Александр де Дананн.

Память крови



скачать книгу бесплатно

Притом, этот контакт в силу различных причин мог резко обрываться, например, вследствие несчастного случая с телом нумена или, как полагал тот же Вентура, из-за «обряда, выполненного «вразрез с традицией», совершённого потомком, виновным в предательстве, или же чуждым сему роду человеком».

Следовательно, в какой-то момент и каким-то образом некоторые роды лишаются подобной связи; и это должно было проявиться уже в довольно отдалённую эпоху: именно тогда, чтобы восстановить контакт, «возродив» неким способом нумен, его, пока оное ещё оказывалось возможно,[151]151
  J.J.M. de Groot, The Religious system of China, Leiden, 1892-1907, vol. 6. Ян Якоб Мария де Гроот, коему мы обязаны наличием обширнейшей документации, касающейся погребальных обрядов императорского Китая, упоминает о необычном методе идентификации костных останков родственников, захороненных в общих могилах.
  Тот, кто должен был осуществить перенос останков предков, извлекал немного крови из пальца и окроплял ею кости в могиле: если кровь прилипала к костям или каким-либо образом впитывалась ими, это служило доказательством подлинного родства между живым и усопшим. Подобная практика, вероятно, была достаточно распространённой, так как в 1247 году в нормативной китайской работе Сун Цзы о судебной медицине, Си-юань-лу, говорится следующее: «Если кости отца или матери лежат в месте, каковое принадлежит другим, и если сын или дочь желают опознать их, то пусть наследники извлекут немного крови из своих тел и окропят ею кости. Если останки принадлежат мужчине или женщине, которые произвели на свет оных наследников, то кровь впитается; в противном случае – нет». Данное испытание крови официально признавалось судами… Тем не менее, не верится, что речь идёт об использовании сего метода в позднейшее время. Династические хроники императорского Китая свидетельствуют о похожих опознаниях останков предков, производимых в V веке нашей эры (Lionello Lanciotti, «Sangue e antropologia nella Cina antica», Sangue e antropologia nella Liturgia, I, Roma, 1948, p. 17).


[Закрыть]
вопрошали о разрешении магического использования останков предка, то есть солей, экстрагированных из его костей.

Происхождение данной практики уходит в глубину веков, хотя примеры, каковые мы приведём в качестве доводов, увы, будут не так далеки от нас.

К проблеме сей особенной формы палингенезов, совершаемых посредством праха, среди многих прочих исследователей, обращается Давид ван дер Беке[152]152
  David van der Becke, Esperimento et meditationes circa naturalium rerum principia, Hamburg, 1683, p.

310.


[Закрыть] – того же способа придерживался и Пьер Борель:[153]153
  Отрывок из Бореля: «Не только о растениях известных, но и о неведомых приобретаем мы знание по их плодам, семенам и фрагментам, которые волнующимся морем приносит от неизвестных берегов и которые мы рассматриваем в музеях редкостей. И, что еще более удивительно, то же самое имеет место и в отношении животных; музей для тебя – словно Ноев Ковчег. И таким образом ты увидишь, что облики (formas) всех вещей бессмертны: убедительнейшее доказательство воскресения; и этот Дух-Архей может воссоединиться с обычным телом, сообразно познанию его и предопределению, магнетически притягивая материю из первоэлементов, и если в той воде нет плотных первоэлементов, то он воспроизводит себе тенеобразное (umbratile) тело. Но, что превосходит всё самое изумительное, – это может иметь место и в отношении людей; и в некромантии, являемой в фиалах, ты по собственной прихоти побудишь явиться отца, деда, отца прапрадеда и любую персону; более того, древних римлян, евреев и вообще кого пожелаешь, исключая Пифию, в их собственных образах, – если ты сохранишь их прах или кости, а также, я полагаю, есть и многое другое, что, как я полагаю, еще не долженствует быть открыто» (Pierre Borel, op. cit., 1657, Centuria IV, Observatio LXII, «De Admiranda Rerum Resurrectione»). Добавим, что аналогичная операция довольно часто упоминается в шокирующем романе Говарда Филлипса Лавкрафта (1890-1937) Случай Чарльза Декстера Варда, написанном в 1927 году, но опубликованном лишь после смерти автора в 1941-м. Этот американский писатель, истинный «пророк» «контринициации», снискал расположение публики, заигрывая с мощной и гипнотической эвокативной силой, сквозящей в его повестях и рассказах, внушённых, впрочем, по воле той же «контринициации», лишь слепым инструментом коей Г.Ф. Лавкрафт был; среди прочих обстоятельств, припомним только, что его произведения ценили и изучали продолжатели дела Алистера Кроули. Не забывайте, что Г.Ф. Лавкрафт родился в 1890 году в Провиденсе, неподалёку от Бостона, где прожил всю свою жизнь, и что в этом городе, по крайней мере, какое-то время, находилась штаб-квартира Герметического Братства Луксора. Более подробную информацию о Г.Б.Л. см. в H.B. of L., textes et documents secrets de l’Hermetic Brotherhood of Luxor, Paris, 1988.


[Закрыть]
речь идёт о практике некой, так сказать, дозволенной некромантии для воскрешения собственных предков, а также намного более древних людей, с учётом сохранности останков и костей. Беке говорит следующее: «Но мы должны указать, что Борель считал, будто в фиале с помощью определённой разновидности допустимой некромантии можно вернуть к жизни отца, деда, прадеда или род целиком, а также древних римлян и евреев или того, кого пожелаешь, воскресив их в виде «тени», с присущим им внешним видом, при условии сохранности праха и костей».[154]154
  «Но что мы скажем о том, что сообщает Борель, а именно: будто возможно в некромантии, являемой в фиалах, отца, деда, отца прапрадеда и любую персону; более того, древних римлян, евреев и вообще кого пожелаешь, вызвать к свету в некоем тенеобразном Воскресении, в их собственных образах, если ты сохранишь их прах или кости?» (David von der Becke, Experimenta et Meditationes circa Naturalium Rerum Principia [ «Эксперименты и размышления касательно начал вещей естественных»], Hamburg, 1674, p. 244.)


