Альбина Севенкова.

Сказание о Хрустальном озере



скачать книгу бесплатно

В оформлении обложки использовано изображение «Сказание о Хрустальном озере». Автор Альбина Севенкова.


На горе найду одолень-траву,

Попрошу её отогнать беду,

Отогнать беду, сердцу дать покой,

Навсегда стерев любый образ твой.


Глава I


– Ты слышала?

– Что ещё? – лениво спросила я перепрыгнувшую через порог соседку по комнате.

– Князь Анджич Вуич разорвал помолвку с Миланой Зарецкой.

– Нет. И слышать ничего не хочу, – проворчала, отодвигая её от зеркала. – Отойди, не видишь, пыль стираю. Тебя-то не дождёшься.

Но Северина меня игнорировала. Потребность поделиться свежими сплетнями оказалась в ней слишком сильна, поэтому отсутствие во мне энтузиазма не смутило её.

– Говорят, это произошло из-за того, что она изменяла ему. Когда он об этом узнал, сразу бросил её. И теперь вообще блондинок на дух не переносит.

На последней фразе я посмотрела на своё блондинистое отражение с серыми глазами и на её томную мордашку с синими гляделками в обрамлении тёмных волос. Да, это были именно гляделки с постоянно хлопающими кокетливыми ресничками.

– Как ты думаешь, – спросила фигурка сзади. – У меня есть шанс?

Я вздохнула, намочила тряпку в ведре и покрыла стекло искрящимися каплями. Наши отражения помутнели. Бросив полотно в воду, взяла сухое льняное полотенце и стала тщательно вытирать разводы. Постепенно зеркало заблестело, а образ соседки, не унимаясь, смотрел на меня в ожидании.

– Я не могу тебе сказать, ты обидишься, – эту фразу я состряпала в надежде, что она от меня отстанет.

– По-твоему я такая страшная? – обиженно протянула Северина.

Оглянулась, пристально посмотрела на неё и произнесла:

– Нет, ты красивая, – собеседница счастливо улыбнулась. – Но дура, – добавила я, разглядывая снова помрачневшую физиономию.

– Я учиться буду… Хорошо.., – выдавила она.

– Боюсь, это тебе уже не поможет, – снова буркнула я, подступая к окну. – Потому что ты не в состоянии понять элементарных вещей. Анджич Вуич – представитель высшего сословия, юноши из которого никогда не женятся на безродных нищенках.

– Ты тоже безродная нищенка! – с обидой крикнула она.

– А я за Вуича замуж не собираюсь.

Тяжёлое деревянное ведро, наполненное до краёв, поддалось мне легко, что обрадовало. Значит, раны зажили и силы возвращаются ко мне.

– Тебе уже семнадцать, пора бы о семье-то и подумать!

– Угу, – я постаралась закрыть тему.

– Или ты хочешь воспользоваться льготами и пойти в монастырь?

Я уже закончила с небольшим окном и окинула взглядом мрачную комнату, которая могла потягаться в аскетизме с любой монастырской кельей, а наша форма будущих деревенских лекарш – с рясой. Только здесь мы могли снимать плотные косынки, в школе же это запрещалось категорически. Грязно-коричневую мешковину администрация называла простой и строгой, нужной скромным студенткам, а на самом деле, беззастенчиво экономила на ней, наряжая нас в гнильё.

Я посмотрела сквозь стекло и увидела, как Хрустальное озеро несёт к берегу свои огромные волны. Осень незаметно уступала место зиме, которая здесь была мягкой, не то, что в краю, где я родилась.

Северина развалилась на своей кровати в углу, тоже застеленной грубой мешковиной и зевнула.

– А если бы ты была из высшего сословия, мечтала бы об Анджиче? Я видела его издалека среди старшекурсников магического университета, он такой красавчик.

