Владимир Шестаков.

Новейшая история России

(страница 9 из 50)

скачать книгу бесплатно

   Только в 1914 г. в австрийскую армию было призвано 250 тыс. этнических украинцев. Одновременно с украинскими в составе австро-венгерской армии под лозунгом возрождения Польши формировались польские легионы. Командиром одной из пехотных бригад стал Ю. Пилсудский. Украинские и польские легионы не сыграли значительной роли в военном отношении, но они стали катализатором национальных движений, а после войны – ядром национальных армий. Не случайно также, что именно украинские сичевые стрельцы уже в 1916 г. стали инициаторами братаний с солдатами-украинцами русской армии.
   В значительной мере способствовала возникновению национализма и обострению межэтнических противоречий и малоэффективная национальная политика российских властей. Даже мобилизация всех сил страны для победы над врагом не заставила власть пойти навстречу требованиям нацменьшинств. В годы войны, в связи с подозрительным отношением властей к национальным движениям, резко обострились преследования евреев в прифронтовой полосе, обвиненных в шпионаже в пользу Германии, был закрыт ряд изданий на украинском языке, в том числе газеты «Рада» и «Село». Национальные преследования коснулись и немцев-колонистов. На волне антинемецкой кампании министр внутренних дел Н. Маклаков по поручению Николая II разработал ряд законопроектов по ликвидации немецкого землевладения в России. Эти законы, получившие название «ликвидационных», стали одной из причин развития автономистского движения немцев России за политическое и национальное самоопределение.
   Наиболее серьезным изъяном национальной политики правительства стал польский вопрос. В самом начале войны, отвечая на пропагандистские выпады противника, великий князь Николай Николаевич публично заявил о том, что после войны Россия может признать автономию Польши в рамках Российской империи. Однако разногласия в правящих кругах не позволили перевести вопрос в практическую плоскость. Правое крыло правительства Горемыкина не было готово предоставить полякам даже те права, которые они имели в Австро-Венгрии. В первые годы войны власти безуспешно пытались выработать проект будущего устройства польского края. Лишь летом 1916 г. по инициативе министра иностранных дел Сазонова его разработка была продолжена. В проекте, разработанном С. Е. Крыжановским, речь шла о праве Польши на особое законодательство в ее внутренних делах. Однако опасения большинства кабинета, что польский пример пробудит «затаенные вожделения» об автономии и у других народностей, помешали довести дело до конца. Это был грубый просчет правительства, поскольку 23 октября (5 ноября) Германия и Австро-Венгрия провозгласили создание независимого Королевства Польского. Тем самым российская власть лишилась очень важного средства воздействия на польское общественное мнение.
   Во время войны практически все политические партии России сформулировали адекватные их политическим мироощущениям национальные программы. Русские либералы-октябристы и кадеты строили свои национальные программы на признании исторической законности единого многонационального российского государства, октябристы оставались централистами и великодержавниками, высказываясь за «исторически сложившийся унитарный» характер Российского государственного устройства, за отрицание идей автономизма и федерализма в применении к русскому государственному строю.
Единственное исключение они делали для Финляндии, за которой признавалось право на автономию при условии сохранения связи с Россией. Центристские элементы преобладали среди меньшевиков Грузии и Азербайджана, стоящих на позиции «нейтралитета» в борьбе России с Германией и Турцией. Напротив, армянские дашнаки и гнчакисты, на словах осуждавшие войну, выступали за победу России, связывая с ней надежды на создание в турецкой Армении автономного государства. Украинская социал-демократия (УСДРП) распалась на три группы: германофильскую, оборонческую и «интернационалистскую», представители которой решительно отрицали право наций на самоопределение, обвиняя большевиков в «сепаратизме», требуя для национальных меньшинств лишь территориальной или культурной автономии.
   Часть членов Белорусской социалистической громады в оккупированных Германией районах выступала за создание независимой Белоруссии под протекторатом Германии.
