Александр Севостьянов.

Предсказательные сны



скачать книгу бесплатно

3. Ослабленный отклик на стимуляцию – мы не реагируем во сне на тихие звуки и прикосновения, которые мгновенно уловили бы в бодрствующем состоянии.

4. Обратимость сна – мы знаем, что мы всегда готовы проснуться, и это отличает сон от комы и смерти.



В настоящее время ученые изучают стадии сна тремя способами:

1. Электроэнцефалограммы (EEG), известные также как «мозговые волны». EEG были открыты в 1929 году Гансом Бергером, швейцарским психиатром. Он обнаружил небольшие изменения напряжения между небольшими пластинами металла (электродами), когда их помещали в контакт с черепом. Точную физиологическую причину вольтажных вариаций до сих пор не нашли, но ученые верят, что они отражают изменения электрических потенциалов мембран нервных клеток.

2. Электроокулограммы (EOG), которые записывают движения глазных яблок (обыграть «акул» и «яблоки»). Оказывается, глазное яблоко похоже на небольшую батарейку, у которой ретина отрицательно заряжена относительно роговой оболочки глаза. Электроды, размещенные возле глаз, улавливают изменения потенциала при вращении «яблока».

3. Электромиограммы (EMG) записывают электрическую активность активных мышц. Для этого электроды обычно располагают под подбородком, так как мышцы в этом месте отражают драматические изменения, связанные с этапами сна.

Все эти показания записываются одновременно на передвигающуюся бумажную ленту, что позволяет выявить определенные взаимосвязи этих трех показателей.



Первый – это низковольтная (около 10–30 мкВ) быстрая активность (16–25 Гц или цзс – циклов за секунду). Ее часто называют активацией или десинхронизированным узором. Второй представляет собой синусоиду 8–12 Гц с потенциалом от 20 до 40 мкВ, которая среди ученых известна как «альфа-активность». Альфа-активность часто наблюдается в расслабленных состояниях, когда глаза человека закрыты.

Первый тип обычен для людей с открытыми глазами, когда они сканируют окружение. EOG зависит от движений глаз при визуальном сканировании. EMG – средняя или высокая, в зависимости от степени мускульной напряженности.



Стадия 1. Альфа-активность уменьшается. Активация редкая, EEG состоит в основном из низковольтной активности смешанной частоты в диапазоне 3–7 Гц. EOG отсутствует, но наблюдаются медленные движения глазных яблок. EMG – от умеренного до низкого.

Стадия 2. На фоне низковольтной активности смешанной частоты на EEG заметны вспышки синусоидальных волн 12–14 Гц – так называемые «иглы сна».

EOG редки, EMG – от низкого до умеренного.

Стадия 3. На EEG наблюдаются медленные волны (0.5–2 Гц) высокой амплитуды (выше 75 мВ) – так называемые «дельта-волны». EOG и EMG как во второй стадии.

Стадия 4. Количественный рост дельта-волн. Они начинают доминировать на EEG.



REM. EEG возвращается к низковольтному узору смешанной частоты, похожему на узор стадии 1.

Появляются вспышки быстрых глазных движений. Фон EMG виртуально отсутствует, но на этом фоне могут наблюдаться многочисленные небольшие подрагивания мышц.



В основном главные отличия стадий 1, 2, 3 и 4 видны в их узорах (см. илл.). Конечно, имеются некоторые исключения, но общая физиология этих стадий схожа. И, наоборот, физиология REM-сна радикально отличается от других четырех стадий. Поэтому ученые выделяют два основных вида сна: REM-сон и NREM-сон (то есть неREM-сон).

NREM и REM сны циклически меняются в течение ночи. Кроме некоторых патологических состояний ночной сон начинается с 80 минуты NREM-сна (примерно), за которым следует период REM-сна, равный 10 минутам (примерно).

