Александр Смирнов.

Секунд-ротмистр



скачать книгу бесплатно

II

Осень 201.. года. Под Псковом. Дом Меншикова.


Неделя пролетела незаметно. Меншиков почти все эти дни провел дома за компьютером и попытался отрыть хоть что-то во всемирной паутине. Да вот только это были все обрывки информации. Огромная статья оказалась на Википедий. С одной стороны кладезь знаний с другой, если так можно выразиться, детища Скалигера, к которому прославленный хронограф все же руки своей не приложил. Правда, когда Федор читал там статьи по истории, у него частенько складывалось мнение, что именно так и писалась когда-то хронология. Наобум и без научных изысканий. Даты путались, события иногда происходили совсем иначе. Тут же вспомнился старый добрый фильм Ридли Скотта «Гладиатор» с Расселом Кроу в главной роли. Вот где-где, а именно в нем американцы так поиздевались над историей (пусть, как теперь выяснилось и надуманной), что смотреть сие творение, поклоннику исторических фильмов просто не хотелось. Чего стоит только генерал в римской армии. Впрочем, Меншиков искал информацию не о кино и даже не о древнем Риме. Сейчас его интересовали люди с фамилией Хитров. А их оказалось достаточно много, осталось только выбрать, кто из них принадлежал к генеалогическому древу Сашкова. Этот или этот? А может все? То, что род этот был древний, Федор не сомневался.

Пару раз он смотался в Псков. Посетил ателье. Вначале чтобы проверить, правильно ли выполняется его заказ, пришлось даже кое-что примерить, а уж потом забрать выполненную работу. В ателье он, так уж сложилось, был постоянным заказчиком. Отчего его причудам почти никто не удивлялся. Девушки, шившие ему костюмы семнадцатого, пятнадцатого и вот теперь двадцатого века, смотрели на Федора, как на обычного реконструктора, коих в России, после перестройки, развелось не меряно. Ну, если нравится человеку играть в войну, изображая из себя солдат прошлых веков, так это его право.

Наконец Меншиков сделал еще один звонок в Череповец, чтобы полюбопытствовать, готовы ли документы, которые он просил. И не могли бы те их ему прислать в Псков. Ответ был лаконичный. Девушка на том конце провода просто попросила приехать в Череповец и забрать справку лично. Причем сделала она это на удивление вежливо. Что больно уж Федора поразило. В какой-то степени их это устраивало. Пока бы документы шли, пока ехали в Череповец, прошло бы довольно много времени, а так получили, прыгнули в прошлое и понеслось.


Самое лучшее время осенью это конечно бабье лето. Днем еще тепло, а утром уже начинает холодать. Правда, мир все еще в зеленом цвете, зато потом с началом октября все вокруг начинает меняться. Наступает «золотая» осень, время, когда все вокруг, пусть и на несколько часов в день становится ярко-желтым. В этот период частенько начинает накапывать мелкий холодный дождь, дуть прохладный ветерок, срывающий с ветвей желтые и красные листья. И те кружатся в осеннем вальсе, падая на уже остывшую, но еще окончательно не промерзшую землю. Птицы устремляются на юг, и начинается сезон охоты.

То тут, то там в придорожных лесах звучат выстрелы.

– Вот вернемся из прошлого, разберемся с твоим проклятьем и сходим Санек на охоту, – проговорил Федор, когда они вечером сидели в гостиной, – Я надеюсь, ты не передумал на счет путешествия. А то, путешествие отложить не долго. Возьмем ружья и айда в лесок?

– Не передумал, – проговорил Сашков, сворачивая свежий номер городской газеты.

– Ну, и хорошо. Жаль будет, если средства, затраченные на экспедицию, пропадут зря.

Денег, как отметил Сашков, на приготовления действительно ушло порядочно. Чего только стоят эксклюзивные костюмы той эпохи. В основном это были остатки тех денег, что когда-то получил Александр, когда увольнялся из университета. Их бы явно не хватило, если бы Федор не смотался в прошлое и не положил на счет в Сбербанке. За это время там набежала солидная сумма. Чтобы все за один раз не снимать, Меншиков сделал пластиковую карту.

