – говорю.

– Я!

– И откуд-да вы?

– Я к вам пряммикком из сттранны оззёрр!

– Из страны озёр-р?

– Из Финнланд-дийи!

– Вы? Сын Севера?

– Йа!

– Зачемм вы к намм?

– Фотка! Дешёвы фотка!

– Фотка?

– Фотка!

– Ви знайт фотографи? – съязвил Фрич, – Гутт принт? Кодак? Ораза пресс?

– Найнт! Фотка! Тишови фотка! Сдес тишови фотка! Я пит!

– Юпит?

– Айпит!

– Он – пед!

– Педагог?

– Видимо, педофил!

– Огорчён?

– Корчун! Карачун!

– Он сам не понимает своего счастья!

– О, как плёх!

– Его зовут Пит!

– Карош! Гут Пит! Пит! Пет!

– Фотка!

– Йа, водка!

– О, фя, фя, фотка! Пед!

– Так бы сразу и сказал! А то гнусишь чего-то непонятное! Стыд и срам! Для того ли тебя мать родила? Вот как!

– Водка! Дешёвая водка!

– Йф-а-йа!! Та, фотка! Тишови фотка! Тринк Унд Дранг! Пит! Ха-ха-ха!

Этот голубоглазый придурок был вежливый, ничего не скажешь! Ну, что, жахнуть его камнем по башке! Привести его в себя? По бедовой головушке? Жах! Или пожалеть на первый раз?

– Я вижу, вы тут отдыхаете? – говорит он, наивно думая, что не шепелявит и прикус у него, как у Йорширского принца..

«Издалека начинает! Чего он хочет? И какая изумительная проницательность! Ни… себе? Нет, это просто граф Калиостро! А он умеет поддержать беседу! „Вы тут отдыхаете“… Халдон! Гы-гы! Товариш! Не поступить ли нам вместе в МГИМО на вечернее отделение? А утром грузчиком брушить?»

Настроение у меня было не очень, хоть я и пыжился. Потом расскажу, почему у меня настроение подгуляло, сейчас не время, чёрт подери! Но причина была, вы уж поверьте! Но я подумал, вежливый чёрт, не буду ему хамить пока попусту, мы ведь все вроде люди! Посмотрю, куда он дальше клонить будет!

– Я тут инкогнито, товариш! – отвечаю ему в его стиле, – С особым предписанием! Из Питера! Я мистер Зашитый! Защита родини и охрана военной тайн – май основни хоббис! Фирма оказывает побочни услюг! Борьба с экстремизмом и петинг на дому! Аутшизинг и хлопперблошинг! Только – никому! Сикрет Сервис! Конспирация нам не помешает, нье так ли?! Мистер Мультик! Я уверен, что люди и рыбы могут вести мирное сосуществование! Ахтунг?

– А-а! Очередной псих на моём пути! – сказал востроглазый и на секунду разочарованно отвернулся, – Тут все почему-то психи! Я думаю, так действуют горы!

– И море!

– Что это за собрание? Члены секты Анонимные Патриоты? Тайный орден Римского Папы?

– И вавилонской мамы!

Он как будто стал припоминать, откуда я взял эту тарабарщину, да, видать, не припомнил. Тут и начала раскрываться его мелочная душонка – он не знал Бусча!

Мимо всё время шлялись полуголые бабы и, спасаясь от жары, то и дело ныряли под свои долбаные клетчатые зонтики. Любят они свои телеса на обозрение выставлять, б…!

Любое человеческое сообщество в начале своего существования задумывается о своей безопасности. Если у тебя что-то есть, а защитить это нечем, рука соседа несомненно потянется к чужому! И когда чья-то рука тянется к чужлму или хватает его, то это самый старый, самый желанный повод для писателя взять перо и бумагу и сотворить шедевр, какого ещё не было под звёздами.

Я только успел подумать об этом, как прихромали мои приятели. Они только что встали и потягивались, вынимая сигареты. Они даже ещё не приступали к обдумыванию, чьи карманы им лучше всего очистить сегодня. И каким образом!

Тухлая рыба была дивно жирна, но вкусной её назвать решился только Яков Саломоныч.

Тут мы надели луки и намазали стрелы ядом кураре!


Глава


Почти ничего не изменилось в мире. Гибралтар верно стоял на своём обычном месте, охраняемый дебилами в пробковых шлемах, верблюды Далай-Ламы степенно шли по Сахаре, влача плотные мешки с героином и издавая беззвучные крики, а ковбой Джимми Дорс Мантенья как и все дни жизни стрелял путешествующих голубей в бескрайней Армериканской степи.

Сифон Подцепилис и Румба Шанкри, звёзды Индовуда, обколесившие Латинскую Америку и Острова Океании с зажигательными танцами, позвали в подтанцовку двух брутальных мужланов, которые не умели танцевать, но зато сверкали синими татуировками по всему телу.

