Владимир Круковер.

Воспитание подростка

(страница 14 из 15)

скачать книгу бесплатно

   Дети не способны давать сознательное согласие на сексуальные действия, поскольку они не могут понять и предвидеть последствия сексуального контакта со взрослым, поэтому наиболее подвержены сексуальному насилию в пред– подростковом возрасте – от 8 до 12 лет..
   б) Дети, у которых мало друзей и незначительный контакт с родственниками, больше рискуют стать жертвами сексуального насилия. Некоторые преступники используют одиночество ребенка, другие сами создают такую ситуацию. Иногда дети впоследствии отгораживаются от друзей, потому что чувствуют себя непохожими на других или боятся позора.
   в) Чем ближе социальные отношения (не обязательно биологические) между ребенком и насильником, тем глубже может оказаться травма ребенка. К примеру, сексуальное нападение соседа, которому доверяли, может повредить больше, чем насилие со стороны дальнего родственника.
   г) Детям трудно рассказать о случившемся, так как им кажется, что взрослые контролируют почти все, все знают. Поэтому если насильник угрожает ребенку или кому-то из людей, любимых ребенком, тот не сомневается в могуществе насильника.
   д) Часто дети хотели бы рассказать угрозы насильника сбудутся. Особенно часто так бывает в случаях инцеста: навязанная секретность и страх перед разрушением семьи являются настолько серьезным препятствием, что дети предпочитают молчать.
   е) Совершающие инцест не отличаются от других людей ни уровнем образования, ни отношением к религии, ни родом занятий, ни интеллектом, ни психическим статусом. Возраст, экономический и социальный статус также не имеют значения.
   ж) В большинстве случаев сексуальное насилие происходит в контексте сложившихся отношений между насильником и ребенком. Это дает возможность насильнику эксплуатировать потребности и страхи ребенка. К примеру, отец, совершающий инцест, может предоставить своей дочери особые привилегии, дарить ей подарки, чтобы заставить молчать.
   з) Если дети хорошо осведомлены о неуместных прикосновениях, умеют доверять своим чувствам, анализировать различные ситуации, разбираются в людях и знают, куда можно обратиться за помощью, они меньше рискуют стать жертвой насилия. Профилактическое обучение особенно важно для детей, уже подвергавшихся насилию, так как они больше рискуют повторно стать жертвой, чем другие дети.
 //-- 351. С проблемой сексуального воспитания детей мы сталкиваемся постоянно. И начинается все обычно с «простенького» вопроса: откуда берутся дети? --// 
   Так откуда же они берутся? Возможные ответы:
   а) Их приносит аист.
   б) Их находят в капусте.
   в) Их берут в роддоме.
   г) Не знаю.
   Версия с аистом всегда смущала жителей Сибири и Крайнего Севера, куда может добраться только какой-нибудь сумасшедший аист, снабженный обогревателями и противообледенителями на крыльях.
С капустной версией у ребят из Норильска или Магадана также могут возникнут проблемы. Хуже всего, что эти ребята могут воистину уверовать в то, что их маленьких сестричек и братиков привозят на базар смуглые спекулянты вместе с капустой, морковкой и помидорами.
   Роддом в какой-то мере подходит для различных климатических зон нашей страны. Но и тут не исключены вопросы: почем берут, нельзя ли вернуть обратно или заменить на менее крикливого с доплатой?
 //-- 352. Многие мальчики и девочки на вопрос «Откуда ты взялся?» отвечают уверенно: «Сам дурак». Этот ответ ставит спрашивающего в положение отвечающего и дает первому время найти еще один, более компромиссный ответ: «Приехал с родителями». --// 
   В большинстве же своем и мальчики, и девочки прекрасно знают, откуда они взялись. Столь же прекрасно знают они и то, что сами взрослые об этом пока еще не догадываются, иначе не задавали бы им, детям, дурацких вопросов. По своей детской деликатности они позволяют взрослым фантазировать на эту щекотливую тему, делают вид, что соглашаются с их заблуждениями по поводу тычинок пестиков, рыбьей икры и прочих неуклюжих аналогий. Конечно, любой Петенька и любая Настенька в средней детсадовской группе могли бы прочесть своим родителям небольшую лекцию по физиологии и основам секса, но они уже с ясельного возраста знают, что взрослые чужды реальности и существуют в мире розовых иллюзии, разрушать которые небезопасно.
   Даже у наших проницательных мальчиков и девочек, воспитанных на примере полупорнографических фильмов и юностью порнографической политики возникают некоторые вопросы, связанные с их (и не с их) полом. Вопросы, на которые заборная (и подзаборная) азбука секса не дает полноценных ответов. Адресовать же эти вопросы взрослым наши дети по понятным причинам почти никогда не могут. Счастлив тот ребенок, который спокойно может спросить у мамы или отца: «Вредно ли заниматься онанизмом?» – и получить четкий и благожелательный ответ, а не набор истеричных и беспорядочных вопросов-упреков.
 //-- 353. Хороший воспитатель попробует ответить на подобные вопросы. --// 
   Он не будет злоупотреблять специальной терминологией, которая часто является следствием обычной застенчивости взрослых. Что толку называть известный нам орган пенисом или выдавать в популярной литературе такие фразы: каждая эрекция должна завершиться коитусом!
   В очень древней книге, Талмуде, говорится: «В организме мужчины есть маленький орган, который всегда голоден, если его кормят, и всегда сыт, когда его держат в голоде». Прекрасная формулировка, но не вполне подходит для собеседования с ребенком.
   Януш Корчак – врач и учитель – категоричен в этом вопросе:

   «Смерть, животные, деньги, правда, бог, женщина, ум – во всем этом как бы фальшь, дрянная загадка, дурная тайна.
   Почему, взрослые не хотят сказать, как это на самом деле?
   Есть ли у вас план, как возносить ребенка с младенчества через детство в период созревания, когда, подобно удару молнии, поразят ее – менструации, его – эрекции и поллюции?
   Да, ребенок еще сосет грудь, а я уже спрашиваю, как будет рожать, ибо это проблема, над которой и два десятка лет думать не слишком много».

 //-- 354. Так было и так будет, пока существует разница полов. Перед броском друг к другу две половины человечества должны накопить силу взаимного притяжения. --// 
   У каждого по своему внутреннему графику: у некоторых девочек уже в 11 лет, у мальчиков с 13—14.
   Приходят месячные, твердеют и болят грудные железки, появляются эротические сновидения.
   Поллюция – буквально значит «загрязнение», «осквернение», а ведь это лишь выход семени, чистой природы, подобный цветочной пыльце. Начинается цветение – есть все основания радоваться, ликовать, а у подростка муки стыда, смятение.
   А тут еще онанизм!
 //-- 355. Почти никто не знает, что родоначальник проблемы, библейский грешник Онан, жестоко наказанный, делал совсем не то и совсем из иных побуждений. Кому до него теперь есть дело. А вот проблема… --// 
   У нее достаточно много жертв, у этой проблемы. Впадают в депрессии, ипохондрии, презирают и убивают себя. Убедить, что это не вреднее, чем грызть ногти, не всегда удается, так как врач, воспитатель убеждают ребенка в одиночку, посреди хора невежественного злословия.
   Онанизм эпизодический – отводной клапан естественного напряжения. Он не должен занимать мысли, отягощать совесть. 70—80% мальчиков и 80—90% девочек в определенном возрасте онанируют. Последствий никаких, кроме внушенных. В человеке нет ничего грязного, кроме того, что он сам делает грязным своим невежеством.
 //-- 356. Ответим на несколько вопросов, которые ортодоксальному педагогу покажутся крамольными. --// 
   Нужно ли оберегать ребят от зрелища взрослой наготы, в том числе и родительской? Ответ: не в большей степени, чем от зрелища нашего плохого настроения.
   Почему слова бывают хорошие и плохие? Почему нельзя произносить слова, обозначающие всем известные части тела и действия, с ними связанные? Почему другие слова, обозначающие то же самое, писать и говорить можно? Слово «спаривание», например, считается приличным и употребляется даже в учебниках.
   Одна из загадок человеческой психологии – проекция древних табу, идущих с тех времен, когда речь была средством магии. История языка открывает нам, что слова и целые обороты попадают под табу не сразу, а в результате долгого дрейфа значений, смещений смысла. Например, нынешнее ругательство на букву «б» раньше было совершенно рядовым словом, а врунами называли лекарей, заговаривающих (обманывающих) болезнь. Позже слово «врать» превратилось в слово «врач».
   Интересно, что действительно аморальные люди – бандиты, развратники – не сквернословят почти никогда. Даже когда очевидно намерение оскорбить, нецензурные слова используются не в их истинном значении, а в символическом. Например, слово «сука» для уголовника означает вовсе не собаку, а человека, не соблюдающего воровские законы.
   Большинство сквернословящих просто не владеют достаточным речевым словарем. Выражать свои эмоции они умеют только «яркими» (с их точки зрения) словами матерщины.
 //-- 357. Для подростков влечение к матерному языку столь же типично, как и манера одеваться экстравагантно. Всего лишь желание выделиться, подчеркнуть свое эго, наивно проявить личностное. Особенно эта черта характерна для девочек – наивная попытка эмансипации. --// 
   И нравоучения взрослых в этих ситуациях – жанр, в которое никто еще не преуспел.

