Александра Чумакова.

Точка возврата



скачать книгу бесплатно

Все имена и события вымышлены. Любое совпадение случайно.



Мы не выбираем времена. Мы можем только решать, как жить в те времена, которые выбрали нас.

Джон Р. Р. Толкин


Пролог

Когда-нибудь наступит день, самый обычный, каких было миллионы. С запахом утреннего кофе, с дневной суетой, с вечерней усталостью. Будет все, как всегда, но без тебя. Ты исчезнешь с лица земли так же незаметно для человечества, как и появился. Все, чем ты жил, дышал, на что надеялся, во что верил, станет неважно в тот миг, когда с твоих уст сорвется последний вздох. Лицом к лицу со смертью ты встретишься в одиночестве. Только ты и она… И ты поймешь, что смерть – это только начало…

Глава 1

Меня зовут Дмитрий Ларионов. И сегодня я счастлив, но так было не всегда. День, когда моя жизнь разделилась на до и после, я помню в мельчайших деталях.

Я шел по улице. Шел бесцельно, не зная куда, моя жизнь давно закончилась, душа была уже не здесь, осталась только оболочка. Всем своим существом я рвался туда, где еще не был, но знал, что меня там уже ждут… Там были мои близкие и любимые, которым я нужен любой, там не нужно будет ничего доказывать, там – покой… Во мне жила уверенность, что мне осталось недолго, ведь мне снова снился этот сон…

– Мама, мама, смотри – бомж, – сказала девочка лет шести, одетая в ярко-красное платье с Микки Маусом, и спряталась за молодую женщину.

– Вероника, некрасиво показывать пальцем и так говорить – тон матери был удивительно спокойным, она говорила, будто нараспев.

– А как говорить? Папа мне сказал, что такие люди называются – «бомжи», и их нужно бояться.

– В жизни случается всякое, порой это очень хорошие люди, просто они запутались.

– В чем запутались, в паутине?

– Можно и так сказать.

Я переходил улицу на красный свет. Я делал это специально, движимый жаждою смерти. В следующую секунду случилось то, о чем я мечтал уже давно. Машина, сбившая меня, стала избавлением. Я даже не успел разобрать, какой она марки и цвета, впрочем, это было совсем неважно. Все кончено.

Женщина едва успела закрыть глаза своей малолетней дочери, а после, чуть оправившись от шока, кричала в телефонную трубку:

– Только что на моих глаза сбили человека, возможно, он еще жив, немедленно выезжайте! Вероника – теперь она обращалась к плачущей и испуганной дочке, немедленно пойдем, о дяде позаботятся, я вызвала скорую помощь.

– М-мам – всхлипывала девочка, он точно поправится?

– Точно, малышка – мать подхватила ребенка на руки и скорее увлекла ее от этого страшного места. От места, где кружила костлявая старуха.

Тысячи кинжалов пронзили мое тело, боль разрывала меня на части, хотелось кричать, но не получалось, потом боль сменилась онемением.

Я куда-то проваливался, или нет, скорее, поднимался. Мое тело парило над землей, я испытывал нечто волшебное: легкость, абсолютное спокойствие, отрешение. Еще никогда в жизни мне не было так хорошо. Я будто сбросил оковы. Наконец освободился. Я летел все быстрее и быстрее, и вот мои ноги почувствовали почву. Я увидел знакомые и самые родные лица – меня за руки держали мама и папа. Состояние счастья, как в детстве…неповторимо… мать и отец… такие забытые и такие дорогие, словно не было их раннего ухода из жизни, не было этих лет разлуки. Они выглядели точно так же, как в тот роковой день.

Скорая и дорожный патруль приехали почти одновременно. Молодой врач скорой помощи, не скрывая своего отвращения, поспешил обследовать пострадавшего. Никаких документов при нем не было. На вид мужчине можно было дать и тридцать, и сорок, и даже пятьдесят лет. Лицо отекшее, со стертыми чертами, волосы давно не мыты и не стрижены, цвет их не определить, куртка грязная и явно с чужого плеча, на джинсах дыра, руки не ухожены, под ногтями грязь, одним словом – отброс общества.

– Леха, грузи его – крик врача тонул в гуле голосов зевак и шуме движущегося транспорта. – Шансов мало, но может, выживет.

– Чем – чем, а здоровьем этого типа не обделили. При таком ударе он должен быть трупом – заключил кто-то из толпы.

– Пацаны, реально, он-покойник, они его не довезут – с видом знатока утверждал подросток, харкая на то место, где еще минуту назад лежало тело пострадавшего.

