Виктор Прудников.

Катуков против Гудериана

(страница 3 из 32)

скачать книгу бесплатно

   Вскоре родилось двое сыновей, ставшие впоследствии, как и отец, офицерами.
   Первая мировая воина нарушила мирное течение жизни в Германии, равным образом как и жизнь каждой семьи. Если судить по автобиографической хронике Гудериана, можно сказать, что в боевых действиях он не принимал участия – ни на Западе, ни на Востоке. В основном занимался штабной работой. После десятимесячной учебы в военной академии в Берлине и присвоения звания обер-лейтенанта, а через год и капитана его постоянно переводили с одной штабной должности на другую: то он помощник начальника связи в штабе 4-й армии, то занимает должность офицера генерального штаба 52-й резервной дивизии, то на такой же должности в штабе 10-го резервного корпуса.
   Своего отношения к войне Гудериан пока не высказывает, сдержанно относится и к Версальскому мирному договору, заключенному 28 июля 1919 года, в соответствии с которым Германия потеряла значительную часть своей территории – Эльзас и Лотарингию передавали Франции (в границах 1870 года), два округа – Мальмеди и Эйпен – Бельгии. Познань – Польше, город Данциг (Гданьск) объявлялся вольным городом, г. Мемель (Клайпеда) передавался в ведение держав-победительниц, а в 1923 году присоединен к Литве.
   Германия лишалась колоний, но главное – ее вооруженные силы сводились к общей численности в 100 тыс. человек, она не имела права создавать военно-морской флот, авиацию и бронетанковые войска.
   С конца 1916 года Гудериан начинает службу в добровольческом корпусе пограничной охраны, опять же на штабных должностях, и лишь в начале 1920 года становится командиром роты егерского батальона в Госларе, зато уже участвует в подавлении беспорядков в Рурской области и центральной части Германии, приобретая опыт борьбы с местным населением.
   Служба в пограничной охране продолжалась до начала 1922 года. Служба как служба, но уже в эти годы Гудериан знакомится с радиоделом, а это уже шаг в направлении технического творчества. О своей послевоенной карьере Гейнц Гудериан написал так: «После окончания войны, начиная с 1918 года, я служил в войсках, охранявших восточные границы, – сначала в Силезии, а затем в Прибалтике... До 1922 года я служил в основном в штабе округа и в министерстве рейхсвера, специализируясь преимущественно по пехоте, однако служба в 3-м телеграфном батальоне в Кобленце, а также служба в различных радиотелеграфных подразделениях в начале Первой мировой войны дала мне возможность приобрести некоторые знания, весьма пригодившиеся в дальнейшем, при создании нового рода войск» [5 - Гудериан Г. Воспоминания солдата. Смоленск, 1998. С. 13.].
   Сделать военную карьеру в небольшом по численности рейхсвере было сложно и проблематично, но Гудериану повезло: как штабного офицера его переводят в инспекцию военных сообщений, в отдел автомобильных войск. Инспекцию возглавлял тогда генерал фон Чишвитц, под руководством которого разрабатывались планы использования автомобильных войск в условиях боевых действий.
   В годы Первой мировой войны уже осуществлялась переброска войск к местам боевых действий.
Но такие операции проводились в условиях позиционной обороны. Теперь же задача усложнялась, переброски предстояло производить в условиях маневренной войны.
   Во всех организационных вопросах, касающихся поставленной задачи, Гудериан находил непосредственную поддержку командира батальона майора Лутца, с которым он проработал много лет и которому был во многом обязан своим продвижением по службе.
   При разработке планов использования автомобильных войск возникало немало чисто технических проблем. Например, бензосклады. Сколько их надо было иметь? Ответ напрашивался сам – исходить следует от количества имеющейся техники. За бензоскладами потянулась целая цепь специальных сооружений для транспорта – гаражи, автомастерские, заправки. И все это должно обслуживаться подготовленным техническим персоналом.
   Однако техническое обслуживание моторизованных войск в условиях маневренной войны – это еще не решение всей проблемы. Войска еще надо было охранять. И наиболее эффективным средством охранения могли быть лишь бронетанковые силы.
   Для Гудериана этот род войск был новый, совершенно не знакомый ему. По ходу составления планов надо было изучать устройство танков и бронемашин. Новая техника пришлась ему по душе, в ней он увидел большое будущее. Изучая возможности использования бронетанковой техники для охранения моторизованных войск, перебрасываемых на достаточно большие расстояния, Гудериан пришел к мысли, что танки и броневики можно использовать и для других целей – нанесения удара по противнику.