– Сейчас я тебе покажу то, на что у нас ушло больше всего, пока средств, – проговорил Федор и выбрался из-за стола.

Он подошел к шкафу и открыл створки. Порылся несколько минут и достал военную форму эпохи гражданской войны. Шаровары, широкие до паха и постепенно сужающиеся к низу, темно-серого цвета. Когда-то их носились в имперской и белой армии. Гимнастерку с нашитыми горизонтальными полосками синего тона, шинель кавалерийского образца, застегивающуюся на четыре крючка, буденовку и черные хромовые сапоги.

– Будем выдавать себя за кавалеристов, возвращающихся к себе в деревню, – проговорил он, складывая одежду в старенький чемодан, – переоденемся в прошлом. Поедем в Череповец на нашей «Газели», это не так бросается, как скажем самолет, ведь ни сейчас, ни век назад его за дракона уже не выдашь. За НЛО он еще может и сойдет, да и то вряд ли. Не зачем нам с тобой лишний шум.


Осень 201.. года. Череповец.


В Череповец въехали по автомобильному мосту, что располагался над железнодорожными путями, со стороны трассы Вологда – Новая Ладога.

– Гигант индустрии, – пробормотал Сашков, разглядывая в открытое окно «Газели», трубы металлургического комбината. – Промышленный центр. Тут, наверное, жить просто невыносимо? Постоянно висящая в воздухе гарь, копоть.

– Не думаю. Я тут полазил перед отъездом по интернету, – проговорил Меншиков, – вроде окружающая среда здесь более-менее. Только один человек выступает с критикой в адрес руководства комбината.

– Я бы на твоем месте, Федор, в это не верил, – усмехнулся Шурик.

– Тому, кто против выступает? И почему я не должен верить?

– Насчет оппозиционера я, пожалуй, ничего не скажу. Человека обидели, вот он и пытается, хоть таким способом отомстить. Я ведь имел в виду, сообщения в интернете не верь. Завысить показатели не долго. Вполне возможно, что выбросов вредных элементов в небо утром и днем нет, зато я не удивлюсь, что когда народ мирно спит в своих квартирах… Впрочем, это уже политика.

– Думаешь, умышленно делают?

– Да, нет. Иногда по глупости. Так называемый человеческий фактор.

Между тем за окном автомобиля мелькали трубы предприятия. Затем пошли корпуса цехов и вскоре они выехали с моста на перекресток. Меншиков не стал говорить Сашкову о том, что еще несколько лет назад им бы пришлось плутать по узким дорогам, переезжать железнодорожные пути и стоять в пробке, да и окно Александр вряд ли решился открыть.

Они пересекли перекресток, миновали с десяток пошарканного вида гаражей, возле которых сновали люди. Выводя своих железных коней из так называемых конюшен. Сашков даже разглядел одного мотоциклиста, тот возился над старенькой «Явой», тот явно проверял свечи. Проскочили мимо указателя, сообщающего то, что это трасса вела прямиком в сторону Рыбинска, а затем остановились, не доезжая до перекрестка, у палатки. Пока Сашков разглядывал недостроенное и уже заброшенное здание гостиничного комплекса, которое должно было поражать горожан своим величием, Меншиков выбрался из «Газели» и прогулялся к палатке. Заходить в палатку ему не пришлось, так как на встречу вышел парень с шикарной светлой шевелюрой, с густыми усами и с бутылкой пива в руках.

– Приятель, не подскажешь, как проехать на Гоголя? – спросил его Федор.

Товарищ улыбнулся, достал из кармана сигаретку и стал объяснять. Сделал он это на удивление Сашкова слишком быстро. Даже закурить толком и не успел. Пожал руку Федору и поспешил во двор.

