Владимир Сотников.

Простофиля и заклятье древних духов

(страница 1 из 10)

скачать книгу бесплатно

Глава I. ХОРОШАЯ ПРИМЕТА

Кошка Дуська все понимала. Она грустными глазами смотрела на Филю, и, казалось, вот-вот скатится слеза по ее черненькому носу. И Дуська не успеет смахнуть ее лапкой.

А Филя старался не смотреть на кошку. Конечно, от стыда. Ему всегда становилось стыдно, когда приходилось куда-то уезжать и оставлять Дуську. Хоть и не одну, а с родителями, но все же оставлять. Папа с мамой рассказывали, что кошка без него целыми днями сидит в прихожей и смотрит на входную дверь. Ждет Филю.

Поэтому и стыдно. Получается, он не ценит Дуськину преданность. Но, с другой стороны, какая же может быть преданность без расставаний? Как узнать, любит ли тебя кто-нибудь? И сам – любишь кого-то или нет? Вот уедет Филя надолго и узнает, как он любит и папу, и маму, и кошку, и свою квартиру, и дом, и всю Москву… Конечно, и родители с Дуськой будут по нему скучать.

Филя вздохнул и все-таки взглянул на кошку. Дуся моргала влажными глазами, как человек.

«Что, может, передумал? – говорил ее взгляд. – И никуда не поедешь?»

Как же, не поедешь! Да такая возможность раз в жизни представляется. Попасть в Египет – и не простым туристом, каким может стать любой человек, а, во-первых, с археологической экспедицией, во-вторых, с планом поиска таинственного древнейшего захоронения…

Иван Сергеевич Цветков, отец Филиного друга Дани, был археологом. Конечно, он часто ездил в Египет на раскопки. И, конечно, рано или поздно взял бы с собой сына. Но чтобы поехать в Египет всей компанией – Даня, Филя, сестры-близняшки Аська и Аня, – об этом можно было только мечтать!

Наверное, так ребята и мечтали бы себе потихоньку о египетских пирамидах, если бы в один совсем не прекрасный день хитрые мошенники не украли из квартиры Ивана Сергеевича Цветкова египетский папирус. Хоть и не очень древний – лет сто было этому папирусу, не больше, – но очень даже ценный. Потому что археологи, которые жили почти сто лет назад, записали на нем, где находится никому не известная гробница фараона. Письмо было зашифрованное, и Данин папа даже думал, что это просто шутка – про каких-то божеств и бесхвостых павианов, которые охраняют вход в храм. Но когда папирус украли, профессор Цветков взглянул на дело серьезнее…

Если бы не Филина решительность, Данина находчивость, Анина рассудительность и Аськина шустрость, Иван Сергеевич навсегда распрощался бы со своим папирусом. Никакой древний шифр не помог бы!

Филя вспомнил, каких усилий им всем стоило выследить и изобличить вора, да еще заставить его вернуть папирус хозяину. Ловко у них все получилось, как у настоящих сыщиков! Конечно, тогда все были на седьмом небе от счастья, а Данин папа – даже выше седьмого неба. На восьмом или девятом. Но счастье счастьем, а Филя отлично знал взрослых: под хорошее настроение они готовы золотые горы наобещать детям, а вот потом…

Поэтому он долго не мог поверить, что Иван Сергеевич не шутит, предлагая всей их компании поехать с ним во время весенних каникул в Египет, чтобы на месте поискать ту самую гробницу, о которой говорилось в зашифрованном послании.

Филя чуть сам в неподвижную пирамиду не превратился, когда об этом узнал! Или в мумию фараона. Зато потом он подпрыгнул чуть не до потолка – так высоко, что даже Дуська позавидовала.

Филя удивлялся спокойствию своих друзей. Во время разговоров, которые они вели в ожидании поездки, ребята оставались такими невозмутимыми, будто собирались в однодневную экскурсию по Подмосковью. Филя даже не выдержал во время последней встречи и подколол Аську:

– Лишнюю сумку захвати, только попрочнее.

– Зачем? – удивилась она.

