Александра Треффер.

Властелин двух миров. Книга I. Временная петля. Монстры из будущего



скачать книгу бесплатно

– Вот, – пояснила женщина, – ваша фамилия – анаграмма55
  Анаграмма – слово, образованное перестановкой букв другого слова.


[Закрыть]
нашей, наша – вашей. С именами та же история.

– Таак, – протянул Ортвик, откидываясь на отсутствующую спинку табурета.

– Таак, – с сосредоточенным видом поднимаясь с пола, повторил он. – То, что мы антиподы – понятно. Но мы находимся в своём мире, а вы нет. Наверное, вам лучше вернуться обратно?

– Орти, – вмешалась Аирин, с жалостью поглядев на мужа, – пойми, проход в их реальность закрылся. Они просто умрут в подвале. Не можем же мы прогнать людей при таких обстоятельствах?

– Прогнать не можем, – подумав, согласился он. – Но можем взять нужные инструменты, вооружиться огнерезом, подняться с ними и прорубить этот дурацкий портал. Согласна?

Не найдя возражений, жена молча наклонила голову. Но тотчас заговорила снова:

– Только не сегодня. Посмотри, уже темнеет. Не начинать же новое дело, на ночь глядя.

Ортвик наморщил лоб.

– Что ж, свяжись с базой, пусть вышлют гамаки и бельё. И закажи что-нибудь вкусное, на работе я не наелся.

Антиподы с изумлением наблюдали, как Аирин, нажав кнопку, разговаривает со стеной, как рядом открывается небольшая дверца, и женщина достаёт упакованные в красивый шелковистый материал гамаки, постельные принадлежности и ещё какие-то вещи, которые им не удалось рассмотреть.

Но наибольшее удивление вызвало у них следующее действие хозяйки: подойдя к длинной кастрюле в углу кухни, она опустила в неё разорванную упаковку и грязную посуду, оставшуюся после чаепития. На глазах ошеломлённых наблюдателей и то, и другое моментально растаяло, светящаяся субстанция исчезла в открывшемся на дне отверстии, а из стенок забили струйки такой же жидкости, быстро заполнившей сосуд.

– Что… что это? – пробормотал Виктор.

Женщина с удивлённым видом повернулась к нему.

– Утилизатор, – ответила она. – Разве вы ими не пользуетесь?

Прокудин помотал головой.

– У нас всё иначе. Похоже, здесь продвинулись в развитии гораздо дальше.

– Дикари, – осклабившись, пошутил Ортвик.

Аирин, заметив, что гостям неприятно это слышать, кинула на мужа выразительный взгляд, от которого тот смешался, закашлялся и два раза обошёл вокруг стола, прежде чем сесть. Она же, сделав новый заказ, извлекла из интерактивного66
  Интерактивный – основанный на двусторонней связи между пользователем и какой-либо системой.


[Закрыть]
тайника четыре порции съестного, четыре тарелки, столько же вилок и, положив приборы на стол, понесла еду к плите.

Освободив пищу от упаковки, и, бросив последнюю в утилизатор, женщина открыла «духовку», оказавшуюся зеркальной камерой и, притворив дверку, нажала несколько кнопок на панели.

Через минуту звякнуло, и по кухне поплыл восхитительный запах курицы с жареной картошкой.

Ели молча и за обе щёки. Ничего более вкусного супругам Прокудиным пробовать не приходилось. Хозяйка же краем глаза с улыбкой наблюдала, как гости утоляют аппетит. Остатки ужина смыли в канализацию, и Виктор, распираемый любопытством, спросил:

– Аирин, а почему эта жидкость не повредила Ире, когда она опустила туда руку?

– Утилизатор устроен так, – пояснила женщина, – чтобы не уничтожать живую органику. Вдруг туда свалится кошка или в нём случайно окажутся пальцы ребёнка. Всё продумано.

– Потрясающе!

Ирина зааплодировала.

– Как же здесь удалось достичь таких высот?

