Алексей Калинкин.

Призрак в паутине. Том II



скачать книгу бесплатно

– Взрослый лес еще потерпит, деревья имеют запас воды, их корневая система глубже уходит вниз, где есть еще вода. Совсем молоденькие деревья, саженцы, имеют маленький объем влаги, поэтому быстрее погибают от засухи.

Они остановились в тени молодой липы.

– Юля, видишь, под деревом земля как будто обрызгана чем-то. Что это?

– Тогда смотри сюда, – Юля дотянулась до ветки и сорвала листок, – видишь на листочке налет, на, пощупай листок.

– Чувствую какое-то густое и липкое вещество.

– Это падь, сладкая жидкость, которую выделяет тля. Капельками пади усыпана земля под деревом. Липа часто поражается тлями, в результате чего листья становятся липкими. Кстати, липа одна из самых мощных медоносов во время ее цветения. Тля, как правило, появляется после цветения в засушливые периоды, вот как сейчас. Пчелы собирают и эту сладкую жидкость и производят падевый мед, который даже более полезен для человека, чем цветочный. Пчелам оставлять в улье на зимовку падевый мед нельзя, он для них вреден.

– Сколько же всего интересного в природе! – воскликнула Римма. – Спасибо тебе, Юля, не буду задерживать, поезжай, до встречи.

Видимо, после ее ухода Валентин позвонил Алексею, потому что, выйдя за проходную, Юля его увидела.

– Привет, Алеша! Как это ты здесь оказался?

– Привет! Сорока на хвосте принесла весть, что ты здесь.

– И эту сороку зовут Валентин. Так?

– Да, ладно, не будем об этом. Лучше скажи, трудно тебе, проблем много? Вид у тебя утомленный.

– Набегалась я сегодня, засуха, в моих питомниках саженцы под угрозой гибели. По непонятной причине дождевальные машины оказались неисправными. Пришлось искать альтернативные способы полива, кое-что нашлось, но полить в полном объеме не удается. Борис Иванович там с утра организовывает работы по поливу. Так же плохо себя чувствуют молодые посадки. Как видишь, проблем хватает.

– Мне очень хочется тебе помочь, но пока не знаю, как.

– У вас же мощная система связи, так пошли просьбу в небесную канцелярию, чтоб прислали три-четыре тучи на наш лес с хорошим дождем, вот и вся проблема.

Алексей не продолжил эту шутку, сказал, что через несколько десятков лет это будет возможно, и спросил:

– Почему вы не организуете дождь, как это было при пожаре в лесу?

– Это очень дорогое мероприятие, когда появилась вероятность гибели огромных площадей леса, государство пошло на эти затраты. Сейчас гибель не угрожает всему лесу.

– Слушай, а не поможет ли вам поливомоечная машина, у нас их две, одна поливает твой и наш парк?

– Я не знаю возможностей этой машины, ты лучше позвони нашему главному инженеру и обсуди с ним такую возможность, заодно повод для взаимодействия. А сейчас, Алеша, мне пора ехать, еще много дел надо успеть до вечера. Позже я тебе позвоню. Ладушки?

Юля быстро села в машину, Алексей только успел пожать ей локоть.

– Ладушки, Юля, хоть мысленно, виртуально, я с тобой и тебе помогаю.

– Спасибо, Алеша, это уже немало! Пока, до звонка!

Участливое отношение Алексея заметно подняло настроение Юле, она почувствовала прилив сил.

Проехав некоторое расстояние, она глянула на часы, начался третий час.

«Успею заехать к посадкам, – подумала она, – надо посмотреть, как они себя чувствуют, а если инженеры договорятся, то можно будет послать поливалку туда».

Вскоре показался съезд в лес, который ей был нужен, около него стояла машина дорожного патруля. Как только Юля включила поворотник, из машины выскочили полицейские и старший поднял жезл и махнул им в сторону обочины. Юля медленно приблизилась, уже хотела остановиться, но тут они увидели пропуск и эмблему Леспромхоза на лобовом стекле, полицейский опустил палку, а потом махнул ею в сторону поворота. Младший полицейский при этом взял под козырек, лучезарно улыбаясь. Юля, тоже улыбнувшись, помахала им рукой и свернула на лесную дорогу. Ее машину знала вся дорожная полиция, некоторые первое время даже останавливали, из любопытства. Сразу за съездом началась ухабистая грунтовка, и Юля включила автоматизированную пневматическую подвеску, кузов поднялся над дорогой, езда стала плавной, скорость увеличилась. В зеркало Юля видела, что полицейские смотрят ей вслед, а когда машина поднялась, младший выхватил из кармана фотоаппарат и стал фотографировать.