– А ты что, мумии в сумку со своей одеждой будешь складывать?

– Мумии? – Аська вытаращила глаза. – Складывать?!

– Конечно! – заметив Аськино удивление, Филя сделал серьезное лицо. – Мы же будем собирать коллекцию мумий. Каждый свою. Да будет тебе известно, в древнем Египте мумифицировали не только фараонов, но и всяких мелких животных. А мы будем в захоронениях эти мумии откапывать. Кто больше насобирает в сумку, тому…

– Прекрати ты глупости сочинять, – перебил Даня. – Хоть бы придумал что-нибудь поинтересней! И как тебе такое в голову пришло?

– Пришло, пришло, – отмахнулся Филя. – Посмотришь на ваши сонные лица – и не такое придет в мою голову. Надо же хоть чем-нибудь вас заинтересовать.

– Ничего себе, заинтересовал! – укоризненно покачала головой Аня. – После таких сочинялок и ехать никуда не захочется.

– А вас никто никуда насильно не тащит, – пожал плечами Филя. – Сами согласились ехать в Египет. Думаете, кто-нибудь там вас развлекать будет? Между прочим, предстоит серьезная научная работа. Археологическая.

– Что-то не пойму я тебя, Филипп, – сказала Аня. – Сам говоришь о серьезности нашей поездки, и сам же шутишь по поводу этой поездки. Глупо шутишь.

Филя уже и не рад был, что затеял этот разговор. Действительно, глупой получилась его шутка. А от этого всегда настроение портится. К шуткам надо поосновательнее подходить. Если они неудачные, то их лучше и не говорить вовсе. Чтобы не чувствовать себя идиотом, как сейчас.

– Ладно, признаю свою ошибку, – махнул рукой Филя. – Между прочим, не так это легко – ошибки признавать. Не каждому дано. Пойду лучше в дорогу собираться. Да и книги всякие там почитаю, справочники археологические. Знаний поднаберусь.

– Чтоб в следующий раз остроумнее быть? – хихикнула Аська.

– Ага, – согласился Филя. – Почитаю, что в Египте можно кушать. А то ты там отравишься каким-нибудь скорпионом.

– Фу! – брезгливо поморщилась Аська.

Аська жевала что-нибудь каждую удобную минутку. А удобную минутку она находила всегда – и всегда для этого таскала в карманах что-нибудь съестное. Потому что считала: даже если и не хочется есть, то пожевать просто так – одно удовольствие! Что поделаешь, если у человека такая привычка?

Поэтому Аська ничуть не обиделась на Филино замечание. И даже засмеялась ему вслед.

А вот Филя, хоть и пытался держать себя в руках, расклеился основательно. Придя домой, он уже целый час слонялся из комнаты в комнату, и вовсе не читал никаких книг, и не собирался в дорогу. Все валилось у него из рук. Особенно когда он смотрел в печальные Дуськины глаза.

– Эх, Дуська, если бы ты могла понимать человеческую речь, – вздохнул Филя. – Я бы тебе в два счета все объяснил. Видишь пальцы – мяу, мяу, мяу…

И Филя досчитал до последнего, десятого.

– Вот и вернусь я через десять «мяу». То есть дней. Поняла?

Дуся, конечно, ничего не поняла. Да Филя и объяснялся с кошкой только для того, чтобы хоть как-то отвлечь себя от грустных мыслей. Хотя, если честно разобраться, никаких грустных мыслей, когда плохое настроение, вовсе не бывает. Наоборот, ни о чем не думаешь.

И тут Филя увидел, как кошка мгновенно повернула голову в сторону окна и напряженно затаилась. Уши ее зашевелились, улавливая каждый шорох. Вот уже и Филя различил какой-то посторонний звук. В самом углу, под окном, раздался один шорох, другой, словно кто-то царапал коготком. На полу под окном никого не было, – значит, шорох мог раздаваться из стены. Странно…

На даче Дуся всегда ловила мышей. Мыши и в стенах даже шуршали, потому что в дачном домике стены были пустые внутри. А здесь? В городе, на высоте тринадцатого этажа, в кирпичной стене водятся мыши?

