Я. Д'Гус.

Беглец



скачать книгу бесплатно

© Я. Д'Гус, 2017


ISBN 978-5-4483-9007-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Бескрайняя пустыня… Зной… Раскаленный ветер… Ничтожная песчинка, едва различимая с высоты птичьего полёта, словно замерла на бескрайних просторах песка, рисуя очертания слегка сгорбленного силуэта человека. При приближении угадывалось едва различимое движение…

Одетый в, выжженный палящим солнцем, местами потрепанный, грязно-зелёный балахон, подпоясанный верёвкой, с сумкой из мешковины через плечо путник уверенно передвигался к одному ему известной цели. Раструбы кожаных башмаков забились песком. Песок был везде – и в капюшоне балахона, и в рукавах, и на полях одного цвета с балахоном шляпы, оканчивающейся сложенным конусом. Он был далеко не молод. Седую его бороду, забитую песком, трепали порывы ветра. Бледное лицо, высушенное зноем, покрывали глубокие морщины. Песчинки, казалось, уже являются частью пергаментной кожи. Живыми на лице казались только серые уставшие глаза, которые путник изредка прикрывал, протирая от вездесущего песка, кистью правой руки. Правую его щеку, начинаясь от внешнего края глаза и заканчиваясь где-то внизу под бородой, рассекал ветвистый рваный шрам, заходивший в складки уголка рта, скрываемого седыми усами. Словно багровая молния рассекала белое полотно. Странный, в человеческий рост, посох, пристегнутый со стороны спины к балахону двумя кожаными ремнями, раскачивался в такт шагам. Путник остановился, достал из складок балахона флягу, поднес ее к потрескавшимся губам, влил в себя несколько капель влаги. Затем снова убрал сосуд на прежнее место, развернул карту, извлеченную из наплечной сумки, внимательно рассмотрел ее. Приложив старческую руку к седым бровям, заслоняясь от солнца и песка, он осмотрел окрестности, как будто старался проникнуть взглядом за горизонт. Затем, снова сложив, убрал карту на место и, устало улыбнувшись, продолжил свой путь. Ветер постепенно стихал, заметая следы на песке, солнце клонилось к горизонту. Впереди сквозь песчаную пургу, очень далеко, блёкло проявлялся темный силуэт огромной горы, на фоне которого путник казался еще более ничтожным.

Нескончаемая вереница дорог и вот она – долгожданная цель. Путник остановился у подножия исполинских размеров горы и с облегчением выдохнул. Высоко стоящее палящее солнце скрылось за край громадины, подарив долгожданную тень. Человек поднял лицо вверх, развёл руки, раскачиваясь медленно из стороны в сторону, словно под мотив древней песни. С его обветренных губ сначала едва различимо, а затем всё громче и громче начали слетать слова. Ветер усиливался, превращаясь в вихрь, эпицентром которого являлся путник. Монотонное чтение заклинания не прерывалось. Слова начинали заглушать звуки ветра, словно отскакивали от каменной громады, при этом многократно усиливаясь, наслаивались друг на друга. Складывалось ощущение, что вихрь ловил отражённый звук, вновь и вновь возвращая его путнику и уже от него – неприступной породе.

В какой-то момент слова, казалось, начинают проникать в камень вместе с направляющими их порывами ветра. Песок, увлекаемый вихрем, просачивался в толщу камня, словно вода, обтекая огромные валуны. Он забивался в щели между мелкими камнями, сначала робко, затем все настойчивее, превращаясь с течением времени в бурные потоки. Они разделяли камни на отдельные фрагменты, вне зависимости от размера, и удерживали их в воздухе, постепенно формируя песчаный арочный свод, в проеме которого песок расступался в стороны, создавая возможность для прохода. Путник продолжал читать заклинание, не меняя положение тела. В какой-то момент оно, словно увлекаемое созданным вихрем, начало перемещаться по направлению к темнеющему проёму в горе. Показавшееся с другой стороны вершины солнце на мгновение осветило фигуру человека, читавшего заклинание, которая отбросила на песок сразу две тени. «Неправильная» тень задержалась на короткий момент времени, и моментально переместилась, слившись со второй, полностью повторив её силуэт. Путник полностью погрузился в проем. Камень, расступившийся изначально, сомкнулся за спиной вошедшего в том же правильном порядке, каким он был до его появления, выпуская из-под сложенных на место обломков струившийся песок.