Вот и посадки, две полосы шириной по десять метров с молодыми деревцами, протянулись вдоль леса на два километра, между ними не занятая пока полоса шириной около четырех метров. Юля прошла по междурядью, ожидала она худшего, молодняк держался, некоторые, правда, привяли, были и совсем засохшие, но таких было немного, и скорее всего это результат небрежности при посадке саженцев. Опустившись на корточки, Юля пощупала почву вокруг тонкого стволика будущей большой сосны. Земля была твердой, как бетон, и начала трескаться.

– Держись, милая сосенка! – вслух обратилась Юля к деревцу, ласково поглаживая рыжеватый стволик. – Когда ты вырастешь совсем-совсем большой, нас никого уже не будет на свете, с тобой будут уже другие люди, так вспоминай нас, кто тебя растил и ухаживал за тобой. Ладушки?

Сосенка промолчала, но Юле явственно показалось, что ее верхушка слегка наклонилась, как бы утвердительно кивнув. Юля встала, пошла вдоль посадки, касаясь рукой веток, постоянно повторяя: «Держитесь, милые». И опять показалось, что ветки сами тянутся ей навстречу, а верхушки кивают.

«Кажется, я схожу с ума», – подумала Юля, отошла в сторону и оглядела посадку, насколько хватало глаз. Будущий смешанный лес из хвойных и лиственных пород стоял, как в строю, по стойке смирно. Ни один листочек не шевелился, полный штиль. Вдруг послышался и исчез еле слышный шелест, потом опять. Юля замерла, вот опять….

«Осина, – подумала Юля, – где-то маленькая осинка, ее широкий лист от природы имеет очень тонкий и гибкий черенок, вот почему осиновая листва чрезвычайно чувствительна даже к самому легкому ветерку».

Юля пошла на еле слышный шелест, вот она, во втором ряду, среди березок и елочек. Ее листочки, как на тонких ниточках, крутились и раскручивались, издавая еле слышный шепот.

– Осиночка, милая, позови нам ветер с хорошими тучами, – взмолилась Юля.

Осинка тряхнула всеми листочками, на мгновенье затихла и тихонько зашептала вновь.

– Вот молодец, поняла меня, спасибо тебе.

Юля решительно вернулась к машине и быстро уехала. По пути она продолжала размышлять об ощущениях контакта с деревьями, она знала, что растения чувствуют внешние раздражители и реагируют на них, изменяя положение ствола или листьев. Так, всем известная мимоза имеет родственницу – Мимозу стыдливую, которая при прикосновении складывает свои перистые листочки и отводит их к стволу. Существуют насекомоядные растения, у которых лист складывается пополам, захлопывает насекомое, имевшее неосторожность сесть на этот листик. Это реакция на механические раздражители, но чтобы растения чувствовали расположение к ним человека и реагировали на него, в это Юля не верила. Уже подъезжая к конторе, она вспомнила, что некоторые ученые выдвигали гипотезу о существовании у растений аналога нервной системы, следовательно, могла быть реакция растений на эмоциональный раздражитель. Так и не придя к выводу, действительно ли деревца реагировали на ее слова или ей показалось, Юля вошла в свой кабинет.

Вошла и не узнала комнату. У окна стоял еще один стол, точно такой же, как у нее, на столе компьютер, за столом сидела Даша, увлеченно глядя в экран, на столе лежали две раскрытые книги. Даша не сразу оторвалась от экрана, а когда увидела вошедшую, вскочила, лицо ее выражало такой восторг, что у Юли самой стало светло на душе.

– Юлия Михайловна, – лицо Даши изобразило вопросительный знак, – может быть, я не так стол поставила?

– Даша, ты молодец, так быстро устроилась, и если тебе удобно сидеть на этом месте, значит, стол правильно поставила.

– Мне очень удобно, я люблю у окна сидеть. Звонил Главный инженер, просил вас позвонить, когда приедете. Между прочим, спросил, кто я, я назвалась, а он поздравил, представляете, Главный инженер меня поздравил с тем, что я буду работать у вас. Почему?

– Потому что, Даша, ты хороший человек и, я уверена, будешь хорошим специалистом. Скажи мне, что ты читаешь и что смотришь?

– Вы тогда сказали, что мне надо будет заняться подготовкой проб почвы для химанализа, вот я нашла здесь у вас книжки и прочитала, для чего нужен такой анализ, как его делать. В инете я нашла видеоролик о подготовке проб почвы для анализов. Я его уже второй рас смотрю. Мне кажется, я все поняла, кроме самой химии. Вы бы посмотрели, правильный этот ролик или не то.