Этот цикл NREM-REM-снов (примерно 90 минут) повторяется 3–6 раз в течение ночи. При успешном завершении циклов количество стадий 3 и 4 уменьшается и пропорция цикла, отведенная REM-сну, имеет тенденцию к нарастанию.

При сравнении узоров NREM– и REM-снов видно, что сон не является простой однообразной приостановкой активности, как веками считали люди.

Сон демонстрирует сложное и прекрасно организованное функционирование различных физиологических переменных.

Согласно электрографическим исследованиям, сновидения отмечались на протяжении всего сна в периоды «активного сна» в среднем в течение двух часов. Первое сновидение наступало через час после засыпания и длилось около 10 минут, затем, с перерывами в 70–90–120 минут появлялось еще от трех до пяти сновидений, каждое по 20–30 и более минут, увеличиваясь к утру.

Теперь рассмотрим важный вопрос: как глубина сна связана с различными стадиями сна. В основном – никак! Глубина сна – термин, который иногда используется для описания характера определенной части сна – является архаической концепцией, пережитком идеи о том, что сон – это сокращение активности мозга. Если бы сон был уменьшением активности мозга, то мы действительно могли бы описывать периоды сна степенью уменьшения физиологической активности или «глубиной».

Но факты свидетельствуют о том, что никакой глубины сна не имеется, так как активность физиологических переменных увеличивается или уменьшается согласно стадиям, описанным ниже.



Исследователи сна пока не понимают, почему происходят такие уникальные изменения в физиологических переменных во время различных фаз сна, но им уже ясно, что это неоднообразное увеличение или уменьшение активности. Следовательно, термин «глубина сна» имеет мало смысла, если только он не ссылается на что-то очень конкретное. Обычно ученые используют его для описания сопротивления организма при пробуждении с помощью внешних стимулов (например звуков).

Утверждается, что стадии 3 и 4 (для людей) являются «глубоким» сном в том смысле, что для пробуждения из них требуются более громкие звуки, чем для стадий 1, 2 или REM. Но для пробуждения кошек и крыс более громкие звуки требуются для REM. Так что и в этом отношении термин «глубина сна» очень ограничен в применении.

Столкнувшись с разнообразием отличий между сном и пробужденным состоянием, с различиями между типами сна, мы можем задаться вопросом, а почему EEG, EOG и EMG широко используются в качестве определяющих критериев физиологического сна, в то время как другие переменные описываются как корреляты сна и его стадий. Откровенно говоря, все измерения, известные нам, являются коррелятами, и нет ничего священного в EEG, EOG и EMG. Их выбор в качестве критериев объясняется следующими причинами.

1. Историческим прецедентом: они были самыми ранними ерами, используемыми для описания сна и его стадий.

2. Относительной легкостью измерений: требуется менее специализированное оборудование. Возможно использование поверхностных электродов. Другие измерения (например сканирование определенных клеток мозга) требуют хирургически имплантированных электродов.

3. Интенсивностью отличительных признаков: EEG, EOG и EMG в комбинации выполняют хорошую работу в описании различий сна и бодрствующего состояния. Другие средства (например пульс или частота дыхания) могут варьироваться в различных стадиях сна и пробужденного состояния, но они нечетко описывают эти стадии.

Тем не менее имеются случаи, когда EEG, EOG и EMG недостаточно хорошо описывают некоторые состояния. Например, при переходе от бодрствования ко сну наблюдались состояния, когда в течение нескольких минут EEG выглядела как в случае бодрствования, но люди при этом не осознавали своего окружения.

Имелись и более крайние диссоциации, когда на длительные периоды некоторые физиологические и поведенческие критерии указывали на одно состояние, в то время как другие критерии регистрировали другое состояние. Примерами являются разговоры и хождение во сне, каталепсия (состояние, в котором люди испытывают торможение мышечного тонуса, как в REM-сне, но сохраняют EEG, как у пробужденных людей, и осознают окружение), нарушения REM-поведения (в которых торможение мышц отсутствует, так что люди могут энергично двигаться, в то время как остальные черты REM-сна сохраняются).