[Закрыть]

Итак, согласно теории Пьера Бореля, «основные соли животных можно приготовить и сохранить таким образом, что искусный человек будет иметь в своём кабинете весь Ноев ковчег и сможет по собственному желанию возродить животное в прекрасной форме из праха оной твари; и, следуя подобному методу, с помощью эссенциальных солей человеческого праха, не прибегая к какой-либо преступной некромантии, философ способен воскресить облик какого угодно покойного предка из останков его тела».

Но однажды данная практика вышла за рамки внутреннего употребления в среде исследуемых нами родов, весьма вероятно вследствие разглашения, и получила определённое распространение, что привело к появлению некромантии в её самой известной и наиболее вульгарной разновидности; тогда-то она и пополнилась суетными практиками, связанными с защитой, заклинаниями и т. д.[155]155
  Моисей Шваб даёт следующее иудейское определение некроманту: Auba tamia, «заклинатель костей», некромант: Мишна, Шабат, XX, 3; Талмуд, Берахот, 59 (Moise Schwab, Vocabulaire de l'Ang?lologie, Paris, s.a. (1893, 1897), p. 157). Пехлевийская Вендидад говорит о насущной необходимости защищать дакмы (зороастрийские погребальные строения, где находились кости) от нежелательных посетителей: джаду, «колдунов» (Вендидад, VII, 58-59). Кроме того, можно упомянуть об эпизоде с Аэндорской «волшебницей», которая принудила тень Самуила предстать перед Саулом; не следует забывать, что некромантия была строго запрещена и даже каралась смертью (I Сам. 28; Лев. XX:27). Добавим к этому написанное относительно некромантии Агриппой: «Различаются два типа некромантии: называемая некиомантией, каковая вопрошает труп и не может преуспеть в своём деле без использования крови; другая именуется скиомантией, поскольку ей достаточно воззвать к тени» (Агриппа, Оккультная философия, кн. III, гл. XLII).


[Закрыть]
от опасностей призвания существ из чуждого рода с иной кровью, поскольку у некроманта не было «права» вызывать или вопрошать их.

Отсылаем читателя к аргументации графа Вентуры, касающейся последствий обряда, совершённого человеком, чуждым роду и «незаконно присвоившим себе право на него», право, которое принадлежало исключительно легитимной семье.

Именно к данному моменту можно было бы отнести происхождение некой формы церемониальной магии.[156]156
  В таком случае не столь очевидно действие «блуждающих влияний», описанных Геноном, и их сгущение внутри или снаружи мага, который вверяет себя силам, наделённым своеобразным сознанием, чтобы сформировать для них временную индивидуальность (ср. Ren? Gu?non, L'Erreur Spirits, Paris, 1952, pp. 121-124). Ранее мы упоминали сказанное самим Геноном: согласно иудейской традиции, между «дыханием костей» и высшими принципами существует определённая связь, но ещё более тесные узы связывают ob и тело. Здесь же – очень скоро у нас будет возможность затронуть эту тему – мы обращаем внимание на твёрдую соль, находящуюся в некоторых костях, которая является хранителем и носителем приобретённого индивидуумом сознания и, следовательно, как убедительно объясняет Р.А. Шваллер де Любич в некоторых своих произведениях, содержит присущие сему человеку специфические особенности и личные характеристики, включая качества, приобретённые в течение его жизни. Истинный тайный источник тотема, согласно определению Исы Шваллер де Любич, «в животной или растительной форме является носителем естественных общностей (сходства жизненных циклов и психического состояния), устанавливающих анимическую связь между ним и человеческими существами… Фамильный герб может быть не только эмблемой, но и тотемом, если он несёт дополненное девизом изображение растения или животного, представляющего подлинный тотем семьи. Символ реален и основан на вере в то, что индивидуум, семья или клан могут найти в растительном или животном царствах «покровителя типичных общностей», жизненный цикл и психическая природа которого совпадает с их собственными… Тем не менее, тотем – это не только анимическое сходство… Нужно отметить, что всё касающееся тотемных законов относится к душевно-психической жизни человека… и это верно, когда речь идёт как о защите или увеличении жизненной силы человека, так и об обеспечении его благоприятными анимическими влияниями или сохранении целостности «тотемного рода»» (Isha Schwaller de Lubicz, Contribution ? l'?gy?tologie, Caire, 1950, pp. 74-76). Теперь обратимся к описанию весьма любопытных фамильных гербов, в коих доминирующим элементом является кость; это гербы некоторых европейских семей, чьё символическое значение, по всей видимости, довольно трудно установить. Добервиц или Добровиц (Пруссия): красного цвета, с двумя серебряными мёртвыми костями в центре, с четырьмя слезами из серебра в вольной части; увенчанный короной шлем. Гребень шлема: возникающая женщина, облачённая в красное, с распущенными волосами, держащая в правой руке золотой кубок (J.B. Rietstap, Armorial g?n?ral, II, 545).
  Гильдемейстер (ван Гейл – Амстердам): на лазурном фоне рука в броне серебряного цвета, окаймлённая золотом, выходящая из облака с левой стороны щита; рука с золотыми наручами, держащая мёртвую кость из серебра. Гребень шлема: украшение щита (исключая облако); сокрытая в вертикальной полосе рука. Ламбрекен: золотой и серебряный (J.B. Rietstap, op. cit., II, 770, 775).
  Кюрванг (Шпира): кость; возникающий человек в серебряном вооружении, изображённый в профиль, направляющийся к зелёному холму и держащий в вытянутой правой руке прямую чёрную кость. Гребень шлема: возникающий человек (J.B. Rietstap, op. cit., II, 1147).
  Монод (Вюйерен-Пэи де Во): предплечье на лазурном полосатом фоне, направленное влево, держащее кость в вертикальном положении и сопровождаемое тремя звёздами на голове, двумя и одной; всё в серебре. Гребень шлема: серебряное предплечье, вертикальное, держащее такую же кость, в полосах (J.B. Rietstap, op. cit., III, 245).
  Тио (Арагон): серебряная бедренная кость на лазурном фоне, косая полоса, на правом краю золотое солнце, на левом – полная серебряная луна (J.B. Rietstap, op. cit., IV, 915).