Ветер стихал, роняя песчинки и уничтожая остатки следов путника на песке. Над безмолвной пустыней сияло раскаленное солнце…

Глава 1. Убежище

Янис открыл глаза. Солнечный луч, пробивавшийся сквозь листву деревьев и соломенную крышу хижины, то исчезал, то появлялся вновь, как будто играя с ним. Он невольно прищурился и прикрыл глаза правой ладонью. Янис – молодой человек лет семнадцати – восемнадцати, высокого роста и с развитым не по годам телом, вскочив на ноги, улыбнулся солнцу, встряхнул головой. Его волосы белого цвета, едва доходившие до плеч, были слегка растрёпаны. Смуглая загорелая кожа сильно контрастировала с волосами, бровями и глазами, бывшими одного цвета. Белая радужная оболочка глаз, окружавшая зрачок, пугала и завораживала одновременно. Губы, немного светлее цвета кожи, сливались в тонкую линию. На худощавом лице слегка выступали скулы. Юноша был одет в штаны и рубаху светло-серого цвета, сшитые из материала, подобного мешковине и приятного телу, подчеркивающие его не по годам мускулистую фигуру. Янис крадучись подошел к дверному проёму и выглянул на улицу, за что тотчас же поплатился – поток воды окатил его с головы до ног. Сразу после этого раздался звонкий детский смех, топот босых ног и звук скрипа ручки ведра, удаляющиеся от хижины.

– Умыла! Умыла!

– Эльза, вот я доберусь до тебя, озорная девчонка! – рассмеявшись, закричал Янис, и побежал на звук шагов вниз по тропинке. В ответ опять раздался звонкий смех.

Хижина с соломенной крышей, стены которой были свиты из веток произраставших рядом деревьев, находилась в живописном месте посреди девственного леса, на возвышенности, недалеко от начинающейся горной гряды. На подоконнике единственного окна без створок в виде грубо изготовленной доски с трещинами от времени располагался прозрачный кувшин с водой, в который был бережно поставлен букет лесных цветов, источающих чудесный аромат свежести. Убранство было небогатым: четыре, свитых из тех же, что и хижина, веток невысоких топчанов, покрытых соломой, с одного из которых соскочил Янис. Посредине комнаты стоял импровизированный невысокий стол, представлявший собой камень с практически плоской верхней гранью (скорее всего, хижина изначально строилась на месте его расположения, так как на вид он казался неподъёмным). Причем расположен он был таким образом, что можно было принимать пищу, сев на любой топчан. Глиняная посуда, изготовленная, по всей видимости, самими проживающими, а также деревянные ложки были аккуратно сложены на столе. Сразу было видно, что обитатели жилища живут охотой: на стенах по всему периметру на своеобразных креплениях размещались различных размеров капканы, ножи, лук и стрелы, несколько креплений пустовали. Справа от входа, к противоположной от окна стене, снаружи, были прислонены орудия лова рыбы. Чуть дальше, прикрепленная к стене, висела аккуратно сложенная, узловатая рыболовная сеть ручной работы. Три деревянных ведра у входа, опоясанные железными полосами на заклёпках, кострище с тлеющими угольками, от которых поднимался едва уловимый дымок, с подвешенным на двух рогатинах и палке котелком и топор, воткнутый в кряж для колки дров, завершали картину быта. Что же касается окрестностей, то ниже, метрах в ста пятидесяти, протекала, начинающаяся где—то в горах, кристально чистая река, уносившая свои голубые прозрачные воды в живописную долину, так же покрытую лесом. Очень далеко, в конце долины, которую только возможно было охватить взглядом, угадывался силуэт кроны огромного дерева, сильно возвышавшийся над остальным лесом, превосходя его размером втрое, а то и вчетверо. От хижины к реке вела извилистая тропинка, огороженная по бокам плетёным из веток заборчиком, доходящим до колен, достаточно широкая, чтобы по ней можно было свободно пройти втроём. Трава была аккуратно пострижена как у самой хижины, так и на протяжении всего пути от хижины до реки за заборчиком. Видно, что по этой тропинке часто ходили, так как трава на ней практически не росла, оголяя примятую землю, изрезанную выступающими корнями вековых деревьев. А у самой реки, на тропинке, ведущей на небольшой пляж, уже появлялся песок. Справа и слева от тропинки, выходящей к реке, располагались небольшие пологие обрывы, метров по пять в высоту, обозначающие размер реки при максимальном её разливе, при котором пляж оказывался полностью скрыт водой.