«Бред сумасшедшего!» – подумал Филя.

Конечно же, при этом он ни в коем случае себя сумасшедшим не считал. Мысль о том, что по балкону прыгают воробьи и клюют пшено, которое специально насыпал им Филя, – он сразу же отогнал. Это в прежней квартире на окраине Москвы у них было целых три балкона, а здесь, в доме на углу Садового кольца, у самой Триумфальной площади, – всего один, и то на кухне. Филя осторожненько выглянул в окно. На карнизе воробьев не видно. Но в таком случае, откуда звук?

– Вот еще, – проворчал он, – не хватало заниматься головоломками перед самым отъездом! Больше мне нечего, что ли, делать?

Но Филя знал себя достаточно хорошо. Не даст ему покоя этот скрежет, не даст! Будет Филя думать о нем непрерывно. Как Дуська. Только она при каждом шорохе бросается к стене и напрягается вся, как перед прыжком на мышку, а Филя просто напрягает все свои извилины, размышляя.

Вполне возможно, звук доносится не из-за окна, а совсем из другого места – по какому-нибудь маленькому воздушному ходу, который остался внутри кирпичной стены. Существуют же такие хитроумные устройства! Совсем недавно Филя читал о старинных крепостях, в которых делали тайные слуховые ходы, чтобы разговаривать, находясь друг от друга за сотни метров. Достаточно прошептать – и твой собеседник, или точнее сказать, сошептальник, услышит тебя издалека. В одной крепости эти слуховые ходы размещались так, что начальник охраны мог одновременно слушать сообщения всех караульных.

Но что за глупости лезут в голову! Филя совсем расстроился. Вот так и будет сейчас заниматься этими звуками, думать о них.

– Дуся! – позвал он кошку. – Кушать!

Эту команду кошка всегда выполняла беспрекословно. Но сейчас она без особенного желания оторвалась от своей охоты и побежала на кухню. Наверное, на всякий случай: а вдруг там в мисочке что-нибудь удивительно вкусное?

Филя закрыл дверь комнаты. Пусть этот звук повторяется сколько хочет. В одиночестве.

Но через пять минут он увидел, что Дуська в нетерпении царапает лапкой закрытую дверь. Она стремилась продолжить охоту.

И Филя вдруг понял, что скрип и шорох в стене – отличное занятие для Дуськи на время его отсутствия. Будет сидеть и караулить свою «мышку»! И охотничий азарт не пропадет. И слух, и нюх. И скучать без Фили совсем не будет.

– Вперед, Дуська!

Он распахнул дверь в комнату и впустил туда кошку. Та стремительно заняла свое место в засаде.

Зазвонил телефон.

– Что ты такой злой был, а, Филь? – спросил веселым голосом Даня.

Филя притворился непонимающим:

– Я – злой? Да я самый веселый человек на свете! Ты вот что мне лучше скажи: у тебя в квартире не слышно никаких шорохов по стенам?

– Шорохов? – удивился Даня. – А почему ты об этом спрашиваешь? Обычные звуки, какие бывают в домах, – лифт зашумел, у соседей радио громко играет. Но у меня нет музыкального слуха, чтобы все это различать.

– А у меня, думаешь, есть музыкальный слух? – хмыкнул Филя. – Но слышу не хуже кошки. Она вон сидит, караулит, не отрываясь. Думает, что это толпа мышей митинг устроила. А какие здесь могут быть мыши? Тринадцатый этаж. Птиц тоже за окном нет – ни на подоконнике, ни на карнизе. Загадка!

– Любишь ты, Филь, загадки! – засмеялся Даня. – Я, конечно, рад, что ты увлекся этими шорохами и настроение у тебя поднялось. Но глупости все это. Хотя…

– Чего? – Филя насторожился.

Он знал, что просто так Даня не задумывается. Если он задумывался, то обязательно выдавал какую-нибудь умную мысль.

– Чего ты там думаешь? Говори скорее!

