Чёрный Лев.

Cудьба и долг



скачать книгу бесплатно

Ришелье успешно выполнил возложенное на него поручение и в апреле 1619 года, между Марией Медичи и вельможами с одной стороны, и королём с другой, был заключён мирный договор.

Но вскоре королева и мятежные вельможи подняли новый мятеж. Недолгий… 7 августа 1620 года они были разгромлены в Пон-де-Се.

Марии Медичи было разрешено вернуться в Париж, где она поселилась в Люксембургском дворце. В 1621 году, после смерти Люиня, она снова заняла своё место в Королевском совете. 5 сентября 1622 года, во время осады гугенотской крепости Монёр, Ришелье стал кардиналом. Мария Медичи, таки выхлопотала для него, эту столь заветную красную шапочку.

Но король, ни за что не хотел его видеть, за столом своего совета. Теперь, честолюбивому кардиналу, вновь надо было доказать свою полезность королю. И он, используя все доступные ему средства, стал привлекать внимание Людовика, к злоупотреблениям, творимым в Королевском совете.

После смерти Альбера де Люиня, вся власть в стране сосредоточилась в руках канцлера Николо Силлери и его сына Пюизье, ведавшего иностранными делами. Новый сюринтендант финансов Ла Вьевиль, плясал под их дудку, они также диктовали свою волю коннетаблю герцогу де Ледигьеру.

Усилия Ришелье не пропали даром. 1 января 1624 года Людовик потребовал у Силлери королевские печати. Тот принёс ларчик, однако среди печатей не хватало трёх – Франции, Наварры и Дофине, которыми скреплялись государственные договоры. Слушая путаные объяснения канцлера, и представляя себе, сколько денег он присвоил на заключении важных сделок, король пришёл в бешенство. На следующий день Силлери со всеми своими родственниками покинул Париж, удалившись в ссылку, а Людовик заявил, что отныне он сам будет разбираться во всех делах. Мария Медичи не преминула предложить ему помощника – кардинала Ришелье, в чьей честности, бескорыстии и преданности интересам государства нет никаких сомнений, но и на этот раз её ходатайство не увенчалось успехом. Место Силлери занял маркиз де Ла Вьевиль, не слишком отличавшийся от своего предшественника. Всё-таки, под нажимом королевы-матери, Ришелье был введён в Совет. Но и этого ему показалось мало. Он решил добиться всей полноты власти, стать незаменимым помощником короля, направлять его волю – не в личных целях и не ради корысти, а во благо Франции. Арман Жан дю Плесси, кардинал де Ришелье, был патриотом своей страны!

А вот молодой король Франции Людовик XIII, плохо разбирался в людях. Ла Вьевиля он назначил первым министром главным образом потому, что тот был богат, а значит, как наивно полагал король, не имел необходимости воровать.

Маркиз Ла Вьевиль, не испугавшись судьбы своего предшественника, который странным образом умер в ссылке, решил сэкономить на других, и сократил число раздаваемых королём пенсий, чем восстановил против себя придворных. К тому же, привыкнув к свободе, которую дают большие деньги, он позволил себе произвольно трактовать решения Совета и весьма вольно высказываться по поводу Людовика, его молодой жены и Марии Медичи.

Ришелье решил, что всё это не должно укрыться от короля: на Новом мосту стали продавать язвительные памфлеты политического содержания, написанные лично кардиналом (разумеется, без подписи).

Наконец, в середине августа 1624 года, Людовик вызвал министра к себе в Сен-Жермен, и сурово отчитал.

Как только маркиз вышел, капитан королевских гвардейцев арестовал его, и в тот же вечер доставил под охраной в замок Амбуаз.

И как-то так, незаметно для всех, получилось, что, после ареста Ла Вьевиля, именно Ришелье, стал исполнять обязанности первого министра. Кардинал посоветовал королю рубить зло под корень и создать палату, по расследованию финансовых злоупотреблений. Через палату прошло около полусотни богачей. В сухом остатке получилось 10 миллионов ливров, которые звонко ссыпали в пустые сундуки государственной казны. Впервые, наверное, Людовик XIII подумал, что не прогадал, сделав Ришелье членом своего Совета.