– Я не знаю, откуда он появился, правда не знаю – как в бреду повторял шатен в сером костюме, я за рулем больше десяти лет и ни одного нарушения, а тут– сбил человека. Умоляю, скажите, что он будет жить! Скажите, что я – не убийца! Мне нельзя в тюрьму, у меня дети и мать-инвалид.

Одним словом, на земле каждый жил своими заботами, и только человеку без имени и смысла жизни не было до всего этого дела. Я оказался там, куда так долго стремился. Я еще не знал, какой шанс мне выпал. Для меня было тайной, что решение уже принято и игра началась. Игра, на кону которой ни много ни мало – жизнь.

Глава 2

Я смотрел на родителей, и меня душили слезы. Как же я мечтал об этой встрече! Мне столько нужно было им рассказать! Почему-то они не говорили со мной, а лишь смотрели глазами, наполненными любовью и глубокой печалью. Я не понимал, что это за место. Мы стояли у воды, на которой покачивалась лодка. Вокруг ни души. Тишина была пугающей: ни единого звука, даже дыхание замирало в этом царстве безмолвия. Очень похоже на необитаемый остров, только без растений. Пусть тихо, пусть пусто, но мы теперь вместе, подумал я и обнял мать:

– Мамочка, прости меня, это я во всем виноват! Из-за меня ты ушла такой молодой и полной сил!

В ответ ни слова, а только взгляд этих глаз, в которые я мечтал заглянуть хотя бы на мгновенье столько лет!

– Ну, не молчи, лучше ударь меня, только не молчи!

Она прижала палец к губам, снова не проронив ни слова. Я был растерян: миллионы раз я представлял себе тот миг, когда мы встретимся, и в моих мечтах он был каким угодно, только не таким.

– Отец, я очень перед вами виноват, но не казните меня молчанием!

Он крепко прижал меня к себе и долго не отпускал. В его объятиях я вспомнил, что такое счастье и покой. Отец не злился, а радовался мне. А после он взял меня за руку и подвел к старцу, одетому в белый балахон. Мог поклясться, еще минуту назад его здесь не было. Я стал рассматривать незнакомца: белые, как первый снег волосы до плеч, лицо, покрытое морщинами, серые печальные глаза, нос с горбинкой, густая седая борода. Он тоже смотрел на меня, но не изучающе, а так, словно знал меня очень давно. Я даже не заметил, как исчезли родители. В растерянности я начал озираться по сторонам и увидел как отец помог матери сесть в лодку, и они куда-то поплыли, растворившись в тумане. Я хотел побежать к воде, но старец остановил меня:

– Ну, здравствуй, Дмитрий! Тебе не стоит никуда бежать, это бессмысленно. Ты удивлен, что родители встретили тебя молча? Просто, время для вашего общения еще не пришло, и вообще им не следовало тут появляться. Даже не представляю, как они здесь оказались! Только безумная сила родительской любви могла их сюда привести. Ты думаешь они сердятся? Выбрось эти глупости из головы.

Незнакомец говорил так быстро, что я не мог вставить ни слова.

– Удивительное место, не правда ли? Это место начала новой истории твоей жизни, которую напишем мы с тобой. Позволь представиться: я – твой Ангел-Хранитель.

– Ангел – Хранитель? – возмутился я – Я не верю в подобную чушь. Если вы и Ангел, то самый безответственный на свете!

– Подожди судить так строго, мой мальчик!

– Где же вы были все эти годы? Почему я никогда не чувствовал вашего присутствия и поддержки? Как вы допустили столько потерь? Окажите мне лишь одну услугу: немедленно отведите меня к моим близким! Я слишком долго жил без них и теперь никуда их не отпущу!

– Нет, к ним нельзя. Вы еще обязательно встретитесь, а где, будет зависеть от тебя. Твой гнев оправдан, но я здесь, чтобы помочь тебе во всем разобраться.

– Кем бы Вы ни были, оставьте меня! Я достаточно страдал и теперь хочу только одного – покоя.

– Дмитрий, выслушай меня. Я не желаю тебе зла, напротив – я послан тебе в помощь.

– Так помогите мне! Избавьте от своего присутствия! – во мне закипала ненависть к этому неизвестно откуда появившемуся старику.

– Решать тебе, только позволь кое-что показать, и если после этого ты не изменишь свое решение, так и быть, я навсегда оставлю тебя. Возьми меня за руку и закрой глаза. Просто, доверься.

