Александр Некрич.

Наказанные народы



скачать книгу бесплатно

Если вам повезет и вы все же получите доступ к архивным материалам, вы останетесь в неизвестности, все ли материалы вам показали. Девушка в архиве лучше вас знает, какие документы вам нужны для вашего исследования. Она вам их принесет сама, и, пожалуйста, не надо просить у нее описи документов. До чего просто и удобно!

Вы хотите знать, чья подпись стоит под документом? А зачем это вам? А вдруг это?.. А вдруг, чего доброго, это?..

И имейте, пожалуйста, в виду еще и следующее: были, конечно, у нас в прошлом отдельные неполадки, отдельные негативные факты и даже акты беззакония. Но, право, зачем же обобщать?

Очень интересными представляются мне рукописи диссертаций, защищенных историками, работающими на Кавказе и в Калмыкии. С диссертациями можно ознакомиться во Всесоюзной публичной библиотеке им. В. И. Ленина в Москве, в диссертационном зале. Многие из этих диссертаций были написаны и защищены в 60-х годах, когда под благотворным влиянием творческого духа в науке, пробудившегося после XX и XXII съездов КПСС и Всесоюзного совещания историков 1962 г., началось быстрое возрождение советской исторической науки, особенно в области истории СССР советского периода и новейшей истории Запада и Востока.

…Здесь я сначала написал: «Недолгий „золотой век“ советской исторической науки! И все же он оставил столь глубокий след, что его влияние ощущается и поныне».

Нет, увы, это не так. «Золотой век» не состоялся. Лишь едва-едва занялась заря возрождения, занялась, да вскоре померкла. И все же в конце 50-х и в начале 60-х годов историческая наука начала сбрасывать с себя путы, которые связывали ее в течение по крайней мере тридцати лет.

Тогда широко распахнулись двери архивов, особенно местных. Под влиянием и свежим впечатлением от недавно происшедшей реабилитации народов Кавказа и Калмыкии историки и партийные работники этих автономных республик попытались воссоздать картину участия депортированных народов в борьбе против гитлеровского фашизма во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. и рассказать, хотя бы частично, о тех испытаниях, которые пришлось перенести их соотечественникам в жестокую пору депортации. Эти диссертации писались людьми, многие из которых были секретарями обкомов КПСС или занимали местные государственные посты, т. е. лицами, кровно связанными с коммунистической партией. Они принадлежали к привилегированной части нашего общества. У себя на родине они пользовались свободным доступом к архивам, а также и к архивам среднеазиатских республик и Казахстана, где в течение почти полутора десятка лет жили на поселении кавказцы и калмыки. Судя по диссертациям, в местных партийных архивах отложились документы не только местного, но более широкого значения, среди них инструкции о режиме для спецпереселенцев, материалы об их трудоустройстве, размещении, бытовых условиях, образовании и пр. Впервые упомянул о режиме спецпереселений, по-видимому, А. Х. Дудаев[6]6
  Московский ордена Ленина и ордена Трудового Красного знамени Государственный университет им.

М. В. Ломоносова. Юридический факультет. Дудаев А. Х. Возникновение и основные этапы становления чечено-ингушской национальной советской государственности. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. М., 1964. Рукопись. Библиотека им. В. И. Ленина (Москва). Регистр. № Дк 64–12 /125.


[Закрыть]. Наибольшее же значение приобрела диссертация Х. И. Хутуева, защищенная годом позже[7]7
  Ростовский Государственный университет. Аспирант Х. И. Хутуев. Балкарский народ в годы Великой Отечественной войны и послевоенный период (восстановление автономии балкарского народа). Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Ростов-на-Дону, 1965. Рукопись. Библиотека им. В. И. Ленина. Регистр. № Дк 67-7 /513.


[Закрыть]
. Из этой диссертации черпали материалы все, кто занимался этой проблемой, включая Р. И. Музафарова и автора настоящей работы. А. Х. Дудаева и Х. И. Хутуева можно по праву назвать «первопроходцами». Х. И. Хутуев, известный историк и филолог из Кабардино-Балкарии, был секретарем обкома КПСС и заместителем председателя Совета министров Кабардино-Балкарской АССР.

