Александр Кулинин.

Звезда Фемиды



скачать книгу бесплатно

Настя извивалась от удовольствия, теребя руками его голову, лаская себя. После она приподнялась, села на колени и стала расстегивать его брюки в предвкушении поистине волшебной ночи.

Настю очень возбуждал его аромат: запах шикарного мужского парфюма в сочетании с легким табаком и чем-то очень притягательным, чем-то мужским.

А Дениса заводил ее голос. Это был низкий женский голос, который, превращаясь в шепот, был настолько сексуальным и цепляющим, что единственным желанием Дениса в такие секунды было неистово овладеть ею.

Секс действительно был потрясающим. Они наслаждались друг другом настолько всесторонне, с такой невероятной самоотдачей. Денис изо всех сил старался сделать так, чтобы эту ночь Настя запомнила надолго, а Настя отдавалась ему полностью, мечтая лишь о том, чтобы этот мужчина был рядом с ней всегда.

С той ночи они почти не расставались. Стали жить вместе. Спустя некоторое время поженились. И несмотря на то, что завести ребенка им долго не удавалось, это была по-настоящему крепкая семья, а главное, безумно красивая и гармоничная пара.

У них были десятки общих интересов. Им обоим нравилась поэзия Есенина, украинский борщ, фильмы Рязанова. А еще и Настя, и Денис очень любили смотреть на звезды. Тогда ей нравилось слушать рассуждения мужа о том, что где-то там есть другие миры, другие живые существа, другие законы. Тогда она еще не знала, к чему все это приведет…

Денис ежедневно дарил ей розы, зная о том, что они для нее значат.

Паша этого не знал, но одного только понимания того, что мама любит эти цветы, было достаточно для того, чтобы по пути он вышел на станции «Киевская», где на улице продавались потрясающие розы.

Сразу же на выходе в город к Паше подошел невысокий кавказец:

– Роза нужна?

– Да, – ответил Паша.

– Пойдем, – кавказец устремил шаг в сторону цветочных ларьков.

Пашу всегда забавляла продажа роз в этих местах. Начать хотя бы с того, что продавцы (узбеки, азербайджанцы, грузины и т.д.) стояли вокруг местного торгово-развлекательного центра примерно через каждые пятьдесят метров, встречая абсолютно всех (неважно: мужчин, женщин) вопросами: «Роза нужна?», «За цветами, да?», «Цветы, роза?» (можно подумать, что розы – не цветы). При этом всегда, когда роза была-таки нужна, они все словно исчезали. В этот раз Паша был даже немного удивлен, что его желания столь быстро нашли отклик в лице скромного продавца цветов, коим, кстати, когда-то был его ныне покойный дедушка.

Купив три розовые розы, Паша решил пару минут постоять на улице и подышать вечерней свежестью. Было уже совсем темно, но огромное количество фонарей и подсветок не давало ни малейшего повода беспокоиться из-за этого.

Какая же все-таки красота! Павел неспешно дошел до небольшого стеклянного моста, поднялся на него и, выйдя на открытую его часть, устремил взгляд вниз. Пол на этом мосту был сооружен из досок, между которыми проходили широкие щели. Люди, испытывающие страх высоты, не могли на нем находиться.

Создавалось впечатление, что вот-вот упадешь в воду.

Но Пашу такой экстрим не пугал. Во-первых, он понимал, что это не просто мостик, а один из крупнейших мостов столицы, и рухнуть ему вряд ли суждено. Во-вторых, его настолько завлекал тот, вид, который открывался с этого места, что все остальное принимало второстепенное значение.

Огромный город. Красивые здания, украшенные разноцветными вывесками, рекламными щитами, экранами, показывающими проезжающим мимо автомобилям и прохожим разные ролики. Все это настолько зрелищно, ярко, размыто отражалось в реке, что можно было любоваться этим часами. Но таким временем Паша не располагал. Уже нужно было ехать домой.

Парень на мгновенье устремил взгляд в небо и увидел что-то непонятное: резкая вспышка яркого светло-зеленого цвета где-то вдалеке. Он даже решил, что ему показалось, но стоявшие рядом люди, стали громко и испуганно обсуждать произошедшее. Некоторые приготовили фотоаппараты и не прогадали. Минуту спустя полыхнула еще одна вспышка. Она была намного шире, ярче, и одномоментно с ней вдруг погасли все фонари и лампочки. Задержавшись над площадью Европы секунд на десять, вспышка исчезла. Фонари вновь включились. В воздухе нарастало волнение.