Голуби и воробьи были лучшей пищей в походе, и потому благородные разбойники стреляли их немилосердно, пока не извели всех до одного!

Облака были столь похожи на собрание кривляющихся морд, что полковик-инсектор второй категории Портуарий Бабло, шедший с протазаном и люлей на борьбу с парнокопытным гнусом, посчитал себя настоящим художником.

Учитель рисования рассказывал на уроке, как в трудные военные годы они питались верблюжьими плевками. Мы верили ему и с раскрытыми ртами слушали его россказни. Теперь я рассказывал им нечто подобное, ловя льстивые взгляды слушателей.

Голубые дирижабли, уносившие вдаль голосившего Фредди Меркюри, шли парами, чинно и благородно! Потом на город сигаровидным облаком грянула лазурная саранча! Гнойным колышащимся слоем покрывала она холмы и сады и двигалась, медленно шевелясь и треща крыльями. Это было началом эпохи великих несчастий, названной Малым Обледенением и длившимся без малого триста лет и три месяц а при полной, никогда не уходящей с неба луне.

Приблизительно в это время верный солдат родины Иван Истекаев, навсегда оставив пост у ржавой шахты с останками древней ракеты, из которой началось сочиться грозное химическое повидло, промышлял в Бердичеве тёртым камышовым вареньем и спелой речной ворванью. Он умел считать деньги, и как всегда здесь у тех, кто что-то умеет, у него их никогда не было.

Предки Якова Соломоныча этой ночью плавно переходили вброд вялую польскую границу, влача на трудовых лямках мешок сладкой шведской конопли.

Солнце стояло над счастливой Республикой Зимбабве, как будто его пришпилили божьим гвоздём к плоскому синему небу. Орды глистианских проходимцев из соседней Родезии по-прежнему ели земной хлеб и каждое утро несли бред в Хеллоуейской церкви Всех Святых Первой Оргии Творения. Бак спал на гамаке, сделанном из старого одеяла и проволоки. Его лицо выражало детское спокойствие и крайнюю доверчивость жизни. Королева Бранглии Елизавета читала книгу «Путь паломника».

И только король Испании Хуан Карлос утром сего дня внезапно врезался в дверь! И большой синяк на лбу царственной особы с особой почтительностью засвидетельствовал, что король – тоже человек, хотя и необычный!

Все мы были огорчены ранению короля Хуана Карлоса, ибо событие бросало тень сомнения на дух всеобщего оптимизма и ожидание счастья, вселившееся вдруг в наши сердца.

Испанский король покрылся коростой и потерял товарный вид! И акции Испании в наших глазах должны были неминуемо упасть!

Маленьким мальчиком Бак был упорным, и его то от стены родители отнести не могли после того, как он три часа кряду головкой в ковёр на стене с разбега бил, то откачивали и бинтовали переломанные руки, когда он однажды на Кавказе убежал из детской коляски, на крачках без всякой помощи залез на скалу, там метров сто высоты, и свалился с неё вниз головой. Все думали, что всё, малыша нет больше, там камни такие, что подумать страшно! А он из-за камня выполз и головкой в него тют-тюк! Мол, мама и папа, всё со мной нормалёк! Головка крепенькая! Тогда все поняли, что сынок жив и всё с ним будет всё нормально, и принялись его бинтовать!

Вот откуда у него потом любовь к Кавказу появилась!

Когда он вырос, он на все Кавказские войны, какие были попал, и ожидает следующую, чтобы с пушкой на Кавказе побегать, так любит Кавказ!

И тут послышался первый голос из хаоса. Появился призрак отца Гамлета. Это был Фрич! Без майки и штанов! Помочи украшали его зрелую, неспортивную наготу и были лучшей частью одежды, помимо кастрюльной ладанки и одного носка.

– Кирдык Мантуанский что сказал?

Все замерли. Так хотелось разузнать, что там сказал Кирдык Мантуанский. Я люблю первоисточники! Особенно когда их не существует! Тогда можно сколько угодно говорить о чём угодно!

– Они трахаются, а они пи..ят о погоде, о модах, и никого ничего не волнует! Ты хочешь такой жизни? Хочешь?

– Маньяк!

Поднимать голову и открывать глаза не хотелось. Я представил в воображении хозяина голоса. И ужаснулся! В холода он бегал по снегу и пел «Мама миа что мы будем делать?»! Последователь отца Порфирия! Сектант из секты Муна! Или из тех, кто в семейных трусах по снегу босиком шастает, как они там называются? Снеголюбы, что ли? Спирохеты! Г… топы! Забыл, мать вашу! Склероз!

– Честный человек сейчас не в фаворе! Это такая же редкость, как китаец-гермафродит!

– Ты в гермафродитах лучше меня разбираешься! И в гомофобах! Тебе и карты в руки! А я о другом думаю!

– Да!