И кардинал Ришелье, продолжил исполнять обязанности главного министра. Достигнув вершины власти, он перестал нуждаться в поддержке и покровительстве Марии Медичи. И постепенно, шаг за шагом, между ними начала разгораться вражда.

– Значит Гискар? Вам граф, удалось раздобыть бумаги?

– Нет, Ваше преосвященство. Но Гискар не успел и продать их испанцам. Я узнавал об этом. Он где-то их надёжно спрятал. На века… И пусть они там и лежат.

Отец Жозеф, сидел в тени, низко опустив голову. В лучах сентябрьского солнца, щедро бившего через окна, блестела только его гладко выбритая тонзура. И оттуда, долетел вздох.

Ришелье быстро обернулся.

Они были знакомы уже достаточно давно.

Франсуа Леклерк дю Трамбле родился 4 ноября 1577 года. В четыре года он уже знал латынь, а затем быстро овладел древнегреческим. В восемь лет, он, под именем барона де Мафлиера, был отправлен учиться в один из лучших парижских коллежей, где сразу же стал первым учеником. По окончании коллежа он решил сделать карьеру военного, и прошёл полный курс в Академии Плювинеля. По окончании Академии, он отправился путешествовать по Италии и Германии, собирая для короля Генриха IV разведывательную информацию. Вернувшись в Париж был приближён ко двору (фаворитка короля Генриха IV, Габриэль д'Эстре, называла его «французским Цицероном»). В 1597 году он участвовал в осаде Амьена, затем сопровождал специальное посольство в Лондон, где выполнил возложенную на него дипломатическую миссию.

Но в 1599 году, неожиданно для всех, он резко изменил свои планы, и решил постричься в монахи. Он остановил свой выбор на ордене капуцинов и стал называться отцом Жозефом. Он ударился в религиозную жизнь с большим пылом, и за последующие два года, одолел четырёхлетний курс обучения в семинарии капуцинов в Руане, а также в учебных заведениях Орлеана и Парижа. С 1603 года, отец Жозеф, уже сам преподавал богословие и философию монахам в монастыре Сент-Оноре в Париже, а затем в Медоне и Бурже, стал известным проповедником и церковным реформатором.

Благодаря своим связям и личным качествам, он достиг определённого влияния и при дворе.

С молодым епископом Люсона судьба свела его в 1612 году. А с возвышением Ришелье… Никто и не знал, кто теперь руководит всей политикой Франции. Первый министр?… Или отец Жозеф, которого стали называть «серым кардиналом», из-за цвета постоянно носимой им сутаны капуцинов. В качестве начальника канцелярии Ришелье, отец Жозеф, вместе с четырьмя помощниками – монахами-капуцинами, вёл тайные дела, и в неразборчивости применяемых средств, превосходил даже своего начальника.

Они прекрасно изучили друг друга, и слов между ними не требовалось.

– Жаль… Я слышал, что вы граф, вернулись в Париж не одни? Что с вами, приехал молодой юноша? Кто он, как его зовут?

Шаньи прекрасно понимал, что эти вопросы кардинала чисто формальны, что Ришелье прекрасно известно и имя и вся родословная Александра де Бриана. И скорее всего, Ришелье уже знал и о произошедшем на Сицилии, хотя он, закончил свой отчёт только тем, что было в Александрии.

– Это барон Александр де Бриан. Единственный сын моего друга. Генрих де Бриан, попросил меня позаботиться о нём.

– И вы не боитесь…

– Нет, – поспешно и неучтиво перебил кардинала Шаньи. – Я ничего не боюсь. Пусть всё будет так, как и должно быть. Даже если будет наоборот.

