Александр Ломков.

Кусочек лета



скачать книгу бесплатно


Жизнь – это «здесь и сейчас»,

а не мысли о прошлом и планы о будущем.


Он смотрел на небо. Небо было, как всегда, безмятежно и велико. Ещё на небе были облака. Такие белые и разных форм. Ему всегда казалось, что они нарисованы. Как только ему казалось, что они нарисованы, ему сразу начиналось казаться, что они неподвижны…


Сегодня утром он проснулся от шума, который пришёл из улицы. Он открыл глаза и стал вслушиваться, чтобы узнать какие ещё звуки есть в это время. Слушая, он отметил для себя, что всё гармонично сочетается в этом хаосе звуков. На первый взгляд кажется, что в хаосе этих звуков нет ничего гармоничного. Но это не так, как будто звуки издавались по велению невидимого дирижёра.

Надоев лежать, он сел на постель и стал рассматривать свои ноги. Он стал рассматривать пальцы ног: размер, форму, цвет кожи. Потом он пошевелил ими… Потрогал их… Улыбнулся им…

Он встал, подтянулся и направился в ванную. Ему всегда казалось, что вся его жизнь наполнена ритмом и все его действия и мысли были в такт какому-то ритму в определенный момент. Вот и сейчас он шёл под лёгкий и непринуждённый ритм. Ша-ла-ла-ла…

После душа он позавтракал и сделал телефонный звонок. Договорился о встрече через час. Времени ещё хватало, и он решил поиграть на гитаре.

Он получал удовольствие от игры. В какой-то момент он осознал, что игра на гитаре для него – уже не просто игра, а потребность. Душевная потребность. Ежедневная потребность. Если для кого-то ежедневной потребностью является с кем-нибудь поскандалить, посидеть в интернете, поговорить по телефону о пустяках, сделать зарядку или помолиться, то для него потребностью было – игра на гитаре. Иногда он использовал игру в качестве регулировки своего настроения и внутреннего состояния. Например, в плохое настроение можно было поиграть и настроение улучшалось. Или в сильный эмоциональный подъём после игры страсти утихали. И наступали спокойствие и привычный ход мыслей.

После игры он задумался о предстоящей встрече. И не найдя ни одной мысли в голове, отправился на встречу.


На улице было хорошо. Погода была тёплая. И тянуло сходить на природу. Куда-нибудь подальше от шумного и пыльного города. По улице кружил пух, похожий на снег. Город жил своим ритмом, не обращая внимания ни на кого. Все занятые. Кругом спешащие и деловые. Кругом те, кто поглощён своими мыслями, идеями, фантазиями, иллюзиями, планами. Всем что-то от кого-то надо или наоборот ни от кого ничего не надо.

Он шёл медленной ленивой походкой, осматривая всё вокруг. Ему нравилось находить мелкие детали в окружающей обстановке. Те детали, которые не бросались в глаза при беглом осмотре, которые дополняют общую картину. Нравилось разглядывать людей: их одежду, цвет одежды, выражения лиц, походку. Особенно ему нравилось слушать голоса людей. У каждого он был свой. Неповторимый. Голос, который вырабатывается со временем под воздействием характера, отношений между людьми и к отношению к жизни.

Голос, который рассказывал всё о его носителе: о его мыслях и качестве мыслей, о его страхах, комплексах, мотиваций, болезнях и многое другое. Надо было только прислушаться. Но, как известно, мало слушающих, но много говорящих.

Ещё он придумал игру – представлять зрелых людей молодыми. Делать их лица в своём воображении молодыми. А молодые лица представлять зрелыми. Таким образом, он мог, как ему казалось, смотреть в прошлое и видеть будущее изменение лица. Но эта вера была на уровне игры, поэтому он относился к этому с юмором. Это было из разряда его личных забав, о которых никто не знал. У него было несколько подобных забав. Они делали его жизнь чем-то непривычным, и наполняли её интересностью. Он не знал, откуда появлялись эти забавы. Они, как будто, появлялись из ниоткуда и спонтанно.

Невдалеке показался тот дом, к которому он направлялся. Дом принадлежал к домам старого образца. И был построен лет 20 назад. С большими окнами, в которых можно было разглядеть всех и всё, что происходит в комнатах и квартирах. Ему нравились такие окна. Когда на улице темнело, люди включали свет, и казалось, что многоквартирный дом ожил. Окна, в которых горел свет, были похожи на глаза, которые разглядывали, мимо проходящих и смотрящих на окна дома, людей. В этом взаимодействии между домами и людьми что-то было для него. Может, ему нравился домашний уклад и быт или ему было свойственно чувство семьянина. Во всяком случае, он не занимался анализами своих чувств и ощущений, поэтому для него это оставалось загадкой. Приятной загадкой.

