Владимир Михайлов.

Триада куранта

(страница 2 из 9)

скачать книгу бесплатно

   Но никакого продолжения не последовало, парочка удалялась, и еще через несколько шагов Ястреб тоже повернулся, не прекращая движения, и дальше шагал уже нормально, выдерживая темп до самого крыльца.
   Лениво поворачиваясь под душем, он проиграл в памяти этот эпизодик – просто так, по привычке, ничего интересного ведь в нем не было. Или все же?
   Знакомые глаза? Да, в тот миг так показалось. Но сейчас уже возникли сомнения. При таком освещении… А может быть, пресловутое deja vu?
   Женщина обладала по меньшей мере двумя достоинствами: молодостью и красотой. Но в этом не усматривалось ни опасности, ни даже враждебного замысла.
   Хотя, безусловно, такая случайная встреча может нарушить настроенность на решение профессиональной задачи. Способствует появлению некоей зависти: почему это не я рядом с нею, а какой-то неприятный тип – за какие такие заслуги ему это дано? Вслед за этим может нахлынуть жалость к самому себе: а ты вот уже сколько времени один, и не видно даже никого, с кем хотелось бы встретиться более одного раза, – никого, кто сказал хотя бы: «Милый, и как ты можешь существовать в таком ералаше, или, если точнее, бардаке?» Подобные эмоции расслабляют и влияют на качество работы. Мешают спокойно и аналитически думать. И тем не менее – никто не станет всерьез предполагать, что подобные встречи организуются именно с целью повлиять на ясность мышления известного розыскника. Куда проще – пристукнуть его. Если он, конечно, позволит.
   Нет, с девушкой все в порядке. А вот в отношении ее спутника у Ястреба такой уверенности вовсе не было. Скорее наоборот: возникла какая-то более глубокая заноза. И она-то грозила отвлечь от нужных деловых рассуждений куда больше, чем милое личико в уличной полумгле.
   Ястреб не очень четко разглядел лицо мужчины: слишком мало было и времени, и, главное, света. Но тем не менее откуда-то из подсознания выплыла уверенность: этого человека Ястреб видел раньше. Встречал. И не раз. Хотя со спины он выглядел совершенно незнакомым (узнавание при взгляде в спину уходящему было полезной способностью Ястреба; спины он различал так же отчетливо, как лица). Зато лицо определенно было видено и раньше.
   А вот где и когда – совершенно не пропечатывалось. Не приходило на память никакой конкретной обстановки. Времени. Содержания встреч. Получалась бессмыслица: встречал часто – но как бы нигде и никогда.
   Это и было занозой.
   И действительно, помешало ему перед сном спокойно и неспешно поразмышлять о предстоящих делах. Что основательно испортило Ястребу настроение.
   Однако желания уснуть все же не подавило. Слишком уж хотелось выспаться – и все меньше оставалось для этого времени. А день предстоял напряженный. Все-таки с Президентом Федерации встречаешься не каждый день. И не каждый год. И не каждую жизнь.
   Ранним утром Ястреб проснулся посвежевшим – за несколько минут до будильника.
После гимнастики и душа занялся бритьем: сегодня следовало выглядеть наилучшим образом.
   Бритье требует от человека максимальной концентрации. И, возможно, именно это обстоятельство привело к тому, что, орудуя ласково жужжащей бритвой, ему удалось проклятую щепку – занозу – если и не совсем вытащить, то хотя бы ухватить ногтями. И без особого напряжения. Вчера вечером он слишком устал и в сон клонило – иначе уже тогда ему все стало бы ясно не хуже, чем сейчас. Ясно – но совершенно невероятно.
   И это еще больше озадачило.
   М-да. Забавно, забавно… Придется разбираться и с этим. Хотя и не в первую очередь.
   Впрочем, все это не помешало Ястребу вовремя выйти из дому и без осложнений добраться до «Прозрачного мира».Никто за ним не охотился. Наверное, не прознали еще, что он вернулся.
   Прекрасное утро – когда тебя не будят ни свет ни заря.


   – Ну ладно, – сказал Ястреб начальнику, когда разговор на вчерашнюю тему продолжился: надо было выработать единую линию поведения, когда не кто-нибудь, а сам президент будет задавать вопросы и высказывать пожелания. Главное тут – не зарваться, не наобещать сгоряча чего-нибудь такого, что вообще выполнить невозможно. Пытаясь отделить возможное от желаемого, Ястреб спросил: – Ну ладно, но, в конце концов, есть же оперативная работа! Смоляр существует не в космической пустоте, он не отшельник, его окружают люди – и помощники, и сотрудники, и, в конце концов, наверняка же имеются и женщины!
   Быть может, именно некстати возникшее воспоминание о ночной встрече с девушкой и заставило его обратиться к этому предположению.
   – Женщины, – повторил Ястреб с такой интонацией, что слово это воспринималось, как напечатанное жирным шрифтом. – Разве не были они всегда лучшими информаторами? Даже если Смоляр не допускает их к своим делам. Но ведь самая крутая компра идет, как правило, из личной жизни. А нам главное сейчас – зацепиться хоть за что-нибудь. Уверен, что Смоляру не нужна дурная огласка чего угодно, что не сочетается с образом безупречного правителя, каким он собирается стать. И если возникнет такая угроза – он может занервничать.
   Младой печально усмехнулся:
   – Нет пророка в своем отечестве, и тебе им, похоже, тоже не стать. Думаешь, тебе первому светлые мысли приходят в голову? Да мы с этого начинали! Когда еще думали, что обойдемся без тебя.
   – Ну, и?
   – Ноль целых ноль десятых. Нету вокруг него женщин, понимаешь? Холост. Любовниц не установлено, хотя мы затребовали все данные наблюдений за последние годы. Как-то он ухитряется жить без них. У его шестерок есть, конечно, а вот у него – пусто.
   – Неужели и без секретарш? Хотя бы одной? Знаешь, бывают такие: юбочка выше пояса, ножки точеные, глаз не отвести – разве что на это вот… такое… – и Ястреб показал жестом, что имел в виду.
   – Не захлебнись слюной, – посоветовал Младой. Впрочем, тон его был скорее сочувственным, чем ироническим. – Нет у него секретарш. Ни одной. Все сплошь секретари.
   – Ага! А может, тут-то собака и зарыта? Как у него с ориентацией? В смысле однополой любви.
   – Да чисто! – ответил шеф с досадой. – Уж поверь, тут не мы рыли, вернее – не мы одни, а главным образом казенные Службы. Во всю свою мощь. Ни-че-го. Как-то ухитряется он обходиться без секса. Скорее всего – все это перегоняет, сублимирует в жажду власти или что-нибудь в этом же роде. На планирование и осуществление своих делишек, например.
   – Ну, может быть, – не очень уверенно согласился Ястреб. – А делишки на самом деле стоящие. То, о котором вчера говорили, – действительно производит впечатление.
   – После «Треста» он провернул дельце еще более лихое, – произнес Младой невесело. – Вот только что. Из-за чего все и засуетились. До тебя, может, еще и не дошло…
   – О таких делах чем меньше знаешь, тем легче жить, – откликнулся Ястреб, стараясь, чтобы голос прозвучал весело. – Но горю желанием услышать.
   – Тоже хулиганство, – объяснил Младой. – Только мелким его уже не назовешь.
   – Понятное дело, – согласился Ястреб. – Разве иначе меня позвали бы?
   – Дело такое: был проект перенести Материнский трансгалактический Космостарт с нынешнего места, с Угры, на Аргенор.
   – И чего им на месте не сиделось? – удивился Ястреб.
   – Ну, на то и начальство, чтобы выдумывать разные штуки. Рабочие места, и все такое прочее. Правда, аргументы действительно были: Угра уже совсем зашивается, грузопоток только за последнюю декаду увеличился в два с лишним раза… Короче: проект разработали, а когда собрались приступать – было это как раз вчера, – Аргенор пропал. Не оказалось его на месте, и все тут.