   «Стало быть, все позволять? Ни за что: из скучающего раба мы сделаем изнывающего от скуки тирана!» – восклицает Я. Корчак.

   Безмыслие, мещанство, пьянство, безлюбие, бездарный секс, добродетельная ложь, зубрежка, нравоучения – прародители скуки. Скука – это боль духа. Скука сидит в животе у непонимания.
   Но на самом деле в природе скуки нет. Ее порождают и обрушивают на детей взрослые, пытаясь навязать им свое мышление. Самые скучные взрослые – это дети, отравившиеся взрослятиной. Их гложет тоска, ищущая причины. Они бросаются в импровизацию искусственных развлечений – от выяснения отношений на пустом месте до построения бредовых систем. Азартные игры и наркотики, расцвет пошлости до извращений включительно, вандализм, жестокость, садизм, убийства и самоубийства.
 //-- 358. Одна из дьявольских услуг детям – организованный досуг. Скука рождается, когда умирает игра. --// 
   С раннего детства при помощи телевизора мы торопимся сделать детей пассивными потребителями развлечений, одновременно заставляя есть «кашу» под названием «надо». А потом удивляемся: почему нет самостоятельности, фантазии, откуда взялся избыточный эгоизм? «Надо – пил, надо – ел, сам себе я надоел!» – так сказал один старичок семи с половиной лет.
   Каждый день мы заставляем ребенка сидеть в душном помещении, почти не шевелясь, каждый день со слепой настойчивостью насилуем его внимание, убиваем восприимчивость и мешаем развиваться способностям познания, каждый день требуем то, что сами отнимаем…
   Чего можно требовать от сегодняшнего родителя, учителя, воспитателя, от самих себя, понимая, что в каждом из нас томится ребенок, покалеченный скукой? И более того, зная, что мы находимся на службе у Скуки?.. Может, вдруг запрыгать на одной ножке?.. А может, перечитать «Мэри Поппинс»?..


