Александр Лепехин.

Слава предков – потомкам пример (Дедиславль, Дедилов). Выпуск 1



скачать книгу бесплатно

Куприн А. Н. Есаул Лепехин А.Н.

Какими были наши предки в XVI веке

Жил в 16 веке Михалон Литвин, литовец по национальности, жил он в Великом Литовском княжестве, которое в ту пору на русском языке разговаривало. Народу нравилось, а знать и “интеллектуалы” всякие возмущались, чего это мы московитским языком пользуемся, ведь мы потомки римлян и посему на ромейском языке разговаривать должны. И упорно искали схожесть литовского и римского языков, а найти ее было совсем несложно, потому что основу латинского языка составляют слова древне арийского языка, занесенные туда этрусками, которые город Рим основали, если точнее Хето-Руссами, а сами они себя называли Россены, те самые Хеты, которые первыми научились железо плавить и железное оружие и доспехи делать, ну что против Железной кольчуги может медный меч сделать, поэтому хеттский князь Ахиллес и был неуязвим. Хеттов сюда привел царь Эней после того как греки захватили их главный город Трою.

Давно Литовцы не хотят признавать себя славянами, да и продажные историки им в этом помогают какие то балтийские народы выдумали, как и из малороссов украинцев сделали. Но всякий филолог знает, что в институтах древнерусский язык по литовскому учат. Чтобы представить территорию Великого Литовского княжества нужно всего на всего посмотреть на карту и понять, что Можайск был последним Русским городом, а Калужская область полностью под литвой была, а Тульская практически в пределах трех государств лежала Московии, Литвы и крымчаков. И не было тогда Российской империи, а Московское княжество раздираемое междоусобицами и постоянно подвергающееся набегам литовцев и крымчаков было последней надеждой всего племени русского и не делились они ни на великих, ни на малых, ни на белых, ни на червонных, ни на черных. Ведь именно на столько частей Русь делилась издревле, а сейчас сохранилось одно толь ее название Белоруссия, то есть Белая Русь, Малая стала Украиной, т. е. окраиной, Черная – юг Белоруссии, те самые знаменитые Пинские болота, Червонная – западная Украина, почему они так беснуются, а потому что они себя в русском роде самыми главными считают, так как Русь с Карпат пошла, а тут им все по шее дают, обидно, да и некоторые малороссы им вторят, видимо по тем же причинам. Ничего тут нового нет, вспомните многие Русские сказки как там старший и средний брат мало того что за счет младшего жили и плоды его труда себе присваивали, так еще его во всех своих бедах винили и всякие пакости ему строили вплоть до убийства. Долгая жизнь и долгая история – дают глубокую мудрость.

Так как же литовец Литвин оценивал наших предков? Москвитяне и татары намного уступают литвинам в силах, превосходят их трудолюбием, любовью к порядку, умеренностью, храбростью и прочими достоинствами, которыми упрочиваются королевства… Московитяне каждую весну из татарской Ногайской орды в обмен на одежду и другие дешевые вещи получают многие тысячи коней, наиболее подходящих для войны. Московитяне, ливонцы, пруссы, из бережливости непрерывно носят одну и ту же одежду, а у нас она и дорога и разнообразна.

Хотя только одни москвитяне богаты соболями и другими подобными зверями, однако, запросто дорогих соболей не носят. Но посылая их в Литву, нежных изнеженным, получают за них золото, по краям своих шапок из козьей шерсти укрепляют золотые бляшки и драгоценные каменья. И не портят их ни дождь, ни солнце, ни моль, как соболей (36, стр.75). Полная противоположность нам сегодняшним, ну если не во всем, так во многом. Главное что можно отметить это воздержанность всех слоев русского населения, никакой роскоши и потребительства, все выручаемые средства идут в дело, на поднятие страны и необходимого жизненного уровня народа. Далее будут приведены еще более яркие примеры.