Юля посмотрела на экран, прочла название файла.

– Все правильно, Даша. По этому ролику я студенток обучала. Сейчас я позвоню главному, а потом я расскажу, что дальше делать.

Юля включила на телефоне динамик, чтоб освободить руки, придвинула к себе лист бумаги и набрала номер.

– Геннадий Евгеньевич, я вас слушаю.

– Юлия Михайловна, звонил Алексей Владимирович из Центра, сказал, что они могут направить к нам поливомоечную машину. Резервуар – семь кубометров, ширина полосы полива – двадцать метров. Как вы думаете, где нам можно ее использовать для полива?

– Один момент, Геннадий Евгеньевич! – Юля стала чиркать карандашом на бумаге, потом ответила. – На питомниках этой машине делать нечего, остаются молодые посадки, ближайшая в Дубровском лесничестве, четыре гектара, до водоема два километра. На каждый квадратный метр надо вылить как минимум двадцать литров воды, итого на всю площадь потребуется восемьсот кубометров воды. Таким образом, поливалке надо будет более ста раз съездить к водоему. Я что-то сомневаюсь в целесообразности использования этой машины.

– Тем более что на это потребуется более десяти рабочих дней, – добавил Главный инженер, – но выдержат ли посадки, как думаете?

– Я только что приехала от этих посадок, деревца мне обещали, что они потерпят.

– Я понял, Юлия Михайловна, передайте большое спасибо деревцам за терпение. Вам спасибо за информацию. До свидания.

– Юлия Михайловна! – воскликнула Даша. – Вы так по-доброму пошутили, что деревца обещали потерпеть.

– Ты знаешь, Даша. Я не совсем пошутила, мне показалось, очень явственно, что, когда я разговаривала с сосенкой, она мне кивнула макушкой, или, может, у меня мозги набекрень.

И Юля рассказала, что происходило дальше. По мере рассказа Дашино лицо меняло выражение от вопросительного в начале рассказа до восторженного в конце повествования.

– Юлия Михайловна! – воскликнула Даша. – Я так рада за вас. Не беспокойтесь, ничего у вас не набекрень. Это лес признал вас своим другом, в тяжелую пору он успокоит, если захвораете, лес подлечит. Очень немногим лес так доверяет, только тем, кто абсолютно искренне любит растительность. Мой папа тоже был признан лесным человеком, и меня он доверил лесу. Пока я была дошкольницей, мы круглый год жили в лесничестве, у нас там свой дом. Рядом с домом росли два моих любимых дерева, береза повислая и ива плакучая. Однажды трактор, разворачиваясь, содрал кору у березки, из раны тек сок. Я как увидела, что береза плачет, сама расплакалась, обняла ее, стала успокаивать, потом побежала вся в слезах к папе, рассказала ему про березку. Тогда папа погладил меня по голове и сказал, что я должна полечить березу, что я молодец, раз переживаю за нее. Он дал мне мазь, велел замазать рану, сказать березе, что ей будет не больно, все зарастет. Я схватила мазь, прихватила из аптечки бинт и сделала все, как сказал папа. Потом обняла березу и стала ей петь колыбельную песенку, которую мама мне пела. Представляете, береза обвила меня свисающими ветками. Я тогда ничего не поняла, восприняла это как должное, а уже в школе я осознала, что это было необычное явление. Папа мне объяснил, что я еще в детстве стала лесным человеком, что этим надо дорожить. Ива плакучая росла на берегу небольшого пруда. В детстве я часто играла в ее тени и тоже с ней разговаривала, рассказывала о своих радостях и печалях. Ива всегда махала мне в ответ своими ветками, похожими на девичьи косы. Два года назад, летом, когда я была в лесничестве, маме позвонили из больницы, сообщили, что папа скончался. Мама как села на диван, так и сидела, ничего не соображая. Я вся в слезах бросилась к иве, обняла ее, уткнулась лицом в ее ствол, реву, не знаю, что делать, а ива всеми ближайшими ветками накрыла меня, как шалью, я плакать перестала, какие-то мысли в голове появились. Вдруг слышу, не ушами, где-то внутри себя, голос: «Действуй, мама не сможет, иди все организовывай, теперь ты глава семьи, вместо папы, пора». Я отняла лицо от ствола, осмотрелась, ветки висели, как всегда, слегка покачиваясь на ветру. Вот, Юлия Михайловна, хотите – верьте, хотите – нет, но так было. Я ничего не фантазировала.

– Я тебе верю, Даша. Я и себе готова поверить. Очень все это интересно и загадочно.