– Мы работаем, – гордо изрёк Ортвик, – и каждый делает то, в чём он, действительно, разбирается, что ему интересно. Никто в этом мире не занимает чужую нишу.

– Да, но мы ведь тоже работаем, – удивилась Ирина. – Правда, не все на своих местах, но большинство добросовестно.

– Э, нет, – возразил хозяин, – недостаточно трудиться в поте лица, надо, чтобы деятельность увлекала. Иначе ты создашь ровно столько, сколько тебе задано, не более. Это не прогресс. Кто вы по профессии?

– Я дизайнер, – сообщил Прокудин, – оформляю квартиры. А Ира – бухгалтер.

– Хмм, – задумчиво протянул Ортвик, – у нас так сильно влечение к простоте жизни, что ваша, точнее, наша специальность почти не востребована. Я тоже занимаюсь этим, но в масштабе города, а не домов. Вот…

Внезапно он осёкся, и на лице его мелькнула растерянность.

– Погодите-ка, получается, что мы даже трудимся в одной сфере?

Ответом Пинкдроу стали три ошеломлённых взгляда. А тот, ошалело помотав головой, продолжил:

– Вам, Виктор, нравится ваша работа?

Тот задумался.

– Когда-то она была мне по душе. Я строил грандиозные планы, которые мне так и не удалось осуществить. Пожалуй, нет, сейчас это лишь способ заработать на жизнь.

– А я, вообще, не понимаю, что меня толкнуло к цифрам, – вмешалась в разговор Ирина. – Имей я возможность, давно распрощалась бы с бухгалтерией.

– Вот видите, – воскликнула Аирин, – разве вы можете создать что-то выдающееся, если работа вас не вдохновляет!

– Но ведь многие так живут, – сказал Виктор.

– У вас, – поправил Пинкдроу. – У нас всё иначе. Если то, что ты делаешь, тебя не удовлетворяет, ты начинаешь заниматься чем-то другим.

– Это очень хорошо, но ведь работодатели не каждого готовы взять на место, которое тому подходит.

– Кто? – дружно спросили хозяева.

Виктор растерялся.

– Работодатели, – неуверенно прошептал он.

– Но у нас нет никаких работодателей, – удивился Ортвик. – Мы просто связываемся с агентством учёта, сообщаем, что хотим поменять специальность, нас обучают и… всё.

Поражённые Прокудины сидели, открыв рты.

– Коммунизм, – пробормотал Виктор.

– Нет, – отозвалась Аирин, – всего лишь свободное общество, свободное во всём.

И продолжила:

– Послушайте, уже поздно, давайте ложиться спать. Завтра по дороге мы расскажем друг другу о наших мирах. Вот бельё, располагайтесь и чувствуйте себя, как дома.

Растерянные гости, в один голос произнеся слова благодарности, пошли устраиваться. Виктор принялся закидывать постельные принадлежности в гамаки, повешенные в маленькой комнате, а Ирина отправилась в ванную.

Вода текла только на кухне, а здесь из крана лилась та же самая жидкость, что наполняла утилизатор. С опаской потрогав её ногой, женщина осторожно забралась в непривычной формы ванну.

Через несколько минут она почувствовала себя отмытой до дыр. Чудесная тёплая субстанция, глубоко проникая в поры, растворяла и вытягивала жир и грязь, поэтому в мыле и шампунях не было никакой необходимости. А вскоре, в дополнение ко всем приятностям «водных» процедур, бесшумно заработал автоматический массажёр, нежно растирающий каждую клеточку тела.

Выбравшись на пол, Ирина расчесала волосы, надела свежее бельё и, сбросив в упругую жидкость мгновенно растворившееся старое, вытащила пробку, слив посеревшее содержимое. Посмотрев в зеркало, женщина не узнала себя. Лицо посвежело, и, казалось, даже лишних килограммов стало меньше.

– Поразительно! – восторженно шепнула она.

Накинув халат, найденный в упаковке с бельём, Ирина отперла дверь и позвала мужа. Наскоро объяснив, что надо делать, она устроилась в гамаке и мгновенно провалилась в сон. Виктор же, освежившись, наоборот, долго не мог уснуть, взбудораженный событиями дня.