К реке выбежала девушка лет пятнадцати—шестнадцати с ведёрком в руке, бросила его на пляж и, не останавливаясь, забежала в реку по пояс, поднимая босыми ногами столпы брызг. Она развернулась к тропинке, ведущей к дому, и с улыбкой ждала появления преследователя. Эльза была совершенно не похожа на Яниса: чёрные брови и чёрные, отдающие в синеву, густые длинные волосы, доходившие девочке до пояса. Тёмно—зелёного цвета большие глаза озорно смотрели на мир, слегка припухлые губы, светлая с оттенком загара кожа. Только материал её платья, отдалённо представлявшего собой сарафан, был таким же, что и у одежды брата. Девушка была прекрасно сложена, любому, увидевшему её, юноше она, несомненно бы, понравилась. Янис не заставил себя долго ждать. Появившись на берегу, он, не останавливаясь, побежал к Эльзе, не обращая внимания на брызги, которые та тотчас же начала поднимать обеими руками при его приближении. Он схватил её, и они вместе, заливисто смеясь, упали в воду, окунувшись с головой. Порезвившись в воде еще немного, дети вышли на берег. Янис снял рубаху, выжал из неё воду на песок, затем перекинул через плечо.

– Опять тебе не спится, давно проснулась?

– Не все такие сони, как ты, родители уже скоро вернутся, а у нас ничего не сделано! – с капризными нотками в голосе ответила Эльза.

– Не переживай, все успеем. Здесь дел то на час максимум, принеси ещё воды, я пока наколю дров и разведу огонь. Сегодня приготовим рыбу, которую я вчера вечером выловил.

Янис зачерпнул в ведро воды из реки, достал из прибрежной травы кукан с тремя крупными рыбинами и направился к хижине. Эльза послушно побежала за ним, по пути, склоняя голову набок, она выжимала потоки воды из густых волос.

***

Где—то в глубине леса на небольшой поляне среди деревьев остановился грязно-серый кабан с огромными клыками, по которым обильно стекала слюна. Он водил головой из стороны в сторону, жадно втягивая в ноздри воздух. Часто дышал, если бы его увидел кто—нибудь не особо храбрый, то приписал бы ему вырывающийся из ноздрей дым. Было заметно, что зверь что—то учуял, и теперь определял направление, с которого пришел этот запах. Животное ещё несколько раз втянуло в себя воздух, и грозно заурчало. Справа от него послышался хруст веток и шелест раздвигаемой травы, но он не обращал внимания на эти звуки, так как точно знал кто приближается. Трава раздвинулась и из-за деревьев показались две точно такие же свирепые клыкастые пасти. Соратники, урча, присоединились к третьему кабану, у которого на пасти отобразилось нечто, что у людей принято называть зловещей ухмылкой. Уже все вместе, всё более ускоряясь, они продолжили путь на, приносимый ветром, едва различимый запах.