Не столько власти, сколько сама неумеренность или потасовка, возникающая во время пьянки, губят пьяниц. День (для них) начинается с питья огненной воды. “Вина, вина!” кричат они еще в постели. Пьется потом эта вот отрава мужчинами, женщинами, юношами на улицах, площадях, по дорогам; а отравившись, они ничего после не могут делать, кроме как спать; а кто только пристрастился к этому злу, в том непрестанно растет желание пить. Ни иудеи, ни сарацины не допускают, чтобы кто-то из народа их погиб от бедности – такая любовь процветает среди них; ни один сарацин не смеет съесть кусочка пищи, прежде чем она не будет измельчена и смешана, чтобы каждому из присутствующих досталось равное ее количество (36, стр.77).

«Нет в городах… более часто встречающегося дела, чем приготовление из пшеницы пива и водки. Берут эти напитки и идущие на войну и стекающиеся на богослужения. Так как люди привыкли к ним дома, то стоит им отведать в походе непривычной для них воды, как они умирают от боли в животе и расстройства желудка. Крестьяне забросив сельские работы, сходятся в кабаках. Там они кутят дни и ночи, заставляя ученых медведей увеселять своих товарищей по попойке плясками под звуки волынки. Вот почему случается, что, когда, прокутив имущество, люди начинают голодать, то вступают на путь грабежа и разбоя, так что в любой… земле за один месяц за это преступление платят головой больше (людей), чем за сто или двести лет во всех землях татар и МОСКВИТЯН, где пьянство запрещено» (36, стр.77). Нет уважаемый читатель вы не ослышались, действительно на Руси в те времена пьянство было запрещено. И если у кого возникли мысли о том, что это про наших предков написано, я имею ввиду пьяные сцены так похожие на наш сегодняшний день, то он ошибся наши пращуры были заняты более серьезным и более благодарным делом, они возрождали Русь и делали ее Великой. А все эти сцены из жизни Великого княжества Литовского, земли которого простирались от Балтийского до Черного моря, пропили все и теперь та территория с кучкой заносчивых националистов, которую мы Литвой называем, все что от него осталось. Если не бросим пить такая же перспектива ожидает и нас, если не более худший вариант– полного истребления.

Да, в те времена наши предки были трезвенниками. Употреблялось только пиво, да и то по большим праздникам. Кроме пива изготавливалось и вино, но! «Москвитяне, татары и турки, хотя и владеют землями, родящими виноград, однако вина не пьют, но, продавая христианам, получают за него средства на ведение войны. Они убеждены, что исполняют волю божью, если каким либо образом истребляют христианскую кровь» (36, стр.76). Что же это получается. Наши предки не только не пили, но и использовали вино в качестве оружия. Они очень оригинальным способом добивались снижения боеспособности противника, просто спаивали его. Что сейчас делают с нами всякие наши “друзья” с камешком или кистенем за пазухой и с бутылкой “Распутина”,“Белого орла” или какой-нибудь другой гадости в руке. Чем это кончилось для литовцев мы уже знаем, чем закончится для нас предположить не трудно.

Так как же решался на Руси в те времена вопрос повальной трезвости населения? А очень просто. Послушаем очевидца. «В Московии же нигде нет кабаков. Посему если у какого либо главы семьи найдут лишь каплю вина, то весь дом его разоряют, имущество изымают, семью и его соседей по деревне избивают, а его самого обрекают на пожизненное заключение. С соседями обходятся так сурово, поскольку (считается, что) они заражены этим общением и (являются) сообщниками страшного преступления» (36, стр.77). Ничего себе порядочки, скажут некоторые, а не было другого выхода у нашего народа, или погибнуть или трезветь, татары наглядно показали, что могут трезвые люди и надолго подчинили себе Русь и слава Богу что этот урок для пращуров наших не прошел бесследно. И правители наши того времени не стали бороться с водкой, а на деле спаивать население, которым легче управлять, как ныне, а повели решительную борьбу с пьянством и результаты не замедлили сказаться.

Послушаем опять очевидца, который не был сторонним наблюдателем, а был в стане врага покорившего множество Русских земель не последним человеком и посему его нельзя уличить в приукрашивали истории противника.