– Было так голодно, что зимой ёжика он кормил грудью!

– В самую точку! Это история из фильма о блокадном Ленинграде?

– Да!

– Как страшно жить в лесу под пистолетом!

– Среди друзей и коцаных подруг!

– Да! Та вот! И тут моя избушка в лесу подверглась нападению! Они выслеживали меня почти всю зиму, и хотя, благо я скрывался, петляя и портя следы, они в конце концов застигли выследили меня по следам! Это ж какую хватку надо иметь, чтобы годами выслеживать в лесу бедного человека, чтобы потом отнять у него оловянные ложки, фотоаппарат-мыльницу и кучку мелочи в ящике школьной парты! И решили отыграться за свои былые неудачи!

– На тебе?

– На мне!

– Они что, гномы? Ничего не соображают! Маленьких нельзя трогать! Это грех!

– Им ещё не было известно понятие греха! Это же фараоны!

– Важно! Важно!

– Неважно! Да только огонь и засада с тех пор не покидали моей маленькой усадьбы! И виной тому был полковник Рудаков, злой человек, нехороший человек! Я потом его видел в городском саду, где он отдыхал вместе с женой и сынишкой! Сынишка у него сопляк был и похоже не в себе, всё слюни пускал и какую-то белиберду про барабашек нёс! Страшная трагедия! Инопланетяне, вампиры, чужие! Я торчу! Я чего хочу сказать!..

И тут я услышал разговор, которые не то, что бы заинтересовал меня, напротив, нет, он сначала совсем не заинтересовал меня, ак потом, да, заинтересовал:

– Бак! Добро пожаловать в клуб пятидесятилетних!

– Пятидесятилетних старух? А что дают?

– П..дюлей! Но сколько хочешь! Шведский стол!

– Господа! Да вы – сама Щедрость! Богиня Халява! Хотя пиzдюлeй на сегодня мне хватит! Я только что после драки ушёл от погони копов!

– И чья победа в битве?

– Моя!

– Ой ли? Ты подумал, прежде чем сказать?

– Ой!

– Ничего! Ты же десантник! Привык к пиzдюлям! Хочешь ещё пиздюлинку? Герой родины? Я отвалю!

– Я десантник только для девушек! А так я партнёр!

– Партнёр! Маска! Давайте знакомится! «У него была шведская семья, затем шведский стол, а потом в старости – шведский стул!»

– Киножурнал «Хочу всё знать» идёт в бой!

Потом они о чём-то забубнили, и ничего не было слышно.

– А ты ничего не говори! – сказал первый голос, и я понял, что как будто когда-то слышал его, такое у меня бывает, чего– чего, а пямять у меня, как архив в Самаре, – Помолчи! Ты уже всё сказал на свою голову! А ты сосредоточься! Как страна! Не помню названия! Вон видишь, президент сказал, чтобы страна сосредотачивалась! Пирказал ей соредоточиться! Сами спят до полудни и ничего не делают, а старной обеспокоены! И она по команде сразу стала сосредотачиваться! Приняли позу лотоса! Это он ведь не с бухты-барахты сказал, а по наитию и правде! Сказал, как сказанул! В точку сказал! Как в лужу взднул! Сегодня и Навсегда! Раньше у страны были ноги-раскоряки, и зенки в разные стороны смотрели, и сидела она в грязной луже, вяло поводя плечами и пуская пузыри, а теперь всё не так, раздайся грязь, страна идёт, всё стало само собой сосредотачиваться! …дец врагам! Цвети, Европа! Расцвет Европы! Расцвет Европы неминуем! Они это умеют! За такие зарплаты и преференции можно быть и патриотом! Я бы при их зарплате и не такое нахваливал! И ты так поступай! А то всё правду-матку рубишь где ни попадя! Кому это понравится? Сейчас правда никому не нужна! Не зли никого! Не пей больше, не кури, блядки брось и сосредотачивайся! Мидитируй, как Гоголь в тумане! В церкву поди! Сосредоточься как страна Говносрания, и ничего не говори! Смотри в одну точку и иди к ней! НЕ ходи вокруг да около кругами!

– Да я и не хожу!

– И молчи тихо так! Тс-сссссс! Фараонам это нравится! Полковник твой, когда увидит, что ты вместо того, чтобы пьянствовать и всякие гадости и своей родине говорить, стал проповедовать мир и согласие, и осанну-толерантность петь, знаешь как он обрадуется? Он подумает, что всё хорошо!

– А я?

– Ты? А ты в этот момент бросся на него и откуси ему голову! Раз – и всё!

– А как я потом объясню следователю мотивы своего поведения? Сошёл с ума? Краткое умопомрачение? Сглаз? Партия приказала?

– Ну да, типа да! Он гонялся за твоей женой с топором и поимел её на плите! А ты как муж и защитник святынь, не смог сдержать удивления, гнева и…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Поделиться ссылкой на выделенное