– Нет, я не мечтаю о таких. До поступления сюда мне пришлось работать прислугой на кухне в богатом доме. Там я столкнулась с похожим красавчиком, еле ноги унесла, – пробормотала я, оглядывая комнату. Вроде всё было чисто.

– Да? Расскажи! – глаза Северины засверкали любопытством.

– Нет, – спохватилась я.

– Что ты за подруга, если не хочешь делиться секретами.

И тут я сказала то, о чём сразу же пожалела.

– Мы не подруги. У меня вообще нет друзей.

Северина сначала побледнела, а потом покраснела и промычала:

– Значит, дружить с такой, как я, ты считаешь ниже своего достоинства?

Она опустила голову, а я долго молча стояла, подбирая слова.

– Ты неправильно меня поняла или это я не так выразилась, – начала, проклиная свой язык. – Я считаю, что дружить могут только люди, имеющие общие интересы. Да, – дальше продолжила уже увереннее. – Они могут дружить, а могут и не дружить. Мы с тобой совершенно разные и даже понять друг друга не можем. Но это не значит, что я считаю тебя недостойной или какой-то не такой, как все… Прости, если обидела, но притворяться и придумывать дружбу там, где её нет, не стану…

Я подхватила ведро и вышла прочь. Грубые деревянные туфли бесцеремонно стучали о ступени и тёрли мне ноги.

«Придётся опять тратится на обувь», – думала я. На этот раз куплю что-нибудь подороже. У меня были хорошие тёплые туфли, которые я носила уже четыре года. Я их берегла и в школу не надевала, стараясь не выделяться из толпы. Но эти грубые деревянные башмаки уже вытрепали все нервы. Лучше раскошелиться, чем остаться без ног. У Северины было несколько пар туфелек, которые приобрели ей ухажёры, за определённую плату, разумеется. Я не осуждала её за это. В этом мире женщинам заработать практически невозможно, а жить как-то надо. Если бы можно было постоянно находиться дома в своём лесу, где я легко бегала босиком… Там об обуви вообще можно не думать. А здесь… Скорее бы закончились эти полтора года.

Ничего, через день смогу отправиться домой. Навстречу мне, недовольно хрюкая, вышло стадо свиней, за которыми ухаживали студентки. Считалось, что подворье мы держим для себя. В реальности же мясо не попадало на столы будущих травниц. В огромном количестве свинину поглощали смотрящие за школой. Меня от этих обязанностей тоже никто не освободил, хотя я сразу отказалась здесь питаться, принося провизию из дома. Не одну девушку сваливала в постель местная кухня.

Заглянув в голодные глаза свиней, я уже собралась уходить, как мне преградила дорогу руководительница нашей группы.

– Белянска! – окликнула она меня по фамилии. Я напряглась.

– Слушаю вас, панна.

– Наша староста Злата заболела. Вместо неё я назначаю тебя.

Во мне всё перевернулось. Мой поход домой может накрыться.

– Я ведь могу отказаться?

Вопрос явно кому-то не понравился.

– Это крайне нежелательно, – было сказано мне со злой улыбкой.

Опустила голову, чтобы она не увидела, как не менее зло скалюсь я.

– А когда Злата выздоровеет?

– В госпитале сказали, что в ближайшие три дня.

– Я смогу выполнять обязанности старосты только сегодня и завтра.

Мне ответили ядовитым взглядом.

– А ты дерзка, Белянска, и язычок у тебя длинный. Смотри, я ведь могу его и укоротить.

«Напугала», – подумала я, улыбаясь.

Она смерила меня глазами, хмыкнула и быстро ушла, тряхнув длинными юбками. Я проводила её глубоким поклоном.

– Теперь понятно, почему вы некормлены, – поприветствовала я свиней. – Старосты нет, а про график дежурства здесь все быстро забывают.