– К врачу тебе надо, Филь, – сказал Даня. – Такими вещами не шутят. Если в Москве, дома, тебе черт знает что чудится, то что будет в пустыне? Миражи всякие, тени умерших… Ты подумал об этом?

Филя просто ошалел. Такого он от Дани не ожидал.

– Ты чего? Серьезно это, что ли? – прошептал он в трубку. – Ты думаешь, я псих, да? Ненормальный? И мне мерещатся по углам всякие подозрительные звуки?

– Ну, не совсем так… – замялся Даня.

– А кошке ты тоже не доверяешь? – спросил Филя. – Вот приходи, и посмотри, и послушай. Я бы, конечно, обиделся на тебя, но времени нет на всякие девчоночьи занятия. Так что зайди, зайди! Вместе послушаем.

Даня жил в одном с Филей подъезде, только на пятом этаже. Через несколько минут он уже стоял в Филиной комнате и крутил головой, выставляя к окну то одно ухо, то другое – совсем как Дуся. Голову и в форточку высовывал, и к стене приставлял. Но тоже ничего не мог понять.

– Да… – прошептал он наконец. – Рановато еще брать нас в такие экспедиции. Представляешь, Филь, что с нами там будет? Там этих тайн на каждом шагу – как песка в пустыне!

– Ну иди и скажи своему отцу, что мы еще маленькие детки и будем дома сидеть, – посоветовал Филя.

Он опасливо посмотрел на Даню. А вдруг тот и вправду возьмет да ляпнет отцу, – мол, маленькие мы и глупенькие?

– Ты, Дань, знаешь что? – попросил Филя. – Лучше ничего никому не рассказывай. Ведь твой папа уже и билеты купил, и с нашими родителями договорился. Нечего их всех расстраивать! Еще и правда подумают, что мы маленькие для такой поездки…

– Да ты что? – удивился Даня. – Я же пошутил! Какие же мы маленькие? Ну ты даешь, Филь, – каждому моему слову веришь!

– Поверишь тут, когда и на самом деле чувствуешь себя идиотом, – буркнул Филя. – Представляешь, что я ночью буду делать? Спать? Ошибаешься. Я буду старательно прислушиваться и ломать себе голову: а что же это такое шуршит в стенах?

– Будешь ты спать спокойно! – вдруг заявил Даня. – Ну-ка, одевайся. На улице уже прохладно.

– Без толку, – отмахнулся Филя. – Ты же в окно смотрел, и я тоже. Да я всю стену обследовал, рассмотрел каждый сантиметрик. Пусто. Так что, если ты хочешь с улицы посмотреть – напрасный труд.

– Все равно пошли! – разволновался Даня. – Хоть прогуляемся в таком случае. Что без толку этот шорох слушать?

Ребята молча вышли из подъезда. Стыдно было даже подумать о том, что такая смешная малость испортила им настроение. Но ведь дело не в малости! А в том, что они не могут объяснить источник шороха. Вот и все. А если чего-то не можешь понять, то и настроение сразу ухудшается.

Выйдя из подъезда, Даня сразу взглянул вверх. И остался стоять с раскрытым ртом…

– Филь… – позвал он. – Видишь?

– Что? Ничего не вижу! – отмахнулся Филя. – Я же тебе говорил, пусто.

– Посмотри, пожалуйста, минуту, – спокойно сказал Даня. – Не отрываясь. Хорошо? Как будто ты на звезды смотришь вечером, когда хочешь увидеть метеорит.

Филя долго смотрел на пустую стену дома. Но вот подул ветерок – и из-за угла, как раз на уровне окон Филиной квартиры, показался железный трос. Ветер качнул его за угол, трос царапнул стену… И исчез. Ветер опять стих.

Даня так сильно хлопнул друга по спине, что тот еле удержался на ногах. Неудобно смотреть вверх, когда тебя по спине хлопают! – Эврика! – заорал Даня. – Ну что, Филь, никакие мы не маленькие! До всего можем докопаться! Значит, пора нам ехать в эту самую экспедицию!

– Это, наверное, рабочие забыли снять трос от своей люльки, – размышлял Филя. – Они в прошлом году перед самой зимой что-то там в стене заделывали. Но вот почему зимой трос этот не болтался?