По традиции, некоторые из этих состояний относят ко сну (например хождение во сне), а другие считают пробужденными состояниями (например, каталепсию). Эти ничем не обоснованные условности затемняют тот факт, что указанные состояния сочетают в себе процессы сна и пробужденного состояния. Следовательно, мы должны понять каждый процесс и определить, почему они так по-разному соотносятся друг с другом. Одной из насущных целей современных исследований сна являются понимания взаимодействий сна и пробужденного состояния. И, конечно же, остается нерешенным основной вопрос: а что же такое сон?

Сколько же надо спать человеку ежедневно? Японские ученые установили, что люди, уделяющие сну примерно семь часов в сутки, в среднем живут дольше тех, кто спит меньше или больше. Такие результаты показало масштабное исследование, проведенное группой врачей японского Университета Нагоя во главе с профессором Акико Тамакоси. С этой целью с 1988 по 1999 годы при поддержке правительства они наблюдали с этой целью за жизнью 110 тыс. человек в 45 районах Японии. Еще более десяти лет ушло на анализ результатов и выработку методики, призванной выделить только влияние сна на продолжительность жизни без учета других факторов типа стрессов, болезней и т. д.

Японские исследователи уверяют, что зафиксировали самый низкий уровень смертности в группе, ежедневно уделяющей сну 6,5–7,5 часов. У тех, кто спал в сутки менее 4,4 часа, жизнь в среднем сокращалась примерно в 1,6 раза. Исследователи уверяют, что еще вреднее спать слишком долго. В группе, уделявшей сну более 9,5 часов в сутки, смертность была в 1,7–1,9 раза выше, чем у тех, кто спал заветные семь часов.

Наверное, с этим утверждением не согласился бы легендарный Премьер-министр Великобритании, выдающийся политический деятель, оратор и писатель Уинстон Черчиль[2]2
  Черчилль (Churchill) Уинстон Леонард Спенсер (1874–1965 гг.), государственный деятель Великобритании, лидер Консервативной партии. С мая 1940 г. по июль 1945 г. премьер-министр. В 1951–55 гг. вновь занимал пост премьер-министра. Автор шеститомного труда «Вторая мировая война» (1948–54), четырехтомной «Истории англоговорящих народов» (1956–58) и др. Лауреат Нобелевской премии по литературе (1953).


[Закрыть]
, проживший 91 год, который в юности, понаблюдав некоторое время за вольером со львами в зоопарке, принял для себя «львиный» распорядок дня и практиковал сон после каждого приема пищи (!). Впрочем, и другие привычки этого великого человека противоречили нынешним понятиям о здоровом образе жизни (например любовь к хорошим сигарам и высококачественному виски).

В то же время стоит указать, что в странах с наиболее высоким уровнем жизни отмечается и наибольшая продолжительность жизни в то время, как в странах, стоящих на низкой ступени экономического развития, эта продолжительность крайне низка и вряд ли зависит от продолжительности сна.

Сон – это наилучший отдых и наиболее естественное состояние покоя. Это – расслабление нервов и мозга. Короткий сон, длящийся иногда всего несколько минут, может, как по волшебству, устранить усталость, разбитость и расслабление и вновь оживить и укрепить человека; и, наоборот, долгий сон может не принести освежения и бодрости. Как прав поэт, сказавший: «В глубину тайн природы не проникнет ни один человеческий ум». И действительно, жизненный процесс, совершающийся в нашем теле во время сна, остается для нашего ума во многих отношениях столь же необъяснимым и загадочным, как и многие явления, происходящие в нашем организме во время состояния бодрствования.

Доктор Э. Брюкке[3]3
  Эрнст Брюкке (Brucke) (1819–1892 гг.), немецкий физиолог, профессор Кёнигсбергского и Венского университетов. Основные труды – по анатомии и физиологии органов зрения, пищеварения, физиологии кровообращения и нервно-мышечной физиологии. Особое значение имеют труды Б. по физиологии речи.