***

На ветви, наклоненные над костром, были нанизаны три большие рыбины, Янис изредка переворачивал их то одним, то другим боком к огню. Рыбины потрескивали, выделяя сок и распространяя аппетитный аромат. Эльза, насупившись, сидела рядом на траве, подогнув под себя ноги.

– Не пойду я одна за водой, пойдем вместе! – капризничала она.

– Хорошо, только не капризничай, рыба почти готова, сейчас сниму её с огня и вместе сходим, – ответил Янис и улыбнулся сестре.

Эльза, добившись своего, немедля побежала за вёдрами у хижины. Янис, потыкав в одну из рыбин заострённой палочкой, утвердительно кивнул головой, снял завтрак с огня и отнес его в хижину. Положив рыбу на стол, он принял из рук сестры вёдра и они вместе направились к реке. По дороге девушка припрыгивала почти на каждый шаг, срывала листики и веточки с деревьев, нависающих над тропинкой, бросая их в брата. Тот не сердился на неё, сразу было видно, что он уже привык к озорному характеру сестры.

Дети спустились к реке, и Янис зачерпнул два ведра воды. Он взял их в руки и сделал шаг по направлению к хижине. В этот момент раздался громкий хруст ломающихся веток, с обрыва, расположенного справа от юноши, вылетел крупный кабан. Его глаза были налиты кровью, из пасти вырывалось тяжёлое смрадное дыхание. В процессе полёта в прыжке животное начало увеличиваться в размерах. Вместо передних ног у него появлялись человеческие руки, в кистях которых были зажаты два боевых топора, изрисованных руническими символами, их он уже занёс для удара. Задние конечности преобразовывались в человеческие ноги, обутые в кожаные ботинки по щиколотку. Звериный оскал сменило обозлённое человеческое лицо. Изо рта вырвался боевой клич. Тело окончательно преобразовалось в человеческое. Воин был одет в коричневый стеганый кожаный доспех, опоясанный ремнями спереди и сзади крест—накрест. Спину его прикрывала шкура вепря, шлем представлял собой оскалившуюся пасть кабана с огромными клыками, обагренными запекшейся кровью. Воин не достиг намеченной цели: в конце второй трети расстояния до Яниса его правую лопатку раздробил арбалетный болт, пронзивший сердце. Сила выпущенного заряда была такой, что отбросила тело в сторону от траектории его полёта, скинув в реку, после чего оно было сразу же унесено сильным течением. Всё случившееся произошло в считанные доли секунды, Янис и Эльза не успели даже испугаться, они подняли взгляды вверх. Рядом с деревом на вершине левого от детей обрыва стоял мужчина лет сорока, торопясь насколько это было возможно, он заряжал в арбалет новый болт. В этот момент с правого обрыва вылетело ещё два воина, абсолютно похожих в экипировке с поверженным. Девушка сразу же спряталась за Яниса и зажмурилась. Но и они не смогли причинить никому вред: с разницей буквально в доли секунды их тела были насквозь пронзены стрелами, выпущенными со стороны спины. Оба воина замертво рухнули у ног изумлённых детей. Янис только и успел выпустить из рук вёдра, вода из которых растекалась по прибрежному песку. На правом обрыве показалась женщина с луком, готовым к бою. Увидев, что опасность миновала и мужчина контролирует ситуацию, она вложила стрелу в колчан, закинула лук за спину, и, не останавливаясь, сбежала по обрыву вниз к детям. По пути вырвала обеими руками стрелы из поверженных тел и вложила их в колчан за спиной. После чего сразу же обняла девушку, прятавшуюся за юношу и испуганно выглядывающую из—за его спины.