Я понял, что иначе он от меня не отстанет и сделал все, как велел незнакомец. Я почувствовал, как сквозь меня прошел мощный поток воздуха – не самое приятное ощущение. Когда я открыл глаза, мы находились в потрясающем месте: в огромном храме, где горело множество свечей. Казалось, их тут миллионы. Некоторые свечи пылали очень ярко, некоторые тлели, тут и там свечи гасли и вспыхивали новые. Я был заворожен, никогда прежде я не видел ничего подобного. Мое внимание отвлек голос того, кто перенес меня сюда:

– Как ты уже догадался, Дмитрий, мы в храме, но этот храм не обычный.

– Вижу, что он необычный, я еще никогда не видел столько свечей! Вы только посмотрите, это же волшебство! Кто их зажег? И почему мы тут одни?

– Позволю заметить, что это не просто воск. Свечи, что тут горят – людские жизни. Те, что пылают ярко – жизни успешных людей, которых ты привык считать везунчиками и баловнями судьбы. Их путь – это праздник, который они заслужили. Тлеющие свечи – безрадостные жизни. Когда ты видишь, что загорелась новая свеча, значит, в мир пришла новая жизнь, и раздался ее первый крик, свеча тухнет – значит, жизнь ее хозяина только что оборвалась.

Я стал свидетелем непрерывного процесса, наблюдать за которым было необычайно интересно. Будто передо мной – хор под управлением невидимого дирижера. Но в моей голове, совсем неподготовленной для подобных знаний, никак не укладывалось то, что говорил старец. Ну как простой человек может поверить, что его жизнь – это свеча, горящая в неведомом храме? Что все его взлеты и падения, радости и печали, момент рождения и смерти запечатлевает воск?

Тем временем мы приблизились к свече, чье пламя не потухло, но свет ее почти угас, возле нее я даже задержал дыхание, чтобы не задуть тлеющий огонек.

– Это твоя свеча, Дима.

– Разве я не мертв?

– Нет, ты между двух миров, на земле это называют комой. И сейчас перед тобой выбор: задуть свою свечу или воспользоваться шансом, который выпадает единицам из людей и переписать свой жизненный сценарий, стать творцом новой судьбы. Я готов пройти с тобой этот путь, но он будет очень сложным, полным неожиданностей и испытаний.

– А куда меня приведет этот путь?

– Надеюсь, к свету, мой мальчик! Только к нему стоит стремится, а ты о него очень далек!

Я еще до конца не верил, что все происходящее реально, но задувать свечу совсем не хотелось. Чем больше я смотрел на старца, чем дольше слушал его уверенный голос, тем сильнее крепло мое доверия к нему. Это сложно описать, но я почувствовал, что он «свой». Мне было необходимо выяснить многое, и для начала я решил познакомится с тем, кто называл себя моим Ангелом – Хранителем.

Ангел, позволь узнать твое имя? Если нам предстоит долгий путь, я должен к тебе как-то обращаться. Или у вас нет имен?

– Ну почему же, обращайся ко мне Мафусаил.

Первый раз я слышал это имя, оно казалось каким-то неземным. Собственно, мы и были не на земле.

– Мафусаил, я мечтал о смерти уже давно, с тех пор, как от меня ушла любовь – единственное дорогое, что у меня было. Моя жизнь не стоила и ломаного гроша, я никому не нужен. На земле никто не заметит моего отсутствия, зачем же мне жить?

– Мальчик мой, люди приходят в мир не просто так. У каждого человека свой путь и свое предназначение. Ты свое еще не выполнил. Даже не представляешь, как тебе повезло! Поверь, если все сделаешь правильно и вернешься на землю, то ощутишь настоящую радость жизни. Некоторые люди получают шанс, и ты в числе счастливчиков. Тебе предстоит работа над ошибками, а я стану проводником в твое прошлое.

– В прошлое? Я не хочу туда, там только боль.

– Я говорю о другом, неведомом тебе далеком прошлом.

– Я не понимаю, о чем Вы?

Скоро ты все узнаешь, но сначала я хочу услышать твою историю. Здесь, в храме судеб. Конечно, мне известно о тебе все, но ты должен вспомнить свою жизнь, каждую ее деталь, вновь прочувствовать боль и тем самым подготовиться к очищению. Начни с того дня, когда закончилось твое детство…

То, что предлагал мне воскресить старец, было моей болью, самой страшной из потерь. Их было много в моей жизни, но та, детская – самая острая. Мы сели на единственную скамейку в храме, и я начал говорить о том, что не хотелось вспоминать, но невозможно было не помнить:

– Мне девять. Последний день мне девять. Завтра у меня первый «серьезный юбилей» и я испытываю предвкушение праздника. На кухне пахнет вареными овощами и рыбой – мама делает заготовки, ведь на день рождения ко мне приглашен весь класс, и нужно столько успеть! Папа тоже не остался без дела, он чинит большой раскладной стол. Я отвлек их, ведь наконец решил, что хочу получить в подарок.