 //-- § 6. Первая мировая война и Февральская революция 1917 г. --// 
   Кризис назрел. Из всех воюющих держав Российская империя наиболее сильно пострадала от участия в мировой войне. Промышленность не справлялась со снабжением армии; усиливались трудности с обеспечением городов продовольствием; падал жизненный уровень; росло недовольство тяготами войны. Германия стремилась использовать углубляющийся политический кризис в России для развала ее фронта и тыла. Стараясь избежать трудности ведения войны на два фронта, особенно после «брусиловского прорыва», она искала возможности заключения сепаратного мира с одним из своих противников. Сначала были сделаны попытки склонения родственников царской фамилии к воздействию на царя с целью заключения им сепаратного мира с Германией. Бывший премьер-министр граф Витте предлагал при помощи семейных связей организовать переговоры между двумя императорами. Однако такие предложения не нашли поддержки ни у членов царской семьи, ни у самого императора Николая II. Затем германские дипломаты искали способы воздействия на отдельных государственных лиц и представителей крупной буржуазии (А. Д. Протопопова, и др.), однако и такие меры ни к чему не привели. Развернутая с начала войны патриотическая пропаганда, переросшая в антинемецкую агитацию, нашла поддержку в русском обществе. Из-за этого пострадали многие немецкие специалисты, работающие в России, и даже давно обрусевшие немцы. Агитация против «немецкого насилия» вызывала волну немецких погромов. Борьба с немецким влиянием в промышленных кругах наносила нередко вред, поскольку русская контрразведка арестовывала специалистов с немецкими фамилиями, в том числе и на военных предприятиях.
   Не получив согласия от представителей верхних слоев общества на переговоры о сепаратном мире, германское руководство начало поиски сторонников сепаратного мира в социал-демократических, рабочих и других кругах, в том числе и среди русских эмигрантов-революционеров. Центральной фигурой политической российской эмиграции в Европе в годы Первой мировой войны был руководитель социал-демократов (большевиков) В. И. Ленин. После своего ареста в Поронино (Польша) в 1914 г. В. И. Ленин вместе с женой переехал в Швейцарию, откуда и наблюдал за разворачивающейся в Европе мировой войной.
   Находясь в эмиграции, В. И. Ленин создал собственную антивоенную программу, суть которой была изложена в подготовленном им манифесте ЦК РСДРП «Война и российская социал-демократия» и выражалась кратко: превращение империалистической войны в войну гражданскую. Ленин призывал к беспощадной борьбе с социал-шовинизмом, патриотизмом и оборончеством в рабочей среде, постоянно напоминая слова Маркса о том, что у «пролетариата нет отечества».
   В 1916 г. германское посольство в Швейцарии стало интересоваться журналистской деятельностью В. И. Ленина, издававшего газету «Социал-демократ» и журнал «Сборник социал-демократа». Однако германские власти не вмешивались в политическую деятельность Ленина, т. к. не верили в способность Ленина организовать революцию в России. Тем не менее в Министерстве иностранных дел Германии существовал политический отдел, который разрабатывал планы революции в России. По некоторым данным, такая революция планировалась в России в 1916 г., но, несмотря на огромную волну стачек и забастовок, она не произошла.
   Пропагандистская война, которую вела Германия против России, ставила своей целью свержение самодержавия и выход России из войны, поэтому Германия и поддерживала партию большевиков, призывавших к поражению в этой войне своих правительств.
   В войсках велась пропаганда в пользу заключения мира. Материально поддерживались политические силы, выступавшие за скорейший выход из войны.
   Ощущение близости социально-политического взрыва охватило все население. Правительство готовилось к использованию репрессивных мер. Одновременно в столичных и придворных кругах зрели планы дворцового переворота. Снизу неудержимо росло движение масс. На фронте участились случаи братания с солдатами противника, открытого неповиновения приказам офицеров. Нарастало стачечное движение в промышленности.
   По случаю двенадцатой годовщины Кровавого воскресенья (1905) в столице бастовало около 200 тыс. рабочих. 31 января массовые демонстрации и стачки рабочих Петрограда состоялись в знак протеста против провокационного ареста членов рабочей группы при Центральном военно-промышленном комитете. За январь-февраль число стачечников достигло 700 тыс. По всей стране за те же месяцы произошло в пять раз больше политических забастовок, чем за весь 1916 г. В ряде городов над демонстрантами появлялись транспаранты «Долой самодержавие! Да здравствует демократическая республика».
   Царский режим упускал момент, когда еще можно было переломить ситуацию. Все предложения от либеральных кругов о расширении полномочий Думы, о привлечении в правительство деятелей, пользующихся общественной поддержкой, о более широкой опоре на земства, города, кооперацию упорно отклонялись царем и его окружением. «Министерская чехарда» с привлечением послушных царю, но бездарных деятелей продолжалась. С конца 1916 г. начал осуществляться обширный план нейтрализации растущего оппозиционного движения. В Москве были закрыты патриотически настроенные съезды Союзов земств и городов, открыто призывавшие к реорганизации центральной власти. В Петербурге увеличился военный гарнизон. Полиция и армия получили подробные инструкции по подавлению возможных волнений. В условиях быстрого осложнения обстановки Николай II выехал 22 февраля в Ставку (в Могилев), рассчитывая на поддержку армии.