[Закрыть]
 писал: «Есть только один пункт, на который никогда не должно распространяться закаливание, это – ночной отдых. В обществе сильно в ходу мнение, что надо приучать детей спать только 7 часов, что долго спать – дурная привычка. В действительности же следовало бы держаться как раз обратного. Количество сна, потребное для человека, зависит вообще от его сложения, а в особенности от его нервной системы. Детям надо давать спать столько, сколько они хотят. Придет время, когда школьные и другие занятия уже сами позаботятся о том, чтобы дети не спали слишком много. Вмешательство требуется лишь тогда, когда дети вечером отказываются идти спать, лежат долго, не засыпая, требуют, чтобы около них кто-нибудь сидел или что-нибудь рассказывал им и т. п. Уже с чисто педагогической точки зрения не следует, чтобы дети привыкали лежать в постели, не засыпая. В таких случаях лучше не давать им спать в течение дня, и тогда дети вскоре приучатся засыпать вечером быстро и крепко».

«Вместе с тем я должен заметить, – продолжает профессор, – что те натуры, которые нуждаются в большом количестве сна, вовсе не принадлежат к так называемым сонливым натурам в обычном смысле этого слова. Наоборот, наблюдения показывают, что обычно большая потребность сна может быть связана только с высшим умственным развитием и с интенсивнейшей мозговой деятельностью».

«В том случае, когда приходится будить детей, – замечает, наконец, проф. Брюкке, – следует делать это с величайшей осторожностью, безразлично, идет ли речь о маленьких или больших детях; детей постарше надо окликнуть ласково, но не громче того, чем следует; маленьких детей, которых по возможности вообще нужно избегать будить, не надо стаскивать с постели, а либо разгулять им сон, не вынимая из последней, либо даже не прибегать и к этому, если то, что с ними нужно сделать, можно произвести в состоянии полусна»[4]4
  Цит. по М. Платен. «Новый способ лечения». Т. 1. Спб., 1902 г.


[Закрыть]
.

Глава 2. Спровоцированные сны

Совершенно ошибочно считать, что сны раскрывают нас такими, каковы мы есть в неизведанных глубинах нашей природы. Сны не в состоянии сделать этого: они рисуют либо то, что уже было и прошло, либо, еще чаще, то, чего не было и не могло быть.

П. Д. Успенский

Увлеченность глупенькими «сонниками» при всей внешней ее безобидности говорит о том, что уровни невежества и суеверия у очень многих наших сограждан осталися на уровне того же 1902 года, когда были впервые выпущены упомянутые нами в предисловии откровения киевской ворожеи. Пассивное наблюдение собственных снов и последующее ковыряние в соннике, в его списке объектов-ассоциаций (чужих, напомним, а вовсе не ваших) в поисках явно чужого и чуждого «объяснения» смотрятся наивно и жалко. Ваши сны, даже самые многозначительные и весьма тревожные могут не означать ровным счетом ничего, поскольку они могут быть не продиктованы свыше, а просто оказаться навеянными внешними и совершенно механическими причинами!

Между тем уже издавна, еще со времен Авиценны и Гиппократа, лучшие врачи Европы не так уж плохо понимали подлинные причины здоровых и нездоровых снов, а потому довольно успешно «получали» их активным способом: они частенько планировали сны, умели делать их спокойными и мирными или яркими и живыми.

Взаимосвязь между снами и внешними раздражителями нервных окончаний установлена уже давно и никем не подвергается сомнению, поскольку чересчур она уж очевидна и многократно проверена врачами на практике.

Известный германский писатель и мистик XVIII века Карл Эккартсхаузен[5]5
  Эккартсхаузен (Eckartshausen) Карл фон (1752–1803 гг.), немецкий писатель. Служил цензором Баварии. Автор многочисленных сочинений алхимического и религиозно-мистического содержаний, получивших широкую известность в Германии и России.