   Обратился к практике мировой войны. Она хотя и была, но у немцев оказалась незначительной. Гораздо больший опыт в этой области имели французские и английские войска. И Гудериан взялся изучать историю развития бронетанковой техники, которая в дальнейшем стала не просто навязчивой идеей, а смыслом его жизни.
   Материала по использованию германских бронетанковых подразделений в Первой мировой войне в отделе перевозок было так мало, что они практически ничего не давали, зато статьи и книги английских специалистов танкового дела Фуллера, Гарта и Мартеля открывали новый мир, обогащали фантазию Гудериана. Уже в начале 20-х годов военные специалисты ставили вопрос о превращении бронетанковых войск из рода вспомогательного в основной. «Они (зарубежные специалисты. – В.П.) ставили танк в центр начинающейся моторизации нашей эпохи и являлись, таким образом, крупными новаторами в области разработки современных методов ведения войны» [6 - Гудериан Г. Указ. соч. С. 18.], – писал Гудериан.
   В рейхсвере Гудериан приобретает известность как военный специалист, теоретик в вопросах использования бронетанковых сил в наступательных и оборонительных операциях. Он читает лекции строевым и штабным офицерам, упорно изучает историю военной кампании Наполеона, находя в ней много поучительного, в первую очередь таких моментов, как проведение наполеоновскими маршалами маневренных операций в Европе и России.
   Особую заинтересованность проявлял Гудериан к опыту германской армии периода Первой мировой войны. К командующему Восточным фронтом Гинденбургу и его начальнику штаба Людендорфу относился с особым почтением, считая генералов «образцом германского солдата».
   Несмотря на жесткие условия Версальского договора, рейхсвер жил и укреплялся. Его командование придавало особое значение развитию автобронетанковых войск. И конечно же, теоретические разработки Гудериана по использованию танков в целях охраны военных перевозок, а уж тем более использованию их в решении тактических задач не могли не оказаться в центре внимания высшего военного руководства.
   Гудериан утверждал, что придание танков пехоте не может иметь решающего значения, наиболее эффективно они могут быть использованы как самостоятельные объединения войск, скажем, дивизии, с приданием им артиллерии, пехоты и кавалерии. Такую точку зрения разделяли не все высокие армейские чины, в том числе и инспектор военных сообщений генерал Отто фон Штюльпнагель. Танковые дивизии, считал он, утопия, можно было вести речь лишь о танковых полках.
   Самую идею танковых соединений надо было отстаивать, эффективность использования танков с приданием им других родов войск – доказывать на практике. Вполне осознавая трудности, Гудериан все же решился и отстаивать, и доказывать. В этом ему оказывал содействие начальник штаба инспекции автомобильных войск полковник Лутц, давний покровитель, а после ухода в отставку Штюльпнагеля занявший его пост.
   Практическая работа в этом направлении началась с того момента, когда майор Гейнц Гудериан принял под свое командование автомобильный батальон четырехротного состава. Одна из рот была вооружена старыми бронемашинами, которые не запрещалось иметь по Версальскому договору, в двух других – лишь макеты танков. Настоящее вооружение – пулеметы имела лишь мотоциклетная рота. Батальон стал своего рода экспериментальной базой, где отрабатывалась модель будущих танковых соединений.
   Теория хороша только тогда, когда подкрепляется практикой, а практиковать на жестяных макетах танков не только несподручно, но и неэффективно. Требовалась не бутафорская, а настоящая техника – более современные танки и бронеавтомобили. И тут на помощь германскому рейхсверу приходит недавний противник – Красная Армия. Ранее уже говорилось о подписании ряда договоров Германии и СССР, в которых были секретные статьи, касающиеся развития германских вооруженных сил в обход международного Версальского договора. В частности, одна из статей касалась создания танковой школы в Казани под кодовым названием «Кама». Школа, как стало известно недавно, работала под вывеской «Технические курсы Осоавиахима», прототипа более известного нам ДОСААФа.
   Есть предположение, что в этой школе учился и отец танковых войск Германии Гейнц Гудериан, хотя он никогда не упоминал об этом в своих мемуарах. Лишь в книге «Воспоминания солдата» краешком обмолвился: «С 1926 года за границей работала опытная станция, где производились испытания немецких танков» [7 - Гудериан Г. Указ. соч. С. 27.].
   Тут же он говорит и о заказе различным фирмам на производство двух типов средних и трех типов легких танков. Скорее всего, эти танки изготовлялись тоже на советских заводах.
