Александра Треффер.

Прогрессирующая шизофрения



скачать книгу бесплатно

Книга 2 (из трёх) серии «Шизофрения».

Обложка и иллюстрации автора – А. Треффер


© Александра Треффер, 2016

© Александра Треффер, дизайн обложки, 2016

© Александра Треффер, иллюстрации, 2016


ISBN 978-5-4474-8912-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Все персонажи – плод фантазии автора.

Любые совпадения случайны.


– Пошёл!

В клетку, сплетённую из гибких металлических полос, втолкнули по пояс обнажённого мужчину, торс которого исполосовали алые рубцы. Упав, он замер, но тотчас вскочил и двинулся к оставшемуся снаружи палачу, сворачивающему бич. Взгляд его пылал ненавистью.

Неприятель, одетый в кожаные штаны и колет11
  Колет – мужская короткая приталенная куртка без рукавов (жилет), обычно из светлой кожи.


[Закрыть]
, попятился, но, сообразив, что ему ничто не угрожает, расхохотался, издеваясь над бессильной яростью узника.

– Пёс, – глумливо произнёс он, – плохая собака. Как смеешь ты кусать руку, кормящую тебя?

– Я никогда не стану твоим псом! – сипло произнёс человек за решёткой.

– Станешь. Иначе ежедневно на завтрак, обед и ужин будешь получать угощение от моего кнута, пока не сдохнешь.

И неизвестный в коже, не оглядываясь, удалился. А заключённый, стоявший, сжав кулаки, пока тот не исчез из вида, опустился на пол.

– Я умру, но не покорюсь, – прошептал он.

И замер в неподвижности, изнемогая от боли, гнездящейся в свежих и старых ранах. Несчастный не пошевелился, когда мимо порхнула стайка закутанных в тюль и шифон щебечущих девушек, не отреагировал он и на остановившуюся у его тюрьмы женщину, хотя почувствовал её пристальный взгляд.

Та же, откинув с лица тонкую ткань, свистнула сквозь зубы, заставив мужчину поднять глаза. Он дёрнулся, намереваясь встать, но гостья лёгким движением кисти предупредила эту попытку.

– Ты жива! – прошептал он, и улыбка осветила измученное лицо.

– Сегодня ночью я приду за тобой. Отдохни, чтобы набраться сил, – послышалось в ответ.

И незнакомка скользнула в сторону. А заключённый, продолжая улыбаться, осторожно лёг на клок соломы в углу и погрузился в бредовый сон.

Разбудила его темнота. Сегодня она казалась особенно плотной: небо заволокли тучи, ни свет луны, ни сияние звёзд не могли пронизать покрывало мрака. Тщетно узник вглядывался в непроницаемую пелену, та не собиралась делиться своими мрачными тайнами.

Но вот рядом раздался тихий скрежет, и после долгого томительного ожидания маленькая ладонь коснулась плеча мужчины.

– Идём, – шепнул женский голос.

Закусив от боли губу, он поднялся и, держась за руку спасительницы, протиснулся в пропиленную в плетёной стене прореху.

Люди шли, спотыкаясь, пока не выбрались к реке, излучающей неяркий фосфорический свет, выхвативший из тьмы силуэт бесшумно шагавшего рядом мальчика.

– Кто это? – прозвучал вопрос

– Кирос, мой приёмный сын, – последовал ответ.

Слабое сияние, испускаемое водой, позволило разглядеть впереди большой шатёр, куда и нырнули путники. Женщина зажгла лампу и повернулась к освобождённому ею человеку.

– Тот, кто посмел это сделать, – нежно целуя всё ещё кровоточащие раны, сказала она, – заслуживает самой жестокой кары. И он получит своё.

Мужчина, вздрогнувший от болезненного касания, притянул её к себе.

– Ты жива, – хрипло сказал он, – а остальное не имеет никакого значения.

Они обнялись, и тотчас раздался изумлённый возглас Кироса, увидевшего, как два тела заколебались в воздухе, свиваясь в радужный смерч. Опомнившись, подросток бросился вперёд, протягивая руку, и его тоже втянул в себя стремительный цветоворот.