[Закрыть]
 в книге «Ключ к таинствам натуры» (СПб.: 1821) так пишет о своих экспериментах со сновидениями: «…имею доказательства, что употребление за ужином некоторых трав в состоянии произвести неприятные и приятные сны. Для произведения последних, то есть приятных, весьма хороша мелисса… Один мой знакомый всегда видел сны страшные, так что он со страхом каждый вечер ложился спать. Я присоветовал ему несколько дней сряду ставить ввечеру ноги в теплую воду и дал ему пить селитру в лимонаде, перед сном же велел ему жевать мелиссу и нюхать приготовленный из нее уксус. В короткое время расстроенное его воображение пришло в порядок, и сны его стали покойны и приятны. Употребление бобов, чечевицы и гороха, особенно вечером, производит тяжелые сны».

Попробуйте заснуть, например, в квартире, где накануне были покрашены полы или мебель. Вас будут мучить кошмары, а утром вы останетесь сонным, невыспавшимся, с совершенно ничего не соображающей головой, с «мутными мозгами».

И, наоборот, если, например, вы попробуете класть на ночь поблизости от подушки свежие листья валерианы, то сон становится значительно более глубоким и спокойным. Более того, некоторые врачи утверждают – так можно ликвидировать и ряд развивающихся сердечных недугов, в первую очередь, связанных с психикой и возрастных.

Разные растения, их листья или кашица из них в мисочке возле подушки дают разные эффекты, но все же предсказуемые и сходные для большинства людей в силу сходства их симпатической и парасимпатической нервных систем.

Если же вы любитель эротических снов, то можете попробовать выпить немного заваренной травы пустырника. Он содержит сосудорасширяющие вещества и, особенно после просмотра «на ночь» неких «способствующих» картинок, фото и фильмов, может предоставить вам соответствующие виды и ощущения.

Применяя запахи специфические, свойственные каким-то определенным объектам, можно вызвать во сне появление именно этих объектов. Запах неслышно принесенной свежей рыбы для спящего рыбака породит рыбу и рыбную ловлю, а для кухарки, которая на рыбалке не бывала, – воспоминания об ухе и сковородке.

Запах бензина, духов, дегтя, ацетона, клея, специфического лекарства, вина, водки, крапивы и т. п. – все это породит во сне определенные ассоциации и воспоминания. Тогда, разбудив спящего, можно выяснить, что он видел – скорее всего, это будут, соответственно, автомобиль и бензобак, сон о ремонте квартиры и ацетоне, огород и заросли крапивы…

Ощущения подчас связаны с тем веществом, которым у спящего испачканы руки. Во сне он постоянно подносит их к лицу и ощущает соответствующие запахи.

Скажем, уже упоминавшийся К. Эккартсхаузен рассказывает об одной своей «шалости», которая на его подопытных произвела впечатление подлинного колдовства. Он пишет:

«Также делал я еще удивительный опыт, который действительно не достоин замечания господ физиков и служит новым доказательством того, сколь мало нужно к произведению в воображении разных образов.

Однажды я сказал одной особе: «Вы видели сегодня во сне розу». Другой: «Вы во сне гуляли под липою». Третьей: «Вы видели кошку». Все признались, что действительно так было, пришли от того в удивление и приступили ко мне с вопросами: почему я узнал это?

Действие же сие было натуральным следствием употребленного мною способа. У первой особы опрыскал я подушку на кровати розовой водой, у другой – водою из липовых цветов, и у третьей – кошачьей уриною (т. е. кошкиной мочой, что самое пикантное во всем этом выдающемся эксперименте).

Но надобно, чтоб сии особы о том не знали, да и подушки должно напрыскать слегка, чтобы запах был слабый. Во время сна воображение особы, почивающей при запахе розы, который приведет ее фибры в движение, представит ей розу и так далее. Я много делывал сего рода опытов, и редко они мне не удавались: только у людей, движимых сильными страстями, у пьяных или пресыщенных кушаньями…».