Меншиков забрался внутрь автомобиля и проговорил:

– Сейчас быстро домчимся. Как доехать до Гоголя он объяснил, а вот где находится архив, он не знает. Да и понять то его можно. Ведь туда обращаются только когда прижмет. Справочку, какую взять.

Они подъехали к перекрестку, и Федор свернул налево. Ехал пару километров по прямой. Пока Меншиков вел «Газель» Сашков любовался городом. Современные дома сочетались со старой архитектурой. С лева мелькнуло здание не то рынка, не то местного цирка. Вроде и народ торгует, а с другой стороны над самым входом в него красовалось сообщение, что в городе выступает Московский цирк. Миновали мост, раскинувшийся над небольшой речкой, промчались под железнодорожным мостом, так же густо обвешанного рекламой, и свернули у сквера, в глубине которого темнел маленький бюст. Приятели предположили, что принадлежал тот, скорее всего, Николаю Васильевичу Гоголю. Остановились у многоэтажки. Приятели выбрались из автомобиля, и Сашков оглядел дом. Такие строили для АТС33
  Автомати?ческая телефо?нная ста?нция, АТС – система устройств, обеспечивающая автоматическое (без участия оператора или телефонисток) соединение и поддержание телефонной связи между абонентами этой АТС, пользующимися для этого специальными конечными устройствами – телефонными аппаратами, факсами и др. (исторически такую станцию называли локальной АТС, то есть местной АТС, где нет выхода на наружные телефонные сети). Если же АТС является одним из элементов некоторой телефонной сети – то данная АТС должна обеспечивать соединение и поддержание связи со всеми абонентами сети – как «своими», так и подключенными к другим АТС сети.


[Закрыть]
. На первых двух этажах находились кабинеты сотрудников, а на остальных мощные аппараты, обеспечивающие соединения. Сейчас, из-за того, что аппаратура стала довольно компактной, необходимость в таких домах резко отпала, и чтобы здание не пустовало, его отдали под архив. Вот только вместо аппаратуры шкафы с документами. Пришлось обойти дом, прежде чем удалось среди магазинов обнаружить, скромную и неприметную дверь архива. Меншиков потянул за ручку и та отворилась. Пропустив Сашкова вперед, он вошел вслед за ним.

– Вы куда? – раздался сердитый голос охранника. Тот оторвался от фантастического романа и теперь удивленными глазами смотрел на пришельцев.

– Нам бы справочку получить, – произнес Федор.

– Для начала предъявите ваши документы, – потребовал здоровяк и показал рукой на табличку: «Вход строго по паспортам».

Меншиков протянул свой и приятеля. Охранник взял документы минуту их изучал, поглядывая то на одного, то на другого. Затем сделал запись в журнале и произнес:

– Вам на второй этаж, пятый кабинет.

Сашков и Меншиков прошли по светло-бежевому коридору и очутились у лестничной клетки. Поднялись на второй этаж.

Кабинет номер пять оказался рядом с лестничным пролетом. На дубовой двери, покрашенной в светло-серый цвет, красовалась латунная табличка с черной надписью «Чельцова Елена Григорьевна – специалист». В какой области она была им и предстояла приятелем узнать. Федька осторожно, словно опасаясь потревожить, постучался. Затем приоткрыл дверь, заглянул и спросил:

– Можно?

И только получив утвердительный ответ, Сашков и Меншиков вошли.

За столом, на котором лежали различные бумаги. Скромно ютились письменные принадлежности, и коробка с различных размеров скрепками сидела солидная дама средних лет. Из-за того что на ней были роговые очки и розовая вязаная кофточка, женщина выглядела на много старше. А еще свое веское слово сказала прическа, которая категорически не подходила к ее типу лица, как отметил потом в разговоре с Федькой Сашков.

– Чем могу помочь? – спросила она, взглянув на приятелей.

– Мы к вам по запросу на счет Хитрова Тихона Афанасьевича, – проговорил Федя.

– Что-то я не припомню, что было такой запрос, – проговорила дама и стала перебирать свои бумаги.