   В 30-е годы в Германии уже началось производство своих легких танков, вооруженных 37-мм пушкой и пулеметом, и средних танков, вооруженных пушкой калибром 75 мм и пулеметом. Общий вес танка не превышал 24 тонн, такова была в то время грузоподъемность мостов на дорогах Германии. Но скорость машин конструкторы увеличили с 20 до 40 километров.
   С приходом Гитлера к власти в январе 1933 года коренным образом меняется внешняя и внутренняя политика Германии. Нацизм захлестнул страну как горная лавина. В империи уже не существовало нормально действующих законодательных и исполнительных органов власти времен Веймарской республики. Все подчинила себе нацистская верхушка.
   Как же воспринял будущий танковый стратег приход к власти новоявленного фюрера? Вполне нормально, был лоялен к нему на протяжении многих лет, не только одобрял его политику, но и всеми силами способствовал укреплению нового режима в Германии.
   Впоследствии в своих мемуарах Гудериан дал оценку Гитлеру и его окружению, партии и правительству, из которой можно сделать безошибочный вывод относительно его политических взглядов.
   О Гитлере говорил только в превосходной степени. Гитлер – человек умный, «обладал исключительной памятью», «обладал даром облекать свои мысли в легко доступные формы и убеждать слушателей в их правильности», «обладал необыкновенным ораторским талантом... умел убеждать не только народные массы, но и образованных людей». «Самым выдающимся его качеством была его огромная сила воли, – писал Гудериан, – которая притягивала к нему людей. Эта сила воли проявлялась столь внушительно, что действовала на некоторых людей почти гипнотически. Я сам лично часто переживал такие минуты».
   С приходом Гитлера к власти идеологическое воспитание, то бишь обработка германской армии в духе нацизма, пошло полным ходом. Усиленно велась и боевая подготовка. Как раз к этому времени подоспел и труд Гудериана – книга «Внимание! Танки!», вышедшая зимой 1937 года. В книге, как уже говорилось, излагалась не только история возникновения и развитая танков, но и основные принципы организации бронетанковых сил и их применения в бою.
   Гудериан считал, что огонь и движение – основа танкового наступления. Быстрое продвижение танков в глубину обороны противника не позволяет ему создавать новые оборонительные рубежи, парализует его волю и заставляет откатываться назад, он был твердо уверен, что танковые войска сыграют главную роль в предстоящих событиях. «Поэтому мы требуем, – писал он, – чтобы те рода войск, которые будут взаимодействовать с нами для развития нашего успеха, были также подвижными и были нам приданы еще в мирное время, потому что решающее значение в будущих сражениях будет иметь не количество пехоты, а количество бронетанковых войск» [8 - Гудериан Г. Указ. соч. С. 58.].
   Вместе с ростом и реорганизацией вермахта резко пошел в гору по служебной лестнице и Гейнц Гудериан. Ему было присвоено звание генерал-лейтенанта, он занял пост бывшего своего начальника генерала Лютца, который перед отставкой командовал 16-м армейским корпусом.
   О реорганизации армии Гитлер объявил лишь 4 февраля 1938 года, а через неделю началась практическая подготовка войск к вторжению в Австрию.
   В боевую готовность был приведен весь 16-й армейский корпус Гудериана, но в походе участвовала лишь 2-я танковая дивизия с приданным ей полком лейб-штандарт СС «Адольф Гитлер» под командованием Зеппа Дитриха, который через три года со своим полком будет противостоять 4-й танковой бригаде Катукова в Подмосковье.
   От Берлина до Вены предстояло пройти 962 километра. Путь не ближний. Но Гудериан все рассчитал – и заправку горючим, и потребность в необходимых запасных частях, даже испросил разрешения у Гитлера украсить танки флажками и зеленью «в знак мирных намерений», чтобы осуществление аншлюса прошло без кровопролития.
   Кровопролития действительно не было, так как правительство Австрии давно капитулировало. Танки Гудериана беспрепятственно прогромыхали по городам и селам страны, прошли Линц, куда под «занавес» прибыл шеф СС Гиммлер, а потом и сам рейхсканцлер Адольф Гитлер. Если верить Гудериану, то население Австрии радостно встречало немецкие войска. «Повсюду можно было видеть рукопожатия, объятия, слезы радости».
   Вот так объединялись дети одного народа, «которые в течение многих десятилетий были разобщены из-за злополучной политики».
   В Вене Гудериан участвовал в торжествах по случаю вхождения Австрии в состав рейха, принимал парад войск.
   Торжества закончились, начались невеселые будни для австрийского народа. Потеря независимости, полнейший контроль над промышленностью и армией страны – вот цена политики, которую проводили тогдашние правители Австрии.