– Ой, Юлия Михайловна, заговорила я вас, уже рабочий день кончается, а мы ничего не сделали. Давайте я задержусь и сделаю, что скажете.

– Даша, не переживай, сегодняшнюю работу ты даже перевыполнила. Я собиралась теорию тебе преподать за сегодня и завтра, но ты сама все сделала. Так что завтра, с опережением графика, приступим к практическим работам. Лучше скажи мне, если мне понадобится помощь леса, мне в посадки надо будет бежать?

– Нет, что вы. Теперь уже вес лес знает, что вы свой человек. В любом месте обнимите дерево, скажите ему ласковые слова и пожалуйтесь, что вас тревожит, и тревога снимется, если проблема большая, то не сразу. Только надо, чтобы вы одни были. У меня поблизости есть деревья, от которых я силы черпаю.

– Девушки, домой идете? – спросила вошедшая Тамара.

– Тома, забирай Дашу и идите, а мне надо голову привести в порядок.

– Юля, к тебе что, парикмахер сюда придет? – удивленно спросила Тамара.

Даша расхохоталась:

– Ты что, Том, Юлия Михайловна имела в виду, что мысли приведет в порядок. Пойдем домой.

Юля прошлась несколько раз по кабинету, успокаивая возбуждение. Случай в посадке и рассказ Даши взволновали ее. Она вспомнила, что однажды, в студенческие годы, в общежитии в их комнате возникла дискуссия об одухотворенности растений, особенно деревьев. Разговор этот затеяли ребята, заглянувшие к ним в комнату. Они утверждали, что растения могут чувствовать отношение к ним человека, улавливая какие-то там поля, а девушки считали это невозможным. Юля не участвовала в обсуждениях, считая, что раз в курсе биологии, которую им читал известный профессор, об этом не говорилось, значит, научно это не доказано, кроме того, в то время она увлеклась селекцией новых сортов декоративных кустарников. Особенно рьяно защищал свои убеждения один студент, он часто ссылался на ученого, который опытами доказал это явление и что многие ученые в мире согласились с ним. Юля стала пытаться вспомнить фамилию, которую студент повторял много раз.

«Кажется, Дубов, нет, как-то длиннее, – вспоминала она, – или Дубров, это больше подходит».

Она подсела к компьютеру и набрала «Дубров». Интернет вывалил десятки знаменитостей с такой фамилией, Юля с недоверием стала просматривать список и вдруг – «А. П. Дубров, „Музыка и растения“». Большая статья, про влияние музыки ей известно, поэтому Юля стала бегло выхватывать абзацы и заголовки, ища связь человека с растениями, и вот ссылка на Клива Бакстера. «Первым, кто всерьез задался вопросом исследования первичной перцепции (восприятия) у растений, был американский биолог Клив Бакстер, который еще в 1966 году доказал в серии опытов, что растения способны чувствовать. Оказалось, что они реагируют на эмоциональное состояние человека, его желания и действия, на гибель животных и других растений».

«Ну, все, зацепка есть, теперь можно найти все по этому вопросу», – подумала Юля и вспомнила, что к ней домой должна зайти Вероника.

Дома Юля переоделась в домашнее платье и первым делом проверила порядок в квартире перед приходом гостьи. Убрав с вешалки в нишу лишнюю одежду, она перешла в кухню. В ее однокомнатной квартирке кухня была еще и гостиной, поэтому здесь особенно придирчиво осмотрелась и устранила мелкий непорядок. Она никогда не уходила из квартиры, оставив ее неприбранной, поэтому через несколько минут она освободилась и с нетерпением села к компьютеру продолжить поиски материалов про чувствительность растений. Таких статей оказалось много, и не только из прошлого века, были и современные. Большинство подтверждали выводы Клива Бакстера, но были оппоненты, некоторые из которых считали это явление мистикой и самовнушением, а другие следовали принципу «этого не может быть, потому что не может быть». У оппонентов Юля не нашла убедительных доказательств, опровергающих чувствительность растений на эмоциональное состояние человека, опыты они не ставили, основывались только на предположениях. Ожил телефонный аппарат местной линии, звонила Вероника.

– Юлия Михайловна, можно мне сейчас прийти? – робко спросила она.

– Конечно, Вероника Вениаминовна, я вас жду, третий этаж, квартира девять.

– Спасибо, я иду.

Юля еще раз оглядела кухню, поставила на газ чайник, на стол вазочку с печеньем, другую с конфетами и третью с брусничным вареньем.