– Я не так давно звонил вам по телефону… – начал было пояснять Меншиков, но Чельцова бросив на него гневный взгляд, словно они сделали что-то, ни то, или даже провинились, его перебила: – Мы работаем по письменному заявлению.

– Хорошо, – согласился Федор, он еле сдержался, чтобы не назвать ее – бюрократкой, – мы сейчас его напишем.

Женщина протянула ему ручку и бланк. Меншиков тут же заполнил его, по лежавшему на столе образцу. Протянул его Елене и спросил:

– И долго нам ждать?

– Неделю.

– А нельзя ли ускорить эту процедуру? – полюбопытствовал молчавший до этого Сашков. – Мы ведь приезжие.

– Нельзя. Не от меня зависит. Оставьте ваш телефон, и я позвоню, если получится сделать это раньше.

Зависнуть в Череповце на неделю в планы приятелей не входило. С их машиной времени достаточно было совершить перемещение в будущее, а не ждать звонка. А вдруг процедура затянется немного дольше? Что тогда?

– Хорошо. Мы лучше сами приедем к вам через неделю.

Они покинули архив. Меншиков сбегал в соседний магазин и притащил упаковку сока. Сашков достал из бардачка пластиковые стаканы и спросил приятеля:

– Ну, и что теперь будем делать.

– Что, что, – улыбнулся Федька. – Я смотаюсь в будущее и возьму бумаги. А ты погуляй в сквере и жди.

Сашков спорить с приятелем не стал, а прогулялся в сквер. Сел на скамейку и стал разглядывать горожан, что спешили по делам. Сквозь золотую листву на противоположной стороне был виден универсам Рассвет, через дорогу странной архитектуры здание, вполне возможно какого-нибудь дома культуры.

Он и не заметил, как у того здания остановилась газель. Если бы не знакомый гудок, то и не обратил внимания. Из машины высунулся Федор и помахал ему рукой.

– Все достал, – проговорил он, когда Сашков сел на соседнее сидение. – Заодно и план старого Череповца в интернете скачал. Осталось только где-нибудь его распечатать.

– Ты лучше расскажи, как все произошло.

– Долгая история, – пробормотал его друг, – да ладно.


Осень 201.. года. Через неделю после посещения архива. Череповец.


Для перехода, пришлось Меншикову отыскать в квартале такое место, куда мало кто заглядывает. Слава богу, как и в любом городе, такой заброшенный уголок нашелся. О том, что он переместился, свидетельствовали деревья, листвы, на которых теперь уже стало меньше. К тому же, когда Федор немного опустил стекло в кабине, его тут же обдул холодный, даже слегка морозный ветерок. Путешественник поежился, и больше попыток предпринимать не решился. Выбрался из «Газели» только когда оказался около архива. Прошел к дверям и совершил уже знакомую процедуру. Охранник в этот раз вопросов не задавал, а взяв паспорт, просто сделал отметку в журнале.

Чельцова была в кабинете не одна, и когда Федор вежливо поинтересовался:

– Можно?

Ответила:

– Подождите минуточку.

Ждать пришлось чуть дольше, а затем из кабинета вышла старушка и проговорила:

– Проходите, молодой человек.

Федька вошел в кабинет, и хотел было уже объяснить причину своего визита, но специалист, взглянув на него, произнесла:

– Вы, приходили в прошлый раз. Интересовались судьбой некоего Хитрова Тихона Афанасьевича.

Меншиков утвердительно кивнул, и отметил, что сегодня женщина внешне изменилась. Вместо розовой вязаной кофточки и нелепых очков в роговой оправе, на ней был строгий костюм и, по всей видимости, линзы. Встреть он ее на улице ни за что бы, ни узнал.