Кто-то начал кричать. Несколько человек в панике побежали к выходу с моста, а затем в метро. Несколько автомобилистов въехали друг в друга. Сотрудники полиции стали призывать паникеров к порядку, хотя на их лицах тоже выражалось беспокойство.

Паша испуганно побежал вниз. Спустившись, он быстрым шагом добрался до метро, перешел на нужную ему ветку, сел в вагон и, засунув в уши наушники, устремился к дому.

 
«Приоткрой свои глаза! Посмотри на звезды!
О чем говорят они? А в ответ тишина!
Доигрывает жизнь последние свои аккорды,
Не осознавая толком, какова ее цена!»
 

– читала Триада в плеере телефона.

Павел не хотел даже думать о том, что произошло.

Еще в годы средней школы Паша очень любил смотреть старые интервью и записи с выступлений отца. Он вспомнил, что однажды говорил отец:

– Я несколько лет изучал записи астрономов и сопоставлял их с различными фактами, которые происходили на планете, – аудитория явно была настроена с юмором, но Денис Денисович серьезным профессорским тоном продолжал. – Начиная с Древнейших времен, астрономы в разных точках Земли наблюдали вспышки светло-зеленого цвета. Каждый раз вспышка была строго одна, и следом за ней, почти одновременно, происходило какое-то событие: массовая смерть людей, извержение вулкана, революция и т. п. И сразу в нескольких древних Писаниях сказано, что день, когда последуют подряд две подобные вспышки, станет для планеты последним.

– Денис Денисович! – обратился к нему пухлый мужчина из зала с невероятно циничной и самодовольной улыбкой. – Скажите, пожалуйста, какое это все имеет отношение к тематике правого режима космоса? Или вам это все студент на семинаре поведал? – в зале раздался хохот. – Мой вам совет: поставьте ему двойку. Он просто не подготовился.

– Даже такой ответ студента показал бы большую подготовку, чем ваша кандидатская, Валерий Германович, – спокойно ответил Заратульский и улыбнулся. В зале снова раздался смех.

– Герман Валерьевич! – возмутился оппонент.

– Так вот, – продолжал Денис Денисович. – Двойная вспышка светло-зеленого света будет означать, что истек срок договора, а нам, землянам, предъявлен иск.

– Что за бред, простите? Какой иск?

– Господа, вы слышали что-либо о Всемирном потопе? – ответил Заратульский вопросом.

– Да, но…

– Так вот! – Денис Денисович перебил кого-то из зала. – Земля была полностью затоплена. Оставшиеся люди, спасенные небезызвестным вам Ноем, смогли насыпать и соорудить несколько островов в южных широтах Земли, но те постоянно смывало цунами. Нужно было что-то предпринять, и люди решили обратиться за помощью к внеземному разуму. Как именно, они вышли на связь с космосом, я не знаю, но пришельцы действительно посетили нашу планету и заключили с людьми договор.

– Что заключили? – хором переспросили несколько человек. В зале раздавался откровенный ржач.

– Договор, – невозмутимо ответил Денис. – Согласно этому договору, Земля становится частью межпланетного альянса. Они помогают нам устранять последствия потопа, а мы обязуемся соблюдать правила альянса.

– Правильно ли я понял, что главное правило альянса – нести чушь с трибуны? – молвил Герман Валерьевич. Зал взорвался смехом.

– Главное правило альянса – уплачивать налоги. – Заратульский грустно вздохнул и вышел из зала в сопровождение смеха и шквала аплодисментов.

Паше было страшно. Когда вдруг на одной из станций в вагон забежала женщина с криками о том, что на Землю напали пришельцы, он даже слегка онемел.

Выйдя на своей станции, он быстрым шагом двинулся к дому, сжимая розы так крепко, что на его ладонях пот стал смешиваться с хлорофиллом.

Подъезд. Код. Лифт. Он быстрым шагом подходит к двери и открывает ее.

«Есть ли Бог или нет вовсе? Догадок бездна.

Есть ли жизнь после? Науке неизвестно» – успевает дочитать Влади из Касты, когда Паша выключает музыку.

– Мам? – молвил парень с порога. В ответ тишина.

Паша быстро разулся и нырнул из прихожей в гостиную.

На диване сидела заплаканная Анастасия. Ее лицо было настолько бледным, что, казалось, она сейчас рухнет в обморок.

Возле нее стоял мужчина в очень дорогом и стильном черном костюме. Мужчина был высоким, очень накаченным и от него веяло какой-то брутальностью, какой-то мужской харизмой.

– Что случилось, мам? Кто это? – голос Паши звучал очень встревоженно.

