Александр Сиваков.

Лунные дети – 2. Полина. Часть первая



скачать книгу бесплатно

Оператор, сидящий за ближайшим пультом, уважительно оглянулся на новичка: остальные бойцы на его фоне выглядели недокормленными подростками.

Именно такие ребята – загорелые, мускулистые, пышущие здоровьем – здесь, на Лимносе, не задерживаются. Приезжают сюда на словно на курорт, стажируются неделю-другую – и уезжают дальше, в столицу, где кипит жизнь. Тут же, в провинции, остаются бледные взъерошенные пацаны, которые только и умеют что сидеть за пультами наблюдения и нажимать сигналы тревоги, если вдруг что-то начинает идти не так.

– Ребята, на всякий случай предупреждаю: во время несения службы пользоваться личными мобильниками и персональниками запрещено. Так что, если у кого-то перечисленная аппаратура с собой, сдайте мне, а вечером, после окончания дежурства, получите обратно.

Дипломат сдал мне мобильник, хакер-китаец – персональник и наладонник, Сергей Павлович долго мялся, наконец бросил на стол старенькую модель мобильника.

Мы прошли в глубину дежурки. Тут царил форменный бардак. Всюду в несколько рядов стояли пластиковые ящики, в которых нынешняя смена ремонтников привезла новую партию аппаратуры.

«Меня бы спросили, что ли!», – с раздражением подумал я. Пара скамеек, стоявших здесь ещё вчерашним вечером, куда-то исчезла.

Мы расположились на ящиках вокруг системного терминала, внешне похожим на журнальный столик. Вместо столешницы, уходя в пол толстой ножкой-опорой, сочно гудел ящик разводки оптических каналов.

(Вообще-то нейтронная техника нынешнего века работает бесшумно – всё-таки это не радиоприёмники первого поколения с их трансформаторами и электронными лампами. Но через это крохотное устройство за долю секунды проходит такое количество терабайт, что не гудеть он не может – это будет против всех законов физики)

Почувствовав на себе внимательный взгляд четырёх пар глаз, я слегка поёжился. Не люблю быть в центре внимания.

– Так, ребята. По быстрому введу вас в курс дела. И сразу начнём работать.

Новички соорудили заинтересованные мины, Дипломат несколько нарочито с энтузиазмом потёр руки.

«Выслуживается за свой недавний „косяк“? Строит из себя мальчика-паиньку?»

– У нас идёт плановое техническое обслуживание систем безопасности. И очень не вовремя на несколько дней на Лимносе появилась Полина Германовна. Вдобавок к этому скоро прибудет Сенатор. Нам своими силами необходимо обеспечить безопасность их пребывания на острове.

– На сколько времени приехали техники? – Деловито поинтересовался Фердинанд.

– Дня три-четыре.

– Сколько нас? – Продолжал расспросы латинец.

– Это находится вне твоей компетенции.

– Согласен, – вмешался в разговор Дипломат. – Мы только прибыли. Но имеем право знать, на что вообще можно рассчитывать.

– Рассчитывайте, что в ближайшие три дня придётся крутиться. Белками в колесе, а то и быстрее. У нас форс-мажор. – Я подумал минуту. – Ладно, договоримся так. Одних я вас пока оставить нигде не могу – у здешних бойцов своих проблем достаточно.

Будете постоянно со мной. И по ходу дела сами во всём разберётесь.

Мобильники коротко пискнули, отмечая наступление нового часа. Шестнадцать часов. Чуть задержавшись робко пискнул мобильник китайца. Его часы, похоже, опаздывали.

– Впрочем, кое что объясню прямо здесь, на месте. Слушайте и запоминайте, второй раз повторять не буду. Итак, общий курс здешней географии. Сейчас мы находимся в кабинете дежурной смены, – тихо заговорил я. (Доподлинно знаю, чем тише говоришь, тем внимательнее слушают) – Сюда стекается информация о всём, что происходит на территории дома, усадьбы, а также на всём острове, включая прибрежные морские участки…

Я вещал, невзирая на недавно обозначенный цейтнот, неторопливо, не особенно задумываясь над произносимым. За многие годы работы мои лекции отточились до единой буквы, до мельчайшей интонации.