Х. И. Хутуев использовал материалы партийных, государственных и ведомственных архивов Кабардино-Балкарской АССР, Казахстана, Киргизии, Министерства обороны СССР. Он собрал также ряд воспоминаний участников событий. Диссертация Х. И. Хутуева, несмотря на ее исключительную ценность, так и не была опубликована. Но ее основные положения появились в автореферате диссертации[8]8
  Хутуев Х. И. Балкарский народ в годы Великой Отечественной войны и послевоенный период. Автореферат. Ростов-на-Дону, 1965.


[Закрыть]
.

Обстоятельные материалы по истории калмыков и Калмыцкой АССР содержатся в диссертации Д.-Ц. Д. Номинханова[9]9
  Академия Общественных наук при ЦК КПСС. Кафедра истории советского общества.
  Номинханов Д.-Ц. Д. Культурное строительство в советской Калмыкии (1917–1967 гг.). Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. М., 1967. Рукопись. Библиотека им. В. И. Ленина (Москва). Регистр № Дк 65-7 /498.


[Закрыть]
. Среди источников, использованных Номинхановым, документы Центрального партийного архива ИМИ при ЦК КПСС. Частично материалы диссертации Номинханова были опубликованы в ряде его работ[10]10
  Номинханов Д.-Ц. Д. В единой семье. Элиста, 1967. Его же – Очерки по истории культуры калмыцкого народа. Элиста,1969.


[Закрыть]
.

Обращает на себя внимание диссертация С. Н. Джугурьянца[11]11
  Дагестанский государственный университет им. В. И. Ленина. Кафедра истории КПСС. Джугурьянц С. Н. Деятельность Чечено-Ингушской партийной организации по осуществлению ленинской национальной политики на основе решений XX и XXII съездов КПСС (1956–1965). Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Махачкала, 1966. Рукопись. Библиотека им. В. И. Ленина (Москва). Регистр. № Дк 66-7 /636.


[Закрыть]
. Он разыскал интереснейшие документы в архиве Чечено-Ингушского обкома КПСС. В сокращенном варианте работа С. Н. Джугурьянца увидела свет за год до защиты им диссертации[12]12
  Джугурьянц С. Н. Осуществление ленинской национальной политики в Чечено-Ингушетии на основе решений XX съезда КПСС. Грозный, 1965 г.


[Закрыть]
.

Истории Карачая и Черкесии в период Великой Отечественной войны посвятил свою диссертацию Ч. С. Кулаев[13]13
  Воронежский государственный университет им. Ленинского комсомола. Кулаев Ч. С. Партийные организации Карачая и Черкесии в период Великой Отечественной войны Советского Союза (1941–1945 гг.). Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Воронеж, 1968. Рукопись. Библиотека им. В. И. Ленина (Москва). Регистр. № Дк 68-7 /328.


[Закрыть]
. Он довольно основательно использовал материалы по спецпереселению, содержащиеся в работе Х. И. Хутуева. Кулаев ссылается также на местные, карачаевские архивы, архивы среднеазиатских республик и Казахстана и на архивы Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС в Москве. К сожалению, Ч. С. Кулаев обходит вопрос о сотрудничестве части карачаевского населения с оккупантами. Расширяет круг наших знаний о Карачае, особенно в период восстановления автономии, диссертация М. М. Бекижева[14]14
  Пятигорский государственный педагогический институт иностранных языков. Кафедра истории КПСС. Бекижев М. М. Партийное руководство культурным строительством в Карачаево-Черкесии (1920–1967 гг.). Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Пятигорск, 1969. Рукопись. Библиотека им. В. И. Ленина (Москва). Регистр. № Дк70-7 /266.


[Закрыть]
.

Перед Х. И. Хутуевым, как и перед другими историками из восстановленных автономных республик и областей, стояла практическая задача опровержения измышлений о поголовном сотрудничестве их народов с гитлеровскими оккупантами и раскрытия на фактах участия их в общей борьбе против гитлеровской Германии.