Он зашёл в подъезд и увидел на стене надпись «Все реки в Китае текут на восток». «В этом что-то есть»: подумал он. Зайдя в лифт, он увидел обожженные кнопки. «А тут всё без изменений»: с улыбкой подумал он. Выйдя на нужном этаже, он нажал на гладкую поверхность звонка. «Звонок всё тот же. И дверь всё та же»: промелькнуло у него в голове.

Через несколько секунд он услышал приближающиеся шаги, а затем шум, что кто-то открывает замок. Дверь открылась и за ней оказалась она. Он посмотрел на неё, пытаясь уловить возможные изменения в её внешности. Он всегда считал, что первые секунды встреч – самые важные. Всё, что дальше – повторы.

Она была в халате из розового цвета. На халате был нарисован дракон зелёного цвета. «И она всё та же»: подумал он и улыбнулся ей.

– Привет! – сказала она.

– Привет.

– Заходи, – сказала она и улыбнулась.

Он зашёл и сразу почувствовал лёгкий запах благовоний. Ему всегда нравилось бывать у неё дома. Атмосфера её квартиры была наполнена спокойствием, дружелюбием, размеренностью и чем-то таким светлым и лёгким. Он не знал, как ей удавалось создавать такую атмосферу, но ни разу не спрашивал её об этом. В её доме чувствовалась гармония между вещами и тем, где они находятся. Может, на расстановку вещей сказались её интересы к Фэн-шуй и восточной философии.

Она часто путешествовала в страны Азии. Особенно ей нравилась Япония. Часто она рассказывала про то, как бывала там. Показывала много фотографий, которые она делала в этих поездках. Показывала какие-то экзотические вещи, которые приводили её в восторг. Рассказывала об их возникновении и что они значат. Ему, иногда, было забавно смотреть, как она с большим интересом и энтузиазмом рассказывала про Китай, Японию, Индию. Рассказывала истории о каких-то известных людях разных эпох. О философии, которая, как она утверждала, повлияла на её характер и мировоззрение. Несомненно, она знала много чего интересного.

– Я сейчас в душ, а ты располагайся, как у себя дома, – сказала она. В её тоне чувствовалось, что она хочет засмеяться. – Ты, ведь, не забыл, где что находится?

– Нет, – ответил он и улыбнулся. Она ушла в душ, а он вошёл в комнату.

Он бывал здесь раньше. Вернее, он тут жил. И сейчас, как и раньше, здесь были порядок и уют. Вещи стояли на тех же местах. И новых не было. Даже солнце, которое они когда-то вырезали из бумаги и наклеили на потолок, было всё там же. Он увидел его и ему стало от этого приятно. Появилось чувство теплоты. Вспомнил, как они его клеили. Она держала его за попу, чтобы он не потерял равновесия, а он стоял на стуле и смеялся. Она подавала ему каждый лучик, называя их при этом именами: Счастье, Любовь, Мечта, Здоровье, Тепло и Радость. А сам кружок, от которого исходили лучи, назвала – Семья. И каждое утро они просыпались и первое, что им попадалось на глаза, было солнце на потолке. Они говорили ему: «Доброе утро, солнце!»

Он подошёл к окну. Ему всегда нравилось смотреть из этого окна. Вид города, как на ладони. По утрам можно было видеть рассвет, а по ночам – ночную жизнь города. Кругом появлялись маленькие огни от фонарных столбов, машин, окон, светофоров, звёзд. Люди расходились и разъезжались по кафе, барам, ресторанам, гостям, кинотеатрам, клубам. Гул машин. Гомон голосов, говорящих, рассуждающих, осуждающих или одобряющих.

Они часто подолгу сидели на подоконнике и разговаривали ни о чём. Или просто молчали, разглядывая картину за окном. Иногда, они наблюдали на улице забавные ситуации.

Он заметил на подоконнике книгу. «Невысказанное слово»… Интересно»: подумал он. Затем открыл книгу наугад и прочитал:


«Невысказанное слово сильнее сказанного. Ибо всё главное внутри и скрыто от обычного глаза. Если хочешь увидеть невидимое и услышать неслышимое, посмотри внутрь себя. Ибо невидимое и неслышимое покоится там. Всё покоится там: прошлое, настоящее и будущее. Отсюда следует – делай дела молча. Молча их и завершай…»


«Наверное, привезла с Востока»: предположил он.