Стремясь поддержать беседу, одно из животных даже что-то прохрюкало. Вздохнув, я пошла в холодную. В этот сарай наши горе-повара сгружали объедки для скота. Когда девчонки проносили эти «благоухающие» смеси мимо меня, я удивлялась, как свиньи не травятся такой тухлятиной. Осторожно заполнив корыто, собралась, было, уже вернуться в общежитие, как вдруг услышала сзади знакомые стервозные голоса.

– Что? Наша неженка теперь собственноручно кормит свиней?

Я снова усмехнулась и решила пока помолчать. Сегодня просто утро светлых улыбок и ласковых приветствий. Между тем однокурсницы приближались. Это были главные задиры, держащие в страхе всех своих ровесниц и студенток младшего курса. Предводительницей у них была Рада – крепкая девица, выше меня на полголовы и шире в кости примерно раза в два. Она давно не давала мне покоя, досаждая всеми известными способами. До сих пор мне удавалось держаться, по возможности остроумно отвечая на её дерзости. Но теперь я поняла, что словесными перепалками нам не обойтись. Кроме того, мне стало ясно, с чьего молчаливого согласия всё это делается. Наша классная выскочек и всезнаек не любила.

– Ой, да ты – неряха! – подступая ко мне, взвизгнула одна из близких подружек Рады, указывая на подол, на котором отпечаталось несколько брызг. Они ухмылялись и словно по команде окружали жертву.

– Сразу видно, в лесу воспитывалась, – протянула вторая, упершись руками в бока.

– Девчонки, – усмехнулась я. – Говорила же вам, что нет в этом лесу никого кроме меня. Меня вообще волки воспитали.

– Всё шутишь, курица белобрысая, – подступала Рада.

– Да она вообще шлюха, – прошипела третья подружка. – Живёт со шлюхой, значит, и сама такая же.

«А вот это уже перебор», – подумала я.

После того, как одна из клуш замахнулась на меня, а вторая, одновременно попыталась схватить за волосы, мне пришлось больно ударить всех троих. Одна из них задохнулась от удара ребром ладони под дых, вторая получила несильный толчок в нос – больно, но без перелома. Я жалела девушек. А третьей досталось под коленную чашечку. Плач и завывание разнеслись по всему околотку. Рада бросилась на меня в своём излюбленном приёме. Схватила за волосы в надежде повалить на землю. Зря она это, я мгновенно нагнулась и быстрым движением вывернула ей руки. Сначала держала за две, слушая её вопли, а потом взяла за одну и подвела к корыту.

– А-а-а! – орала она на пределе сил.

Молча и играючи, окунула её в тухлые поросячьи помои, и она заткнулась. Долго держать её там не стала. Отшвырнула одним движением подальше. С грохотом приземлившись на свою объёмную пятую точку, девица посмотрела на меня круглыми от ужаса глазами, по её лицу стекала коричневая смесь. А улыбаться я перестала. Хватит вежливых приветствий.

– Рада, – в моём голосе звучал неприятный мне лёд. – Ты успешно задираешь всех полтора года, но это не значит, что тебе будет везти всегда. Запомни это корыто. В следующий раз, если захочешь, я подержу тебя в нём подольше.

Сказав это, я покинула скотный двор в противном настроении, уже подозревая, что плохо начавшийся день может закончиться ещё хуже.

В комнате никого не было. Северина убежала на завтрак, о котором возвестил колокол. Схватив кусочек домашнего сыра, хлеб и несколько красных яблок, которые освещали нашу каморку своей пестротой, я ускорилась. Нужно было ещё отпроситься с занятий, чтобы уладить дела старосты. Хотя, конечно, это не совсем дела старосты, но наша руководительница умела перекладывать свои заботы на чужие плечи. Предстояло навестить очередного директора. За время пока я здесь училась, это был уже четвёртый. Проработал всего полторы недели, но уже успел получить кличку Тюфяк, за то, что непонятно во что одевался, боялся сквозняков и носил с собой уйму белых платочков, как барышня. Вот такая у нас школа. По имени человека не успели запомнить, а позорное прозвище уже придумали. Тут клички дают почти всем. Мне это не нравится, поэтому зову по именам даже недоброжелателей. Но, похоже, я единственная, кто любит хорошие манеры. Остальные либо получают пакостей ближним удовольствие, либо вообще сохраняют нейтралитет. Меня пробовали обзывать Заучкой, но кличка не приклеилась. Потому что к учёбе я относилась наплевательски. Старалась делать только то, что нужно, чтобы не вылететь из этого заведения. А в том, что знаю больше учителей, вовсе не их заслуга. Я вообще считаю, что человек может освоить только то, что интересно лично ему.

