Александр Амурчик.

Играй, гормон! Impetuoso. Цикл «Прутский Декамерон». Книга 9



скачать книгу бесплатно

– Нет никакого барьера, Люб. И ты классная, спору нет! – откровенно сказал я. – Просто я ещё незрелый товарищ в качестве жениха, мне ни дама твоего возраста, ни девушка восемнадцати лет (тут я вспомнил Ирину), сегодня никак для брака не подходит. Я ещё попросту не готов к семейной жизни.

Этот разговор для нас обоих был тяжелым, но, как я понимал, необходимым. И последняя фраза, сказанная мной, поставила точку в выяснении наших отношений. Любаша эту тему больше не поднимала и не развивала, я – тем более. Но мы и в последующие дни всё еще оставались друзьями-любовниками. Нередко теперь после работы я провожал её домой, в село под названием Рошу, до которого идти хорошим темпом было не менее часа. И ещё столько же мне требовалось, чтобы вернуться домой. При этом мы часто, добравшись до ж.-д. станции, расположенной на краю города, а это было нам по пути, присаживались на полюбившуюся нам деревянную скамеечку, стоявшую в паре со столиком в тени двух крупных деревьев, кроны которых успешно отбивали свет от мощных станционных светильников, установленных на вышке. Тут Любаша, оперативно снимая трусики, забиралась на мои колени лицом ко мне или же задом, и мы в этих позах предавались любви. Очень редко в этот час кто-то проходил мимо, но увидеть что-либо со стороны было невозможно, разве что услышать наши охи-вздохи.

7

Приближался август, тётушка моя вот-вот должна была выйти замуж, а Любаша всё чаще бывала грустной.

– Что с тобой происходит, милая? – спросил я Любу одним вечером, когда весьма неожиданно для меня милицейский воронок, которым управлял какой-то знакомый Любы, подхватил нас в центре города и подвёз до Рошу, до самого её дома.

– Да вот подруга моя, тётка твоя, Юля, замуж выходит. Влад с Марой как будто тоже решили пожениться, а я, значит, одна остаюсь…

– Мы с тобой, Любаша, уже обсуждали эту тему, – мягко сказал я.

– Да, я помню… Короче, знай, сразу после Юлькиной свадьбы я уеду в родные свои места, в Сибирь. Что-то мне тут не климатит: жильё так себе, да и с работой никак не установится. И в любви не везёт. Таким образом, у тебя есть неделя, чтобы решить и дать мне знать, передумал ты или нет меня отпускать.

– Хорошо, – согласился я. – Пусть будет неделя.

Откровенно говоря, Любаша, конечно, мне тоже запала в сердце и мне было больно расставаться с ней, но жениться… Нет, на этот шаг я решиться не мог.

Вечером следующего дня я, гуляя по городу, случайно увидел стоявшую на Ленина милицейскую машину-газик, на которой нам с Любашей вчера повезло добраться до самого её дома. Я подошёл и увидел, что водитель в ней тот же, что и вчера.

– Приветствую, сержант, – натянуто улыбнулся я. – Хочу еще раз сказать спасибо, за то что вчера ты нас довёз до Рошу. Помнишь?

– Ах, да, – сказал милиционер, протягивая мне для рукопожатия руку. – С тобой была еще эта… Не помню, как её зовут.

– Соседка моя, Любой зовут, – уверенно подсказал я. – А я подумал было, что вы старые знакомые.

– Ну да, я её уже несколько раз туда возил, – сказал сержант. – Раньше-то проще было, она у автовокзала жила, теперь вот в Рошу переехала.

Любовница она нашего Первого…

– Какого первого? – не понял я.

– Первого секретаря райкома, кого же ещё, – проговорил он. – Пару месяцев назад наш шеф, капитан, её домой повёз, дорогой всё в гости напрашивался, так Первый назавтра вызвал его к себе в райком и сказал, что ефрейтором сделает, хе-хе. Так-то, брат. А ты с ней серьезно, что-ли, встречаешься?