– И это можно объяснить, – своим обычным рассудительным тоном произнес Даня. – Всему можно найти объяснение. Может, зимой этот трос примерз к стене. А сейчас оттаял. И начал болтаться. – Лицо у Дани прямо светилось от счастья. – Знаешь что, Филь, – добавил он, – мне кажется, эта глупость, происшедшая с нами, – на самом деле не глупость.

– Умность, да? – ехидно спросил Филя.

– Хорошая примета, вот что! – воскликнул Даня. – Это же перед самой поездкой в Египет сама судьба нам послала такую примету. Чтобы мы поверили в свои силы! Никогда не надо унывать, а надо действовать и соображать. И тогда все можно понять, до всего докопаться. А знаешь, сколько нам придется докапываться и соображать в Египте?

– Догадываюсь, – небрежно бросил Филя.

Несмотря на свой небрежный тон, он был в эту минуту абсолютно счастлив.

Глава II. ПРИМЕТЫ ПРОДОЛЖАЮТСЯ

Ранним утром – таким ранним, что его вполне еще можно было назвать ночью, – микроавтобус стоял у подъезда дома на углу Садового кольца. В салоне горел свет.

Даня с Филей вышли из подъезда первыми. Они еще вечером договорились об этом. Подойдя к машине, Даня толкнул Филю:

– Правда, похоже на самолет? Как будто висит где-то в ночном небе – и светятся окна…

– Сигнализации на хвосте и под брюхом – а-ауа! – не хватает, – сквозь продолжительный зевок ответил Филя. – Рано про самолет думать. Лучше вспоминай, не забыл ли чего.

– По-моему, это неизбежно, – махнул рукой Даня. – Одна забытая вещь перед дорогой – обязательна.

– Что это за правило такое? – удивленно посмотрел на друга Филя. – Кто его придумал?

– Так папа всегда говорит. А он уезжал из дома в эти самые экспедиции, наверное, сотни раз. И знаешь, как он иногда ухитряется? – засмеялся Даня. – Специально забывает что-нибудь ненужное. Ну, положит рядом с сумкой, будто собирается взять, какую-нибудь не очень нужную книгу и делает вид, что забывает ее.

– Какое-то жертвоприношение, – хмыкнул Филя. – Каким-нибудь духам забывчивости, если они существуют.

– Вот-вот, – поднял вверх палец Даня. – Я почти то же самое ему говорил: твое поведение, уважаемый профессор археологии, ничем не отличается от поведения дикаря какого-нибудь племени. Ведь никаких духов нет, а если они есть, их не обманешь! Все равно что-нибудь забудется.

– Почему-то мне кажется, что мы вполне можем забыть сегодня сразу две вещи, – сказал Филя. – И я знаю, как их зовут. Аська и Аня. Где эти девчонки? И вообще, где народ?

Действительно, никакого «народа», кроме Дани и Фили, возле микроавтобуса не было. А утро было зябкое. Мерзкое утро, точнее говоря. Конец марта в Москве, да еще в эту предрассветную пору, – страшное время. Ветер мечется по двору, стучит какими-то жестянками, сверху летит дождь или мокрый снег, как-то тревожно раскачиваются фонари… И холодно. Филя представил, как уютно сейчас свернулась на диване Дуська, как во сне шевелит ушком, прислушиваясь к шороху троса за стеной, – она уже привыкла к этому звуку и не особенно на него реагировала…

Чтобы не испортить самому себе настроение мыслями о кошке, не расстроиться, Филя сразу же попытался представить жаркую пустыню, верблюдов, пирамиды. Честно говоря, не очень-то это у него получилось.

– Не верится даже, – поежившись от холода, пробормотал он.

– Во что? – откликнулся Даня.

– Что через несколько часов будем совсем в другом месте. Там тепло, там солнышко… – Филя мечтательно закатил глаза, но тут же встрепенулся. – Да что же это? Может, мы и не летим никуда?

– Летите, летите, – засмеялся водитель, который тем временем незаметно сел на свое место и захлопнул дверцу. – Садитесь, не мерзните. Счас взлетим! А чего это вы так рано выскочили? Иван Сергеевич сказал в шесть подъехать. А я чуток раньше, на всякий случай. Полчаса еще спать можно было.

– Спать… – проворчал Филя. – Что мы, девчонки?

И вдруг подъезд наполнился шумом. Наверное, сначала из лифта вывалилась целая толпа народу, потом к ним присоединились вышедшие из квартиры на первом этаже. Люди все шмыгали и шмыгали из подъезда, окружали машину, и уже через минуту Филе показалось, что столько сумок и чемоданов, сколько они вынесли с собой, не войдет и в пять микроавтобусов.

– Говорил же всем, объяснял, что попрощаться лучше вечером, а утром пусть кто-нибудь из родителей тихонько выведет своего ребенка вниз! – воскликнул Иван Сергеевич.

– О ком это он? – тихонько шепнул Филя Дане. – Его же ребенок – ты, а я тоже сам вышел. Неужели весь шум из-за девчонок?

– Конечно, из-за девчонок, – улыбнулся Даня. – И маленьких, и больших. Вон моя мама что-то папе внушает, и твоя от нее не отстает. Ну, и Аськина-Анина, конечно. Бедный, бедный папа! В такой обстановке не забыл бы он что-нибудь на самом деле.

И Даня бросился к отцу на выручку. Он стал настойчиво выхватывать сумки и чемоданы из рук взрослых и заталкивать в машину. Хоть каким-то образом старался ускорить процедуру прощания.

Филя не остался в стороне.

– Все, дорогие провожающие мамы! – выкрикнул он, как какой-нибудь проводник поезда. – Укладывайте быстрее вещи, мы опаздываем!

Потом Филя встал на цыпочки, чмокнул свою маму в щеку и шмыгнул в дверь микроавтобуса. Чтобы его уже никто оттуда не вытащил. И отчаянно замахал руками друзьям, – мол, берите с меня пример!

Филя оказался прав. Когда Даня и Аська с Аней друг за дружкой запрыгнули в машину, мамам ничего не оставалось, как отступить.

– В окошко можно махать сколько влезет, – разрешил Филя. – Это даже успокаивает нервы провожающих.

Мотор завелся, и через минуту родной дом остался позади.

– Ничего не забыли? – весело крикнул, обернувшись к ребятам, Иван Сергеевич.

Даня с Филей расхохотались так, что Аська с Аней посмотрели на них как на сумасшедших.

– Не понимаю, что смешного, – удивленно сказала Аня.

Аська почему-то молчала. Наверное, она впервые в жизни грустила.

– А вот одного человека мы забыли! – воскликнул Иван Сергеевич.

Машина резко затормозила.

– Нет-нет, – замахал он руками, – поезжайте, поезжайте! Это я неудачно пошутил. Просто хотел ребят развеселить. Этого человека мы не забыли, а захватим по дороге.

Водитель недовольно проворчал:

– Развеселить… Такой хохот стоит, что и веселить никого не надо. Предупреждайте в следующий раз о своих шутках.

– М-да… – только и произнес обескураженный Иван Сергеевич.

Автобус быстро пронесся по пустынным утренним улицам и остановился только на самом выезде из города. На тротуаре стоял человек и два больших чемодана рядом.

– А вот и наш Витя, – сказал Иван Сергеевич. – Витя Огурцов, лаборант нашей экспедиции.

– Замерз как черт, Иван Сергеевич! – Витя Огурцов весело засмеялся, будто сказал что-то необычайно радостное, и запрыгнул в салон. – Ого, полна коробочка! Значит, все на месте?

– Да, теперь прямо в аэропорт, пожалуйста, – попросил Иван Сергеевич водителя и обернулся. – Знакомьтесь, ребята, Витя ваш будущий товарищ, помощник и начальник – все в одном лице.

– Помощник и начальник? – удивилась Аська. – Странно. Значит, он мне что-нибудь скомандует, а я ему сразу: вот вы сами и делайте?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Поделиться ссылкой на выделенное