Александр Савчук.

Лея



скачать книгу бесплатно

Посвящаю этот роман моей доченьке, Валерии Савчук, она же Лия Аврамиан.


Pro domo sua. (лат.)

В защиту себя.


© Александр Савчук, 2017


ISBN 978-5-4483-8462-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Большие круглые часы, висевшие в спортивном зале «Studio S» на видном месте над зеркалами, показывали без двух минут девять вечера. Тренировка заканчивалась. Женщины разного возраста, от семнадцати до пятидесяти, общим количеством около двадцати, одетые в разноцветные тренировочные костюмы, живописно расположившись в самых разных позах на ковровом покрытии, выполняли завершающие упражнения на гибкость и расслабление, а тренер по самозащите – так назывался изучаемый спортсменками предмет, – хорошо сложенная выше среднего роста девушка с короткой стрижкой светло-золотистых волос, заглянула в журнал, чтобы напомнить своим ученицам дату и время следующей тренировки. Как раз в эту минуту в проеме двери зала возник молодой человек.

– Орен, алё, я тут, – помахав рукой, окликнула его одна из молоденьких спортсменок, брюнетка, которую звали Пнина. – Мы уже заканчиваем и выходим, подожди несколько минут.

– О-кей, я подожду. Ну, и что вы изучали сегодня? – с усмешкой спросил Орен, одновременно кивком здороваясь с тренером.

– Учили, как вырываться из рук мужчины, если он тебя схватил сзади, – вставая и подходя к нему, с улыбкой ответила ему Пнина. – А что?

– А то, что, я думаю, это пустая трата времени, – самодовольно усмехнулся Орен. – Но тренер ваша, естественно, на этот счет другого мнения, не так ли, Лея?

– В каких войсках ты служил, Орен? – не обидевшись на его слова, спросила тренер с милой улыбкой.

– Я – в «дувдеван»11
  «Вишенка», элитные израильские войска.


[Закрыть]
! – воскликнул он с гордостью. – А что? Ты сама в каких служила?

– А я – в каракаль22
  Каракаль – спецвойска, в которых служат и девушки


[Закрыть]
.

– О-кей, Орен, ну-ка попытайся меня схватить, – сказала тренер, подходя к нему на расстояние вытянутой руки. – Схватить и повалить, короче, сделай то, что тебе удастся.

– Ну… это… а что, пожалуй, можно, – сказал слегка растерявшийся парень. – Только, если ты не в полную силу собираешься сопротивляться, то и я играть с тобой не буду. Не жалуйся потом.

– Договорились, – с озорной улыбкой сказала Лея. – Всё на полном серьёзе.

Спортсменки, с интересом прислушивавшиеся к их разговору, поняв, о чем идет речь, мгновенно окружили их кольцом.

Лея отстраняющее повела рукой, очертив ею в воздухе круг безопасности, и женщины отошли на пару шагов. Лицо их тренера, миловидное по своей природе, в секунду приобрело строгое, почти жёсткое выражение, было видно что она сосредоточилась. Затем Лея шагнула в сторону Орена, а он тут же схватил ее за руку и резко потянул к себе. Лея, изящно изогнувшись и сделав неуловимое движение обеими руками, почти прильнула к нему, а уже в следующее мгновение Орен, охнув и скривившись от боли, упал на колени.

– Ну вот, такими приемчиками Лея моего друга еще инвалидом сделает, – шутливо воскликнула Пнина, в то время как тренер дружески помогала смущенному и покрасневшему парню встать на ноги.

– Рука не болит? – участливо спросила Лея, приобняв его за плечо.

– Уже нет, все в порядке, – слегка кривясь, ответил тот, потирая запястье.

– Зря ты согласился быть в роли насильника, – со смешком сказала ему Пнина, – Лея проходила стажировку в Японии, два с лишним года там тренировалась.

– Ну, тогда все понятно, – через силу улыбнулся Орен.

– Так может, еще разок попробуем, из другой позиции, – спросила его Лея с легким поклоном, но парень, красноту лица которого сменила легкая бледность, отрицательно покачал головой.

– Таких приемов существуют десятки, – ровным, спокойным голосом преподавателя сообщила Лея слушательницам. – Но мы с вами выучим несколько, из тех, которые наименее сложны, после чего каждая индивидуально будет отрабатывать именно тот, который ей больше подходит и который у нее будет лучше получаться. Достаточно знать два-три, главное, научиться ими правильно и эффективно пользоваться. – Последние ее слова были перекрыты аплодисментами.

