Александр Ратнер.

Тайны жизни Ники Турбиной («Я не хочу расти…)



скачать книгу бесплатно

По словам Карповой, в седьмом классе Ника вместо сочинения на заданную тему написала стихотворение «Раскиньте крылья, птицы…». А Сергей Витальевич Корюкин, ее учитель по русскому языку, рассказал, что однажды, когда Ника писала сочинение по картине Татьяны Яблонской[40]40
  Яблонская Т. Н. (1917–2005), украинский живописец.


[Закрыть]
«Утро», небольшая его часть была в стихах! «К сожалению, я не сохранил это сочинение, – с досадой сказал Корюкин, – но помню, что стихи были о бликах солнца, отраженных от пола. А еще Ника делала сообщение о Лермонтове». Корюкин показал три печатные страницы (очевидно, работы Карповой), на второй – несколько правок рукой Ники, а на обороте третьей – проставленные Никой даты: 1?5 июня 1841 г.


Наша встреча состоялась в библиотеке средней школы № 12 Ялты, работу в которой Корюкин сочетал с преподавательской деятельностью. Небольшого роста, похожий скорее на завхоза, чем на учителя, с простым неулыбчивым русским лицом, на котором выделялись серые усы, он достал толстую папку с надписью «Ника Турбина» и поочередно показывал ее содержимое, комментируя его. Привожу вкратце все, что услышал: «Ника пришла в школу, как Турбина. Девочка, была тихая, скромная, не заносчивая, по-детски открытая. Так, например, когда в школе повесили стенд к 150-летию Ялты, и завуч спросила у меня, кого бы я рекомендовал поставить на дежурство возле него, стоявшая рядом Ника тут же спросила: “А можно мне?” Как ученица, письменные работы выполняла без желания, к тому же за ее спиной стояли две женщины (директор школы и классный руководитель. – А.Р.) С ее мамой было невозможно говорить, она очень сложный человек. Нике было трудно учиться, потому что у нас специализированная английская школа, и, когда она сюда пришла, у нее появилось много новых предметов». Единственный вопрос, который задал мне Корюкин: «Кто отец Ники?»

И снова предоставим слово Карповой: «Ника, когда училась в седьмом классе, как-то сказала: “Бабушка, мне понравился один мальчик на танцах, я хочу, чтобы ты на него посмотрела”. Мы пошли к танцплощадке, находившейся далеко за гостиницей “Ореанда”, и через просвет в заборе я наблюдала, как Ника подошла к маленькому, худенькому, беленькому мальчику, и они начали танцевать. И три последующие субботы я ходила с ней туда. Еще в Ялте она дружила с Борисом, он был полудебил. Дружила с ним, как с девочкой, говорила: “Я Спартак! Я сражаюсь, как Спартак!”. Два года у нее была такая идея фикс. Разве это не странно?» Судя по его виду и речи, он полностью оправдывает мнение Карповой о нем. В телефонном разговоре перед Новым, 2014 годом она мне сказала: «Недавно заходил ко мне ее друг детства Борис. Он какой-то дебиловатый. Нике нравились идиоты, дебилы.

Она их приводила домой. У нее самой был какой-то не ярко выраженный дебилизм и необычные поступки. Нормальный человек так не поступает. Ей нравилось быть нищей, общаться с нищими. Она жалела бомжей, знакомилась с ними просто на скамейках. Об одном сказала: “Он кандидат наук, потерял работу и квартиру, в этом виновато государство”. Даже после ее смерти под видом соболезнования приходили к нам бомжи, чтобы выпить».


Теперь, как и было обещано, расскажем о превращении Ники Торбиной в Нику Турбину. Карпова сказала мне, что букву в фамилии Ники Майя изменила через год-два после ее рождения. Она рассуждала: «Что значит Торбин? – от слова “торба”». Согласен, не совсем благозвучная фамилия, а разве фамилия Никаноркин звучит лучше? Кстати, Карпова сохранила свою девичью фамилию только потому, что содрогалась от длинной и некрасивой фамилии мужа. Решению этой головоломки могли помочь документы, и только они. Вначале сообщу читателям, что в свидетельстве о рождении Ники в графе «Отец» записан Георгий Алексеевич Торбин, 1935 года рождения, русский. Стало быть, героиня нашего романа со дня появления на свет Божий была Торбиной Никой Георгиевной. Кроме того, автор располагает следующими документами и материалами.


1. Почетная грамота, выданная ученице 2-А класса средней школы № 5 г. Ялты Турбиной Нике, ставшей победителем конкурса чтецов, посвященного 40-летию Победы.


2. Благодарность, вынесенная педагогическим советом средней школы № 5 г. Ялты ученице 2-А класса Турбиной Нике за хорошую успеваемость, примерное поведение и активное участие в общественной жизни школы в 1983?1984 учебном году.


3. Табель успеваемости за 1984?1985 учебный год ученицы 3-А класса средней школы № 5 г. Ялты имени А.П. Чехова Турбиной Ники.


4. Анализ крови от 16 февраля 1987 года на имя Торбиной Н.Г. (г. Москва).


5. Свидетельство о неполном среднем образовании, Ж № 244700, выданное 14 июня 1989 года на имя Торбиной Ники Георгиевны (г. Москва).


6. Табель итоговых оценок успеваемости Б № 041278, выданный 19 июня 1990 года на имя Турбиной Ники Георгиевны (г. Москва).


7. Медицинская карта амбулаторного больного, выданная 10 ноября 1996 года на имя Торбиной Ники Георгиевны (лицевая сторона заполнена рукой Ники).


8. Читательский билет № Я – 65287/622 на посещение общего читального зала Российской государственной библиотеки, выданный на имя Торбиной Н. Г. 2 ноября 1996 года (г. Москва).


Вы спросите, почему в трех первых документах Ника фигурирует как Турбина? Объяснение этому простое: Майе хотелось, чтобы дочь носила более звучную фамилию, скажем, Турбина. Именно ее и назвала Майя вначале редакции «Крымской правды», где появилась первая публикация Ники, затем Карпова – Юлиану Семенову и корреспонденту «Комсомольской правды», которые, естественно, в метрику Ники не заглядывали и под такой фамилией опубликовали первую подборку ее стихов, после чего фамилия Турбина стала известна всей стране. В школе же по этой причине не придавали значения изменению фамилии девочки, хотя, очевидно, видели ее метрику. К тому же Майя могла сказать, что Турбина – это псевдоним Ники, под которым она будет писать и впредь. Поэтому пусть в школе она тоже числится Турбиной. Так Ника из Торбиной стала Турбиной, хотя и неофициально. И не в год-два, как говорила Карпова, а с семи-восьми лет. А после выхода в свет ее первой книги «Черновик» ни у кого даже в мыслях не было, что настоящая фамилия девочки Торбина. Это подтверждает половина из приведенных выше документов.

Когда же Ника переехала в Москву, а ей тогда не было 14 лет, единственным документом, подтверждающим ее личность, было свидетельство о рождении. Поэтому в анализе крови, сделанном ей в 1987 г., и в Свидетельстве о неполном среднем образовании, выданном в 1989 г., Ника фигурирует как Торбина. Затем, по достижении 16 лет, она получает паспорт, в котором по своему желанию выбирает фамилию. Но какую – Турбина? Сергей Миров[41]41
  Миров С. Г. (род. 1958), продюсер, музыкант, автор песен, теле– и радиоведущий.


[Закрыть]
, живший с Никой в Москве в 1998 году, свидетельствует: «Я видел ее паспорт, в действительности ее фамилия была Торбина». Это подтверждают ее медицинская карта и читательский билет, выданные в ноябре 1996 года.

Алена Галич, занимавшаяся похоронами Ники, утверждает, что в паспорте она была Турбина. О том же свидетельствует гражданский муж Ники Александр Миронов[42]42
  Миронов А. А. (род. 1964), советский актер театра и кино.


[Закрыть]
: «По паспорту она была Турбина. У меня даже был ее читательский билет из библиотеки Гоголя на Тверском бульваре на фамилию Турбина, – и добавил важную деталь: – Мне кажется, она меняла паспорт, что вообще неудивительно, потому что Ника очень легко могла его потерять». Вместе с тем Александр Журавлев[43]43
  В прошлом квартирант Ники, впоследствии проректор одного из московских вузов.


[Закрыть]
однозначно подтверждает, что видел в ее паспорте фамилию Торбина – это было в конце 90-х годов.

Сказанное не противоречит тому, что табель итоговых оценок успеваемости, прилагаемый к аттестату об окончании средней школы, был выдан на имя Ники Турбиной (ей тогда еще не исполнилось 16, и у нее не было паспорта, на основании которого в этом документе стояла бы другая фамилия). Что до медицинской справки во ВГИК, где фигурирует фамилия Турбина, то там, где ее выдавали, паспорт не спрашивали. А вот то, что читательский билет был выдан 22-летней Нике на фамилию Торбина, подтверждает, что такой же фамилия была и в паспорте. Иными словами, героиня нашего повествования всю свою жизнь была Никой Торбиной.

Александр Павлов[44]44
  Павлов А.В. (род. 1968), российский поэт, прозаик, переводчик, публицист.


[Закрыть]
, с которым читатели встретятся в дальнейшем, опубликовал статью[45]45
  Павлов А. Любящая вас Анастасия Цветаева//Литературная Россия. – 2011. – 23 сен.


[Закрыть]
с неизвестным ранее письмом Анастасии Цветаевой к Нике Турбиной и, судя по его содержанию, явилось ответом на письмо Никуши. Найдено оно было в архиве Карповой, которая в апреле 2014 года сказала мне, что Ника не писала Цветаевой вообще ничего. Скорее всего, Майя с Никой написали письмо и не поставили об этом в известность Карпову. Привожу отрывок из упомянутой выше статьи.


«Весной восемьдесят пятого в Ялту, на Садовую улицу, Нике Турбиной пришло письмо – признательный поклон из Серебряного века. Оно нигде до сих пор не публиковалось. Почтовый конверт со знакомым именем и узнаваемым почерком на сложенном вдвое бумажном листке сохранился в домашнем архиве поэта.


21 марта 1985

Дорогая, милая Ника!

Как я обрадовалась Вашему письму и Вашему сборнику стихов – разве скажешь? Мы – если Бог даст мне жизни ещё – в сентябре непременно увидимся в Коктебеле! Я очень хочу Вас увидеть, и ещё пожить, чтобы Вам стало легче жить с таким необычным другом, как в 10 лет (Вы рождения 75 г.?) обрести друга 90 лет (в IX мне “стукнет” 91). Храни Бог Вас и Ваших Маму, Бабушку, Дедушку, пишите мне о чём хотите, я буду Вам отвечать. Работаю над сборником рассказов о животных – их люблю, как Вы.

Любящая Вас нежно А. Цветаева.

Р.S. О стихах напишу подробно, отдельно. Они – удивительные… И пришлю Вам свои: писала с 4–47 лет…


Они встретились в Москве – сестра великого поэта и девочка-поэт. На пороге вечности Анастасия Ивановна вслушивалась в интонацию новой поэтической России. Увы, пришедшая эпоха оказалась столь же недоброй, безжалостной к своим пророкам, провидцам…»

А вот что Майя рассказала о встрече с Анастасией Цветаевой: «Уникальный человек. Когда мы с ней встретились, Нюре было девять лет. Мой папа дружил с Анастасией Ивановной. На нашей встрече присутствовал ее сын. Цветаева сказала, что так стихи читать нельзя. Она по-другому их слышала, но высоко отнеслась к Нюрочкиной поэзии. Нюра тогда молчала и ничего не сказала. Цветаева подписала книгу Нюрочке». Под впечатлением от встречи с сестрой великого поэта Ника посвятила ей стихотворение «Зарешечено небо тропинками судеб…».

Как-то в Крыму, в Партените, я встретил своего приятеля Григория Михайловича Рикмана, который имеет непосредственное отношение к литературе и издательской деятельности. Узнав, что я пишу роман о Нике Турбиной, он вспомнил давнюю встречу с ней: «Когда-то, в 70-х годах прошлого века, в Ялте работала племянница Ивана Пырьева Тамара Егоровна Векшина, которая вела театральную студию для неблагополучных детей. Она их многому научила, и они занимали высокие места в Москве на всесоюзных конкурсах. Однажды в Ялте в театре Чехова шел спектакль “Пять вечеров” со Станиславом Любшиным в главной роли. Перед спектаклем Тамара Егоровна подвела ко мне тоненькую девочку лет 12?13 и сказала: “Это Ника Турбина, она пишет замечательные стихи” и попросила ее что-нибудь почитать. Ника тут же, без промедления, начала читать, глядя куда-то в сторону. Я неотрывно смотрел на нее, а когда она закончила, поаплодировал и сказал что-то типа “Браво, юная леди!” Но по ее виду у меня сложилось впечатление, что Ника психически нездорова».

Потом речь зашла об известном симферопольском фотографе Леониде Яблонском, чей сын Марк сделал 298 снимков Ники-ребенка и передал их Майе, а она – мне. Эти снимки нигде и никогда не публиковались. А Леонид Яблонский известен тем, что одна его фотография облетела весь мир: Ялтинская конференция, рядом сидят Сталин, Рузвельт и Черчилль.

«Написать бы мне одно стихотворение, – подумал я, – которое бы осталось навсегда так же, как эта фотография Леонида Яблонского». Пока же завершаю эту главу своими посвященными Нике строками:

 
Я давно догадкой дозреваю
И не нахожу себе угла.
Ты скорей всего, подозреваю,
Инопланетянкою была.
 
 
Прилетела к нам с другой планеты,
На которой в средней полосе
Проживают девочки-поэты,
До единой гениальны все.
 
 
Но тебе одной досталась мука —
Обласкав бессонницу-беду,
Ожидать спасительного звука.
И с его приходом, как в бреду,
 
 
Ты, лунатик маленький, вставала
И, озноб не в силах побороть,
Бабушке и маме диктовала
То, что диктовал тебе Господь.
 
 
Обретая крылья и надежду,
Ты была в прозрении таком
Между небом и землею, между
Богом и людьми проводником.
 
 
Ясновидяща и яснолика,
Словом защищалась, не терпя
Слухов, что не ты, мол, пишешь, Ника,
А другие пишут за тебя.
 
 
Но плевать на бред характеристик,
И от строк, сошедших с высоты,
Задыхался каждый твой завистник,
Как от астмы задыхалась ты.
 
Глава 4
«Я не хочу так быстро жить!»

В 2007 году на экраны вышел фильм режиссера Натальи Кадыровой[46]46
  Кадырова Н.Э. (род. 1977), режиссер-документалист.


[Закрыть]
«Три полета Ники Турбиной» – ее дипломная работа во ВГИКе, который 15 лет назад бросила героиня этой ленты. Впоследствии мы с Наташей познакомились и подружились, она прислала мне сценарий фильма и любезно разрешила использовать его в моей книге. Небольшой отрывок из него, касающийся детства Ники, предлагаю вниманию читателей.

«Разговоры с Богом растиражированы. Публикация в ”Комсомольской правде” на разворот. Практически общесоюзное признание. Потрясает несоответствие крошечной девчушки содержанию ее взрослых стихов. В стране начинается истерия по Нике.

Зинаида Невлянская (психолог детского творчества): Это было начало всех тех неприятностей, которые ожидали Нику.

Альберт Лиханов[47]47
  Лиханов А.А. (род. 1935), советский и российский писатель, общественный деятель..


[Закрыть]
(писатель): Уже тогда была некая доля сенсационности во всем этом действии.

Это было еще то время, когда поэты собирали стадионы. Стихи издавались на пластинках, люди ждали от поэтов того, чего не могли услышать по радио или прочитать в газете. Елена Камбурова исполняла песни на стихи современников и поэтов Серебряного века. С Никой она познакомилась во время концерта в Ялте.

Елена Камбурова[48]48
  Камбурова Е.А. (род. 1940), советская и российская певица и актриса.


[Закрыть]
(певица): Вот здесь сразу у меня началось раздвоение впечатлений, потому что вышло милое, совершенно ангельское красивое существо, но как только оно начало читать стихи, будто все в ней пружинки, ей не принадлежащие, этого дикого нерва двадцатого века, ее всю пронзали. Она никогда не читала просто сама по себе, она держала за руку маму. Мне всегда казалось, что она настолько перенапряжена, что боялась упасть.

Маленькую Нику ввел в круг серьезных поэтов Евгений Евтушенко. Он помог девочке, как говорили тогда, спродюсировал, как сказали бы сегодня. Ника перестала чувствовать себя ребенком, она стала поэтом.

Ж. Мельникова (домохозяйка Е. Евтушенко): ей было тогда 10 лет. И познакомилась я с Никой именно в доме Евгения Александровича Евтушенко. Было явно, что это вечер, посвященный Нике. Она сидела в компании взрослых как равная, но видно было, что Ника гвоздь программы. Два часа ночи. Она устала, просто изнемогала, но никакого там “мама, я хочу спать” нет, она, как светская молодая дама, все принимала. После завтрака попросила бумагу и пошла писать стихи. И когда я спросила: “А где Ника?”, мама очень значительно сказала: “Работает”.

Недетские рассуждения ребенка умиляли. И Ника очень быстро поняла, что именно в ней нравится взрослым, она стала стараться дать им то, чего от нее ждали.

Альберт Бурыкин: Немножко манерная девчонка и очень взрослая, которая себя держала, ставила: “Алик, вы понимаете, в жизни человека должна быть пропасть, которую он должен перейти”.

(Ника читает: «Благослови меня, строка…»)

 
Благослови меня, строка,
Благослови мечом и раной.
Я упаду,
Но тут же Встану.
Благослови меня,
Строка.
 

Елена Камбурова: Я хорошо помню, как моя подруга снимала фильм о гениальных детях, там был Кисин[49]49
  Кисин Евгений (род.1971), пианист, очень рано начавший выступления и сделавший международную карьеру.


[Закрыть]
и другие, и в общем все были детьми на экране. Если посмотреть эти кадры, Ника очень сильно отличалась от них. Начала читать стихи уже более истерично – а-ля Вознесенский, знаете.

(Ника читает: посвящение Елене Камбуровой: «Три кровавые слезы…»)

 
Три кровавые слезы,
Три тюльпана.
Молча женщина сидит.
От дурмана
Закружилась голова,
Сжалось сердце.
Три тюльпана
Получила ты в наследство…
 

Елена Камбурова: И у меня было с самого начала ощущение, что она очень хочет быть в детстве еще, а обстоятельства складываются так, что детство от нее уходит, уходит. Начинаются какие-то официальные приемы, поездки, что-то еще.

(Звучит песня: «Зачем, когда придет пора, мы гоним детство со двора…»).

 
Зачем,
Когда придет пора,
Мы гоним детство со двора?
Зачем стараемся скорей
Перешагнуть ступени дней?
Спешим расти.
И годы все
Мы пробегаем,
Как во сне…
 

Жизнь Ники неслась с веселым бесшабашным трамвайным звоном. Ее любят. Ею восхищаются. Пройдет еще несколько лет, и все пойдет совсем по-другому.

(Ника читает: «Я трамваем не поеду…»)

 
Я трамваем не поеду,
Осень рельсы заметает.
Я останусь просто дома
У раскрытого окна.
Соберу в ладони звуки,
Как туманы собирают
Утром дворники в корзины,
Поторапливая день…
 

Фильм Кадыровой, по моему мнению, лучший из вышедших на экран в этом столетии. Это не только серьезная, честная и высокопрофессиональная работа, но и своего рода кинематографический памятник Нике, так и не ставшей, к сожалению, актрисой. И вот теперь вместо нее, играющей в фильме, мы смотрим фильм о ней, заканчивающийся удивительными словами.

Когда Кадырова, узнала, что я пишу книгу о жизни Ники, она прислала мне расшифровки всех встреч, которые у нее были в процессе работы над фильмом, разрешив использовать их при написании книги. Это поистине бесценный материал, который, без натяжек, позволяет считать Наталью Кадырову моим соавтором.

Настойчиво рекомендую читателям посмотреть ее фильм, а также ознакомиться с некоторыми наблюдениями моего земляка Константина Свистуна, который, сравнивая судьбы Ники Турбиной и Курта Кобейна[50]50
  Курт Дональд Кобейн (1967–1994), известный вокалист и гитарист северо-американской альтернативной рок-группы «Nirvana», автор песен, художник.


[Закрыть]
, вполне убедительно показал их невероятное сходство во многих проявлениях, несмотря на то, что они жили в разных странах и средах, общались с разными людьми и занимались разными видами творчества. К великому сожалению, Господь отмерил 27 лет каждому из них.

Свистун доказывает также факт, что Ника была музыкальна, а еще что она пела рок и джаз. Поначалу такое утверждение кажется странным и не имеющим отношения к Турбиной. Но не спешите, уважаемые читатели, вас ждут интересные, хотя, быть может, и спорные утверждения. Перед тем, как перейти к ним, стоит привести слова из статьи Влада Васюхина о десятилетней Нике: «…она – феномен, ее творчество изучают специалисты. Она собирает залы, где читает свои стихи на манер Вознесенского, срываясь с крика на шепот, отбивая ладошкой ритм. Забавно! А отвечая на записки, сообщает о желании стать актрисой».

Описанное выше послужило основанием для Константина Свистуна прийти к следующим трем выводам, которые привожу с его позволения.

«1. Исполнение песен “срываясь с крика на шепот” – это способ Курта Кобейна. Все, кто слушали музыку группы “Nirvana”, поймут или вспомнят: подобная схема: “тихий куплет” – “громкий припев” (с вариациями) была заимствована Куртом от группы “Pixies”; он пользовался этим методом во время записи первого (“Bleach”) и второго (“Nevermind”) альбомов.

2. Блюзовая сущность.

“…отбивая ладошкой ритм. Забавно!..”

А знаете ли вы, что в блюзе это нормальное явление? Не в том блюзе, который играют белые халтурщики, а в старом добром традиционном черном блюзе, возникшем еще в конце XIX – начале XX века? Знаете ли вы, что блюз можно петь совершенно без аккомпанирующих инструментов? Черные блюзмены начала XX века могли просто петь под какой-то ритм – или притоптывая ногой, или “отбивая ладошкой ритм”. В самом деле, забавно, не так ли?

Хорошее владение ритмом – вот что главное в традиционном блюзе, даже вокальные способности не очень-то нужны… Гитара – больше для ритма, при талантливом исполнении она не нужна.

Не верите? Тогда включите прямо сейчас песенку в исполнении блюзмена с именем Сон Хауз (Son House) – “John the revelator” или “Grinnin’ in your face” и поймете, что музыкальный стиль Никуши Турбиной – русское акапельное блюзовое пение. Как варианты: русское блюзовое пение без инструментального сопровождения; русский акапельный блюз.

И вновь сомнения: откуда здесь взяться блюзу?

Потому что “блюз” в переводе с английского – это грусть, печаль, тоска, “когда хорошему человеку плохо”. А песни в исполнении Н. Турбиной (прочитанные ею стихи) наводят дикую тоску. Если неподготовленный человек послушает Никушин “Черновик” (пластинку) от начала и до конца, то от его “хорошего, лучшего на свете” настроения никакого следа не останется; даже в депрессию может впасть. Признаюсь, это говорит мой личный опыт.

Еще одно доказательство: все-таки блюз Никуши не просто инструментальный. Из ее биографии нам известно, что она начинала сочинять стихи, ударяя руками по клавишам рояля, – этот инструмент (пианино, рояль) является самым популярным у блюзменов, вернее, пиано-блюз – это самый оригинальный жанр блюза, потому что пианино позволяет “извлечь”, в смысле воспроизвести, куда больший диапазон звуков, чем гитара.

Таким образом, любое тоскливое, грустное, печальное пение – это блюз. Хоть с гитарой или с пианино, хоть без них, – все, что обдает слушателя холодной волной грусти, печали, жизненных страданий, которыми так наполнены песни Никуши, – все это блюз.

3. Следующее доказательство, почему Никуша пела блюз, состоит в том, что на её стихи можно положить фортепианную музыку. И такие попытки были вполне успешными. Достаточно вспомнить композиторов Владимира Дашкевича и Петра Старчика[51]51
  Старчик П.П. (род. 1938), российский бард, композитор и общественный деятель.


[Закрыть]
, написавших музыку на многие стихи Ники».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15