Светильник, снесённый неведомой силой, упал, горящее масло разлилось, и через несколько мгновений опустевшая палатка запылала в ночи, как огромный костёр, отгоняя притихшую тьму.


Николай Комаров, позёвывая, вошёл в кухню, где жена готовила завтрак.

– Доброе утро!

– Доброе, – отозвалась она. – Звонил Володя, просил срочно с ним связаться.

– Спасибо, – поблагодарил Николай и уже развернулся, чтобы выйти, как вдруг, вспомнив о чём-то, остановился, и в глазах его мелькнуло беспокойство.

– Лена, а Ника с Димой давно не давали о себе знать?

Женщина, оторвавшись от дел, с тревогой взглянула на мужа.

– Я видела их трое суток назад. И, кстати, все три ночи у них не горел свет.

Комаров кинулся к телефону.

Спустя полчаса несколько эвгастов вошли в квартиру, где жили друзья. Она была пуста. Всё стояло на своих местах, только на супружеской постели отсутствовало одеяло. Развернув ладони, Володя прощупал ауру и, повернувшись к спутникам, негромко сказал:

– Никаких следов борьбы. Коля, ты в клинику звонил?

– Да. Дима там не появлялся. И Ника на работе тоже, – отозвался тот.

– Неужели её дар снова заработал? – поинтересовался стоящий у дверей Миша.

– Возможно. Но что случилось с мужем?

– Ты забыл, что эта сила способна перемещать и тех, кого Ника коснётся? – вопросом на вопрос ответил Володя. – Они спали вместе, обоих и захватило.

– Смотрите, – раздался испуганный голос Лены.

Все повернулись и обомлели, увидев, что на белоснежной простыне проступили капли крови.

– Господи!

Этот возглас вырвался из уст Михаила, наблюдающего, как на кровати возникают два тела, испускающие радужные лучи. Сначала они напоминали лёгкую дымку, потом уплотнились, и присутствующие облегчёно вздохнули, радуясь возвращению друзей.

Но их ждал сюрприз. Из ниоткуда вдруг возникла рука, и в комнате материализовался ещё один человек – подросток лет двенадцати-тринадцати, во взгляде которого сквозила паника. Увидев эвгастов, он вскрикнул и упал вниз лицом на ковёр, вцепившись в него скрюченными пальцами. Полностью проявившаяся Ника кинулась к нему, а Дмитрий, с трудом поднявшись, приветствовал друзей словами:

– Почему вы здесь?

– Вы исчезли на несколько дней… – начал Николай.

Но, увидев багровые, вздувшиеся рубцы, прервал сам себя, в ужасе воскликнув:

– Дима, откуда это?!

– Долгая история, – произнёс тот, без сил опускаясь на край постели, – расскажем позже.

– Миша, – обратился к юноше Володя, – ты поможешь?

Кивнув, тот сел рядом с мужчиной и, развернув ладони, направил живительные голубые лучи на изувеченный торс.

Некоторое время молчали все, кроме Ники, ласково успокаивающей лежащего на полу подростка. Раны Дмитрия быстро затягивались, и по мере того, как они превращались в едва заметные шрамы, в глазах его появлялся блеск, а покрытое зеленоватой бледностью лицо розовело.

Когда процесс исцеления завершился, Дмитрий, пожав руку Мише, легко вскочил и, по очереди обняв эвгастов, решительно двинулся к выходу.

– Ты куда? – остановил его Николай.

– Приму ванну и мы с Никой отправимся к жатирам, – отозвался тот.

– Зачем?

– После двух лет полного спокойствия она снова перемещается. Это не к добру. И нужно быть готовыми ко всему.

– Он прав, – подтвердила обнимающая мальчика женщина.

Дмитрий задержался на пороге.

– А они… они здесь? Или нам придётся разыскивать их по всему земному шару?

– Здесь, здесь – успокоил его Миша, – Юля старается как можно больше времени проводить в родном городе.

– Значит, так, – решительно сказал Володя, – Дима, приводи себя в порядок, и идём все.