Что-то объединяло мужчину и женщину во внешнем виде. На первый взгляд они были примерно одного возраста. Сразу было заметно, что это – представители одной расы или народности. Тёмные волосы и бледная, без оттенка загара, кожа, одинаковый разрез глаз, форма скул и век. Женщина была красива: волосы, заплетённые в две косы, спадавшие на плечи и доходившие до ключиц, были аккуратно стянуты овальным ободком сверху, обнажая прекрасную лебединую шею. Тонкие брови такого же, как и волосы, тёмного цвета подчеркивали глаза – не большие и не маленькие, как говорится в таких случаях, – лучше не придумаешь. Карие, в данный момент слегка испуганные, но без страха во взгляде. Губы женщины были плотно сжаты, она ускоренно дышала, раскрасневшись от предшествующего быстрого бега и произошедшей схватки. На верхней части лба, посередине от ободка вверх была отведена заострённая стрела небольшого размера, как бы выдавая класс воина. Сразу за ним, на манер головного убора располагалась верхняя часть головы чёрного медведя гризли, подходящая по размеру. Она переходила в тёмно-зелёный плащ, развевавшийся поверх приталенного кожаного доспеха тёмно-коричневого цвета. По—видимому, доспех с плащом были неплохи в качестве маскировочного средства в лесу. Поверх плаща на ремне располагался колчан со стрелами и изогнутый боевой лук, вставляемый в колчан, полностью повторявший его очертания. На широком, расписанном, по всей видимости, мастером, поясе в ножнах висел длинный охотничий нож, украшенный руническим рисунком. На ногах были надеты сапоги, доходящие до колен, с раструбами под цвет костюма. Запястье левой руки украшал металлический браслет с умелой гравировкой головы медведя. Одеяние мужчины полностью соответствовало описанному, за исключением ободка. В экипировке различия сводились к иному виду используемого оружия – арбалету, значок которого, пронзённый мечом, располагался под гравировкой головы медведя на браслете, отчеканенный на небольшом круге. Слева к поясу в ножнах был пристёгнут длинный, доходящий практически до подошвы сапога, обоюдоострый слегка изогнутый неширокий меч с рукояткой из кости животных. С другой стороны выглядывал эфес кинжала из такого же материала. Взгляд карих глаз мужчины был серьёзен из-за нахмуренных тёмных бровей. Он до сих пор чувствовал опасность, с настороженностью осматривался по сторонам, держа на изготовке взведённый арбалет, который перемещал по направлению своего взгляда. Волосы спадали на плечи чуть ниже ключиц, слегка прикрывая очертания мускулистой груди под доспехом. Мужчина был гладко выбрит.

– Эльза, Эльза, девочка! С тобой всё в порядке? – женщина, почти срываясь на крик, слегка трясла замершую девушку, вцепившись ей в плечи. – Скажи мне что-нибудь!

– Мама, мама! – закричала Эльза, словно вырванная из сна. – Что им нужно? Что мы им сделали? Кто они такие? Мне больно! – девушка попыталась освободиться, женщина убрала руки от её плеч и снова обняла.

– Прости, я очень сильно за тебя испугалась. С тобой всё в порядке?

– Да, мама, пойдем поскорее домой! – она взяла женщину за руку и потянула её за собой по направлению к тропинке, словно только в хижине девушка чувствовала себя полностью защищенной.

Янис вышел из ступора. Забыв про вёдра, он побежал к мужчине на обрыве. Ловко огибая препятствия и перепрыгивая небольшие кусты, юноша быстро очутился возле него.

– Отец, что происходит? Кто эти люди?

– Иди в дом, я скоро буду, поговорим там! – ответил мужчина, всё ещё держа арбалет на изготовке.