   Февральская революция. Технически революцию не готовила ни одна партия или организация, но она произошла. 18 февраля не вышли на работу рабочие лафетно-штамповочной мастерской Путиловского завода (волнение было вызвано ростом цен, ухудшением продовольственного снабжения). Администрация завода отвергла все требования забастовщиков, объявив об их увольнении. К бастовавшим присоединились рабочие всех цехов. В ответ – закрытие завода, массовый локаут, 36 тыс. рабочих остались без средств к существованию. Предприниматели были поддержаны правительством. Конфликт вышел за рамки одного завода. В знак солидарности с рабочими-путиловцами стачки протеста прошли во всех районах города. В связи с нехваткой хлеба, спекуляцией, длинными очередями начались стихийные погромы лавок. 23 февраля забастовочное движение охватило до 129 тыс. рабочих, т. е. треть столичного пролетариата. К рабочим присоединились студенты, ремесленники, служащие, интеллигенты, все, в ком зрело острое недовольство прогнившим режимом. В учебных заведениях прекратились занятия. 25 февраля стачка переросла во всеобщую забастовку. Лозунги из экономических превращались в политические: «Долой царизм!», «Долой самодержавие!», «Долой войну!».
   На заводах спешно создавались вооруженные дружины. Характер народного движения, его размах, настроения выталкивали на политическую авансцену левые партии. Налаживалось тесное взаимодействие эсеров, меньшевиков, трудовиков, анархистов, большевиков.
   Правительство попыталось опереться на вооруженную силу – полицию, жандармерию, казаков, воинские части. 25–26 февраля произошли кровавые столкновения. Жертвы (убитые и раненые) исчислялись сотнями; были проведены массовые аресты. По мере того как силы народного выступления росли, настроение в армии менялось.
   27 февраля солдаты начали переходить на сторону демонстрантов, брать на себя их охрану. Складывался вооруженный союз рабочих и крестьян, одетых в солдатские шинели. Наступал паралич центральной власти. Военное командование попыталось подтянуть к столице новые воинские части, но солдаты отказались участвовать в карательной операции.
   Двор оказался не в состоянии оценить размах и значение событий, происходивших в столице. 25 февраля Николай II приказал командующему Петроградским военным округом прекратить беспорядки в столице, однако генерал был уже бессилен выполнить этот приказ. Вооруженные схватки рабочих с полицией и жандармерией переросли во всеобщее вооруженное восстание. Одна воинская часть за другой переходили на сторону восставших. Красные банты украсили солдатские папахи и штыки.
   Последнюю опору царь потерял, издав 26 февраля указ о роспуске Государственной думы. Разгоном думы упускалась возможность перехода к конституционной монархии.
   27 февраля обозначился решающий перевес восставших. Деятельность официальных органов власти, в том числе и правительства, была парализована. Вооруженные отряды рабочих и солдат заняли стратегические пункты (вокзалы, мосты, правительственные учреждения). Начались погромы полицейских участков; из тюрем были выпущены политические заключенные. Многие из них тут же вливались в ряды восставших, брали на себя руководство ими. К концу дня город оказался в руках восставших. Царские министры были арестованы и отправлены в Петропавловскую крепость.
   Создание Советов. Революция побеждала в обстановке безвластия. Народное движение носило характер массового стихийного протеста. И лишь тогда, когда столица оказалась во власти восставших, начали лихорадочно создаваться новые органы власти.
   Опыт 1905–1907 гг. подсказал формы политической самоорганизации масс – рабочие и крестьянские советы. Днем 27 февраля Таврический дворец, где ранее заседала Дума, превратился в центр восстания. Здесь с участием меньшевиков, эсеров, профсоюзных лидеров и кооператоров возник Временный исполнительный комитет Советов рабочих депутатов. Он обратился к коллективам фабрик, заводов с призывом выбрать своих представителей в Петроградский совет. К концу дня уже первые десятки депутатов были зарегистрированы, к ним присоединились делегаты от воинских частей, и, таким образом, Советы оказались под защитой армии. Вечером открылось первое заседание Совета. Он спешно приступил к формированию собственных органов власти.