Юлия отсутствовала, и гостей встретил её муж. Гергени давно уже вёл себя иначе, чем на Лиолисе, семейная жизнь изменила его. Широко улыбаясь, он пожал руки прибывшим, заставив тех подскочить от чувствительного щелчка энергии, излучаемой ладонями мутанта, и пригласил в дом.

Но улыбка сползла с лица жатира, когда тот узнал, что стало причиной визита советников. Он долго рассматривал шрамы на теле Дмитрия, а потом провёл по ним рукой, снимая слепок энергии чужого мира. Повторив движение, Гергени заставил рубцы исчезнуть совсем. Убрал он следы насилия и с лица мужчины.

Все молчали. Проанализировав поступившую информацию, жатир заговорил:

– Реальность, в которой вы побывали, страшна и жестока, но для нас, скорее всего, не опасна. Связующая нить между двумя параллелями – Ника, а она теперь здесь.

Он повернулся к женщине.

– Кто этот мальчик?

– Мой приёмный сын оттуда, – ответила она. – Кирос был очень одинок, нуждался в ласке и заботе, и я усыновила его.

– А как долго вы там находились? – прозвучал вопрос.

– Около месяца, – ответил Дмитрий. – И ни один не сомневался в гибели другого….

– Я никогда не верила, что ты умер, – перебила мужа Ника, – поэтому и не прекращала поиски.

– А я видел, как тебя убили, – грустно сказал тот. – И не смог не поверить собственным глазам.

– Кто там правит? – снова спросил Гергени.

– Ты, – неожиданно произнёс Кирос.

– Что?

Жатир казался удивлённым.

– Может, это Земля, где ты победил? – нерешительно спросил Миша.

– Не думаю, – качнул головой Гергени. – Я планировал полностью уничтожить человечество.

И обратился к мальчику:

– А ты уверен, что именно я?

Подросток замялся:

– Нет. Вероятно, это лишь похожий на тебя жатир. Очень жестокий. Он убил своего отца и держит в заточении собственную мать.

– А как её имя? – поинтересовался Николай.

– Юлия…

Эвгасты и люди ахнули, а Гергени, побледнев, вскочил.

– Бог мой! – воскликнул шокированный Дмитрий. – Но тогда, значит, это….

– Наргон, – подавленно сказал жатир, – наш с Юлей сын и наследник.

– Нет, – покачал головой Кирос, – его зовут… звали Гудрисом.

Гергени рухнул в кресло. Закрыв глаза, он мысленно вызвал жену, и через полчаса, прошедших в мрачном молчании, дверь открылась и появилась Юлия. Она остановилась на пороге, вопросительно глядя на мужа.

– Юленька, – чуть слышно произнёс тот, – нам надо поговорить.

Выслушав новости, та задумалась.

– Похоже, Ника и Дима побывали в будущем, – сказала она потом, – и мне очень не нравится то, что они там увидели.

– Думаешь, нас закинуло туда, чтобы мы что-то изменили здесь?

– Уверена.

– Но почему Гудрис? – спросил Гергени. – Ведь наследует Землю Наргон.

Юля повернулась к нему.

– Он должен был остаться единственным, но… я просчиталась и снова забеременела….

– Нет! – испуганно выкрикнул Гергени, вытирая внезапно выступивший пот.

И, помолчав, добавил:

– Никогда бы не подумал, что меня расстроит это известие.

Юля кивнула:

– Я сразу поняла, что появление на свет второго ребёнка создаст проблемы, но чтобы такие…

Разведя руками, она села.

– Вы должны рассказать о произошедшем, – обратилась она к гостям. – Зная подробности, нам будет проще принять меры и предотвратить бедствие.

– Хорошо, – сказала Ника. – Начну с того, что когда я открыла глаза, то решила, что нахожусь…

На развалинах цивилизации


Осмотревшись, я подумала, что вижу дурной сон. На многие километры вокруг тянулась бескрайняя пустыня, а прямо перед нами высилось покорёженное здание, ранее состоявшее из стекла и бетона. Огромные окна его зияли пустотой, а прочный костяк изъязвляли пробоины величиной с голову взрослого человека. Неподалёку валялись обломки автомобилей всех мастей – от легковушек до грузовиков. Трупов я не увидела, что несколько меня успокоило. Муж тоже проснулся и сидел, безразлично глядя на окружающий нас хаос. Кажется, он ещё не понял, что не спит. Я тронула его за плечо.

– Дим, – прошептала я, – мы куда-то переместились.

Он посмотрел на меня, и в глазах появилось понимание. Отбросив захваченное из нашей реальности одеяло, мы вскочили, но, сообразив, что почти обнажена, я подобрала его и накинула на плечи.

Послышались голоса. Мы кинулись к разрушенному дому, чтобы укрыться, но добежать не успели. Нас окружили десятка полтора странно одетых всадников, командовал которыми высокий мужчина с неприятным лицом. Он что-то крикнул на казавшемся знакомым, но одновременно непонятном языке, и двое, спрыгнув с коней, ринулись к Диме. Тот выглядел спокойным, но я-то знала, что внутри него дрожит каждая жилка и напружинивается каждая мышца, готовя тело к броску.

Всё произошло очень быстро, нападающие даже не успели сообразить, что к чему, как оба мёртвые или без сознания валялись на земле. По приказу начальника на мужа набросились ещё четверо, и их постигла та же участь. Тогда остальные подняли лошадей на дыбы с намерением затоптать строптивца. Но тот ловко увёртывался, успевая при этом бросать в наездников подобранные с земли камни. Сбив троих и расчистив путь к зданию, Дима крикнул:

– Ника, беги!

Я послушалась, понимая, что, оставшись на поле боя, буду только мешать, но скрыться мне не удалось. Развернув коня, командир поскакал вслед, на ходу извлекая из ножен шпагу. Остановившись, я повернулась, чтобы встретить опасность, и тут произошло непоправимое. Следя за мной, Дима отвлёкся и, получив удар копытом по голове, рухнул на землю. Он пытался подняться, когда мой преследователь, соскочив с лошади, сделал выпад. Мне повезло, я увернулась от стальной смерти и, зажав клинок подмышкой, рывком выдернула его из рук убийцы. Острый кончик царапнул тело, и одеяло, как тога завязанное на плече, окрасилось кровью.

Притворно застонав, я упала и закрыла глаза. Я слышала отчаянный крик мужа, топот копыт, но не пошевелилась. И только когда торжествующий победитель склонился надо мной, чтобы забрать оружие, ожила, очень удивив врага, и пронзила его насквозь.

Увы, пока я разбиралась с противником, и тот испускал дух, отряд ускакал, увозя Диму с собой. Схватив скакуна под уздцы, я вскарабкалась на него и пустилась в погоню. Но, не имея опыта верховой езды, не удержалась на спине благородного животного и свалилась, ударившись головой о камень. На меня опустилась темнота.

Глава 2

Очнулась я от ощущения прохлады: кто-то обтирал мне лицо влажной тканью. Вдосталь насладившись приятными ощущениями, я разлепила веки. На меня смотрели встревоженные глаза незнакомого мальчика. Заметив, что я пришла в себя, он вскочил и, отбежав в угол, насторожённо наблюдал оттуда за моими действиями.

Я села. Всё кружилось, голова гудела, меня подташнивало, видимо, я заработала сотрясение. Но это не помешало мне подняться и осмотреться. Наверное, мы находились в том самом разрушенном доме, возле которого произошла трагедия, едва ли ребёнок сумел бы утащить меня дальше. В комнате отсутствовали окна, и было тепло, благодаря очагу в углу, где горел огонь и что-то жарилось. Помещение оказалось довольно большим и с обстановкой: два матраца, стол, четыре стула и высокий шкаф составляли его убранство.

– Спасибо, что спас меня, – произнесла я, повернувшись к подростку. – Как тебя зовут?

Тот внимательно выслушал, помолчал, а потом ответил:

– Кирос.

И похлопал ладонью по груди.

– Ника, – протягивая руку и делая шаг к нему, сказала я.

Мальчик испуганно шарахнулся прочь. Я удивилась:

– Почему ты меня боишься? Я не причиню тебе зла.

Снова возникла небольшая пауза.

– Да, скорее всего, вы на это не способны, – наконец ответил подросток, – но если хочешь остаться в живых, надо быть осторожным всегда и со всеми.

А мне стало ясно, почему он с трудом меня понимал. Говорили мы на одном языке, но сильно искажённый здешний звучал, как чужой. И всё-таки мы могли объясняться, что очень меня порадовало.

– Что это за страна, Кирос? – задала я вопрос.

– Не знаю, – ответил он, поколебавшись, – сейчас нет стран.

– Но ведь ты откуда-то знаешь это слово? – настаивала я.

– Из книг, – объяснил он, – их много в библиотеке.

– У вас есть библиотеки?

Изумлённая я, наверное, выглядела забавно, потому что подросток прыснул:

– Они разрушены, но книги там остались.

– Как же ты научился читать? Сам?

– Мама научила, – погрустнев, ответил мальчик.

– И где она сейчас?

– Её убили.

Мы замолчали. Я не решалась выспрашивать, а он, похоже, не горел желанием делиться наболевшим. Но детское любопытство, в конце концов, взяло верх.

– А вы откуда? Говорите вроде бы по-нашему, но как-то иначе…

– Я землянка.

Он пожал плечами.

– Да и я тоже. Но вы не здешняя, так?

– Слава Богу, – подумала я, – что это моя планета, а не Марс.

А вслух сказала:

– Я из другой реальности. Из России.

– Точно, – вдруг крикнул он так громко, что я вздрогнула, – Россия! Это Россия.

Я воззрилась на него.

– А почему она в таком упадке? Что здесь случилось?

Кирос печально покачал головой.

– Понятия не имею, – произнёс он, – я родился, когда всё уже было разрушено.

– Сколько тебе лет?

Неожиданно почувствовав доверие, он придвинулся ближе и обратился ко мне на «ты»:

– Тринадцать. Я понимаю, почему ты спрашиваешь. Хочешь узнать, давно ли здесь так плохо? Давно. Даже мама не помнила ничего другого.

– Охо-хо!

Я расстроилась. Мальчик взял меня за руку.

– Не печалься, мы выживем. Сегодня ты убила хозяина этой лошади….

Он кивнул на камин со скворчащей сковородкой.

– …значит, будет пища. И долго….

– Стоп! – испуганно сказала я. – Там жарится лошадь или её владелец?

Подросток расхохотался.

– Конечно, мы кушаем не слишком сытно, но людей никто не ест.

Я вздохнула с облегчением, а он продолжил:

– Сейчас мы пообедаем и ты, наверное, уйдёшь, да?

Голос ребёнка упал, на глаза навернулись слёзы.

Я покачала головой.

– Нет. Во-первых, у меня сотрясение мозга, нужно отлежаться. Во-вторых, я считаю, что дети не должны жить в одиночестве, поэтому на некоторое время останусь с тобой.

Взгляд его загорелся.

– Ты усыновишь меня?

Я колебалась, не зная, как отнестись к неожиданному предложению. Но когда мальчик, не дождавшись ответа, горько заплакал, сетуя на своё сиротство, все сомнения исчезли.

– Да, – твёрдо сказала я. – Но, Кирос, ты, наверное, видел, что всадники увезли моего мужа. Я должна его найти. А тебе придётся пойти со мной.

Подросток закивал.

– Я готов, – ответил он. – Мне надоело это место. И… твой мужчина – достойный воин, он заслуживает того, чтобы его спасли.

– Ты прав, – сказала я, обнимая ребёнка, уткнувшегося мне в плечо зарёванным, но сияющим личиком.

Вскоре мы ели жареного скакуна, оказавшегося удивительно вкусным. Я жалела лошадь, но понимала, что в этой реальности человек должен думать, в первую очередь, о себе и себе подобных, чтобы сохранить едва теплящуюся в землянах искру жизни.

Жуя, Кирос посматривал на меня, словно пытался разгадать причину моей задумчивости. Проглотив кусок, он спросил:

– Жалко коня, да?

Меня настолько удивила его проницательность, что я подавилась и раскашлялась. Мальчик постучал меня по спине, и постепенно дыхание пришло в норму.

– Откуда ты знаешь? – поинтересовалась я.

– Мой дед был ясновидцем, и его способности перешли ко мне.

– Деда тоже убили?

– Не знаю, – погрустнев, ответил подросток, – возможно. Он просто исчез, как и отец. Но от него я унаследовал умение читать мысли, лица, видеть души и влиять на людей, и это помогает мне выживать…

Поразмыслив, я произнесла:

– Кирос, я должна тебя предупредить. Если ты не хочешь, чтобы мы расстались, запомни: как только моё тело начнёт растворяться в воздухе, испуская разноцветные лучи, сразу же хватайся за меня. Если ты этого не сделаешь, я вернусь в свой мир одна.

Перепугавшийся мальчик крепко вцепился в мою руку, а я засмеялась:

– Не сейчас. Пока я никуда не собираюсь исчезать. Сначала я должна найти мужа.

– А если он умер?

Озноб пробрал меня до самых костей.

– Нет, не верю! Он сильный и выдержит всё, если только…

– Только что?

– Если не решит, что меня, действительно, убили.

Подросток помолчал, обдумывая мои слова.

– А ведь «смерть» твоя выглядела очень правдоподобно, – наконец сказал он. – Вполне возможно, что ему тоже так показалось.

Вскочив, я воскликнула:

– Но тогда он может потерять волю к жизни. Мы должны отправляться немедленно!

– Только через несколько дней.

– Почему?

– Во-первых, ты сказала, что тебе трудно?

– Я справлюсь…

– Во-вторых, – перебил он, – нужно провялить мясо и запастись водой. Без припасов мы умрём в пути.

– Но зачем идти так далеко? Ведь те, кто схватил Диму, наверняка заперли его где-нибудь неподалёку.

Мальчик отрицательно покачал головой.

– От города остался только этот дом, да ещё несколько зданий вдалеке, остальные же давно превратились в руины. Появление здесь патруля – случайность, как и в тот день, когда они напали на маму. Но если отряд не убивает человека, а забирает с собой, то увозит, скорее всего, в столицу, а она далеко, и добираться туда не меньше недели.

– Ничего себе! – охнула я. – А как называется сей стольный град?

– Никогда не знал, а может, просто забыл. Мне лишь известно, что он существует, и то, в какую сторону нам идти.


Пять дней, в течение которых мы готовили дорожный паёк, тянулись, словно резиновые, я сходила с ума от тревоги за Диму. Если те люди не прикончили его сразу, что они с ним сделали? Однажды я обратилась с этим вопросом к Киросу.

– Взрослые говорили, что самых крепких и сильных мужчин продают в рабство правителю, и с каждым там поступают по-своему. Кого-то отправляют на тяжёлые работы, а хороших воинов делают гладиаторами для развлечения знати.

– Кто здесь правит?

Мальчик нахмурился.

– Не знаю. Уверен я только в одном – это не человек.

– Почему ты так думаешь?

– Родители слышали это от тех, кто его видел.

– А как он выглядит?

– Не имею понятия.

Мы замолчали. После длительной паузы подросток сказал:

– Завтра уходим. Нам надо хорошо выспаться.

Подкатившись мне под бок, Кирос мгновенно уснул, а я ещё долго лежала с открытыми глазами, глядя на тлеющие угли очага. Перед моим внутренним взором стояло лицо Дмитрия, которого мне так недоставало. Наконец, выругав себя за отсутствие силы воли, я смежила веки и вскоре погрузилась в сон.


На заре мы покинули наше убежище, неся за плечами большие самодельные рюкзаки с едой и питьём. Было начало апреля, кое-где ещё лежал снег, и, хотя я надела балахон, сшитый из одеяла, и мужские ботинки, найденные в шкафу, холод пробирал меня до костей. Попрыгав на месте, чтобы разогнать кровь, я зашагала быстрее.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

Поделиться ссылкой на выделенное