Из соседней комнаты послышался шёпот, и мужчина напряг слух.

– Аири, – говорил Ортвик, – надо поскорее избавляться от незваных гостей. Мы рискуем спустить на них все наши лаблы.

– Почему?

В голосе женщины звучало удивление.

– Ведь нас не утомляет их присутствие.

– Да, но ты вспомни, что у каждого есть лимит как на еду, так и на вещи. Если мы его превысим, то рискуем остаться голыми и голодными или истратить заложенное на отдых.

– Ты забываешь про гостевую категорию.

– Она рассчитана только на зарегистрированных. Когда мы угощаем знакомых, мы вводим их номер…

– Неправда!

Голос Аирин взлетел.

– Я никогда не спрашиваю у людей, как они пронумерованы.

– Что?!

Наступило молчание, Ортвик переваривал информацию.

– Какая ты щедрая, – ядовито сказал он после длительной паузы, – за счёт семьи…

– Ничего, – спокойно парировала жена, – поешь поменьше. Если бы не массажёр в ванне, ты давно уже набрал бы, по крайней мере, килограммов десять лишних.

Мужчина начал задыхаться от злости.

– Ты… ты… а в кого бы превратилась ты? Живой пример твоя антиподиха – неповоротливая корова!

Виктор вздрогнул. Только что этот человек, по характеру, похоже, являвшийся его полной противоположностью, оскорбил его жену. Его Иру! Он почувствовал, как в душе закипает злость, и уже намеревался подняться и разобраться с двойником, когда мысль об их с женой зависимости от этих людей охладила его пыл. Но Прокудин поклялся себе, что в будущем Ирочка не услышит от него ни слова упрёка, и никогда больше он не обнимет другую женщину.

Утихомирив вулкан внутри этим обещанием, Виктор снова прислушался. Но не уловил ни одного внятного слова: из комнаты доносились только взвизги, стоны и придушенные крики. С запозданием мужчина сообразил, что оказался невольным свидетелем сексуальных игр супругов Пинкдроу, а оскорбления в адрес друг друга и гостьи, скорее всего, стали для тех своеобразной прелюдией.

Наслушавшись, Виктор уже собрался разбудить Ирину, но его остановила мысль, что незнакомая обстановка и странное соседство едва ли расположат ту к любовным утехам. Стиснув зубы, он заткнул уши и вскоре задремал.

Глава 3
(в которой есть анаграммы русских имён и фамилий)

Утро для Ирины наступило неожиданно. Казалось, она только закрыла глаза, а муж уже тихонько тряс её за плечо.

– Ласточка, просыпайся, нам пора, – ласково уговаривал Виктор жену.

С трудом открыв глаза, женщина села, гамак качнулся, и она упала бы, если бы мужчина её не подхватил. В комнату заглянула Аирин.

– Пойдёмте завтракать, – приветливым голосом позвала она.

Накинув халаты, Прокудины вышли на кухню, где витали потрясающие ароматы. Достав из плиты пышущий жаром пирог с рыбой, хозяйка разрезала его и разложила по тарелкам. Выпечка таяла во рту, и пришельцы не могли остановиться, пока не съели всё.

– Сегодня очистные получат меньше отходов для переработки, от пирожка-то ничего не осталось, – усмехнувшись, констатировал Ортвик.

– Они восполнят недостачу содержимым нашего санузла, – хихикнула Аирин.

– А во что после превращаются пищевые остатки и… кхм… человеческие экскременты? – спросил Виктор. – В удобрения?

– И в них тоже, – отозвалась женщина. – Но у нас безотходное производство, и всё, что смывается в канализацию, становится потом одеждой, вещами и едой.

Поперхнувшись последним куском, Ирина выплюнула его на тарелку.

– Вы хотите сказать, что этот пирог вчера мог быть человеческим дерьмом?

– Ну, да, это обычное дело, – не поняв, в чём проблема, удивлённым тоном ответила Аирин.