   Состав и программа Временного правительства. Паралич высших царских и зарождение снизу революционных органов власти заставили лидеров Думы приступить к созданию правительства. 27 февраля возник Временный комитет членов Государственной думы, объявивший себя носителем верховной власти в стране. В состав комитета вошли представители всех партий, заседавших в Думе, кроме крайне правых. По соглашению с Исполкомом Советов сформировалось правительство во главе с князем Г. Е. Львовым (одновременно министр внутренних дел). Состав правительства был обнародован 2 марта (в день отречения царя от престола). Правительство провозгласило себя Временным, до созыва Всероссийского Учредительного собрания. Декларация Временного правительства содержала программу первоочередных преобразований: амнистию по политическим и религиозным делам; свободу слова, печати, собраний; отмену всех сословий; вероисповедальных и национальных ограничений; замену полиции народной милицией; выборы в органы местного самоуправления. Решение фундаментальных вопросов – о политическом строе страны (конституции), аграрной реформе, самоопределении народов, населявших страну, – откладывалось до созыва Учредительного собрания.
   Ликвидация монархии. 28 февраля Николай II выехал из Ставки (Могилева) в Царское Село. В пути его поезд по распоряжению революционных властей был задержан. Маршрут был изменен – в Псков, где находился штаб Северного флота. В Петрограде в это время шла ожесточенная дискуссия по поводу «судьбы трона». Семья Романовых, монархически настроенные круги политиков отстаивали идею сохранения царской власти, но признавали необходимость ограничения самодержавия путем перехода к конституционной монархии.
   От имени Временного комитета членов Государственной думы в Псков выехала делегация с предложением царю об отречении и передаче престола наследнику 13-летнему Алексею при регентстве великого князя Михаила Александровича (младшего брата Николая II). К этому предложению присоединилось командование армии (фронтов, флотов и Ставки). 2 марта Николай II подписал акт об отречении в пользу своего брата Михаила. Рядовые участники революции, социалистические партии в лице Петросовета заявили свое решительное «нет» любым вариантам сохранения монархии. Позицию Советов подкрепило заявление А. Ф. Керенского (министра юстиции Временного правительства), что он не ручается за жизнь нового монарха, и 3 марта великий князь Михаил отрекся от престола. В акте отречения он заявил, что будущее монархии решит Учредительное собрание.
   Сущность и особенности Февральской революции. Февральская революция продолжала и завершала дело предшествующей революции 1905–1907 гг. Но в ней появились новые черты.
   Первый блок противоречий – необходимость преодолеть ставшее опасным отставание страны от передовых индустриально развитых стран.
   Второй блок – внутренние противоречия между крестьянами и помещиками, рабочими и капиталистами, между городом и деревней, центром и окраинами, между разными народностями и конфессиями. Весь этот богатейший спектр интересов представляли разнообразные политические партии и общественные организации – от либерально-демократических до леворадикальных. На самом левом крыле находились большевики.
   Третий блок противоречий – конъюнктурные, порожденные уже тяготами и бедами империалистической войны. Усиливающаяся экономическая разруха, угроза голода, усталость от войны, огромные жертвы, разочарование в целях войны стремительно приближали общество к взрыву, рождая протест в самых различных слоях.
   Чем дальше от Февраля, тем яснее становилось, что революция не имеет четко выраженного социального характера. Она не попадала ни под одно из привычных названий (буржуазно-демократическая, национально-освободительная, религиозная и т. п.), включая в себе признаки многих.
   Российский характер этой революции определялся специфическим набором причин и противоречий, ее породивших, менталитетом и типом поведения участников революции, их вождей. Здесь тесно переплелись антифеодальные и антикапиталистические интересы, общедемократические и узкоклассовые. В этом революционном процессе свое место могли найти и буржуазия, и средние, и угнетаемые (полупролетарские и пролетарские) силы. Разные отряды революции при разработке программ обновления общества опирались то на принципы общинности (крестьянство, эсеры), то на опыт передовой демократии и высшие формы капитализма на Западе (предпринимательские круги, кадеты), то на коммунистические утопии (отдельные отряды рабочих, социал-демократы). И все претендовали на руководство движением. Для такой революции, перегруженной внутренними фронтами борьбы, главной опасностью было перерождение, кровавый разлад между ее участниками.


 //-- § 1. Россия вступает в революцию --// 
   Падениe монархии. Последний день февраля 1917 г. стал для жителей российской столицы первым днем победы революции, днем восторгов, объятий, радостных слез. По Невскому проспекту ходили ликующие толпы народа, каждый обыватель считал своим долгом украсить грудь красным бантом. «Фараоны» А. Д. Протопопова, еще не осведомленные о победе народа, продолжали стрелять с чердаков и колоколен, но в более чем трехсотлетней истории правления династии Романовых была поставлена последняя точка. Вопреки сложившимся за долгие годы стереотипам, на самом деле царя никто не свергал: ни одна партия в России организационно и технически революцию не готовила. Она разразилась неожиданно и для властей, и для оппозиционных сил. Не столь далек от истины А. Ф. Керенский, утверждавший, что «монархия в России покончила самоубийством». Крах монархии явился результатом ее системного кризиса и составной частью кризиса и краха в условиях мировой войны империй старого типа. На рубеже веков российское самодержавие должно было сменить свои исторические формы, став конституционной монархией, или погибнуть. Уже революция 1905–1907 гг., явившаяся, по существу, реакцией российского общества на издержки догоняющей модернизации, обнажила целый пласт острейших противоречий, дестабилизирующих российское общество, сталкивающих интересы разных его слоев.
   Революция заставила самодержавие внести некоторые коррективы в свою политику, однако исторические обстоятельства, в которых происходил процесс ломки старых институтов и ценностей и становления новых, были малоблагоприятными для власти.
   Россия в позднеимперский период находилась в сложном переходном состоянии от традиционного общества к индустриальному. Несмотря на наличие передовых форм монополистического капитализма в ряде отраслей промышленности, финансах, банковском деле, а также высокие темпы развития промышленного сектора, экономика в целом оставалась аграрной, в ней преобладали неиндустриальные формы труда. В городе отсутствовал многочисленный слой собственников, в деревне не произошло еще глубокого расслоения крестьянства, среди господствующих классов отсутствовало единство. Интеллектуальная элита находилась в бескомпромиссном конфликте с самодержавием.
   Ситуация осложнялась наличием огромной территории и слаборазвитой инфраструктурой. По многим показателям Россия отставала от индустриально развитых стран. Первая по территории и третья по населению страна находилась лишь на пятом месте в мире по промышленному развитию. Отечественное машиностроение занимало всего 7 % в общем объеме промышленного производства. Страна была вынуждена закупать за границей большое количество промышленного оборудования. Важнейшим симптомом опасного отставания явилось превращение страны в экспортера сырья и продовольствия. Почти 70 % доходов российского экспорта приходилось на продажу хлеба и продукции животноводства. Особенно серьезно Россия отставала от западных стран по производительности труда и уровню энерговооруженности. Активное, но не комплексное заимствование у Запада передовых форм организации производства, технических и технологических новинок усиливало весьма острые экономические и социальные противоречия, обнажая архаические стороны российских реалий (наличие общины, национального и социального гнета).
   Наиболее острым для России оставался аграрный вопрос. Именно крестьянские выступления определяли характер и масштаб оппозиционных настроений в стране. Не менее напряженными были противоречия между городом и деревней, между различными конфессиями, между русскими и представителями других народов. Столь тесное переплетение всех групп противоречий перегружало российское общество оппозиционными настроениями и ожиданиями, разрушая равновесие социально-классовых сил, общественный консенсус, столь необходимый для эффективной модернизации.
   Лишь ускорение политических и социально-экономических преобразований, прежде всего реформирование высшей законодательной и исполнительной власти, расширение прав и свобод личности, демократизация всех сторон общественной жизни давало Российской империи шанс стать равноправным членом группы великих стран, шанс для стабилизации внутреннего положения, а в конечном итоге – укрепления существовавшего политического режима.
   В сложившихся условиях самодержавная власть имела крайне мало шансов безболезненно повернуть на путь буржуазно-демократического развития. Чтобы не допустить развала империи и гибели самодержавия, требовались политическая воля, осознание гибельности консервации старых отношений. Ни тем, ни другим самодержавие не располагало.
   Стойкая неспособность власти своевременно решать назревшие проблемы неминуемо подталкивала российское общество к революции. Мировая война до предела напрягла силы государства и общества. По статистике Главного штаба, к 1 февраля 1917 г. армия потеряла убитыми, ранеными и пропавшими без вести около 6 млн солдат и свыше 63 тыс. офицеров. Дисциплина на фронте и в тылу все больше расшатывалась, сотни тысяч военных дезертировали из армии. Дефицит ресурсов и жесткая регламентация хозяйственной жизни способствовали росту коррупции и казнокрадства.
   Каждый день войны сужал социальную базу самодержавия. Против Николая II на короткое время объединились самые разнородные силы, интересы которых зачастую были диаметрально противоположными.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50

Поделиться ссылкой на выделенное