Мужчина подошел к нему и холодным голосом произнес:

– Добрый вечер, Павел Денисович! Меня зовут Лаурин Виктор Сергеевич. Я возглавляю службу СМОБИ.

Глава 2

Зимой того года было на редкость тепло. Несмотря, на обилие снега, снеговиков, ледовых дворцов, выстроенных детьми вдоль дворов, и достаточную темноту уже с четырех часов дня, температура воздуха днем не опускалась ниже -5. Отличная погода для того, чтобы покататься на коньках, например, в Парке Горького, который несколькими сезонами ранее был преображен до неузнаваемости. Лаурин полюбил его еще с юности, когда часто отдыхал там в тени на одной из лавочек, читая книги или наслаждаясь песнями любимой группы Scorpions, которая в то время как раз порадовала своих поклонников, особенно российских, песней «Wind of change», в которой частично описывался этот самый парк. Тогда Виктор даже представить не мог, как сложится его судьба.

Все в его жизни складывалось удачно: служба в элитном подразделении спецназа, затем карьера в следственным отделе милиции, красавица-жена Вика, одно только упоминание о которой сводило с ума десятки мужчин. Шестнадцатилетняя актриса Большого театра, она, однажды вжившись в образ одной роскошной и неприступной сердцеедки, казалось, до сих пор играет эту роль. Вечно игривый и сексуальный взгляд, легкая походка, веселая и непринужденная манера общения, флирт, как встроенная в тело опция, привычка заигрывать с каждым, спать с особенными, но все же хранить «любовь» к одному единственному. Она обладала потрясающей внешностью: высокая брюнетка с потрясающими ножками, пухлыми губками, королевской осанкой и настолько очаровательной улыбкой, что Лаурин готов был простить все измены, все немыслимые траты на развлечения и одежду, все упреки… Он дышал ею, хотя и чувствовал, что когда-то это должно закончиться. Почему? Он не знал, но это тягостное ощущение до такой степени сжимало его сердце, что один раз он даже получил микроинфаркт, увидев Вику, идущей по улице за руку с другим мужчиной. Правда, там тревога оказалась ложной. Это была просто очень похожая на его жену девушка, которая, тем не менее, все равно изменяла своему мужу с тем мужчиной.

В один из выходных Лаурин проснулся к восьми часам утра, несмотря на то, что в дни, когда на работу идти не нужно, он иной раз мог проспать и до полудня. Что-то его тревожило.

На улице было светло. Местные бабушки уже отгуляли со своими псами и разошлись по квартирам перекусить, готовясь к «сходке», когда на самую большую в округе, шестиместную, лавочку садились сразу девять бабушек, чтобы начать осуждать перестройку, озираясь периодически по сторонам с целью убедиться в том, что их не подслушивают карательные органы – привычка со сталинских времен.

Виктор, попивая крепкий кофе, вкус которого ему не нравился, но отдаленно напоминал горечь пива, осмотрел это собрание, затем оглядел двор, чтобы убедиться, что его «Шестерка» стоит на месте, и направился в душ.

Вика на три дня уехала в Саранск к матери. Вернее, он так думал. На самом деле Виктория Лаурина развлекалась со своим любовником – высокопоставленным партийным деятелем. Это были их первые совместные выходные, и Вика хотела, чтобы все прошло хорошо. Она уже планировала уйти от Виктора к Борису, который и богаче, и симпатичнее, и в постели заставлял ее испытывать такое, что Виктору, если и снилось, то только после просмотра запрещенных к показу фильмов порнографического содержания, с которыми в то время, кстати, было напряженно.

Но все Викины планы обрушились разом, когда вернувшись из бассейна в спальню, она обнаружила своего ненаглядного с немного синим лицом и кухонным ножом, игриво выглядывающим из области груди.

Именно поэтому в душ Виктору так и не позволил зайти зазвонивший телефон. Это был его друг из милиции.

– Вить, привет, – голос звучал довольно приглушенно.

– Привет. Что-то случилось?

– Случилось… – последовала пауза длиною в вечность. – Вика задержана по подозрению в убийстве.

Через двадцать минут Виктор был на месте.

Он надеялся, что дело ведет кто-то из «своих», надеялся, что сможет договориться. В конце концов, он был на все сто уверен, что Вика непричастна ко всему этому, а вопрос, что она делала на этой даче, в тот момент его даже не волновал. Преступление было подстроено так, что все улики указывали на нее: отпечатки, камеры видеонаблюдения, согласно которым кроме них двоих в дом никто не заходил, и показания нескольких соседей, которые якобы слышали, как любовники ссорились. Но дело ушло в КГБ, а весь смысл расследования этого политического преступления сводился к тому, чтобы осудить Вику, покрыв тем самым настоящего убийцу.

Виктора никто не хотел слушать. Знакомые генералы с сожалением пожимали плечами и просили его оставить это дело. Попытки разговорить свидетелей или найти настоящие записи с камер успехом не увенчались, а Вика… А Вика плакала, моля его о помощи. Через две недели усердий Виктор похудел на восемь килограмм, местами поседел, а мешки под его глазами стали достигать размеров кулачищ боксера-тяжеловеса.

Надежда умерла. Если считать, что надежда действительно умирает последней, видимо, сам Виктор умер еще за несколько дней до этого. Это был не он. Это был зомби, одержимость которого постепенно спадала и перерастала в банальную безысходность.

Однажды вечером, Виктор, обмотав шею веревкой, привязанной к крюку на потолке, намеревался выкинуть из-под себя табуретку, как вдруг в дверь позвонили.

Недоумевая, что же это за мир, где даже повеситься спокойно не дают, Виктор отвязал от шеи канат и открыл дверь.

Перед ним стоял очень низкий пожилой мужчина в дешевеньком пальто.


– Добрый день, Виктор Сергеевич, – мужчина устремил взгляд в кухню в сторону табуретки и веревки. – Ничего себе, как я успел. Неужели решился бы? – его голос звучал довольно иронично.

– Ты кто? – равнодушно произнес Виктор.

– Видимо, твой ангел, – улыбнулся гость.

– У меня нет ни Бога, ни ангелов, – молвил Виктор. – На меня даже Дьяволу наплевать. По делу есть что?

– Не стоит так говорить о Боге, Виктор Сергеевич. – Мне, конечно, известно, что вы атеист, но в вашей ситуации молитва – единственное оружие.

– Во-первых, я не атеист. Я верю в Бога. Я не верю в Христианскую Церковь.

– Но ведь она представляет Бога…

– Чушь! – оборвал его Витя. – Это не Бог – воплощение Христианства, а Христианство – воплощение Бога, – голос стал агрессивнее. – А значит, можно просто верить. Без посредников. Без условностей. Без сект.

– Во-вторых? – спросил гость.

– Что?

– Ну, Вы сказали «во-первых», а что же «во-вторых»?

– А во-вторых, в моей ситуации оружий много: веревка, – он указал на сооружение позади себя, – шприц с воздухом, крыша высокого дома, таблетки, пистолет… А в-третьих, – Виктор сделал шаг в сторону гостя. – Кто ты, мать твою, такой и какого черта тебе от меня нужно? Если ты пришел убрать меня, то необходимости нет. Моя петля ждет. Но ты умрешь первым.

Виктор ловким движением схватил гостя за воротник пальто и резко швырнул его в квартиру. Гость приземлился на руки, резко перевернулся на спину, выхватил из-под пальто пистолет, но в этот момент Виктор выбил оружие из его рук ногой и ударил другой ногой в нос. Гость привстал и в прыжке налетел на Витю, сумев ударить его с левой руки в печень и ногой в голень. Витя упал на колено, но неожиданно выпрямился, ошарашив гостя мощным апперкотом снизу. Отскочив на пару шагов, гость принял боевую стойку. Виктор, выступив вперед, нанес два прямых удара. Гость увернулся, ударил Витю ногой, но тот закрылся от удара и поразил противника серией молниеносных ударов. С правой – в челюсть, еще раз! Гость лежит на полу, пытаясь встать, но Виктор пробивает ему в лицо ногой. Гость лежит недвижно. Витя взял пистолет, взвел и направил на лежащего. Хотелось не просто выпустить пулю, а выпустить из себя всю боль, всю ненависть, все эмоции, которые накопились в нем за эти дни. Палец медленно стал сдавливать курок.

– Стой… – прошептал мужчина с пола.

Виктор замер.

– Я не пришел, чтобы убить тебя… – голос мужчины дрожал. – Я пришел помочь. Я… Я могу спасти Вику.

Виктор опустил пистолет.

– К делу!

– Позволишь встать?

– Нет!

– Хорошо… В общем, я возглавляю секретную межправительственную службу.

– А я Лев Толстой, – съязвил Витя, хотя чувствовал по каким-то своим внутренним ощущениям, что гость не врет.

– Вот мои документы, – гость аккуратно кинул Вите небольшую книжечку, похожую на паспорт.

– Секретная Межправительственная Организация по Борьбе с Инопланетянами? СМОБИ? – прочитал Виктор. – Что за идиотизм?