[Закрыть]

Распространение подобных практик за пределами изначальных родов составляет, по-видимому, часть проекта «контринициатических» форм, которые нацелены на обольщение человека, суля ему «обожествление» и обещая «сделать таким же могущественным, как и Бог»: доктринальная основа магии Ренессанса и античной неоплатонической магии была укоренена лишь в люциферианской гордыне «стать подобным Богу», дабы утверждать собственную власть над миром.

Теперь для понимания этой главы необходимо процитировать большой отрывок из книги Р.А. Шваллера де Любича Храм человека,[157]157
  R. A. Schwaller de Lubicz, Le temple de l'homme, 3 vol., Paris, 1957, повторное издание Paris, 1979, vol. I, pp. 64-70. Рене Адольф Шваллер, также известный под инициатическим именем Аор, или, более точно, Аор Магомет Алия, родился 30 декабря 1887 года в Анье и умер 7 декабря 1961-го в План-де-Грас. Этот инженер-химик создал в 1918 году в Париже, вместе со своей будущей женой Исой (Жанна-Жермен Лами, 1885-1962), движение «Наблюдателей», организацию одновременно художественно-социальную и философско-инциатическую, куда входили, среди прочих, такие личности, как Ф. Леже, П. Лоти, А. Глез, Ж. Польти, П. Фор, В. д’Энди, А. Спир, Ф. Дивуар, А. Барбюс. Данная группа также включала в себя внутренний круг, называвшийся «Орденом Илии». Рене Шваллера связывали кровные узы с великим литовским поэтом, писавшим на французском языке, Оскаром Владисласом де Любич Милошем, который впоследствии передал ему имя Любич, а с ним – титул рыцаря и право на ношение оружия своего клана; кажется, именно тогда, благодаря контактам, установленным с герметическими школами Северной Африки, Рене Швалллер и был посвящён в «Ars Regia» [Царское искусство (лат.) – общее наименование доктрин и практик герметической традиции, связанной с мистериями высших каст, в более узком контексте – алхимия. – Прим. пер.]. Позднее в 1921 году он основал в Швейцарии, недалеко от Сен-Морица, научную станцию «Сухалия» («Station Scientif?que Suhalia»), своеобразный светский монастырь, члены которого занимались ремесленными работами в стекольных, типографских, ткацких, столярных и пр. мастерских и лабораторными исследованиями химии, физики, гомеопатической медицины… и всё это под руководством Р. Шваллера де Любича. Пятнадцать лет пребывания в Египте, включая двенадцать лет жизни в Луксоре, Шваллер полностью посвятил изучению древнеегипетской традиции: по его собственным словам, «самой ясной, полной и совершенной от самых истоков своего появления». Из тысяч собранных данных он составил своё монументальное произведение Храм человека, в котором раскрывается «суть знаний фараонов, а основой западной культуры провозглашается пифагорейское учение»; данная работа стала завершением ряда трудов, уже предвосхищавших эти выводы и идеи. Согласно многочисленным свидетельствам, полученным из различных источников, которыми мы обладаем, Р. Шваллер де Любич, по-видимому, обладал довольно глубокой осведомлённостью относительно весьма специфической магии, а также имел связанную с последней «практику». Приводимый нами текст демонстрирует уровень его познаний, являющихся, в большинстве случаев, достоянием тех родов, изучением которых мы занимаемся в настоящей книге. Более того, в 1927 году он опубликовал работу, изъятую из магазинов вскоре после издания, коя называется Адам, красный человек, где продемонстрировал весьма серьёзное знание доктрин и практик «тантрического» характера. В связи с этим и прочими фактами, даже если выдвигать гипотезу, не находящую доводов в свою пользу, о связи Шваллера и Карла Кёльнера, который, вместе с Теодором Ройссом, основал в 1895 году О.Т.О., известно, что тот много путешествовал по Востоку и усвоил учения, несущие следы неортодоксального суфизма и тантризма, которые, по его словам, получил от арабского учителя и двух индусов, и был, по всей видимости, «инициирован» различными людьми. Однако, на наш взгляд, если Шваллер и принимал участие в каких-то подобных «группах», то это был именно тот секретнейший и внушающий страх О.Т.О., являвшийся сущей «западнёй» [В оригинале specchietto per allodole, букв. «зеркальце для жаворонка»; аналог русского выражения «сыр в мышеловке». – Прим. пер.]. В любом случае, связь между его герметическим посвящением в Северной Африке и интересом к древнеегипетской традиции представляется, надо сказать, признаком весьма тревожным. Мы не можем не привести здесь по этому поводу несколько отрывков из переписки между Геноном и «неизвестным корреспондентом».
  От 22 апреля 1932 года: «…На самом деле, единственное, что осталось от Древнего Египта и продолжает существовать до сих пор, – это магия, довольно опасная и очень низкого уровня; впрочем, она в действительности имеет отношение к мистериям известного бога с головой осла, ни кого иного как Сета или Тифона. Оная магия, по-видимому, нашла себе убежище в определённых районах Судана, где происходят не совсем обычные вещи: так, например, существует регион, обитатели коего, числом около двадцати тысяч, способны принимать по ночам облик животных; остальным жителям пришлось даже возвести ограду, чтобы воспрепятствовать ночным набегам этих существ, в ходе которых они часто пожирали людей…»
  От 12 марта 1933 года: «…Колдовство Северной Африки не арабского, а берберского и, возможно, отчасти финикийского происхождения, хотя самый могущественный его элемент (здесь я говорю о том, что касается головы осла) восходит к Древнему Египту и продолжает поддерживать мистерии Тифона: полагаю даже, что это всё, что осталось от древнеегипетской цивилизации, и, конечно, оное представляет собой не самое лучшее из того, чем данная цивилизация обладала… Видимо, «магическая» сторона развилась там довольно рано, что уже указывает на определённое вырождение; в некоторых гробницах присутствуют воистину отвратительные влияния, которые, кажется, способны поддерживать свою жизнеспособность сколь угодно продолжительное время…» (Фрагменты корреспонденции, упоминаемые в книге Jean Robin, Ren? Gu?non, t?moin de la tradition, Paris, 1978, pp. 253-254).
  Довольно любопытно, что в остатках сохранившейся в Судане магии, о которой говорил Генон, обнаруживается феномен превращения человека в животное, к коему причастно всё население, что, между прочим, является доказательством наследственной передачи такой способности через кровь.