– О, читаешь эту книгу? – спросила она, войдя в комнату из ванной.

– Что это? – спросил он.

– Недавно была в книжном магазине и наткнулась на эту книгу. Советую прочитать. Очень интересно, – сказала она и улыбнулась. – Пошли на кухню.

Они зашли на кухню. Он сел за стол. Она встала у плиты и стала что-то готовить.

– Ты знаешь, я недавно решила для себя, что приправы существуют для тех, кто не умеет готовить с любовью. Как ты думаешь?

– Ты это серьёзно? – спросил он, улыбаясь от её вывода. Он находил его забавным.

– Конечно, серьёзно.

– Дай-ка я посмотрю на твоё лицо: не улыбаешься ли ты там?

Он встал и направился к ней. Посмотрел на её лицо с наигранной серьёзностью.

– Вроде нет, – сказал он, и они засмеялись.

Он подошёл к окну и стал смотреть, что происходит вдали. Потом сказал, как бы рассеяно:

– Я думаю, ты права.


После того, как они поели, они решили пойти прогуляться. Они вышли на улицу. На улице было замечательно. На улице было лето. На улице было всё.

– Как ни крути, но лето – что-то особенное. Время со своими свойствами и правилами, – сказал он.

– Да, я люблю лето. А ты любишь лето? – спросила она.

– Конечно же, я люблю лето, – сказал он, изображая восхищение. У него это получилось так забавно, что они оба рассмеялась.

Люди ходили мимо них. Туда-сюда. Справа налево. Взад-вперёд. Каждый со своими заботами, делами, планами, учениями, правилами, мыслями. Каждый со своими понятиями о том, как должно быть и куда что вставить. Когда он прогуливался по улице и разглядывал людей, ему казалось, что в каждом из них заложена программа, которая определяет, кому что делать, как говорить, как двигаться, как смотреть. То есть создавалось впечатление, что он в компьютерной игре. Где всё мало-мальски предсказуемо. Возможно, что так и есть. Ведь, большинство людей мыслят шаблонно. Мыслят так, как им внушили с рождения. Им мало-помалу вставляют «схему жизни», по которой надо жить. Некое неписаное правило социума, с которым соглашаются или не соглашаются, но живут, отталкиваясь от его «канонов». Протоптанная тропа, по которой ходило не одно поколение. Всё же, иногда, забавно было слышать от людей, которые говорят, что они живут своей жизнью. Банальность в их поступках и речах, в реакциях на внешнее воздействие – всё то, что делает человечество единомыслием. Всё то, что обретает человечество на одно лицо. Большинство людей только ещё думают, что они живут, тратя бесценные дни и часы на чепуху.

Он никогда не понимал, почему люди боятся открыто высказать или показать свою индивидуальность. Здесь нет призыва к борьбе против общества, строя или системы. Здесь нет места политике. Здесь есть место честному выражению самого себя. Многих пугает то, что они натолкнуться на неприятие своих убеждений. На отчуждённость людьми. На «карканье» родных и близких. Но если присмотреться, то все мало чем отличаемся друг от друга. У всех схожие желания и мечты.

Ещё ему не было понятно, почему у людей, живущих или находящихся рядом, разные мысли, разные стремления, разные цели. Почему люди, живущие рядом друг с другом, не могут договориться о чём-то общем. Придти к общему знаменателю в какой-то проблеме или задаче. Конечно, можно связать это с личными скрытыми мотивами. Но тогда откуда берутся разные личные мотивы у людей, находящихся рядом…

– Что для тебя значит жизнь? – спросила она, прерывая его естественный поток мыслей.

– Вот для меня жизнь, – ответил он, указывая на листок дерева.

– Я имею в виду – как она тебе видится.

После небольшой паузы он ответил:

– Для меня жизнь – как один большой день. В нём нет понедельников и пятниц. Нет рабочих и выходных. Нет отсчёта с 00:00. Просто, один большой день.

– Интересно…

– А для тебя?

– Я стараюсь жить в гармонии с окружающим миром. Для меня жизнь – гармония.

– А что для тебя значит гармония?

– Ну, это когда у тебя есть всё то, о чём ты мечтаешь. Здоровые родители. У тебя хорошее положение в обществе. Тебя уважают. Ты помогаешь и тебе помогают.

– Значит, твоя внутренняя гармония зависит от внешнего мира?

– Не надо так сужать это понятие. В значительной степени – да, внутренний мир очень зависит от окружающего. Человек – существо социальное. Ему необходимо чувствовать причастность к обществу, не быть изгоем. И если он понимает, что он – чужой, не такой, не нужный, неужели ты думаешь, в его душе будет гармония?