Долгое время спустя после возвращения наказанных народов домой в печати продолжали появляться то измышления, то односторонне освещалось их поведение во время войны. Один из диссертантов, калмыцкий историк M. Л. Кичиков[15]15
  Ленинградский ордена Ленина и ордена Трудового Красного Знамени государственный университет им. A. A. Жданова. Кичиков М. Л. Советская Калмыкия в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг. Специальность № 07571. История СССР. Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук. Ленинград, 1972. Рукопись. Библиотека им. В. И. Ленина (Москва). Регистр. № Дк 74-7 /111.


[Закрыть]
, пишет, что толчком к организации работы по изучению истории Калмыкии в годы 1941–1945 послужила опубликованная в 1963 г. в газете «Советская Калмыкия» статья некоего А. Сербина «Двадцать лет назад. Следы ведут на Запад». В этой статье, по словам M. Л. Кичикова, содержалась «односторонняя подача негативных фактов»; статья «встревожила калмыцкое население республики, пострадавшее из-за отщепенцев во времена культа личности». Против статьи посыпались протесты ветеранов войны. В результате Научно-исследовательскому институту при Совете министров Калмыцкой АССР было поручено подготовить сборник документов, освещающий события войны в Калмыкии (об этом сборнике ниже). Справедливость требует отметить, что не все историки обходят проблему оккупации и связанного с ней сотрудничества с врагом. Кичиков, например, занимался выяснением обстоятельств, приведших к оккупации части территории Калмыцкой АССР немецко-фашистскими армиями, он опубликовал материалы о борьбе с оккупантами основной части населения республики. Под руководством М. Л. Кичикова был подготовлен и издан очень важный сборник документов[16]16
  Калмыкия в Великой Отечественной войне, 1941–1945 гг. Документы и материалы. Элиста, 1966.


[Закрыть]
. Собраны и опубликованы воспоминания участников вооруженной борьбы с гитлеровцами[17]17
  «В боях за Дон». Воспоминания воинов 110 Отдельной Калмыцкой кавалерийской дивизии. Составитель и научный редактор М. Л. Кичиков. Элиста, 1969; «В боях за Северный Кавказ». Воспоминания воинов 110-й Отдельной Калмыцкой кавалерийской дивизии. Составитель и научный редактор М. Л. Кичиков. Элиста, 1973.


[Закрыть]
. В 1972 г. М. Л. Кичиков защитил в Ленинградском университете свою докторскую диссертацию[18]18
  Ленинградский ордена Ленина и ордена Трудового Красного Знамени государственный университет им. A. A. Жданова. Кичиков М. Л. Советская Калмыкия в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов. Специальность № 07571. История СССР. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Ленинград.


[Закрыть]
. Среди материалов его диссертации особенно важны документы Калмыцкого обкома ВКП (б) периода 1941–1943 гг. Эти документы, несмотря на их явную избирательность, дают достаточно ясное представление о положении в Калмыкии и проливают свет на события, непосредственно предшествовавшие выселению калмыков. Большая часть этих документов не попала в книгу М. Л. Кичикова, изданную в Элисте[19]19
  Кичиков М. Л. Во имя победы над фашизмом. Очерки истории Калмыцкой АССР в годы Великой Отечественной войны. Элиста, 1970.


[Закрыть]
.

К. Л. Коркмасова в своей очень интересной докторской диссертации поместила всю проблему насильственного выселения народов Кавказа в сноску[20]20
  Ростовский государственный университет. Кафедра государственного и международного права. Коркмасова К. Д. Национальная государственность в СССР (основные государственно-правовые проблемы). Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Ростов-на-Дону, 1971. Рукопись. Библиотека им. В. И. Ленина (Москва). Регистр. № 73–12 /36.


[Закрыть]
.