«Прежде москвитяне были в таком рабстве у заволжских татар, что князь их (наряду с прочим раболепием) выходил навстречу любому послу императора и ежегодно приходящему в Московию сборщику налогов за стены города и, взяв (его) коня под уздцы, пеший отводил всадника ко двору. И посол сидел на княжеском троне, а сам он коленопреклоненно слушал послов. Так что и сегодня заволжские и прошедшие от них перекопские татары называют князя москвитян своим холопом, то есть мужиком. Но без основания. Ведь себя и своих (людей) избавил от этого господства Иван, дед того Ивана (сына) Василия, который ныне держит (в руках) кормило власти, обратив народ к трезвости и повсюду запретив кабаки. Он расширил свои владения, подчинив себе Рязань, Тверь, Суздаль, Володов и другие соседние княжества. Он же когда король Польши Казимир и князь Литвы сражался в Пруссии с крестоносцами за границы королевства, а народ наш погрязал в распущенности, отнял и присоединил к своей вотчине литовские земли, Новгород, Псков, Север и прочие; он, спаситель и творец государства, был причислен своими людьми к лику святых. Ведь и стольный город свой он украсил кирпичной крепостью, а дворец – каменными фигурами…, позолотив купола некоторых его часовен. Также и рожденный им Василий, поддерживая ту же трезвость и ту же умеренность нравов…Расширил свой стольный град Москву, включив в нее деревню Наливки, создание наших наемных воинов, дав ей название на позор нашего хмельного народа….. Он в такой трезвости держит своих людей, что ни в чем не уступает татарам, рабом которых некогда был; и он оберегает свободу не мягким сукном, не сверкающим золотом, но железом; и он держит своих людей во всеоружии, укрепляет крепости постоянной охраной; он не выпрашивает мира, а отвечает на силу силой, умеренность его народа равна умеренности, а трезвость – трезвости татарской» (36, стр.78–80).

«А так как москвитяне воздерживаются от пьянства, то города их славятся разными искусными мастерами; они, посылая нам деревянные ковши и посохи, помогающие при ходьбе немощным, старым, пьяным, а также черпаки, мечи, фалеры и разное вооружение, отбирают у нас золото» (36, стр.77). Вот какими были наши предки создавшие Российскую империю, прежде всего ТРЕЗВЫМИ, кто так вторит врагам нашим и забулдыгам, что русский народ – пьяный народ и другого веселия не знает кроме пьянства. С пьяну можно только дров наломать, а не сделать что-либо дельное.

Низкий поклон, мое почтение и вечная память Царям Российским утвердившим на Руси трезвость и возродившим на ней Русь, будьте и для нас и для правителей наших живым примером Иван III (окончательно свергнувший татаро-монгольское иго), его сын Василий III (последний собирательль земли русской), его внук Иван IV (Грозный). К ним всем могут быть отнесены слова посвященные Василию: «Он в такой трезвости держит своих людей, что ни в чем не уступает татарам, рабом которых некогда был; и он оберегает свободу не мягким сукном, не сверкающим золотом, но железом; и он держит людей своих во всеоружии, укрепляет крепости постоянной охраной; он не выпрашивает мира, а отвечает на силу силой, умеренность его народа равна умеренности, а трезвость – трезвости татарской» (36, стр.80).

А потом была смута, так как не подготовил Иван Грозный себе достойного преемника, и труды их пошли прахом. Нет Русь созданная их трудами пока до сих пор стоит, но надолго ли? Потом были Романовы со своими Монопольками и орлеными штофами, которые получали деньги на свои и государственные нужды от спаивания собственного народа, в отличии от Рюриковичей, которые эти деньги получали от спаивания неприятеля. А может начиная с ХVII века для наших правителей неприятелем стал собственный народ?

Проблемой борьбы с пьянством были озабочены лучшие люди России, но мы мало что знаем о них. Почему? Да потому что пьяным народом управлять легче и пороки прививать народу легче чем что то положительное. Вот и читают наши дети в школе поэму Н.А.Некрасова “Кому на Руси жить хорошо”, где у мужиков всегда скатерть самобранка наряду с едой на стол ставит ведро водки, а тех кто не пьет укоряют: “Не пьют, а также маются. Уж лучше б пили глупые”. Но почему то ни в одной хрестоматии, ни в одной программе нет социально острых стихов А.К. Толстого, “Колокольчики мои… “ не в счет. Других стихов и работ его и его соратников славянофилов, один “Богатырь” чего стоит, вот прочитайте и вдумайтесь

 

Богатырь

По русскому славному царству,
На кляче разбитой верхом,
Один богатырь разъезжает
И взад, и вперед, и кругом.
 