   Австрия была первой страной, которая была отдана своими правителями на растерзание Гитлеру. За ней пойдут и другие государства.
   Расширяя границы Германии, фюрер прибегал к различным средствам: дипломатическому давлению, шантажу и провокациям, более веским аргументом была посылка войск для захвата чужих стран.
   Верховное командование вермахта – ОКВ с одобрением относилось к авантюрам своего фюрера, оказывало ему всемерную поддержку. Непосредственный исполнитель аншлюса Гудериан извлекает уроки из похода на Вену. Он вполне доволен боевой подготовкой личного состава 2-й танковой дивизии и полка лейб– штандарт «Адольф Гитлер», состоянием материальной части машин, прошедших от 700 до 1000 километров за 48 часов, заверяет руководство вермахта, что «немецкие бронетанковые войска находятся на верном пути».
   Гитлер между тем готовился к новой авантюре – проведению «Зеленого плана», присоединения к Германии сначала Судетской области, затем и всей Чехословакии. Дело не обошлось без помощи других западных стран – Англии, Франции и Италии, надеявшихся путем сделки за счет других государств удовлетворить запросы германского фюрера и обеспечить интересы собственных стран.
   Через пять месяцев потеряла свою самостоятельность и Чехословакия. Мир стремительно катился к мировой войне.


   Гитлер пошел ва-банк. Его уже не устраивали те территориальные приобретения, которые удалось осуществить разными путями в течение последних лет. Хотелось большего. Выступая на совещании перед представителями промышленных и военных кругов в августе 1939 года, он говорил: «Создание Великой Германии было большим успехом с политической, но не с военной точки зрения, ибо мы достигали его в результате блефа, примененного политическими руководителями» [9 - Мельников Д.Е., Черная Л.Б. Преступник № 1. Нацистский режим и его фюрер. М., 1982. С. 307.].
   Но времена блефа исчерпали себя, хотелось «испробовать войска», однако любой шаг по пути агрессии означал войну, причем война могла быть на два фронта. Гитлер помнил о предупреждении канцлера Бисмарка – никогда не воевать одновременно с Западом и Востоком, тем более – не воевать с Россией. И все же решился на проведение «настоящей» военной операции. Ведь уже намечена очередная жертва – Польша, отступать некуда.
   Нацистский фюрер понимал, что Англия и Франция воспротивятся его намерениям, но есть еще СССР. А Сталин настроен дружески, сам не против сокрушить своего западного соседа. Риск, конечно, есть, но он не столь велик, чтобы не попытаться осуществить плавный переход от «Плана зеленого» к «Плану белому» (план нападения на Польшу). Нужно было только все точно рассчитать, чтобы не конфликтовать «с нашими западными противниками».
   Гитлер и не скрывал своих планов, выступая перед генералами в мае 1939 года, он откровенно заявлял: «В действительности речь идет не о Данциге. Речь идет об обеспечении жизненного пространства Германии на Востоке...»
   Присутствовал ли Гудериан на этом совещании, неизвестно, но то, что получил от фюрера указания готовить войска для нового похода, несомненно. Гитлер уже понял значение бронетанковых и моторизованных войск. Они показали себя с наилучшей стороны во время аншлюса Австрии, присоединения Судетской области и Чехословакии. Именно на них надо делать ставку, на них и на Гудериана. Гудериан – тот человек, который может обеспечить интересы фюрера и интересы Германии.
   С этой целью в вермахте вводится новая должность – инспектор подвижных войск, то есть танковых и моторизованных. Правда, пока этим войскам придавалась и кавалерия. Должность предлагают Гудериану. Тот внимательно просмотрел проект положения об этой должности и сразу же отказался. Его смущало то, что положение предусматривало только право производить инспекторские проверки и составлять годовые отчеты, но не давало никаких командных функций, не позволяло влиять на решение вопросов организации войск и подготовки личного состава.
   Вначале генерал считал, что инициатива введения новой должности исходила от главнокомандующего сухопутными силами Браухича, но, как выяснилось позже, она исходила от самого Гитлера.
   Фюрер, узнав о капризе Гудериана, вызвал его к себе. Танкист в тактичной форме объяснил причину отказа от должности, изложил свои принципы организации нового ведомства. Он по-прежнему стоял на своем – решительно доказывал необходимость полной самостоятельности танковых и моторизованных войск, использования их в качестве наступательного средства оперативного характера. Он никак не мог согласиться с тем, что придание танков пехоте и кавалерии принесет ощутимые результаты в боевой обстановке.