– Я, почему вас прекрасно помню, – пояснила она, вставая из-за стола и подходя к шкафу, где лежали папки, – во-первых, оттого запрос вас самый интересный за последнее время. В какой-то степени даже неожиданный. Редко кто интересуется историей людей, проживавших в нашем городе до Великой Отечественной Войны. Даже можно сказать, вы первый. В основном просят восстановить тот или иной документ. Во-вторых, у меня сложилось такое ощущение, что я вас где-то видела. Вы случаем не артист?

– Увы, нет. Скорее обычный человек, проводящий скромный образ жизни.

Глаза у женщины на мгновение потухли. Видимо ответ ее разочаровал.

– Да, ладно. – Проговорила она. – Ну, не артист. Значит, просто показалось, что где-то раньше вас видела.

– Вполне возможно, – согласился с ней Федор.

– Вот-вот, – проговорила Елена и открыла папку. – Вернемся к Хитрову Тихону Афанасьевичу. Ваш запрос заставил меня поднять такой пласт истории. Вы знаете, Хитров Тихон Афанасьевич был убит в свое время. Самое загадочное преступление в нашем городе того периода. Его убийц так и не нашли, хотя делом занимался тогдашний руководитель местного ОГПУ – Наседкин. – Она взглянула на Федора и поняла, что фамилия начальника спецслужб той поры, на посетителя впечатления не произвела. – Сейчас я сделаю вам копию документов, а вы пока распишитесь в бумагах. Вот здесь и здесь, – и она ткнула пальчиком в листок бумаги, что сейчас лежал перед Федором. – Вы уж не обижайтесь, но такие уж правила. Ну, не могла я вашим делом заниматься неделю назад. У нас ведь очередь.

– Да я-то понимаю, – молвил Меншиков, ставя закорючку в двух местах.

Между тем Чельцова протянула ему папку, в которой лежали только что отпечатанные на принтере копии документов.

– А вы сами кем являетесь Хитрову? – вдруг поинтересовалась она.

– Видите ли, мой друг, является потомком Тихона Афанасьевича. Он его внук.

– А что же он сам не приехал.

– Так ведь работа. В прошлый раз дали отгул, в это нет, – соврал Федор.

– Понимаю, – вздохнула женщина. – Сама вот хотела бы денек взять да отдохнуть, да начальство не отпускает.

Понимая, что сейчас беседа может затянуться Меншиков встал.

– Спасибо вам за помощь, – проговорил он, – но мне нужно идти. Хочется еще побывать на месте где в те годы жил прадед моего приятеля. Я ему фотографии обещал сделать. – Федор вытащил из кармана цифровой фотоаппарат и продемонстрировал его даме.

– Понимаю.

Он вышел из кабинета, и уже вскоре сидел в автомобиле. Вновь отъехал в укромное место. Достал ноутбук и вошел в интернет. В «Гугле» набрал карта Череповца. Ответы возникли через мгновение. Вот только пришлось покопаться с часок, прежде, чем нашел на одном из форумов снимок дореволюционного плана города Череповца, подписанного аж самой Екатериной Великой. Скинул картинку на ноутбук.

– Вместе с Сашковым, в каком-нибудь салоне распечатаем.

Установил дату своего отбытия в будущее и нажал кнопку.


Осень 201.. года. Череповец.


Микроавтобус помчался дальше по Гоголя, свернула налево, потом еще раз налево у длинного красного коттеджа, и остановился. Сашков сидел на лавочке и разглядывал местный пейзаж.


Закончив разговор, Федор взглянул на приятеля.

– Ну, поехали. Нам еще «Газельку» заправить нужно. Когда сюда ехали, я тут одну заправку приметил.

Он завел двигатель. Вскоре они выехали на проспект, а еще через несколько минут, пока автомобиль заправлялся, Меншиков открыл папку и достал документ.

– Хитров Тихон Афанасьевич, дворянин. Тысяча восемьсот восемьдесят девятого года рождения. До революции владел поместьем в деревне Хитрово, Кадуйского района. Имел двух дочерей и сына. В Череповце проживал на Пролетарской улице в доме номер тридцать пять. Был убит при странных обстоятельствах в начале тысяча девятьсот двадцать седьмого года. Убийца до сих пор не найден.