[Закрыть]
на которую специалисты по герметизму обратили, по нашему мнению, недостаточно внимания, по крайней мере, сие касается того, что связано с вышеупомянутой темой.

«…Сознание представляет собой не действие некой функции, не результирующую определённого сочетания, но метафизическое Могущество, исходный синтез, предположительно несущий в себе Идею всех специфических особенностей… Феномен сознания существует также и в животном, предшествуя психологическому сознанию человека. Память, инстинкт, умозаключение, эмоциональная и психическая реакция являются терминами, резюмирующими крайне сложные функции, которые, тем не менее, все связаны с данным «срединным состоянием», под каковым я подразумеваю сознание. Обосновывая эволюцию и изучение природных явлений этим метафизическим основанием сознания, рассматриваемого в качестве Сущности, Энергии или Деятельности в целом, можно выстроить совершенно логичное здание.

Эволюция или расширение сознания во времени проявляется через форму и организм индивидуума. Последний, увековечивая себя, лишь преумножает то единство, кое он собой представляет. Адаптации к среде с помощью «борьбы за существование» приводят к многообразию групп особей, классифицированных по расам и видам. Данная классификация производится на основе повышения уровня качеств, от индивидуальных к общим. Это касается и передачи свойств посредством семени индивидуума.

Таким образом, в самом индивидууме следует искать путь развития сознания, за пределами всякого семенного размножения. Нужно пересмотреть возможности к преобразованиям специфических особенностей и форм их передачи. Древний как Мудрость завет гласит: «Одна форма может происходить от другой лишь посредством полного разложения первой на основные составляющие элементы». Второй завет той же Мудрости утверждает: «Всякая вещь и всякое существо содержат твёрдое ядро, каковое не могут разрушить ни гниение, ни огонь». Данные принципы игнорировались нашими биологами, что привело к ошибочным попыткам представить теорию последовательной эволюции, которая, всё же, приуготовлена естественной причиной. Метемпсихоз существует, если оставить в стороне нравственный характер, каковой приписывают душе, рассматривая при этом исключительно психику, являющуюся ощущением – с трудом определяемым – особых качеств. С другой стороны, с принципом метемпсихоза связывается легендарный растительный палингенез, основывающийся на твёрдом остатке, содержащемся в пепле. Каждое тело, растительное или животное, вследствие гниения приводится к двум отдельным состояниям; первое – летучее, второе образует твёрдый остаток. Сия твёрдая часть, высохнув, содержит щелочную соль. Горение разделяет аналогичным, хотя и насильственным образом все растительные или органические тела на летучие компоненты, оставляя пепел, содержащий твёрдую щелочную соль. «Человек, ты прах и в прах обратишься».[158]158
  Быт. III:19. – Прим. пер.


[Закрыть]

То есть, каждая вещь в сущности своей сложна: с одной стороны, она летучая, с другой, твёрдая – этот порождающий принцип излагается теологией фараонов, например, в учении о ба и ка. Если пепел от сгоревшего растения посеять в землю вместе с семечком того же самого растения,[159]159
  По этому поводу вспомним древнейшую гомологию между человеческим семенем и семечком растения.


[Закрыть]
то можно усилить его качества или модифицировать типичные для него свойства.[160]160
  Ср. Hannemann, Salis et Palyngenesis vegatalis et animalis, Kiloni, 1677, p. 3: «Сие древо земных существ есть феникс, всякий раз возрождающийся из своего пепла, и известный пифагорейский Метемпсихоз, столь восхваляемый – по-иному учение Пифагора объяснить невозможно…»); pp. 58-59: «При помощи огня все эти элементы можно извлечь из порождённых растением семян: например, Дух, устойчивые и летучие соли, масл? и летучие соли растений») и ещё: «…И эти мельчайшие элементы можно извлечь из растений посредством действия огня, они рассеяны по всему их организму и, в конце концов, будут сосредоточены в маленьком зёрнышке, а воскрешаемая форма демонстрирует, что экстракты растений аналогичны тем же самым зёрнам или что сами соли являются изначальными зёрнами вещей; Парацельс в своей работе Тайна природы описывает восстановление растений из их пепла; он всё время подкармливал пепел, в соответствии с искусством пропитывая его водянистой жидкостью и маслянистым экстрактом из растений, пересаживал в первоматерию, так сказать, засевая первое зерно своего растения и оставлял в подходящей земле для зарождения, как о том повествует Либавий в Synt. Artic. I, c. 22, p. 47. Если посеять траву, разрезанную на мельчайшие кусочки или хорошо пережжённую, то родится трава того же вида, каковую разрезали или сожгли, говорит Кирхер в De arte Mag. I, Gart. 5, c. 3, experim., p. 496».


[Закрыть]
Тот же пепел способен воспрепятствовать росту растений, которые являются «комплементарными».

Легендарный палингенез растений, а также сказание о Фениксе суть инициатические предания, свидетельствующие о недоступном для «клеточного» семени способе размножения. То есть, данные трансформации могут свершиться лишь при посредстве того и в том, кто при жизни претерпел глубинное изменение собственного существа. Он должен перевоплотиться,[161]161
  Полагаем излишним уточнять, что в данном случае речь идёт не о теософской «реинкарнации».


[Закрыть]
ибо его семя неспособно передать другому существу эти новые свойства. Незнание данного факта приводит к невозможности формулирования исчерпывающего закона наследственности. Твёрдая соль, очень твёрдая и не поддающаяся разрушению даже на уровне хромосомы, является подлинным носителем специфических особенностей индивидуума, сохраняющим личные качества, включая приобретённые в ходе его жизни. Для химика одна клетка равноценна другой, хотя очевидно, что с жизненной точки зрения в органах каждого индивидуума существуют неразличимые в физическом смысле нюансы, каковые и отличают его от других. Один лист дерева никогда не будет идентичен другому, а один человек – и то, из чего он может состоять – иному человеку, исключая некоторые случаи однояйцовых близнецов. Чтобы «реинкарнация» могла произойти, фиксированное ядро психики индивидуума должно слиться с органическим ядром клетки-семени. Равным образом, твёрдое ядро неспособно произвести новое организованное существо, не регрессировав в эволюционную линию для возобновления всего цикла, приводящего к появлению органической жизни. Родство между двумя ядрами, твёрдым минералом и животной либо растительной клеткой, является неизбежным, и метемпсихоз суть история предков данного устойчивого ядра, необходимого для проявления живого существа в его цикле.[162]162
  В своей книге Бестиарий Христа Луи Шарбонно-Лассе писал, что, «говоря точнее, греческие мудрецы достаточно ясно выразили свои убеждения, свою веру в «палингенез», то есть, в возрождение человека после смерти в более совершенном состоянии» (Louis Charbonneau-Lassay, Le Bestiaire du Christ, Arch?, Milan, 1974, pp. 410-411). По этому поводу в 568 году до н. э. Феогнид из Мегар сказал в стихотворении так: «Надолго останусь распростёртым под землёй, как молчаливый камень, утратив свою душу…» По утверждению Виктора Маньена, «он [Феогнид] верит, что потерянная душа когда-нибудь отыщется и найдёт тело» (Victor Magnien, Les Myst?res d'?leusis, Payot, Paris, 1929, p. 66). Св. Августин формально признавал, что древние греки верили в палингенез. «Некоторые генетлиаки [Предсказатели, определявшие судьбу новорождённого по звёздам. – Прим. пер.] писали, – утверждает он, – что случается оживление людей, каковое греки именовали палингенезом. И происходит сие возрождение в течение 444 лет, дабы то же самое тело и та же самая душа, кои некогда были едины в человеке, воссоединились однажды снова» (Святой Августин, О граде Божьем, XXII, 28). «Это значит, что еретики, о которых говорит Августин, приняли греческое учение о палингенезе и что, следовательно, греки верили в грядущее объединение тела и души, составлявших человека, в ту же самую личность», – добавляет Виктор Маньен к сказанному святым. «Греки, от которых еретики восприняли свой догмат, являлись последователями мистерий и, прежде всего, мистерий элевсинских» (Victor Magnien, op. cit.).


[Закрыть]
Это тема таких странных повествований, как египетское предание о Волшебнице[163]163
  Вероятно, Шваллер де Любич подразумевает богиню Исиду, каковую мифы Древнего Египта называют «великой волшебницей», способной оживлять умерших. – Прим. пер.


[Закрыть]
или, среди прочих, некоторые сказания кхмеров. В подобном также состоит смысл различных «магических» действий, как, например, поедание глаза покойника, бывшего величайшим охотником, каковое совершает живущий в джунглях молодой негр, дабы обрести остроту и точность зрения. В общем, знание сей тайны психической передачи[164]164
  По сути, Генон говорил о метемпсихозе как наследственной передаче от одной личности к другой более или менее важных элементов, которые сохраняли некое состояние связности после распада человеческой структуры, как в случае тибетских тулку (или греческой концепции перевоплощения). Тем не менее, на наш взгляд, следует подчеркнуть то, на что Генон обращал недостаточно внимания: всё зависит от качества передаваемых психических элементов, и сей факт не стоит совершенно игнорировать. Также тут подразумевается случай прародительской памяти, каковая может проявляться даже через несколько поколений, пребывая в латентном и подсознательном состоянии до момента вмешательства «срывающей с цепи причины», провоцирующей её манифестацию. Таким образом, мы снова обращаемся к вопросу «памяти крови».


[Закрыть]
 – а, значит, личных качеств и приобретённых трансформирующих переживаний – есть фундамент всякого колдовства, а также актов подлинной магии, в том числе теологических предписаний относительно способа погребения.

Естественный процесс метемпсихоза проходит через растение, поскольку оно первое поглощает твёрдую соль в ходе своего роста. Через употребление в пищу данного растения сия соль возвращается к индивидууму: носителю семени, каковое восстановит её.[165]165
  Ср. Georges Dum?zil, La saga de Hadingus, Presses Universitaires de France, Paris, 1953, p. 150: «При кремации заботятся, прежде всего, о сам?м мёртвом, которому нужно обеспечить красивое вознесение и роскошное существование в загробном мире. При погребении в земле проявляют особенную заботу о почве, гарантирующей изобилие: мёртвый сохраняется в земле, поскольку она производит богатые нивы. Скажу иначе: существует категория привилегированных мёртвых, которые отправляются на небеса… другие же скрываются от неба и сохраняют связь с землёй, передавая ей оплодотворяющую силу, каковую они проявили при жизни и каковую почва преобразует в пищу для живых существ…»


[Закрыть]
В этом следует искать одну из причин мутации гена. У человека абсолютная твёрдая соль его существа формируется в бедренной кости в качестве слоёв и основы физического тела (древнеегипетский men.t).[166]166
  Согласно другим традициям, «соль жизни» находится в иной кости. В связи с этим обратимся к отрывку из романа Густава Майринка Ангел западного окна, в котором один из главных героев, Бартлет Грин, «коего автор, – по словам Юлиуса Эвола в предисловии (Gustav Meyrink, op. cit., pp. 13-14), – связывает с некоторыми архаическими формами шотландского посвящения и культом Исаис, женского божества, каковая впоследствии окажется Изидой, коей в древности поклонялись определённые круги черноморского региона». Затем Эвола добавляет, что «в первой части книги Бартлет Грин изображён человеком, которому удалось (правда, тёмными путями и благодаря ужасным обрядам) обрести «внутреннюю женщину» и стать, таким образом, «Принцем Чёрного Камня», что делает его совершенно невосприимчивым к боли и страху. Во второй части он будет представлен в большей степени эмиссаром демонических сил, агентом «контринициации» (пользуясь терминологией Генона), каковой пытается всеми способами обольстить Джона Ди» (по нашему мнению, возможной разницы между двумя упомянутыми вещами не существует: одна, на самом деле, суть свойство и следствие второй). В связи с этим Джон Ди, в определённый момент оказавшийся в тюрьме с Бартлетом Грином, рассказывает: «После чего Бартлет Грин ощупал моё плечо чуть ниже ключицы… и сказал: «Вот она, магическая косточка! Её ещё называют вороний отросток. В ней скрыта сокровенная соль жизни, поэтому в земле она не истлевает. Евреи потому и болтают о воскресении в день Страшного суда… однако это следует понимать иначе… А откуда я это знаю, магистр? … Послушай, магистр: эта косточка излучает свет, который профаны видеть не могут…»» [Цит. по: Г. Майринк, Ангел Западного окна, СПб, 1992, стр. 77. – Прим. пер.].


[Закрыть]
Клетка-семя, растительная или животная, хранит типичные качества каждого вида, включая его приспособляемость; твёрдая соль, с другой стороны, перемещает – через зачастую весьма продолжительные периоды невидимости – сознание, приобретённое индивидуумом, которому необходимо изменить собственную форму, чтобы наделить своё сознание способом самовыражения. Внезапно появившаяся, по-видимому, без переходного состояния, новая форма (мутация гена) в действительности является продолжением эволюции сознания. В данной последовательности необходимо порождающее семя; таким образом, растение остаётся ограниченным в своём царстве, а животное – в своём, минерал не может перейти в растительное царство без предшествования этому.

Теперь, чтобы понять переход между царствами и, следовательно, расширение сознания, нужно учесть два основных принципа: во-первых, передачу сознания посредством перевоплощения, что означает предварительное разрушение некой формы, а затем – энергетическую среду, которая создаёт организм.

Для облегчения изложения этой мысли я пользуюсь словами «твёрдый» и «летучий», представляющими летучий и фиксированный «принципы». В ядерной физике в глобальном смысле говорилось бы о ядре и отрицательных электронах. Твёрдая соль – это нейтральный нейтрон устойчивого ядра. Его щелочной минеральный характер является всего лишь носителем энергетических свойств психики. Её специфика – энергетика, представленная могуществом, которое есть сознание. В ходе разрушения формы твёрдое и летучее разъединяются.

Мы зовём это смертью. Поскольку в процессе данного распада форма больше не является препятствием для энергетических влияний среды (таких как Свет или Звук), то они способны оказывать воздействие и производить впечатление. Возрождение формы требует воссоединения летучего и твёрдого. Фиксированное детерминировано, летучее женственно и недетерминировано, но являет собой всеобщий «ритм», аналогичный ритму определённого звука. Поэтому твёрдое должно найти своё летучее, чтобы могла произойти реинкарнация в любой форме, физической или более субтильной. Твёрдое несёт отцовское, летучее – материнское. Одновременно с восстановлением происходит воссоединение летучего и твёрдого до некоторого состояния.[167]167
  В примечании Шваллер делает уточнение, что «…они являются основными принципами всех изначальных инициатических текстов, которые стремятся указать на «предков существа» в его фазах трансформации и очищения, предшествующих воссоединению и следующих за надлежащим разделением двух составных принципов в момент смерти тела».


[Закрыть]
Именно в тот момент начинается воздействие среды для модификации инструмента сознания существа. Таинственный герметический тезис стремится доказать, что витальное разрушение минерала позволяет превратить его в растение, таким образом делая его восприимчивым к питанию и размножению. Сей принцип корректен и поддаётся контролю в растительном и животном царствах, и этого достаточно для того, чтобы поверить в то, на что претендует минерал.

Передача характеристик вида и его сохранение происходит с помощью семени, тогда как связанные с эволюцией трансформация, трансмутация и переход между царствами – чрез посредство ядра или неподвижного центра… Недавние открытия в ядерной физике уже подтверждают принцип перехода видов между собой из-за трансмутации простых тел благодаря группам-ядрам. Нейтрон представляет собой типичную твёрдую соль индивидуума. Поэтому связывать эти уникальные трансформации с количеством ядер было бы впадением в рациональную схематизацию. Модификации электронов, сопровождающие сии перемены, приводят к модификациям «характера». Специфические особенности меняются, и, таким образом, модифицируется «сознание». Именно сознание, метафизическое могущество, руководит всяким преобразованием. Избирательная способность к сродству обуславливает трансформацию».

Кратко можем отметить, что если сей отрывок способен пролить свет на принципы, на каковых основывается палингенез, то он также в достаточной мере тревожен, ибо мы считаем, что точные знания космологического девиантного порядка, чьи следствия научной разновидности, среди прочих, являются отличительным знаком, касающимся физического воздействия, от самого грубого до самого субтильного, могут привести к «контринициации» даже тех, у кого нет явной связи с традиционной формой.

Относительно палингенеза представляется уместным сослаться на два других текста, удивительно дополняющих друг друга и то, что мы уже рассматривали, и благодаря которым нам под силу даже представить довольно полную панораму доказательств с теоретической, а также практической точки зрения, в том числе многочисленные ссылки на авторов более древних, нежели занимавшиеся этими доказательствами.

Первый текст – уже цитировавшаяся работа Антуана Февра Эккартсгаузен и христианская теософия, в которой автор говорит, что «Эккартсгаузен разделяет склонность множества своих современников к науке, популяризованной женевцем Шарлем Бонне. Он даёт ей классическое определение: под палингенезом понимается процесс, позволяющий оживлять разрушенное естественным образом тело, что может относиться ко всем свойствам оного или только к его внешней форме. Теософ напоминает, что для Шарля Бонне палингенез является прошедшим и грядущим состоянием живых существ; в таком смысле можно было бы также определить его как восстановление (Wiedereinsetzung) тела в его древней форме. Классический пример – палингенез розы; в 1687 году палингенетический опыт с этим цветком провёл отец Кирхер. По мнению адептов данной науки, получить образ тела можно после превращения оного в прах. Эккартсгаузен заявляет, что верит своим друзьям, экспериментировавшим с лютиком, розой и даже животными. Сверхъестественный палингенез интересует и Корнелия Агриппу. Вслед за Ксанфом и Юбой, он говорит об арабском растении, называемом пали, кое, как считают, возвращает к жизни мёртвых, стоит лишь коснуться их оным; Чезаре Ванини упоминает случаи людей, вернувшихся к жизни, а каббалисты полагают к тому же, что можно воскрешать тела благодаря свойствам кости позвоночника. Также речь заходит о людях, которые в действительности не были мертвы, но и по этому поводу иногда говорят о «палингенезе» – аналогично данное слово употребляется для обозначения искусственного изготовления тел животных. Кампанелла, цитируя Рази и Альберта, считает возможным создавать человека без участия женщины; сие подтверждают Денстон, Борель, Германн, Теофраст. Последний из упомянутых авторов также занимался палингенезом в собственном смысле данного слова; он рекомендует герметично закрывать в реторте птицу, которая находилась бы там, вылупившись из своей скорлупы, после чего она прокаливается до превращения в пепел, затем сосуд помещается в лошадиный навоз, пока не сформируется вязкая субстанция; сим веществом наполняют скорлупу яйца, кою нужно аккуратно запечатать; данное яйцо созревает в нормальных условиях и из него вылупляется новый цыплёнок. Дигби тоже полагает, что возможно оживить сожжённого до состояния пепла рака; подобные опыты описаны в Универсальном магическом амфитеатре (Amphitheatrum magiae universae) Маурера. Эккартсгаузена, по-видимому, прежде всего, интересует «палингенез тени», каковой позволяет, по его мнению, призывать тень какого угодно животного; для этого достаточно погрузить оное в стеклянный сосуд, превратить в пепел, а затем поместить всё в среду со средней температурой: тогда в сосуде будет виден образ тела животного; он исчезает при охлаждении стекла и появляется при нагревании. Эккартсгаузен полагает, что сей метод близок к тому, что использовался Аэндорской волшебницей для вызывания тени Самуила и теней других людей. Как такое было возможно? Теософ считает, будто наше материальное видимое тело – только оболочка другого тела, обитающего непосредственно в душе; оный Seelenleibchen не является частью нашего я: это простой инструмент, коим пользуется наш дух. По словам Венцеля, воздух и огонь суть компоненты сего тела (Leib), и душа покидает материальное грубое тело (Korper), когда оно подвергается гниению. Поэтому можно представить, что Seelenleibchen отправляется в сопровождении души к иным мирам, где оба они получают новые впечатления. Но какова в таком случае судьба животного, душа которого не может отделиться от тела, заключённого в ходе экспериментов в лёд? Души развоплощённых существ, дабы проявиться в нас, соединяют своё воздушное и огненное, эфирное, тело с нашей грубой материей.

Эккартсгаузен упоминает различные примеры палингенеза. Он приводит формулы Кристофа Хельвига, позволяющие явить спектральное[168]168
  Лат. spectrum от specter – виде?ние, призрак. – Прим. пер.