   У Гитлера на этот счет были свои соображения. Он задумал созданием нового ведомства организовать централизованное управление моторизованными войсками и кавалерией. Гудериану же обещал полную поддержку в этом предприятии.
   Поломавшись немного и получив свой «пряник», генерал сдался. «Я был произведен в генералы танковых войск, – писал Гудериан, – назначен генерал-инспектором подвижных войск и приступил к организации своего очень небольшого управления».
   На осень 1939 года планировались крупномасштабные маневры с участием мотомеханизированных войск, которые должны были проходить в Померании. И Гудериан, конечно, там, где намечается очередная авантюра. Он участвует «в сооружении полевых укреплений вдоль имперской границы для защиты Германии от наступления поляков», приняв только что созданный 19-й армейский корпус – усиленно вооружает его танками «Т-III» и «T-IV».
   Гитлер торопил верховное командование с выдвижением войск к польской границе, так как срок новой военной кампании уже был обозначен – 26 августа.
   Гитлер промедлил, напал на Польшу не 26 августа, а 1 сентября. В этот день германские войска перешли границу. Но до подхода основных сил уже вовсю работала германская разведка Канариса и отряды эсэсовцев, инсценировав нападение на немецкую радиостанцию в Глейвице и на пограничные посты. Появились и первые жертвы, но это были жертвы опытных провокаторов начальника гестапо Мюллера и шефа СД Гейдриха, выполнявших указания Гитлера, который на одном из совещаний с откровенным цинизмом заявил: «Нам следует стремиться не к достижению определенных рубежей (в Польше. – В.П.), а к уничтожению врага; для этого необходимо находить все новые и новые пути. Средства – безразличны. Победителя никогда не спрашивают, были ли его действия законны. Речь должна идти не о том, чтобы право было на нашей стороне, а исключительно лишь о победе...» [10 - Мельников Д.Е., Черная Л.Б. Указ. соч. С. 318.].
   И вновь, как в походах в Австрию и Чехословакию, роль тарана играли бронетанковые войска, 19-й корпус Гудериана входил в состав 4-й армии генерал-полковника фон Клюге. Ему была поставлена задача расчистить путь в «польском коридоре» для других соединений, достичь Вислы, способствовать рассечению польской армии надвое и ее уничтожению.
   Потери германской армии в ходе боев были незначительными. Как сообщает военный историк Сэмюэл Митчем, немцы потеряли 8082 человека убитыми, 27 278 ранеными и 5029 пропавшими без вести. Кроме того, было уничтожено 217 танков. Что же касается польской армии, историк отмечает: «Из 800 тыс. военнослужащих, которых правительству удалось мобилизовать, 694 тыс. попали в плен к немцам. Остальные были либо убиты, либо оказались в русском плену (советские войска вторглись в восточную Польшу 17 сентября). Небольшая часть польских военнослужащих скрылась в самой стране или бежала в Румынию или Венгрию» [11 - Митчем С. Фельдмаршалы Гитлера и их битвы. Смоленск, 1998. С. 87.].
   О незначительных потерях свидетельствует и Гудериан. 5 сентября Гитлер посетил его корпус. На вопрос о потерях генерал назвал две цифры: 150 убитых и 700 раненых. Командир корпуса хотел, конечно, похвастаться перед фюрером, показать результаты своей «работы». Он провез его по местам боев у городов Шветц (Свеце) и Грауденц (Грудзенз). Глядя на уничтоженную польскую артиллерию, Гитлер спросил: «Это сделали, наверно, наши пикирующие бомбардировщики?» Гудериан ответил: «Нет, наши танки».
   Во время поездки Гудериан демонстрировал 3-ю танковую дивизию, ее 3-й разведывательный батальон, в котором служил его младший сын Курт. Тут же, в 35-м танковом полку, находился и старший сын Гейнц Гюнтер, полковой адъютант.
   Гитлер интересовался также техническими возможностями танков «Т-III» и «Т-IV». Гудериан отмечал, что новые танки показали себя в походе вполне нормально, но высказал свои замечания относительно увеличения лобовой брони и удлинения ствола пушек с целью повышения дальнобойности стрельбы и пробивной способности снарядов.
   14 сентября Гудериан подошел со своим корпусом к крепости Брест. Взять с ходу ее не удалось: поляки упорно оборонялись. Крепость держалась три дня даже после мощного артиллерийского обстрела. Только 17 сентября остатки гарнизона Бреста покинули крепость и переправились на западный берег Буга. Здесь, в Бресте, Гудериан получил информацию о том, что русские с востока совершают встречный наступательный марш.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Поделиться ссылкой на выделенное