   Ястреб засмеялся.
   – Тебе весело, да? – поинтересовался до сих пор молчавший Листвен. – Знаешь, мы все тоже смеялись, рассчитывая, что этим делом займутся казенные Службы. Они и занялись, да. Но там и делать было нечего: на орбите остался маячок, а в нем – ну, ты сам уже догадываешься, что нашли.
   – Золотую визитку?
   – Ее.
   – А он что?
   – Как всегда – слово в слово, те же отговорки. Ему, мол, эта планетка совершенно без надобности, а зря тратиться он не любит. Но в обитаемых мирах просто нет другого человека, который смог бы провернуть такую операцию. Не говоря уже о том, что же он сделал, как уничтожил, а если нет – куда вообще девал планету? Загадка.
   – Ну а в самом деле – зачем ему Аргенор?
   – Не понимаешь? – удивился Младой. – Да просто чтобы показать, кто в Галаксии хозяин.
   – Лихой мужичок, – признал Ястреб едва ли не одобрительно. – Ладно, а от нас чего же хотят?
   Младой склонил голову к плечу, высоко поднял брови:
   – Насколько я понял Президента, речь не о том, что Смоляр уже сделал, а о том, что лишь собирается. Верхи считают, что его надо обуздать раз и навсегда. А еще лучше – вообще нейтрализовать. Любой ценой. «Мир без Смоляра» – такой вот лозунг.
   – Красиво звучит, – охотно согласился Ястреб. – Хотя это всего лишь лозунг, то есть нечто бессмысленное. Раз они так уж настроены – чего же медлят? Ну, устроили бы ему аварию – на планете или в пространстве. А мы тут при чем? Это же не наша специальность.
   – Думаешь, не пробовали? Авария точно состоялась; только погибли наши, а не он. Если точнее: были убедительные оперативные данные, что он вышел в пространство на одной посудинке из его эскадры. Совершенно точные. Корона послала вдогон перехватчик. А он, когда понял, что ему сели на «хвост», вместо того чтобы попытаться слинять, описал циркуляцию и пошел на таран. По сути, на самоубийство! Смоляр! До последнего мгновения никто не мог поверить: ждали, что он просто испытывает – чьи нервы крепче. А когда поняли, что это всерьез, отворачивать уже поздно было. Результат? Оба корабля – в пепел, спасенных, понятно, не было. Власть высказала глубокое сожаление и сочувствие, испытывая на деле глубокую радость: погорел «император окрестностей» на веки вечные! Если бы! Но он назавтра объявился живой и здоровый – лично прибыл на самый верх со своими соболезнованиями по поводу, как он назвал это, несчастного случая. Выходит, вместо факта оперативникам подсунули дезу, другого объяснения не придумать. Теперь ищут – кто да как, а толку никакого. Так что стало понятно: известными способами его не достать. Думаешь, иначе они стали бы опускаться до нашего уровня?
   – Понятно. Что же он на сей раз задумал такое, что даже у начальства нервы сдали?
   – Президент обещал рассказать при личной встрече.
   – Что – он собирается заехать к нам на чашку кофе?
   – Юморист. Он ждет нас через сорок минут.
   – Надо понимать – всю команду?
   – Нас с тобой. У Листвена – другая задача.
   – Какая честь! – сказал Ястреб и зевнул.
   – Так что времени у тебя в обрез, чтобы одеться поприличнее. Давай беги. Подхвачу тебя у твоего дома.


   Проходя в сопровождении разодетых камер-стражей по анфиладе президентского дворца, Ястреб, оказавшийся тут впервые, лишь крутил головой и щелкал языком – от восхищения, надо полагать: все вокруг было в золоте и самоцветах, парча чередовалась со светящейся синтетикой, ноги увязали в коврах едва ли не по колено. Похоже, за их проходом наблюдали; во всяком случае Президент Стойк, поднявшийся из-за стола навстречу вошедшим, начал со слов:
   – Похоже, наша резиденция вам понравилась?