– Мама, пап, вы же не откажете мне – ехидно спросил я и нацепил на лицо свою самую обезоруживающую улыбку – я знаю, что хочу больше всего на свете! И, подобно герою мультфильма «Малыш и Карлсон», попросил щенка.

– Митя, мы уже подготовили для тебя подарок – сказал отец – ты знаешь наше отношение к животным, это не игрушка, забота о собаке ляжет на нас, а мы с мамой итак устаем на работе.

– Ну, папа, я же завтра стану совсем взрослым, вы же сами говорили, что мне пора быть ответственным и собранным… Мамуль, я обещаю, что буду сам гулять с собакой, честно-честно. Я уже и имя ему придумал – Том, он будет Том – я даже слезу пустил, чтобы разжалобить родителей.

Мама сдалась первая, мягкая по своей натуре, она не переносила чьих-то слез, тем более, слез единственного и горячо любимого сына. Она велела отцу немедленно заводить машину и везти ее на птичий рынок за Томом. Я тоже засобирался, до сих пор не веря своему счастью.

– Нет, Митяй, сказал отец и потрепал меня за волосы – ты останешься дома, пусть твой пес станет для тебя сюрпризом. Пропылесось и вытри пыль, мы с мамой не успеваем.

Родители очень спешили, папа на ходу накидывал на плечи мамы шубу.

– Ну и хитер же ты – бросил напоследок он.

Я расстроился, но спорить не стал, боялся, что они передумают. Я делал уборку, все время поглядывая на часы и бегая к окошку. Мне не терпелось взять на руки пушистый комочек! Я все гадал, какой же он будет породы и нисколько не сомневался, что мы подружимся. Родителей не было целую вечность. Уже стемнело, а я все сидел на подоконнике. Наконец в дверь позвонили.

– Ну, где же вы так долго? – с этими словами я вприпрыжку побежал к двери и даже не глянул в глазок.

На пороге стояли не родители, на пороге замерла бабушка, и такой я ее никогда не видел. Казалось, она постарела лет на двадцать: плечи осунулись, глаза покраснели, руки тряслись. Она обняла меня и заревела, а точнее сказать, завыла.

– Митенька, деточка моя, что же теперь будет?

В свой юбилей я получил не собаку, а два гроба. Родители разбились на большой скорости, торопились меня порадовать. В тот день я возненавидел собак. Похороны врезались в мою детскую память навсегда, такое не забывается. Серый зимний день, грязное небо практически распласталось на таких же грязных крышах домов. Черный снег скрипел под ногами. Люди в траурных одеждах, оркестр и два гроба, а в них мои самые близкие люди, и только я во всем виноват. Я подбежал к маме. Казалось, она спит. Я стал трясти ее и кричать:

– Мне не нужна, не нужна собака, только проснитесь оба, мне ВЫ нужны!

Я снял с себя шапку и стал надевать на маму. Меня кто-то оттащил и силой прижал к себе.

– Держись, пацан, ты научишься с этим жить!

Потом был автобус и кладбище. Звук земли, падающей на крышку гроба, и их нет. Я подумал, что родители замерзнут в своей легкой одежде и без шапок. Осознание, что им уже все равно еще не пришло…

Не в силах продолжать дальше, я замолчал и закрыл ладонями лицо, я хотел скрыть от Мафусаила слезы, впервые я открылся кому-то малознакомому, пусть он и называл себя моим Ангелом Хранителем.

– Продолжай, Дима, я знаю, воспоминания даются тебе тяжело, но ты должен рассказать мне все.

Я собрался и нашел в себе силы продолжить:

– Ну что ж, слушай. Я действительно повзрослел, но я никому не пожелаю такого взросления. Ко мне навсегда приклеилось слово «сирота». Моим опекуном стала бабушка. Всеми силами она старалась дать мне то, что давали родители, но это было невозможно. Тетя Лариса, сестра моей мамы, была в то время студенткой мединститута, жила на стипендию и ничем нам помочь не могла. Больше родственников у нас не было. Я быстро вырастал из одежды, и соседи отдавали мне то, что осталось от их детей. Что-то из подаренных вещей было мне не по размеру или с дырками. «Не беда», говорила бабушка и усердно штопала и перешивала. С обувью такой номер не проходил и часто я носил ботинки на несколько размеров больше моего. Бабушкиной пенсии еле-еле хватало на еду и оплату коммунальных услуг. Помню, как мечтал о новогодней елке. У нас дома она была всегда, и я не знал, что бывает другой Новый год. Елка у нас появилась, бабушка отнесла в ломбард обручальное кольцо покойного деда и такой ценой порадовала внука. Об этом я узнал много лет спустя. Перед сном я всегда говорил с мамой и папой, желал им спокойной ночи и рассказывал о своем дне, о школьных успехах и проблемах, вот только поцеловать их, почувствовать их запах, заглянуть в родные глаза уже не мог. Скажи, Мафусаил, почему я не оказался с ними в той машине?

