Александр Ушанов.

Утка под кроватью



скачать книгу бесплатно

Утка под кроватью


А Боги смеялись всё утро и вечер

Смешила их фраза: «Случайная встреча»…

Ирена Буланова

Глава 1


Какое чувство может испытывать мужчина, когда смотрит на очаровательное создание женского пола лет двадцати, сидящее за столом в приёмной солидной фирмы?

Волнение?

Восхищение?

Зависть к владельцу этой фирмы, который в любой момент может вызвать к себе своего секретаря и полюбоваться парой стройных ножек, так пленительно и долго тянущихся от босоножек до узенького трикотажного пояса, именуемого юбкой, вызывающих буйство фантазии и воображения, а также желание продлить – хотя бы мысленно – эти стройные живые линии?

Пожалуй, так.

Но никак не чувство повышенной опасности и тревоги.

А зря!..

Юрий Александрович Ардов с доброжелательной улыбкой подошёл к столу, где была замечена вышеописанная сильфида, и протянул визитку, на которой под золочёным тиснением его фамилии значилось: «консультант-аналитик». И номер телефона.

Порхнули большекрылые бабочки-ресницы, и сильфида заговорила:

– Сергей Иванович вас ждёт. Он предупредил о вашем визите. Можете пройти.

Свежее, как будто только умытое божественным нектаром, личико указало направление к двери кабинета.

Ардов хотел было что-то сказать, соответствующее обстоятельствам, но в мыслях копошились только какие-то пошлые фразы насчёт «номера телефончика» и «поужинать». Поэтому он лишь кивнул головой, а, притворяя за собой дверь в кабинет, ещё раз посмотрел на сильфиду: большекрылые бабочки замерли, и из-под них изливалась синь взгляда, проворным ручейком устремлявшаяся к нему…


– Смею заверить, Сергей Иванович: сделаю всё, что в моих силах. Мне не хотелось бы подводить людей, рекомендовавших меня. У меня есть определённая репутация, заслуги и знания. Результат же зависит не только от меня, но и от вас…

Юрий Александрович сделал глоточек кофе из чашки и продолжил:

– Да-да. Не удивляйтесь. Если в настоящее время вы – самое заинтересованное лицо в выяснении всех обстоятельств дела, то в дальнейшем, с раскрытием ситуации, вы можете стать не заинтересованы в этом по личным либо коммерческим мотивам. Но может оказаться уже поздно, так как я буду целиком втянут в эту игру и не смогу, из соображений сугубо личной безопасности или моральных обязательств, прекратить начатое. Дело конфиденциальное. Как говорит наша прокуратура, «главное в ходе следствия не выйти на самих себя». Поэтому прошу ещё раз подумать, прежде чем вы мне начнёте что-то рассказывать.

Хозяин кабинета, дородный мужчина лет пятидесяти, сидел, откинувшись в объёмном кресле кожаной обивки, сплетя толстые пальцы рук и с силой придавливая подлокотники кресла своей массой.

Недостатком аппетита он явно не страдал, мощный череп на мощном теле делили пролысины, тянувшиеся с двух сторон от лба к темени, глаза смотрели умно и несколько высокомерно.

Чашка кофе стояла, остывая, рядом с рукой.

Вторая чашка в данный момент находилась в руке Ардова, с сожалением разглядывавшего её дно с подтёками остатков кофе.

Наклонившись над маленьким столиком слева, уставленным телефонами и другой аппаратурой, Сергей Иванович Сокол – так его звали – что-то нажал и сказал:

– Света, ещё чашечку кофе.

Это было сказано с усмешкой, но не ехидной, как можно было ожидать, а вполне по-дружески подтрунивая над замеченной слабостью гостя.

– Вы, Юрий Саныч, любитель кофе… Не стесняйтесь, я не пришлю вам счёт.

А вот по поводу незаинтересованности в дальнейшем… Я не рассматривал этот вопрос в таком ракурсе. Но раз бокал налит – он должен быть выпит. Я не отказываюсь от вашей помощи, и если в дальнейшем вскроются упомянутые вами факторы, то мы решим сообща, как нам поступить. Согласны? В настоящее время мне нужен независимый анализ создавшегося положения, и вы должны с этим справиться. Я сам пытался это сделать, но мне не удаётся. Где-то закралась ошибка. И очень может быть, что она чисто субъективного характера, основанная на моём чисто субъективном восприятии создавшегося положения. Поэтому нужен свежий взгляд независимого, незаинтересованного, незнакомого с делом человека. Вот Света несёт вам ещё чашечку кофе. Удобней располагайтесь – разговор долгий…

Глава 2


Фирма «Меркурий» была дилером обогатительного комбината по добыче янтаря, поэтому имела свои склады и мастерские прямо на территории комбината.