Замолчал. Закрыл лицо руками и сказал:

– Сейчас карту города того периода распечатаем, а затем будем искать место для перехода.

По счастью распечатку документов, оказалось, сделать не так и сложно. И уже вскоре Сашков держал в руках точную копию плана города той эпохи, оригинал которой висел в краеведческом музее.

III

Осень 201.. года. Череповец.


Ближе к вечеру им удалось обнаружить подходящее место для перемещения. Пришлось обойти всю округу в периметре местного собора, оставив машину около местной воскресной школы. Оно оказалось недалеко от дома-музея местного градоначальника, у самого берега в овраге. Меншиков перегнал «Газель», как можно ближе. До этого даже пришлось объехать вокруг храма. Пока он вытворял чудеса вождения, Сашков обратил внимание на местный речной вокзал. Скорее всего, предположил он, построены они были довольно давно, так как из двух, только одно функционировало. Между тем Федор припарковал машину, так чтобы ее не было видно ни с Соборной горки, ни с берега. Лично пробежался и убедился, что все получилось. Пока не стемнело, приятели прогулялись к собору. Там на специальной площадке они стояли, любуясь местными красотами. Справа был дом-музей местного градоначальника, позади храм, внизу пристани, а далеко за рекой красовался совершенно новый и современный район. С высотками, торговыми центрами. Когда же ночь, окутала землю, спустились и вытащили из автомобиля «сферу». Теперь они готовы были совершить путешествие в прошлое. На местной колокольне, что была когда-то восстановлена в восьмидесятые годы, монах начал играть «вечерню». На удивление как-то это у него получалось неуклюже. В чем была причина? Никто не мог ответить на этот вопрос.

– Пор, – проговорил Федор. Достал одежду из чемодана и они переоделись. Затем Меншиков поднял дверцу аппарата и залез вслед за Сашковым внутрь. Там путешественник нажал несколько кнопок. Компьютер точно рассчитал все, и они переместились в прошлое.


Весна 1926. года. Череповец.


На улице была ранняя весна. Солнце только-только поднялось над горизонтом. Сашков потянул носом теплый воздух и улыбнулся. Ни о каком загрязнении окружающей среды сейчас и думать не приходилось. Если и был в это время в Череповце завод, то он вряд ли так уж сильно влиял на местную природу. Первое что сделал Александр, когда выбрался из «сферы» наружу, так прошелся до берега. Остановился. Река была намного уже, чем видел он ее в двадцать первом веке. Казалось, что ее можно было запросто переплыть. Где-то над головой закричали утки. Сашков невольно посмотрел наверх и увидел летящий в голубом небе клин. Где-то журчал, спускающийся с Соборной горки ручеек. К нему подошел Меншиков, и, положив руку на плечо, произнес:

– Ну, вот и прибыли. – Улыбнулся. – Двадцатые годы. Несколько лет назад умер Ленин, а Сталин еще не успел захватить власть в полном объеме. А точнее, – Федька вернулся к «сфере», заглянул внутрь. Вернулся и произнес: – Точнее тысяча девятьсот двадцать шестой год.

Меншиков достал шинель из «сферы» и, посмотрев на Сашкова, вдруг спросил:

– А ты, Санька, на лошади умеешь ездить?

– Да, а что? – полюбопытствовал Сашков.

– Мы выдаем себя за кавалеристов, а что если выйдет так, что нам придется скакать в седле. Представь, какой конфуз был бы, если мы бы не умели. Кавалерист, который не может держаться в седле в этой эпохе нонсенс. Как и в любой другой, но не нашей. Ведь у нас она, кавалерия, почти исчезла. Я-то умею.

Меншиков искусство верховой езды изучил при предыдущей отправке во Францию. Там уж сообщил, что без умения в столь опасной эпохе не выжить. От преследовавших всадников на своих двоих далеко не убежишь.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6