– Неси скорее, – протягивая кипу бумаг, сказала мне дородная дама-секретарь. – Новый директор запросил все сметы.

– А почему этим студентки должны заниматься? – спросила, сделав наивные глаза.

Вместо ответа она посмотрела на меня как на вошь, и я быстро ретировалась.

На месте нашего нового директора не было. Поцеловав замок кабинета, я разузнала направление, куда он отправился, и взяла след. Отвратительно было то, что руководитель решил прогуляться в сторону университета магии. За полтора года пребывания здесь я благоразумно обходила эту территорию. И то, что сейчас придётся попасть туда, вовсе не вдохновляло.

Дежурные маги встретили меня с презрительно жалостливой улыбкой и потребовали пропуск. Сделав свой убогий вид ещё более убогим, я сгорбилась и показала бумажку. Юноши побрезговали даже взять мой пропуск в руки. Дождавшись кивка, я быстро проскользнула в ворота.

В обрамлении озера особенно издалека здание университета с башнями смотрелось, как сказочный белый дворец. Очарования ему добавляли суровые сосны и утренние туманы. А вот вблизи его красота не казалась такой безупречной.

«Тротуары можно было подметать и чаще», – думала я, поднимая юбки. Видно местные аристократы считают уборку ниже своего достоинства. В поле моего зрения попал сквер, в котором беседовали трое мужчин. В одном из них по описанию я узнала нашего неуловимого руководителя. Да, бесформенная свисающая на уши шапки, балахон и очки во всё лицо. Это точно он. Что ж поделать? В школе травниц нет места изысканным нарядам. Подойти к ним во время разговора я не решилась. Пришлось остановиться неподалёку и наблюдать. Прошло десять минут, а беседа не прекращалась. На меня косились проходящие студенты. Сколько бы ещё это продолжалось, неизвестно, но странный директор вскоре заметил меня и кивнул. Оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться, что знак действительно предназначался мне, я, подбодрённая вторым кивком, несмело подошла к группе и низко поклонилась.

– Я так полагаю, вы ожидаете меня, студентка? – спросил мужчина, и я поразилась приятному звучанию низкого голоса.

Его собеседники, среди которых узнала самого директора университета, насмешливо смерили меня взглядами.

– Простите, пан директор, – я старалась говорить как можно короче. – Это, действительно, так, я не хотела вам мешать. Просто мне сказали, что вы срочно затребовали какую-то документацию, и велели вручить её вам лично.

Услышав грамотную уверенную речь, цвет науки слегка удивился и стал рассматривать меня ещё пристальнее.

«Смотрите», – думала я. «Всё равно под нашей формой вы ничего не увидите. В ней мы все одинаковые».

– Спасибо, студентка…

– Белянска, господин, – отозвалась я, протягивая ему бумажную кипу.

– Хорошо, студентка Белянска, мне действительно срочно нужны были именно эти расчёты, – сказал он, быстро просматривая папку.

– Я могу быть свободна, пан?

На миг он оторвался от чтения и кивнул мне.

Я счастливо улыбнулась и бросилась прочь. Впереди вожделенный выход. Вот только у ворот меня ждал неприятный сюрприз. Проигнорировав мой пропуск, дежурный маг сказал:

– Выход закрыт на два часа.

– Пропустите, пожалуйста, – вежливо попросила я. – Мне на занятия нужно.