Янис послушно побежал к хижине вслед за женщиной и девушкой, понимая, что отец позволяет им беспрепятственно и безопасно покинуть поле боя. Простояв ещё какое-то время, полностью убедившись в отсутствии опасности, мужчина осторожно спустился вниз по обрыву. Он подошёл к телам погибших воинов и внимательно осмотрел их. Воины действительно были мертвы. Мужчина извлёк из ножен кинжал, срезал с доспехов воинов их отличительные знаки, которые убрал в один из многочисленных карманов кожаного доспеха. Затем ногой спихнул тела в воду и дождался пока течением реки их унесет подальше от места гибели. Сбросил, пропитанный кровью, песок вслед за телами, разровнял получившееся при этом углубление, после чего развернулся и направился вверх по тропинке.

В хижине на топчане сидела женщина и обнимала, прижавшуюся к ней, плачущую девушку. Янис встревоженно расхаживал от одной стены хижины к другой. Лицо его было серьёзно и сосредоточено, он о чем—то напряженно раздумывал, дожидаясь отца. Рыба на столе уже остыла, но и прикасаться к ней никто, кажется, так и не собирался. Когда мужчина вошел внутрь, Янис вопросительно посмотрел на него, тот отрицательно покачал головой, посмотрел на женщину и сказал:

– Лидия, я думаю, что стоит рассказать детям всё, мы не в состоянии более скрывать правду, – заметив недоумевающий вопросительный взгляд женщины, он добавил: – Это я поручаю тебе, мне нужно осмотреть окрестности. Я не уверен, что на этом всё закончилось.

– Глен, может не нужно? Может быть, это были просто разбойники? Мы долго за ними наблюдали, пока они не отправились в этом направлении, судя по всему они искали где поживиться золотом…

– Ты не хуже меня знаешь, что где сегодня были разбойники, там завтра жди шпионов Марвела. И потом, эти разбойники за небольшую плату могут делать всё: не только убивать, но и выполнять задания любого, кто заплатит требуемую ими цену! А это значит – нам нужно быть осторожными вдвойне! Да и что у нас брать? Сразу видно, что здесь нечем поживиться! – мужчина недоумённо развел руками, указывая на обстановку в хижине, и задумчиво посмотрел в сторону реки на равнину. – А если их начнут разыскивать? Споры тут ни к чему не приведут, сделай, пожалуйста, как я тебе сказал!

– Хорошо, ступай, я всё сделаю, – после того, как мужчина недоверчиво взглянул на женщину, она добавила: – Я обещаю!

После этих слов Глен, запахнув плащ, моментально удалился. Янис вопросительно смотрел на мать, та знаком указала ему на топчан, юноша послушно присел. Девушка перестала плакать, вытерла с лица слёзы, и тоже с интересом смотрела на мать. Лидия, вздохнув, и ласково поглаживая её по голове, начала свой рассказ.

***

Глен быстро перемещался по лесу, каждый раз увеличивая радиус кругов вокруг хижины. Он был слишком ловок для своего возраста. Было заметно, что выполняемые им движения ничуть его не утомляют. Они были идеально выверенными, происходили с завораживающей механической точностью, словно гимнаст показывал для восторженной публики чудеса акробатики. Помимо того, в нем угадывалась какая—то скрытая нечеловеческая сила: он с лёгкостью перепрыгивал высокие преграды, практически не отталкиваясь от земли, без особых усилий подтягивался на одной руке, ухватившись за ветку дерева, прислоняя ладонь второй руки к глазам, заслоняя их, чтобы высоко стоящее солнце не мешало всматриваться вдаль. Он заглядывал везде, куда только было можно, отыскивая какой-либо подозрительный след. Осматривал каждую щель в корнях деревьев. Прислушивался, втягивал в себя запахи леса, приносимые меняющимся ветром. Мужчина весь обратился в зрение и слух, полностью преобразился, словно звериные инстинкты брали верх над человеческой сущностью. Через некоторое время от вида человека не осталось и следа – вдаль с косогора всматривался чёрный, мощный и грозный медведь гризли. Животное испустило ужасный рёв, эхом отозвавшийся вдали. Такой, что на несколько секунд затихли все лесные звуки, и воцарилась, таящая опасность, тишина.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6