– Я понимаю вас, граф. Благодарю, вы отлично справились с возложенным на вас заданием. Можете идти. Отдыхайте. Возьмите триста экю у моего казначея.

Когда Шаньи вышел, Ришелье взял на руки свою любимицу – кошку Мириам, и вопросительно посмотрел на отца Жозефа.

Тот пожал плечами, а потом отрицательно покачал головой и горестно вздохнул.

Ришелье передёрнул плечами:

– Всегда, когда я вынужден разговаривать с этим человеком, я чувствую озноб между лопаток. Странно, не правда ли? Таким человеком как граф Шаньи, сложно управлять, он не предсказуем. Как вы считаете?

Отец Жозеф, лишь вновь пожал плечами.

ГЛАВА ШЕСТАЯ
ГРУСТНАЯ ИСТОРИЯ

По возвращении от Ришелье, Шаньи заперся у себя в комнатах, запасшись хорошим запасом вина. Перед этим он сказал Александру, что ему надо расслабиться и отдохнуть. Иногда, де Бриан видел, как Пьер, водил в комнату графа девиц.

Де Бриан стал предоставлен сам себе.

– Педро, я хочу разузнать о своей семье… Об отце и маме… Ведь я о них, ничего не знаю…

Педро нахмурился, но ничего не сказал. Не стал он и удерживать его, когда Александр стал повсюду задавать вопросы о Генрихе де Бриане. Большинство людей, лишь недоумённо пожимали плечами, но были и такие, Александр видел это, у которых имя его отца, вызывало на лицах страх. Они, не отвечая, поспешно уходили от него, словно от прокажённого. На Педро, как на испанца, они косились опасливо.

Однажды вечером, когда усталый Александр готовился лечь спать, в его комнату вошёл Шаньи. За ним виднелся встревоженный лик Пьера.

– Наделал ты шуму в Париже… Своими-то, расспросами… Глупо! Не имея друзей, влияния и положения в обществе, ворошить это дерьмо! Необдуманно и глупо!

– Но Шарль… Я хочу, лишь узнать о своих родителях… Хоть самую малость… Кто они, где жили… Ты ведь, ничего мне о них не рассказываешь…

Шаньи почувствовав укол стыда, устало сел в кресло.

– Глупо…

– Я могу помочь вам, – в комнату протиснулся Педро, и не обращая внимания на Шаньи, под его осуждающим взглядом, начал свой рассказ:

– В начале лета 1611 года, я остановился на ночлег в одной придорожной таверне. Это в Савойе, неподалёку от селения Эгбель.

Среди ночи, на дороге раздались выстрелы, и из любопытства, я решил взглянуть – кого это там убивают. Подойдя я увидел, стоявшую на дороге карету, кругом неё валялись мертвецы, и один дворянин, ловко владея шпагой, отбивался от трёх нападавших. А посреди всего этого хаоса, стояла женщина, крепко прижимая к груди ребёнка. Это были вы, господин Александр и ваши родители.

Я решил вмешаться, ради женщины и ребёнка, захотел увести их в безопасное место, подальше от всего. Тогда, по большому счёту, на дворянина со шпагой, на вашего отца, мне было просто наплевать.

Но я не успел. Ваш отец, убил одного из нападавших и ранил другого, но из-за кустов, появилось ещё четверо. Они атаковали вашего отца с разных сторон, а пятый, прокравшись сзади, выстрелил из пистолета. Готов поклясться, что эта пуля, предназначалась вам, мой дорогой Александр, но ваша мать, спасая вас, опустила руки, и пуля, которая должна была убить только вас, или скорее вас обоих, попала ей в грудь.

Она упала, выронив вас. Тот, который в неё стрелял, хрипло засмеялся. Я подбежал и попытался заколоть его, но только легко ранил в плечо, он отступил, а меня тут же атаковали двое. Но при свете луны, я хорошо рассмотрел его. Он был одноглазым, с рубленым шрамом от левой брови до подбородка.