– Занятия? – усмехнулся второй маг. – Я не могу понять, зачем они вам? Такие как вы вообще обучению не поддаются.

Первый поддержал его ухмылкой. Я помрачнела. Давно уже пора привыкнуть к оскорблениям, а я всё никак не могу. Чтобы не нарваться на ещё что-нибудь похлеще, быстро отошла от ворот. Пройдя вглубь двора и отыскав безлюдное место у забора, спряталась и решила позавтракать. Бутерброд получился вкусным. Следующим было яблоко, аромат которого сводил меня с ума. Сочная мякоть улучшила настроение. Я уже почти забыла о сегодняшних неудачах, как вдруг рядом раздался топот и грозный окрик.

– Где она?!

Замерев, выглянула из кустов и увидела двух старшекурсников-магов. Их одежда и шпаги говорили о высоком происхождении. Оба были блондинами с голубыми глазами, но сходства во внешности у них не наблюдалось, значит, в родстве не состояли.

– Горан, как ты мог прозевать письмо? Ты уверен, что это простая глупая травница? Может, она подкуплена?

– Я уже ни в чём не уверен, – мрачно сказал его друг.

– Вуич убьёт нас и правильно сделает.

Я обрадовалась, когда увидела, что они собираются уходить. Но сегодня был не мой день. Тучи над головой развеялись, и прямой луч солнца отразился от моей гладкой пуговицы. Заметив блик, а потом и меня, маг остановился и улыбнулся.

– А вот и пропажа нашлась.

Из кустов меня вытащили быстро. Больше всего было жаль недоеденное яблоко. С тоской наблюдала, как оно катилось по земле.

Юноша, которого звали Горан, тряхнул меня так, что я чуть не прикусила язык.

– Если хочешь уйти отсюда целой, отдай письмо, которое украла.

– Что ты с ней разговариваешь, Радослав? Эта тупица, похоже, вообще говорить не умеет.

Я постаралась успокоиться, хотя получалось у меня плохо, и тихо произнесла:

– Я умею говорить, ясновельможные, пожалуйста, отпустите, мне больно.

– Вот как? – удовлетворённо спросил Горан. – Письмо, или будет ещё больнее.

Поморщилась, обдумывая, как выйти из положения. Вдруг распоясавшиеся маги ослабили хватку. К нам приближался третий высокий молодой человек, в котором я узнала князя Анджича Вуича. Уверенная и лёгкая походка, тёмные почти чёрные волосы в модной стрижке с осветлёнными прядями и затаённая сила в каждом движении. Да, любоваться есть чем, но было не до этого. Он подошёл, взглянул на меня, как на пустое место и задал вопрос своим друзьям.

– Чем вы тут занимаетесь?

Голос у него тоже был красивым и я, забыв о своих прошлых печальных опытах и вообще о всей жизни, решилась.

– Ваша светлость, пожалуйста, выслушайте меня!

Услышав такое обращение от травницы, Вуич удивился и удостоил меня взглядом.

– Меня сюда послали по делу, и я должна была уже уйти, но ворота закрыли на два часа. Я старалась никому не мешать. А ваши друзья схватили меня и требуют какое-то письмо. Я ничего не знаю о нём. Пожалуйста, отпустите…

Смотрела на него с мольбой. Зачем? Зачем? Мало жизнь учила.

Князь перевёл взгляд на своих сокурсников.

– Не слушай эту несуразность, – твёрдо сказал Горан. – Я вскрыл конверт в сквере. Это было то, что мы ожидаем. Бумагу сдуло порывом ветра, а она ловко подхватила её и была такова.

В это время я следила за Вуичем и по выражению его красивого лица поняла, что лёгкое освобождение мне не светит.

– Судя по твоей тираде слова ты понимаешь.

Кивнула и печально улыбнулась.

– Верни письмо или мы обыщем тебя и заберём его сами.