Кое-какие сведения о событиях 1942–43 гг. и более позднего времени по истории народов Северного Кавказа и Калмыкии можно почерпнуть в ряде обобщающих работ[21]21
  Очерки истории Калмыцкой АССР. Эпоха социализма. М., 1970; Очерки истории Чечено-Ингушской АССР, 1917–1970 годы. Т. II. Грозный, 1972; История Кабардино-Балкарской АССР с Великой Октябрьской социалистической революции до наших дней. Т. 2. М., 1967; Очерки истории Кабардино-Балкарской организации КПСС. Нальчик, 1971; Очерки истории Ставропольской организации КПСС. Ставрополь, 1970.


[Закрыть]
. Сравнение статистических данных за предвоенный, военный и послевоенный периоды, извлеченные из официальных статистических сборников, позволяет выяснить динамику движения населения Кавказа и Калмыкии, изменения в области образования, экономики и пр.[22]22
  Народное хозяйство Кабардино-Балкарской АССР. Статистический сборник. Нальчик, 1957; Народное хозяйство Кабардино-Балкарской АССР. Нальчик, 1964; 50 лет Кабардино-Балкарской АССР. Статистический сборник. Нальчик, 1971; Справочник по народному хозяйству и культуре Карачаевской автономной области. Пятигорск, 1939; Советский Карачай, 1920–1940. Микояншахар, 1940; Народное хозяйство Чечено-Ингушской АССР. Статистический сборник. Грозный, 1957; Народное хозяйство Чечено-Ингушской АССР. Статистический сборник. Грозный, 1963; Народное хозяйство Калмыцкой АССР. Статистический сборник. Элиста, 1960; Калмыцкая АССР за 50 лет Советской власти. Статистический сборник. Элиста, 1967; Сулькевич С. Территория и население СССР. М., 1940; Итоги всесоюзной переписи населения 1959 г. в СССР. Сводный том. М., 1962; Итоги всесоюзной переписи населения 1959 г. Киргизская ССР. М., 1963; Итоги всесоюзной переписи населения 1959 г. Казахская ССР. М., 1962; Итоги всесоюзной переписи населения 1959 г. Узбекская ССР. М., 1962; Итоги всесоюзной переписи населения 1959 г. РСФСР. М., 1963; Население СССР. Справочник. М., 1974.


[Закрыть]

Немалый интерес вызывают работы по истории Северного Кавказа, принадлежащие историку из г. Грозного В. И. Филькину – секретарю Чечено-Ингушского обкома КПСС в прошлом, бывшему заведующему кафедрой истории КПСС Грозненского нефтяного института, а ныне доценту той же кафедры. Многочисленные работы В. И. Филькина основаны, как правило, на глубоком изучении архивных документов, прежде всего партархива Чечено-Ингушского обкома КПСС. Среди множества работ В. И. Филькина для нас наибольший интерес представили непосредственно связанные с историей Чечено-Ингушской АССР в 1939–1945 гг.[23]23
  Филькин В. И. Партийная организация Чечено-Ингушетии в годы борьбы за упрочение и развитие социалистического общества (1937 – июнь 1941 гг.). Грозный, 1961; его же – Чечено-ингушская партийная организация в годы Великой Отечественной войны Советского Союза. Грозный, 1960.


[Закрыть]
В. И. Филькину свойствен спокойный и трезвый подход к событиям прошлого. Он старается исследовать основные проблемы в многоплановом аспекте. Его отличает стремление к объективности (насколько таковая возможна в наших специфических условиях) в выводах.

Отдельно необходимо сказать о рукописи проф. Р. И. Музафарова[24]24
  Музафаров Р. И. Вдали от крымских гор. Анатомия депортации. Рукопись. М., 1974.


[Закрыть]
и о нем самом.

Р. И. Музафаров собрал колоссальный материал о крымских татарах в период Великой Отечественной войны, об их жизни и положении после выселения из Крыма и об анти-крымско-татарской пропаганде и политике в наше время. Свою рукопись Р. И. Музафаров направил осенью 1974 г. в ЦК КПСС в надежде, что после ознакомления с фактами, которые он собрал, крымским татарам разрешат возвратиться на свою историческую родину, в Крым. Увы, большого влияния его рукопись на положение крымских татар пока (май 1975 г.) не оказала: в кое-каких литературных произведениях смягчены отдельные фразы, в музеях Крыма убраны элементы экспозиций откровенно анти-крымско-татарского содержания, из путеводителей по Крыму последних изданий исчезла явная клевета на историческое прошлое крымско-татарского населения. Стремясь удержать крымских татар в Средней Азии, в последние годы там начали печатать литературу на крымско-татарском языке.

Любопытна судьба самого проф. Р. И. Музафарова. Он родился в 1928 г. в г. Симферополе, в семье хозяйственного служащего. Ему было 15 с половиной лет, когда он вместе со своими соплеменниками отправился в изгнание, на Урал. Семья Музафаровых была поселена в одном из леспромхозов Свердловской области. Рефик стал разнорабочим. В 1946 г. ему удалось переехать в Узбекистан, где он приобрел квалификацию слесаря и начал работать на заводе. В 1953 г. экстерном закончил среднюю школу, поступил на заочное отделение факультета русского языка и литературы Ташкентского педагогического института и параллельно, также заочно, учился в техникуме культурно-просветительной работы. Окончил оба учебных заведения, затем работал в Калуге. Экстерном он подготовил кандидатскую диссертацию на тему «Татарские народные пословицы» и защитил ее в 1960 г. в Казанском государственном университете. Преподавал затем в высших учебных заведениях. В 1967 г. защитил докторскую диссертацию «Очерки фольклора тюрков» в г. Баку. Так Р. И. Музафаров стал доктором филологических наук. Его последующая преподавательская деятельность принесла ему звание профессора.

С 1957 г. Р. И. Музафаров – активный участник движения крымских татар за полную реабилитацию и возвращение в Крым. В 1967 г. движение добилось большого успеха – Указа Верховного Совета СССР, возвращавшего крымским татарам гражданские права. В 1972 г. проф. Р. И. Музафаров за свою общественную деятельность лишился работы. Газета «Труд» опубликовала о нем статью, пытаясь опорочить его с профессиональной точки зрения. С той поры и до осени 1975 года профессор доктор филологических наук Р. И. Музафаров был без постоянной работы. Тем не менее он продолжал научную деятельность. Помимо написанной им монографии Р. И. Музафаров составил русско-крымско-татарский и крымско-татарско-русский словари. Однако попытки напечатать эти словари не увенчались успехом. После многолетних мытарств проф. Музафаров получил в 1975 г. кафедру в Ташкентском областном педагогическом институте в Ангрене (Узбекистан). Не знаю, удержался ли он там.

Другим источником о крымских татарах послужили материалы крымско-татарского движения. Частично они были опубликованы в «Хронике текущих событий», изданной на русском языке в Нью-Йорке[25]25
  «Хроника текущих событий». Нью-Йорк, № 31, 1974.


[Закрыть]
. Материалы эти содержат много важных фактов, однако к цифровым данным, сообщаемым в этих материалах, следует отнестись критически. Точные, по возможности выверенные, данные о потерях, понесенных депортированными народами в СССР, достаточно красноречивы и без преувеличений.

Для этой книги, впрочем, как и для всех без исключения работ по истории советского общества, очень важны стенографические отчеты XX и XXII съездов КПСС[26]26
  XX съезд Коммунистической партии Советского Союза. Стенографический отчет, т. I–III. М., 1956; XXII съезд Коммунистической партии Советского Союза. Стенографический отчет, т. I–III. М., 1962.


[Закрыть]
. Ознакомление с ними необходимо не только для понимания нового курса в национальной политике СССР, т. е. восстановления «ленинских норм», но и для ощущения духа, атмосферы наступившей раскованности. Секретная речь Хрущева на XX съезде зачитывалась лишь на закрытых партийных собраниях, но опубликована в СССР не была. Она опубликована в приложении к «Мемуарам Хрущева»[27]27
  Khrushchov Remembers. Boston-Toronto, 1970.


[Закрыть]
. Интересные материалы были обнаружены на страницах газет кавказских автономий и Крыма. Что касается центральной прессы, то результаты работы с ней по этой теме вряд ли соответствуют затраченному времени и усилиям. Тем не менее эта часть работы была совершенно необходима.