 
Покрыт он дырявой рогожей,
Мочалы вокруг сапогов,
На брови надвинута шапка,
За пазухой пеннику штоф.
 
 
“Ко мне горемычные люди,
Ко мне, молодцы, поскорей!
Ко мне молодицы и девки, —
Отведайте водки моей!”
 
 
Он потчует всех без разбору,
Гроша ни с кого не берет,
Встречают его с хлебом-солью,
Честит его русский народ.
 
 
Красив ли он, стар, или молод —
Никто не заметил того;
Но ссоры, болезни и голод
Плетутся за клячей его.
 
 
И кто его водки отведал,
От ней не отстанет никак,
И всадник его провожает
Услужливо в ближний кабак.
 
 
Стучат и расходятся чарки,
Трехпробное льется вино,
В кабак, до последней рубахи,
Добро мужика снесено.
 
 
Стучат и расходятся чарки,
Питейное дело растет,
Жиды богатеют, жиреют,
Беднеет, худеет народ.
 
 
Со службы домой воротился
В деревню усталый солдат;
Его угощают родные,
Вкруг штофа горилки сидят.
 
 
Приходу его они рады,
Но вот уж играет вино,
По жилам бежит и струится
И головы кружит оно.
 
 
“Да что, – говорят ему братья, —
Уж нешто ты нам и старшой?
Ведь мы-то трудились, пахали,
Не станем делиться с тобой!”
 
 
И ссора меж них закипела,
И подняли бабы содом,
Солдат их ружейным прикладом,
А братья его топором!
 
 
Сидел над картиной художник,
Он Божию Матерь писал,
Любил как дитя он картину,
Он ею и жил, и дышал;
 
 
Вперед продвигается дело,
Порой на него с полотна
С улыбкой Святая глядела,
Его одобряла она.
 
 
Сгруснулося раз живописцу,
Он с горя горилки хватил.
Забыл он свою мастерскую,
Свою Богоматерь забыл.
 
 
Весь день он валяется, пьяный
И в руки кистей не берет —
Меж тем, под рогожею, всадник
На кляче плетется вперед.
 
 
Работают в поле ребята
И градом с них катится пот,
И им, в умилении, всадник
Орленый свой штоф отдает.
 
 
Пошла между ними потеха!
Трехпробное льется вино,
По жилам бежит и струится,
И головы кружит оно.
 
 
Бросают они свои сохи,
Готовят себе кистени,
Идут на большую дорогу,
Купцов поджидают они.
 
 
Был сын у родителей бедных;
Любовью к наукам влеком,
Семью он свою оставляет
И в город приходит пешком.
 
 
Он трудится денно и нощно,
Покою себе не дает,
Он терпит и голод и холод,
Но движется дело вперед.
 
 
Однажды, в дождливую осень,
В одном переулке глухом,
Ему попадается всадник,
На кляче разбитой верхом.
 
 
“Здорово, товарищ, дай руку!
Никак ты, бедняга, продрог?
Что-ж выпьем за Русь и науку!
Я сам им служу, видит Бог!”
 
 
От стужи, иль с голодухи,
Прельстился на водку и ты —
И вот потонули в сивухе
Родные, святые мечты!
 
 
За пьянство из судной управы
Повытчика выгнали враз;
Теперь он крестьянам, на сходке,
Читает подложный указ:
 
 
Лукаво толкует свободу
И бочками водку сулит;
“Нет боле оброков, ни барщин;
Того-де закон не велит.
 
 
Теперь, вишь, другие порядки.
Знай, пей, молодец, не тужи!
А лучше чтоб спорилось дело,
На то топоры и ножи!”
 
 
А всадник на кляче не дремлет,
Он едет и свищет в кулак;
Где кляча ударит копытом,
Там тотчас стоит и кабак.
 
 
За двести мильенов Россия
Жидами на откуп взята —
За тридцать серебрянных денег
Они же купили Христа.
 
 
И много Понтийских Пилатов,
И много лукавых Иуд
Отчизну свою распинают,
Христа своего продают.
 
 
Стучат и расходятся чарки,
Рекою бушует вино,
Уносит деревни и села
И Русь затопляет оно.
 
 
Дерутся и режутся братья,
И мать дочерей продает,
Плачь, песни, вой и проклятья —
Питейное дело растет!
 
 
И гордо на кляче гарцует
Теперь богатырь удалой;
Уж сбросил с себя он рогожу,
Он шапку сымает долой:
 
 
Гарцует оглоданный остов,
Венец на плешивом челе,
Венец из разбитых бутылок
Блестит и сверкает во мгле,
 
 
И череп безглазый смеется:
“Призванье мое свершено!
Не даром же им достается
Мое даровое вино!”
 

Очень похоже на литовцев 16 века, которые пропили свою державу, да и на нас сегодняшних, тоже успешно пропивающих свою державу и в пьяном угаре безразлично взирающих на то как всякая сволота растаскивает то что создали наши трезвые предки. Да, А.К.Толстой в своем стихотворении упомянул об иудеях наживающихся на спаивании народа, а вот что мы читаем о них у Литвина, какими они были и чем занимались в Литве в середине 16 века. «В эту землю стекся изо всех других земель самый скверный народ иудейский, уже распространившийся по всем городам Подолии, Волыни и других плодородных областей; (народ) коварный, ловкий, лживый, подделывающий у нас товары, деньги, расписки, печати, на всех рынках лишающих христиан пропитания, не знающий иных способов (поведения), кроме обмана и клеветы; как доносит Священное писание, это злейший народ из рода халдеев, развратный, греховный, неверный, подлый, порочный» (36, стр.88). Ну да Бог им судья, а мы должны не терять голову и учитывать опыт предков наших, тем более что все повторяется вновь, но уже не в нашу пользу. Как сообщила газета “Аль-Кодс” № 7 (62) от ноября 1995 г. в заметке “Пейте на здоровье”: “…в Израиле, в ограниченном кругу высокопоставленных чиновников, обсуждался вопрос, после дискуссии вокруг которого было вынесено решение: спиртное является наиболее эффективным средством борьбы против отдельных стран… На юбилейной встрече по случаю 50-ти летия ООН между президентом России Ельциным и президентом США Клинтоном был поднят вопрос. Западные страны готовы поставлять в Россию дешевую водку при условии, что часть прибыли после ее реализации будет направлена на погашение внешнего долга. Расчеты показывают, что в течении 10–15 лет Россия таким образом расплатится с долгами. Такое предложение очень понравилось Б.Н.Ельцину. Президент России пообещал, что вопрос будет изучен. Однако он обеспокоен тем, что против такого решения выступят отечественные производители спиртного, которые также готовы напоить всю голодную Россию”.

К стати, вот довольно интересные наблюдения Михалона Литвина о женщинах того времени. «Татары всегда держат своих жен взаперти. Наши же ходят без дела в гости друг к другу, вмешиваясь в мужские компании, одеты чуть ли не по-мужски. Вот откуда рождается соблазн.

…Впрочем, у нас, вопреки обычаю древних и святых людей и (согласно) живой природе, иногда приходят многие к одной женщине, не ожидая от этого ни потомства, ни родства, ни иного плода дружбы, не боясь Бога. Они ищут приданного, ценят красоту, которой женщины привязывают к себе и покоряют мужчин. Они (женщины) становятся надменными и стремятся к тому, чтобы быть не столько непорочными, сколько денежными и красивыми, даже если деньги порой мнимые, (а) лица крашенные. Вот что получило распространение в народе нашем после распространения известного закона… по которому в приданое женщины назначается определенная часть наследства. Вот почему, возгордившись, они нередко пренебрегают добродетелью, неуважительно относятся к опекунам, родителям, супругам и готовы даже покуситься на их жизнь… Но ныне нас покупают приданными жен, и мы, стремясь обрести знатную родню, превращаемся из-за них в рабов» (36, стр.90).

«Ни татары, ни москвитяне не дают женщинам никакой воли. А в народе говорят так: “Кто даст волю женщине, тот у себя ее отнимет”. Они не имеют у них прав» (36, стр.91). Нетрудно представить, как среагируют на эти строки многие мужчины, будут зачитывать их вслух привлекая внимание как можно большей не только мужской аудитории, по окончании цитирования победно посмотрят вокруг, а каково? Но пусть они смотрят не вокруг, а на самих себя. Женщины очень тонкий барометр, особенно наши, и уважать, а тем более подчиняться тебе только за то, что ты штаны носишь не будут. На мой взгляд, почему литовские женщины, а сейчас и наши, своих мужиков в грош не ставили, да потому что те за пьянкой мужественность свою потеряли, перестали быть хозяевами и в доме и в стране, да и самим себе. Вспомните, кто нас поднял и к оружию призвал в Приднестровье – женщины, без них сдали бы мы эту территорию без сопротивления, а кто позволил наших женщин в больнице в Буденовске захватить – мужчины и кто из них большего уважения достоин? Кто кому подчиняться должен после этого? Так вот мужики, хотите чтобы наши женщины вам подчинялись – будьте похожи на наших предков, которые в те далекие годы Русь возрождали.

А вот что Михалон говорит о чисто мужском занятии – ратном искусстве в те времена: «А ныне князь их (Московский) страшен нам, поскольку он постоянно обучает людей своих воинскому искусству, Не подобает никому из местных жителей вечно сидеть дома, но надлежит их по очереди посылать на защиту границ. Над этой нашей ленивой беспечностью враги наши татары обычно зло насмехаются, когда мы после пирушек погружены в сон, (а) они нападают на нас со словами:“Иван, ты спишь, а я тружусь связывая тебя”. Ныне наших воинов погибает в безделье по кабакам и в драках друг с другом больше, чем врагов, которые нередко разоряли нашу отчизну. А между тем в ратном деле на полях сражений в Подолии и Киевщине с трезвым и ловким врагом они имели бы большую возможность достичь воинской славы и могли бы превратиться из новобранцев в опытных воинов и вождей, и не надо было бы для этого искать людей на стороне. Предки Величиства Вашего не гнушались подданными своими, в интересах которых было храбро сражаться и умирать за свои обычаи и отчизну. И если бы двоюродный брат… (Ваш)… не предпочел наемников своим собственным воинам, им бы не пренебрегли в походе, не бросили бы в сражении, не растоптали бы при бегстве. Узнал цену их верности дед и его, и Величиства Вашего блаженной памяти Казимир сражаясь с крестоносцами при Хойнице в Пруссии; там, когда войско его пришло в замешательство, а он, исполняя долг воина и вождя и изнемогая от усталости и тяжести доспехов, на раненом коне был тут же окружен воинами народа нашего (и), пересев на другого (коня), рассеяв вражеские полчища, спасся от неминуемой гибели. Подражая этому и москвитяне не готовят в войско воинов наемников, (которые) когда-нибудь уйдут из их земли, и не расточают на них деньги, но стараются поощрять своих людей к усердной службе, заботясь не о плате за службу, но о величине их наследства. Ныне же наши воины, охраняющие границы, хотя и пользуются многими пожалованиями и льготами и имеют преимущества по сравнению с другими воинами, однако пренебрегают ими, позволяя заниматься военным делом и защищать отечество беглым москвитянам и татарам. Мы ежегодно подносим дары царю перекопскому, тогда как наша литовская и жемайтская молодежь была бы полезнее в войске, обладая как врожденной отвагой, так и физической силой, и будучи более твердой и несгибаемой при обороне. Но неразумеют наши начальники, что и государство стареет в праздности, и тела юношей более укрепляются на воинской службе, чем дома" (36, стр.93). Кто там за профессиональную (читай наемную) армию ратовал? Вот вам ответ на ваши досужие домыслы и рассуждения. Я думаю веские доводы против нее приведены, достаточные для того чтобы оставить эту зловредную идею в покое, ну конечно если ты добросовестно заблуждаешься, а всякого рода злопыхателей, клеветников и врагов наших это понятно убедить не может, тут необходимы аргументы и доводы иного плана, какие и дает жизнеспособное государство со всеми его атрибутами, в том числе и с крепкой народной армией.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25