– Да нет, говорю тебе, соседи мы.

– Да-а? А то мне вчера показалось…

– Показалось…, – стараясь выглядеть равнодушным, сказал я.

Таким образом, после его слов все сомнения мои испарились, и я без сердечных мук расстался с мадам Любой. Встретились мы с ней в последний раз на свадьбе у Юлии с Ильёй, но там из-за суеты, шума и громкой музыки едва двумя словами перемолвились. А ещё несколько дней спустя она таки уехала. На родину, в Сибирь. За новой любовью, за новым счастьем.

Новелла вторая. Ромашка

Коктейль «Голубой гавайский»

Это популярная разновидность «Пина-колады». В клубах и барах этот вариант пользуется популярностью за счет эффектного внешнего вида, а именно – красивого неонового синего цвета.

Ингредиенты:

Ром (светлый) охлаждённый – 20 мл;

сок ананасовый – 60 мл;

кокосовый крем – 20 мл;

Blue Curacao – 20 мл.

В чистом виде лёд в данной композиции не используется, но его можно добавить по собственному желанию. Ингредиенты смешиваются в однородный состав, презентуется коктейль в высоком бокале с трубочкой. Вместо указанного ликёра можно использовать любой другой, экспериментируя со вкусами.


Слежу со жгучим интересом

за многолетним давним боем.

Во мне воюют ангел с бесом,

а я сочувствую обоим.

И. Губерман

Как-то раз, ранним ещё вечером я, войдя в cвой родной город со стороны ж.-д. вокзала, взглянул на него как бы отвлечённым взглядом – со стороны, и вдруг эта местность, дома и виды, возникшие передо мной, пробили меня на лирику.

Вот тут, вспомнил я, минуя здание вокзала, мы с Любашей, героиней предыдущей моей истории, гуляли; на вон той скамеечке, потемневшей от времени и тепловозной гари, сиживали поздними вечерами и не просто сидели, а миловались. Люба была старше меня на семь лет, я с ней, можно сказать, опыта набирался. Давненько это было, лет десять тому. Теперь я уже сам кому угодно набранный опыт передать могу.

А вот тут, где начинается собственно городская черта, слева по ходу, в самом первом по ходу, крайнем доме, жила, да и теперь возможно живёт, моя «первая любовь» – Татьяна с «птичьей» фамилией – Скворцова. Почему слова «первая любовь» я взял в кавычки? Пожалуй, не любовь это была, а так, горячка юных сердец: мне – 17, ей – 16. Несколько месяцев мы почти ежедневно были вместе, нас связывал секс и только секс, ну и разве ещё взаимная симпатия, без которой никак, но потом обстоятельства нас разметали: она замуж вышла, а я продолжил гулять с девушками.

Далее по ходу дорога идёт на подъем. Вот тут, через дорогу, в этом весело разукрашенном в три цвета домике живёт ещё одна моя симпатия по имени Татьяна, и тоже – не поверите – Скворцова.

Вспоминаю всё это с улыбкой и иду дальше. Прохожу ещё квартал, второй, и вот я почти поравнялся с местечком, носящим название «Шурин магазин». Уже мало кто помнил, что за Шура тут когда-то жила и торговала, я-то уж точно нет, хотя проживаю в городе с 1970 года, то есть уже пятнадцать лет, а вот название осталось.

Слева показался большой приземистый каменный дом за хлипким дощатым забором, тут Нинка живёт, подруга моя первая; но не любовница, нет, до этого у нас с ней не дошло. От неё через пару домов прежде жила девушка Ирина, она же героиня предыдущего рассказа вкупе с Любой. Дамочки эти – Ирина и Люба, слава Богу, в жизни так и не встретились, а вот с Ниной Ирине пришлось как-то раз отношения выяснять. Из-за меня девушки подрались прямо на улице, благо, будучи соседками, ходили одними дорожками. Я потом хотя и был весьма горд этим событием, но Ирину поторопился успокоить словами о том, что мы, с Ниной, дескать, просто друзья-приятели, а она – любимая, ну или любовница. Та хоть и ворчала позже, что от друзей до постельных партнеров в наше ненадёжное время – один шаг, но всё же моему объяснению рада была.

Вот так шёл я от двора к двору, от улицы к улице, и меня вскоре буквально распёрло от осознания того, сколько у меня в нашем городе имеется женщин и девушек – близко, то есть телесно знакомых.

А вот справа по ходу стоит небольшой двухэтажный дом, весь состоящий из странных полуторакомнатных квартир. Дурацкий проект какой-то, с помощью которого хотели «осчастливить» население СССР: малая площадь, много квартир. Мне как-то приглянулась жившая в этом доме девушка по имени Олеся. Имя у неё было редкое для наших краёв, романтическое, да и песня тогда от «Песняров» была в моде про Олесю, а вот сама Олеся на моё внимание никак не прореагировала. Тогда я всерьез заинтересовался, какие же именно мужики ей нравятся. Но вот незадача: мне вскоре пришлось узнать, причём совершенно случайно, что Олеся парней и мужчин не любит в принципе. А любит представительниц своего пола, то есть девушек. Тогда это было что-то из ряда вон, необыкновенная, даже шокирующая новость. Выяснилось, что подружка её и, соответственно, партнёрша – Заира, татарка. А спустя какое-то время я был окончательно шокирован, узнав, что дамочек этих в итоге образовалось целое трио, – к ним присоединилась Тамара. Вот такой треугольник: русачка Олеся, хохлушка Тамара и татарка Заира. Внешне, кстати, все трое довольно привлекательные мадамки. Девушки так и поселились вместе в полуторакомнатной квартире, а позднее Заире по наследству от дяди достался большой дом почти что в центре города, и они тем же составом перешли жить туда. Поначалу многих шокировал тот факт, что они живут втроём, что ни одна из девушек так и не вышла замуж и деток из них никто так и не родил, но со временем люди привыкли и потеряли к ним интерес. Ну, а я, понятное дело, потерял его ещё раньше.

Когда я, прошагав полгорода, свернул на главную улицу – Ленина, на город уже легли сумерки. Народу на улице в связи с будним днём было немного, лишь у кафе «Весна» было кое-какое оживление, и я стал всматриваться в лица людей, стоявших тут и там. По большей части это были местные парни – наши городские бывшие и действующие спортсмены, а ныне сплошь хулиганы, только-только начинавшие в описываемый период сбиваться в группы, составившие впоследствии – забегу немного вперёд – местную мафию. Тут были хорошо знакомые мне боксёры из нашей спортшколы – Костик, Валера, ещё один Валера, Юра, Миша, и – да уж! – опять Валера. Все они хитренько так переглядывались между собой и как-будто чего-то ожидали.

Остановив одного из них, Костика, парня, наиболее, пожалуй, интеллигентного среди всей это шоблы, я, кивнув на двери кафешки, спросил:

– Чё это там, братишка, такое интересное происходит?

– Да так, – улыбнулся он, пожимая мне руку, – вот девчонок ждём на выход. Тут сегодня гуляют студентки-заочницы, окончившие наше педучилище в этом году. Ну, сам понимаешь, и мы ведь должны их поздравить с выпуском; уедут теперь, скорее всего, навсегда, и не увидимся больше.

Слегка заинтересовавшись его словами, я заглянул внутрь кафешки в надежде увидеть кого-либо из знакомых, но какой-то молоденький официант-лопух, исполнявший сегодня роль швейцара, не виденный мною прежде и не знающий меня лично, цыкнул на меня: не видишь, мол, тут компания гуляет. В другой раз я бы встряхнул его слегка, взяв за шиворот, да объяснил бы популярно, кто есть кто в городской иерархии, но промолчал, просто лень было. Прошло ещё несколько минут, двери кафешки распахнулись и на улицу высыпало до полусотни девушек и молоденьких женщин. Все они, нарядно одетые, были весёленькие и румяненькие от ощущения праздника и выпитых горячительных напитков. Вскрики, возбуждённые возгласы, визг и писк, объятия и дружеские поцелуи, – и вот они становятся в круг, хлопая в ладоши, занимая тем самым весь тротуар от кафе до дороги и саму дорогу, то есть всю проезжую часть. Правда, в нашем городе по улице Ленина транспорт не ездит, разрешается только «скорым» и милиции. На мгновение у меня в голове мелькнул вопрос: а что я делаю на этом празднике жизни? Ответ нарисовался сам собой: наши ребятки, спортсмены-хулиганы, а в этот вечерний час ещё и половые разбойники, начали выхватывать из этого цветника или клумбы, если возможно такое сравнение, то одну, то другую дамочку и уводить с места событий. «Вот уж никогда бы не догадался до такого способа съёма, – подумал я, оглядывая оставшихся после первой обвальной атаки нескольких девушек; – так акулы в океане охотятся на сельдь, если не ошибаюсь. Или ещё так обрывают цветок, ромашку – лепесток за лепестком». Мы с читателем – люди опытные, многое знаем об эротических «ромашках», когда несколько девушек, голеньких, разумеется, становятся в круг на коленки головами наружу с приоткрытыми ротиками. Или, что гораздо интереснее, головами к центру круга, а попками, соответственно, наружу. Но это я малость фантазирую.

Одна из девушек, полненькая такая симпатяшка, знакомая мне, кажется, ещё по тем временам, когда я трудился здесь, в баре, глянула на меня как-то то ли испуганно-растерянно, то ли с надеждой, из чего я понял, она бы не против была, чтобы я её отсюда забрал. Пока я соображал, стоит ли мне принять участие в этой своеобразной охоте, как девушку увели, и из сельдей, то есть из целого круга девушек, осталась всего одна. На вид совсем еще малёк, то есть девчушка – ни ростом, ни весом не вышла. Однако стройная и сложена гармонично, а для меня в женщине гармония – главное. Таких ещё, насколько я помню, называют статуэточками. Казалось, она даже вздохнула с облегчением, когда я, быстро шагнув навстречу, подал ей руку.

– Надеюсь, моим партнером на сегодня окажется джентльмен? – прозвучал вопрос, показавшийся мне слегка вульгарным, но я с подбадривающей улыбкой кивнул девушке, и мы, не сговариваясь, пошли с ней вдоль по улице. От меня даже при беглом взгляде на девушку не ускользнуло выражение растерянности и лёгкого страха, написанное на её лице, следовательно, и вопрос ею был задан в надежде на доброе к ней отношение. Мы шагали прочь от ресторана. За это время навстречу нам пробежали несколько запоздалых запыхавшихся ухажёров, оставшихся без спутниц. Я вгляделся повнимательнее в лицо своей попутчицы. Оно было обыкновенным, по форме чуть удлинённым, на первый взгляд почти без косметики. Черты лица, насколько я их мог рассмотреть, обычные, а вот губы её, чётко очерченные, великолепной формы, мне показались очень красивыми. Волосы ниже плеч, тёмно-русые, слегка волнистые.

Итак, у меня на ближайшую ночь образовалась партерша, внезапно понял я. «Ну и куда мне её теперь вести и чего от неё ждать?» – подумал я, исподтишка разглядывая дамочку. Ростом маленькая, от силы метр пятьдесят пять, она и фигурой не вышла, казалось, в ней всего два с половиной пуда веса от силы (около 40 кг).

«Потому-то её никто из ребят и не зацепил, она ведь тощая, – прозвучал в моём мозгу мой же внутренний голос с немалой долей сарказма, – тебе вон досталась». «А что, я люблю миниатюрных дамочек, – мысленно гаркнул я на свой внутренний голос. – С ними веселее, да и любая поза в сексе им не проблема». На этом наш диалог с внутренним голосом иссяк.

По дороге познакомились: девушку звали Дина; я назвал ей своё имя.

– Говорили мне девчонки, чтобы я в общаге осталась, а еще лучше, сразу, вместо похода в кафе, домой поехала, да разве хорошо это – оказаться вне праздника, оторваться от коллектива? Ведь три года вместе…

– Нехорошо, – однозначно ответил я.

– Скажи, Савва, ты ведь меня не обидишь? – вновь задала вопрос она.

– Смотря что принимать за обиду, – ответил я, решив играть в открытую и вести девушку на хату, то есть оборудованную для подобных встреч квартирку, куда я обыкновенно водил девушек.

– Одну обидишь тем, что откажешься любить её, другую – наоборот, – забросил я удочку.

– Я… Даже не знаю, – растерялась моя новая подружка. – Я вообще-то замужем.

– И давно? – спросил я.

– Год уже! – с оттенком гордости сказала Дина. – Мне скоро двадцать.

– Да уж, срок немалый, да и возраст солидный, – почему-то сказал я, а сам подумал, что с замужней дамочкой проблем вообще быть не должно.

– Ребёночка еще завести не успели? – вновь спросил я.

– Да вот, решили, что доучусь вначале, и уж тогда…

– Всё правильно, умнО, – сказал я, мы как раз подходили к нужному дому.

– Прошу, – я вновь подал девушке руку, взял её тонкие прохладные детские пальчики в свои и уверенно ввёл внутрь дома, в подъезд; а двадцатью секундами позднее – в квартиру, которая находилась на первом этаже.

Несколько минут девушка с интересом разглядывала интерьер трехкомнатной квартирки, в которой я не находил ничего достойного восторга. Я помог ей снять лёгкую курточку и с лёгким сожалением стал разглядывать свою новую пассию. Она оказалась, как я и предположил, словно статуэточка: прекрасно сложена, но немыслимо миниатюрна. Интересно, а её никак не пугают мои мощные габариты? Про себя, пожалуй, я уже давно знал, что крупные женщины, особенно с большими округлыми бедрами, типа как на картинах всемирно известного художника Рубенса – «крупняшки», как я сам их называю, – меня привлекают меньше прочих, потому что сам я «в некоторых местах» отнюдь не богатырь, а чтобы удовлетворять подобных дамочек, надо быть более мужественным, что ли.., а ещё грубым, примитивным, прямолинейным. А я вот больше по мелким девицам, эти, на мой взгляд, более подвижные, они же и более выносливые, зачастую темпераментнее крупных, однако же у них все размеры поменьше, что меня прельщает, ведь хочется чувствовать себя рядом с партнёршей если не гигантом, то хотя бы подходящим. А ещё с «малышками» в постели можно заниматься чем угодно, даже изощрённой сексуальной акробатикой, было бы желание и подходящее настроение, конечно. Да, я подсознательно понимал, что боязнь крупных женщин – уже комплекс, но что поделаешь, все мы не без комплексов… Возможно ещё, что мой – не самый худший.

Дина тем временем остановилась перед стеклянным подсвеченным баром, оборудованным в мебельной стенке, и с интересом стала разглядывать бутылки; оказалось, её заинтересовал один из импортных ликеров необычного голубого цвета.

– Ты не голодна? – спросил я девушку, доставая из бара бутылку с ликёром и коньяк «Бисквит».

– В кафе наелась, – просто ответила девушка, принимая из моих рук рюмку с искрящимся голубым ликёром.

– Ну, за окончание студенческих мук, – сказал я, легко соприкасаясь своим бокалом с её рюмкой. – За твой диплом!

– Да… Действительно, даже не верится, что всё уже позади, – задумчиво отозвалась девушка, пригубляя напиток.

– У тебя тут есть ванная? – спросила меня девушка получасом позднее, когда мы достаточно напробовались ликёров нескольких сортов.

– Да, конечно! – отозвался я.

Спустя некоторое время, когда Дина вышла из ванной, я, стараясь не глядеть на неё, чтобы не возбудиться раньше времени и не заключить её в свои любвеобильные объятия прямо сейчас, на пороге ванной, проскользнул мимо и по-быстрому ополоснулся. Нет, мне хотелось не быстрого секса, а улечься с девушкой в постельку, чтобы прочувствовать всё по полной программе. И всё же я мельком успел заметить, что пропорции тела моей новой подружки были совершенными, с чем себя и поздравил; это помогло мне настроиться на «боевой» лад. Прикрывая полотенцем наготу, я без лишних церемоний скользнул вслед за Диной в постель, в пару секунд «отвоевав» у неё кусочек покрывала; после чего двигаясь к ней мало-помалу, привлёк её к себе вплотную. Комната была слабо освещена светильником, стоявшим у кровати и дававшим тёплый тёмно-красный свет.

– Боже, какой ты гигант по сравнению со мной, – шептала она, лёжа рядом и водя пальцем по моей груди, а я, хотя уже и был готов на все сто, не торопился, давая девушке время ко мне привыкнуть. – Если честно, в моей жизни до сих пор был только один-единственный мужчина – мой муж. Даже не представляла себе что вот так, легко, я смогу ему изменить…

– Но ведь этого еще не произошло, – сказал я, беря её ладонь и опуская вниз, на своё бедро. Моё естество отреагировало на это мощной эрекцией, а её рука, коснувшись его, вздрогнула.

– Но это произойдёт, – просто произнесла она, осторожно освобождая моего «удальца» из плена трусов.

– Савва, да он у тебя огромный, – произнесла она, сжимая головку члена в своей ладошке. – Боже, у моего мужа такой, ну, как твой палец… А у тебя в два раза длиннее и толще тоже в два раза… Он же в меня попросту не войдёт. Надо же, аж вдвое больше, чем у моего мужа… Я даже не представляла, что есть такие…

– Не волнуйся, – сказал я, едва сдерживаясь, чтобы немедленно не насадить этот цветочек на своё естество.

– Во-первых, хочу тебя успокоить, войдёт, – прошептал я, ласково оглаживая её прелестное тело и вздрагивая от предстоящего удовольствия. – Ну, может, вначале будет чуть-чуть больно, но потом приятно.

– А во-вторых, – повысил я голос, – насколько я помню из географии, если фигура вдвое длиннее и вдвое толще другой фигуры, то она в объеме больше не вдвое, а в восемь раз.

Надо сказать, что я наслаждался, сказав это и видя реакцию на эти слова на лице Дины. А реакцией её были почти ошалелые глаза и руки, инстиктивно прикрывавшие груди размером с её кулачок. Вот потому-то я и люблю иметь дело с миниатюрными женщинами, с ними, повторюсь, можно почувствовать себя «гигантом».

Я стал целовать её прекрасные грудки-яблочки, затем шею, спину, и дождался того момента, когда моя партнерша пришла в возбуждение. Прижимая стопу её ножки размером с мою ладонь, к своей щеке, я выгнул её так, чтобы её вагинка хотя бы чуть-чуть приоткрылась навстречу мне, после чего медленно направил своё естество навстречу щёлочке с миниатюрными губками, покрытыми тонким пушком. Девушка, принимая меня, вздрогнула и слегка напряглась. Признаться, несмотря на взаимное желание поскорее слиться воедино, удалось нам это не сразу и не без труда. Но мы очень хотели, уже просто жаждали друг друга, и нам это, в конце концов, удалось. Каждое моё движение рождало стон моей партерши, но то были стоны не боли или страдания, а стоны призывные, я чувствовал, что партнерше уже просто необходимо ощутить моё естество на всю глубину свой вагинки. С первого раза не получилось достичь полного контакта, мой «удалец» словно во что-то упёрся, но у нас будет еще возможность закончить начатое, подумал я, вынимая его наружу. Из-за узости «дундочки» моей партерши, мой «удалец» слегка побаливал, и я, ласково, но уверенно притянув голову Дины к своему паху, вставил его ей прямо в изящный ротик. Негодовать было уже поздно, хотя я видел по глазам девушки, что она не слишком рада моим действиям. Но он уже находился внутри, и Дина принялась его ласкать.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6