Причём, если до распада Советского Союза слово «обогатительный» считалось чисто геологической терминологией, то за годы перестройки стало ясно, что этот, ранее поделочный, а ныне драгоценный камень, позволяет обогатиться не только предприятиям, занимающимся его добычей, переработкой и продажей, но и множеству народа, проживающего рядом или занимающегося изготовлением изделий из янтаря.

Эта окаменевшая смола древних деревьев пользуется обширнейшим спросом не только на внутреннем рынке, но и за рубежом. Сукцинит, как он называется в научной литературе, алатырь – камень, а попросту – янтарь, имеет множество поклонников и поклонниц во всех странах мира. Особенное предпочтение ему отдают в Литве, Германии, Италии, Канаде, Соединённых Штатах, Японии, Индокитае.

Камушек солнечно-жёлтого, реже – белого, зеленоватого, синего или чёрного цветов, переживший мамонтов и динозавров, вызывает щенячий восторг не только у прелестных ценительниц ювелирных украшений, но и у солидных бизнесменов, невозмутимых проповедников, импозантных артистов и чинных политиков.

Стоит ли удивляться размерам интереса и количеству кормящегося возле комбината народа, если – по оценкам разных специалистов – запасы этого ископаемого здесь оцениваются в 65-90% мировых?

Это ж – балтийский Клондайк!

А ведь кроме художественных промыслов янтарь используется в медицине, промышленности, сельском хозяйстве.

А после того, как в одном из постановлений правительства комбинат был упомянут, как «государственное унитарное предприятие», интерес к нему со стороны самых разных персон заметно увеличился.

Поэтому, благодаря территориальному расположению области, являвшейся анклавом, который окружали Балтийское море, Литва и Польша, и удалённости от столицы, от желающих приобрести янтарь, а то и просто погреть руки на этом поприще, отбоя не было.


Неприятности в «Меркурии», если происходящее можно было назвать таким обиходным термином, начались в самый неожиданный момент.

Неожиданный не потому, что их можно было бы ожидать раньше или позднее. И не потому, что руководство фирмы не смогло подготовиться и во всеоружии встретить возникшие проблемы.

Просто потому, что они начались практически из ничего, так сказать, на ровном месте. Как буря в пустыне или на море: светит солнце, вокруг, насколько видно, ни одного облачка, и вдруг из ничего рождается вихрь, который захватывает всё, что попадается ему на пути, затмевает свет, и в полной темноте гибнет всё, не успевшее спрятаться от этой убийственной стихии.

«Меркурий» считался крепким компаньоном, имел выгодные контракты с зарубежьем, банки с почтением относились к такому выгодному клиенту, на счёт которого поступали суммы с привлекательным количеством цифр из известных своим устойчивым финансовым положением государств. Материальное положение работников фирмы стояло на порядок выше множества коммерческих структур, не говоря уж о бюджетных организациях. Фирма обрастала новыми филиалами, скупала недвижимость, организовывала вспомогательные и сопутствующие службы.

И вот пришло необычное известие от канадского партнёра о получении контейнера с товаром, не предусмотренным соглашением между ним и фирмой «Меркурий».

Вылетевший в Бостон торговый представитель не смог привезти никаких утешительных новостей, кроме впечатлений о великолепной игре хоккеистов «Бостон Брюинз», среди которых блистал и наш легионер Сергей Самсонов. Зато он смог констатировать и даже предъявить фотографии, что контейнер с изделиями из янтаря, отправленный из морского торгового порта и прошедший там таможенное оформление фирмой «Меркурий», пришел в Канаду с набором металлического хлама. Коробки с янтарными изделиями, оцениваемые специалистами «Меркурия» в кругленькую сумму в американских долларах, исчезли, как мираж.

Страховая компания решила не выплачивать компенсации до выяснения обстоятельств, так как сам контейнер канадскими представителями был получен. А имела место кража, подмена или иная махинация с товаром – должно разобраться следствие. Причём загадкой пока оставалось: на каком этапе это было проделано, и не имеет ли к этому отношения продавец, то есть сам «Меркурий».

Торговое соглашение с канадцами заключалось, согласно правил «Инкотермз», на условиях CIF, поэтому трудно было определить, когда и кто обязан компенсировать убытки: продавец, покупатель, перевозчик, страховая компания?

Ясным и конкретным было одно: «Меркурий» не получил очередного валютного вливания, причём ощутимого.

Пришлось отказаться от пары весьма перспективных сделок.

В работу включились юристы, тщательно изучая каждую запятую торгового соглашения, страховых полисов, таможенных деклараций, коносаментов. Но труд предстоял кропотливый и результатов его, выражающихся в переводе денег на счёт «Меркурия», предстояло дожидаться долго, и пока не была исключена возможность того, что денег компания не получит вообще.

Это был ощутимый удар, особенно если учесть, во что обошлось получение от правительства лицензии на право торговли янтарём с иностранными партнёрами.


– Вот таково положение дел на сегодняшний день, Юрий Саныч, – закончил экскурс в такое недалекое и такое безжалостное прошлое глава «Меркурия».

– А почему не обратились в полицию?

Сергей Иванович отмахнулся рукой:

– В полицию мы обратились… Всё как положено… Но мне нужен положительный результат, а они не умеют работать. Это в телесериалах они вычисляют преступников по ДНК на одежде, сигналам местонахождения телефонов, запаху духов в комнате или грязи на ботинках. А в жизни…

Он огорчённо вздохнул:

– Нет, есть, конечно, в России из миллиона состоящих на службе МВД пара тысяч действительно умных, работающих спецов, но они занимаются серьёзными делами. Ну-у, террористами там, громкими преступлениями… А остальные 998 тысяч… Они годятся только если потребуется пьяных погонять, а на службе только отчёты пишут – как их служба «и опасна, и трудна». Стали обычными клерками. Отказывают в возбуждении уголовных дел, которые раньше рядовой милиционер раскрывал.

Сергей Иванович потёр пальцами виски:

– Знаете, ещё в царской России были очень сильные профессионалы-сыскари. Особенно Московский уголовный сыск. Они носили на лацканах знаки с надписью «МУС» – Московский уголовный сыск. Отсюда и жаргонное «мусор», а не как наш народ думает, что это от названия содержимого помоек. Потом был МУР – Московский уголовный розыск. Туда приглашали лучших профессионалов со всего Союза. Но они были везде, в каждом городе – хорошие профи. А сейчас? Вы думаете, они поедут ко мне из Москвы? Да у них своих дел невпроворот! А мы для них – провинция… И что меня беспокоит: не могу понять – как и на каком этапе перевозки всё это проделано?

Ардов решил направить разговор в нужное русло: красноречие Сергея Ивановича забавляло его, но сейчас требовалась информация:

– Это могли проделать в Канаде? Я имею в виду – хищение. Сейчас меня не интересуют моральные качества людей, имевших отношение к грузу, и вероятность их участия в краже, а только возможности.

– Нет. Я давно работаю с ними. Контейнер получали в Бостонском порту по прибытии судна. Несоответствие груза коносаментам завизировано покупателем, перевозчиком и таможней. А это значит, что мы исключаем канадцев.

– Что перевозчик? Переход до Канады долгий. Можно было в море всё проделать, без лишних глаз…

– На судне вскрыть контейнер можно, но он не был вскрыт, все печати и пломбы в сохранности. К тому же на контейнеровозе груз – как в трюме, так и на палубе – крепится твистлоками рядами один к одному в ширину, в длину и высоту. Где именно на судне находился наш – сейчас уже никто не скажет, но он мог быть и с краю, и внутри, заставленный другими без шансов на доступ к нему, мог быть нижним, а мог быть и самым верхним. Там сотни контейнеров. Нет, моряки хорошо зарабатывают, им незачем пачкаться с кражами груза.

Ардов сделал глоточек кофе:

– Значит всё было осуществлено здесь у нас? Кого-нибудь подозреваете? Могли украсть в порту, что скажете?

– Кто? Стивидор, бывший на погрузке и опечатавший контейнер? Но он опечатывает груз в присутствии нашего торгового представителя и таможенника сразу после погрузки и сверки количества товара. Затем пломбы и печати накладывает таможня. Какая-нибудь шайка докеров промышляющих воровством грузов? Но это слишком громко и много для них. Ну да, может докер прихватить коробку апельсинов или сахара мешок из открытого вагона или трюма. Но вскрыть контейнер? Выгрузить из него товар, вывезти за пределы порта, а в контейнер загрузить какой-то металлический хлам и обратно опечатать? Совершенно нереально. На это требуется полдня для нескольких человек, доступ к пломбированию и к пропускам на выезд. Это невозможно.

– Значит подмена была осуществлена у вас?

– Это тоже невозможно! Накладные на товар выписывает бухгалтерия. По этим накладным склад подбирает весь ассортимент и грузит. Наш торговый представитель выписывает коносаменты и по ним передаёт товар в порту. При погрузке всё принимает и пересчитывает стивидор в порту, после этого подписывает коносаменты. Потом проверяет таможня и тоже подписывает коносаменты. Если груз будет иным, чем мы декларируем, то это сразу всплывёт!

– Сговор?

– Не смешите… Никогда не известно, кто из наших будет сопровождать груз в порт. Принимает груз любой из свободных в это время стивидоров, с таможенниками – та же песня – любой из свободных в это время. И чтобы они сговорились?

– Из всего этого следует, что хищение невозможно.

– Да! Это долгими годами наработанная система продажи и перевозки! – гордо резюмировал Сокол.

– И тем не менее…

– Да, тем не менее груз похищен. Но как? – Сергей Иванович пожал плечами, помотал головой и широко развёл руками, выражая крайнюю степень недоумения.

– Похоже, что наш город посетил всемирно известный маг и фокусник Дэвид Копперфильд Великий и Ужасный! Никто ничего не видел, никто ничего не знает и даже не догадывается, – рассмеялся Ардов. – И всё же хищение имело момент случая или было подготовлено? Как вы думаете?

– В случайности я не верю, – сцепив пальцы рук, Сергей Иванович подпер ими подбородок, – хищение было спланировано, но проделать это могли только с участием человека, весьма осведомлённого в наших внутренних делах. Знающего, когда и куда мы отправляем нашу продукцию. Поэтому я стал сомневаться в собственной проницательности, когда дело касается денег и моих ближайших помощников. А ведь ни разу не ошибся, даже пробивая тугую Кремлёвскую стену при получении лицензии…

Сергей Иванович обиженно засопел, но через минуту продолжал:

– Я хочу найти того, кто меня «кинул». Я хочу найти наш товар. Я хочу, чтобы подобное не повторилось в будущем. Ведь если кто-то смог обокрасть меня один раз, значит сможет проделать во-второй, в третий раз… Я ничего не понимаю! Я чувствую себя идиотом! Да ещё канадцы! Я столько лет работаю с ними, а теперь они отправили мне контейнер обратно… Мол, забери себе своё дерьмо!.. Как мальчишку!..

Сокол уже кипел от возмущения, а Ардов откинулся в кресле, прокручивая в уме услышанное: «Похоже, обида захлестнула Сергея Ивановича. Этого ещё мне не хватало. Спокойствие, только спокойствие! Как говорится: «Не так страшно стать дедушкой, как спать с бабушкой!»

А вслух произнёс:

– Вы слишком эмоциональны, Сергей Иванович. Успокойтесь. Ну сами подумайте: не оставлять же вашему покупателю у себя железяки, если они торгуют ювелиркой. Да и договор, я думаю, предусматривает ненадлежащий товар возвращать продавцу. А нам здесь может пригодиться этот металлолом. Выясним, откуда он мог взяться. Это шанс выйти на похитителей. Так что они поступили правильно, совершенно не желая вас обидеть.

– Думаете?

– Иногда бывает, – саркастически парировал Ардов. – Жизнь удалась, если жалуются на тебя, и стала совершенно никчемной, если жалуешься ты. Вам жаловаться грех, вам наслаждаться жизнью надо. А эти неприятности мы постараемся утрясти.

– Так вы берётесь?.. – успокоился Сокол.

– Соглашение будем считать подписанным и утверждённым: вы, с одной стороны, сделали устное предложение, а я, с другой стороны, принял и подписал. Устно. – улыбнулся Ардов. – Если, конечно, вы не против? Или у вас теперь «купеческое» слово не в чести, и мы будем оформлять на бумаге?

– Ваши рекомендации не нуждаются в печатях. А судя по вашим словам, я смею надеяться, что и меня вам порекомендовали, как достойного и порядочного дельца?

– Да уж, Сергей Иванович, мне достаточно вашего слова. Поступим так: первоначальную информацию я от вас получил, но она мне ни о чём не говорит, я сейчас как ёжик в тумане, поэтому и удаляюсь: надо всё осмыслить, сделать кое-какие запросы, а завтра с утра буду у вас – поговорю с вашими сотрудниками. Позвольте откланяться…

Глава 3


Без приключений добравшись до дома, Ардов щёлкнул замком и шагнул в квартиру.

На него в упор не мигая смотрели большие янтарные глаза…

Секунда… две… и радостное повизгивание…

Крупная немецкая овчарка чепрачного окраса закрутилась вокруг Ардова, изображая какой-то свой собачий ритуальный танец, то подпрыгивая, то скользя породистой мордой по полу.

– Ай, молодец, Зигер! Ай, умница! Ну, не волнуйся, не забыл я про тебя, подожди немного, сейчас пойдём погуляем и покушаем. Молодец, дождался меня. Ты уж извини, задержался. Сейчас пойдём гулять. Ты любишь гулять? Нет? Не любишь? Ну, что ты меня обманываешь? Знаю-знаю твою хитрую морду!


Зигер в переводе с немецкого – Sieger – победитель. Вполне подходяще для такого красавца.

Ардов переодевался в лёгкий тренировочный костюм под этот монолог, а собака слушала, нетерпеливо перебирая лапами и иногда поскуливала, вопрошая: «Ну где тебя, хозяин, носило так долго? Ты же знаешь, что уже пора гулять. Как хорошо, что ты пришёл и теперь здесь со мной! А когда мы будем кушать? Я очень рад тебя видеть! А ты рад, что я тебе рад?»

Несколько лет, после развода с женой, Ардов жил один.

Нет, он ни в чём её не винил – просто каждый строит свою жизнь так, как он её видит. Ардов нравился женщинам и умел ценить их. Но ему нравилась и его работа, его статус, который он не собирался менять. Тем более, что была создана серьёзная репутация: обращались довольно высокопоставленные люди, выплачивались солидные гонорары, да и то не за каждое дело он брался, мог и отказать.

Ардов не рассказывал о своей работе, о причинах отсутствия дома, в силу специфики, да и знания такие могли навредить жене. Она знала, что он частный консультант и не более.

Но женщины почему-то воспринимают такие обстоятельства, как посягательство на свои права. Если быть точнее, на право супруги всегда знать где был и что делал её муж. Или он скрывает что-то непотребное?

Помилуй, Боже!

Ну почему жена начальника штаба какой-нибудь войсковой части не требует от мужа, чтобы он рассказал ей о точках дислокации и пунктах мобилизации, количестве и типах ракет, а также куда они нацелены, не просит предоставить коды запуска и шифры «секретки»?

Почему жена космонавта, вернувшегося с орбиты, не интересуется – а с кем он там проводил ночи?

А в чём разница?

Прохолостяковав пару лет, Ардов завёл собаку – купил щенка у заводчиков. Ему всегда нравились немецкие овчарки: серьёзная собака, спокойный и выдержанный характер, прекрасный экстерьер, умный, верный и понимающий друг. С ним и поговорить можно – спокойно выслушает, умный взгляд подтвердит твою правоту, вряд ли будут возражения. К тому же собака дисциплинирует.

«Ты навсегда в ответе за всех, кого приручил», – сказал когда-то Экзюпери устами Лиса.

Прививки, вакцинации, кормление, воспитание. ОКД (общий курс дрессировки), ЗКС (защитно-караульная служба). Послушание, защита, след. Сдача экзаменов IPO (норматив испытаний).

И много-много приятных и радостных минут общения с собакой и природой.

И если с женой детей не случилось, то, заведя собаку, Ардов понял, что приобрёл не только друга, но и ребёнка.

Утром, даже если не хочется вставать, надо пойти выгулять собаку. Потом накормить. Вечером – та же процедура, даже если ты устал и придя домой хочется завалиться на диван.

Сначала это напрягало, но потом Ардов вошёл во вкус, и вечерние прогулки, впрочем, как и утренние, добавляли тонус, снимали напряжение, проветривали голову.

А ещё прогулки с собакой на море, на Куршскую косу, в лес…


Человечество давно знает и даже культивирует Закон Подлости.

По этому Закону бутерброд всегда падает маслом вниз, в квартире отключают свет и гаснет телевизор в самый интересный момент фильма.

Вы обязательно опаздываете на поезд, несмотря на то, что выезжаете за пару часов до отправления.

И даже поскользнувшись, вы всегда упадёте в единственную на всей улице лужу.

Мало того, человечество совершенствует этот Закон.

Пример? Пожалуйста!

Мобильник.

Человечество изобрело мобильник!

Вы заметили, что он всегда звонит в самый неподходящий момент?

Закон Подлости!

А заметили, что когда очень ждёшь звонок – мобильник молчит?

Закон Подлости!

А ещё всегда заканчивается заряд, и он отключается – когда?

В самый неподходящий момент!

А у некоторых он падает…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4