– Потому что тебе был предначертан другой путь.

– За что? За что я был наказан невыносимой мукой – жить с виной в сердце?

– Совсем скоро ты найдешь ответы на все свои вопросы, а сейчас продолжай.

Собрав всю свою волю в кулак, я продолжил:

– Отец любил класть руку на мое плечо. Такой у него был привычный жест. Прошло столько лет, а я до сих пор чувствую вес его руки… вот тут. Мне часто снился один и тот же сон: я бреду по саду в поисках родителей, зову их и знаю, что они где-то рядом. Вот наконец появляются их силуэты, остается лишь дотянуться, но они растворяются в дымке. Я просыпался и плакал. Нет ничего страшнее, чем знать, что те, кого ты любишь навсегда тебя покинули. Какое страшное слово: «навсегда»! Забегая вперед, скажу, мой последний сон закончился иначе: я смог их обнять, и на следующий день я оказался под колесами машины.

Однажды мой школьный приятель, поссорившись со своими родителями выпалил:

«Везет тебе, Димос, никто тобой не командует, вот бы мне так!»

Тогда я впервые ударил человека, треснул ему так, что он упал в лужу. Этот кретин не понимал, какой он счастливый. У него была семья.

Я мечтал, что вырасту, начну работать и обеспечу себя и бабушку. Обязательным пунктом было свозить ее в санаторий, но это так и осталось мечтой. Бабушка умерла тихо во сне, мне было восемнадцать, и я заканчивал колледж. Ее похоронили рядом с моими родителями. Мне помогала Лариса, она устроила меня санитаром в больницу. Я бегал с носилками, выполнял сложную и не самую приятную работу, получал гроши, но чувствовал себя самостоятельным. В двадцать я физически не мог работать санитаром, у меня обнаружили позвоночную грыжу. После лечения начался поиск новой работы. Я обивал пороги многих заведений, но мне везде отказывали, если где-то и удавалось задержаться, то это было ненадолго, меня использовали и не платили. Это был замкнутый круг. Стоило мне куда-то устроиться, как всему коллективу задерживали зарплату, а потом фирма объявляла себя банкротом. Я был уверен: причина во мне. Я приносил неудачу.

– Ты даже не представляешь, как близок к истине, – вмешался Мафусаил.

– Но почему? Чем я это заслужил?

– Все потом. А сейчас, продолжай.

Лариса, как могла, поддерживала меня материально. Но я не хотел быть обузой для ее семьи. Видя мое фатальное невезение, однажды Лора повела меня к какой-то бабке-целительнице. Странно одетая женщина старательно делала умный вид и долго вглядывалась в стеклянный шар, совершая пасы руками, а потом заговорщицким шепотом произнесла:

– На тебе порча, сильная, мало кто может такую снять, но я возьмусь. Конечно, я приму весь негатив на себя, поэтому это будет стоить недешево.

Лариса заплатила ей столько, сколько я получал в лучшие месяцы, но ничего не изменилось. Бедность осталась такой же постоянной, как таблица Менделеева. В момент, когда я уже не ждал от жизни подарков, я его получил. Нет, это была не работа, это была любовь.

– Ну, вот ты и улыбнулся, Дима – Мафусаил хлопнул меня по колену и его лицо тоже наполнила радость. Он знал, что сейчас речь пойдет о самой светлой и чистой любви, о такой, какая посылается не каждому.

– Шли первые дни осени. Помню, как сегодня, светило яркое солнышко, вверху виднелись облака, которые словно большие корабли бороздили просторы небесного океана. На автобусной остановке я увидел ее – девушку, беззащитную, как маленький котенок. Она не была красавицей с обложки, но заглянув в ее глаза, я испытал то, что не испытывал раньше. Я не был романтиком, но у меня в голове звучали строки, непонятно как там появившиеся: «Две волны остались в глазах твоих, чтобы я утонул, погружаясь в них». Мне понравилось все: светлые прямые волосы до плеч, голубые глаза, ямочки на щеках, веснушки… Я впервые в жизни знакомился на улице, и она не оттолкнула меня.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2