Прижав руку ко рту, Ирина вскочила и ринулась к санузлу, где женщину долго рвало. Встревоженный муж побежал вслед, помог ей привести себя в порядок, и побледневшие супруги вернулись к расстроенным хозяевам. Казалось, глава семьи Прокудиных сам с трудом справляется с тошнотой.

– Что уж вы так остро реагируете? – растерянно вопросил Пинкдроу. – Ведь при переработке от составляющих фекалий не остаётся ничего, кроме…

На сей раз в сторону туалета рванул Виктор.


Когда зеленовато-бледные гости вошли в комнату, Пинкдроу, одетые по-дорожному, вели переговоры с базой. В итоге в тайнике обнаружились топор, лом и нечто, похожее на базуку. Ортвик, изумлённо повертев в руках первый предмет, чертыхнулся и, кинув ломик на пол, положил топор обратно.

– Кажется, там решили, что мы будем пробивать отверстие железками, применяя физическую силу, – возмущался он.

– Не нервничай, – спокойно сказала жена, – они всего лишь предоставили нам право выбора, как и всегда. Конечно же, мы воспользуемся огнерезом.

Повернувшись к гостям, она пояснила:

– У нас есть выбор во всём. Например, для людей, любящих стряпать, на базе держат другие плиты, холодильники и настоящие, не синтезированные продукты…. Ну, вы готовы?

Те кивнули.

– Тогда идём.

Прокудины, одновременно настигнутые приступом головокружения, слегка отстали, а когда оказались на месте, увидели, что оба Пинкдроу в изумлении смотрят на пол. Приблизившись, антиподы ахнули: проход исчез. Опустив руки, они стояли над закрывшимся порталом, и в сердцах обоих росло отчаяние. Теперь им уже не вернуться из этого комфортного, но чужого им мира в надоевший, но родной и привычный дом. Ирина, закрыв лицо руками, зарыдала и опустилась на пол, а Виктор с мрачным видом сел рядом, молча обняв жену. Никакие слова утешения не приходили ему на ум.

Однако Ортвик не собирался сдаваться. Настроив огнерез, он, глубоко прорезая дерево, решительно провёл черту по полу раз, потом другой, пока на месте бывшего отверстия не образовался ровно очерченный квадрат с обугленными краями. Подцепив ломом край плиты, мужчина отвалил её в сторону и потрясённо вскрикнул: под снятым слоем находился бетон, подвала не было.

Оказавшиеся в безвыходной ситуации люди сидели на кухне приютивших их двойников и напряжённо думали, что же им делать дальше.

– Может, – неуверенно начала Аирин, – нам пойти в агентство учёта и честно всё рассказать? Иру и Витю поставят на довольствие…

– И нам, конечно, сразу поверят, – с сарказмом отозвался Ортвик. – Хорошо, если психиатров не вызовут…

– Но мы же, действительно, похожи, – воскликнула Ирина, – разве это не доказательство?

– Лицо – не документ, – авторитетно заявил Пинкдроу.

Виктор нервно постучал пальцами по столешнице.

– А какая им разница, в конце концов? Прибыли новые люди, готовые работать на благо свободного общества, мы же не уклоняемся.

После этих слов Ортвик задумался.

– Возможно, стоит попробовать… – всё ещё размышляя, начал он, но тут в дверь позвонили.

– Думаю, это работники агентства, – с испугом сказала Аирин, – Каждый вечер они сканируют пространство, и им, наверное, показалось подозрительным, что на вас нет опознавательных знаков.

– Прощайте наши лаблы, – обречённо вздохнул хозяин.

Звонок не умолкал. Переглянувшись с мужем, Аирин отправилась открывать. В коридоре послышались голоса.

– Испортили вы нам отпуск, – неожиданно широко и добродушно улыбнувшись, сообщил Ортвик. – Но, честное слово, это приключение того стоит!