   Младой лишь почтительно улыбнулся и покивал головой. Ястреб же вполне серьезно ответил:
   – Производит впечатление. Наверное, обошлось недешево?
   – Можете быть уверены, – сказал Президент. – Все делалось на века. Жаль, что простоит так недолго.
   – А что? – безмятежно поинтересовался Ястреб. – Подпочвенные воды? Или ожидается землетрясение страшной силы?
   – Я рад, – проронил в ответ Стойк, – что вы в хорошем настроении. Жаль, что придется его испортить.
   – А может, не надо? – спросил Ястреб.
   – Могу вас успокоить в том смысле, что ни воды, ни иные природные катаклизмы нам не грозят, – заявил Президент. – А огорчить – тем, что нас ожидает нечто худшее. Есть вероятность, что в недалеком будущем все это разлетится вдребезги.
   – Такая роскошь?..
   – Если бы речь шла только о дворце, я не стал бы отвлекать вас от ваших дел, безусловно важных.
   Ястреб только поднял брови, ожидая продолжения.
   – Уничтожение грозит всей планете. Всей Матери.
   Ястреб позволил себе слегка улыбнуться:
   – Вы полагаете, это возможно?
   Президент Стойк вздохнул:
   – Это обещано мне человеком, до сих пор неуклонно выполнявшим все угрозы. И я не думаю, что на сей раз он шутит.
   – Вы имеете в виду Смоляра?
   – Никто другой не решился бы… – Президент не договорил.
   – Похоже на нормальный шантаж, – сказал Ястреб. – Чего он хочет?
   – Вот этого.
   И Президент похлопал ладонью по полированной поверхности стола.
   – Он хочет сменить мебель?
   – Не время для шуток, – проговорил Президент достаточно грозно (Младой даже вздрогнул). – Он хочет получить этот пост. Стать Президентом Галаксии. Законным. Он может получить легитимность, если я официально назначу его моим преемником, а потом подам в отставку. Вы знаете, что по закону это равносильно всенародному избранию.
   Откровенно говоря, Ястреб этого не знал: высокая политика его никогда не интересовала. Однако он кивнул головой так выразительно, словно собирался боднуть Главу Федерации.
   – А потом, – продолжал Президент Стойк, – он объявит себя Императором. Не только всей шпаны. Всей Галаксии. Как это пишется на этих его бесстыдных карточках. (Тут в голосе верховного политика прозвучало раздражение, которого он не смог скрыть.) И никто не сможет помешать этому, поскольку все его действия будут законными, целиком конституционными.
   – Не люблю самодержавия, – сказал Ястреб. – Я воспитан в твердых демократических убеждениях.
   (Вообще-то о своих убеждениях он никогда не думал всерьез: работа ничего такого не требовала, да и жизнь – тоже. Но сейчас – он чувствовал – следовало произнести что-то, приличествующее обстановке.)
   – Как все мы. Поэтому думаю, мне не придется объяснять и доказывать вам, что ему необходимо помешать. Обезвредить его. И, как выяснилось, в этом деле мы можем рассчитывать только на вас.
   Ястреб ухмыльнулся:
   – Вот не знал, что один я сильнее Вооруженных сил и всех Служб Галаксии. Вы мне дали повод потребовать улучшения оплаты моего труда. Значит, военный министр теперь будет приветствовать меня первым? А как ко мне станут обращаться? Пожалуй, «Ваша крылатость» звучало бы неплохо. Или «Окрыленность», как по-вашему?
   – Уймись, Ястреб, – не выдержал Младой. – Дело более чем серьезное. Простите его, Президент, он любит прикидываться дурачком, но на самом деле…
   – Знаю, – сказал Президент. – Меня предупреждали. Хотя должен заметить, господин Ястреб, что вы ведете себя не совсем…
   Он махнул рукой:
   – Хорошо, вернемся к делу. Думаю, что у вас успели возникнуть вопросы.