Ваш отец, видел всё, что произошло. Он пробился к этому псу, убив ещё двух нападавших, и нанёс ему страшный удар. Тот, успел перехватить клинок рапиры, отвёл его в сторону, но оставил на дороге три пальца левой руки.

Зашипев и зажав раненную руку подмышкой, он убежал, за ним бежали и остальные, а ваш горем убитый отец, подошёл к вашей маме. Я тем временем, поднял с земли вас, и убедился, что вы целы и невредимы.

Вот так погибла ваша мать, и так я познакомился с бароном Генрихом де Брианом, и стал служить ему.

Слёзы ручьями лились по щекам де Бриана, Педро сурово молчал, Шаньи застыл, с судорожно сжатыми губами.

Обстоятельства смерти той, которую он любил больше жизни, встали перед глазами. Он знал, что Луизу убили у селения Эгбель… Но не знал как… «Почему Генрих мне ничего не рассказал?… Почему?… Почему?…»

– Клянусь, я убью его! Убью этого Одноглазого! Найду и убью! – сквозь душившие его слёзы, зашептал де Бриан.

– Нет, не убьёшь. Твой отец долго готовился, вынашивая план мести, и в феврале 1619 года, убил его неподалёку от Блуа.

– Но ведь… Это было не простое разбойное нападение, ведь так, Педро? Они хотели не ограбить, а убить… Ведь кто-то, его послал… Кто?!.. Скажи мне, Шарль, кто?!.. Кто стоит за убийством моей мамы?!.. Кто?!..

Шаньи думал отмолчаться, но Александр насел на него всерьёз.

– Кто, Шарль? Кто? Скажи мне! Кто? Я найду и убью его!

Он был страшен в своём гневе и жажде смерти.

«Упрямый, чёрт… Действительно полезет сам, наделает бед, сгинет, дурак!..»

– Послушай меня, мальчик!

Александр вздрогнул, от звенящего металлом окрика Шаньи.

– Сядь и успокойся! Сядь, я сказал! Педро, налей ему выпить. Всё, пришёл в себя? Тогда, слушай… 14 мая 1610 года, здесь, в Париже, на углу улиц Фероннери и Сент-Оноре, был смертельно ранен неким Франсуа Равальяком, король Франции Генрих IV. Отец нынешнего нашего короля Людовика XIII. Твой же отец, Генрих де Бриан, долгие годы был телохранителем Генриха IV… Но в тот роковой день 14 мая, его не было в карете короля… Твой отец, был в отпуске… В Бретани, в моём поместье Морон, где ты собственно и родился, в январе того же, 1610 года… Узнав о случившемся, твой отец поспешил в Париж, но… только для того, чтобы подвергнуться нападкам и обвинениям. Нашлись такие, кто прямо винил его, в смерти короля… Другие, говорили о продажности твоего отца, и об его участие в заговоре.

– Нет! Это ложь! Мой отец невиновен!

– Молчи и слушай! Или ты думаешь, мне доставляет удовольствие, копошиться в этом, и поминать нерадостное былое?… Так вот, у твоего отца, были причины ненавидеть короля и желать его смерти. Король Генрих, думал затащить к себе в постель твою маму. Весь двор об этом знал. Потому-то, они и уехали из Парижа… После смерти короля и возвращения твоего отца, толпа стала постоянно осаждать ваш дом, забрасывать камнями, грозясь поджечь… Мы с твоим отцом, убили на дуэли парочку, особо ретивых злопыхателей, но всем в уши не вдуешь, о невиновности Генриха де Бриана. Я знаю, что Генрих невиновен, верил ему тогда, и верю сейчас… Он пытался доказать, кричал и грозился, вывести на чистую воду, и назвать имена истинных преступников, стоявших за заговором и виновных в смерти короля. И тогда… его жизни стала угрожать опасность… За себя он не боялся…но ты и Луиза…Никому ничего не сказав, даже мне, однажды ночью, он, спасая вас, тайно покинул Париж… Его поспешное бегство из Парижа, быстро разлетевшийся кем-то умело запущенный слух, что он осел на Сицилии, во владениях Испании, ещё более усугубили его вину в глазах сплетников, завистников и его прямых врагов… Генрих поклялся, что защитит своё честное имя, и назовёт тех, кто стоял за Равальяком.

– И кто они? Кто эти люди? Кто послал Одноглазого? Кто убил маму?

– Понимаешь, в этой истории со смертью короля, так много неясного… Она так обросла слухами и легендами, особенно за прошедшие пятнадцать лет, что… Даже доподлинно не известно, куда в тот роковой день 14 мая 1610 года, направлялся король. Одни говорили, что в Арсенал, навестить заболевшего герцога де Сюлли. Другие, что он ехал к своей любовнице малышке Поле. Но Равальяк, точно знал, по какой улице проедет король! Его схватили сразу, возле кареты, и на допросах и в суде он говорил, что действовал в одиночку. Но… были и есть люди, которым смерть короля, была очень выгодна. Например, его супруге, королеве Марии Медичи.

Александр, несмотря на клокочущий в груди гнев и своё самообладание как-то сник, услышав имя столь высоко стоящей, а отсюда и недосягаемой особы.

– Властная и амбициозная, она долго упрашивала короля сделать её полновластной королевой, и буквально накануне, за день до убийства, 13 мая, состоялась её коронация в соборе Сен-Дени. Став королевой-регентшей, она полностью сменила политический курс. Вместо объявления войны, которую планировал Генрих IV, Франция стала дружить с Испанией и Священной Римской империей. Свадьба короля Людовика XIII на дочери испанского короля Анне, и свадьба его сестры Елизаветы на испанском принце, ещё более укрепили эту дружбу.

Шаньи отпил немного вина, и стал раздумывать, стоит ли продолжать дальше. Здесь все люди свои, верные и проверенные. Пьер позаботился о том, чтобы ни одно слово не вылетело из этой комнаты. Педро Вильча, хоть пытай его, хоть режь, не скажет ничего. А Александр… должен знать.

И придя к такому выводу, Шарль де Шаньи, почувствовал, как тяжкое бремя упало с его души.

– А за спиной Марии Медичи, маячила фигура ещё одной знатной особы, герцога Жана Луи де Ногарэ де Ла Валетта д'Эпернона. Он был фаворитом короля Генриха III. «Полукороль», как его пренебрежительно называли враги и завистники. Действительно, Генрих III, выполнял любой каприз своих фаворитов-миньонов, одаривал их титулами и землями, сделал д'Эпернона герцогом и пэром Франции.

В ходе Религиозных войн д'Эпернон командовал войсками, прославился своей храбростью. После восшествия на трон Генриха IV, долго не признавал его королём, и подчинился ему только в 1595 году. Но, считая себя верным католиком, опираясь на поддержку Испании, герцог д'Эпернон постоянно интриговал против короля, плёл паутину интриг и заговоров.

Шаньи задумчиво побарабанил пальцами по столу.

– Он сейчас в опале, является губернатором Гиени и живёт в Бордо. Но он сохранил за собой в Париже, изрядное могущество и влияние! И именно ему, долгие годы, служил тот одноглазый урод!

– Значит, герцог д'Эпернон?! – де Бриан вновь ощутил поднимающееся в груди, приятное чувство гнева и мести.

– Не факт… Я пытался выяснить, но… убийцы твоей мамы, ловко замели следы и обрубили все концы. А Одноглазый, частенько брал заказы и со стороны.

– Тогда, кто?

– Ха, есть ещё одна особа, некая Екатерина Генриетта де Бальзак д'Антраг, маркиза де Верней. Бывшая любовница и фаворитка Генриха IV, на которой король обещал жениться, но соблазнённый деньгами, выбрал Марию Медичи. Она изменяла королю, её родственники… достаточно сказать, что испанский король Филипп III, обещал ей выплачивать пожизненную пенсию, её сына от короля – Гастона, женить на одной из своих дочерей и сделать его, королём Франции!

Тихонько и осторожно передвигаясь, в комнату вошёл Пьер, чтобы заменить сгоревшие и оплывшие свечи.

– Как видишь, все эти особы – королева Франции, герцог д'Эпернон, маркиза де Верней, так или иначе связаны с Испанией. А ведь Генрих IV, собрал к маю 1610 года армию, и готовился начать войну с Испанией. Так что… Равальяк и под пытками не назвал ни одного имени, продолжая утверждать, что действовал в одиночку. Его казнили очень быстро, 27 мая 1610 года, спустя всего тринадцать дней после убийства короля. А у твоего отца, нашлись друзья, которые поддержали его. В январе 1611 года они представили Высшему суду Франции мадемуазель Жаклин д'Эскоман, служанку маркизы де Верней. И она заявила, что маркиза де Верней, герцог д'Эпернон и Равальяк, были знакомы, и несколько раз собирались в доме маркизы. Но тут вмешались высшие силы, председатель суда, приказом королевы-регентши Марии Медичи был отстранён, на его место быстренько назначили другого, друга королевы. И с д'Эпернона и маркизы Верней, были сняты все обвинения, а мадемуазель д'Эскоман, заключена в тюрьму пожизненно.

Александр сидел бледный, крепко до боли сжав кулаки.

– Я убью их всех, – зашептали его губы. – Всех!

– Не говори глупостей, мальчик. Эти люди неприкосновенны для тебя. Даже я, без доказательств и приказа, ничего не могу с ними сделать… А если ты продолжишь упорствовать… Да по одному мановению их руки, в движение придут целые армии, страны и народы! Убийство из-за угла, отравление, темница или эшафот, вот, что тебя ждёт! Ведь в этом деле, вопросов больше чем ответов! Бывает и так – твой отец прибыл в Париж поздней осенью 1617 года – момент был более чем подходящий – Мария Медичи в ссылке в Блуа, герцог д'Эпернон в изгнании, и он попробовал было снова… Но в январе 1618 вспыхнул пожар во Дворце Правосудия, в пламени которого, погибли все свидетельские показания мадемуазель д'Эскоман. В убийстве короля Генриха IV, могут быть повинны и иезуиты, которых он изгнал из Франции, после покушения на него Жана Шастеля, 27 декабря 1594 года. Шастеля, этого студента-правоведа, явно подстрекали иезуиты. А монахи-доминиканцы, прямо обвиняли в убийстве короля, иезуитов. Кто организовал затор из телег, из-за которого карета короля остановилась, а телохранители были отвлечены, и Равальяк свободно вскочил в карету и нанёс королю три удара ножом? После смерти Генриха IV, Мария Медичи прогнала его верного друга и преданного слугу, первого министра герцога Сюлли, и оказала доверие герцогу д'Эпернону. Были ли Мария Медичи и д'Эпернон любовниками? Кто знает? Придворные сплетни говорили по-разному… И вот тут, я уверен только в одном – те люди, кто стоял за убийством Генриха IV, напали и на вашу карету у селения Эгбель, и виновны в убийстве Луизы… Поздно уже, вернее рано, светает, пора заканчивать эту грустную историю… Я хочу, чтобы вы Александр, не лезли в это дело. Клянусь вам, что я, не покладая рук, употребляя все свои возможности, буду продолжать искать тех, кто стоял или стоит за убийством Луизы де Бриан. Сколько времени, мне для этого бы не потребовалось! Я помогу вам, в вашей праведной мести, и воздам по заслугам убийцам! И прошу с вас слова чести, пока не лезть в это дело.

Де Бриан долго смотрел в глаза Шаньи.

– А может эти люди, убили и моего отца?

Шаньи был прожжённым волком, и не поддался этому удару.

– Ну, я жду…

Александр встал, протянул Шарлю руку, и произнёс только одно слово:

– Клянусь!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13