[Закрыть]
изображение предварительно погубленных растений: гвоздик, лаванды, вьюнков. Кроме того, можно провести простой и зрелищный эксперимент с крапивой.

Если большое её количество прокаливают с корнями и потом погружают в чистую воду, с которой зола крапивы смешивается, то после фильтрации (для очищения от всякой земной материи) полученной таким образом жидкости, можно выставить оную на холод, пока та не замёрзнет. На образовавшемся льду будет формироваться изображение большого количества крапивы белого цвета, настолько естественное, что художник смог бы её нарисовать. Когда вода нагревается, эти идеальные формы исчезают, но появляются опять, когда она снова замерзает. По словам Якоба Шоу, он способен проводить такой же опыт с раками и наблюдать форму яблока в замороженном яблочном соке, а, кроме того, из пепла раков и скорпионов может получать новые виды животных… Похожие эксперименты проводились с мошками и, как заявляет Кирхер, со змеями. В 1800 году в своей статье в журнале Reichsanzeiger Эккартсгаузен утверждал, что видимое есть плод незримого; он объясняет, как формируются элементы, слагающиеся в единый принцип, содержащий количество, качество и форму, являющуюся тленной, и как механическая разделённость приводится к нетленности существ. Этот текст тем более важен, что является последним, в котором наш теософ изъясняется вполне определённо относительно палингенеза. Он указывает на возможность получить спектр [призрак] растения с «самыми яркими и живыми цветами, словно в состоянии воскрешения». Вывод фундаментален: сей грубый мир имеет своим основанием мир органических светов. Изначальная природа, хотя и вторичная по отношению к божеству, не подлежит никакому изменению; её сроком будет вечность. Нынешняя природа без устали трудится, чтобы вновь обрести первичное проявление, этот мир органического света. По данной причине тела могут оставить грубые оболочки, облик коих мы воспринимаем, и отказ от последних никоим образом не изменит их сущностное устройство».[169]169
  Antoine Faivre, op. cit., pp. 498-501.


[Закрыть]

Второй отрывок позаимствован из Великой книги природы Дюшанто:[170]170
  Великая книга природы, или Философский и герметический апокалипсис… – любопытное произведение, написанное по заказу Soci?t? de Ph(ilosophes) Inc(onnus) [Общество неизвестных философов (фр.). – Прим. пер.] и напечатанное в типографии Imprimerie de la V?rit? в 1790 году; эта работа художника и герметика Тузэ, более известного как Дюшанто, относится к сочинениям масонско-каббалистического сорта, довольно популярного в Европе конца XVIII века. Цитируемый нами отрывок извлечён из нового издания, проверенного, исправленного и дополненного предисловием Освальда Вирта (Duchanteu, Le Grand Livre de la Nature ou l’Apocalypse Philosophique et Hermetique, Paris, 1910, pp. 33-37). Известны опыты, производившиеся разными алхимиками или выдававшими себя за таковых, кои стремились добыть фосфор из мочи; одним из самых известных таких примеров, несомненно, является Дюшанто, трагически погибший в ходе подобного эксперимента; тем не менее, нужно добавить, что его смерть произошла вследствие фундаментального заблуждения: подразумевалась дистилляция не просто мочи из человеческого тела, но некой её разновидности, выработанной в организме в ходе определённых практик, о которых мы будем говорить в последней главе нашей книги: данная операция до сих пор практикуется членами некоторых организаций «контринициатического» толка. Можно было бы найти и другие примеры использования алхимико-магических органических субстанций, как, например, в рукописи XVIII столетия, озаглавленной Testamentum Fraternitatis Rosae et Auerae Crucis – текст одной из многочисленных немецких, так называемых, инициатических групп, вдохновлявшихся розенкрейцерством («Златорозовый крест»). Интересующихся более подробными сведениями отсылаем к книге Christopher MacIntosh, La Rose-Croix d?voill?e, Paris, 1981.


[Закрыть]

«Истинному философу известно о палингенезе, называемом иначе растительным фениксом. Сие курьёзное воскрешение приводит к возрождению животных и трансмутации металлов. Я хотел бы рассмотреть кое-какие детали этого насущного знания. Некоторые духовные авторитеты утверждают, что палингенез не может быть совершён, но нельзя сомневаться в нём после опытов истинных философов и искусных химиков. Кокс из Англии предпринял крайне занятные попытки его доказательства. Дигби познал чудеса палингенеза. Прославленный отец Кирхер много говорил о нём. Дж. Дэниел Мэйджор оставил трактат о палингенезе.

Иезуит отец Феррари, Жан Фабр, Ханнеманн, Парацельс, Либавий, Бари и т. д., все они обращались к указанной операции. Прежде, чем предоставить порядок выполнения оной, прислушаемся к тому, что говорит по сему поводу Ги де ля Бросс в книге О природе растений.[171]171
  Guy de la Brosse, De la nature des Plantes, 1628, cap. 6, p. 44.


[Закрыть]
«Один поляк, – утверждал он, – умел заточать призраки растений в пробирки, дабы всякий раз по его желанию в пустой склянке появлялось растение. Каждый сосуд вмещал собственное растение: на дне оного находилась земля, имевшая вид пепла. Эти сосуды были запечатаны печатью Гермеса. Когда вышеупомянутый мудрец хотел выставить их напоказ, то нагревал основание сосуда: постепенное распространение тепла побуждало выходить из лона материи стебель, ветви, затем листья и цветы в соответствии с природой растения, душа коего была в нём заключена. Всё это происходило на глазах у присутствующих, покуда возбуждающее тепло продолжало своё действие». Чтобы повторить и произвести сей феномен, нужно действовать следующим образом:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6