Александр Бутенко.

Если бы Конфуций был блондинкой



скачать книгу бесплатно

– Ну вот! – проворчал он. – Попробуй-ка докажи, когда здесь вот такая рожа!

В этот же день Знайка уехал из Солнечного города. Всю дорогу он твердил про себя:

– Никогда больше не буду заниматься наукой. Даже если меня станут на куски резать. Ни-ни! И думать нечего! Надо быть твёрдым! Раз я решил не заниматься наукой, значит, должен исполнить. Пусть кто-нибудь другой летит на Луну, пусть кто-нибудь другой найдёт на Луне коротышек, и тогда все скажут: «Знайка был прав. Он очень умный коротышка и предвидел то, чего никто до него не предвидел. А мы были неправы! Мы не верили ему. Мы смеялись над ним. Писали про него всяческие издевательские статейки, рисовали карикатуры». И тогда всем станет стыдно. И профессору Звёздочкину станет стыдно. И тогда все придут ко мне и скажут: «Прости нас, миленький Знаечка! Мы были неправы». А я скажу: «Ничего, братцы, я не сержусь. Я вас прощаю. Хотя мне было очень обидно, когда все надо мной смеялись, но я не злопамятный. Я хороший! Ведь что для Знайки важнее всего? Для Знайки важнее всего правда. А если правда восторжествовала, то всё, значит, в порядке, и никто ни на кого не должен сердиться».


Каково? Мудила, правда? Ждёт, сука, что к нему на коленях приползут, а сам строит из себя целку на морозе. Сука! Тварь! Мне в детстве хотелось ему ебло разгандошить и очки в жопу засунуть.

Да и сейчас хочется.


Трилогия про Незнайку вообще на меня очень здорово повлияла. Особенно «Незнайка на Луне» – я не знаю более подробного описания российских девяностых, написанного к тому же задолго до наступления оных.


Я сам занимался организацией финансовых пирамид, и если у меня и были учителя, то это Мига и Жулио.

Мига – вообще мой любимый персонаж.

Он легко принимает все подарки судьбы. Расторопный, не лезет за словом в карман, умеет пиарить, ловкий, и у него есть то, что приводит в ужас Знайку – лёгкость в признании собственных ошибок и умение брать их в свой опыт.


Не получилось так? Учтём этот опыт, сделаем по-другому. Не получилось и так? Попробуем эдак. О! Получилось!

Истинный Гермес. Мне такие нравятся.

Меня очень греет, что в книге у него нет определённой известной судьбы – он получил свой куш и просто растворился. Не попал в тюрьму, не стал жертвой разборок. Хватило мудрости вовремя соскочить. Куда-то пропал. Сидит сейчас, наверное, где-то на берегу океана, в Лос-Свиносе или Фантомасе, затерявшись, пьёт коктейли.


Но то на Луне. А моральная обстановка в коротышечьем мире на Земле вообще странная, это даже не коммунизм, это какой-то коммунодебилизм, в котором нет людей, нет личностей, только функции.

Замечали – у всех только одно занятие – если ты художник, значит художник, если поэт – значит поэт. Быть поэтом и починить пылесос – нельзя. Пылесос починят только Винтик с Шпунтиком, причем стишки, в свою очередь, им писать заказано. Для этого Цветик есть.

Я поэт, меня звать Цветик, от меня вам всем приветик.


Вся история с воздушным шаром ошарашивает показательностью абсурда действующего строя – некто просто поставил коммуну перед фактом – делаем шар и летим куда-то к чёрту в задницу.

В коммуне куча совершенно бесполезных персонажей, которые не выказывают ни желания за, ни желания против, но их почему-то вечно куда-то тянут – то в воздушный шар, то на Луну – только на основании того, что они соседи по дому.

Может они нахер не хотят куда-то, и видали эти общественные инициативы в гробу в белых тапках? Об этом никому в голову не приходит их спросить.



Ещё, как в коммуне – все отвечают за всех, но по факту никто не отвечает ни за что.

Знайка – формально как бы лидер, но неформально, как показала история с воздушным шаром – он ни о ком не позаботился, ответственность не распределил, поддержкой не заручился.

Что произошло на воздушном шаре? Формальный лидер Знайка просто взял и первым сиганул с парашютом, пробурчав команде невнятные напутствия.

Капитан покидает судно последним? Не, не слышали.


По сути, как это ни странно, но полноценное лидерство на себя взял только Незнайка – выдвинул себя в главные, заручился поддержкой, лично у каждого получив согласие, проявив при этом силу и дипломатию.


По сути, из всей коммуны только Незнайка оказывается совершенно живым, в котором открыто исследовательское начало.

За что его и заклеймили дурачком. Презрительно так, навсегда, без права на реабилитацию.

Незнайка интересуется миром во всем его многообразии. Он романтик, его влечёт неведомое, в противовес этому их скучному, лагерному быту, в котором всё по правилам, трёхразовое питание, режим которого ни на минуту нарушать нельзя, и не менее строгий режим сна, за соблюдением которого, полностью узурпировав власть, следит садист Пилюлькин.


В Незнайку верила только Синеглазка. Этим она и зацепила его сердце.

Когда Незнайка умирал и летел обратно на Землю – помните, о чём он сокрушался? О том, что обещал написать ей письмо, да так и не написал.

Перед смертью, когда слетает шелуха, вспоминаются самые дорогие люди и самое важное.

Кстати, сама его болезнь во многом показательна – он оказался столь душевно и чувственно сложен, что единственный заболел душой, а не просто телом, как его одноклеточные собратья.