В комнату вошли трое незнакомцев. Они замерли на пороге, увидев довольное лицо Пинкдроу, а рядом с ним другое, похожее на первое, как две капли воды. Потом взгляды их, явственно выражающие потрясение, переместились на Ирину и, медленно, на стоявшую сзади Аирин.

– Что здесь происходит? – откашлявшись, задал вопрос один из визитёров. – Насколько я знаю, генетики ещё не научились клонировать людей.

– Присаживайтесь, – пригласил гостей Ортвик, – и мы вам всё объясним.

Вскоре пришедшие в себя госслужащие с любопытством расспрашивали пришельцев об устройстве их мира, безоговорочно поверив в фантастическую историю с порталом. Рассказывала Ирина, а Виктор, время от времени вставляющий реплики, что-то рисовал на позаимствованном у гостей листе бумаге. Представляющие власть мужчины были поражены различиями в образе жизни двух параллелей.

Закончив обсуждать услышанное, они перешли к делу. Как и предполагал Виктор, чиновники не стали изгонять пришельцев из государства, а поинтересовались их профессиями. И расстроились, услышав ответ: счетоводы и дизайнеры здесь не требовались.

– Наши новые друзья говорили, что в вашем мире каждый занимается тем, что его вдохновляет, – начал Виктор. – Меня давно уже не привлекает моя работа, но может, это натолкнёт вас на мысль о месте, предназначенном мне в этой реальности.

Он протянул изрисованный листок вершителям их судеб. Сидящий напротив Прокудина мужчина – обладатель выразительных черт, которого звали Йарденом, ахнул, а остальные восхищённо вздохнули. С бумаги на них смотрел сам Йарден, и, казалось, что лицо портрета живёт своей жизнью, настолько подвижным оно выглядело.

– Вы великий художник, Виктор, – прошептал изумлённый оригинал.

И, обращаясь к остальным, произнёс:

– Мне кажется, вопрос о его трудовой деятельности решён, осталось лишь позаботиться о рабочем месте.

Ирина глядела на мужа, как на незнакомца, потрясённая его талантом, о существовании которого даже не подозревала. Душа женщины наполнилась восхищением и гордостью. Словно услышав её мысли, супруги Пинкдроу дружно зааплодировали, к ним присоединились и гости. Когда все успокоились, чиновник, зовущийся Евлапом, обратился к Ирине:

– А что же нам делать с вами?

– Я бы с детишками поработала, – робко сказала женщина.

Мужчина обрадовался:

– Прекрасно, это то, что нужно! Правда, придётся немного подучиться, пройти психологические тесты, но, главное, такая возможность есть.

Третий – самый молчаливый визитёр поднялся и, подводя черту, сказал:

– Я прошу вас завтра явиться в агентство для наложения опознавательных знаков и постановки на довольствие. Друзья помогут вам найти дорогу. Спокойной ночи!

Перед уходом Йарден перекинулся парой слов с Виктором, и тот отдал мужчине изображение, предварительно поставив подпись в углу. Аккуратно разгладив листок, чиновник положил его в папку и, отсалютовав, вышел.

Когда дверь за гостями закрылась, хозяева расцвели улыбками, а Ирина, подойдя к мужу, обняла его.

– Я так тобой горжусь! – шепнула она. – Сколько же я, оказывается, о тебе не знаю!

Пинкдроу умилённо смотрели на обоих, радуясь, что всё закончилось хорошо. Но они ошиблись, это происшествие оказалось лишь первым в череде непонятных и странных событий, ожидающих антиподов впереди.


В то время, когда служащие агентства учёта разбирались с новоприбывшими, из стоящего на узкой улочке кирпичного дома, пугливо оглядываясь по сторонам, выскочил худенький парнишка лет двенадцати-тринадцати, одетый в защитного цвета бриджи и такую же майку. За спиной у него висел чёрный рюкзак, где лежало что-то тяжёлое. Продолжая озираться, он нырнул в темноту, начинающуюся за границей света висящего на крыльце фонаря.