Об отношении официального партийного и советского руководства к депортации и последующему восстановлению автономии народов Кавказа и Калмыкии можно в определенных пределах судить по соответствующим указам, законам и материалам сессий Верховных Советов СССР и РСФСР, а также и по стенограммам заседаний Верховных Советов автономных республик[28]28
  Заседания Верховного Совета Кабардино-Балкарской АССР четвертого созыва (пятая сессия) 28–29 марта 1957 г. Стенографический отчет. Нальчик, 1957; Юбилейная сессия Верховного Совета Чечено-Ингушской АССР, посвященная 40-летию окончательного утверждения Советской власти в Чечено-Ингушской АССР. Грозный, 1960; Заседания Верховного Совета Чечено-Ингушской АССР второго созыва (первая сессия), 15–16 апреля 1958 г. Стенографический отчет. Грозный, 1958; Четвертая юбилейная сессия Верховного Совета Калмыцкой АССР, 2 ноября 1940 г. Стенографический отчет. Элиста, 1941 г.; Заседания Верховного Совета Калмыцкой АССР второго созыва, первая сессия (28 октября 1958 года). Стенографический отчет. Элиста, 1958; Юбилейная сессия Верховного Совета Калмыцкой АССР, посвященная 40-летию установления Советской власти, 29 октября 1960 г. Стенографический отчет. Элиста, 1961.


[Закрыть]
.

Реабилитация северокавказцев и калмыков вызвала к жизни не только серию работ отдельных авторов по истории этих народов во время Отечественной войны, но и сборники документов, воспоминаний и пр. Основная задача всех этих публикаций заключалась в том, чтобы удостоверить преданность народов Северного Кавказа и калмыков советской власти, продемонстрировать их патриотизм, вклад в дело вооруженной борьбы против гитлеровской Германии. Почти во всех публикациях содержатся сведения о труде выселенных народов в местах поселения, но крайне скудно освещается их повседневная жизнь, и, конечно, ни одного слова не говорится о суровом режиме спец-поселения и о его последствиях. Другая особенность этих работ заключается в том, что в них опущены конкретные факты сотрудничества части населения с оккупантами.

По нашему мнению, это серьезная ошибка, так как умолчание помогает сохранению неверных представлений о якобы имевшей место измене народа в целом. В интересах самих этих народов, не говоря уже об исторической правде, был бы не уход от фактов, а спокойное и сбалансированное изучение проблем, возникших в связи с оккупацией этих районов.

Мы настолько были оболванены пустопорожней демагогией, что забыли о том, что ни один народ не может и не должен расплачиваться за преступления своих отдельных представителей или даже за преступления группового характера. С точки зрения права, суверенность народа, являющегося источником власти, снимает всякую возможность обвинения его в измене.

Но полно, в том ли дело, что мы забыли об этом? Не честнее ли сказать, что представления о законе и праве в нашем государстве настолько искажены, что мы сами не представляем себе по-настоящему, что означает на самом деле понятие права.

Да и возможно ли вообще такое явление, как депортация целых народов в государстве, где существуют правовые нормы?

Кажется, за исключением М. Л. Кичикова, мало кто из советских историков серьезно занимался возникшей из немецкой оккупации ряда территорий СССР проблемой сотрудничества с врагом.

Между тем, огромная советская литература существует по истории партизанского движения на занятых фашистскими армиями советских территориях. Изданы и исследования, и воспоминания, и сборники документов. Не все они равноценны по составу документов, по качеству. Явно тенденциозный, анти-крымско-татарский характер носит сборник документов, посвященный Крыму[29]29
  Крым в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Симферополь, 1973.


[Закрыть]
. Об этом подробно рассказано в работе Р. И. Музафарова.

Получилось так, что все вопросы, связанные с проблемой сотрудничества с врагом, разрабатывались зарубежными историками. У них был свободный доступ к немецким документам самого разнообразного характера, от оперативных до архивов ведомств Розенберга и Гиммлера. Кроме того, западные историки собрали огромное количество свидетельств лиц, причастных к деятельности оккупационных властей на территории СССР. К их услугам любые архивные хранилища по любым проблемам.