– Гармония не имеет связи с социумом. И вообще, с обществом. Так же гармония не имеет связи с мозгом.

– Ты так рассуждаешь, потому что у тебя всё в порядке. Я очень сомневаюсь, что ты нашёл бы в себе силы поддерживать гармонию, если бы от тебя все отвернулись. Человек получает представления из ощущения окружающего мира, который и влияет на формирование его сознания. И если его представления расходятся с тем, что есть, он будет чувствовать ущерб. А когда чувствуешь что, что-то не так, о какой гармонии может идти речь?!

– Гармония больше похоже на целостность характера или качеств, а не того, что увидел или услышал.

– Гармония – состояние души. А характер человека и его качества – это лишь свойства присущие ему по природе. Они лишь способны косвенно оказать влияние на его текущее состояние. Не более того.

– Тебе купили классные сапожки и появилась гармония. Сапожки сломались и гармония разрушилась? Это просто смешно, – он рассмеялся собственному заключению.

Они свернули в парк. Нашли там свободную скамейку и сели. Мягкий и приятный ветерок трогал их волосы. Они посмотрели друг на друга, прищурившись от солнечного света. Им показалось это забавным – что они оба с прищуренными глазами смотрят друг на друга, и они захихикали.

– Сколько мы не виделись? – спросила она.

– Я не считал…

– Скучал?

Он улыбнулся в ответ. Они смотрели вперёд. Впереди стояли деревья. Чуть дальше и слева был пруд, вокруг которого стояли ивы, и в котором плавали утки.

– Так классно. И комаров нет, – сказала она.

– Да… А ты скучала?

Она посмотрела на него и улыбнулась. К их ногам прилетел воробушек. Он прыгал возле их ног, надеясь найти там что-нибудь съедобное. Хотя какие могут быть надежды у воробья. Ему неизведанны человеческие чувства.

– Иногда, я завидую животным, – начала она, глядя на воробья. – Не мучаются от любви. Голову не забивают никчёмными мыслями. Всё делают по инстинктам. Даже убивают друг друга от того, что им надо есть, а не по прихоти или от скуки.

Он засмеялся от её слов.

– Что ты смеёшься? Разве я не права? – спросила она.

– Конечно ты, права, – ответил он с улыбкой.

– То-то же, – сказала она с довольным видом на лице.

Они сидели в молчании. Только ветер изредка напоминал о себе, заставляя качаться ветви деревьев, и создавая шелест листьев. Вообще, молчание преобладало в их жизни. Оба больше слушали, чем говорили. Может, это их и сближает. В прошлом они подолгу молчали, прижавшись друг к другу, как будто всё понимали без слов. Они не чувствовали дискомфорта от долгого молчания друг с другом. Хотя у них была расположенность к болтливости. Может, поэтому они любили молчание. Оба они шутили, предлагая друг другу поговорить о чём-нибудь, но также продолжали молчать. Это их забавляло и они смеялись. Подобные шутки понятны только тем, кто связан с ними. Другим бы они показались нелепыми.

– Я недавно задумалась – к чему люди сходятся и расходятся, оставляя свои следы в памяти друг друга.

Он посмотрел на неё. И подумал про себя, что она стала часто задумываться.

– И к чему же? – спросил он.

– Не знаю. Видимо, на этот вопрос нет ответа. Есть такие ситуации или вопросы, на которых нет ответа, но они просто есть. Типа, что «такое жизнь?» или «зачем смерть?» Понимаешь?

– Да, конечно, – ответил он, разглядывая её лицо.

После паузы она спросила:

– А ты над чем задумываешься в последнее время?

– Ну, над чем-то специально я не задумываюсь. Так, иногда приходят и уходят мысли. Но это всё естественно, без принуждения.

– Понятно…

В его теле появилась приятная расслабленность. Захотелось закрыть глаза и уснуть среди деревьев, пруда, ветра и её.

Вдруг он заметил интересную деталь. На них падала от дерева тень, которая защищала их от солнечного света. Но тень была не от дерева, которое стояло рядом, а от дальнего дерева, находящегося в пяти метрах. «Часто бывает, что спасает то, что находиться вдали, а не то, что рядом»: промелькнуло у него в голове.

– Давай поиграем? – вдруг предложила она.

– Во что? – он даже почувствовал прилив бодрости от неожиданного предложения.

– В нашу игру – цветовые ассоциации, – сказала она и улыбнулась.