   – Ну, если вы действительно полагаете, что задача нам по силам, то введите нас в курс дела полностью. Он грозит взорвать планету? Это реально? До сих пор я полагал, что такое бывает разве что в сказках.
   – Сказки не всегда лгут, господин Ястреб. И кроме того – об этом говорилось не только в сказках.
   – В чем же народное творчество право? Какой сверхвзрывчаткой можно разнести в пыль такой солидный объект, как Матерь? И куда такой заряд надо – и можно – заложить? А кроме того – каким образом он ухитрится проделать это в одиночку? Ведь Смоляр до сих пор не имел соучастников, верно?
   – Они не понадобятся ему и сейчас. Не нужно много сил, чтобы проговорить несколько слов – если знать, что это за слова, а также где и когда их произнести.
   – Вот что! Пресловутая Триада Куранта? А я-то всегда думал…
   – Что это болтовня старух, понимаю. Я и сам всю жизнь считал так же.
   – Что же разубедило вас? Постойте, постойте, кажется, я… Это Аргенор?
   – Его исчезновение. Он вовсе не был уведен с орбиты, как мы вначале предположили. Его даже не разнесло в пыль. Он просто исчез.
   – Интересно. И вы вправду полагаете, что это – воздействие Триады?
   – Ее можно услышать – на звуковой дорожке. Нам – мне – прислали запись. Больше не было смысла держать ее в тайне: ведь у каждой планеты – своя триада, три формулы, на которые отзывается она – и только она.
   – А на звуковой дорожке, кроме этого…
   – Да, было и другое. Предупреждение: «Следующий – Горм. За ним последует Матерь». Вы ведь помните мифологию: Горм породил Матерь из своего левого бока, а затем она…
   – Это мы учили в школе. Даже раньше: в детской когорте. Скажите: а голос…
   – Нет, конечно: голос искусственный. Но подтверждение – золотая визитка – доставлено за пять минут до его личного визита.
   – Как Смоляр получил доступ к этой самой триаде? Почему он, а не вы? Где вообще все эти триады находились? Никто ведь не знал…
   – Как получил? Какая разница? Купил или вынудил сообщить ему. Где они хранились? Но вы, наверное, даже не знаете, как и когда они возникли? И кто такой – Курант? Это, по-моему, не входит в программы детских когорт?
   – В моем образовании зияют большие пробелы, – ответил Ястреб хладнокровно. – Но помню, что и в школе этого не проходили.
   Президент вздохнул.
   – Ну, хорошо. Вкратце: Курант жил пятьсот с лишним лет тому назад, в Век Больших Открытий, и по образованию был вакуум-физиком, а по службе – только не улыбайтесь – монахом в Великой Обители.
   – Это в той, что тут, рядом с Капитом?
   – Не перебивай Президента! – прошипел Младой. Ястреб только отмахнулся.
   – В этой самой, – подтвердил Стойк. – В те времена там еще находилась резиденция Омниарха. Итак, Курант занимался теологией и физикой пустоты; возможно – старался перебросить между ними какие-то мостки, этим в разные времена занималось немало народу. Не знаю, каковы были бы его успехи, если бы перед Матерью вдруг не возникла угроза уничтожения.
   – А что – тогда тоже жил какой-нибудь Смоляр? Не предок нашего случайно?
   – О Смоляре история умалчивает. Угроза же заключалась в приближении небесного тела – оно обладало кометной орбитой, но представляло собой монолит, весьма и весьма увесистый. Столкновение с ним привело бы к катастрофе, во всяком случае – к гибели всего живого на Матери, и столкновение это казалось неизбежным; у человечества не было способов не только уничтожить тело, но даже просто отклонить его орбиту. К счастью, тело было замечено, когда до столкновения оставалось еще около года.
   – А Курант…
   – Похоже, что он поверил в свою миссию спасителя Человечества. Видимо, на поиск его натолкнули древние апокрифы, потому что в канонических текстах о подобных формулах говорится очень мало и невразумительно. Я специально консультировался по данному поводу с Омниархом, он подтвердил это. Что же касается вакуум-физики, то в ней ученый монах ушел дальше своих современников. В Обители тогда существовали прекрасные лаборатории, то была старая традиция; так или иначе – ему удалось сконструировать эти триады. Сам он полагал, что это было озарением свыше. Формулы как-то выводились из параметров небесного тела – ну и, разумеется, там хватало того, что у нас называется – и тогда называлось – магией. Он применил триаду – и угрожавшее Матери тело исчезло, как если бы его и не существовало вовсе.
   – Куда же оно девалось?
   – Как говорят специалисты – перешло в пустоту – такую, которой мы не знаем, в подлинную, не ту, какой она представляется нам. Причем здесь не могло произойти прямого перехода вещества тела в энергию: эффект был бы сильнее, чем от взрыва Сверхновой. Нет – оно ушло тихо-мирно, крайне вежливо. Вот оно есть – и вот его больше нет. Лично я подозреваю, что на самом деле мы наблюдаем – а тогда наши предки наблюдали – просто переход в смежное пространство, хотя пока у нас нет других доказательств его существования. Математически же…
   Президент запнулся – поняв, видимо, что разговор ведется совсем на другую тему. И закончил сухо:
   – Одним словом, тело исчезло без следа.
   – Как сейчас Аргенор?
   – Совершенно так же.
   – М-да, это убеждает.
   – Во всяком случае, самого Куранта убедило настолько, что он немедленно занялся конструированием – или вычислением, или сочинением, это уж как вам будет удобнее – таких же триад для миров, которые уже в те времена являлись значительными. И в этом преуспел.
   – Интересно: как человечество отблагодарило своего спасителя?
   – Никак. Пока оно раздумывало, какие почести ему воздать, Курант умер. Точнее – покончил с собой.
   – От обиды, что ли?
   – Скорее с горя. Дело в том, что коллеги-богословы обвинили его в занятиях магией и астрологией, а это противоречило вероучению. И сколько Курант ни доказывал, что без применения триады нельзя было обойтись, его отлучили от церкви. После чего – такова, во всяком случае, официально принятая версия – он наложил на себя руки.
   – Я бы на его месте… – проговорил Ястреб задумчиво, – вместо этого… Ну, ладно. А что стало с его наследием? Я не имею в виду его рясы и подштанники.
   Президент пожал плечами:
   – Какие-то ссылки на его работы по вакууму можно найти в соответствующей литературе, но ведь все-таки полтысячи лет минуло. Ну а что касается триад – вас ведь именно это интересует? – то о них было велено забыть, все его записи, касавшиеся их, подверглись уничтожению, и даже лабораторию его разгромили…
   – Зависть?
   – И зависть, и догмы… Так вот, пятьсот лет считалось, что триады утрачены, – и никто не старался их восстановить. Но вот выясняется, что они сохранились. Как, где и кто их скрывал, каким путем они попали к Смоляру? Это вам предстоит выяснить.
   – Зачем – если они уже у него?
   Президент покачал головой:
   – Кроме комбинации звуков, необходимо, – разве я не сказал? – уметь оперировать некоторыми магическими символами, но главное – знать время и место произнесения формул. Если еще живы люди, обладающие этой информацией, Смоляр мог…
   – Пятьсот лет – многовато даже для долгожителя. Или есть прецеденты?
   – Господин Ястреб, обещаю вам устроить состязание в остроумии с непременным вашим участием – когда опасность минует. Если она минует вообще. Речь идет о передаче устной информации из поколения в поколение, которая существовала всегда – начиная от семейных преданий и анекдотов до действительно серьезных тайн. И в нашем случае такая передача, несомненно, имела место – иначе формулы триад не дошли бы до Смоляра. Способы хранения и продвижения этой информации реальны. И если вы сможете отыскать их, задача намного упростится.
   – Но почему бы просто не взять его и…


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

Поделиться ссылкой на выделенное