Начало научного подхода к изучению сновидений относится к концу XVIII в. Одно из первых более или менее серьезных сочинений по этому вопросу – «Опыт построения теории сна» доктора Г. Нудова[6]6
  Генрих Нудов (Nudow) (1752–ок. 1800), профессор физиологии, патологии и терапии в СПб. институте. Учился в Лейпциге, где получил степень магистра философии, а в 1776 г. степень доктора медицины за диссертацию «Animadversiones de coniagio». В 1779 г. приехал в СПб. и получил право практики. В 1787 г. ордин. проф. в Калинковск. инст., но уже в 1790 г. вышел в отставку, жил в Митаве, Кенигсберге, вновь вернулся в Россию, где служил в Саратове, Симбирске, Пензе, затем медицинским инспектором в Архангельске. Нудов усердно занимался литературной деятельностью, притом не только медицинской.


[Закрыть]
 – появилось в 1791 г. Автор, между прочим, приводит ценное наблюдение, послужившее отправным пунктом для последующих исследований в том же направлении: одному спящему, лежавшему на спине с открытым ртом, влили в рот несколько капель воды; спящий перевернулся на живот и стал производить руками и ногами плавательные движения; ему приснилось, что он упал в воду и был вынужден спасаться вплавь.

Вера в божественное происхождение снов начала убывать в середине XIX в., когда в своем классическом труде французский врач Альфред Мори, изучивший более 3000 снов, заключил, что сны являлись результатом воздействия внешних факторов. Он сделал исчерпывающий анализ снов и заключил, что они следовали из неверного истолкования смены впечатлений смысла в продолжение сна (например громкий звук в течение ночи, стимулируя сон о грозе). Так, он описал, как край простыни, прикоснувшийся к шее человека, вызвал в последнем ассоциацию с судом французского революционного трибунала, перед которым он во сне предстал: как был осужден, приведен к эшафоту, связан палачом и как в финале сна на его шею упало лезвие гильотины!

Мори рассказывает, что однажды, в то время как он спал, к его носу поднесли флакон с одеколоном; этого было достаточно, чтобы ему тут же приснились парфюмерная лавка, Каир, восточные страны, где ему довелось незадолго перед тем побывать.

В другом опыте Мори осветил красным светом лицо спящего; испытуемому приснились гроза, вспышки молнии, раскаты грома.

В его работе приводится пример, как в одной швейцарской гостинице, переполненной путешественниками, как-то ночью во время грозы почти всем постояльцам снился один и тот же сон: будто во двор с оглушительным шумом въезжают экипажи с новыми путешественниками, которые еще больше стеснят живущих в гостинице. Эти факты свидетельствуют о влиянии внешних раздражений на деятельность мозга во время сна.

Немецкий психолог И. Бернер в своих опытах закрывал спящим нос ватой и почти всегда наблюдал следующее: спящий начинал метаться, стонать, затем просыпался и рассказывал о сновидении, в котором какое-то чудовище, постепенно увеличиваясь, грозило его задушить. «Душил домовой!» – заявляли в прежнее время крестьяне, когда заходила речь о таких снах.

Интересный ассоциативный ряд, породивший причины сновидения, привел А. Леманн. Он пишет: «Для лучшего объяснения сказанного я расскажу один из наиболее характерных моих снов. Мне снилось, что я сижу в вагоне с одним моим родственником, который мне рассказывает о велосипедной гонке, где он присутствовал, причем один из гонщиков был ранен. Тотчас мне представился велосипедист, входящий со своею машиною в омнибус; при этом он ее уронил и ранил себе ногу. Все присутствующие думали, что нога сломана, но упавший легко вскочил и пошел своей дорогой. Потом вдруг мы очутились за обедом с д-ром К., который страшно на меня сердился за то, что я взял несколько луковиц, которые он очень любил, а я терпеть не мог, и только в рассеянности положил себе на тарелку. Здесь я проснулся.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8