– Идиотизм – это прятать под деревом в парке водку, искренне веря, что она подождет неделю. – Гость неожиданно, но плавно поднялся, а его голос стал настолько низким и уверенным, что Виктору стало даже немного страшно.

– Откуда ты знаешь…

– Идиотизм – это в семнадцать лет опоздать на свидание с лучшей девочкой класса из-за того, что ты внезапно решил уединиться с фотографией Мерлин Монро.

– Откуда ты…

– Идиотизм, – вновь перебил его гость. – Это застукать свою жену, сидящей голой верхом на лучшем друге, и поверить в то, что он обучал ее приемам борьбы.

– Откуда ты все это знаешь?

– Мы наблюдали за тобой с детства. Гость присел на край кровати. – Твой отец был секретным сотрудником Центра Исследования Космоса.

Виктор стоял недвижимо, не понимая, откуда тот знает столько личной информации. Последняя же фраза вывела его из состояния ступора:

– Мой отец? Ты что-то путаешь! – Витя, не выпуская из рук пистолета, сел на пол, прислонившись к стене. – Мой отец был простым преподавателем…

– Астрономии – закончил за него гость.

Виктор понял связь между сказанным и, приоткрыв рот, стал пристально смотреть на мужчину.

– Меня зовут Керч. – Наконец, представился тот.

– Это имя?

– Это позывной, которого тебе пока для общения со мной вполне хватит.

– Что делать с Викой?

– У нас есть предложение. Но сначала выслушай все. Хорошо?

– Давай, – пробубнил Витя, – Умирать, так с песней.

– Ты никогда не терял чувства юмора. – Керч стер платком кровь с носа. – Равно как и силу удара. Так вот. После Большого взрыва Вселенная начала постоянно расширяться, а вместе с этим появлялись все новые планеты, на многих из которых так или иначе в процессе эволюции зарождалась жизнь. Далее в каждом мире появлялись свои порядки, свои правители, желающие захватить другие миры. А вместе с этим – и проблемы, связанные с метеоритными дождями в зонах «Метеосмрада» на востоке Вселенной, огненными монстрами в зонах «Белых созвездий» и, например, наводнениями, как на нашей планете.

Задолго до потопов к нам пару раз прилетали представители иных миров с предложениями объединиться с ними, но люди отказывались.

– Почему? – Витя слушал очень заинтересованно.

– Уже миллиарды лет Вселенная поделена на сотни космических военных альянсов. Каждый альянс устанавливает свои правила, свои органы контроля за соблюдением этих правил. По закону нашего альянса, Земля должна отчислять налоги в казну.

– Налоги? В какой же валюте?

– Им нужны человеческие души.

– Зачем?

– Не знаю. Но мы все-таки вступили в этот альянс.

Во время так называемого «Всемирного» потопа нам была просто необходима помощь более развитых цивилизаций. Единственные выжившие колонии людей на тот момент возглавлял Совет Старейшин, в состав которого входил наследник Ноя – Варум. Варум подписал договор о вступлении.

Условия договора были такими: силы альянса устраняют последствия наводнения на нашей планете, а мы обязуемся отдавать им сто тысяч душ каждую тысячу лет. Но Варум выторговал рассрочку, так как на тот момент численность населения оставляла желать лучшего. И мы платили бы, но случилось нечто непредвиденное.

– Наши души украл социализм?

– Смешно. Нет.

Дело в том, что все эти события держались втайне от народа. Был создан орден хранителей этого договора. Они называли себя ТРОЯ.

Орден вобрал в себя настолько могущественных воинов, что вскоре под эгидой благих целей превратился в целое государство, захватив достаточно большую часть территории. Государство процветало долгое время, но потом пало. Греки уничтожили его. Ну, слышал, наверно?

– Угу, – слукавил Витя.

– Договор и какие-либо сведения обо всех событиях того времени были утеряны.

– Я пока не понимаю, какое все это имеет отношение к Вике!

– Дослушай! – Керч пристально посмотрел в красные глаза Виктора. – Они были утеряны вплоть до середины девятнадцатого века. Сначала исследователей, изучающих этот вопрос, игнорировали, но, когда Николаю Первому, показали данные по пропажам людей при загадочных обстоятельствах, сведения об НЛО и множество другой пугающей информации, он организовал тайную встречу между лидерами крупнейших государств. Те к тому моменту уже тоже начали осознавать всю важность проблемы. Была создана СМОБИ, руководство которой осуществлялось и по сей день осуществляется из России. В задачи организации входят:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное