Александр Чаусов.

Интербеллум 1918–1939. Мир между великими войнами



скачать книгу бесплатно

© Чаусов А. И., Громский А. А., 2018

© Издательство «Пятый Рим»™, 2018

© ООО «Бестселлер», 2018

Глава 1
Интербеллум в мировой историографии

1. Общие положения и аналогии

Хронологический период между двумя мировыми войнами XX века изучен крайне фрагментарно. Более того, у массовой аудитории нет целостного представления о той политике, которая после окончания Первой мировой и заключения Версальского мира привела к началу Второй мировой войны. Этa книгa пpизвaнa зaпoлнить эту лaкуну в мaccoвoм coзнaнии. Тем более что современная глобальная система сформирована именно по итогам Второй мировой войны. И сейчас эта система претерпевает кризис, кардинально меняется. Сами законы глобального мироустройства, казавшиеся незыблемыми еще двадцать и тридцать лет назад, нивелируются и игнорируются.

Между событиями нынешнего геополитического кризиса и развитием исторических событий в 1918–1939 годах можно провести ряд аналогий. В настоящее время эксперты массово отмечают уменьшение роли и степени легитимности ООН, в прошлом в таком же кризисном состоянии была Лига Наций, которая в итоге не смогла гарантировать глобальную безопасность, что и привело к войне.

Крупнейшими геополитическими игроками снова являются США, Россия и в какой-то степени Германия, которая неформально, но фактически сейчас лидирует в Евросоюзе и в определенной степени формулирует и представляет интересы всего ЕС. Британия, как в первой трети XX века, так и сейчас, с одной стороны, проявляет тенденции к изоляционизму, с другой – четко и недвусмысленно артикулирует свои геополитические интересы.

Что касается нашей страны, то, как и после Октябрьской революции в начале прошлого века, сейчас «путинская Россия» воспринимается западными политическими элитами как враждебный центр силы. Против нашей страны вводятся санкции, западный политический истеблишмент пытается «выдавить» Россию на периферию глобальной политической повестки. Сформировать образ нашей страны как «государства-изгоя».

Россия при этом, как в то время, так и сейчас, стремится к созданию своей уникальной мировой модели. В начале века это была «коммунистическая утопия», основанная на мировой революции. Впрочем, уже к середине двадцатых, с приходом к власти в СССР Иосифа Сталина, от идеи мирового революционного движения было решено отказаться. На смену этой доктрине пришла политика формирования «коммунизма в отдельно взятой стране», с более размеренным и взвешенным поиском внешних союзников и с формированием своей модели мира в перспективе десятилетий.

Сейчас мы видим геополитическую модель «многополярного мира», которую в качестве основной российской внешнеполитической доктрины продвигает Владимир Путин. Эта «многополярность» предполагает кардинальное изменение нынешней системы, в которой абсолютным гегемоном мировой политики являются США. Российская модель предполагает уважение к суверенитету государств, к их самобытности, постулирует принцип невмешательства во внутреннюю политику иных стран, если эта политика не несет угрозы остальному миру.

Современное западное сообщество категорически не принимает такую модель, как и многое иное, что связано с Россией Путина.

Соединенные Штаты при этом снова встали перед выбором исторического пути. В начале века Америка Теодора Рузвельта, Уильяма Говарда Тафта, Вильсона, Гардинга, Кулиджа и Гувера, а также Франклина Рузвельта, как и сейчас, стояла перед выбором: сосредоточиться на внутренних проблемах, не касаться дел Старого Света, усиливая политическое влияние на своем континенте и решая проблему острейшего экономического кризиса Великой депрессии, или же бросить все силы во внешний мир, расширяя доктрину «высшего предопределения» не только на уровне Северной Америки, но и в глобальном, мировом смысле.

Сейчас в США, как и в начале прошлого века, уже несколько лет продолжается финансовый кризис, вызванный биржевыми спекуляциями и во многом особенностями Бреттон-Вудской, а впоследствии – и Ямайской финансово-экономической системы, которые были сформированы и приняты по итогам Второй мировой войны. Здесь стоит кратко пояснить: Бреттон-Вудская система сложилась в июле 1944 года, на конференции, которая проходила в городе Бреттон-Вудс в штате Нью-Хемпшир, США. Соглашение, принятое на конференции, проходившей с 1 по 22 июля, устанавливало помимо «золотого валютного стандарта», которым, грубо говоря, измерялась ценность денег, еще и «долларовый стандарт». То есть доллары США стали еще одним мерилом ценности мировых валют.

Ямайская система, установленная в 1976–1978 годах, окончательно убрала «золотой стандарт», сделав золото просто еще одним «ценным ресурсом», оставив в качестве мерила ценности денег только доллар. При этом Ямайская система окончательно отменила государственное регулирование курса валюты, передав эти полномочия «свободному рынку». С тех пор мировой финансовый рынок постоянно колеблется, курсы валют изменяются, любое государство не застраховано от дефолта. При этом от резких потрясений на финансовом рынке не застрахованы даже США. Просто если дефолт случится у них, то фактически рухнет и вся мировая финансовая система.

СССР заключил Бреттон-Вудское соглашение, но так его и не ратифицировал. Естественно, что и Ямайским соглашениям Советская Россия не придала большого значения. Однако после падения СССР Россия вошла в этот «финансовый клуб». Для нас данный момент важен, поскольку он показывает, как послевоенная глобальная политика отражается на нынешней мировой конъюнктуре до сих пор.

При этом как в начале века, так и сейчас экспансию Соединенных Штатов в глобальный мир лоббируют крупные корпорации. То есть экономический фактор. Но уже не только на уровне интересов бизнеса, но и в плане распространения мировоззрения, менталитета, так называемого «американского образа жизни». Понятно, что современная мировая политическая архитектура отличается от ситуации в начале прошлого века. Однако, как было сказано выше, аналогии слишком очевидны, чтобы их не провести.

Что интересно, даже Германия находится в определенной степени в схожем положении с Веймарской республикой после Первой мировой войны. Да, сейчас ФРГ – это одно из сильнейших экономически европейских государств. Неформальный лидер ЕС. Но в политическом смысле, утверждают многие немцы, государство находится в зависимости от США. При этом после Первой мировой в массовое сознание немцев внедрялся «комплекс вины», как и после Второй мировой и Великой Отечественной. А ведь после 1918 года в Германии из чувства вины постепенно выросло социально-политическое явление реваншизма, которое во многом и привело к легальной политической победе Национал-социалистической рабочей партии Германии с Адольфом Гитлером во главе.

Сейчас Германии периодически напоминают ее нацистское прошлое, и поэтому политические элиты ФРГ подчеркнуто либеральны, следуют курсом западной демократии. Однако по факту за риторикой либерализма скрывается идеологическая, политическая и во многом экономическая зависимость от Штатов. В отдельных случаях на уровне конспирологии серьезно обсуждается явление феномена «канцлер-акта». Некоего секретного документа, который должен заключать в Вашингтоне каждый канцлер ФРГ с 1949 года и которой предполагает прямую и тотальную зависимость официального Берлина от Британии и США. Понятно, что достоверность такого многолетнего соглашения не доказана и в принципе недоказуема. Однако к такой версии о «закулисной мировой политике» отдельных конспирологов могла подтолкнуть только публичная политика и риторика германской власти.

Кстати, стоит напомнить, что в конце двадцатых и начале тридцатых США и Германия весьма плотно сотрудничали. В том числе по вопросам расовой сегрегации и евгеники, о чем более подробно будет рассказано ниже. На сегодня мы также видим «плотное сотрудничество», в котором, впрочем, Германия занимает явно зависимую роль, а вслед за ней такое положение занимает и весь Европейский союз. Из которого, однако, недавно вышла Британия, всегда стремившаяся к особой субъектности в политике.

Сам факт разрушения глобальных политических альянсов, момент обнаружения нестабильности, казалось бы, монолитных геополитических систем – это тоже признак современной политики, который роднит ее с межвоенным периодом первой трети XX века.

Все эти аналогии понуждают нас начинать разговор о межвоенных политических процессах с современных и актуальных или как минимум послевоенных реалий мировой геополитики. И начинать такой разговор необходимо с Организации Объединенных Наций как правопреемницы Лиги Наций, сформированной после Первой мировой войны. Такой историко-рекурсивный метод позволит на более актуальном и современном материале, методом все тех же аналогий более глубоко показать как роль Лиги Наций, так и причины и последствия кризиса того, первого глобального политического миротворческого альянса.

2. ООН как мировой регулятор, теряющий легитимность

Организация Объединенных Наций начала формироваться в годы Второй мировой и Великой Отечественной войны, когда номинально еще существовала Лига Наций. Последняя официально прекратила свое существование в 1946 году.

В 1942 году страны – участницы антигитлеровской коалиции начали создавать некий коллегиальный, глобальный форум, который бы выполнял функции мирового регулятора и миротворца, дабы избежать катастроф, подобных Второй мировой войне. Впрочем, и Лига Наций создавалась во многом для этих же целей.

Само словосочетание «Объединенные Нации» впервые официально появилось в Декларации Объединенных Наций – 1 января 1942 года. При этом, как и в случае с Лигой Наций, основную роль в структурировании этого глобального форума взяли на себя США.

Устав ООН, например, был утвержден на конференции в Сан-Франциско 26 июня 1945 года. Первоначально его подписало 50 государств. Что интересно, за всю историю Лиги Наций в ней состояло только 58 стран.

Устав ООН вступил в силу 24 октября 1945 года, с 1948 года эта дата отмечается, как День Организации Объединенных Наций. Штаб-квартира ООН находится в Нью-Йорке. На сегодняшний день в ООН состоят 193 государства; два государственных образования, Ватикан и Палестина, являются нечленами-наблюдателями. Возглавляет ООН Генеральный секретарь, который назначается Генеральной Ассамблеей по рекомендации Совета Безопасности сроком на 5 лет с возможностью переизбрания на новый срок. Генсек ООН – это, по сути, главный администратор, или глава «исполнительной власти» в организации.

Глава «законодательной власти» – Председатель Генеральной Ассамблеи ООН. Избирается сроком на один год из числа стран-участниц, за исключением постоянных членов Совета Безопасности. Руководит работой Генеральной Ассамблеи, регулирует и поддерживает порядок на заседаниях.

При этом в рамках осуществления принципа равноправия и равного представительства выборы Председателя осуществляются по «континентальной схеме». Глава Генеральной Ассамблеи представляет попеременно одну из пяти географических групп: стран Африки, Азии, Восточной Европы, Латинской Америки и Карибского бассейна, Западной Европы и других государств.

Структура ООН в данном контексте нужна нам лишь для общего представления о том, что это за организация и как она функционирует. Куда важнее цели ООН, поскольку уже в самих этих целях с самого начала существования Организации были заложены определенная утопичность и элемент «делигитимизации» данной структуры.

Так, в преамбуле к Уставу ООН прямо говорится: «Мы, народы объединенных наций, преисполненные решимости… избавить грядущие поколения от бедствий войны, дважды в нашей жизни принесшей человечеству невыразимое горе». Для достижения этих и других целей в преамбуле объявляются следующие меры: «…объединить наши силы для поддержания международного мира и безопасности, и обеспечить принятием принципов и установлением методов, чтобы вооруженные силы применялись не иначе, как в общих интересах»[1]1
  Устав ООН. Официальное издание ООН. – Нью-Йорк, 1998


[Закрыть]
.

Итак, уже из преамбулы видна четкая, прямая привязка самого факта существования ООН к двум мировым войнам. Цель Организации при этом – в мирном разрешении конфликтов, в воспрепятствовании войне как факту политической реальности. Однако ООН не отказывается от использования вооруженных сил. То есть нельзя говорить о том, что Организация провозгласила своей доктриной абсолютный пацифизм. Что вполне логично, поскольку в рамках глобальной политики добро действительно «должно быть с кулаками». Из актуальных причин миротворческого применения оружия можно назвать борьбу с мировым терроризмом. С тем же «Исламским государством» (запрещено на территории РФ) или иными аналогичными структурами. Более того, имея за плечами опыт Второй мировой войны, ООН может противостоять и отдельным государствам, а также целым альянсам государств. Грубо говоря, если в человеческой истории возникнет «второй Гитлер», то миссия ООН, которая обозначена в Уставе и преамбуле к нему, – противодействовать деятельности такого «Гитлера».

Однако здесь начинаются трактовки. Что считать в политическом смысле таким «глобальным злом»? На сегодняшний день западные политические элиты, как и некоторые российские либеральные оппозиционеры, определяют в качестве такого «зла» не только ИГИЛ или иные террористические формирования, но и, например, Россию и режим Владимира Путина. До того «империей зла» для западного истеблишмента был СССР. И есть мнение, что от милитаристского вмешательства со стороны западных стран нас спасает не столько ООН с ее структурой, Уставом и благими целями, сколько российский «ядерный щит».

Помимо этого, Организация часто «закрывает глаза» на многие военные конфликты, которые начинают в «миротворческих целях» НАТО или непосредственно США при участии европейских союзников. По поводу расхождения в декларировании своих целей и фактической деятельности ООН подвергалась критике практически с момента начала своего создания. При этом, если вспоминать послевоенную историю, кризисы легитимности Организации уже имели место. Например, таким «кризисом» можно назвать противостояние СССР и США, названное «холодной войной». Тогда, стоит напомнить, шло противостояние условно «западного» и условно «советского» геополитических блоков. При этом были еще и страны третьего мира. Первоначальное значение данного термина было сопряжено не с экономическим состоянием этих государств, а с их невовлеченностью в данный конфликт.

При этом, невзирая на политику ООН, которая декларировала и декларирует равноправие, равное представительство и коллегиальность в решении глобальных вопросов, фактически на этапе после Второй мировой войны и до начала девяностых годов прошлого века был сформирован биполярный мир, где тон задавали две сверхдержавы: СССР и США.

Здесь стоит пояснить сам термин «сверхдержава», поскольку в массовом сознании данное явление часто не имеет четких критериев и признаков. Однако если обратиться к «Национальной политической энциклопедии», там можно прочитать следующее пространное определение: сверхдержава – это мощное государство с огромным культурным, политическим, экономическим и военным потенциалами, обладающее превосходством над большинством других государств, которое позволяет ему осуществлять гегемонию не только в своем регионе, но и в самых отдаленных точках планеты.

Термин «сверхдержава» впервые появился в 1944 году в книге Уильяма Фокса «Сверхдержава» применительно к странам «Большой тройки» (явление, обозначенное после Тегеранской конференции 1943 года, куда вошли СССР, США и Британия), однако широкое распространение он получил в 1960-е годы.

Гегемония сверхдержавы осуществляется не только и не столько военным или экономическим рычагами. Стержнем власти такой державы является идеология, которую разделяют «вассалы», что делает схему осуществления глобального контроля поразительно похожей на те, что существовали в Европе в Средневековье, когда вокруг нескольких центров группировались фактически независимые, но формально подчиненные «вассальные» территории.

Именно доминирование США во всех этих областях позволяет Америке оставаться гегемоном глобального масштаба. Дефицит хотя бы одного из этих факторов превращает даже развитое во всех прочих отношениях государство в лучшем случае в региональную державу, к каковым можно отнести, например, Японию, страну с третьей в мире экономикой, но не сверхдержаву. Обладая известным влиянием в определенных регионах или сферах, такие страны не имеют возможности обеспечивать свои интересы вдали от своих границ[2]2
  Национальная политическая энциклопедия. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://politike.ru/, свободный..


[Закрыть]
.

Упрощая, можно сказать, что основа статуса «сверхдержавы» состоит именно в способности того или иного государства проводить успешную агрессивную идеологическую экспансию. Экономика, политика, вооружения – все это только средства для достижения главной цели, «идеологической унификации» государств-вассалов. Действительно, если посмотреть на межвоенный и послевоенный исторический период, то можно увидеть четкий стратегический вектор со стороны США и СССР на распространение своих идеологических моделей. Само существование Лиги Наций, а потом и ООН – это определенного рода попытки продвинуть свое видение картины мира со стороны Штатов.

С другой стороны, социалистическая идеология, которую распространял СССР, также нашла немало сторонников. Однако, в отличие от западного «идеологического альянса», социалистический блок был подвержен острым разногласиям. Например, в фазу конфронтации вступили СССР и социалистический Китай в период после смерти И. В. Сталина.

При этом, как отмечают западные политологи и эксперты, в рамках глобального противостояния прошлого века СССР мог считаться «сверхдержавой» на относительно коротком промежутке времени. По мнению Збигнева Бзежинского, «США являются единственной на сегодняшний момент сверхдержавой. Другим государством, отвечающим всем требованием “сверхдержавности”, был СССР, который, однако, обрел этот статус на относительно короткий срок и лишился его к середине 1980-х гг. Причем решающее значение в потере Советским Союзом главенствующего положения в мировом масштабе стал фактор снижения его авторитета среди “вассалов” в культурно-идеологической сфере.

Ни экономическая мощь, ни военное превосходство, ни успехи в сфере высоких технологий не смогли обеспечить СССР роль гегемона, поскольку народы “подчиненных стран”, несмотря на общую социалистическую доктрину, не смогли признать над собой власть государства, которое не имело тотального превосходства над ними в идеологическом отношении. Это было связано не только с тем, что среди “вассалов” Советского Союза оказались государства с гораздо более древней и богатой историей, такие как Китай, а также государства, сформировавшиеся на почве европейской культуры, как, например, Польша и Чехия, не говоря уже о ГДР, но прежде всего с тем, что евразийский гегемон в силу догматической идеологии не смог адекватно отреагировать на вызовы времени и предложить этим нациям ничего, сопоставимого с опытом, имевшим место в современных культурных процессах Запада»[3]3
  Национальная политическая энциклопедия. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://politike.ru/, свободный…


[Закрыть]
.

Впрочем, в силу того что Бзежинский явно предвзято относился и к СССР, и к России, следует уточнить ряд нюансов. Во внешней политике Советская Россия, как и сейчас Российская Федерация, никогда не была настолько напориста, агрессивна и последовательна, как США. В Штатах же внешняя экспансия помимо доктрины собственной избранности, или, как она еще называется, «доктрины явного предназначения», подкреплена самим устройством экономики, которая не может адекватно существовать без внешней экспансии и постоянного захвата новых рынков.

У СССР с его плановой экономикой никогда не стоял так остро вопрос выживания через захват новых рынков. А следовательно, и распространения идеологии. Только на начальных этапах становления Советской Республики была сформулирована идея мировой революции и глобального коммунизма как условия жизни и деятельности социалистических государств. Но, как было сказано выше, уже с приходом Сталина к власти от этой идеи фактически отказались.

Все вышеизложенное важно для понимания того, что картина мира, предлагаемая ООН, никогда за всю историю существования Организации не была реализована хотя бы в какой-то значимой части. Функции ООН как регулятора по большому счету остаются весьма ограниченными. И видимость успешной и продуктивной деятельности Организация Объединенных Наций может создавать только в периоды «геополитического затишья», когда конфликты между крупными политическими игроками не обостряются.

Очередным таким затишьем для Организации стало крушение СССР. Однако на сегодняшний день, даже по мнению американских экспертов, Россия восстановила свой статус сверхдержавы. И налицо очередное глобальное идеологическое противостояние. Кстати, это объясняет, почему таким шоком было избрание президентом США в 2016 году Дональда Трампа. Он, как минимум на уровне публичных выступлений, не вписывался в либерально-толерантный проект, говоря о снижении уровня вмешательства США во внешнеполитические процессы.

При этом, как мы помним, сверхдержава – это всегда распространитель в первую очередь идеологии. И здесь, хотя бы в общих чертах, необходимо указать, какую идеологию Россия предлагает миру. Это идея «многополярности». Что интересно, это во многом именно концепция ООН. С равноправием, принципами консенсуса и невмешательства – или же вмешательства, в том числе и военного, с согласия принимающей стороны, как это происходит последние несколько лет в отношениях России и Сирии.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10