   Сексуальное влечение ребенка – это не стремление к познанию определенных чувств и ощущений, оно исходит из бессознательного, а потом сознательного любопытства к лицу другого пола. Это не что-то «неприличное», это целая гамма чувств, это тайна, которая притягивает к себе, но не открывается до той поры, пока двое не созреют, чтобы зачать третьего человека – продолжателя жизни многих поколений.
 //-- 359. Дети, подвергшиеся сексуальному насилию, имеют некоторые отклонения от нормы. Так как дети сообщают о сексуальных контактах крайне редко, то читателям необходимо ознакомиться с некоторыми индикаторами в поведении таких детей. --// 
   а) Необычные сексуальные познания.
   б) Неуместные для возраста и уровня развития сексуальные игры, включая игры с игрушками.
   в) Чрезмерная самостимуляция гениталий.
   г) Имитация полового акта с друзьями, сексуализированные поцелуи во взаимоотношениях с родственниками.
   д) Компульсивное сексуальное поведение (то есть хватание за грудь либо гениталии или неожиданное раздевание).
   е) Спутанность по поводу уместных сексуальных границ.
   ж) Неожиданные перемены в чувствах по отношению к конкретному человеку (например: «Я теперь ненавижу дядю Витю»).
 //-- 360. Эти индикаторы отмечаются у детей дошкольного и младшего школьного возраста. Для более старшего возраста, впрочем, как и для малышей, существуют дополнительные индикаторы поведения. --// 
   а) Частая бессонница, пугливость, ночные страхи.
   б) Боязнь конкретного человека или группы людей, боязнь возвращаться домой или, наоборот, оставаться там в одиночестве, страх перед воображаемыми объектами.
   в) Секретные, особые отношения между ребенком и каким-либо взрослым; необоснованные подарки, получаемые ребенком от взрослого.
   г) Саморазрушающее, бесшабашное поведение (злоупотребление алкоголем, токсическими препаратами), неразборчивость в знакомствах, самоповреждения, попытки самоубийства (могут выражаться не прямо, а в подверженности всяким несчастным случаям), побеги из дома.
   д) Выраженные изменения в поведении, затрудняющие общение (агрессивное, упрямое, деструктивное), а также, наоборот, пассивное, подчинительное, чрезмерно уступчивое, угодливое.
   е) Возвращение к детской инфантильности (энурез, сосание пальца, безосновательный плач, вспышки необоснованного раздражения) или, наоборот, псевдозрелое поведение.
   361. Из физических индикаторов стоит отметить только малоизвестные, такие как повторяющиеся физические недомогания без видимых оснований: частые боли в животе, постоянная боль в горле, рвота, отказ от пищи или постоянное жевание чего-нибудь.
   Важным показателем служат попытки ребенка рассказать о сексуальном насилии в завуалированной форме – рисунки, реалистические сказки, намеки: «Я знаю одну девочку, она…»
 //-- 362. Следует твердо уяснить, что соблазняющее поведение или сексуальную озабоченность у детей надо рассматривать как результат сексуального насилия, а не как его причину. --// 
   Многих жертв насильники побуждали к соблазняющему поведению, поощряли такое поведение. По данным специалистов США, 38% детей, подвергшихся сексуальному насилию, демонстрируют сексуально нарушенное поведение.
 //-- 363. Почти всегда ребенок, вне зависимости от возраста, остро переживает чувство вины и стыда за происшедшее. Он, как это ни парадоксально, считает себя виноватым в том, что взрослый так с ним обошелся. --// 
   Ребенок винит себя в том, что вел себя как-то не так, что его поведение побудило взрослого сделать ему нечто стыдное. За чувством стыда спрятан страх обнародования этого стыда, боязнь презрения близких, насмешек сверстников, ужас покинутости, отвержения, смерти от эмоционального голода. Слово «стыд» («shame») произошло от индоевропейского корня «кам/кем», означающего «покрывать, скрывать, прятать». Мы чувствуем стыд, когда полностью раскрыты, когда находимся наедине с самими собой, а кто-то за нами – подглядывает. Ребенок в таких ситуациях часто рефлекторно поднимает руку, чтоб загородиться, закрыть лицо. Кому из нас не знакомо желание исчезнуть, стать невидимым, провалиться сквозь землю…
   Когда ребенок подвергается сексуальному насилию, в него вторгаются психологически и физически, хотя он еще не готов к этому. Преступник не уважает естественный стыд маленького человека, атакует его. В результате ребенок теряет убежище даже в собственном теле.
 //-- 364. Известно, что дети, не имеющие своего личного жизненного пространства (пусть это всего лишь закуток за шкафом в общей комнате), растут нервными, неуверенными, слишком пассивными или, наоборот, агрессивными. --// 
   При вторжении в последнее святилище – тело – ребенок переносит сильное потрясение. Вспомните общепринятое выражение: «Быть застигнутым со спущенными штанами».
   Учёный Э. Эриксон писал, что стыд – результат подавленной агрессии: пассивное «я» столкнулось с непереносимым испытанием и не способно сражаться против внешней угрозы. Агрессия обращается от насильника на брезгливое отношение к самому себе, на чувство стыда и вины. «Стыдящийся хотел бы заставить мир не смотреть на него, не замечать его незащищенность, – пишет Эриксон. – Он хотел бы уничтожить глаза мира. Вместо этого он вынужден самому себе желать быть невидимым».
   Когда щит стыда сломан, невидимость невозможна и «я» ищет других способов защиты от отвращения к себе. Брезгливость к себе может проецировать это чувство на органы, оставленные незащищенными в результате изнасилования, на родителей, которые не спасли от беды, на других детей, которые остались чистенькими.
   Часто такой ребенок сам становится насильником.
 //-- 365. У каждого человека существует сексуальный образ тела. Этот образ формируется постепенно и отвечает «внутреннему замыслу», биолого-генетическим часам, движущим развитие человека через соответствующие возрасту фазы развития. --// 
   Выше уже давалось описание этих Фаз (оральной, анальной, фаллической и генитальной). Ребенок формирует оралв-ное измерение своего тела, когда сосет грудь или соску. Озабоченность насчет опорожнения кишечника и удовольствие, которое оно доставляет, а также контроль за этими функциями дают ребенку возможность включить анальность в образ своего сексуального тела.
   Возрастающее осознание эротических ощущений в гениталиях, усиленное детской мастурбацией, вызывает преобладание гениталий среди трех зон эротического удовлетворения, так что в конце концов они доминируют в сексуальном представлении о теле, сложившемся у ребенка. Кульминация этого процесса – принятие пола и размера по сравнению с родителями и реальность того, что половая связь с родителем другого пола невозможна. Тем не менее оральная и анальная зоны сексуального удовлетворения остаются у взрослых, формируя основы сексуальных подготовительных игр, а также разновидностей сексуального общения.
 //-- 366. Акт изнасилования ребенка прерывает линию его нормального развития и расстраивает природное время биологических часов. --// 
   Акт сексуального злоупотребления избыточно и преждевременно стимулирует анус, рот, гениталии. Эти травматизированные эрогенные зоны включаются ребенком в искаженное представление о своем сексуальном теле. Например, мальчик, подвергшийся изнасилованию, может чувствовать, что он использован как девочка, женщина, и в подростковом возрасте ему станет трудно фантазировать на тему применения своего пениса в отношениях с женщинами.
 //-- 367. Подросток, подвергшийся изнасилованию или иному злоупотреблению в детстве, будет ощущать неясность своей сексуальной ориентации, испытывать непреходящее чувство вины и стыда и– будет плохо приспособлен для выполнения задач подросткового возраста. --// 
   Он чувствует свою неудачу и не способен быть на равных со сверстниками. И вот когда отделение от родителей становится слишком пугающим, а перспектива генитального контакта со сверстниками слишком опасной, подросток начинает искать сексуального партнера среди малышей.
 //-- 368. Одним из способов защиты малышей от сексуальных притязаний подростков (имеются в виду сексуально дезориентированные подростки) может служить совмещение занятий детей разного возраста. --// 
   Тут вся хитрость в том, что отношение подростка к младшему, как к вещи, при помощи которой можно снять сексуальную тревогу, на которой можно сорвать раздражение, при совместных занятиях подменяется опекунством, подросток ощущает себя защитником, охранителем, что, в свою очередь, наполняет его уверенностью, добротой, силой.
   Кроме того, при взаимоотношениях равенства некоторые самые необходимые основы закладываемых знаний усваиваются лучше обоюдно – как у опекуна, так и у опекаемого.


   Если для создания рая на земле потребуется всего одна слезинка невинного ребенка, мне уже не нужен будет такой рай.
 Ф. Достоевский

 //-- 369. Во Франции жизнь ребенка защищается государственными законами уже через 10 недель после зачатия, в Дании – после 12 недель, в Швеции – после 20. В нашей стране жизнь ребенка подлежит государственной защите только после его рождения. --// 
   В одном американском журнале я прочитал очерк о женщине, родившей пятимесячного ребенка и умолявшей врачей спасти ему жизнь. Вся больница была поставлена на ноги, работали самые опытные врачи, были выделены большие денежные средства, привлечены новейшие достижения медицины, чтобы ребенок выжил… И в этой же самой больнице, в тот же день и час – только в соседней комнате – другой женщине абортировали пятимесячного ребенка.
   Этот эпизод вряд ли требует комментария. Можно лишь поразиться человеческой дикости, когда в одной ситуации пятимесячный ребенок воспринимается как человек, а в другой расценивается как кусок мяса. Но человеческая дикость постоянно проявляется в самых алогичных поступках, и мы давно уже разучились ей удивляться.
 //-- 370. Умолчать в этой книге об одном из наиболее страшных преступлений против ребенка – аборте – никак невозможно. Тем более что в беседах с разными людьми автор убедился в том, что основная масса населения совершенно невежественна в этом вопросе и даже не знает, когда в действительности начинается человеческая, жизнь. --// 
   Мы знаем, что в понятии верующих человеческая жизнь не связана рождением или смертью. Этими рамками ограничен только один из ее этапов. Но учеными на сегодняшний день установлено, что человеческая жизнь начинается в тот самый момент, когда встречаются и соединяются половые клетки – мужская и женская, – образуя одну клетку. Клетку, в которой заложена полная информация будущего человека: его пол, его группа крови, его цвет глаз и волос, его наклонности и возможности, его личностная неповторимость, его человеческая уникальность. Сразу после внедрения этой клетки в стенку матки происходит наиболее быстрое развитие ребенка. Ученые подсчитали, что если бы рост и развитие ребенка во время беременности протекали так интенсивно, как в первые семь недель, то за девять месяцев он бы достиг веса в четырнадцать тонн (вес трех слонов). И такая скорость развития приводит к тому, что к середине третьего месяца ребенок полностью сформирован. Именно с этого времени законы Франции начинают охранять его как личность, а законы других стран пока еще разрешают его убивать.
   Итак, семинедельный малыш – это – личность, которой предстоит лишь набрать нужные размеры.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться ссылкой на выделенное