– Давай, – поддержал он и вспомнил, как они придумывали всякие ассоциации на разные слова и фразы. Скорее не придумывали, а пытались почувствовать их на «вкус» и «цвет».

– С чем у тебя ассоциируются времена года? – спросила она.

– Зима – чёрно-белая, весна – бело-синяя, лето – синее и зелёное, осень – красно-жёлтая. А у тебя?

– У меня зима – белая и серая, весна – жёлтая и голубая, лето – зелёное и жёлтое, осень – красно-жёлтая… Теперь ты.

– Дни недели, – предложил он.

– Понедельник – синий, вторник – коричневый. Среда – белая, четверг – зелёный… Пятница – оранжевая, суббота – голубая. Воскресенье – белое.

– У меня, – начал он. – Понедельник – фиолетовый, вторник – коричневый, среда – белая. Четверг – зелёный, пятница – красно-коричневая. Суббота – белая, воскресенье… – он задумался. – Что-то не могу определить.

Они засмеялись. Потом продолжили играть. Каждый по очереди предлагал свои слова. Там были: «родственники», «страны», «продукты», «характеры», «привычки», «года» и так далее.

Люди ходили мимо, не обращая на них внимания. Они тоже не обращали внимания на людей. Игра их поглотила целиком и полностью. Потом они поговорили на разные отвлечённые темы, не имеющие между собой связи. Спросили друг у друга о жизни каждого. Кто чем занимается и есть ли планы на будущее. Планов у обоих никаких не было, и жили они, не ведая будущего. Оно мало их интересовало – в том смысле, что они не любили делать что-то заранее и не видели в этом смысла. Потому что никогда не знаешь, что ждёт тебя завтра. А уж тем более, через месяц, полгода, год.

Раньше они часто сидели в парке или ещё где-нибудь на улице. Старались выбрать место, где меньше людей. Можно определённо сказать, что у них был свой мир, который они скрывали от других и не впускали в него никого.


Вечером они отправились в магазин, чтобы купить чего-нибудь к чаю. Они решили отметить свою встречу. Символически. Хотя каждый понимал, что они никогда не покидали друг друга в мыслях. И среди бесчисленных мыслей всегда находилось место для каждого из них.

Магазин находился недалеко от её дома, поэтому они быстро справились с этой задачей. Небольшой задержкой было только выбор продуктов. Среди разнообразия и обилия товара в магазине можно потеряться. И часто бывает так, что зайдя в магазин за одним, невольно покупаешь второе, третье и ненужное. Сейчас никого не удивишь тем, что в продуктовом магазине можно найти вещи для быта, журналы, канцелярские товары или какую-нибудь безделушку. Рука предпринимателя везде положит свой товар: где надо и где не надо. У них это называется маркетинговым ходом, рекламным ходом. Сбыт товара на всех фронтах.

– Ты до сих пор работаешь там же? – спросила она, когда они возвращались из магазина.

– Ну да…

– Не хочешь сменить работу?

– Зачем? – он посмотрел на неё с небольшим удивлением.

– Ну не знаю. На какую-нибудь лучшую.

– Мне эта нравится. Иначе я бы не сидел там столько лет… – он задумался, а затем продолжил. – Знаешь, для меня немного удивительно, что я там до сих пор. Изначально я собирался там отработать пару месяцев и уйти. Но меня засосало, – он засмеялся. – В этом что-то есть. Может, кто-то из моих предков работал в этой среде. Или в какой-то похожей… А тебе нравится твоя работа?

– Ну как сказать. Не скажу, что нравится. Не скажу, что не нравится. Но она даёт мне массу возможностей – я про материальное. То есть если кому-то приходиться ждать или копить, то я могу это получить практически сразу. Возможно, это компенсирует какие-то душевные запросы, которые наш ритм жизни не позволяет удовлетворить. Но и минусы в этом тоже есть. Пропало то чувство, которое наделяет предметы или события каким-то трепетным чувством. Вот оно! Вот, наконец-то! – сказала она, изображая руками, что получила что-то долгожданное и бесценное. У неё это получилось так забавно и артистично, что они невольно рассмеялись.

На улице был ласковый вечер. Температура упала и стала немного прохладной. Люди вышли на улицу, чтобы посидеть на скамеечках и проветриться от рабочих суток. Кто-то пил пиво, кто-то ел семечки, кто-то просто сидел и смотрел на прохожих.

– Сейчас бы на море, – сказала она с выдохом.

– Да…

Они подошли к её дому и он, как истинный джентльмен, открыл перед ней дверь в подъезде. Она улыбнулась и сказала «спасибо».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2