Когда он в первой части трилогии напридумал побасёнок – в них же поверили, а все эти его гнилые кореша ему поддакивали. Поддакивали ему, потом поддакивали Знайке – они вообще коллаборационисты, сторонники партии власти, флюгера, никакого своего мнения, куда ветер – туда дым.


Когда все Незнайку легко кинули, так же легко, как и некогда поддержали – именно Синеглазка Незнайке сказала, возможно, самые человечные в его жизни слова – «Мне не нравится то, что ты сделал. Но мне кажется, что это ты не со зла. Тебе просто хотелось казаться чуть лучше». Она единственная, кто дала оценку поступку а не личности, чётко разграничила – не ты врун и подлец, а поступок твой лживый, но сам-то ты неплохой-то в общем чувак и мне нравишься даже вот такой, какой есть.


И потом именно она пошла поперёк толпы, осадила всех этих падальщиков, которые его клеймили вруном – «А сами-то вы кто?». Сами-то – трусливо ему поддакивали, соучастники лжи и подельники лжи. Ничем вы его не лучше. И ещё трусливей.


Самый чувственный женский образ в книге, самый манящий. Синеглазка очень по-женски мудрая, при этом очаровательно по-бабьи жалостливая.

Хоть я и старый рок-н-ролльщик, и не знаю слов мимими, но я всегда был в её образ влюблен, с особой нежностью.


Кнопочка? О! Ну а Кнопочка – это совсем противоположный образ. Кнопочка – это классическая непризнанная стерва. Классическая такая баба с мужскими яйцами. Слоновьими и волосатыми.

Она с одной, показной стороны, вся такая романтичная, волшебная и в сказки верит, а на деле – контролёр и хлебом не корми, дай поуказывать всем вокруг, особенно мужикам, как им жить, всячески подчёркивая, что вы, непутёвые, без меня-то и вовсе пропадёте.

Странно, про неё не замечают, что она тупая и жестокая. И везде вперёд себя хочет выпятить свои яйца. Ни в коем случае не показать себя по-женски слабой – всё время держать контроль и лицо самурая.

Она либо приказывает, либо манипулирует. Просить не умеет.

Вымуштрованная, как Ильза Кох, скрытая садистка, правда, при этом, похоже, дубово фригидная, начисто лишённая сексуального шарма.


Мужики нередко выбирают таких, желая что-то им доказать – и это прогнозируемо кончается ничем.

Что, в общем, у Незнайки с Кнопочкой бесславно и произошло.

Трудно общаться с бревном.


Мои любимые, захватывающие моменты в книге – жизнь на Луне в ночлежке Дрянинга. Весь этот ужас обитания на дне, описанный жутче, чем у Горького, с клопами, крысами, среди совершенно аморфных людей, которые вздыхают, жалуются на жизнь, обсуждают политику, кряхтят и охают, но ничего по факту в своей жизни кардинально не меняют.


Глобальное такое лицемерие – они кричат и рвут на груди тельняшку, что вот мы все тут такие бедные и обездоленные. Но спроси из них любого – а что ты сделал, чтобы это изменить?

Кто-то лежит в подвале и хвалит владельца ночлежки, говоря о том, что он их благодетель.

Собака, лижущая бьющую руку.


Интересен образ Пончика, особенно то, каким он оказался оборотистым и мобильным, когда попал в совершенно иные условия, отличные от коммунодебильных тепличных.

Он мне напоминает плеяду бизнесменов 90-х, которые начали какое-то дело, сперва у них шло в гору, но потом наступил провал и это надорвало. Они испугались и больше не продолжали.

Я знаю такие примеры – неглупые люди, которые после краха не находили в себе смелости попробовать ещё раз, начать сначала. Бросали свое дело и уходили на наёмный труд, серыми кардиналами, на фиксированную зарплату, втайне завидуя тем, у кого получилось продолжить – примеряя на себя, сгорая в досаде, ведь у них и талантов и знаний не меньше.

Хотя крупные провалы случались в жизни всех известных людей, и именно на умении преодолевать провалы и обозначился их успех, а вовсе не на первых быстрых победах, когда была поймана, во многом случайно, удачная волна.


Интересен образ Скуперфильда – при всей приданной ему натужной комичности и чудаковатости – это ж человек с огромным внутренним миром и тоже, как и Незнайка, неуёмный экспериментатор, открытый новому и при этом не злопамятный. Это личность, полная противоположность миру людей-функций – всех этих архитекторов и музыкантов, которые до смерти будут только архитекторами и музыкантами, и никто даже никогда не узнает, какие они люди.

Эпизод, когда он легко приступает к работе на фабрике, которая принадлежала некогда ему же, и при этом увлечённо и рационализаторски там работает, любя свое дело, наплевав на кривотолки в коллективе, впечатляет.


В книге вообще на редкость классные персонажи – от центральных до второстепенных.

Чего стоят одни эти потешные, совершенно гомосечные водители Коржик и Шутило, которые живут в одной хате, бухают и дебоширят по ночам. Или душевнобольные милиционеры Солнечного города, которые сами себя садят в тюрьму и сами себе читают нотации. Ну чисто унтер-офицерская вдова в действии.


Узнаваемые отсылки на реалии времён – презрительные отзывы об абстрактной живописи, которая есть лишь мазня – чувствуется ураган художественного соцреализма.

Показательные отсылки на утопические попытки представить будущее – получается Солнечный город, который должен олицетворять сбывшийся коммунистический рай.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6