– Взгляните на первый коммутатор. Там четыре ряда мониторов, но сейчас нам видно только три – один ряд мониторов скрыт. Первые три ряда позволяют подключаться к камерам наблюдения в комнатах общего пользования, служебных помещениях и коридорах. Камеры четвёртого уровня ведут постоянное видеонаблюдение внутри помещений жилого уровня.

– Почему этот уровень скрытый? – Спросил Дипломат.

Я усмехнулся. Именно в этом месте моего монолога каждый год находился бойкий боец, который задавал такой вопрос.

– Потому что людям, тем более тем, кто здесь живёт, необязательно знать, что мы имеем возможность наблюдать за ними внутри их личного пространства.

– Вы имеете в виду, что Сенатор об этом не знает? – Удивился Сергей Павлович.

– Сенатор – знает. Но одно дело – знать, другое – каждый раз, заходя в нашу дежурку, видеть внутренности своей спальни. Это, верите ли, слегка нервирует.

Произошло лёгкое оживление. Я понизил тон на десяток градусов:

– И учтите, что без острой необходимости включать этот уровень не рекомендуется.

– «Не рекомендуется» – в смысле «запрещено»? – Снова «высунулся» Дипломат.

– Верно.

Я тщательно описал все три уровня камер, мельком – четвёртый, потом перешёл к мониторам биологических объектов, к инфракрасным датчикам, к прочим техническим изыскам, которые применялись в системе охраны только потому относились к новейшим разработкам.

Именно в этом месте я начал «путаться в показаниях»: в качестве примеров указывал на бездействующие механизмы и тут же прерывал плавный ход лекции, поясняя, как именно они должны работать. В теории я не силён, и, находись я перед институтскими преподавателями, а не перед новобранцами, моё душевное и физическое состояние можно было описать одним коротеньким глаголом из студенческого жаргона: «плавать».

В конце своего обзорного монолога я указал на монументальное сооружение в центре дежурки – огромный стол, над которым колебались зыбкие прозрачные контуры резиденции.

– Последнее, на что я хотел бы обратить ваше внимание, это трёхмерная модель нашего здания. Сканирование проходит в режиме реального времени с двенадцати вышек. Стенки модели сделаны полупрозрачными для того, чтобы можно было отслеживать перемещения биологических объектов. Человеческие существа на этой трёхмерной схеме обозначаются зелёными точками, прочие – жёлтыми.

Молодые охранники, сразу ставшие похожими на школьников, галдя, столпились вокруг модели.

– Почему в этой комнате так много зелёных точек? – Спросил негр.

Китаец ответил:

– Это мы. Во, гляди, я сейчас чуть-чуть отойду в сторону, видись, точка переместилась?

Тут же сумели отыскать и идентифицировать поваров, уборщиков, нашли даже садовника, который сидел в подсобном помещении и починял какой-то механизм (это удалось разглядеть на видеокамере).

– Тридцать шесть человек, – подвёл итог Дипломат.

– Причём бОльшая часть из них – обслуживающий персонал, – заметил Фердинанд.

– Семнадацать, – с жутким китайским акцентом возразил Саня, – И пятело нас. На охрану остаётца читылнадцать человек.

– Трое в этом помещении, – кивнул Дипломат на операторов. – Значит, на всё остальное – одиннадцать лиц. Маловато для охраны.

– Вполне возможно, остальные где-то на территории, – предположил негр.

– Я вам не мешаю? – Осведомился я, слегка раздражённый правильностью подсчётов.

Повисла неловкая пауза.

– Если хотите продемонстрировать свой интеллект, выберете для этого другое место и время.

– Что, не любите умных? – Усмехнулся негр.

– Я не люблю выскочек.

– А кого вы любите? – Полез в бутылку Фердинанд.

Я уже открыл было рот, чтобы достойно ответить, но тут Дипломат вовремя продемонстрировал свои способности и разрядил обстановку.

– А это что за зоопарк? – Немного деланно удивился он, показывая на незамеченный ранее дальний угол виртуальной схемы, где в окружении множества жёлтых точек виднелась одна зелёная.

– Это Полина Германовна в своей комнате, – пояснил я.

Кто-то присвистнул:

– Ничего себе комнатка! Космопорт!

– Плюс один человек, – невозмутимо отметил Дипломат.

– А сто рядом с ней? – Поинтересовался китаец, щуря и без того узкие глаза.

– Аквариум с рыбками. И черепашка. Вроде бы ещё какие-то твари… Всех вкупе – двадцать семь экземпляров. Хотя, живность иногда дохнет, иногда размножается, её количество особенного значения не имеет. Главное, чтобы с хозяйкой ничего не случилось. – Я помолчал и добавил, не сумев сдержать вздоха. – Особенно в ближайшие три дня.

Глава 5. Борис Емельянович

Именно в этот момент Полина Германовна решила прогуляться по апартаментам. Зелёная точка неторопливо проплыла к крохотному проёму двери и стала медленно продвигаться по переплетениям коридоров в сторону выхода.

– Пойдёмте! – Чуть живее, чем того требовали обстоятельства, встрепенулся я. – Нужно встретить. Заодно и познакомитесь с ней чуть ближе, чем по визору.

Бойцы гурьбой последовали за мной. Мы прошли по длинному гофрированному коридору, на перекрёстке свернули направо, поднялись вверх по коротенькой лестнице, с некоторым трудом друг за другом, протиснулись через узкую деревянную дверь и очутились в крохотной комнатке.

Как многосотметровый айсберг высовывается из-под воды крохотной едва заметной макушкой, так и зал дежурной смены вкупе со всеми подземными кабинетами, комнатами, переходами и коммуникациями выходит на поверхность миниатюрной – два на два метра – комнаткой. На выцветшем от солнца дощатом полу лежит пыльный половичок. Вся мебель ограничивается лишь шкафом, парой стульев и шатким столом. На облупленном подоконнике скучает толстенький кактус.

Дремавший перед большим стеклом охранник вскочил и вытянулся по стойке смирно.

– Выйди пока, – буркнул я.

Тот, не задавая лишних вопросов, выскользнул на улицу.

Я уселся на стул, схватил кружку с кофе и, едва успел сделать большой глоток, как в коридоре за окном аквариума появилась Полина Германовна. Я неторопливо выключил силовые поля стекла.

– Дядь Боря…, – дочка Сенатора осеклась и с удивлением оглядела четырёх охранников, которые плотной стеной стояли за моей спиной.

Мои брови поднялись вверх.

– Я на пляж сбегаю? На тридцать-сорок минут. Может поплаваю неподалёку от берега. Если задержусь – позвоню.

– Давай, топай.

Девочка не уходила, продолжая разглядывать внутренности помещения.

– Не понимаю, как вам тут вчетвером не тесно, – наконец задумчиво протянула она. – Вы что, весь день так и стоите? Вам же даже сесть негде!

– Работа у нас такая, Полина Германовна, – охотно сообщил я. – Вот, торчим тут как дубы, прячемся от террористов. А то, если будем шляться по острову где попало, можем и по голове отхватить. А этого, если честно, не хотелось бы.

Девочка невозмутимо пожала плечами:

– Вы бы хоть кактус убрали, что ли, всё просторнее будет!

Не дожидаясь ответа, она последовала дальше.

Бойцы молча смотрели на меня, слегка ошарашенные происходящим.

– Вы вели себя так, – наконец сформулировал вопрос Дипломат, – будто Полина Германовна не знает, что там, за дверью, – кивнул он назад.