Такого рода возможностей абсолютное большинство советских историков лишено. Лишь немногие из них, численно незначительная привилегированная группа, получают служебные командировки для работы в зарубежных архивах, а о поездках в длительные научные командировки за свой счет и речи быть не может[30]30
  Я, например, за 30 лет своей работы (включая занятия в аспирантуре) в Институте истории, а затем в Институте всеобщей истории Академии наук СССР ни разу не мог получить командировку для работы в иностранных архивах или для участия в международных конференциях или симпозиумах. Более того, даже для участия в симпозиуме с иностранными учеными на территории СССР далеко не всегда можно получить разрешение. В августе 1970 года мне было запрещено появляться на XII Международном конгрессе по историческим наукам, проходившим в Москве. Только после моего письменного протеста запрет был снят. Однако допущен на заседания конгресса я был лишь в качестве гостя. В апреле 1975 г. ряду советских историков было отказано в разрешении присутствовать (не то что выступать!) на советско-западногерманском симпозиуме по истории советско-германских отношений в период Веймарской республики. Среди тех, кто получил отказ в самой категорической форме, был и автор этой книги.


[Закрыть]
.

Волей-неволей приходится часто «плестись в хвосте» иностранных коллег, используя выявленные ими материалы в качестве источников. Такое недостойное, а часто унизительное положение советских историков, кажется, совсем не беспокоит их руководителей и руководство наукой вообще, которое, кстати, неустанно призывает нас бороться за первенство советской исторической науки и «давать отпор» буржуазным «фальсификаторам истории». Вся существующая сложная система допусков различной категории для работы в архивах, всевозможные ограничения в использовании выявленных документов, строгая цензура, часто убивающая свежую мысль, ограничения для профессиональных историков в выборе тем и, наконец, как следствие всего этого – самоограничение и самоцензура – резко сужают профессиональные возможности советских историков и препятствуют выполнению ими своего основного профессионального долга – служению правде истории.

Среди опубликованных на Западе работ сохранило свое значение вышедшее в 1957 году фундаментальное исследование американского историка Александра Даллина о немецкой оккупационной политике на территории СССР[31]31
  Dallin Alexander. German Rule in Russia, 1941–1945. A Study of Occupation Policies. London, 1957.


[Закрыть]
.

Проблемой депортации в СССР много лет занимается английский ученый Роберт Конквест[32]32
  Conquest R. The Soviet Deportation of Nationalities. London, 1960.


[Закрыть]
. Он проделал большую работу по сбору и обобщению полученных на Западе материалов о депортации в СССР. Различным аспектам немецкой оккупационной политики на отдельных советских территориях посвящено немало книг и воспоминаний. Укажем, в частности, на монографию М. Лютера, выполненную в свое время в русском исследовательском центре Гарвардского университета под руководством проф. Ф. Мозли, на работы П. фон цур Мюлена, Д. Литтлджона, И. Гоффмана, мемуары Р. Гелена и книгу татарского националиста Эдиге Кирималя[33]33
  Luther М. Die Krim unter deutsher Besatzung im zweiten Weltkrieg. «Forschungen zur Osteuropaeischen Geschichte». Band 3. Berlin, 1956. S. 28–29; Patrik von zur Muehlen. Zwischen Hakenkreuz und Sowjetstern. Der Nationalsozialismus der sowjetischen Orientvoelker im zweiten Weltkrieg. Duesseldorf, 1971; Littlejohn D. The Patriotic Traitors. History of Collaboration in German-occupied Europe, 1940–1945. New York, 1972; Hofman J. Deutsche und Kalmiken.


[Закрыть]
. По своим тенденциям работы эти совершенно различны. Неблагоприятное впечатление оставляет книга Иоахима Гоффмана из Фрейбурга, подчиненная цели реабилитации гитлеровской политики и действий германских военных и карательных органов на оккупированной территории СССР.