Спустя несколько минут спортсменки, переодевшись, покинули спортивный зал, а их тренер, проверив, чтобы никто не остался в туалете или раздевалке, захлопнула входную дверь на автоматический замок, затем спустилась по ступенькам на один этаж ниже, на автостоянку. Внимательно оглядев почти пустое в этот час подземное помещение, – шел десятый час вечера и на ней оставалось не более десятка машин, – Лея села в свой автомобиль и включила зажигание.

У нее это недавно вошло в привычку – всегда осматриваться по сторонам на стоянке или где-либо еще, перед тем, как сесть в машину, после одного случая, произошедшего около месяца тому назад на одной из заправочных станций. Тогда тоже был поздний час, что-то около двенадцати, и на заправке было пустынно. Она, добираясь домой после тренировки на своей «тойоте», заправлялась у колонки самообслуживания, поэтому несколько удивилась, заметив молодого человека, направлявшегося в ее сторону. Судя по тому, что он не был одет в комбинезон работника заправки, а в обычную одежду, Лея решила, что он такой же как она клиент и хочет о чём-то спросить. Она уже закончила заправляться и села в машину, когда парень, будто бы проходивший мимо, внезапно шагнул в её сторону и, сунув в открытую дверь прямо ей под нос дуло пистолета, гортанным голосом на ломаном иврите потребовал не трогать в зажигании ключ и, не делая резких движений, выйти из машины. Голос парня выдавал в нем арабское происхождение: он был гражданином страны или же жителем территорий. Лея, кивнув ему, поняла мол, спокойно выбралась из машины. Она еще успела вспомнить, что в таких случаях полиция рекомендует гражданам не поддаваться панике, а спокойно выполнять команды грабителя, чтобы хозяин автомобиля не пострадал физически, и не стал жертвой в большей степени, чем быть просто ограбленным.

Выпрямившись и как бы невзначай осмотревшись вокруг, Лея не заметила поблизости кого-либо еще и решила, что грабитель действует один. Поэтому уже в следующее мгновенье она левой рукой перехватила его руку, державшую пистолет, направив ствол в сторону и вверх, а правой нанесла ему короткий резкий удар в солнечное сплетение, от которого тот, мгновенно согнувшись, рухнул на бетонное покрытие. Лея одним ловким движением подобрала упавший пистолет, еще раз осмотрелась по сторонам, убедилась, что поблизости нет предполагаемого напарника грабителя, со щелчком вынула обойму, передернула затвор, тем самым выяснив, что пистолет не был взведен, и даже прочла в полутьме, царившей на заправке, его название – «парабеллум». Затем она склонилась над грабителем, который как раз в это мгновение застонал и открыл глаза.

– Где твой напарник? С тобой есть еще кто-нибудь? – спросила его Лея по-арабски, но парень, которому вряд ли было больше двадцати лет, не ответил, только отрицательно покачал головой. Она сунула пистолет и обойму по отдельности в карманы своей летней куртки, которые сразу же неудобно оттянулись вниз, затем без особых церемоний, рывком, подняла парня на ноги, одним ловким движением завернула кисть его руки за спину и повела к зданию заправки. Парень шел полусогнутый, словно обреченный, видимо, потеряв всяческое желание к сопротивлению.

За стойкой у кассового аппарата находилась молодая девица в форменной одежде, попивавшая какой-то напиток из бумажного стаканчика и одновременно проверявшая что-то на экране компьютера. Завидев их обоих входящими внутрь, девушка, казалось, потеряла дар речи, и, чтобы взбодрить ее, Лея резко спросила на иврите:

– Ты в армии служила?

– Да-да, конечно, – сдавленно прошептала девица. Затем, уже более естественным голосом, добавила: – Три месяца как закончила службу.

– Ну так дай мне что-нибудь, чтобы связать ему руки. Ты в секретаршах, что ли, служила, чего так испугалась? Все будет нормально, все под контролем. Позвони в полицию, скажи, автомобильного вора задержали, вооруженного, но уже не опасного, пусть срочно сюда выезжают.

– Сейчас, уже даю, – засуетилась девица, передавая ей рулон ленты-скотч.

Спустя минуту-две Лея, одной рукой опираясь на уже связанного по рукам и ногам грабителя, второй рукой держала трубку телефона, которую отобрала у служащей заправки, потому что девица то запиналась, то громко вздыхала, чем раздражала ее, и говорила с полицейским диспетчером.

А еще спустя несколько минут сразу три полицейские машины, подъехав с разных направлений, затормозили у здания, причем полицейские, вместо того, чтобы войти внутрь, стали, взяв оружие на изготовку, его окружать. Показывая пустые руки, Лея пошла к выходу, дверь навстречу ей открылась автоматически.

– Господа полицейские, зайдите, пожалуйста, внутрь. Тут вас ждут связанный грабитель и перепуганная девушка – работник заправки, – громко объявила она.

В тот вечер Лея еще добрых два часа убила на всякого рода объяснения с полицейскими и домой попала лишь во втором часу ночи.

Вспоминая этот случай, она тем самым скоротала время, за которое добралась до дома, тут езды было минут на пятнадцать, хотя место работы и находилось в другом городе, и даже не запустила свой любимый диск, который обычно слушала в машине – итальянцы 80-х.

Наскоро приняв душ, так как в их спортзале таковой не был предусмотрен, она, уже в домашнем голубом кимоно, устроилась на диване перед телевизором. Перед ней на сервировочном столике стояла баночка с творогом 5% жирности и чашка зеленого чая без сахара.

По всем шести специальным каналам кинофильмов шла всевозможная тягомотина, или уже виденная ею раньше, или неинтересная. Конечно, кроме этих каналов было еще более полусотни самых различных, включая круглосуточные, например, по приготовлению еды, но для этого у нее было не очень подходящее настроение. Вообще, у нее, надо признать, был несколько странный вкус на фильмы: она обожала крутые боевики, а также фильмы ужасов. Причем, с самого детства. Лет с восьми или девяти, насколько она помнила. Отца ее поначалу это очень беспокоило, он даже запрещал ей смотреть «ужастики», но потом где-то прочел, что подобные кинофильмы снимают у человека какое-то внутреннее напряжение и оставил ее в покое. Он, правда, не удержался заметить ей, как и своей жене заодно, что он не понимает, какие такие душевные напряги существуют у столь юных подростков, но потом махнул на это увлечение рукой. Дело в том, что ее отец, работая в сфере безопасности, нередко дежурил по ночам, приходя домой утром, а Лея смотрела свои любимые фильмы тайком, очень поздно, воруя время у сна. Когда мать заставала ее за этим занятием среди ночи, то ласково целовала ее, укладывая спать, после чего попросту уносила дистанционки от телевизора и видео к себе в спальню и прятала.

Вот, с удивлением подумала Лея, только вспомнила о родителях и сразу загрустила. Семья у них была маленькая, особенно по израильским меркам: она и родители, но крепкая и дружная. Да, она загрустила, словно маленькая девочка. И это вместо того, чтобы радоваться, что она сейчас живет в доме одна, что родители уехали на целый месяц в отпуск. В Москву. Отец обещал матери, что свозит ее в Москву еще тогда, когда они жили там, в СССР, а потом в СНГ, а если уж быть точнее, в столице Молдавии, городе Кишиневе. Но тогда как-то не сложилось: вначале родилась она и родители были заняты воспитанием дочери, затем начались лихие 90-ые, и, то отец был загружен делами своего небольшого семейного бизнеса и сам мотался в Москву почти каждый месяц, то, с ростом бизнеса, ему стало попросту небезопасно покидать дом и куда-то ездить, короче, он так и не выполнил обещанного. И вот теперь, по прошествии многих лет жизни в Израиле, ее родители нашли возможность поехать туда. Правда, не для изучения тамошних достопримечательностей, а скорее, по нужде. Дело в том, что в Москве жил сын отца от первого брака – Аркадий. Он был старше Леи на семь лет, женат и воспитывал шестилетнюю дочь. И вот недавно, пару недель тому назад, Аркадий, который был с отцом на связи, сообщил, что у него возникли финансовые проблемы. Он был ответственным работником в магазине стройматериалов на одном из городских рынков, и случилось так, что каким-то образом там образовалась недостача в 75 тысяч евро, если перевести рублёвую сумму в валюту. И теперь хозяева магазина, где работал Аркадий, требовали с него эту самую сумму. Которой, понятное дело, у него не было. Причем, Аркадий, недоумевая по поводу столь крупной недостачи, впал в паническое состояние и толком ничего не мог объяснить ни своим хозяевам, ни отцу по телефону. Хозяева настойчиво требовали эту сумму именно с него, обещая подключить к этому делу бандитов, а он, по сути, чтобы выплатить ее, с целью вернуть деньги, вынужден был продать свою однокомнатную квартиру, которую они с женой с таким трудом купили всего год тому назад. Ну, и продал бы. И куда потом идти жить? Опять к родителям? На съемную квартиру? Впрочем, это уже никого не интересовало.

А ее родители, подумала Лея, были совсем не богаты, а если уж быть откровенным, все эти годы они жили довольно стесненно, на съемной квартире и еще должны были немалые деньги банку. И это состояние продолжалось вплоть до самого последнего времени. А три месяца назад отец, совсем неожиданно для себя и членов семьи, как это обычно случается, выиграл главный приз в лотерею «Лото», что составило довольно крупную сумму денег. (Потом уже он признался супруге и дочери, что регулярно играл в лото, хотя и не очертя голову, а изредка, причём делая небольшие ставки). Сумма выигрыша после уплаты налогов составила около трех миллионов евро. Надо сказать, что ни отец с матерью, ни она сама после этого не впали в эйфорию. Отец весьма строго поговорил со своими дамами, объяснив им, что эти деньги, упавшие им «с неба», могут принести кучу неприятностей, если их тратить бездумно и бесконтрольно. Попросив их молчать о выигрыше и никому, даже близким друзьям о нем не рассказывать, он пояснил, что так будет им же спокойнее.

Конечно, приятно было выиграть столь большую, да что там, нереальную для них прежде сумму, и они довольно бурно отметили этот выигрыш, все трое взяв недельный отпуск на своих рабочих местах и посещая все подряд разрекламированные в газетах и по телевидению рестораны и кафе, а также покупая целые вороха одежды, или, как говорил отец, модных тряпок в фирменных магазинах, но уже спустя неделю жизнь их вновь вернулась в нормальное русло: отец продолжил работать на том же месте, мама же пошла учиться на курсы поваров, по окончанию которых вручался международный диплом, о чем она так давно мечтала. Не то чтобы она собиралась сделать готовку своей профессией, попросту ей это нравилось, и она теперь имела возможность позволить себе это. Лея еще подумала, что вот выиграй отец эти деньги несколькими годами раньше, то она бы смогла продолжить свою спортивную карьеру, так нелепо прерванную из-за нехватки денег. Глядишь, и до олимпийских наград дотянулась бы. Дело было в том, что отец ее, десятилетнюю, привел в секцию дзюдо, к лучшему тренеру города и сказал ему, чтобы тренер не жалел девочку, а сделал из нее настоящего мастера. И результаты не заставили себя ждать: уже через пару лет у нее были приличные успехи, во всяком случае, она в своей возрастной группе не уступала никому. Так и росла в результатах: сначала в своем клубе, затем в спортивном обществе, а позднее и в стране.

С самого ее рождения отец, сам в прошлом мастер спорта по самбо и дзюдо, занимался с дочкой физкультурой, развивая и закаляя ее. Лея помнила, как он ее, еще даже не школьницу, заставлял лазить по канату, делать всевозможные упражнения на перекладине, кольцах и гибкой лестнице, благо все эти снаряды были расположены у них прямо в квартире. Отец с мамой со смехом вспоминали, как начали ее приучать к этим снарядам, когда Лее было чуть больше года. Отец приладил тогда лесенку, и, указывая на нее дочери, предложил ей подняться наверх, где она была укреплена кольцами в косяке двери. Лея посмотрела вверх, и отрицательно покачала головой. Тогда находчивый отец тут же придумал стимул: он показал Лее пакетик с жевательной резинкой, а затем, когда она протянула руку за угощением, укрепил пакетик вверху, на двери. И тогда Лея мужественно, преодолевая собственный страх и раскачивающуюся лестницу, полезла вверх, где ее ждал вожделенный приз.

После окончания воинской службы Лея упросила родителей отпустить ее на какое-то время в Японию, так как большинство солдат после демобилизации разъезжались по всему миру, так было принято. А куда было ехать девушке, посвятившей все свое свободное время восточным единоборствам, если не на родину этих самых видов спорта. Уже через неделю после приезда в Японию дочь сообщила родителям, что устроилась работать в ресторан официанткой, а свободное время проводит в спортзалах. А еще спустя месяц она с восторгом рассказала по телефону отцу, что ее принял в свою группу известный во всем мире мастер ниндзюцу Муракими. И вот, после двух с лишним лет отсутствия, она вернулась домой, в Израиль. Родители настаивали, чтобы она выбрала учебное заведение и стала, наконец, приобретать профессию, и как раз в эти самые дни отец выиграл крупную сумму в лото. О деньгах, к счастью, теперь думать не было необходимости, Лея могла позволить себе учиться где угодно, хоть тут, в Израиле, хоть в Японии, или даже в Гарварде, но везде, чтобы поступить, а затем и получить образование, надо было хорошо потрудиться. Вот она и стала готовиться к экзаменам, одновременно не забывая о спорте, для чего Лея взялась тренировать в женском клубе курс самообороны. При этом она находила еще время для труднейших тренировок все в том же престижном, частном закрытом клубе карате, в котором занималась после службы в армии.

Глава 2

Телефонный звонок раздался неожиданно, и Лея, прежде чем снять трубку, бросила взгляд на часы. Они показывали четверть двенадцатого. Это могли быть только родители, подумала она, нажимая на синюю кнопку. Но вместо голоса одного из своих родителей услышала чужой грубого тембра мужской голос, говоривший на русском языке:

– Это Лея? – и когда она ответила утвердительно, сразу же услышала: – Слушай сюда, ты, курица. Надеюсь, рядом с тобой в эту минуту никого нет, и никто нас не слушает?

– Нет, я одна, – в растерянности ответила она, а спину обдало неприятным холодком, что всегда у нее бывало, когда случалось что-либо нехорошее.

– Вот и лады. Теперь слушай и запоминай: во-первых, твои родители у нас. Сейчас они находятся в безопасности, и будут в безопасности до тех пор, пока ты будешь слушать меня, выполнять мои указания и не наделаешь глупостей. Но ты ведь их не наделаешь, так, ты конечно любишь своих родителей, маму и отца? Вот и ладненько. Второе: ты после нашего разговора не обращаешься ни в полицию, ни куда-либо еще, ведешь себя как хорошая девочка и чётко выполняешь мои инструкции. Пока понятно?

– Понятно, – слегка дрожащим голосом ответила она.

– Завтра-послезавтра ты получишь по факсу от отца документы, с которыми ты пойдешь в ваш местный банк и переведешь на счет, который мы тебе укажем, сумму в миллион пятьсот тысяч евро. Он уже заготовил документы, видать, следовавшие твоему братцу, только сумма, указанная в них, нас не устраивает. – Говоривший в этот момент позволил себе засмеяться, причем этот смех чем-то напомнил Лее смех гиены, слышанный ею по телевизору недавно в одной из программ «нешнл жеографик». – Будь у телефона завтра вечером, поняла? И без глупостей, если хочешь увидеть своих родителей живыми и здоровыми. А деньги – ты их не жалей, деньги это дым, рассеются и всё, без них жить легче, меньше забот и хлопот, тем более, мы же на все не претендуем, просто предлагаем поделиться по совести и все…

Еще несколько минут Лея сидела у телефона и слушала гудки, затем встрепенулась, аккуратно положила трубку и достала свой мобильник. Чуть позднее, подумав, что его каким-то образом могут прослушивать, положила мобильник в сумочку, затем поискала в ней телефонную карточку, и нашла, жутко обрадовавшись такой мелочи, после чего выпорхнула на улицу.

Телефон-автомат был расположен неподалеку от дома и, к счастью, функционировал. Убедившись, что никто за ней не наблюдает и редкие в этот час прохожие торопятся по своим делам, она сняла трубку. С трудом представляя себе, который час был сейчас в Токио, она набрала знакомый ей по памяти номер телефона. Разговор с господином Касуги, заместителем Муракими, – ее бывшим личным тренером в Японии, нередко, как она знала, выезжавшим в Россию по каким-то своим делам, занял около четверти часа, и все это время Лея, хотя она и вела разговор по-японски, оглядывалась по сторонам, надеясь, что за ней никто не наблюдает. Затем, закончив разговор и набрав другой, номер своей лучшей подружки Марины, она дождалась ответа и сказала:

– Не спишь, Мымра? (Так она ее по-дружески называла еще с детских лет). Ты одна? Мама спит, а папа на дежурстве? Ну, как обычно, значит. Ты мне можешь уделить некоторое время? – и, получив утвердительный ответ, достала из сумочки ключи от машины и направилась к стоянке у дома. Спустя еще час-полтора они уже вдвоем с подругой были на пути к Тель Авиву, где девушек ждал старый приятель Леи еще по армейской службе по имени Ави, предупрежденный телефонным звонком. Он работал в спецотделе Шабак33
  Служба безопасности Израиля.


[Закрыть]
, и Лея надеялась на его профессиональную помощь. Ави был гомосексуалистом, но обожал Лею, и более надежного друга среди мужчин у неё не было.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3

Поделиться ссылкой на выделенное