Неслышно ступая, мальчик крался вдоль улицы, вздрагивая, когда, как ему казалось, видел человеческую тень. Шёл комендантский час, и попадись Тиалонай на глаза «ангелам», его вскоре не было бы в живых. В отличие от демократического общества Прокудиных и свободного – Пинкдроу, маленький мирок, где жил подросток, назывался божественным, не имея при этом никакого отношения к раю.

Послышались голоса. Тиалонай вжался в стену и, скользнул вдоль неё в ближайшую открытую дверь. Дождавшись пока «ангельский» дозор минует его убежище, он выскочил наружу и направился в сторону дома, где его давно ждали.

Встревоженные мать и отец встретили Тиалоная упрёками. Не повышая голоса, потому что Нана – маленькая сестрёнка мальчика уже спала, они выговаривали подростку за неосторожность и отсутствие чувства времени. Приёмные родители – Корвит и Ириан Дорпкуины любили детей, как родных, и переживали за их жизнь и будущее.

– Пап, – угрюмо говорил Тиалонай, – прийти раньше я не мог. Ты же в курсе, что привоз у Повтера может быть в любое время, а на сей раз он управился только к ночи. Мам, ты прекрасно знаешь, я всегда осторожен. И посмотрите-ка, что мне удалось приобрести.

Мальчик достал из рюкзака большой допотопный радиоприёмник.

– Вот! – с гордостью сказал он, включая прибор.

– Ты потратил драгоценный паёк на запрещённую игрушку! – запричитала Ириан.

– Тише, – зашипел Корвит, – ещё «ангелов» привлечёшь! Тиалонай правильно сделал, что купил это. Мы оторваны от мира и не должны пренебрегать возможностью выяснить, что в нём происходит.

До поздней ночи семья Дорпкуинов внимала летящей из динамиков музыке, знакомой и незнакомой речи, и людей не оставляло чувство, что в их скромную двухкомнатную квартирку проникла другая жизнь.


Аирин, напевая, разбудила гостей в девять утра. Приняв ванну, оба с обречённым видом сели за стол, понимая, что кроме еды из переработанных отходов, им ничего не получить. Чувство голода взяло верх, и вскоре Прокудины с аппетитом поедали вкуснейшие сосиски с картофельным пюре. Смирившиеся с их происхождением люди уже одобряли подобный способ экономии, без которого общество не смогло бы расцвести. Выпив по стакану мультисока, они стали собираться.

Путь до агентства оказался недолгим; конторы для удобства жителей располагались в каждом микрорайоне. По дороге Пинкдроу вкратце рассказали друзьям об особенностях учёта и оплаты их труда и отдыха.

– Вы ничего не получаете за работу? – поразился Виктор.

– Да зачем? – удивилась Аирин. – У нас всего вдосталь. Еду и одежду мы заказываем на базе, где фиксируются вкусы и размеры каждого, и в дальнейшем нам не приходится даже уточнять, какой необходим цвет или фасон. Если же понадобится нечто особенное, например, вечернее платье или смокинг, мы приходим и берём, что нам нужно.

– А эти… лаблы, – поинтересовалась Ирина, – они по какому принципу начисляются?

– О, в этом Аирин собаку съела, – засмеялся Ортвик, – она как раз счетовод по лаблам.

– Бухгалтер, – поправила жена. – Они даются за правильно организованный отдых и начинают поступать на личный счёт каждого с рождения. Дети сразу становятся обладателями большого капитала, потому что до школы проводят жизнь в праздности. Да и потом зарабатывают очень много, сами понимаете, ребят трудиться в поте лица не заставишь, вот они и отдыхают от всей души. Но уже с четырнадцати лет к ним предъявляют требования, как к взрослым, и снимают лаблы за нарушения.

– Например?

– К примеру, – улыбнулся Ортвик, – когда пара подростков не спит всю ночь, целуясь у подъезда. Правда, штрафы их не останавливают, и особо любвеобильные детишки иногда ухитряются потратить все средства, накопленные на отдых после обучения. Поэтому сейчас на юношеские влюблённости смотрят иначе, и правительство меняет законы.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное