Александр Пискунов.

В глуши таёжной (сборник)



скачать книгу бесплатно

По волчьей тропе

Холодным ноябрьским днём, при подходе к своему зимовью, обнаружил я волчью тропу, идущую из глубины лесного массива в сторону вырубки, что на южной границе заповедника. Было видно, что по тропе прошло много зверей. Тропа прошла в десяти метрах от зимовья и снова углубилась в лес. Сняв тяжёлый рюкзак, я с ружьём в руках пошёл следом за волками по их тропе, чтобы узнать цель их визита в мой обход.

Ближе к опушке волки рассредоточились и веером разбежались в разные стороны. Начался поиск часто отдыхавших здесь лосей. Вскоре им удалось обнаружить находившихся на лёжке лосиху с лосёнком-сеголетком и стая начала гон. Спасаясь от волков, лоси выбежали на обширную вырубку. Идя по следу стаи, обнаружил я на снегу клочья лосиной шерсти и брызги крови. Продолжая тропление, наткнулся я на труп убитого волками лосёнка.

Снег вокруг него был утрамбован волчьими лапами и окрашен кровью, в стороне, метрах в пятидесяти от места происшествия, стояла лосиха, которая внимательно смотрела в мою сторону. Наверное, мать лосёнка была свидетелем жуткой расправы над её отпрыском. В тот момент всего в десяти метрах от меня из зарослей травы выскочил волк и стал стремительно убегать. В момент, когда хищник перепрыгнул через толстую валежину, я выстрелил по нему мелкой дробью. Схватив себя зубами за зад, волк опрометью побежал дальше. При втором выстреле мне пришлось сделать промах, так как мешали высокие и густые куртины вейника. В этот момент я увидел, как из зарослей травы выскакивали волки и стремительно удирали.

Мне особенно запомнился очень крупный волк, который показался мне огромным. Видимо, это и был вожак стаи. Всего в стае было около семи зверей. Выстрелы заставили убежать и лосиху. Осмотрев след раненого мною волка, я убедился, что мелкая дробь не смогла причинить ему большого вреда. Убегал он также резво, как и другие хищники, хотя на снегу, где он пробегал, виднелись капельки крови.

Следуя по гонной тропе, я не мог предположить, что смогу увидеть волков, так как хорошо знал их осторожность, а потому ружьё зарядил мелкой дробью. Осмотрев лосёнка, я пришёл к выводу, что волки в первую очередь разорвали ему живот и стали пожирать его внутренности! На бедре и в области горла зияли огромные раны. Утолив голод, волки тут устроили лёжку.

Перевернув лосёнка на другой бок, я убедился, что здесь следов волчьих зубов почти нет. Зная, что волки к своему трофею уже не вернутся, я достал нож и нарезал более двадцати кг чистого мяса, которое тогда было в большом дефиците. Занятый этой работой, я услышал, как в стороне прозвучал короткий, но басовитый вой. Матёрый объявил сбор стаи. Лосиное мясо для лучшей сохранности от мышей я поместил в закрытый металлический бачок и пользовался им зимой. Волки так и не подходили к своей добыче.

Утром я вновь обнаружил свежие следы этой стаи, на той самой тропе, по которой они прошли около зимовья. Остатки лосёнка достались вездесущим воронам, которые уже вечером в большом количестве кормились на волчьем трофее.

Из всей этой истории меня больше всего поразило то, что волки допустили такую неосторожность, подпустив меня к себе вплотную, хотя в будущем я ещё встречусь с таким поведением волков.

Интерес представляет и тот факт, что, потеряв лосёнка, лосиха вернулась к месту гибели своего сына и, подвергая себя опасности, видимо ещё ждала, что детёныш вернётся. Впрочем, имея достаточно пищи, волки не обращали на неё никакого внимания.

На волчьем концерте

Тёплым августовским вечером совместно с сотрудником заповедника А. Галкиным пошли мы в охранную зону заповедника, чтобы послушать волков, которые в эту пору нередко нарушали тишину своим воем. И вот мы на примыкающей к заповеднику огромной зарастающей вырубке, где не раз слышали вой волчьей стаи. Заняв удобные для наблюдения места, приблизительно в сотне метров друг от друга, мы стали ждать.

Повсюду чувствовалось приближение осени. Уже пожухли покрывающие вырубку заросли вейников и кипрея, а в кронах берёз появились первые жёлтые пряди осени. В лучах заходящего солнца призывно светились кроваво-красные ягоды шиповника.

Тишину вечера нарушил громкий треск ломаемых веток. Это в сотне метров от меня подошедший медведь стал ломать толстые ветки черёмухи, чтобы добраться до её ягод. Присутствие медведя не входило в репертуар волчьего концерта, и я почувствовал опасение, что косолапый может испортить нам этот вечер. Самого медведя мне не было видно, хотя на фоне черёмухового куста несколько раз мелькнула голова и лапа. Зато хорошо было видно, как трясутся ветви куста, когда медведь наклонял и ломал их.

В это самое время раздался протяжный вой, который эхом отразился от дальнейшей стены леса. Это при помощи стекла для керосиновой лампы провабил Анатолий, подражая волчьему вою.

После этого медведь бесследно исчез, а через несколько минут послышался ответный вой из дальнего угла вырубки. Это отвечала волчица. Следующий звук, похожий на вой волка, издал я. И снова мы услышали ответный вой волчицы. Волчица шла на сближение. Солнце зашло за горизонт, и долину Сакалья, откуда подавала сигнал волчица, закрыл туман. Убедившись, что мы не спешим к ней на встречу, волчица снова пошла на сближение. К сожалению, стало темнеть и визуального контакта с этим хищником ждать не приходилось.

Вскоре за моей спиной, где вдоль опушки леса идет тропа, послышался топот прибежавших сюда волчат. А через несколько минут тишину нарушили переливные голоса волчьего выводка. «Чтобы побывать на таком концерте в Канаде, например, туристы платят большие деньги, а тут бесплатно можно слушать сколько угодно», – подумал я. Когда же недалеко начинали выть одновременно несколько молодых волков, я чувствовал, как по моей спине пробегает холодок.

Вой волка непроизвольно вызывает у человека неприятное чувство. Не трудно представить, как воспринимали этот вой наши далёкие предки. В моих руках было заряженное ружьё, но волков мне не было видно, а стрелять на звуки и шорохи я не стал. Желая подманить волков к себе, Анатолий сделал попытку провабить, но голос его сорвался и вместо заунывного воя, раздалось мажорное хрюканье. Находившаяся поблизости от Анатолия волчица, испуганно скуля, бросилась бежать. Я хорошо слышал её скуление и шорох сухой травы в двух-трёх десятках метров от меня. Удрала и волчья молодёжь.

В наступившей тишине было слышно, как далеко около Шайтанской дороги басовито завывал матёрый. Так в тот вечер закончился волчий концерт в охранной зоне Висимского заповедника.

Волчья идиллия

Солнечным мартовским утром шёл я на лыжах через юго-восточный сектор охранной зоны заповедника. Вот уже несколько дней стояла ясная, но морозная погода, способствовавшая образованию на поверхности снега крепкого наста, который покрыл небольшой слой свежевыпавшего снега. Это позволяло двигаться легко и бесшумно.

Внимание привлекли гортанные крики воронов, которые кружили в стороне над деревьями. Эти чёрные вестники смерти ведут себя так тогда, когда обнаружат чей-то труп. Сменив направление движения, я торопливо пошёл к месту скопления этих птиц.

Преодолев большую лесную поляну, я приблизился к куртинке ёлочек, за которой виднелась ещё одна, меньшего размера поляна. В этот момент, слева от меня в воздух с криками поднялось около двух десятков этих чёрных птиц. Взглянув в ту сторону, я увидел, что на снегу темнело ещё что-то, что принял за убитого волками лосёнка, которого я и решил осмотреть. К моему огромному удивлению, я понял, что вижу не лосёнка, а лежащего на снегу волка.

Волк лежал ко мне задом, лениво грызя лосиную лопатку. Он был всего в десяти-пятнадцати метрах от меня, и я мысленно проклинал себя за то, что не взял с собой ружьё. В течение нескольких минут я внимательно рассматривал лежащего передо мною хищника. Но вот волк вскочил и, повернувшись, уставился в мою сторону. В течение нескольких секунд мы смотрели в глаза друг другу. Я видел, как поднимается шерсть на загривке зверя. Мгновение и волк распластался в быстром размашистом беге. Он был прекрасен. И эта картина с бегущим по снегу зверем навсегда останется в моей памяти.

Осмотрев место вокруг погибшего лося, убедился, что стая состояла из трёх взрослых волков. К моему приходу один из волков отдыхал на придавленной снегом копне сена, с видом на крутой склон горы Малиновая. Видимо, он первым обнаружил моё приближение и, оставив на лёжке увесистый кусок мяса, незаметно удрал. Ещё один волк отдыхал под ёлочкой, поблизости от их трофея. По всей видимости, в его обязанности входила охрана мяса от назойливых птиц. Увидев меня ещё на подходе, он тоже сбежал, что позволило воронам тут же спуститься к мясу.

Благодаря крепкому насту, способному хорошо удерживать волков, добыть лося, который проваливался в глубоком снегу, большой трудности волкам не представлялось. Добыв лося, они в течение нескольких дней предавались безмятежному отдыху, пока моё появление не прервало этой идиллии.

Интерес представляет тот факт, что этот очень осторожный и чуткий зверь позволил мне приблизиться к нему на такое близкое расстояние. Конечно, этому способствовали постоянные крики воронов. Ещё находясь на месте события, услышал я в той стороне, куда убежал допустивший оплошку волк, короткий призывной вой. Это вожак стаи подал сигнал сбора.

После моего ухода волки вернулись к своему трофею. Проходя здесь через несколько дней, я не обнаружил ни воронов, ни волков. А там, где валялась туша лося, на припорошенной поверхности темнело немного клочьев лосиной шерсти.

На волчьей охоте

Собственно, это даже и охотой назвать нельзя, так как встреча с волками, где я применил оружие, носила чисто случайный характер. Сотрудники заповедника не раз устраивали облавные охоты на волков, но я всегда уклонялся от этого по самым разным предлогам. В этот же раз я шёл из г. В. Тагил в своё зимовье, расположенное в квартале 84 заповедника.

Это было дождливым октябрьским вечером. Приблизительно всего в тридцати минутах ходьбы до зимовья я решил отдохнуть под густой кроной ели у примыкающей к лесному массиву вырубки. Далее мне предстояло следовать по тропе, поросшей высокой и мокрой травой. Поэтому я собрал все находившиеся в карманах ружейные патроны и, сложив их в пластиковый пакет, спрятал в рюкзак. До наступления темноты оставалось около часа. Отдохнув, я, от нечего делать, сложив рупором ладони, издал протяжный, похожий на волчий, вой.

Когда я собрался уже уходить, недалеко от меня раздался громкий крик кедровки. Кедровка, как и сорока, увидев в лесу крупного хищника или человека, стремится своими криками сообщить об этом другим. Крик повторился, и я решил повременить с уходом. Не прошло и пяти минут, как в той стороне, где кричала кедровка, я заметил голову неторопливо шедшего в мою сторону волка. Опустив голову, зверь внимательно изучал запахи тропы, видимо в поисках следов того, кто издал здесь призывный вой. Следом за вожаком из травы виднелись спины ещё двух или трёх хищников. Азарт охотника заставил меня испытать сильное волнение, ведь я был уверен, что охота будет удачной.

Я обратил внимание, что на фоне жухлой травы волки были малозаметны. Цвет их шерсти удивительно был похож на цвет пожелтевшей травы. Когда шедший впереди волк приблизился на 25-30 метров, я вскинул ружьё и произвёл выстрел. Хватая зубами поражённый картечью бок и свирепо рыча, зверь стал быстро кружиться. По этой причине я допустил промах из другого ствола. Вместо того, чтобы перезарядить ружьё, я выскочил из укрытия и вплотную подбежал к раненому волку, торопливо ища в карманах патроны.

Поняв, что патроны находятся в оставленном в укрытии рюкзаке, я решил добить зверя прикладом ружья. Зверь уклонился от удара и метнулся в кусты, где продолжал скулить и рычать. Быстро вернувшись к укрытию и достав патроны, снова побежал туда, где оставил волка. Однако, теперь всё было тихо. Решив, что волк мог погибнуть, я начал поиски. Вскоре стемнело, и пошёл дождь. Это заставило меня спешить к зимовью. Я ругал себя за допущенные промахи, но надеялся, что утром я смогу разыскать свой трофей.

Однако, и утром поиски оказались безрезультатными. Я решил, что волк либо погиб от ран, либо оправился и будет продолжать жить, на что я надеялся больше. И всё же волк этот погиб. Как я узнал, его заметил охотник, проезжавший на автомобиле по дороге недалеко от этого места. Волк был сильно ослаблен и не в состоянии убежать. Так закончилась неудачей моя охота на волка, где я, как охотник, показал себя не с лучшей своей стороны.

У волчьего логова

Ещё в начале июня, находясь на вырубке, примыкающей к заповеднику с юга, поблизости от Сакальи, обнаружил я в траве хорошо заметную волчью тропу. Здесь тропа упиралась в небольшой, впадающий в Сакалью ручей, на берегу которого имелось много волчьих следов. Значит, волки часто приходили сюда на водопой. Чтобы узнать, откуда они ходили, я решил проверить тропу в обратную сторону. Не прошёл я полсотни метров, как тропа привела меня к складу брёвен, «забытому» лесорубами, под которыми ясно просматривался лаз, ведущий под нагромождение подгнившей древесины.

Внимание привлекла находящаяся перед лазом площадка диаметром около четырёх метров, основательно утоптанная волчьими лапами, на которой не росла даже трава. Видимо здесь, в отсутствие родителей, играли волчата. Осмотреть скрытое под толстым слоем брёвен логово не было никакой возможности, так как для этого пришлось бы разбросать тяжёлые брёвна. Недалеко от логова я обнаружил множество волчьих экскрементов, содержащих волосы лосей, но каких-либо костных остатков здесь не имелось.

Довольный тем, что мне удалось разыскать волчье логово, я ушёл. Через несколько дней я вновь пришёл к логову, в надежде увидеть волков. Однако, здесь даже не оказалось свежих следов этих хищников. Видимо волки, зная о том, что их логово обнаружено, увели отсюда своих, уже подросших, волчат в другое место.

Через пару недель после этого я шёл по Шайтанской дороге, приблизительно в 1,5 км от волчьего логова. Транспорт по этой дороге уже не ходил, так как во время весеннего паводка она во многих местах оказалась размытой талыми водами. При подходе к ручью Берёзовый, также впадающем в Сакалью, обратил внимание на обилие здесь волчьих следов и экскрементов.

Достигнув ручья, пересекающего дорогу, я удобно устроился на лежащем на обочине дороги бревне и стал отдыхать. Меня со всех сторон укрывала высокая трава, а стоявшие рядом деревья создавали хорошую тень. Вскоре послышалось какое-то шлёпанье. Кто-то большой приближался в мою сторону по ручью, громко шлёпая лапами по воде. Меня беспокоила возможность появления медведицы с медвежонком, следы которых я там видел.

Приподняв над травой голову, я к большему удивлению увидел рядом с собой трёх волчат, лежащих на проезжей части дороги. Их шерсть была мокрой. Один из щенков поднялся и пытался схватить зубами кружившего над ним овода. Через несколько минут волчата поднялись и медленно пошли по дороге. Это были волки-подростки: большеголовые и длинноногие, как мне показалось, с непомерно длинными ушами и тонкими хвостами, что придавало им потешный вид. Метрах в сорока от меня волчата снова легли на дорогу. Выждав, я встал и начал рассматривать их через окуляры бинокля. Увидев меня, волчата поднялись на ноги и дружно уставились на меня мордами. Кончики их поднятых ушей ещё свисали. Я медленно направился в их сторону, но волчата продолжали стоять. Было видно, что, впервые увидев человека, они не испытывают к нему никакого страха. В их поведении сложно было видеть только любопытство. Не прошёл я и десяти метров, как слева от дороги послышался грозный рык, после которого волчат с дороги словно сдуло ветром.

В августе, в той стороне, где произошла эта встреча, я нередко с наступлением темноты слышал их «песни». Однажды, когда на землю лёг первый снежный покров, эта троица, потерявшись или отстав от родителей, обнаружив тропу, прибежала ночью прямо к зимовью в квартале 84 заповедника, в котором в это время сладко спал один из научных сотрудников. Подбежав к зимовью и увидев незнакомое сооружение, волки растерялись и дружно завыли. Услышав под окнами душераздирающий волчий вой, испуганный сотрудник схватил палку и стал бить ею по ведру, чем, в свою очередь, напугал волков. Поведение волков нетрудно было узнать по оставленным ими следам на свежей пороше.

Встреча в ночи

Однажды, солнечным майским утром проходя по дороге, идущей по склону Макаровой горы, вспоминал я того человека, именем которой названа эта гора. Лет сорок назад на вершине этой не очень высокой горы находилась база Косулинского леспромхоза, при которой Макар работал сторожем. Израсходовав все ресурсы ближайших лесов, леспромхоз перебрался в другой район. Макар остался без работы, но полюбившегося места не оставил. Жил в оставленной ему, в качестве наследства от лесхоза, избушке. Бил кедровую шишку, собирал ягоды малины и грибы, реализуя добычу в Верхнем Тагиле. Потом стал пасти здесь телят, которых приводили к нему тагильчане. После откорма хозяева забирали своих бычков и тёлочек, а Макар получал вознаграждение.

Так и жил этот отбившийся от общества человек. К старости Макар перебрался к родственникам в город, где вскоре умер. Я хорошо знал этого угрюмого, но тихого человека. В истории географии немало названий гор, рек и озер, получивших названия по имени простых людей.

В день, когда я проходил по этой дороге, обильно цвела черёмуха, наполняя воздух ароматом своих цветов. Чётко отбивал рулады певчий дрозд, приглашая обитателей леса «пить чай», звонко свистели зяблики. Но вот на дорогу выскочил заяц и быстро заковылял в мою сторону. Я замер, боясь пошевелиться. Когда заяц приблизился на расстояние нескольких метров, то остановился и, поднявшись на задние лапки, стал внимательно меня рассматривать. Он потешно шевелил ушами, но никак не мог понять, что это за чучело перед ним стоит на дороге. Я пошевелился, и заяц стрелой метнулся в кусты.

Не успел я пошевелиться, как на дорогу, в том самом месте, где появился заяц, выскочил волк. Сначала он хотел было бежать по заячьему следу, но, заметив меня, спрятался за кустиком, откуда стал наблюдать за мною. Я не шевелился, рассматривая зверя в бинокль. Это был крупный волк, на тёмной шкуре которого висели более светлые лохмотья зимней шерсти. Это придавало зверю не очень опрятный вид. Волк тоже не мог понять, что это там появилось на дороге. Он вышел из-за куста и стал внимательно смотреть в мою сторону. В этот момент я резко поднял руку, и волк исчез.

Было нетрудно понять, что матёрый рыскал по своим угодьям, чтобы добыть корм для волчат. Позже мне представился случай познакомиться и с его потомством.

Это было уже в конце августа. Когда я шёл по этой дороге, то из-за её поворота навстречу мне выбежала пара волчат. Испугавшись, они заскулили и бросились в кусты. Оказалось, что волчата прибегали утолить жажду на одной из луж, где остались их следы и помутнение воды.

Следующая встреча с семьёй этого матёрого произошла у меня уже поздней осенью. Обстоятельства заставили меня следовать этой дорогой тёмной ночью. Ночь была очень тихой, и ничто не предвещало ничего необычного. Но тут я услышал в стороне от дороги громкий треск ветвей и топот копыт бегущего лося. Период гона лосей ещё не закончился, и я подумал, что лось ломится в моём направлении, услышав шорох моих шагов. Я замер, пытаясь не издавать никаких звуков. Я видел, как недалеко от меня мелькнула через дорогу тёмная туша зверя. И почти тут же следом за ним через дорогу серыми тенями замелькали фигуры преследовавших лося волков. Хрипло рыча и взвизгивая, волчья стая шла по следу спасавшегося от неё лося. Выждав, когда звуки преследования стихли, я продолжил свой путь.

Надо сказать, что эта встреча в ночи вызывала у меня неприятное чувство опасности, ведь я не имел при себе никакого оружия. Конечно, даже разъяренная преследованием, стая не могла напасть на меня. За время работы в заповеднике было много других визуальных контактов с волками, но все они были менее впечатлительны, чем те, которые я описал.

На волчьей свадьбе

Февральским солнечным днём, находясь на территории Висимского заповедника, обнаружил я свежую волчью тропу, проложенную стаей волков в моём обходе. А так как февраль – это пора волчьих свадеб, то у меня не было сомнения в том, что тропу проложила свадебная процессия. Гон – особый период в жизни животных, когда их поведение резко меняется. Мне приходилось наблюдать «мордобой» на заячьих свадьбах, видеть брачные турниры тетеревов, слушать «шёпот» любви глухарей, быть свидетелем лосиных потасовок, но я никогда не был на волчьих свадьбах. Поэтому, забыв обо всех своих делах, я незамедлительно пошёл по волчьей тропе, хотя у меня не было при себе никакого оружия.

Тропление животных по их следам даёт натуралисту возможность лучше понять поведение животного. Вот и теперь, двигаясь по волчьей тропе, я внимательно рассматриваю следы зверей, оставленные на снегу совсем недавно. Судя по ним, стая состояла из двух матёрых волков и волчицы, двух переярков и трёх прибылых, как называют охотники молодых волков, которым ещё нет и года. Переярки же – это волки, которым более года, но ещё не достигшие половой зрелости. Семь волков – это уже довольно крупная стая.

Стаи с большим числом волков – большая редкость. Поэтому разговоры о волчьих стаях, в которых насчитывались десятки волков, это не более, чем байки. Волки живут семьями, а поэтому они очень ревниво относятся к появлению в их охотничьих угодьях чужаков. К тому же, в период гона вожак стаи никого не подпускает к волчице, даже своих повзрослевших детей.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19