Вероника пришла очень смущенной, ее было не узнать, обычно решительная и жесткая в суждениях, сегодня она была сама не своя. Юля поняла, что Вероника оказалась в какой-то затруднительной ситуации, пришла за советом и не знает, с чего начать. Чтобы дать ей освоиться, Юля провела ее в комнату.

– Вот, Вероника Вениаминовна, так я живу.

– Уютно у вас, – с рассеянной печалью отреагировала Вероника, – а у меня…

– Вероника Вениаминовна, пойдемте чаю попьем, а то я вас ждала, чтоб вместе попить.

Юля не спеша стала заваривать чай, расставлять чашки, давая Веронике возможность прийти в себя.

– Уютно у вас, – более раскованно повторила она, внимательнее осматривая кухню, – вся кухонная автоматизация установлена. Вы в полном объеме ею пользуетесь?

– Почти, потому что некоторые процессы мне еще не понадобились. Вероника Вениаминовна, вы сами себе наливайте чай по вкусу, берите вот маминого варенья или конфеты, а лучше и того, и другого, и третьего.

Вероника чуть прихлебнула чай и поставила чашку.

– Юлия Михайловна, знаете…

– Извините, перебью, называйте меня просто Юлей, так проще будет, а то как на совещании.

– Хорошо, Юля, тогда и вы меня Вероникой зовите, отчество у меня не все с одного раза произносят. Может быть, мы и на ты перейдем, для полного комфорта в общении? – осмелела Вероника.

– С удовольствием, Вероника!

– Так вот, – наконец, перешла к делу Вероника, – я повторю вопрос, который задала утром. Ты так всегда модно одета, прическа тебе идет, макияжа совсем не видно. Тебе стилист так посоветовал? У тебя есть знакомая портниха?

– Нет, стилиста я и в глаза не видела. Как мама меня причесала и уложила волосы в десятом классе, так я до сих пор эту прическу ношу, ну, может, незначительно изменила. А портниха я сама, только я не полностью платья шью, покупаю которое понравится, потом подгоняю его по фигуре, добавляю украшения. Вот смотри, мое домашнее платье, видишь, ленточками обшлага рукавов и воротник обшиты, это я сама пришила их, а в юбку вшила клинья, чтобы на табуретку вставать и юбка не мешала. Так же я подгоняю рабочие платья и костюмы.

– Какая же ты молодец, а я ничего не умею. Думала, что чем контрастнее и ярче макияж, тем женщина привлекательней, а посмотрела на дам в Центре, когда на оперу ездили, стала понимать – что-то не так. Потом их завхоз много мне полезных советов дал, удивительный человек, раскритиковал и прическу мою, и раскраску, причем так тактично это сделал, что я нисколько не обиделась. Даже сделал замечание, как я с дочерью по телефону говорила, детей, говорит, любя учить надо, а не дрессировать, как диких зверей. Я уже тогда поняла, что выгляжу там как белая, точнее, как красная ворона.

– Да что ты, Вероника! Нормально выглядела, особенно когда улыбаться стала и танцевала.

– Вот-вот, и насчет улыбки он мне подсказал, говорит, если хочешь, чтоб тебя слушали и понимали, улыбайся людям, не обязательно рот до ушей, совсем чуть-чуть, улыбайся с душой, а не приклеивай улыбку, как клоун. Всегда видно, сердечная улыбка или фальшивая. Я в этом убедилась. В понедельник полдня моя помощница на работе смотрела на меня удивленно, даже испуганно, потом не выдержала и спросила: «Вероника Вениаминовна, вы не заболели?». Я рассмеялась и сказала, что, наоборот, я поправляюсь. Теперь буду менять свой имидж по совету того же Юрия Степановича. Отпросилась у Директора на пятницу и понедельник, поедем с дочерью в областной город, буду искать стилиста, психолога, пусть меня научат, как жить дальше. Если повезет, сходим с дочкой в театр.

– Думаю, ты правильную программу наметила, – задумчиво произнесла Юля, размышляя, не надо ли и ей скорректировать свой имидж. – Ой, Вероника, а чай уже остыл, давай заменю.

– Спасибо, Юля, за чай, за то, что выслушала меня и поддержала, а мне пора идти, дочь ждет, собираться в дорогу надо, завтра рано утром уезжаем.

– Не за что благодарить, я ничего полезного для тебя не сказала.

– Юля, великое дело поговорить о проблемах, проявить участие и одобрить действия. Я теперь уверена, что правильно поступаю. И можно я по приезду, в понедельник вечером, к тебе приду?

– Безусловно, Вероника, и как приедешь, и в любой другой день приходи на чай и побеседовать.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12