Ряд материалов для этой работы был почерпнут из советских публикаций[34]34
  Документы Министерства иностранных дел Германии. Выпуск II. Германская политика в Турции (1941–1943 гг.). М., 1946.


[Закрыть]
, материалов Нюрнбергского процесса над главными немецкими военными преступниками[35]35
  Trial of the Major War Criminals before the International Military Tribunal. Vol. XXXVIII.


[Закрыть]
и процессов по обвинению в преступлениях второстепенных деятелей третьего рейха[36]36
  Trials of War Criminals before the Nurenberg Military Tribunals under Control Council Low. № 10, vol. IV (Ohlendorf). Washington.


[Закрыть]
, из документов дипломатического ведомства Германии[37]37
  Akten zur Deutschen auswaertigen Politik 1918–1945. Serie E, 1941–1945. В. I–II. Goettingen, 1969–1972.


[Закрыть]
и из ряда других публикаций документов.

Многое для понимания обстановки, сложившейся на Северном Кавказе, дали мне беседы с людьми, хорошо осведомленными о событиях, описываемых в книге.

Глава I
Оккупация Крыма и крымские татары

Немецкая оккупация территории Крымской автономной Советской Социалистической Республики была длительной, с конца октября 1941 г. по апрель – май 1944 г.

Крымская АССР была образована 18 октября 1921 г. в составе РСФСР.

Крым был присоединен к России в 1783 г. Наряду с караимами и крымчаками татары были самым многочисленным из этого древнего населения Крыма. Татары создали здесь самобытную культуру, построили города и селения, возделывали земли, развели виноградники и сады, пробили дороги. Татарское население, несмотря на преследования, которым оно время от времени подвергалось со стороны шовинистически настроенных царских чиновников, управляющих Крымом, проявляло себя вполне лояльно по отношению к русскому государству.

После революции и в годы Гражданской войны большая часть крымско-татарского населения поддержала советскую власть.

Накануне Второй мировой войны (1939 г.) население Крыма насчитывало около 1127 тыс. жителей[38]38
  Сулькевич С. Население СССР. М., 1939. C. 30.


[Закрыть]
. Преобладающей национальной группой были русские, составлявшие примерно половину населения полуострова, четверть населения составляли татары, 10 % – украинцы, а остальные 15 % – немцы, евреи, греки, болгары, чехи, эстонцы, караимы, крымчаки и др. Это интернациональное сообщество жило довольно дружно в этом благодатном крае – среди гор, виноградников и в приморских городах. Вспышки национальных противоречий были редки. Относились они к тому времени, когда в Крыму было создано несколько колоний еврейских поселенцев, что вызвало недовольство части крымско-татарского населения, усмотревшего в этом угрозу землям, которые они считали своими.

Гитлеровские армии вошли в Крым 24 октября 1941 г. Весь Крымский полуостров, за исключением Севастополя, продержавшегося до июля 1942 г., и Керчи, павшей в мае того же года, попал в немецкую оккупацию.

Еще до нападения на СССР будущее Крыма неоднократно обсуждалось германским верховным руководством. Были две основные точки зрения: Альфреда Розенберга, главного теоретика НСДАП по «восточному вопросу», занявшего в 1941 г. пост имперского министра оккупированных восточных территорий, считавшего целесообразным присоединить Крым к Украине и создать вассальное украинское государство с центром в Киеве; и точка зрения самого фюрера (и Гиммлера), заключавшаяся в полном разрушении какой бы то ни было государственности на захваченной территории СССР. Поощрение национализма, будь то украинский или любой другой, противоречило бы планам создания Великой Германской империи. Что же касается Крыма, то на конференции 16 июля 1941 г. у Гитлера, в которой участвовали Розенберг, Кейтель, Геринг, Ламмерс и Борман, было решено считать Крым «имперской землей», присоединить его непосредственно к рейху и германизировать. Предусматривалось выселение из Крыма всех без исключения «национально-чуждых элементов» – русских, украинцев, татар[39]39
  IMT, vol. XXXVIII, Doc. 221-L. P. 87.


[Закрыть]
.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5