Вздохнула и приказала себе не распускать сопли. Держал меня по-прежнему только Горан, а Анджич и Радослав стояли почти вплотную. Что ж, придётся защищаться. Это, конечно, не девочки, которых пришлось побить накануне, но переделки бывали и похуже.

По-своему истолковав моё молчание, Вуич кивнул и Горан сдёрнул с меня косынку.

Толстая коса упала на спину, а пряди рассыпались по лицу. На миг все трое замерли. У меня была смазливая мордашка, из-за которой я часто вляпывалась в неприятные истории. Радослав присвистнул, Горан прищурился. На кого мои прелести, казалось, вовсе не произвели никакого впечатления, так это на ясновельможного князя.

Посмотрев прямо в его прекрасные фиалковые глаза, чётко произнесла:

– Уважаемые паны, я повторяю вам в последний раз, что не имею никакого отношения к краже вашего ценного письма. Если вы не отпустите меня и попытаетесь обыскать, я буду вынуждена защищаться.

На последней фразе Вуич приподнял бровь, а его друзья расхохотались.

Я приняла безразличный вид и проигнорировала этот гогот.

– Ну что ж, обыск будет даже приятным, – сказал Радослав, протягивая руку к моей груди. – Похоже, ты сама этого хочешь.

Перехватила его ладонь и сжала её вполсилы, выворачивая палец, но даже этого хватило, чтобы нападавший почувствовал себя в стальных тисках. Он побледнел и осел на землю. Пока огорошенные аристократы смотрели на товарища, я успела вырваться из захвата Горана и подобрать косынку.

«Ну, а теперь дёру!» – приказ был отдан самой себе.

Жаль только Вуич не растерялся так же, как его друзья и быстро преградил мне дорогу к забору. Увидев это, я резко тормознула и рванула в противоположную сторону. Ясновельможный не отставал. Пришлось воспользоваться своим коронным приёмом – бегом по стене. Задрала юбки и – вперёд. Переворот в воздухе, и пан остаётся с носом. Как мне только удалось проделать всё это в башмаках из столетнего дерева? Ноги придётся лечить. А дальше удалось ускользнуть от аристократов, летевших на меня с двух сторон. Да, теперь они проверили на прочность свои лбы. Так, скоро забор. К несчастью Вуичу порядком всё это надоело, и он уже собирал магию, чтобы сбить меня с ног. Что делать? Быстро подобрав своё недоеденное яблоко, метнула его ему в лоб. Удар достиг цели. Ура! Вся магия Анжича тут же превратилась в искры и затухла. Какой злой взгляд.

«Скажи спасибо, что не в глаз», – мстительно подумала я.

– Эй! – на миг всех отвлёк этот крик. К компании приближался четвёртый рослый парень, державший за руку студентку из нашей школы. Формы травниц так похожи. – Чем вы тут занимаетесь? Я письмо нашёл!

Все, конечно, посмотрели на меня, но я помнила, что нахожусь не в светском салоне, поэтому уговорила свои ступни потерпеть и, набрав скорость, перемахнула через каменную изгородь.

– Что это было?! – донёсся из-за стены бас Горана.

– Куда ты смотрел? Вот девка, укравшая письмо! – орал Радослав.

– Да они все на одно лицо! – оправдывался его друг.

– Поймайте мне эту стерву! – вопил Анджич.

«Вот скот», – подумала я. «Получил ведь своё письмо и знает, что я не виновата». Обматываясь на ходу косынкой, позволила себе идти, но быстро.

Преодолев несколько метров, оглянулась и увидела, как Вуич грациозно спрыгивает со стены. Что делать? Мои ноги давали о себе знать. На этой каменной мостовой с мусором я не смогу развить и трети своей скорости. Словно понимая это, маг приближался ко мне не спеша, нагло ухмыляясь. Я посмотрела на его ноги – мягкие прочные сапоги. В такой обуви он настигнет меня, шутя.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6