– Верно, – довольный произведённым эффектом кивнул я. – Для неё и для её малолетних гостей наша дежурка – это засиженный мухами аквариум – и ничего больше. Про нижний уровень она понятия не имеет.

– А Сенатор?

– Герман Геннадьевич, само собой, знает всё, но особо в нашу работу не вмешивается. В отличии от своей дочери, он понимает, что это для его же блага.

– Вы в самом деле считаете, – хмыкнул негр Сергей Павлович, – что Полина Германовна не в курсе, что там – внизу? Она тут всё-таки десять лет живёт.

– Она живёт в Одессе, – поправил его я, – а сюда приезжает только на каникулы. И то не всегда. Плюс к этому, она не очень любопытна. Сидит у себя в комнате или загорает на пляже. Изредка гуляет по территории.

– Такое вообще бывает? – Снова усомнился чернокожий охранник. – Ни разу не видел не любопытного ребёнка.

– Она не ребёнок, а супер. А это немножко другое, можете мне поверить. У нас, если вы не в курсе, великолепные отношения – Полина Германовна не лезет в наши дела, а мы делаем вид, что не лезем в её – и пока всё обходится без происшествий…

Только потом мне стало ясно, что я зря брякнул про происшествия. Есть такое выражение – «накаркать беду».

После мощной словесной стимуляции инженеры сумели наладить охрану внешних стен резиденции.

– Ну-у, будет работать. Пока, – с некоторым сомнением в голосе сообщил старший программист, – худенький маленький мужичок, похожий на крысу. Даже усы у него были мышьи – реденькие и длинные. Да и одет он был словно разнорабочий – в потёртый джинсовый комбинезон прямо на голое тело, и жутко-стоптанные кеды. Когда он появился в моём кабинете, я долго не мог поверить, что этот парень – и есть начальник всех здешних ремонтников. Он был больше похож на лицо без определённого места жительства.

– Что значит – пока?! – вскипел я. Дневные неурядицы сделали меня взрывным, словно пересушенный порох.

– Базовые функции я включил, – степенно пояснил ремонтник, невозмутимо почёсывая безволосую загорелую грудь, – до завтрашнего обеда. Вход-выход любого объекта на охраняемую территорию можно будет зафиксировать. А потом, извините, мы вас снова выключим – на Сеть нужно одеть новую программную оболочку.

– А через пару дней это нельзя сделать?

– Мы ещё дней пять эту оболочку будем настраивать и доводить до ума.

Мне почему-то показалось, что программист откровенно издевается. Скрипнув зубами, я крупными шагами вышел из комнаты.

Ребята последовали за мной.

На разношёрстную компанию, которая бродила по территории сначала поглядывали с интересом, потом – с юмором, а ближе к вечеру стали встречать наше появление выразительно поднятыми бровями. Действительно, странный способ стажировки новичков – тупо таскать их за собой.

Я несколько раз обошёл все наружные посты острова, снова заглянул на технический уровень; через мощную оптику обследовал пляж, на котором вот уже второй час, забыв о предполагаемых тридцати-сорока минутах, загорала Полина Германовна. В отношении времени она никогда не была особенно аккуратной. В полусотне метров от неё за раскидистой пальмой ремонтники в ярко-оранжевых костюмах, вшестером, сидя на корточках, копались в каком-то торчащем из песка устройстве.

– Если я хоть что-то в этой жизни понимаю, – вполголоса пробормотал Дипломат, – когда Полина Германовна увидит этих ребят, будет ещё один скандал.

– Ещё какой, – поддакнул я.

Весь день я приглядывался к новым бойцам, и они всё больше мне нравились. Особенно Дипломат, который, судя по всему, в этой стае был главным. А самое интересное, как я понял, ребята служили в разных местах и впервые встретились несколько часов назад. Когда это он успел втереться к ним в доверие?

Мы вернулись в резиденцию.

Хлопнув рукой по замку входной двери, я с беспокойством ощутил, что та открылась не сразу. Задержка составил какие-то доли секунды – но это уже давало повод для опасений.

В моём кабинете сидел главный программист. Он расположился словно у себя дома – уже успел выпить полстакана кофе и съесть пару приготовленных пищесинтезатором бутербродов. Увидев начальство, суетливо вскочил с места: похоже, был уверен, что я брожу с новичками по острову и не ожидал, что мы появимся так быстро.

– Ну, что там?

– Через шесть дней всё будет готово.

– Ты ждал меня, чтобы доложить об этом?

– Не только. Мне нужна санкция на общее выключение системы охраны.

Я застыл, глядя куда-то в стол, потом резко поднял голову:

– Ты совсем рехнулся?

– У нас возникли некоторые проблемы, – забормотал программист. – Перебои с Сетью. Кое-какие механизмы, зависящие от Графонета, работают не совсем стабильно. Мы сможем разобраться, что случилось, только если перезагрузим всю операционку… Пары часов будет достаточно…

Есть такая старая шутка: бегущий вприпрыжку начальник штаба в мирное время вызывает смех, в военное – панику. Сейчас сложилась именно такая ситуация. Чтобы типчик, подобный главному программисту начал оправдываться, должно было случится что-то совсем уже серьёзное.

Уже не контролируя себя, я грузно опустился на первый подвернувшийся стул.

– Конкретнее!

– Ничего не работает!

– В смысле?

– Совсем ничего! Даже мобильники.

Не веря услышанному, я поднёс к губам руку с браслетом, что-то бормотнул. Хорошо, что, я не видел своё лицо со стороны.

– Твои ребята начудили?! – Взревел я, вскакивая.

Программист, готовый к любой нестандартной реакции собеседника, бодро отпрыгнул в сторону:

– Мы тут не при чём! Мы глобальную операционку не трогали – только перезагружали локальные системные оболочки!

– За придурка меня держишь?! Столько лет всё работало, пока вы не появились – и тут же Графонет вырубился! Как вы это сделали, уроды?!

– Борис Емельянович, успокойтесь, мы за пару часов всё починим. Только разрешите пока всё выключить…

Гляди-ка, даже отчество моё вспомнил, когда приспичило.

– Какого хрена спрашиваешь, если всё равно ничего не работает!! Давай, вырубай!

Программист пулей выскочил за дверь. От её вибрации силовое поле стекла загудело на такой высокой ноте, что заложило уши.

Новички стояли в углу кабинета и напоминали стайку испуганных школьников.

Забывшись, я вскинул правую руку, ошалевшим взглядом уставился на браслет мобильника, потом выругался.

Ко мне подскочил Дипломат:

– Что-то нужно?

– Хватай Иванову за шкирку и тащи её в её комнату. Сядешь там под дверью – и что бы ни одна муха внутрь не влетела. Стоп! Отставить! Я сам! Сидите тут и не высовывайтесь!

Я выскочил из кабинета, едва не врезавшись силовое поле. Дверь за моей спиной медленно приобрела нормальную консистенцию.

Дорога до пляжа заняла минут пять. Давненько я так не бегал, если честно.

Вскоре, с трудом переводя дыхание и тяжело печатая в песке шаги, я подошёл к лежащей на пёстром матраце Полине, некоторое время, скрывая невольную усмешку, любовался загорелой тоненькой фигуркой, потом тактично кашлянул.

Девочка даже не открыла глаз.

– Чего тебе? – Лениво протянула она, чуть отодвигаясь в сторону от возникшей тени.

– Ты на которое время у меня позагорать отпрашивалась? – В моём голосе прозвучали металлические нотки. Я точно знал, на какой тон дочка Сенатора отреагирует с нужной мне степенью адекватности.

– Не помню.

– На сорок минут.

– Что – они уже прошли?

– Ты уже почти три часа тут лежишь.

– Ну и что? Ты же видишь – солнце ещё высоко. И погода хорошая. Не мешай, а?

– Полина Германовна, вынужден попросить Вас вернуться в свою комнату, – я перешёл на официальный тон.

Девочка сразу это почувствовала и вскочила с места:

– Что, папа уже приехал?!

– Мне об этом ничего не известно.

Её лицо омрачилось.

– Тогда чего ты здесь делаешь? – Она снова, закинув руки за голову, мягко опустилась на матрац.

Я снова попытался решить проблему мирными средствами:

– Полина, пойдём, пожалуйста, отсюда.

– Что случилось?

– У нас дыра в безопасности. Пойдём домой!

– Хоть что-то у нас в безопасности, – не смогла не съязвить своенравная девчонка. Она такая – за словом в карман не полезет.

– У нас пробой в системе охраны, – сконкретизировал я. – Мне нужно, чтобы ты находилась на территории резиденции. Только в этом случае я смогу обеспечить твою полную безопасность.

– Мне не нужна охрана.

Я тяжело вздохнул:

– Полина Германовна, у меня есть полномочия завернуть тебя в эту накидку и на своём горбу дотащить до нужного места. Сомневаюсь, что хоть кому-то от этого будет лучше.

Она, поднимаясь со своего места, вздохнула ещё тяжелее:

– Дядь Борь, ты – жуткий зануда. Тебе об этом никто не говорил?

– Ты. – Усмехнулся я. – И говоришь каждый раз, когда я тебя о чём-нибудь прошу.

Девочка забросила за спину полотенце. Они пошли по пляжу.

– Так ты же никогда ни о чём нормальном не попросишь, – посетовала девочка. – Нет, чтобы сказать, съешь пару бананчиков или, там, купи себе какую-нибудь симпатичную мелочь из бижутерии – всегда какой-нибудь ереси непонятной требуешь. Вот, как сейчас… Так что у нас там где пробило?

– У нас плановое техобслуживание идёт. Ремонтники чего-то накуролесили – и Графонет отказал.

– Что – весь?!

– Весь. Даже мобильники – и те не работают.

– Ого! – Непритворно изумилась Полина Германовна. – Это откуда же у них руки должны расти, чтобы Сеть испортить? Даже если из того места, на котором обычно сидят – как они трансляционный спутник умудрились угробить, сидя тут, на Земле?!

– При чём тут спутник, – поморщился я, едва успевая за прыткой дочерью Сенатора. – У нас в системной оболочке что-то отказало.

– Тёмный ты человек, Борис Евдокимович. Сигналы на нашу аппаратуру приходят прямиком из космоса. Что бы тут, на острове, ни сломалось, вся Сеть из-за этого отказать не может. Так, кстати, и объясни тем мужикам, что с чемоданчиками по всему острову бегают. Куда не пойду – всюду они. Достали уже!

Не первый год знакомый с Полиной, я прекрасно знал, на какие кнопочки надавить, чтобы получить желаемый результат. В данный конкретный момент я хотел прекратить эту ненужную, с моей точки зрения, беседу.

– Отцов не выбирают.

Полина насупилась и замолчала. Действительно, в жизни дочери самого высокопоставленного человека Земли существует столько же минусов, сколько и плюсов (если не больше). И за то, что отец – сам Сенатор, неминуемо нужно расплачиваться.

Оказавшись в резиденции Полина тут же заперлась у себя в комнате, буркнув напоследок, что тут все злые и зачем, спрашивается, она вообще сюда приезжала, могла бы с отцом в Одессе встретится, в столице по любому такого бардака нет.

Графонет – вещь всеобъемлющая. Раньше Сетью пользовались только для того, чтобы побродить по каким-нибудь сайтам или скачать порцию нужной информации. Эти времена давным-давно канули в лету. Теперь именно от Графонета зависит функционирование любого, даже самого крохотного механизма в системе жизнеобеспечения любой промышленной или жилой инфраструктуры. От корректной работы Сети зависит всё: начиная от работы сливного бачка в уличном туалете и заканчивая генераторами гравитационного поля в пассажирских гравусах.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11